Текст книги "Градусы гнева (СИ)"

Автор книги: Андрей Северский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 16 страниц)

Глава 23

Пара дней прошли чинно и размеренно, наше время было занято теми тренировками, каким нас обучили на Земле – в основном пытались увеличить резерв, в местных условиях «повышенного магического фона» это выглядело наиболее продуктивно. Хотя… что там сделаешь за неделю – другую, что нам из-за теракта с вратами перехода придётся торчать на этой планете? Но мы пытались!

А потом…

Сигнал сирены бьёт по ушам ранним утром, когда мы ещё в кровати.

– Что случилось? – Милена поднимает с подушки взлохмаченную голову – вчерашним поздним вечером мы немножко помиловались.

– Как-будто тревога, – отвечаю ей.

Звонок проводного телефона, поднимаю трубку:

– Зверь, – называю свой позывной для опознания.

– Тревога! Прорыв фронта! Враг уже неподалёку! – тараторит дежурный. – Подъём, прибыть в штаб, быть готовыми к отражению атаки! Конец связи, – в трубке раздаются короткие гудки, даже не удосужился получить подтверждение о принятии телефонограммы. Видать, многих надо обзвонить, время в обрез.

– Красавица, давай-ка подниматься, желательно в темпе. Что-то мне не нравится эта хрень…! – где-то в глубине «души» зароились плохие предчувствия. А к ним лучше прислушаться. Проверено всей моей жизнью.

– Хорошо, сейчас. Пять минут и буду готова, – что нравится в моей нынешней возлюбленной – когда я что-то «приказываю», она не спорит, не пытается показать свою важность, а просто следует за мной, признавая за мной одновременно право решать и ответственность за принятые решения.

«С Ириной было по другому… Часто не соглашалась и спорила, отстаивая свою точку зрения…» – пришла посторонняя мысль.

И что меня реальноподбешивало: даже после понимания ошибочности своих мыслей и рассуждений делала вид, что всё было правильно, и я просто переубедил её. И не дай бог попытаешься указать на ошибку – обижульки минимум на день гарантированы. Быть может, она так манипулировала мной?

«Прогоняю» из головы прошлое и прошлую, что никак не вернётся, и начинаю одеваться «в темпе вальса». Заканчиваю, естественно, раньше девушки, щеголяющей в трусиках и бюстгальтере, и пытающейся навести хотя бы минимальный порядок на голове.

– Я гляну, что снаружи, дождись меня.

– Хорошо, Игорь, – она полностью доверяет моим действиям, и это… здорово повышает самооценку, знаете ли.

На базе шухер и беготня, надо реально идти в штаб, выяснять, что произошло и что делать? Единственно, встретил Сашу, который предпочёл сначала найти нас, а уже после выполнять указания дежурного. Настоящий «второй номер» и друг, что не бросит в беде.

– Милен, закончишь – выходи, ждём тебя, – кричу внутрь домика.

– Хорошо, дорогой, – отвечает девушка. – Я уже скоро.

Её слова не расходятся с делом, и через две – две с половиной минуты она появляется на выходе из домика. Как за столь короткое время ей удалось справиться с волосами – загадка загадок.

– Идёмте! – веду группу за собой.

В штабе не то чтобы паника, но что-то близкое. А у меня внутри уже твёрдое убеждение, что «песец на пороге», но мы пока его просто не видим, ровнокак того суслика в поле из мема.

До нас никому нет дела, все заняты чрезвычайно важными делами: пытаются связаться хоть с кем-нибудь вовне и организовать оборону базы.

Кое-как мне удалось добиться от коменданта базы короткого объяснения ситуации: прошлым вечером случился прорыв фронта, но оповещения на базу об этом не поступило, так как враги научились подавлять радиоэфир, а проводная связь и до того была под ударами диверсионных групп, так что её пропажа даже не насторожила вояк, им это уже давно привычно. В общем, обыкновенный бардак и разгильдяйство, что у людей неисправимо даже в условиях военного времени.

«Как читал в какой-то книге, войны выигрываются вовсе не той стороной, где выше мужество воинов или их подготовка, а той, где в руководстве сидит меньше долбоёбов. И глядя на СВО и происходящее на этой планете, склонен согласиться с мыслью забытого автора…»

– И что намерены предпринять? – спрашиваю у командира.

– Готовимся к круговой обороне, разрешения покидать базу у нас нет, – этим он говорит, что если сюда выйдут значительные силы противника, гарнизон фактически обречён. – Кроме того, по всем дорогам выслана разведка на броневиках, а в тыл отправлены связные с донесениями.

– Что насчёт нас? Мы можем эвакуироваться?

– Думаю, можете, ведь по факту вы – гражданские. Как только разведка подтвердит, что пути отхода безопасны, выделю транспорт. А теперь прошу больше не отвлекать, на мне ответственность за жизни подчинённых.

– Что будем делать? – спрашивает меня Александр, когда втроём вышли из здания штаба на улицу – не мешаться под ногами.

– Чуйка, которая меня не подводила, говорит, что неприятности очень близко, – сообщаю товарищу и подруге. – Очень вероятно, что и нам придётся вступить в бой, ведь в прорыв всегда идут превосходящими силами, стоит быть морально готовыми убивать, защищая наши жизни и жизни окружающих, – Милена несколько изменилась в лице, широко распахнув глаза.

– Да, моя милая, придётся. Конечно, не тебе лично, но я никому не дам тебя в обиду, – мужской долг защитить близких в действии. – Поэтому давайте внимательно осмотримся, и найдём местечко, откуда нам будет удобнее действовать в случае заварушки…

– Хорошее место, – совместно решаем мы.

Неширокий тупиковый заезд между каменными зданиями столовой и продуктового склада, дополнительно прикрытый припаркованными рядомгрузовиками службы снабжения. Есть железная лестница, ведущая на крышу – хороший обзор во все стороны и «огневая» позиция.

Там и устраиваемся, сидя прячась за относительно высоким парапетом.

– А если нас будут искать для того, чтобы увезти? – задаёт вопрос девушка.

– Увидим возвращение бронемашин разведки, сходим в штаб, – успокаиваю её.

Возвращение мы вскоре увидели, однако оно нас совсем не порадовало – на броневике сверху сидел огромный богомол, пытающийся своими лапками-клешнями выковырять добычу из чрева металлической коробки.

Водитель резко вилял по грунтовой дороге, стараясь скинуть опасного пассажира, но тот брюшком прилёг на крышу, а всеми лапками уцепился за различныевыступы, присутствующие на военной бронемашине, и запасное колесо, висящее позади.

Также в богомола пытались стрелять из автомата – минимум один стрелок внутри машиныостался в живых – но при той манере вождения, что избрал шофёр, из-за возможных рикошетов от крыши, по моему это было гораздо опаснее для людей, чем для насекомого, удивительно схожего с земными собратьями.

– Нихуя себе! – нецензурно высказался Саня увиденному.

«Так вот зачем мне в голову впихивали внутреннее строение некоторых насекомых и приматов! Чтобы я знал, как с ними бороться. Правда, меня не предупреждали, что они будут такого размера…»

– Ладненько! – говорю сам себе, пытаясь сконцентрироваться – на столь большое расстояние, на каком находится мчащийся к базе автомобиль, прежде ещё никогда не работал.

– Сдохни! – приказ-выдох, так легче управлять своей «магией», облекая её в некую законченную форму.

Богомол странно дёргается, сначала полностью валится на крышу авто, а после очередного «вихляния» слетает на правую сторону броневика, но так и не падает, бултыхаясь в такт неровностям – сорватьсяне дают передние хватательные лапки с острыми шипами, застрявшие в верхнем люке авто, где ранее был установлен пулемёт, в настоящее время вырванный с корнем.

– Достал тварь? – Саня правильно понимает произошедшее.

– Да, «коротнул» мозги, – в силу физиологии, а именно эффектасамовозбуждения в мышцах, отвечающих за сокращение его сердца, совсем не похожего на человеческое, гораздо проще выжечь нервные каналы, через которые идёт «общение» управляющего центра с телом.

Водитель, видать, не поверил, что насекомыш сдох, и всё равно продолжал вихлять по дороге. А когда подъехали к КПП, по трупу ударили очереди из пулемёта и двух автоматов, дробя хитин и вырывая кусочки плоти. Также внезапно, как началась, стрельба стихла – думается, на стрелков наорал кто-то в более высоком звании.

– Пойдёмте, посмотрим, – предлагаю группе.

– Игорь, а точно надо? – выражает сомнение Милена.

– Он тебя не укусит, гарантирую, – шуткой пытаюсь развеять опасения красавицы.

– Нихрена себе, вот это тварь! – слышим восклицание одного из бойцов, вместе с нами подошедшего посмотреть на невидаль.

– Да уж, при заключении контракта мне не говорили, что тут водятся такие насекомые, которые запросто откусят голову! – откликается другой с примесью страха в голосе.

– Так-с! Разговорчики! Всем разойтись по предписанным позициям, вести наблюдение! – вмешивается капитан, дежурный на КПП, пытаясь не дать солдатикам посеять панику в своих собственных рядах.

– А вы кто такие? Что тут надо? – агрессирует уже в нашу сторону.

– Это я убил эту тварь, – спокойно отвечаю вояке, пропуская небольшую электрическую искру из правой ладони в левую.

– Маг? – он слегка недоверчиво спрашивает меня.

– Да. Никогда прежде не видел?

– Нет, только слышал.

– Дай бог, не столкнуться в бою.

Капитан ухмыльнулся, явно представляя, что от «пули-дуры» не спасёт никакая такая «магия», но в этом он ошибается. Милена уже может отбить недлинную очередь, особенно если успеет выставить «плоскость» невидимого магического щита в наиболее энергетически-выгодное положение.

– Ладно, отойдите в сторону, нам надо отрубить клешни этого богомола, – приказывает капитан.

– Помочь? – спрашиваю у него.

– Каким образом?

– Самым обыкновенным. Позвольте… – наступаю на подножку, затем влезаю на капот, через лобовое шагаю на крышу.

Выращиваю ледяное лезвие, и с внутренней, нижней стороны лапки отрезаю последнюю «фалангу», которая сгибается и обеспечивает захват жертвы. Повторяю на другой конечности, гигантское насекомое грузно падает на почву, истекая слизью, заменяющей им кровь – тут не моя «заслуга», постарались пулемётчик и автоматчики.

Вскоре нас троих позвали в штаб, к коменданту:

– У меня плохие новости, – начал он. – Похоже, все дороги уже перерезаны, а мы находимся на пути движения сил вторжения. И вертолёт за вами не пришлют…

– Но, как же так…? И что нам делать? – вопрос словно завис на устах Милены.

– Готовиться к сражению и оказать нам всю посильную помощь в отражении штурма.

Глава 24

– Похоже, война сама догнала нас, – говорит Александр после выхода от коменданта базы.

– Действительно, – соглашаюсь с ним, раздумывая, что мы в силах предпринять в данной ситуации? Героически сдохнуть под навалом орд насекомых? Ведь они, скорее всего, выступают в качестве пехоты, которую в прямом смысле слова «ещё нарожают».

Долго предаваться «ненужным» мыслям враг не дал.

Мы услышали крики бойцов, а затем с разных сторон базы стали доноситься автоматные и пулемётные очереди.

– За мной! – бегом направился в сторону КПП, оценить масштабы бедствия.

– Ебать! – вырывается у Сани, когда мы увидели то, по чему стреляли солдаты.

Как я только что предполагал, нас реально хотят завалить мясом насекомых. Их тут тысячи только в видимом нам секторе. И плевать, что эти не столь большие, как недавно убитый мною богомол, высотой «всего лишь» до пояса взрослого человека – с их численностью это вовсе не недостаток.

– Нет, стой! – прикрикиваю на Александра, который вздумал расходовать свою магию на выжигание этой мелочи. – Надо выбивать руководство и срывать управление атакой!

– А как? – недоумённо спрашивает он.

– Огнешары по опушке леса. Пусть он загорится! Готов? Давай!

Александр выпускает четыре «фаерболла» в широком радиусе, чтобы создать сразу несколько очагов возгорания.

– Назад, на нашу крышу. Оттуда отработаешь по кругу! – выдаю новое указание.

Так и делаем, надеясь, что бойцы сами сдержат орду насекомых, иначе и мы долго не продержимся. В случае прорыва периметра базы дальнейшее сопротивление будет просто не сильно долгой агонией без надежды на победу.

– А-аах! – сдавленно вздыхает Милена, поднявшаяся на крышу вслед за нами.

Мы в полном окружении, волна насекомых прёт прямо на нас по вырубленному вокруг базы пространству. Огневые точки истерично ведут огонь по плотной массе хитина, неумолимо надвигающейся на бетонные укрепления, которые, однако, точно не рассчитаны на что-то подобное.

– Обезьяны? – вопрошает напарник.

Да, именно они. Позади насекомой «мелочи» возвышаются крупные мощные фигуры. Многие с серебряной проседью в шерсти.

– Сань, а ну-ка, подпали им шерсть! – указываю на приматов.

Огневик согласно кивает, делает пассы руками – ему тоже так проще – после чего в сторону группы обезьян быстро летит внушительного размера фаерболл.

Те заметили, заухали, и, по всей видимости, выставили магический щит наподобие Милениного. По правде говоря, им было проще отойти, ведь «синее пламя» Александра сумело большей частью пройти сквозь невидимый барьер, при этом разлетевшись на множество мелких сфер, попавших практически по всем в округе. Шерсть врагам реально подпалили, да так, что многие долго с визгом катались по траве, пытаясь затушить мини-пожар на собственной шкуре. А парочка, кому особо не повезло с количеством прилетевшего «подарка», с воплями боли рванули живыми кострами не разбирая дороги, чтобы вскоре упасть замертво.

Наш счёт убитых в этой битве увеличился.

В дело вступили молчавшие до сей поры советские бронетранспортёры, кажется, ещё БТР-60. Огонь их крупнокалиберных пулемётов КПВТ легко вскрывал хитиновую броню, зачастую поражая двух-трёх насекомышей.

Бойцы резко воспряли духом, став стрелять прицельнее и экономнее, но… боезапас боевых машин из пятисотпатронной ленты подошёл к концу, и они одна за другой замолчали, быть может, уйдя на перезарядку.

Однако бойцы этого не поняли и не оценили, посчитав, что теперь их точно накроет волна атакующих тварей. В одном месте целое отделение побежало вслед за первым трусом, покинувшим своё место.

Концентрируюсь, молния с грохотом бьёт под ноги бегущим, те в страхе отпрыгивают назад. Я надрываясь кричу им, что вернулись на свою позицию, но за окружающим грохотом им ничего не слышно. Добавляю вторую, ближе к ним – может так поймут, что от них требуется?

Поняли, страх перед магической молнией перевесил страх от несущихся на них насекомых, развернулись и побежали обратно. Прорыва периметра удалось избежать.

Пока я «затыкал брешь», Санёк претворял в жизнь прежний замысел, поджигая лес по кругу, тем самым стараясь отсечь подход подкреплений к штурмующим базу насекомым. И кстати, их количество уже реально начинало мешать стрелкам – убитые громоздились валом на высоту выше полутора метров, не давая уничтожать тех, кто находился дальше.

К счастью, лесной пожар, устроенный напарником, сделал своё дело, и напор насекомых ослаб, позволяя перевести дух, перезарядиться, провести перекличку и переформирование.

И как обычно бывает, первая атака была лишь пробой сил. Во вторую всё началось гораздо хуже. Окружающий магический фон будто сделал выдох, материализовавшись густым туманом, который погасил синее пламя Александра.

– Нихрена себе! – тот слегка очумел от такого «непочтения» к его магии.

А дальше туман сконденсировался ещё сильнее и начал наползать на базу, перекрывая видимость.

– Хотят лишить возможности видеть, куда стрелять! – тут не сложно догадаться, ибо автоматический огонь после того, как у бойцов прошёл первый шок от нападения необычных врагов, стал достаточно эффективным, уничтожив множество «солдат» противника.

Тут же приходит мысль, как бороться с этим явлением – прикладываю почти физическое усилие, и в воздухе образуются множество мелких хрусталиков льда, провоцирующих выпадение тумана подобием дождя.

Значительное пространство очистилось от хмари, но следом пришло более страшное. Наши бойцы один за другим начали плевать кровью и валиться на бетон.

– Чужая магия! – произнёс Саня.

– Милен, поставь щит! – прошу возлюбленную, а сам пытаюсь найти невидимых убийц «электро-зрением».

К сожалению, дальность его действия явно недостаточна, не замечаю никого, кроме землян в поле видимости.

А бойцы, глядя на одного за другим умирающих товарищей, вполне закономерно в ужасе попятились назад, оставляя укрепления на периметре без боя, и с этим уже ничего не поделаешь. Стоять на месте – просто умереть от неизвестного воздействия.

– А-ааа! – внезапно закричал один, и начал расстреливать сослуживцев с выражением ужаса на лице.

Недолго думая, бью его разрядом. Стрельба прекратилась, но ненадолго. Справа от нас начал стрелять другой боец. Его ударить своим умением не успел, изрешетили ответными очередями.

– Похоже, психическое воздействие! – напряжённо замечает Милена. – Мой щит тоже как-будто попробовали продавить. Пока держу.

– Держи! – если кто-то неизвестный сможет воздействовать на Александра, и тот выпустит своё «синее пламя», мало нам не покажется.

Новое «дыхание» магии в окружающем пространстве, и туман вернул свои позиции, окрасившись в тревожно-зловещий красноватый цвет – неизвестный маг использовал кровь из убитых воинов.

– Игорь, что с нами будет? – спрашивает меня Милена.

– Прорвёмся! – заверяю её, хотя сам не чувствую и капли уверенности в благополучном исходе, нас крепко прижали, как физически, через орду насекомых вокруг, так и магически, эти чёртовы невидимо-неизвестные маги.

Отступление солдат приняло характер паники, каждый стремился убежать подальше от той силы, что безжалостно убивала на расстоянии.

Туман меж тем накатывал всё ближе, а моя новая попытка провернуть прежний фокус с кристаллизацией льда потерпела неудачу: льдинки просто осыпались на почву, не вызвав эффекта.

– Наверное, нам тоже стоит отступить? – спрашивает напарник.

– Нет, остаёмся здесь. Надо попробовать обнаружить магов врага, без этого вся база обречена. Милена держит щит, я сканирую, будь готов ударить своей стихией, куда укажу.

– Понял, – несмотря на нетипичную ситуацию, на товарища вполне можно положиться. Он принял мою командную роль.

Буквально через десяток секунд мы остаёмся в одиночестве, все остальные «человеки» ушли к противоположной стороне, но и оттуда их постепенно отжимает туман, в котором может скрываться кто угодно.

Напряжение нарастает до звона нервов. Милена внезапно начала тяжело дышать и чуть не упала:

– Отразила мощную атаку, – сообщила осипшим голосом. – Ещё парочка таких и всё… – обрисовала невесёлую перспективу возможного скорого конца наших жизней.

И тут… сзади, там, где находились военные, начались крики ужаса и беспорядочная стрельба:

– Насекомые, спасайтесь, кто может! – услышали громкий крик.

– Интересно, как? – мрачно поинтересовался я.

На мои плечи легли руки возлюбленной:

– Игорь, мне очень повезло с тобой, хоть счастье и получилось таким коротким…

– Не говори так! – попытался прервать её слова.

– Знай, что я очень тебя люблю, – она перешла вперёд, наклонила мою голову чуть вниз, и впилась в губы «последним поцелуем», чётко понимая, что наступает конец.

– Сдаваться просто так не станем, – сказал, когда Милена, задохнувшись, соизволила оторваться от меня. – Александр, жаль, что нам придётся умереть, так что давай заберём с собой как можно больше врагов!

– Всегда готов! Куда бить?

– Пусть подойдут ближе, огонь в упор.

– Хорошо! – широко улыбнулся друг.

– Я не могу слышать это! – девушка закрыла уши руками, пытаясь отгородиться от криков людей, убиваемых насекомыми.

Количество отметок электро-аур с той стороны резко возросло, и они стремительно приближались к нашей «крыше»:

– Сань, волну огня в ту сторону! – указываю направление.

Сейчас его магия подобна дубине, бьющей по толпе, тогда как моё электричество – рапира, выцеливающая одиночек. Так что против толпы надежда лишь на него, а вот если увидим магов – тут попробую «уколоть» уже я, а Алекс поможет.

– Туда! – новое направление для огневика, куда отправляется новая «стена» синего пламени.

Туман, кстати, достаточно сильно ослабляет магию Александра – вода противится огню, а вот для электричества, думаю,послужит дажеусилением. Самое главное – выбрать правильный момент и ударить со всей силы. Правда, это в том случае, если мы увидим «злодеев». Ведь нас могут просто-напросто загрызть большие насекомыши…

– А-ааа! – с коротким вскриком Милена без чувств падает на рубероид, расстеленный на крыше здания – её защиту пробили.

Секунд через пять мне приходится ударить напарника своим «электрошокером» – его явно взяли под внешний контроль, как ранее солдат, стрелявших по своим, и я успел лишь чуть раньше, чем он испепелил бы меня вместе с Миленой.

«Я остался один против всех» – приходит крайне неутешительная мысль. – «Пора давать последний бой…»

Электро-сканер показал быстро приближающиеся засветки живого внутри продолжающего наползать кровавого тумана.

Внутри меня вспыхнула искра «холодной ярости»…