Текст книги "Бастард Императора. Том 25 (СИ)"

Автор книги: Андрей Орлов

Соавторы: Сергей Каспаров
сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Глава 20
Мощь Фантома

Я мельком взглянул на тяжело дышащую Яну. Грудь ходила рывками, зрачки были слегка расширены, сердцебиение – учащённым. Энергия по её каналам тоже циркулировала ненормально быстро, почти судорожно.

Я отвернулся, глядя на устроенную нами мясорубку и на Балтарога, и ничего ей не сказал.

То, что это было вмешательство Эльсы – очевидно. И, судя по всему, последнее. Её воля, как и само присутствие, просто растворились после единения, будто её никогда и не было.

Сказать, что это было неожиданно – значит ничего не сказать. Но мне удалось подстроиться, и её вмешательство сильно облегчило задачу. Теперь поле боя было чистым от врагов.

Башку отрезать Балтарогу не вышло, но он лишился руки – а это уже многое.

В этот момент раздался рёв. Яростный, полный ненависти и не обещающий нам ничего хорошего. От рёва Балтарога во все стороны пошли волны пламени и давления, прокатившиеся по воздуху. Я выставил щит и с усилием заблокировал её.

Где-то впереди с громким гулом что‑то ударилось о раскалённую землю. Его отрубленная рука долетела до низа.

Рядом со мной появилась Эйр. Сестра очень внимательно смотрела на Яну, сжав губы. Я в ответ лишь молча помотал головой. Тогда она коротко кивнула и произнесла:

– Не знаю, что он задумывал, но печать под ним начала разрушаться. Видимо, вы его прервали, и Балтарог потерял концентрацию.

Я посмотрел вниз. Там действительно рассыпалась не самая простая печать. Её линии тускнели и таяли. Впрочем, демон уже пытался восстановить её. Под его лапами вспыхивали новые символы.

– Яна, – обратился я по связи к девушке, – пока сражаемся без единения.

Она быстро взглянула на меня и кивнула. В её взгляде я, почему‑то, увидел замешательство – словно Яна сейчас не здесь, а где-то очень далеко. Но это точно была она, а не Эльса.

Мы сорвались в бой, но теперь уже просто сражаясь рядом. Единение – это не техника, как многие думают. Единение – это «синхронизация» двух и более практиков. То есть ему вовсе не обязательно сопровождаться подпиткой энергией.

Вот только Яна пока не на том уровне, чтобы полноценно держаться рядом со мной без единения. Так что пока – так.

Нет, сражаться мы можем и так, но эффекта толком не будет. Самый обычный бой, без того дикого усиления, которое можно получить, когда она станет сильнее и повысит своё мастерство.

Я вскинул голову вверх. Там, высоко в космосе, всё ближе и ближе подступала надвигающаяся волна. И это не могло не беспокоить. Мы с Балтарогом не закончили, а про ещё одну опасность я вообще молчу.

Демон, сразу после того, как мы ему отрубили руку, перестал быть пассивным. Наоборот – начал куда активнее создавать печати, одновременно пытаясь восстановить ту, огромную, что была под ним. В воздухе тоже одна за другой вспыхивали вязи алых символов.

Мы же всячески пытались мешать ему. Пришлось приложить немало усилий, но нам это удалось.

Однако, стоило печати внизу окончательно начать растворяться, как Балтарог перестал сдерживаться.

Вся энергия, которая до этого уходила в конструкт, в одно мгновение, пламенным, полностью выжженным безвоздушным пространством, выплеснулась наружу.

Выброс был настолько мощным, что нам всем пришлось в панике поднимать щиты и спешно укреплять их, лишь бы не сгореть заживо. Волну унесло далеко во все стороны. Земля внизу стала сплошным морем лавы из расплавленных камней и верхнего слоя земли. Все кости, всё оружие, все тела демонов – всё, что ещё оставалось от прежнего поля боя, – в один миг сгорело и исчезло.

Пространство вокруг дрожало от мощи, которую Балтарог высвободил. Наши круговые щиты казались жалкими островками, грозящими разрушиться в любой момент в этом неспокойном море огня и давления.

Демон вытянул в мою сторону единственную целую руку, и я сразу всё понял. Создав крылья, рванул прочь ото всех остальных, отводя удар на себя.

Как я и думал – он продолжал наблюдать именно за мной. На его пальцах вспыхнула сложная печать, а в следующую секунду небо пронзил громадный алый луч. Он гудел мощью, сотрясая пространство, и уходил ввысь – пробивая небо насквозь.

– Эйр, Яна, атакуйте его только на расстоянии! Разорвите дистанцию и не приближайтесь! Передайте этот приказ всем!

Сестра меня поняла сразу, пока я ещё даже не договорил. Все мгновенно разорвали дистанцию, уходя в стороны, пока я, наоборот, летел прямо к демону.

Оказавшись возле него, ощутил такое мощное давление и такое яркое чувство смертельной опасности, что в мгновение развернул вокруг себя множество щитов и укрепил покров стихией.

Но это не помогло: покров лопнул вместе со щитами, рассыпавшись треском, и только тёмная энергия, высвободившаяся в один миг, спасла меня от сожжения до костей.

Я рванул прочь, в последний момент успевая рывками уворачиваться от проносящихся мимо алых демонических копий. На их концах были не просто лезвия, а широкие, рваные засечки, чтобы нельзя было выдернуть, если хоть одна зацепит.

Вот теперь, кажется, у нас действительно проблемы…

* * *

– Мы его так не убьём! – произнесла запыхавшаяся Эйр, мгновенно оказавшись рядом со мной в небе. Её дыхание было рваным, волосы прилипли к лицу от пота и жара, но взгляд оставался ясным.

Из-за количества испускаемой силы и пламени всё вокруг уже давно превратилось в странный день розово‑жёлтого цвета. Мощь демона настолько сильно влияет на всё вокруг, что цвета искажаются, а линия горизонта плывёт. Если бы здесь оказался кто‑то, кроме высших, – они бы сгорели не за секунду, а за миг, не успев даже понять, что произошло.

Но даже немногие высшие могут долго выдерживать нахождение относительно рядом с демоном. Приходится постоянно разрывать дистанцию, уходить в стороны, чтобы перевести дух, потому что Балтарог, сотрясая землю своими шагами, начал двигаться.

Теперь, раз я слишком быстрый, а он не может изменить строение тела, чтобы догнать меня или точно попасть, демон просто решил уйти. Куда-то направиться, сметая всё на пути. Между нами получилась патовая ситуация: он не может меня поймать, а я – до него добраться.

Но одно ясно точно: если мы его не остановим прямо сейчас, неизвестно, сколько городов эта тварь успеет сокрушить, прежде чем на сражение с ним поднимутся все империи. А у нас слишком мало высших…

– Знаю, – ответил я. Мысли стремительным потоком роились в голове, ища выход. И, кажется, я его нашёл. – Эйр! Сможешь поддержать мой фантом⁈

– Что⁇! – сестра аж задохнулась, на секунду сбившись с ритма. – Ты шутишь⁇! Фантом⁇! Мы ведь никогда его не делали!

Я внутренне усмехнулся, добивая очередного демона, и спросил:

– Боишься, что не осилишь?

– Боюсь, что ты сдохнешь!!! – зарычала Эйр, вступая в бой сразу с двумя демонами, отбрасывая их шквалом ветра и разрезая клинком. – У тебя не тот ранг, чтобы делать фантома! Твои мелкие – не в счёт!

– У нас нет выбора, – я блокировал удар уродливого четырёхголового демона, и атаковал его тёмной энергией, прожигая дыры в теле. – Придётся использовать сферу предка. Иначе мы его не остановим.

Сестра сомневалась недолго – тишина повисла всего на пару мгновений.

– Космос… – выдохнула она. – Давай! Я поддержу! – дальше она снова чуть ли не прорычала: – Этой твари очень не повезло, что тут двое Вайторлов!

* * *

Эйкхирия, стремительно перемещаясь по воздуху и убивая мелких тварей, перевела взгляд на зависшие в небе две фигуры рядом. Сергей и Эйрлания.

Ранее Сергей и Дубровская очень удивили её своим единением, но сейчас эти двое тоже явно что-то задумали… И очень скоро девушка увидела, что именно.

Сергей вдруг стремительно рванул вниз. На огромной скорости врезавшись в землю, он вогнал в неё свой меч. Взрыв силы был такой, что лава вспучилась, от удара образовалась гигантская воронка, откинувшая в стороны потоки расплавленного камня и земли.

Вокруг него тут же вспыхнули три большие жёлтые печати, одна за другой раскрываясь и устремляясь своими кругами вдаль, словно расходящиеся по воде волны.

В месте, где меч впился в землю, появились молнии. Сначала они струились едва заметно, тонкими нитями – словно робким и слабым ручейком тянулись вверх. Затем Сергей резко вытащил меч, и молнии, словно прорвавшаяся плотина, бурным потоком вырвались наружу, устремляясь в небеса.

Всё вокруг осветилось синим светом. Эйкхирия, глядя на всё выше и выше поднимающиеся разряды, ощутила, как по телу прошла дрожь.

Так обычно бывает при нескольких ситуациях: от присутствия действительно сильного практика, чудовищно мощной твари и… Техник высшего порядка.

Молнии, достигнув определённой высоты, примерно на уровне Балтарога, который ушёл далеко вперёд, игнорируя всех и лишь призывая своих мелких демонов, начали разветвляться в разные стороны. Эйкхирия, с шоком во взгляде, смотрела, как они формируют скелет – колоссальный остов из чистой молнии.

Скелет формировался очень быстро: позвоночник, рёбра, массивные конечности. Пока это происходило, рядом с Сергеем появилась Эйрлания.

Девушка посмотрела на парня, вокруг которого дрожал и искажался воздух, а из тела во все стороны били молнии, освещая всё рваным синим светом. От этого света рождались десятки теней, и в каждой из них Эйкхирия почему‑то видела контуры разных мифических тварей – древних зверей, о которых читала только в легендах и никогда не видела.

Кто же ты такой… Сергей…?

Парень тем временем сжимал ладонь свободной руки в кулак. Рука едва заметно подрагивала, по коже пробегали разряды, а вены по всему телу вздулись. В уголке рта тонкой струйкой потекла кровь. Эйрлания с какой-то грустью и пониманием покачала головой, будто уже зная, чем он рискует.

Она подняла вверх руку с мечом. Вокруг кисти вспыхнули три печати – подобные его, но иные по структуре, – и через секунду они также устремились своими кругами в стороны. Достигнув размера печатей Сергея, они начали вращаться в противоположную сторону.

Между двумя слоями печатей воздух словно стал нагнетённым, сжался до невероятной плотности, и между ними забили молнии. Верхние печати начали медленно опускаться, при этом между ними и нижними проявилась странная отталкивающая прослойка – напряжение в воздухе было видно даже невооружённым глазом.

Но эта прослойка не смогла долго сопротивляться. Спустя мгновение верхние печати стремительно рванули вниз, сливаясь с нижними в единую сложную конструкцию.

Смотря на получившуюся комбинацию, Эйкхирия могла лишь поражённо смотреть, насколько силён Сергей, если он принимает на себя большую часть давления всей этой конструкции. Даже на расстоянии она ощущала, как её собственная энергия откликается и пытается отступить подальше, чтобы не быть в одной плоскости с этой силой.

От Эйрлании тем временем во все стороны и в небо устремился мощный воздушный поток. Не только Эйкхирия – все, кто был здесь, с замиранием, недоумением и некоторым страхом наблюдали за тем, как ветер становится «плотью», сгущаясь и формируя оболочку вокруг скелета из молний, по размеру равного огромному демону.

Сам Балтарог, успевший отойти на приличное расстояние, словно только сейчас ощутив угрозу, начал разворачиваться.

Огромный синий скелет с бронёй из ветра, до этого стоящий смирно, внезапно ожил: поднял вверх голову, а вслед за ней – руку.

Он несколько секунд рассматривал свои пальцы, словно привыкая к ним, а затем перевёл вдруг зажёгшиеся жёлтым светом глаза на демона, уже начавшего формировать печать, и резко сжал ладонь в кулак. Согнув колени, гигант повёл кулак вниз.

Кулак достиг расплавленной поверхности – земля содрогнулась.

От удара во все стороны устремилась мощная воздушная ударная волна, вмиг сметающая на многие сотни метров лавовый океан, оголяя почерневшее дно. Но все смотрели не на это, а на то, как, прорезая небо, появившись словно из самого пространства, вниз, прямо в демона, горя от скорости и сопротивления воздуха, летел огромный клинок – точная копия того, что держит в руке Сергей.

Гигантский меч, сияющий жёлтыми рунами, искажал вокруг себя пространство. Балтарог, явно почуявший смертельную опасность, резко вскинул голову и свою целую руку вверх. С алой печати, вспыхнувшей над его ладонью, навстречу клинку ударило пламя – густое, почти вязкое, словно жидкий концентрированный огонь.

Стихия и лезвие оружия встретились высоко в небе. В момент их столкновения сверкнула невероятно яркая белая вспышка, раздался громкий, яростный треск пространства, будто небеса были тканью, и сейчас рвались в лоскуты. Воздушная волна, ушедшая немного под углом, вмиг убила сотни демонов, а землю под ней прорезала широкая дуга, по которой начала стекать лава из под Балтарога.

Демон рыкнул и чуть сильнее надавил ладонью вперёд – пламя мгновенно стало шире и плотнее, рвануло ещё выше, и от места соприкосновения ударила новая волна, прокатившаяся по полю боя.

Вот только Балтарог забыл, что меч – не единственная проблема…

От гулких шагов титанического гиганта содрогалась земля. Огромный образ нёсся на демона. Тот всё же заметил его – даже верхняя часть отрубленной руки мимолётно дёрнулась, будто он пытался ею пошевелить, – но о том, что её нет, он вспомнил слишком поздно.

Враг попытался создать печать, впечатывая когти в воздух, однако образ, резко прыгнувший вперёд сразу двумя ногами, целясь прямо в грудь демону, оказался куда быстрее.

Балтарог успел сгруппироваться, уперевшись лапами в землю и чуть подставив вперёд грудь, принимая удар. Однако даже так – удар сотряс пространство, разорвав воздух, а демона отбросило назад, заставляя глубоко впарывать когти на лапах в раскалённую породу. Все его печати разлетелись и были развеяны.

Меч на огромной скорости, сотрясая землю, врезался в неё. Образ, уже успевший сгруппироваться, в одно движение схватил рукоять, рванул клинок на себя и, используя инерцию, нанёс резкий, стремительный размашистый удар.

Воздух, и без того превратившийся в марево, яростно загудел, разрываемый оружием и поднявшимся ветром. Балтарог выставил вперёд лапу со светящимися алым когтями, встречая удар.

Миг, столкновение – и мир потонул в тишине и белой яркой вспышке, распространяющейся с ударной волной от места столкновения двух сил. На краткий момент всё вокруг стало белым, без форм и границ.

Эйкхирия и все остальные резко создали щиты и прикрыли глаза. Доли секунд – и их настигла волна, сметая вместе со щитами прочь, словно куклы, брошенные в вихрь.

Когда Альвийка смогла стабилизировать себя разлепить глаза, она увидела, что лавовое озеро практически полностью затухло, оставив после себя лишь чадящую чёрную поверхность, всю в трещинах, дымках и редких языках огня. Живой лавой оно осталось лишь под самим Балтарогом, который продолжал выжигать пространство вокруг себя, словно сам был источником этой преисподней. Марево тоже исчезло – разогнанное и разорванное ударом. Небо наконец стало светлым.

Сам демон в этот момент дрожащей лапой и с яростью на страшной морде удерживал клинок.

Две силы – огромный образ и Балтарог – боролись, не желая уступать друг другу ни шага.

Внезапно они одновременно надавили. Новая мощная ударная волна, разлетевшаяся во все стороны, начала разрушать затрещавшую под ними поверхность, ломая её на плиты.

Все высшие, как один, уже давно телепортировались как можно дальше, понимая, что теперь битва перешла в разряд, где им нечего делать. Слишком мощные силы вступили в бой… Сергей с Эйрланией тоже телепортировались высоко в небо, оттуда сражаясь с демоном.

* * *

Эйкхирия думала, что они будут вынуждены лишь наблюдать за схваткой, но нет… Демон, поняв, кто именно его атакует, начал создавать новые печати вокруг Сергея и Эйрлании.

Поэтому все остальные также вступили в бой, защищая двух высших, сдерживающих громадную тварь, пока оставшиеся высшие могут быть лишь поддержкой…

Сражаясь против сотен громадных тварей, заполонивших небо, плечом к плечу с остальными, девушка нет‑нет да поглядывала на парочку.

Те, побледнев, стояли ровно и почти неподвижно, сосредоточив свои взгляды только на демоне. Эйкхирия заметила, что струйка крови у парня появилась не только изо рта, но и из глаз, а также из ушей – давление техники буквально выдавливало из него жизнь.

От каждого удара Балтарога и образа содрогалась земля, гудело небо и чуть ли не рвалось пространство. Страдала не только местность вблизи, но и в отдалении, так как волны доносились и туда.

Но девушка не могла не отметить, что они побеждают. Огромный образ ловко орудовал громадным мечом и, пользуясь тем, что у демона нет второй руки, постоянно вклинивался именно с той стороны, выбивая Балтарога из равновесия.

Впрочем, Балтарог отсутствие руки пытался компенсировать хвостом. И каждый удар хвоста оставлял в земле новый каньон.

Земля вокруг них и вообще на огромном расстоянии превратилась в сеть рытвин и разрывов, будто в самом мире проросли гигантские шрамы.

Кинув очередной взгляд в их сторону Эйкхирия почувствовала, как у неё вздрогнуло сердце. Чувство тревоги, отточенное сотнями битв, взвыло на полную.

Но где враг???

Тем временем громадный образ, подловив демона на движении, резким ударом ноги опрокинул взревевшего Балтарога на спину. Лава под ним взметнулось вверх, как взорвавшийся вулкан. А фантом, разбежавшись, подпрыгнул, держа меч лезвием вниз.

Тень гиганта накрыла демона целиком. Удар – и… Клинок пробил Балтарога насквозь, пригвоздив верещащего демона к земле. В месте входа меча из тела демона рванул столб пламени.

* * *

Кто бы мог подумать, что создать фантом будет так сложно… Ранее мы с Эйр никогда его не делали вместе, да и на моём ранге это действительно похоже на самоубийство. В чём я и успел убедиться, чувствуя, как моё тело горит, как будто меня медленно жарят заживо и одновременно рвут изнутри силой.

Но, как бы там ни было – мы побеждаем. Мне не хотелось использовать фантом, зная, что придётся заимствовать энергию и рисковать собой и Эйр, но выбора действительно не осталось.

Балтарог, вцепившись в лезвие меча, метался и ревел, пытаясь вырвать его, но я лишь давил сильнее, используя всё больше сил. Каждое его дёрганье отзывалось в моих костях ломотой, а в голове – болью.

Сейчас мы…

Я резко ощутил позади всплеск множества высших и… Опасность.

Находясь в этом состоянии, управляя фантомом, мы с Эйр отдаём все «ресурсы» ему – и тело чувствуется где‑то далеко, на краю сознания. Поэтому, внезапно ощутив опасность, я сразу понял, что враг уже очень близко.

Разрывая контакт со своей техникой и передавая её полностью Эйр, в замедленном восприятии я начал оборачиваться, чтобы прикрыть собой сестру. Однако из-за потраченной энергии – мир вокруг меня будто стал вязким. Но, обернувшись, я успел увидеть, как позади нас, закрывая собой, появляются Яна и… Светлана Вяземская.

На нас неслись стремительные образы сосредоточенного мужчины и старухи в чёрных одеждах и серых пальто – с синим артефактным копьём и огненной рапирой в руках.

Краем зрения я уловил, как появившаяся из тени Эйкхирия, выполняя мой приказ, о котором поклялась на крови, выставила перед врагом щиты и в тот же миг резко схватила Яну за шиворот. Стискивая зубы, она резким рывком потащила её прочь от удара.

Враги действительно были близко. Слишком близко… Щиты, поставленные Эйкхирией, Яной и Светланой Вяземской, были вмиг пробиты артефактным оружием.

Откинувшая прочь Яну Эйкхирия, чуть ли не рыча, успела переместиться вперёд, блокируя удар огненной рапиры, но копьё пронеслось дальше. В следующий миг оно вышло из спины Светланы Вяземской. Хлынула кровь и оружие устремилось дальше в меня.

Всё также в замедленном восприятии я пытался успеть разогнать свою энергию и увидел, как женщина чуть дёргает рукой. Светлана Вяземская за невероятные доли секунды создала между нами воздушный вихрь и откинула меня прочь, спасая от копья. Сама же женщина в этот момент вгоняла воздушный клинок высшему под рёбра…

Глава 21
Падение демона и… Новый враг

Энергия, направленная ранее на поддержание фантома, проводимая сквозь организм и ещё заимствованная от сферы, сейчас была крайне нестабильной, поэтому я мог лишь наблюдать, не в силах ничего сделать.

Эйкхирия, отбив атаку вражеской высшей, растаяла в воздухе, исчезая, словно чёрный дым, и в то же мгновение появилась перед мужчиной. Её клинки, сверкнувшие чёрным светом, устремились в два направления: один ударил в шею, входя в неё по рукоять, а другой разрезал руку, отсекая её у самого плеча.

Падая вниз, с шумом ветра в ушах и свистом воздуха, трепещущего мою одежду, я видел, как неподалёку также падает Светлана Вяземская.

Женщина, с торчащим из живота копьём, вертелась в пространстве, не в силах остановиться, словно сломанная кукла, брошенная с большой высоты, и почему‑то искала взглядом именно меня.

Когда её взгляд наконец смог зацепиться за моё лицо, я увидел в её глазах только тревогу.

Находясь в нестабильном состоянии падения, раз за разом переворачиваясь в воздухе, она вдруг, с дрожью и явной болью, вытянула в мою сторону руку. В это же мгновение я ощутил, как подо мной создаётся воздушная подушка.

Моё падение начало замедляться, будто меня подхватила невидимая ладонь, а вот сама женщина, всё так же с тревогой глядя на меня снизу вверх, унеслась дальше вниз.

От этого взгляда, от этой тревоги в нём, на душе почему‑то стало очень горько… Словно здесь и сейчас я лишаюсь чего‑то очень важного. Чего‑то, о чём потом буду долго жалеть, даже если захочу забыть.

В груди перехватило дыхание, будто кто‑то сжал сердце ледяной рукой.

Где‑то далеко вверху тем временем продолжала бушевать битва. Небо сверкало сотнями взрывов и языками пламени, вперемешку с другими стихиями. Эйкхирия сражалась с оставшимся высшим, пока другие начали делиться на группы и отбивать атаки демонов, закрывая дыры в обороне.

Всё сильнее замедляясь, я стиснул зубы и начал ускорять течение энергии в организме, заставляя её циркулировать быстрее. Когда удалось направить крохи в крылья, создал их, затем резко перевернулся, обходя воздушную подушку, и рванул вниз.

Вот только энергии было слишком мало, и крылья развеялись буквально через пару секунд. Меня, также, как женщину, закрутило, бросая то на спину, то лицом вниз, и потащило потоками воздуха в сторону, всё дальше уводя от траектории падения Светланы.

Та уже была далеко внизу, почти терялась среди клубящихся облаков и дымки, но даже так я ощущал мягкое давление ветра под собой – упрямое, настойчивое, пытающееся хоть как‑то стабилизировать моё падение, удержать, не дать разбиться.

Словно… Словно тёплые руки матери, пытающиеся удержать нерадивого сына, который снова полез туда, куда не нужно.

Почему‑то в этот момент перед глазами сама собой всплыла другая картина: пылающий громадный город моего Рода. Пламя объяло огромные высотки, не щадя ни стекло, ни металл.

Вокруг в небе раз за разом вспыхивали и гасли техники, руша здания. В небе – тысячи кораблей, а впереди две фигуры, стремительно несущиеся вперёд, к месту сражения.

Когда всё это произошло, я был ещё слишком маленьким, чтобы осознать происходящее, и смог запомнить лишь редкие фрагменты, будто чужие обрывки памяти. Но это чувство… Объятия родителей на прощание, тепло их рук, дрожь, отчаянная спешка… Я вдруг вспомнил его целиком – и оно обожгло сильнее пламени Балтарога.

Сцепив зубы, волевым усилием, почти со злостью, прогнал воспоминания, будто отбрасывая назойливую тень.

Не время! Что было – то ушло. Сейчас нужно справиться с тем, что есть.

Я прикрыл глаза, концентрируясь, пытаясь отсечь всё лишнее.

Время ещё есть… Нужно сосредоточиться… Потянуть энергию медленно… Отделить одну от другой…

В этот момент я ощутил в груди чужие чувства. Не свои. Горечь и страх от потери начали накатывать волнами, накрывая меня с головой и сбивая.

– Мама… – раздался тихий голос, словно едва заметная волна на грани сознания, где‑то в глубине.

– Тише, – попросил я, не открывая глаз и концентрируясь, стараясь не сорвать только начавшийся процесс.

На мгновение воцарилась тишина, даже вой ветра будто стал тише, а затем у меня резкой, пульсирующей болью заболели глаза.

– Позволь… Помогу…

Сергей попытался перехватить управление телом, и у него даже начало получаться. Мой контроль над мышцами ослаб, движения стали чуть чужими. Я мог бы отбросить его обратно в глубину сознания, но решил довериться – парень никогда не пытался мне навредить и никогда не претендовал на тело.

Глаза широко распахнулись, а вперёд вытянулась рука, стараясь дотянуться до того, чего не видел никто, кроме него. Боль в глазах усилилась в несколько раз. В какой‑то момент она стала такой резкой, словно их проткнули лезвием изнутри.

Однако я усилием воли оставил их открытыми, не позволив себе моргнуть, и увидел, как подо мной, прямо в воздухе, раскрылся зев тёмного пространства – прореха в реальности.

Я не успел ничего понять, только услышал внутреннюю, торопливую просьбу не уворачиваться.

Мир на миг потемнел, звук ветра исчез. А ещё через мгновение я оказался далеко впереди, уже почти у поверхности, чувствуя резкий порыв встречного воздуха. Но парень не промахнулся: Светлана Вяземская теперь падала на одном уровне со мной, совсем рядом.

Протянув руку, я схватил её за запястье и резко притянул к себе, сгибая руку, чтобы не вырвать сустав, и спросил парня:

– Сможешь ещё раз?

– Да, но не с мамой. Глаза ещё не достаточно сильны, чтобы и кого‑то другого пропустить через себя, – его голос дрогнул, но в нём не было сомнения в себе – только страх за неё.

– Ясно…

Я вновь закрыл глаза, позволяя телу продолжать падать как есть, доверившись тем, кто наверху, и перестав трепыхаться без смысла. Сосредоточился только на концентрации энергии.

Я теперь не один. Со мной есть люди, которые меня поддержат, и мне совсем не нужно всё делать самому, разрывая себя в клочья.

Прижимая к себе тихо хрипящую и сипящую женщину, чувствуя, как её кровь медленно пропитывает мою одежду, и параллельно бросив Вершину, при этом прогоняя по телу энергию, я ощутил, что не прошло и пяти секунд, как нас подхватил мягкий, но мощный ветер, выравнивая и останавливая падение.

Открыв глаза, я увидел Яну. Девушка стояла к нам спиной, вися в воздухе, и сосредоточенно оглядывалась по сторонам, ожидая удара откуда угодно.

Под её присмотром, потратив ещё несколько секунд, я смог стабилизировать свою энергию и создал крылья. Яна с тревогой посмотрела на меня через плечо, оценивая, в порядке ли я.

Удерживая Светлану Вяземскую одной рукой, аккуратно фиксируя её, я произнёс:

– Яна, возвращайся в бой. Если угроза ликвидирована – займитесь Балтарогом. Не дайте ему подняться.

Она коротко кивнула и телепортировалась.

Направив энергию по копью, всё ещё торчащему из живота Светланы, и создав с двух сторон, в местах удара, по три небольших печати, я зафиксировал оружие двумя печатями, не давая ему сместиться и нанести ещё больше повреждений. А остальные направил в тело, где активировал, заставляя энергию женщины постоянно течь и не останавливаться ни на мгновение.

Перехватив женщину на руки поудобнее – одна рука под коленями, другая поддерживает спину, – сорвался в нужную сторону на максимально возможной скорости.

Пространство размывалось, а ветер хлестал по щиту, но не замедлял нас – я летел вперёд, вытягивая из себя всё, что только мог.

В груди всё так же ощущалось волнение, но не моё. Сергей был весь на иголках, его тревога зудела под кожей, но он молчал, не вмешиваясь.

Светлана, глаза которой смотрели только на меня, будто вообще не замечая вокруг ничего, а из губ стекала тонкая ниточка крови, вдруг медленно подняла руку. Её ладонь – маленькая и очень холодная – дрогнула в воздухе и коснулась моей щеки.

– Сын… – послышался её тихий, с хрипотцой голос, больше похожий на выдох. – Я… была такой… дурой… Прости… – из глаз Светланы полились горькие, тяжёлые слёзы, скатываясь по вискам и исчезая в её спутанных волосах.

Эти простые слова, от которых мне вообще не должно быть ни холодно, ни жарко, и холод ладони на щеке почему‑то ударили по мне очень сильно, заставляя всё внутри сжаться от какого‑то древнего, почти забытого страха.

Светлана обращалась не ко мне. Сейчас она говорила тому Сергею, но наши с парнем души частично переплетены, и, видимо, именно поэтому я ощущаю этот момент так остро.

– Мама! – раздался крик в глубине моей души, рвущийся наружу, и в следующее мгновение и по моей щеке скатилась слеза.

В этот момент я окончательно запутался, чья это была слеза и чьи эмоции сейчас рвут грудь – мои или Сергея.

– Сергей… – продолжила женщина ласково, цепляясь за щеку из последних сил. – Я… горда тобой… – её рука ослабла и опала, безвольно соскользнув с моей щеки, а глаза медленно закрылись.

– Мама! – снова закричал парень внутри меня, но на этот раз его голос звучал глуше, утопая в пустоте.

Я стиснул зубы так и ускорился ещё сильнее.

В Сибирь мы летели не одни. С нами поддержка в лице целителей. Чтобы прошлый инцидент не повторился, с нами отправили самых сильных – тех, чьи имена знали даже в других странах, – но они всегда держатся в отдалении, чтобы не попасть под удар во время боя и не стать лёгкой мишенью для демонов и высших.

Вскоре впереди показались два дирижабля на земле.

Добравшись до них, я стремительно опустился, погасив скорость в последний момент.

Ко мне сразу подбежала пятёрка целителей, которую возглавляла Бестужева.

Двое мужчин приняли у меня женщину, осторожно, но уверенно перехватывая её, профессионально удерживая на руках так, чтобы копьё не сдвинулось ни на миллиметр, пока Бестужева проводила по ней руками, диагностируя, закрыв глаза и сосредоточенно щурясь.

Графиня остановилась, убрала ладони и, словно над чем‑то раздумывая, произнесла:

– Ей уже не поможешь. Могу лишь облегчить страдания, – она резко отвернулась, но я успел заметить, как на её лице появилась кривая, почти незаметная улыбка.

Я сделал шаг в её сторону, чувствуя, как во мне поднимается волна ярости. Бестужева повернула голову и нагло посмотрела мне в глаза, даже не пытаясь скрыть пренебрежения, пока Светлана Вяземская тяжело и рвано дышала.

– Что? – лениво бросила графиня. – Чего так смотришь?

– Начни исцеление, – твёрдо произнёс я, глядя ей прямо в глаза, но не повышая голоса.

– Думаешь, раз сам император тебе благоволит, то можешь пытаться давить на меня? Если я за… – начала она, явно даже не собираясь шевелиться.

Не слушая её дальше, я резко ударил её тыльной стороной ладони по щеке. Хлопок разнёсся по площадке, и от удара она упала на землю и покатилась по ней.

Ближайшие предвысшие тут же начали нагнетать энергию, воздух вокруг них задрожал, но они лишь в напряжении переводили взгляды с меня на неё, не решаясь вмешаться.