Текст книги "Цепная реакция (СИ)"
Автор книги: Ангелина Грасова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 7 (всего у книги 26 страниц)
– Вероятнее всего, ребенка нужно было либо покормить, либо сменить подгузник, – рассудил наконец Арцур, поворачиваясь лицом обратно в свои расчеты.
– Честно, я даже не хочу об этом задумываться, – отмахнулась я, тоже возвращаясь к своей работе. – Лучше скажи мне, чем отличаются друг от друга все эти микроскопы? Как я понимаю, с ними мне тоже предстоит работать.
Арцур кивнул и через пятнадцать минут я знала не только о микроскопах, но и о других приборах, которые были в наличии у нас, не без помощи короля, конечно же, ведь это он спонсировал лабораторию алхимика.
– А это очень даже интересно, – не смогла не признать я, по окончании так называемому ознакомлению в теории.
– Ещё интереснее будет, когда ты опробуешь хотя бы половину приборов в деле, – хмыкнул он.
– Посмотрим, – многозначительно ответила я и скосила взгляд на свой стол. Арцур проследил за моим взглядом и устремился к разложенным образцам.
– Думаю, для начала нужно посмотреть под Маг-микроскопом состав коры. Нам нужно, чтобы тьмы и света было в идеальном балансе, нам требуется полное равновесие тёмной и светлой магии, во избежание перевеса или каких-либо других непредвиденных реакций или сбоев.
– Не поверишь, но я и сама это знала, ты думаешь, для чего я тебя попросила рассказать про микроскопы? – насупилась я. – Так, всё, не мешай! Иди и выводи свои формулы, разберусь без сопливых, – и для верности подтолкнула его для ускорения.
Поджав губы, мужчина молча вернулся на своё место, возвращаясь в тоже самое положение, из которого я его беспардонно вытащила.
Глава 8. Первоэлементы
Только три ночи ушло на то, чтобы определить какое дерево нам подходит больше всего. Когда я думала, что с этим мы справимся не больше, чем за четыре часа. Образцы № 1 и № 6 были отложены сразу, так как их состав показал, что в одном светлой магии больше, а во втором меньше. А образец № 2 по каким-то причинам не принимает ртуть. Вот совсем.
– Ты это видел?! – воскликнула я, когда ртуть буквально вытекла из коры дерева, когда мы её пытались туда ввести для изучения её реакции при контакте с магической структурой дерева.
– Если честно, впервые, – проговорил рядом Арцур, который не выдержал моих возмущений во время исследования и присоединился ко мне. – Ртуть выходит из коры, как бы мы её туда не размещали, даже когда магией совместили на молекулярном уровне, она всё равно вышла из коры.
– Не, ну может это дерево не принимает ртуть, поэтому выталкивает её из себя. Хотя почему? Это очень странно.
– Вероятно, такое уж имеет свойство дерево еферис, оно не может уживаться с «тяжелым» строением жидкого металла, поэтому дерево всеми силами выталкивает из себя другой элемент, не желая совмещаться с ним, – сделал вывод Арцур, на что я утвердительно кивнула, соглашаясь.
– Подожди, как ты сказал, элемент? Я уже не первый раз замечаю, что металл и дерево ты называешь элементами.
– Ну да, потому что дерево и металл относятся к шести первоэлементам, – иноземец как-то странно на меня посмотрел, будто бы я сейчас спросила про что-то очевидное на столько, что об этом знает каждый ребенок.
– Угу, особенно если учесть, что первоэлементов всего пять, – нахмурилась я.
– Интересно какие же?
– Огонь, вода, земля, воздух, и, конечно же – Жизнь, – перечислила я, считая по пальцам, а затем в доказательство, показывая ему ладонь. – Сколько пальцев на руке, столько и первоэлементов. Так учат нас испокон веков наставницы, верховные маги и ведьмы.
– Могу предположить, что это так заведено у вас, – последнее слово он особенно выделил интонацией, от чего я сразу вскинула левую бровь. – Во всех книгах алхимии пишется, что первоэлементов всего шесть: огонь, вода, земля, воздух, дерево и металл. То есть то, из чего можно что-то сделать, то, что даст результат и выдаст какую-либо реакцию. Опережая твой вопрос, потому что по глазам вижу, тебе очень хочется его задать, – он посмотрел мне прямо в глаза на долгие несколько секунд. Не знаю почему, но в этот момент я даже немного растерялась. – Светлая и тёмная магия это всего лишь магия, в большей степени у нас она считается как энергия для заряда. Мы используем эти две магии только в этих целях, не больше, потому они и не входят в первоэлементы. Была ещё магия теней, но она была строго запрещена для какого-либо использования.
Он закончил и явно ожидал моих каких-нибудь возражений, но я задумалась. Вот она, ещё одна разница между ведьмами и алхимиками – они природные дары используют и воспринимают как что-то разовое, как ингредиенты или инструменты для создания чего-то большего. Они считают, что можно создать всё, главное сделать правильный сплав или составить правильную формулу.
Алхимиком стать легко, ведь этому делу можно легко обучиться, имея даже самый маленький магический резерв, это не быть магом или ведьмой с рождения, у кого дальнейший жизненный путь уже предрешен. Ведьмы с рождения связаны с силами природы и имеют прямое к ней отношение. У магов тоже есть связь с природой, но не такая сильная, позволяя им расширить свой выбор дальнейшего ремесла. Если так посудить, то алхимиком может стать даже человек, ведь в алхимии нужны именно мозги, нужно понимать любую магическую структуру и правильно ею пользоваться, а внутренний магический резерв можно заменить всевозможными накопителями энергии.
– Но всё же, а как же силы Жизни? Ведь если бы не они, то не было бы ни металлов, ни деревьев, а как же кристаллы? Почему они не входят в первоэлементы? Из них тоже можно много чего сделать!
– Кристаллы появились на много позже, жизнь развивалась вместе с шестью первоэлементами, а кристаллы считаются лишь вытекающим дополнением. Силы Жизни – это силы Жизни, силы природы, той, которая создала всё и дала шанс развиваться дальше. Я лично вообще не понимаю, почему силы Жизни у вас имеют такое большое значение, – Арцур показательно взмахнул руками.
– «Такое большое значение»?! – переспросила я. – Да как так можно? Магия и всё вокруг нас создалось за счёт Жизни, ни это ли самый главный фактор, который даёт полное право силам Жизни входить в первоэлементы? Я уж не буду тебе распинываться про магии стихий, их значение ты-то точно должен знать, раз вы почтили их входить в ваши первоэлементы!
– Пойми, мы считаем первоэлементами то, с чем реально можно работать, – Арцур, как всегда, был спокоен и отвечал мне ровно и не повышая голоса, когда меня буквально распирало на то, чтобы как следует разораться, отстаивая свои слова. – А что Жизнь? Она просто есть и имеет место быть, не более. Вносить её в первоэлементы очень глупо и показушно. Таким образом, вы словно пытаетесь лишний раз отдать длань всему мирозданию, надеясь, что вас услышат и наградят особо отличившихся.
Ну всё, сам нарвался. Дальнейшие полчаса, а то и час, мы, отложив работу, стояли друг напротив друга и активно жестикулировали, пытаясь хоть словами, хоть жестами достучаться друг до друга. Но каждый стоял на своём и не думал идти на компромисс. В итоге, когда оба выдохлись и на доске не осталось места, чтобы в очередной раз нарисовать таблицу первоэлементов, мы, гордо задрав головы, отвернулись друг о друга и в потрескивающей угрюмой тишине молчания, каждый вновь принялся за свою работу. Ну, а если быть точнее, то я ещё сходила на кухню (разумеется, вдоволь наплутавшись при этом, так как я умудрилась немного запутаться в коридорах дома) за чашечкой чая, горло немного першило после моих громких высказываний на тему его первоэлементов. Да-да, мы всё-таки пришли к итогу, что у меня свои первоэлементы, а у него свои. Он даже рисовал их по-другому, используя более резкие и твёрдые штрихи, а я рисовала элементы более мягко и старалась передать их реальный вид.
Когда я вошла обратно в лабораторию, доска уже была чиста и на ней остались лишь наши кое-какие заметки по созданию артефакта. Дерево № 2 теперь было зачеркнуто, обозначая, что данный вариант нам не подходит.
– Ты уже приступил к № 3? – спросила я, ставя на незадействованный стол блюдце с чашечкой чая.
– Да, я уже проверил кору по нашему шаблону реакций, сейчас попробую добавить ртуть, – Арцур косо глянул в мою сторону, задержал взгляд на чашечке с чаем, но ничего больше не сказал.
– Подожди, я хочу посмотреть поближе! – заторопилась я к нему.
Но мужчина уже склонился над столом, оказавшись рядом с ним, я открыла было рот, чтобы сказать ему пару ласковых за то, что не подождал меня, как была схвачена за плечи, затянута под стол и прижата телом иноземца к полу, а над нами раздался нехилый такой взрыв, сопровождающийся звуком разлетевшихся в разные стороны инструментов. Судя по всему, это была реакция дерева зирби на ртуть. Вот только по звуку взрыва можно было понять, что взорвалось не только дерево, но и магический настольный светильник.
– Неплохие столы, я и не знала, что их можно укреплять изнутри… – я затруднилась с определением металла, – металлическим сплавом. Он ведь какой-то защитный, да?
Ну да, в такой ситуации только интересоваться укреплениями на столах.
Арцур удивлённо посмотрел на меня, приподнялся на локтях и поднял голову, чтобы посмотреть на внутреннюю часть столешницы. Осмотрел, а затем опустил глаза обратно на меня и медленно кивнул. Уверена, что мои глаза сейчас были просто огроменными, так как, во-первых, я не ожидала такого большого взрыва, а во-вторых, я была поражена реакцией иноземца. Он так ловко и быстро определил реакцию, да ещё и успел нас обоих определить под стол. Лежа спиной на полу и всё ещё прижатая мужским телом, я глазела на Арцура и больше ничего не могла сказать. Он нависал надо мной и молчал, смотря на меня сверху вниз каким-то ничуть не изучающим взглядом, а каким-то другим. Прям совсем другим, этот взгляд он ещё мне не демонстрировал, поэтому палитра его взглядов только что пополнилась взглядом с неизвестным названием. Из картины выбивались лишь немного съехавшие в сторону очки, и я не удержалась, высунула руку и указательным пальцем поправила очки, кажется, даже слишком сильно прижав их к переносице. Резко отдернув руку, я прижала её к груди и растерянно похлопала ресницами, мол, я тут вообще не при делах! Рука не моя и палец не мой!
Эта неприличная близость и смущенное молчание затянулось на несколько минут, пока сверху не прогремел ещё один небольшой взрыв, только немного в другой части стола. В этот раз Арцур одной рукой приобнял меня, прижимая к себе ещё теснее, тем самым, приведя меня в чувства.
– И долго мы будем тут лежать? – пробурчала я, одновременно высовываясь из-под него, что оказалось довольно сложной задачей. – Надо хоть узнать, осталось там от веточки что-нибудь, или нет.
На карачках мы оба вылезли из-под стола и стоя на коленках, как малые дети уставились на прожженную дыру в столе и расплавленный бывший светильник. Инструменты разлетелись в разные стороны, и некоторые тоже были немного оплавлены.
– Вот так бомбануло, – прокомментировала я получившийся итог нашего исследования.
– Я даже и предположить не мог, что может произойти взрыв такой силы и масштаба, – Арцур с не меньшим удивлением осматривал прожжённую дыру, диаметром не меньше восьмидесяти сантиметров, учитывая, что размер ветви был всего тридцать сантиметров. – Тебя не задело?
Он повернулся ко мне и внимательно осмотрел.
– Угу, как же, заденет меня с твоей реакцией, когда ты меня затаскивал под стол, я даже не успела подумать о твоих действиях! На вид и не скажешь, что ты сможешь за секунду уложить девушку под стол, – покачала я головой и, отряхиваясь, встала на ноги.
– Сочту за самый сомнительный и необычный комплимент в моей жизни, – прыснул Арцур и тоже поднялся.
– Да делай что хочешь, ты вот лучше скажи мне, почему мои травы взорвались? – замерла я не месте, когда увидела причину второго небольшого взрыва.
Арцур резко повернулся в указанную сторону и, подойдя ближе ко второй выжженной дыре, всё внимательно осмотрел.
– Склоняюсь к такому варианту событий: при первом взрыве, небольшой кусочек коры отлетел в твои травы и началась ещё одна магическая реакция, которая закончилась ещё одним взрывом, после которого не осталось даже пепла, – резюмировал он.
– Вероятнее всего это из-за магической составляющей коры, в ней же есть светлая и тёмная магия, которая и дала «зажигательный» эффект, – подхватила я.
– Да, – одновременно утвердительно сказали мы и переглянулись.
– Что ж, для рукояти посоха образец № 3 тоже не подходит, – устало сказал Арцур и потер красный шрам, от чего мой взгляд тут же впился в его шею.
Прикусив губу, я посмотрела на время.
– Пожалуй, на сегодня хватит исследований, уже время позднее, – сказала я и постучала ноготком по стеклу часов. – Только к пяти часам утра мы приберём этот беспорядок и напишем отчёт о проделанной работе за сегодня.
Отчёты мы писали для себя, чтобы в случае чего предъявить их или проверить, пытаясь найти момент работы, который упустили.
– Да, ты права, – кивнул Арцур и сразу приступил к делу.
* * *
Два дня я работала и готовила зелья больше машинально, руки сами всё делали, а сама я была далеко в лаборатории иноземца и размышляла над созданием артефакта. Даже на появление Бульона отреагировала не так бурно и грозно, как планировала. Я отчитала его за побег, а потом погладила любимца по мягким перышкам и накормила до отвала. А когда в сжатой лапке увидела всю ту же ленту для волос, мои мысли сразу же ушли немного в иную сторону и в голове всплыл образ иноземца.
– Бульон, – засовывая ленту в ящик тумбочки, говорила я. – Вот с какой целью ты забрал у Арцура эту ленту? Вот скажи мне, пожалуйста!
– Кар? – птица повернула голову в бок.
– Вот тебе и «кар»! – вздохнула я и тяжело опустилась на кровать.
Посидев немного, впустую глядя на пол, я вынырнула из омута мыслей и вернулась к работе, так как всё нужно было успеть до ночи.
Ко второму нашему заходу я морально готовилась, наверное, весь день. Не то чтобы мне не хотелось работать или играла роль неприязнь к алхимику, просто мне было очень неуютно из-за того, что мы идём вслепую. Делаем шаги наугад, не имея возможности даже предположить последствия, мы пытаемся создать могущественный артефакт, даже не осознавая в полной мере что, мы делаем и с чем мы вообще работаем. Эта неизвестность меня очень сильно тревожила, так как я привыкла всё контролировать. Мне привычнее, когда я всё обо всём знаю и с уверенностью выполняю свою работу, а тут, собственно, я даже не знаю в правильном ли направлении мы идём? А ещё и сам алхимик, он какой-то странный, хотя нет, не так, он другой. Он непохож ни на кого, и я не умею в виду его нетипичную внешность и иноземное происхождение, нет, он просто какой-то больно необычный и вызывает во мне тоже необычные чувства, с которыми предстоит разобраться, но потом. Сейчас главнее всего – поскорее отвязаться от артефакта, это моя главная цель на ближайшее время.
– А ты почему не занимаешься созданием кристалла? Вместо этого, ты почему-то работаешь вместе со мной, – я скосила взгляд на мужчину, который надел фартук и уже внимательно разглядывал веточку дерева № 4.
– Я этим и занимаюсь целыми днями, что ищу нужную породу по всем горам и шахтам, – со вздохом ответил он.
– Что? Подожди, но мы же работаем только ночью! – я резко развернулась к нему.
– Мне это должно помешать искать минерал днём? – Арцур тоже развернулся ко мне лицом и, отложив веточку, скрестил руки на груди, обозначая, что он твёрдо настроен, отстаивать свои права и действия.
– Так мы же должны вместе работать! А ты один ищешь нужный нам минерал, и даже не ставишь меня в курс дела!
– Помнится, кто-то говорил, что я буду заниматься созданием кристалла, а ты созданием рукояти, так как тебе ближе деревья, а мне кристаллы.
– Да, говорила, но ты же лезешь сейчас в мою работу, между прочим, – кивнула я на веточку рядом с ним.
– Ну не бездельничать же мне, пока у меня нет на руках нужной породы минерала, – развёл он руками и как ни в чём небывало вернулся к изучению веточки.
Рассерженно покусав губу, я не нашла, что на это ответить, поэтому принялась приготавливать всё для дальнейших экспериментов.
– Я могу задать тебе один вопрос, касаемо лично тебя? – внезапно заговорил Арцур, когда я, пыхтя, пыталась успеть за его действиями. Ну не привыкла я что-то изучать, поэтому и зачастую тормозила, так как не всегда была уверена в своих действиях.
– Если, только не рассчитывая на полный ответ, – слукавила я.
– Хорошо. Почему ты не живешь в городе? Тебя ведь любят люди, ты нужна им, да и, находясь в городе, им было бы удобнее обращаться к тебе.
Вопрос Арцура меня удивил, уж не думала я, что его заинтересует мой выбор места жительства.
– Мне так удобнее и спокойнее, в плане внезапных приглашений замуж, – пояснила я ему и не смогла не заметить, как он вскинул брови при упоминании замужества. – Лес всегда рядом, меня никто не дёргает, если кто и приходит, то только по важным обстоятельствам, ведь просто так мало кто захочет идти в такую даль. А на счёт приглашений замуж, так кто из знати не захочет иметь в жены собственную ведьму? Я ведь не только зелья варить умею, но могу и проклясть и порчу навести, а ты сам наверняка знаешь, как много недругов и конкурентов у богатых семей. А так, живя вдалеке от города, я и не отказываюсь от своих ведьминских обязанностей и живу спокойной, размеренной жизнью. Поверь, когда по пять раз по дню заезжают на чай самоуверенные аристократы, которые считают, что им всё дозволено, не только сбежишь жить в лес, но и начнешь носить амулет для отпугивания любых представителей мужского пола.
– А такой есть? – изумился Арцур.
Я рассмеялась.
– К моему сожалению – нет, – улыбаясь, ответила я и покачала головой.
– А как на это отреагировал король?
– Если учесть, что в лес я сбежала из его замка, то вполне нормально и спокойно, – я вздохнула, вспоминая жизнь во дворце.
– У вас был роман? – Арцур слишком ярко показывал свой повешенный интерес к данному вопросу.
– Как тебе сказать, он даже не успел начаться, да и вообще не имел места быть. Валефор сразу сказал, что ему от меня нужно и какая именно у меня будет роль. Я на Валефора никогда не смотрела как на мужчину, так что даже его лестное предложение не сподвигло меня на это. Какой там, когда он предложил мне быть его любовницей, я вообще чуть не прокляла его на месте!
– А я сейчас подумал, что фиолетовым цветом волос ты тогда его и наградила, – рассмеялся Арцур.
Я не стала уже говорить, что в фиолетовом цвете волос как раз таки я и виновата, лишь загадочно улыбнулась и продолжила работу.
– А что тогда ты? Почему ты решил отстроить себе дом на горе Инрольф? Это тоже не самая близкая точка по отношению к городу. Или всё дело в грифоне? – через некоторое время подала я голос.
– Отчасти и в грифоне, ты тогда правильно сказала, после житья на снежных вершинах, очень сложно потом жить вообще без них. А ещё я не люблю, когда во время работы мне мешают. Хоть как – звуками, дребезжанием, разговорами или ещё чем-либо. Мне нужно полное уединение с работой, чтобы был только я и алхимия, всё! И больше ничего!
Я внимательно слушала его и на последней произнесенной фразе даже невольно вздрогнула.
– Поэтому ты до сих пор холост? – я хотела пошутить и посмотреть на него, но с образцом № 4 что-то пошло не так: – Ай, да я же правильно всё сделала, какого лешего ты уже третий раз капризничаешь?!
Выполняя действия уже строго по написанному в блокноте, я наблюдала три совершенно разные реакции и не могла понять, что я делала не верно? Да, может быть, в первый раз сделала что-то не так, но во второй и тем более третий раз, я точно должна была сделать всё правильно!
Задумавшись, я подняла на свет штатив с пробирками, проверяя на возможную грязь или ещё какие инородные тела.
– С каким этапом у тебя проблемы? У меня с первым и вторым всё идеально, – Арцур выпрямился и посмотрел на меня, опираясь одной рукой о стол.
Этапов проверки на совместимость дерева с ртутью у нас всего пять, поэтому мы разделили их напополам, так как они не связаны между собой, а лишь каждый из них даёт свою реакцию, по которой и можно понять, подходит нам это дерево, или нет.
– С пятым, – озадаченно вздохнула я и по старой привычке приложила указательный палец к краю губ.
Последний этап – прямое совмещение дерева с ртутью, мы проделываем вместе, но тут я решила забить на два предыдущих этапа и перейти сразу к совмещению. Чего тянуть? Лучше уж экспериментировать наверняка, чем тратить время впустую, тем более, это ведь не так страшно, что я сразу перешла к прямому совмещению.
– То есть, третьим и четвёртым этапом ты пренебрегла? – алхимик на пятках развернулся ко мне всем корпусом и ненадолго задержал взгляд на нижней области лица, чтобы потом медленно поднять взор на мои глаза и скрестить руки на груди, выражая тем самым своё явное неодобрение.
Всем своим нутром я почувствовала приближающуюся бурю, поэтому я внутренне вся подобралась, готовясь к… К чему-нибудь! Главное – быть готовым к внезапным атакам любого вида, а дальше уже как пойдёт!
– Ага, – кивнула я и с вызовом посмотрела на него, мол, ну давай-давай, попробуй мне сейчас что-нибудь сказать на этот счёт!
– А ты не обнаглела, ведьма ты наша достопочтенная? – с угрозой произнёс он.
– Нисколько. А вы? – я готова поклясться, что на официоз перешла совершенно случайно.
Ой, лишь бы он сейчас не рявкнул: «ПРЕКРАТИТЬ ЕРНИЧАТЬ, СЕЙЧАС Я ЗАДАЮ ВОПРОСЫ!», я ж тогда по полу буду кататься от смеха. Нет, в этой фразе нет ничего плохого, просто это будет так предсказуемо, нелепо и типично со стороны мужского пола, ведь эти мужчины порой любят брать главнокомандование на себя и при малейшем ослушании или самовольничестве начинают командовать с ещё большим напором и, как я считаю, наслаждением.
– В данной ситуации – нет, а вот ты да, – с нажимом ответил он, поразив меня. – Ты вообще понимаешь, что к данному делу нельзя относиться так безответственно?
– В чём это я проявила безответственность? – подавилась я воздухом и приложила ладонь к шее, откашливаясь, не отрывая взгляда от алхимика, который вздумал меня отчитать. – В том, что решила пропустить два этапе проверки? А это изменило бы реакцию пятого этапа? Хочешь, мы можем проверить это, но лишь потеряем время, которого у нас и так мало, а мы ещё не придумали, что делать с кристаллом!
– А ты забыла, что произошло вчера? – почти прорычал он и сделал широкий шаг ко мне.
– Ну, произошёл непредвиденный взрыв, – пожала я плечами. – Это ведь и есть наша работа, что ты возмущаешься?
Голова сама повернулась к столу, где было две выжженные дырки разных диаметров.
– И ничего, что ты могла пострадать? – до этого спокойно сложенная его правая рука резко дернулась, выдавая его эмоции. – Ты думаешь о чём угодно, но только не о себе, ты это не заметила? Так ещё и каким-то образом, заставляешь меня беспокоиться и всё время поглядывать, не делаешь ли ты чего опасного!
– Я тебе хочу сказать, что ты просто мастерски умеешь переводить темы! Давай-ка разберемся с тем, что ты начал меня отчитывать за халатность в исследовании, – в нетерпении я стала притоптывать носком левой ноги.
– Ты не поняла, я сейчас и не переводил темы, а изначально завёл разговор о том, что из-за твоей безответственности ты могла пострадать! – Арцур шумно вздохнул.
– Тогда я не вижу причины твоего возмущения, – резко повернула я голову в другую сторону, всем своим профилем показывая, что сыр-бор образовался из ничего.
– Хорошо, – спокойно кивнул он, а мне в этот момент как-то сразу стало неуютно и беспокойно, слишком уж легко и быстро он отступил. – Тогда зайдём с другой стороны…
И тут он как начал мне в красках расписывать все алхимические принципы и как важно следовать строго по правилам, и ни в коем случае не пропускать хоть один этап на пути к завершению работы. Его слова звучали твёрдо, а доводы и аргументы были логичными и имели немалый вес. По началу я всё молча выслушивала, но потом тоже «втянулась»:
– Вот не надо мне тут говорить про безопасность при работе с неизведанными веществами, я тебе не студентка, а настоящая ведьма! Хоть и моё ремесло далеко от алхимии, но уж про такие тонкости, как безопасность и предосторожность к неизученным веществам я знаю. Поэтому, я, наверное, тоже подумала перед тем, как попросту пропускать два этапа? А значит, я была уверена в своих действиях и могла предположить возможные реакции.
Я взирала на него снизу, запрокинув голову, так как эта алхимическая зараза была довольно высокой и имела крепкую фигуру. Мне порой было страшно представить нас со стороны, так как одно только это понимание возбуждало во мне истерические смешки. Я со своим метр шестьдесят семь (ну да, была я ведьмой совсем миниатюрной, будто бы в родстве у меня затесались феи или вообще гномы), и он со своими метр девяносто, если не два. Вечно спорящие и, причем я в нашей компании была самой крикливой. То есть я на него вечно тявкала где-то снизу, а он величественно смотрел вниз на меня и, наверное, думал о том, что я такая маленькая, а проблем и шума от меня сто-олько…
– Но так можно делать только в специальной магической защите! Ведь риск всё равно есть! – гнул своё Арцур.
– Тогда почему ты её не плетёшь? – тут же взяла я его в оборот. – Насколько я знаю, её всегда плетут алхимики и артефакторы, а у ведьм всегда всё налажено, поэтому мы в защите не нуждаемся, это вы, вечные экспериментаторы безбашенные, которые не могут усидеть на месте!
– Я не считаю нужным прибегать к такому энергозатратному заклинанию, – как отрезал Арцур и тут же повисла тишина.
То и дело посылая в него пылающие взгляды, я размышляла над следующим ответом и переваривала уже сказанное. Значит, он так переполошился из-за моей безопасности, что наводит на довольно подозрительные выводы. Что это он вдруг начал так себя вести? Сразу появились мысли о том, что король приказал ему что-то дополнительно и об этом явно не должна знать я. У меня в голове уже сложилась парочка заковыристых теорий, но знать наверняка я не могу, поэтому включаем режим «Я ничего не знаю и не замечаю» и наблюдаем дальше.
– Хорошо, тогда претензии ко мне ещё будут? – вскинула я бровь.
– Будут! – твёрдо сказал алхимик.
Я не сдержала обреченного вздоха.
– Если таковое произойдёт ещё раз в моей лаборатории, будешь отвечать по всем меркам и параметрам, – поправляя очки, он произнёс это совершенно спокойно, ровно, даже без эмоционально, но мне от этой фразы вдруг стало и холодно и жарко одновременно. Умеет же он жути навести!
– А буду ли? Вот в чём вопрос… – уклонилась я.
– О-о, ещё как будешь, это я тебе гарантирую, – закивал он, а мне вдруг показалось, что я сейчас разговариваю не с привычно спокойным и рассудительным Арцуром, а с каким-то похотливым алчным демоном, который заключил со мной сделку и теперь так и дожидается, когда я нарушу правило и он заполучит мою душу. Брр!
– Так что продолжать работу будем? Или такой безответственной мне, ты уже не дашь и в микроскоп заглянуть? – хмыкнула я.
– Вывести бы тебя из лаборатории вообще, – пробубнил иноземец себе под нос, отворачиваясь.
Но я-то слышала! И молчать не намеренна, уж если скандалить, то уже до конца, пока не перессоримся и не разбежимся снова по разным углам лаборатории.
– Я не заставляю находиться в одном помещении со мной, – сказала я это как само-собой разумеющееся и пожала плечами.
– Как и я не заставляю приходить сюда каждую ночь и мотать мне нервы, – в тон мне ответил Арцур.
Пух! Все тормоза и преграды были отброшены в тот самый миг, когда были произнесены эти слова.
– А ты словно весь такой нежный и пушистый, да? – сощурилась я на него. – Одна я тут мешаю исследовательскому процессу и подвергаю риску не только себя, но и тебя, да? А может просто дело в тебе? Это ты ведешь себя как…
– Как кто? Как ты? – Арцур потерял весь облик уравновешенного аристократа и теперь хоть походил на живого человека, прервав мою речь, которая с каждым словом набирала обороты. – Вечно взбешенная, недовольная, самовлюбленная стерва? Ну, знаешь, если я себя веду так же, то я даже рад этому, что хоть ни один я страдаю от постоянного недовольства и едких высказываний.
– Ой, какие мы несчастные и бедные, – просюсюкала я и покачала головой, выражая беду и сочувствие. – Стервозная ведьма вечно язвит и пакостит! Ужас, ужас! – наигранно причитала я. – А что ж ты позволяешь такое мне? Ты ведь сам всё терпишь и стараешься всё игнорировать! Ты знал на что идёшь, тебя Валефор предупреждал, что у меня на редкость едкий характер и чрезмерная осторожность, и дистанция к совершенно незнакомым людям, так что ты теперь мне жалуешься? Жалуйся королю, который тебя нанял!
– Знаешь, я был готов ко всякому, но я не мог даже предположить, что такая миловидная девушка, может оказаться такой колючей и ворчливой! Ты сама отталкиваешь от себя людей, даже когда они тебе не сделали ничего плохого! Что с тобой такое? – Арцур взирал на меня с осуждением. – Ты ведь порой словно забываешься и ведешь себя нормально, а потом у тебя в голове звенит какой-то колокольчик, и ты снова покрываешься шипами и у тебя как у ядовитой змеи вырабатывается едкий яд, которым ты не забываешь пользоваться. Хотя нет, ты всегда подстраиваешься под ситуацию и личность, с которой общаешься. Ты скрываешь настоящую себя, – со вздохом сказал он, будто бы был огорчен в этом. – Складывается такое ощущение, будто бы тебя ранили в прошлом, и ты не хочешь вновь наступить на те же грабли. Алианна, пожалуйста, если я прав, то давай спокойно поговорим, или мы не сможем продолжать работу дальше.
В словах Арцура был смысл. Но я не хотела, чтобы после нашего завершения работы, Арцур захотел бы продолжить со мной общение. Мне это попросту не нужно, я так привыкла к своему укладу жизни, что не хотела его менять или даже осматривать возможные варианты. Я не любила перемены, так как они всегда рушили мои идеально поставленные планы, вот и сейчас, мой свежевозведенный план то и дело пошатывался и так и норовил развалиться прямо у меня под ногами.
Да и Арцуру будет безопаснее, в том плане, что Мираклий не будет ему постоянно назить, видя в нём потенциального противника. Не то чтобы я волновалась за Арцура, просто не хотелось, чтобы из-за меня у него были проблемы, а с Мираклием они будут. Вон, на балу, если я не ошибаюсь, то Мираклий дал ему по лицу, и я очень надеюсь, что тогда маска не слетела, и он не увидел его лицо. Командор был редкостной злопамятной скотиной и обладал не меньший отвратительности характер, чем у меня, и это ещё было приправлено бараньим упрямством. И вот этот супер-микс задался целью заполучить меня в жены. Ну уж нет, у меня и без алхимика была сказочная жизнь, в которой было двое постоянных мужчин – Мираклий и Валефор. Спасибо, мне их более чем хватает! Алхимик на грифоне и со слоном в загоне уже будет слишком…
