Текст книги "Гепан: Второй контакт (СИ)"

Автор книги: Анатолий Громов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 18 страниц)

– Каэл, а что если мы не... достойны? – его голос прозвучал осторожно.

Элдарианец посмотрел на него, и уголки его губ дрогнули в слабой, почти незаметной улыбке.

– Тогда он уничтожит нас. – Ответил он и спрятал Осколок обратно.

В помещении повисла напряжённая тишина. Только приглушённый шум двигателей «Гепана» и тяжёлое дыхание команды нарушали её.

– И что дальше? – подал голос Эд, потирая виски. Он всё ещё не мог оправиться от головной боли. – И, кстати, куда мы вообще летим?

Каэл выдержал паузу, словно решая, как именно объяснить происходящее. Наконец, он заговорил:

– Мы направляемся за Осколком Разума. Пока вы были без сознания, я ввёл новые данные в навигационный модуль и активировал гиперпрыжок. Теперь, когда мы нашли первый Осколок, Вайрек знает об этом. Он чувствует его.

Слова Каэла повисли в воздухе, тяжёлые, как свинец.

– Знает, где мы? – переспросил Джек, его глаза сузились.

– Да, – подтвердил Каэл. – Но в гиперпространстве он не сможет нас достать. Это наша временная защита. Как только мы выйдем в обычное пространство, он появится.

Лия сжала руки в кулаки, её взгляд заострился.

– Но ты сказал, что можешь использовать силу Осколка, – вмешалась она. – Разве этого недостаточно?

Каэл немного опустил голову, будто обдумывая её слова.

– Осколок Силы велик, но я могу использовать лишь малую часть его потенциала. Этого достаточно, чтобы противостоять Вайреку, но не победить его. Для этого нам нужен следующий фрагмент – Осколок Разума.

– А если ты ошибаешься? – резко спросил Джек, его голос был напряжённым, но твёрдым. – Что, если мы не сможем достать Осколок Разума? Что если Вайрек помешает нам?

Каэл посмотрел на него долгим, пронзительным взглядом.

– Это риск, – признал он, – но другого пути нет. С двумя Осколками мы сможем управлять реальностью. Не полностью, конечно, но нам хватит, чтобы устроить Вайреку несколько неприятных сюрпризов.

– Лететь далеко? – спросил Эд, уже предчувствуя, что путешествие не будет лёгким.

– Несколько дней, – ответил Каэл. Его голос звучал чуть мягче, как будто он понимал, что для остальных всё происходящее – огромный стресс. – Этого времени должно хватить вам, чтобы восстановить силы.

Команда молчала. Каждый обдумывал слова Каэла, но мысли всех, казалось, тянулись в одно направление – к грядущей схватке. Тишину нарушил Джек.

– Ладно, тогда так. Мы отдыхаем, но если будет хоть малейший намёк на то, что Вайрек приблизился, ты предупреждаешь нас сразу.

– Обещаю, – ответил Каэл.

Джек с трудом добрел до своей каюты. Его тело было будто свинцом налито, каждая мышца ныла от усталости. Как только его голова коснулась подушки, он провалился в глубокий, почти мертвый сон. Проснулся он, кажется, через сутки, чувствуя себя немного лучше, хотя усталость всё ещё отдавала в теле. На корабле стояла тишина, нарушаемая лишь тихим гулом двигателей "Гепана".

Он не хотел никого беспокоить и решил осмотреть корабль. В рубке управления никого не оказалось, системы работали исправно, и курс был настроен идеально. Удовлетворённый, Джек направился в столовую, где приготовил себе плотный завтрак, наслаждаясь редким моментом покоя. Проверив биомониторы, он убедился, что команда была на своих местах: Эд возился в инженерном отсеке, Таргус находился у себя в трюме, а Каэл отдыхал в своей каюте. Только Лия выбилась из привычного распорядка – она была в огневой рубке.

– Лия, всё в порядке? – спросил он, подключившись через имплант. – Я вижу, ты не у себя.

– Да, всё нормально, – её голос прозвучал спокойно, но с оттенком задумчивости. – Просто решила посмотреть на звёзды. Присоединяйся, если хочешь.

Заинтригованный, Джек прихватил с собой чашку горячего кофе и отправился к ней. Огневая рубка была одной из самых впечатляющих частей "Гепана". Сферическое помещение с полностью прозрачными стенами и потолком давало невероятный обзор для стрелка. Сейчас, в гиперпространстве, за пределами рубки царило серое, переливающееся ничто – гипнотический, почти завораживающий хаос.

Лия сидела на полу, опершись спиной на массивную плазменную турель. Свет в рубке был приглушён, создавая полумрак. Её длинные волосы мягко падали на плечи, а лёгкая тень играла на её лице, делая её образ ещё более загадочным. Она была одета в облегающий чёрный комбинезон, подчёркивающий её стройную фигуру, а слегка растрёпанные волосы придавали её образу непринуждённость.

– Так звёзд же не видно, – пробормотал Джек с улыбкой, присаживаясь рядом.

– Ну, а я представляю, что видно, – она посмотрела на него с лёгкой улыбкой, которая осветила её лицо, и вернулась к созерцанию гиперпространства.

Джек не мог не отметить, как гармонично она вписывалась в этот полумрак. Её кожа казалась мягкой и сияющей в свете приглушённых ламп, а в глазах читалась смесь грусти и задумчивости. Он поймал себя на том, что не может оторвать от неё взгляда.

– Ты красива, когда смотришь на звёзды, – вырвалось у него, прежде чем он успел подумать.

Лия повернулась к нему, её брови слегка приподнялись от неожиданного комплимента. На лице мелькнуло лёгкое удивление, но взгляд быстро стал задумчивым.

– Скажи, Джек, – её голос понизился до почти неслышного шёпота. – Там, когда мы доставали Осколок… Ты сказал, что я тебе нужна. Что ты имел в виду?

Она не смотрела ему в глаза, её взгляд опустился, будто она боялась, что он увидит в них её уязвимость. Свет приглушённых ламп мягко играл на её лице, а тишина, царившая вокруг, словно подчёркивала значимость её вопроса.

Джек почувствовал, как в груди сжалось что-то тёплое и болезненное одновременно. Он медленно подвинулся ближе к ней, чувствуя её тепло. Сначала он нерешительно протянул руку, но затем обнял её, бережно и нежно, будто боялся сломать.

– Именно это я и имел в виду, – его голос был низким и наполненным уверенностью. – Ты нужна мне. Мне не нужна эта галактика без тебя. Без тебя всё это ничего не значит. Я не хочу жить без тебя.

Он замолчал, его взгляд приковался к её лицу, которое было так близко.

– Я люблю тебя, Лия, – слова сорвались с его губ, и он почувствовал, как его сердце будто стало легче, несмотря на их вес.

Лия медленно подняла глаза, встречаясь с его взглядом. В её глазах блестели слёзы, но не от боли, а от чего-то намного глубже. Она изучала его лицо, будто пыталась найти ложь, но находила лишь неподдельную искренность.

– И я люблю тебя, – тихо, почти одними губами, произнесла она, и на её лице появилась робкая, но счастливая улыбка.

Они смотрели друг на друга, пока не исчезли все сомнения, все страхи. И когда Джек наклонился ближе, их губы встретились в долгом, нежном поцелуе. Это был поцелуй, в котором не было ни спешки, ни страсти, – только тишина и глубина их чувств.

Казалось, время остановилось, и всё вокруг – бескрайнее гиперпространство за прозрачными стенами, гул корабельных систем, даже их собственные тревоги – исчезло, оставив только их двоих. В этот момент не существовало ни прошлых сражений, ни будущих опасностей. Был только он и она.

Глава 10

Спустя несколько часов, усталый но довольный, Джек выбрался из объятий Лии. Задержался на мгновение, наблюдая, как она уютно устроилась в постели. Свет от искусственных ламп мягко падал на её обнажённые плечи, и он не мог удержаться от улыбки. Она выглядела такой спокойной, что он решил не будить её. Он быстро накинул рубашку и покинул каюту.

Прогуливаясь по тихим коридорам "Гепана", он направился в сторону инженерного отсека, намереваясь узнать у Эда о состоянии корабля после последних событий. Но на полпути столкнулся с Каэлом. Элдарианец, как всегда, двигался бесшумно, будто являлся частью самого корабля. Его строгие черты лица и холодный взгляд сразу привлекли внимание Джека.

– Джек, ты отлично справился, – начал Каэл, остановившись напротив него. Его голос звучал спокойно, но в нём чувствовалась искренняя признательность. – Если бы ты не поддержал свою команду, Осколок уничтожил бы всех.

Джек нахмурился, вспоминая пережитое.

– Во время входа в звезду я упал и ударился головой, – сказал он. – А когда очнулся... я увидел Лучика.

Каэл слегка склонил голову, будто обдумывая его слова.

– Ты знаешь о ней больше всех, – продолжил Джек, настойчиво глядя в глаза Элдарианца. – Кто она на самом деле?

Каэл на мгновение замолчал, как будто взвешивал каждое слово, а затем тихо заговорил:

– Лучик... была самым сильным псиоником, которого знало человечество. Она та, кто освободила мою расу от рабства Сверхразума. Я сражался против неё на Астерии, – его взгляд затуманился, словно он вновь переживал те события. – И я был первым, кому она помогла избавиться от его пут.

Он сделал шаг вперёд, его высокая фигура нависла над Джеком, но в его голосе не было угрозы, лишь глубокое уважение.

– После этого я помог ей войти в наше коллективное сознание, чтобы она смогла освободить моих братьев и сестёр. Это было её решением, её жертвой, она знала что последствия будут катастрофически для нее. Для ее разума.

Джек слушал внимательно, не перебивая, хотя в его голове роились вопросы. Каэл продолжал:

– После войны она некоторое время жила на Астерии, вместе с Аней и Маком. Но наше сознание, – он сделал паузу, подбирая слова, – оставило след в её разуме. Ее потенциал начал развиваться очень быстро и мощно. Со временем он стал настолько велик, что она покинула свою физическую оболочку.

Джек нахмурился, пытаясь осмыслить услышанное.

– То есть... она больше не человек?

– Она стала чем-то большим, – спокойно ответил Каэл. – Теперь её сущность существует в разных реальностях одновременно. Она видит все варианты будущего, все возможные пути. Иногда она общается со мной через кристалл, который я храню, – он слегка коснулся груди, где под мантией прятался артефакт. – А иногда она является в видениях, как тебе.

Джек задумчиво провёл рукой по волосам.

– Она помогает тебе? Направляет?

– И меня, и теперь тебя, – подтвердил Каэл, посмотрев прямо в его глаза. – Лучик знает, что её вмешательство может изменить будущее. Она пытается выбрать тот путь, который спасёт всех.

Джек кивнул, ощущая, как слова Каэла ложатся тяжёлым грузом на его плечи. Теперь всё, что он видел и чувствовал, обрело смысл. Лучик была больше, чем просто легенда. Она была частью чего-то большего, и теперь он был втянут в эту историю.

Ничего не ответив Джек направился дальше по коридору, думая о том, что рассказал ему Каэл. Лучик. Имя, которое он знал с детства, всегда казалось ему чем-то мифическим, почти сказочным. Она была частью историй о великой войне, о героизме и жертве, но теперь это имя стало для него реальностью. Она была больше, чем легенда. Она существовала. И, что самое удивительное, она выбрала его.

Он не мог не восхищаться ею. Её сила, её жертвенность, её способность видеть мир таким, каким он может быть, а не таким, каким он является. Лучик жила вне времени и пространства, но всё же оставалась связана с ними, с людьми, которых пыталась защитить.

"Она не должна была этого делать, – подумал он. – Она могла бы просто уйти, оставить всё позади. Жить для себя, где-то там, в реальностях, которые я даже представить не могу. Но вместо этого она осталась, чтобы помогать. Чтобы направлять."

Джек остановился, посмотрел в иллюминатор на бесконечное серое ничто гиперпространства. Ему стало тепло от осознания того, что где-то там, за пределами его понимания, есть кто-то, кто верит в него. Лучик не просто показалась ему, она доверила ему часть своей миссии.

"Я даже не знаю, как она выглядит сейчас, – подумал он, улыбаясь. – Но почему-то это не имеет значения. Её голос, её присутствие... Это как свет в темноте. Она делает нас сильнее."

Он вспомнил момент, когда увидел её во время схватки за Осколок. В момент, когда ее помощь была необходима, она появилась, будто тихий луч света в бескрайней ночи. Она не просто дала ему силу, она подарила ему уверенность, что он может справиться.

"Она верит в меня, – подумал он. – И я не подведу."

Эта мысль дала ему сил. Он вдруг почувствовал, что все тяготы пути, все опасности, с которыми они столкнулись и ещё столкнутся, стоят того. Лучик была тем, кто стоял за кулисами, тянул тонкие нити их судьбы. И он знал, что сделает всё, чтобы оправдать её доверие.

Так, незаметно для себя, Джек добрался до кают-компании. Там на диване расположился Таргус. Удивительно что диван смог выдержать такой вес. Джек задержался на мгновение, осматривая массивную фигуру Таргуса. Этот громила, несмотря на свою устрашающую внешность, всегда был преданным союзником. Но сейчас, в его глазах, Джек видел нечто новое – тяжесть, глубоко укоренившуюся боль и тень сомнений.

– Таргус, – тихо начал Джек, – я не видел тебя таким раньше. Что-то изменилось после встречи с этим Осколком?

Таргус не сразу ответил, медленно жуя кусок пищи, будто обдумывая слова. Затем его тяжелый взгляд встретился с глазами Джека.

– Осколок напомнил мне... зачем я живу, – проговорил он наконец, его голос звучал глухо, будто из глубины пещеры.

Джек напрягся, уловив скрытую боль за этими словами. Он наклонился вперед, положив локти на колени.

– Ты о мести за семью? – спросил он осторожно.

Таргус кивнул, его лицо стало еще более мрачным.

– Да. Мой отец и братья были убиты. Убиты моим дядей, который теперь правит всей планетой. Я поклялся отомстить за их смерть, но... – Он замолчал, стиснув огромные руки так, что побелели костяшки. – Но это невозможно.

Джек нахмурился.

– Почему невозможно? Я ведь обещал тебе, что как только закончим с Осколками, займемся твоим делом. Если останемся живы конечно.

Таргус усмехнулся, но в этом звуке не было радости.

– Ты ничего не понимаешь, человек. Чтоб свергнуть его, я должен бросить вызов по праву крови. Это мой долг. Но вызов будет принят только, если за мной встанет мой клан. А у меня нет клана.

Эти слова повисли в воздухе тяжелым грузом. Джек смотрел на Таргуса, понимая, что за этим признанием скрывалась не только печаль, но и одиночество.

– Ну а чем мы тебе не клан? – Джек попытался придать своему голосу бодрости, но сам услышал, как неуверенно это прозвучало.

Таргус повернул к нему голову, его глаза сверкнули странным светом.

– Клан – это не просто команда, – медленно произнес он. – Это семья. Это те, за кого ты готов отдать свою жизнь без сомнений.

Он наклонился вперед, и Джек почувствовал, как воздух в комнате стал тяжелее.

– Скажи мне, Джек Рэндэлл, – продолжил он, – ты готов отдать свою жизнь за меня? Или кто-то из твоей команды?

Этот вопрос ударил по Джеку, как молот. Он почувствовал, как слова застряли в горле. Был ли он готов на такое? Он вспомнил моменты, когда Таргус спасал их всех, когда рисковал собой ради их миссии. Но вот сейчас, в этой тишине, он не мог сразу найти ответ.

– Вот видишь, – проговорил Таргус, отворачиваясь, – у меня нет клана.

Тишина заполнила комнату, и Джек почувствовал, как его охватывает гнев – не на Таргуса, а на самого себя. Как он мог сомневаться? Разве Таргус не доказал свою преданность?

– Ты прав, – наконец произнес Джек, его голос стал тверже. – Пока нет.

Таргус бросил на него недоверчивый взгляд, но Джек продолжил, поднявшись на ноги:

– Но это поправимо. Клан – это те, кто готовы бороться за тебя, кто готовы умереть за тебя, потому что ты значишь для них больше, чем просто друг. И знаешь что, Таргус? Ты для нас уже больше, чем друг.

Таргус внимательно посмотрел на него, его взгляд смягчился, но всё же оставался настороженным.

– Ты так думаешь?

Джек кивнул.

– Я не думаю. Я знаю. Мы с тобой еще докажем, что клан – это не просто кровь. Это выбор. И мы сделаем этот выбор ради тебя.

Таргус не ответил, но в его глазах мелькнуло нечто, что Джек видел крайне редко – благодарность.

Тут в кают-компанию вошли Эд и Каэл. Эд сразу завалился на диван рядом с Джеком, вытирая испачканные руки о тряпку.

– Не знаю, как Каэл это делает, – начал он, тяжело выдыхая, – но гипердвигатель мурлычит как кот, что объелся сметаны. Я заглянул в карты: до Осколка Разума как минимум месяц полета, а этот мистер медитация утверждает, что доберемся уже завтра. Причем без дозаправок!

Джек посмотрел на Каэла, который стоял неподалеку с непроницаемым выражением лица, как будто такие фокусы – его ежедневный ритуал.

– Ну, Каэл, – Джек прищурился, словно подметив что-то подозрительное, – как ты это делаешь? Я клянусь, мы не заправлялись с последней остановки, а корабль летит как будто только что с завода.

Каэл, как всегда, отвечал спокойно и с легкой тенью высокомерия:

– Псионика – это сила, с помощью которой можно практически всё.

Эд закатил глаза, перекрестился на манер древних традиций и покачал головой.

– О, спасибо, мастер Йода, – пробормотал он. – Конкретнее можно? Мы что, теперь работаем на магическом топливе?

– На своём корабле я мог путешествовать ещё быстрее, – невозмутимо продолжил Каэл, не обратив внимания на сарказм. – Это, конечно, не ноль-переход, но скорость значительно выше стандартной гиперскорости.

Джек хмыкнул, глядя на Каэла.

– Понятно, что ничего не понятно, – подытожил Эд, отбросив тряпку в сторону. – Слушайте, а где Лия? Что-то её не видно.

– Она устала и сейчас отдыхает, – ответил Джек с лёгкой улыбкой, стараясь придать голосу как можно больше непринуждённости.

Эд посмотрел на него, прищурившись.

– Устала, значит, да? Ну-ну, – протянул он, явно что-то подозревая.

Джек пожал плечами, надеясь, что это закончится без лишних комментариев. Но тут Каэл бросил на него такой долгий и выразительный взгляд, что Джек неожиданно почувствовал, как начинает краснеть.

– Каэл, хватит смотреть так, будто ты читаешь мои мысли, – буркнул он, поднимая чашку кофе, чтобы скрыть лицо.

Каэл, не моргнув глазом, ответил:

– Твои мысли настолько громкие, Джек, что их не нужно читать.

Эд громко расхохотался, хлопнув по колену.

– Джек, ты сам себя сдаёшь! Ты даже краснеешь, как подросток, который впервые признался в любви.

Джек нахмурился, но его губы дрогнули в слабой улыбке.

– Ладно-ладно, достаточно шуток, – сказал он, поставив чашку на стол. – Лучше скажите, что нас ждет, когда мы доберёмся до этого чертова Осколка Разума?

Каэл сразу стал серьёзным, будто щёлкнул переключателем.

– Осколок Разума – это не игрушка, Джек. Его энергия способна проникать в сознание, разрушать психику, подавлять волю и менять реальность. Если кто-то из вас окажется неподготовленным, вы можете стать его марионеткой.

Эд побледнел, а Джек, напротив, выпрямился, словно готовясь к новой битве.

– Значит, надо быть готовыми, – сказал он твёрдо. – Каэл, ты ведь справишься с этим?

Каэл кивнул.

– Справлюсь, если вы мне доверитесь.

– Доверимся, куда деваться, – буркнул Эд, всё ещё глядя на Каэла с подозрением. – Хотя я, честно говоря, больше привык к гайкам и двигателям, чем к этим вашим псионическим штукам.

– Значит, будем работать вместе, – подытожил Джек, хлопнув Эда по плечу. – Ну а пока все идёт по плану, я закажу нам ужин. Может, Лия тоже присоединится, если... отдохнёт.

Эд снова прыснул со смеху, а Джек лишь покачал головой, улыбаясь. После плотного ужина команда углубилась в обсуждение грядущих испытаний. Они тщательно обдумывали, что их может ждать на пути к Осколку Разума. Джек, сидя за столом, рисовал в воздухе возможные варианты действий, пока Эд поддакивал, добавляя свои инженерные решения, а Каэл, скрестив руки на груди, невозмутимо напоминал о непредсказуемости псионических энергий.

– Что бы мы ни придумали, – заметил Каэл, его голос был как всегда спокоен, но настойчив, – Осколок будет защищаться. А ещё есть Вайрек. Он чувствует псионику и не позволит нам действовать беспрепятственно. Он обязательно появиться и мы должны быть готовы.

– Это не новость, – отозвался Джек, кидая взгляд на Эда. – Значит, готовим план «Б». И ещё запасной на случай, если всё пойдёт наперекосяк.

– Как всегда, – ухмыльнулся Эд, запуская руку в свои короткие волосы.

Обсуждение затянулось до глубокой ночи, но полной ясности они так и не достигли. Всё предугадать было невозможно, но ясно одно: впереди их ждет тяжёлый бой. Уставшие, но готовые к предстоящему, они разошлись по своим каютам, чтобы набраться сил.

Когда Джек вошёл в свою каюту, его встретил мягкий полумрак и теплый свет настольной лампы. На кровати, уютно укрывшись одеялом, лежала Лия. Её волосы свободно рассыпались по подушке, а глаза, блестевшие в приглушённом свете, были направлены прямо на него.

– Привет, – сказала она, её голос был тихим и непринуждённым, но в нём звучала едва уловимая игривость. – Где ты был так долго? Я соскучилась.

Джек невольно улыбнулся, снимая куртку и кидая её на кресло.

– Решали судьбу галактики, как обычно, – ответил он, слабо усмехнувшись, но его голос стал мягче. – Ты, похоже, успела хорошо отдохнуть.

– Я думала о тебе, – сказала она, приподнимая край одеяла и легким движением пригласив его присоединиться. – Так долго...

Он шагнул ближе, его взгляд стал серьёзнее, когда он увидел в её глазах что-то большее, чем просто усталость или скуку. Это было ожидание, искреннее и тёплое. Лия протянула руку, и Джек взял её, его пальцы нежно скользнули по её коже.

– Ты же понимаешь, что завтра всё может измениться? – тихо спросил он, опускаясь рядом.

– Именно поэтому я хочу, чтобы эта ночь была только нашей, – прошептала она, обнимая его за шею и притягивая ближе.

Их губы встретились в долгом, страстном поцелуе. В этом прикосновении не было торопливости – только жажда друг друга, желание забыть на мгновение о надвигающихся опасностях. Джек почувствовал, как её руки скользнули по его плечам, стягивая с него рубашку. Он откинулся назад, чтобы посмотреть на неё, и улыбнулся, видя, как она светится в мягком свете.

– Ты невероятная, Лия, – прошептал он, проводя рукой по её щеке.

Она не ответила словами, только улыбнулась, потянув его к себе. Они потерялись друг в друге, их дыхание смешивалось, сердца били в унисон. В комнате остался только шелест одеял, тихий шёпот и тепло их тел.

Следующие несколько часов стали для них тихим убежищем от сурового мира, который завтра снова потребует их силы и смелости. Ночь была посвящена только им двоим, моменту, когда всё остальное теряло значение.

На следующий день вся команда собралась в рубке управления. Напряжение в воздухе можно было почти почувствовать. На экранах сияли приглушенные огни приборов, а за огромным обзорным стеклом лежала лишь безмолвная глубина гиперпространства. Внутри корабля царила почти полная тишина, лишь голос корабельного ИИ нарушал её, отсчитывая последние секунды.

– Выход из гиперпространства через 3... 2... 1... – размеренно проговорил ИИ. – Выход.

Силовые поля вокруг корабля загудели, словно гигантская струна, пространство перед ними дрогнуло, словно в воду бросили камень, и вдруг – звезды вновь обрели свое неподвижное сияние. На обзорных экранах появилась новая звездная система.

В центре её лежала красная звезда, карлик, испускающий слабое, едва ощутимое сияние, которое делало всю сцену мрачной и загадочной. Но вокруг неё не было ничего: ни планет, ни астероидов, ни космической пыли. Только пустота.

– И что это такое? – Эд нахмурился, глядя на экраны. Его голос был полон раздражения и недоверия. – Может, ошиблись с координатами?

Каэл, который стоял немного в стороне, пристально всматривался в пустую картину. Его глаза, блестящие от напряжения, выдавали внутреннюю борьбу.

– Нет, система та, – наконец сказал он, его голос был низким и сосредоточенным. – И Осколок тоже здесь. Я чувствую его.

Все обернулись к нему.

– Ты уверен? – Джек прищурился, всматриваясь в мониторы. – Потому что мне кажется, тут даже мелкого астероида нет, не то что планет. Осколок снова внутри звёзды?

Каэл покачал головой, не отрывая взгляда от пустоты перед собой.

– Осколок Разума способен изменять реальность. Он находится на планете, которую мог спрятать от посторонних глаз, изолировав её не только физически, но и псионически. Это место – ловушка для разума.

– Ловушка для разума? – Эд шумно выдохнул, разведя руками. – Отлично. Всё хуже, чем я думал.

– Вот это поворот, – пробормотал Джек, облокачиваясь на консоль. – И как же нам его найти, если планеты нет?

Глава 11

Каэл опустился на колени в центре рубки. Его лицо оставалось неподвижным, но мышцы рук дрожали, когда он положил ладони на холодный металлический пол. Пространство вокруг него, казалось, стало тяжелее, словно сама реальность начала давить на каждого в комнате.

– Все оставайтесь на своих местах, – тихо, но решительно сказал он. – Это будет нелегко.

– Нелегко? – Джек нервно оглянулся на мониторы. – Каэл, ты хоть знаешь, что делаешь?

– Знаю, – коротко ответил элдарианец. – Но вы можете не понять.

Он закрыл глаза, и рубка внезапно погрузилась в гробовую тишину. Даже привычный гул систем корабля, казалось, замер. Воздух наполнился странным напряжением, словно корабль вошел в зону сильного гравитационного поля.

– Что за… – начал Эд, но тут же замолчал, когда почувствовал, как по коже пробежал странный электрический разряд.

Каэл начал говорить, его голос звучал как шёпот, но слова резонировали в головах каждого члена экипажа. Это был не их язык, а древние псионические формулы, которые, казалось, переплетались с самой тканью реальности.

Пол под его руками засветился бледным фиолетовым светом, который начал распространяться по всей рубке. Пространство вокруг Каэла начало искривляться, как будто невидимая сила вбирала его в себя. Линии и очертания интерьера корабля начали дрожать, расплываясь, как отражение в воде.

– Джек, – Эд схватился за поручень. – Это... нормально?

– Пока всё в порядке, – неуверенно ответил Джек, хотя его взгляд был прикован к Каэлу.

Элдарианец поднял руки, словно скульптор, пытающийся вылепить невидимую форму. Вокруг его ладоней начали танцевать сполохи энергии, напоминая грозовые разряды. Они быстро становились ярче, наполняя рубку ослепительным сиянием.

– Реальность... сопротивляется, – проговорил Каэл, сквозь зубы. Его голос звучал напряжённо, но решительно.

Вдруг через обзорное стекло что-то изменилось. Пустота, окружавшая красного карлика, начала искривляться, как будто что-то огромное пыталось прорваться сквозь барьер. Изогнутые линии пространства напоминали огромный купол, который вот-вот разорвётся.

– Я почти достал её, – пробормотал Каэл. Его голос звучал глухо, словно доносился издалека. – Но мне нужно больше...

Он вытащил из своей мантии небольшой кристалл, который сиял фиолетовым светом, Осколок Силы.

– Это опасно, – прошептал он, глядя на кристалл, словно взвешивая своё решение.

– Каэл, ты уверен? – Лия подошла ближе, её голос звучал обеспокоенно.

– У нас нет другого выбора, – ответил элдарианец.

Сжав кристалл в руке, он глубоко вздохнул. В тот же миг рубку озарил ослепительный свет. Энергия хлынула через тело Каэла, словно бурная река, вырывающаяся из плотины. Его глаза вспыхнули алым светом, а поток псионической силы стал настолько мощным, что воздух в рубке задрожал.

– Это... невероятно, – пробормотал Джек, глядя на световые вихри, которые окружали элдарианца.

Каэл поднял руки, словно дирижёр, управляющий космическим оркестром. Пространство за обзорным стеклом начало искажаться, как будто невидимая сила разрывала завесу между мирами.

– Реальность уступает, – проговорил он, голос его звучал одновременно спокойно и мощно.

Вдруг сквозь пустоту проявились слабые очертания планеты. Они становились всё чётче, пока перед ними не предстала огромная сфера с древней, иссечённой трещинами поверхностью. Свет, струившийся из этих трещин, напоминал пульсацию живого сердца. Каэл издал громкий крик, когда последний поток энергии вырвался из его тела. Завеса реальности разорвалась, и планета окончательно вернулась в обычное пространство.

Элдарианец рухнул на пол, тяжело дыша. Кристалл в его руке тускло мерцал, а лицо Каэла было бледным, но удовлетворённым.

– Ты сделал это, – прошептала Лия, её голос был полон изумления.

– Не я, – ответил Каэл, пытаясь подняться. – Это Осколок. Без него я бы не справился.

Планета была темна, её поверхность вся была испещрённой глубокими трещинами, а атмосфера вокруг неё сияла слабым фиолетовым свечением, словно сама планета была живым существом, наблюдающим за ними.

– Вот она, – прошептал Каэл, открывая глаза. – Мы её нашли.

Но вместо облегчения, в рубке повисло тяжёлое, напряжённое молчание. Никто не мог избавиться от ощущения, что планета смотрит на них в ответ.

– И где нам садиться? – спросил Джек, скрестив руки на груди. Его голос был спокойным, но в глазах читалась напряжённость. – Осколок на планете, но она огромна. Мы будем его искать целую вечность.

Каэл молча достал из-за пояса небольшую коробку. Потёртые грани сияли тусклым золотым светом, а узоры, покрывавшие её поверхность, будто двигались, когда он прикоснулся к ним.

– Карта укажет путь, – наконец сказал он.

Сделав несколько точных движений пальцами, Каэл активировал механизм. Коробка раскрылась, и из неё вырвалось светящееся облачко, которое моментально приняло форму галактики. Первоначально оно показывало лишь расплывчатые контуры, но затем мелкие линии стали соединяться, формируя карту с идеально прорисованными деталями. Карта галактики сменилась изображением планеты, а потом конкретной части поверхности.

– Вот здесь, – сказал Каэл, показывая на светящийся сектор. Его палец завис над местом, отмеченным едва заметным кроваво-красным сиянием. – Это наша цель.

– Мило, – пробормотал Эд, трогая рычаги управления. – Сейчас спустимся в очередное болото смерти.

Корабль медленно начал движение, направляясь к указанной точке. По мере приближения мрачность планеты становилась всё очевиднее. Изначально прозрачная и безобидная атмосфера начала густеть, словно скрывала свои секреты. Небо, окрашенное в мягкие фиолетовые тона, налилось зловещим красно-фиолетовым светом.

– Эта планета буквально кричит: «Уходите отсюда», – заметила Лия, стоя у обзорного экрана.

Тучи над поверхностью завихрялись в мощных ураганных потоках, клубились с неестественной скоростью. По ним то и дело пробегали разряды молний. Но это были не обычные молнии. Каждая из них вспыхивала насыщенным фиолетовым светом, словно несла в себе древнюю ярость.

– Это будет нелегко, – задумчиво сказал Эд, наблюдая за скачущими показателями на панели управления. – Щиты могут не выдержать.

Когда «Гепан» вышел на орбиту над обозначенным сектором, команда замерла, глядя на бушующий ад внизу. Красно-фиолетовая поверхность планеты казалась живой, будто под плотной завесой облаков двигались гигантские, невидимые твари. Молнии сверкали практически без пауз, их всполохи превращали поверхность в хаотичную смесь света и тени.