Текст книги "Градусы гнева (СИ)"

Автор книги: Андрей Северский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 16 страниц)

Глава 4

– Как и предполагали, без сынков госслужащих не обошлось, – говорит Виктор Николаевич. – Кто конкретно убил вашу дочь, пока установить не удалось, не хотели спугнуть гадюшник. Но судя по перехваченным переговорам по телефонам, завтра основные участники компании собираются в загородном доме одного из мажоров. Вот туда мы и наведаемся. Выбивать информацию будем на месте.

– Кстати, – продолжает Виктор, – руководство нашей организации решило создать информационный шум из этой акции. Напомнить зарвавшимся чинушам про «Белую Стрелу». Чтобы при упоминании о ней ссались под себя.

– Показательные казни? – глухо уточнил я.

– Да. Но не беспокойся – тебя заставлять не будем.

– Как благородно с вашей стороны…

– У нас нет подневольных исполнителей, все бойцы идейно мотивированы, именно в этом наша главная сила.

Проникновение прошло буднично: мы на минивэне подъехали к КПП элитного коттеджного посёлка, где уже были люди организации, скрутившие пару дежурных ЧОПовцев – контроль за въезжающими-выезжающими и средствами наблюдения и видеофиксации оказался в наших руках.

Вход на территорию немаленького «поместья» оказался ещё проще – ворота были не закрыты, ожидали приезда гостей-друганов.

– Ребятки, работаем в темпе! Сотовую связь глушим на четыре минуты, – скомандовал Виктор, имеющий позывной «Первый» – именно он ответственный за данную операцию.

Этому я совсем не удивился, ведь он «проговорился», что застал конец «второй чеченской» войны, когда в составе спецгруппы совершал рейды в тылы «чехов», выкрадывая родственников и сыновей влиятельных боевиков – полевых командиров. Потом их обменивали на солдат-срочников, содержащихся в рабстве по горным аулам.

Из машин на улицу выставили пару мощных колонок, врубив нечто электронно-ударное – дабы соседи не услышали криков «жертв» и шума от операции.

Затем волна парней в камуфляже из трёх микроавтобусов растеклась по постройкам, укладывая всех мордой в пол и фиксируя пластиковыми стяжками.

Этого я не видел – моя подготовка пока далека от того, чтобы лично участвовать в штурме. Вот Виктор Николаевич это вполне бы мог, но ему, как начальнику, невместно. Так что мы в сопровождении двух бойцов просто прошествовали в главный дом.

– Периметр контролируется, фигуранты захвачены, один попытался сбежать, выпрыгнув со второго этажа, пришлось применить оружие. В настоящее время идёт полная проверка всех помещений, – доложился командир боевой группы.

– Принял. Отгоняйте микроавтобусы, готовьтесь принимать других посетителей. Всю обслугу в гостевой домик, фигурантов изолировать друг от друга. Беглеца давайте первым на доверительную беседу. В подвал.

– Есть! Кич, убирайте машины, готовьтесь встречать гостей. Конь, тащи подстреленного! – командир отдал приказания по рации.

Вслед за Виктор Николаевичем спустился вниз.

– Красиво жить на ворованные деньги не запретишь, – хмыкнул «начальник», рассматривая этикетки бутылок в винном погребе. Я такие никогда даже не видел, что неудивительно.

Не прошло полуминуты, как к нам спустились трое бойцов, волоком тащивших одного из «фигурантов», то есть, подозреваемых в совершении преступления.

– Да вы чо! Вы знаете, кто мой отец? – первое, что вырвалось из надменного мальчика, когда увидел меня и Виктора, в ком он безошибочно признал начальство «простых» исполнителей.

– Родион, почему же ты думаешь, что мы не знаем, кто твой папа? Судья областного суда.

– Вы представляете, что он с вами сделает, когда узнает?

– Конь! – не повышая голоса приказал Виктор.

Боец, на голову выше чем двое его «собратьев» – уж не за это ли ему дали его позывной? – коротко «лягнул» мальчика – мажора по перебинтованной ноге, куда угодила пуля.

– А-ааа!!! – раздался дикий крик.

Виктор подошёл к нему, и за волосы задрал лицо вверх:

– Родион, давай объясню всю глубину ситуации. Сейчас ты расскажешь всё, что знаешь по интересующему нас вопросу. А потом, когда твой отец узнает, кто задавал тебе вопросы – он в приступе ужаса спрячет тебя за границей, молясь, чтобы мы не пришли снова. Уяснил?

Я не совсем понял этот момент, неужели Виктор знает, что Родион не причастен? Почему обещает «заграницу», когда до этого лично настраивал меня на ликвидацию всех виновных, говоря о проведении акции устрашения?

Тут увидел подмигивание с его стороны – дошло, что не хочет сразу показывать будущему трупу его судьбу, якобы давая шанс на спасение при условии сотрудничества «со следствием».

– Что вам надо? – сквозь всхлипывания от боли и страха спрашивает Родион.

– Почти два месяца назад кто-то из вашей компании решил развлечься с несовершеннолетней девушкой…

Парень, услышав эти слова, поменялся в лице:

– Я ничего не знаю об этом!

– Врёшь ты неубедительно. У тебя есть пять секунд на то, чтобы хорошенько подумать и рассказать всё начистоту. Иначе никакая заграница тебе не светит, – проинформировал того Первый.

– Да что вы мне сделаете? По закону…

– Что⁉ – перебил юношу Виктор Николаевич. – Ты вспомнил про закон? Небось ещё в универе на юридическом учишься?

– Так вот, – продолжил главный, – «мы» почти ничего тебе не сделаем. Просто зафиксируем тебя, – бойцы усадили его на бетонный пол и стянули руки стяжками за спиной, – а потом дадим вот этому человеку нож. Познакомься, это отец той девушки.

– Что? Нет! Вы так не можете…! – неверяще выкрикнул парниша.

– Александр, информация в первую очередь нужна вам… – «первый» протянул мне устрашающего вида оружие, холодно блеснувшее в свете ламп подвала.

– Мужик, не надо. Я заплачу тебе! У моего отца много денег! – запричитал юноша.

– Признавайся, тварь, тоже насиловал мою дочь⁈ – прошипел первый вопрос.

– Нет, меня там вообще не было! Честно! Клянусь! Это всё Васёк с Таймуразом!

– Рассказывай…

Подонок полностью заложил своих «друзей», при этом старательно выгораживая себя, открещиваясь от участия в изнасиловании и убийстве, якобы он только слышал об этом со слов участников.

– Да уж, врёшь ты действительно плохо! Можно его пока в отдельное помещение? И другого «фигуранта» сюда, желательно Васька или Таймураза? – попросил я у Виктора Николаевича.

– Конь! – опять коротко скомандовал начальник.

– Поехали, падаль! – ему залепили рот скотчем, словно в американских кино-боевиках, взяли за шкирку и потащили волоком по полу и ступеням.

«Васька» пришлось ждать где-то минуту. Борзый и считающий себя чуть ли не богом. Правда, с фингалом под глазом – надо понимать, успел выхватить.

– Уроды, это вам с рук не сойдёт! – с апломбом заявило нам это чудо.

– Одного урока не хватило, – вздохнул Конь, легко отличимый по своим габаритам, двинув закованного в стяжку по носу.

– А, казлина! – взвыл «небожитель», выпуская струйку кровавых соплей. – Ты мне нос сломал, считай, ты уже покойник!

– Необучаемый! – повторно вздохнул Конь, выдав короткий удар в челюсть.

– А-аа, пидарас! – взвыл «Васёк».

– Конь! Не надо! – Виктор остановил бойца, уже придвинувшегося к реальному мертвецу, который пока просто не осознал этого.

– Он в твоём распоряжении, – главный сделал мне приглашающий жест. – Машина его.

– Понял, – ответил Виктору. Это значит, что он не может не знать.

Подошёл к Василию:

– Два месяца назад ты с компанией пристал к школьнице…

– Мужик, ты кто такой? Отвали нахрен! Мой отец – прокурор области! Он вас всех на фарш пустит!

Кулаком с зажатой в нём рукояткой ножа от души бью в зубы твари:

– Кто я такой? – срываю с головы балаклаву. – Я – твоя смерть, гавнюк! Ты изнасиловал и задушил мою дочь!

– Я ничего не делал! – в его голосе появился ужас, но это, естетственно, уже ни на что не влияет. Лезвие ножа вонзается ему в бедро, истошный вопль.

– Рассказывай, кто, как и что! И учти, Родион вас уже сдал, любая ложь принесёт новую боль, – сейчас я действовал словно робот, эмоции словно выключились.

– Это Таймураз! Он увидел эту девку… А-АААА! – это нож в мой руке с силой ткнулся в бедренную кость.

– Она не девка! – со злобой выкрикнул ему в лицо. – Она была несовершеннолетней…!

– Таймураз пригласил её прокатиться, посидеть в кафешке, – продолжил рассказ Василий, простимулированный блеском клинка возле глаза. – Она отказалась. Номер телефона не стала давать. Тогда он схватил её за руку, а она залепила ему пощечину. Таймураз вспылил и ударил по лицу, а затем силой затолкал на заднее сиденье. Мне ничего не оставалось, как уехать.

– Бедняжка, его заставили! Не смог заступиться за девушку перед другом! – мои слова так и сочились ядом и презрением. – Что дальше?

– Я не видел, был за рулём, но, кажется, Таймураз хотел заставить её сделать минет, а та укусила его за член.

– То есть, такое поведение парня в твоём присутствии тебе кажется абсолютно нормальным? – злоба поднимается всё выше, скоро начнёт фонтанировать.

– А чё она ломалась, как целка? Дала бы телефон, пересеклись бы потом, потрахались, поимела бы денег, – Василий с лёгкостью оправдал чужие поступки и своё бездействие.

– Диана была девственницей… – так дочь говорила матери, и я не имею оснований не доверять её словам, которые Леночка затем «по секрету» передала мне. – Дальше?

Нежелание говорить было сломлено новой раной в ноге с поворотом клинка.

– Таймураз сказал ехать в его загородный дом.

– И?

– Там всё и происходило… Он избил и несколько раз изнасиловал вашу дочь. Там ещё были двое его двоюродных братьев, они тоже присоединились.

– А ты, значит, в стороне остался? Не насиловал?

– Нет!

– Ты забыл, что Родион вас уже сдал…

– Сука! Дебил!

– Да, ты прав, дебил. Как и ты!

– Я не хотел, но Таймураз сказал, чтобы мы все тоже… ну, с ней. Замарать, чтобы наши родители потом закрыли дело.

– Назови всех, кто принимал участие в преступлении.

– Таймураз, два его брата, Родион, – Василий не остался в долгу, также сдавая дружка, – и Никитос.

– Мне всё ясно, – я повернулся в сторону «начальника». – Таймураз и Никита здесь?

– Нет, вроде должны приехать. Так, Вася? – спросил Виктор у номинального хозяина дома.

– Таймураза не звал…

– Где можно найти его и братьев? – допрашиваемый назвал несколько адресов.

– Первый, прибыла машина, запустили, произвели захват, – ожила рация.

– По очереди тащите к нам, – отозвался «первый».

Среди приехавших оказался Никита и ещё двое парней. Последние в преступлении не участвовали, но знали – друзья «похвалились» перед ними.

– Тут, в принципе, закончили. Если хочешь поквитаться с зачинщиком, надо выдвигаться, желательно отловить его сегодня, пока не узнал о произошедшем здесь и не залёг на дно, – обрисовал ситуацию Виктор. – Что ты решил насчёт парней?

– Можно пистолет?

Вскоре в подвале раздались выстрелы, сопровождаемые мычанием приговорённых мною к смерти сквозь скотч на ртах.

Трое непосредственных участников похищения, изнасилования и убийства Дианы, и двое тех, кто знал, но молчал.

Несправедливо? Самую малость. Не более того, чем две смерти – дочери и жены. И совесть мучить меня совсем не будет. Даже после трёх следующих убийств, главного виновника и его братьев…

Глава 5

– Мозг, найди Таймураза по сотовому, вот его номер, – приказал Виктор Николаевич одному из парней. Прозвища не сильно замысловатые.

– Сейчас сделаю, – тот раскрыл ноутбук.

Пока «Мозг» каким-то непонятным мне способом выяснял местоположение телефона и его хозяина, несколько других бойцов принялись за подготовку антуража: на стенах рисовались белые стрелы, а затем была произведена фото и видеосъёмка убитых.

Как я понял, материалы разошлют в газеты, на телеканалы, а также выложат на различные интернет-площадки – почти наверняка произошедшее в подвале этого дома постараются не пустить в новости, уж слишком страшна реакция общества на появление-возрождение полумифической «Белой стрелы». Вполне возможно, найдутся подражатели и народные мстители, как например, в «свежем» убийстве начальника отдела ветуправления Новосибирской области, который отвечал за изъятие у населения якобы заражённого скота и его забой.

Терпение у граждан большое, но не безграничное. А целенаправленно поднеси спичку и многое может полыхнуть с такой яростью, что власть не удержится даже «на штыках» полиции, Росгвардии и «Ахмата».

– Всё закончили, товарищ Первый! – доложился командир боевиков.

«Мозг» тоже уже отчитался, в настоящий момент Таймураз в том самом загородном доме, где… в мучениях провела последние часы жизни дочка.

– Принял. Грузимся, едем на адрес! – командует главный.

– Если хотим по-тихому, придётся пробираться к дому вдоль берега речки, посёлок с ярко выражённым национальным окрасом, на машинах, скорее всего, сразу срисуют, – «Мозг» вычитал инфу в инете.

– Распечатай карту местности, – просит старшой, спец выполняет.

– Колонне стоп! – после изучения предоставленного командует Виктор. – Второй и звеньевые ко мне!

После остановки в наш минивэн заскочили четверо.

– Второй, придётся разделиться. Твоя задача: выйти вот на эту точку, организовать засаду. «Мозг» и «Тихий» будут с тобой. Возможно появление подмоги со стороны противника, либо попытка бегства «фигуранта».

– Звено Кича, переоденьтесь в гражданку, без шума найдите грузовик, а лучше пару, потом прибудете на точку ко «второму», заблокировать дорогу в случае необходимости. Один из вас в магазин фейрверков, купить каких-нибудь мощных для отвлечения внимания.

– Шустрый, твоё звено отделяется, едешь вот сюда, затем марш-бросок по бережку в лесок, прикроешь нас от всего юго-запада.

– Конь, твои с основной группой, если что, подстрахуете отход на северо-восток. Вопросы есть? Вопросов нет. Исполняйте!

Бойцы несколько перетасовались по машинам, с нами остались два микроавтобуса и внедорожник, остальные транспортные средства рванули в разные стороны.

– Придётся прогуляться ножками. Как я не люблю импровизацию, – скривился Виктор Николаевич, когда раздал указания исполнителям, – но иногда без неё никуда. Док, – главный обратился к медику, что занял место «Мозга», – ширни пациенту допинга, нам до цели почти четыре километра пёхом шпарить.

Пара уколов, от которых в голове зашумело, а тело стало невесемо-лёгким: «Теперь не стану задерживать парней!» – пронеслась довольная мысль.

Мы заехали в лесок, где оставили наши машины под присмотром водителей, а сами выстроились походной колонной и выдвинулись в нужную сторону. Посёлок находится на приличном отдалении от города и других населённых мест, так что не особо опасались встретить тут кого-либо.

Четыре километра в режиме лёгкий бег – скорый шаг преодолели довольно быстро, и, что самое главное, не запыхавшись. Допинг вкололи хороший, энергия прёт. Вероятно, потом за это придётся расплатиться, но это будет потом и после мести. А это оправдывает абсолютно всё.

Боец с позывным Сыч, выполняющий функции связиста, а потому несущий хоть и портативную, но всё таки немаленькую радиостанцию с длинной антенной, опросил другие группы о готовности.

«Второй» давно на месте, устроил засаду с круговой обороной. «Тихий» соорудил снайперскую позицию на дереве. Имеют контакт со звеном Кича, которые уже гонят на точку бетоновоз и самосвал. Фейрверки куплены, машина летит из города, минут десять до прибытия.

Звено Шустрого выходит на заданную точку – им пришлось дальше объезжать и больше топать.

– Отлично. Шустрому – доклад по прибытию и закреплению на точке. Кичу – готовить салют. Второму быть в готовности, – отдал новые указания Виктор Николаевич.

Всё, все на месте, мы вдоль полосы кустарников выдвигаемся к нужному дому. Звено Коня остаётся на подстраховке, чтобы нас не отрезали от пути отхода.

– Камеры! – указывает на девайсы на стене боец из основной группы.

– Пофиг, вряд ли кто-то сидит и целенаправленно отсматривает. Всё решит скорость рывка. Разрешаю огонь по конечностям. Приготовить штурмовые лестницы.

Только теперь я понял, что несли четверо бойцов – крайне лёгкие раскладные и выдвижные в высоту лестницы, которые в сложенном состоянии были овальными трубками длиной метра два.

– Кичу – начало концерта. Мозгу – отключить сотовые станции. Основная группа вперёд с первыми разрывами.

На поле с другой стороны посёлка в небо выстрелил первый заряд фейрверка, за ним второй, и следом третий – это создаст непрерывную какафонию мощных хлопков, скрывая наши действия и крики подвергшихся штурму.

– Саня, не дрейфить! – подбадривает Виктор, когда бойцы со штурмовыми лестницами рванули к стене, опоясывающей нехилых размеров дом. – Давай, вперёд!

Я побежал следом, держась за Виктором, что выступал моей путеводной звездой. Позади меня только два бойца аръергарда. Ну и звенья Коня и Шустрого по флангам.

Боевики шустро перемахнули стену, взбежав по подставленным лестницам, а следом и мы.

Появившись на заднем дворе, увидели лежащих на траве «южных» женщин с выводком многочисленных детей, над которыми коршунами нависали три бойца, ударами берцев сгоняя тех в плотную кучку, и доводя до понимания, что лучше молчать. Заковать в стяжки и заклеить рты скотчем не успели – мы действуем усечённым составом и как-то не думали, что тут будет столько народа.

– Стоп! Вяжем! – принимает решение Виктор, иначе, когда закончится фейрверк, эта толпа может поднять заполошный крик. – Держите окна под прицелом, – двум аръергардным.

Начали споро затягивать стяжки на руках за спиной, а затем затыкать рты. Женщины попытались взять «горлом», но тут вам не комитет по соблюдению прав задержанных иностранных граждан: резкий удар по лицу или под дых и «кричальшица» затыкается, а я мотаю скотч вокруг головы прямо по волосам.

– Хорошие фейерверки купили, долгие, – довольно говорит «первый».

Под них мы как раз успели закончить вязать жертв, и теперь обыскивали их на предмет телефонов. Снова началось возмущение – мол, «лапают» чужие мужики, «неверные». Впрочем, самый верный способ заткнуть этих наглянок уже вполне отработан. Пара хлёстких ударов и сопротивление угасло.

– Первый, штурм закончен, территория под контролем, – докладывает командир боевиков. – У противника три «трёхсотых» и два «двухсотых» – пытались применить огнестрельное оружие.

– Принял, – ответил на радиовызов. – Поднимаем стадо и конвоируем в дом, – добавляет нам.

Оставляем их в дальней комнате под охраной одного из бойцов, сами перемещаемся в большую гостиную, куда заводят всех мужчин, захваченных на территории.

– Первый, в доме склад наркотиков, – докладывают Виктору.

– Ясно, а я ещё подумал, для чего такие мощные двери и решётки на всех окнах. Страхуются на случай штурма полиции. Но мы оказались настолько внезапны и быстры, что не успели запереться, – коротко хохотнул главный.

– Ладно, – он снова стал предельно серьёзным. – Кто тут Таймураз?

Смелость почему-то покинула ранее очень крутого парня, сейчас совсем не то же самое, как бить слабую девушку и заталкивать её в машину «друга» – он не стал отзываться на вопрос. Однако, столь молодых тут всего двое, так что после пары пинков носком берцев по голени, прямо по берцовой кости, личности были установлены – Таймураз и его двоюродный брат. Два из трёх оставшихся фигурантов.

– Другой двоюродный брат тоже здесь? Притащите раненых! – распорядился Виктор, после того, как пленные снова промолчали.

И действительно, третий виновный оказался среди них.

– Они твои! – Виктор вручил мне пистолет и тот самый устрашающего вида нож.

– Почти два месяца назад вы втроём надругались над невинной девочкой, а затем задушили её. Один вопрос: ЗАЧЕМ?

Молчат, уставившись в пол. Только я не думаю, что это раскаяние. Всего лишь сожаление о том, что их нагнула сила большая, чем они сами. Будь я тут без поддержки штурмовиков, меня бы зарезали и сбросили тело в реку, как поступили с Дианой, гарантирую.

– Что, нечего сказать? Внезапно обосрались? – мне казалось, что абсолютно спокоен, и сейчас просто убью виновников, но гнев внутри внезапно взбурлил, и я понял, что они никак не заслуживают быстрой смерти. Да, это не вернёт ни дочери, ни жены, но это вернёт СПРАВЕДЛИВОСТЬ!

– У вас есть жёны? – задаю вопрос троице стоящих передо мною на коленях «типа людей».

Продолжают молчать, будто забыли русский язык.

– Вот этого борова сюда! – ПРИКАЗЫВАЮ двум бойцам, что контролируют пленника. Те подхватывают за подмышки и подтаскивают на указанное место.

– У этих тварей есть жёны? – спрашиваю у реального хряка весом далеко за сотню килограмм.

Молчит. Поднимаю руку с пистолетом, тот в последний момент с выпученными от ужаса глазами пытается что-то сказать, но я нажимаю на курок и его мозги летят в сторону преступников, забрызгивая их.

– Теперь вот того! – тыкаю в следующего из родственников.

Тот начинает говорить ещё до того, как его дотащили до указанного мною места:

– У Таймураза жены нет, а у двух других есть!

– Молодец. Они здесь?

– Да, были на улице.

– Проводите этого в бабскую комнату, пусть покажет. Потом ведите их сюда. Ты же покажешь, не станешь запираться? – спрашиваю у говорливого, приставляя глушитель к голове.

– Покажу, – соглашается тот, пряча глаза от родственников.

Хотя я уверен, они сами тоже не стали бы геройски умирать, а точно так же выполнили мою «просьбу». Ничто настолько не способствует сговорчивости, как пистолет у лба. Особенно после того, как на твоих глазах убили человека.

– Сможем найти не сильно толстые верёвки? – отойдя чуть в сторону, спрашиваю у Виктор Николаевича.

– Вешать гавнюков? Прихватили с собой, – он продемонстрировал мышление наперёд.

– Самое время им появиться.

Вернулся «говорливый» и две монобровные девушки в сопровождении наших парней.

Первый отдал распоряжение, и двое бойцов начали споро перебрасывать через брус верёвки с характерными петлями на концах.

Пленные, увидя это, резко заволновались, попытались вскочить, но были остановлены прикладами и ударами по ногам.

– Первый, а они нам вообще нужны? – спрашиваю у куратора. – В расход всех, кроме фигурантов. Могу сам исполнить, – мир станет только чище.

– Нет, не нужны, – он сделал какой-то знак рукой, и штурмовики, стоявшие чуть позади пленных, сделали по одиночному выстрелу. Четыре тела, включая «говорливого», повалились на пол.

Одна из девушек изобразила обморок, но Док быстро привёл в чувство. Лишь для того, чтобы просунуть их головы в петли, поставить на табуреты и натянуть верёвки.

– Нравится? – спрашиваю у тварей, изнасиловавших и убивших мою дочь. – Кровная месть в действии.

– Не трогай их! Ты не мужчина! – выкрикнул двоюродный брат Таймураза.

– Я не мужчина? А ты, значит, настоящий мужчина⁈ Изнасиловать и убить несовершеннолетнюю девочку!!! Из-за чего потом покончила с жизнью её мать. Щас покажу, кто тут натуральный не мужчина…!

– Парни, зафиксируйте, чтобы не дёргался. Док, приготовься закрыть рану, дабы не умер от потери крови, – мои приказы по-прежнему выполняют.

Ножом режу брюки вместе с ремнём, следом трусы, рукой в перчатке хватаю причиндалы в комплекте и резким движением снизу вверх отрезаю ненужное этому «не мужчине». Но на этом не останавливаюсь. Запихиваю отрезанное в раззявленный в крике рот, хватаю рулон скотча и заматываю.

– Док, перевяжи его.

Этой же процедуре подвергаются двое других, они кричат, умоляют не трогать, плачут. Не понял, думают, останутся в живых? Хотя, это, наверное, свойство человеческой психики: надеяться на лучшее. Их ждёт большое разочарование.

Док наскоро перевязывает ущербным пах, от асфиксии умрут быстрее, чем от потери крови:

– В петли их! – бойцы исполняют мою волю.

– Вот и конец! – мрачно выдыхаю я, подходя к бледным жёнам двоюродных братьев Таймураза. Удар ножом в живот на полную длину клинка, многоголосое мычание жертв, выбиваю табурет из-под ног. – Первая…

– И вторая, – повторяю действия, не испытывая ни капли сожаления, страха или сострадания. Слабым быть нельзя.

– Мне нравится, а вам? – с кровожадной усмешкой говорю стоящим на табуретах парням, которые явно меня проклинают. Мне от этого точно ни жарко, ни холодно. Глядя назад, не стал бы поступать иначе. – Ну что, пора и вам отправиться на встречу с Аллахом. Желаю, чтобы он выдал вам по сорок девственниц, но забыл пришить член! – громко рассмеялся своей шутке.

Выбиваю табуреты из-под ног братьев Таймураза, те начинают дёргаться всем телом, только сильнее затягивая узел. Думаю, душа Дианы, будь она здесь, одобрила бы возмездие.

Вспомнил дочь, а затем жену Леночку, и по сердцу будто прошлись тупыми когтями:

– Для тебя у меня особое предложение, – говорю Таймуразу, разрезая пластиковые стяжки на его запястьях. – Хватайся за верёвку, а то задушит! – провоцирую первопричину всех бед. Тот поддаётся на манипуляцию, просовывая пальцы под верёвку на шее, и в этот момент выбиваю табурет.

– Красиво! Подольше помучается, – одобряет Виктор Николаевич. – Где такому научился?

– Книжек начитался…

Таймураз действительно мучается гораздо дольше, чем четверо других повешенных, и всё это время я наблюдаю за его трепыханиями, а перед глазами встаёт то картина из морга с опознания Дианы, то повесившаяся в нашей квартире Лена.

– Да когда ты уже сдохнешь! – прикрикиваю на не желающего помирать Таймураза, ведь «первый» начал торопить, говоря, что нам пора уходить.

– Сука! – с этим словом с моих рук сходит поток синего пламени, мгновенно поджигающий тела и обстановку в комнате.

Слава не знаю кому, все бойцы уже ушли из комнаты, а Виктор находился позади – никого из наших не зацепил.

– Вот это да! – слышу охреневший голос куратора. – Пора валить отсюда! Быстро!

Он прав, огонь, вырвавшийся из меня, распространяется невероятно быстро. Он словно чрезвычайно голодный зверь, с жадностью пожирающий всю найденную пищу.

Делаю пару шагов, и тут словно выключаюсь – обзор схлопывается «чёрным экраном».

Прихожу в себя уже в минивэне, когда Док ставит уколы:

– Что это было? – спрашиваю у Виктор Николаевича.

– Магия, Саня…

Хочу задать кучу новых вопросов, но сознание снова отъезжает, мир погружается в темноту.