Текст книги "Мир (СИ)"

Автор книги: Анатолий Логинов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 17 страниц)

Схватки под ковром

Кто бы ни выиграл выборы,

к власти приходит

министерство финансов.

Г. Вильсон

Власть одним ударяет в голову,

других ударяет по голове.

Ю. Кусьмерек

Стоянка у Пентагона как всегда, была почти сплошь заставлена автомобилями, поэтому машине Тома пришлось сделать дополнительный круг, чтобы найти свободное место.

– Каждый раз, когда я вижу стоянку Пентагона, мне кажется, что у нас в стране объявлена всеобщая мобилизация, – пошутил, загоняя «Субурбан» на стоянку, Брэнд. Который уже два года как «остепенился», уйдя из АНБ, и теперь, вместо участия в секретных операциях, занимал должность охранника-шофера у генерала Томпсона. Ему, как старому другу, Том доверял безоговорочно, заодно разрешив вести себя наедине без всякой субординации. Чем, надо заметить, Вождь никогда не злоупотреблял.

– Если в стране, не дай бог, объявят всеобщую мобилизацию, Джо, – ответил Том, открывая дверь, – большинство из этих машин здесь даже не появиться. Все рванут к мексиканской границе…

– Думаешь? – удивился Брэнд. – Гражданские – точно, а военные…

– Джо, это не военные, это клерки в форме, – перебил его Томпсон. – Ладно, пойду бороться за кусок бюджетного пирога. Для вящей славы десанта…

Оба они вышли из автомобиля одновременно. Джо, осмотрелся и сплел пальцы в незаметный со стороны знак: «Чисто». После чего пропустил Тома вперед и пошел за ним, держась по возможности за левым плечом, настороженно поглядывая по сторонам. После ближневосточной командировки приходилось опасаться покушения «палестинских бойцов», а также «мусульманских моджахедов», недовольных участием американцев и русских в сохранении мира на Ближнем Востоке, а следовательно – Израиля.

В просторном, контрастом к заставленной машинами стоянке пустынном холле, Томпсона уже ждали. Уорент-офицер, в качестве жеста уважения к советнику по национальной безопасности – парашютист, проводил Джо в комнату ожидания, а потом вместе с Томом поднялся на второй этаж. Там, в зале для совещаний, уже сидели два гражданских, явно представители от Министерства Обороны, и начальники штабов армии генерал Харкинс, ВВС генерал Райан и главнокомандующий флотом адмирал Зумвалт. Ждали только двоих – председателя ОКНШ генерала Уиллера и министра обороны. Которые появились точно в назначенное время начала совещания, секунда в секунду.

– Джентльмены, – после краткого вступления продолжил свою речь министр обороны Клиффорд Кларк, – поскольку сегодняшнее совещание, как вы знаете, посвящено выработке новой военно-технической политики в новых условиях… Предварительный брифинг по выработанным корпорацией РЭНД рекомендациям проведет мистер Роберт Макнамара[1], руководитель корпорации.

Один из присутствующих гражданских поднялся к трибуне, коротко поклонился, сверкнув очками и, положив на трибуну раскрытую папку, начал доклад. Пропустив мимо ушей начало, Том думал о том, почему фамилия этого «господина Роберта» из занятой стратегическими исследованиями для правительства США фирмы, кажется ему слишком знакомой. Ничего особо интересного так и не вспомнил, за исключением того, что этот очкарик входил в группу, санировавшую компанию «Форд Моторс» после войны, потом стал ее президентом, потом имел какое-то отношение к Всемирному банку. Но тут его внимание привлекло сочетание слов «стратегическое превосходство» и он начал внимательно прислушиваться к докладу.

– … создание в развитие программы SLCM[2] крылатых ракет с дальностью от тысячи до двух тысяч морских миль, с подводным, воздушным и наземным или корабельным стартом в ядерной и конвенциональной конфигурации. В отличие от состоявших на вооружении и в разработке ракет, данная ракета должна иметь систему управления для полета по рельефу местности на малых высотах с программируемой высотой и траекторией полета, и высокоточного наведения на неподвижные и подвижные цели, сухопутные и морские. Система вооружения на базе таких ракет не попадает под ограничения стратегических вооружений и положения Парижского договора, что позволит развернуть ее в неядерном варианте в Европе, а в ядерном – на кораблях, подводных лодках и стратегических бомбардировщиков… Развертывание таких ракет позволит наконец-то достичь решающего преимущества над противником в средствах стратегического сдерживания…

Том посмотрел на докладчика почему-то слегка прищурившись, словно через прицел. Но быстро опомнился и продолжил спокойно слушать докладчика. Мельком коснувшись выводов из боевых действий во Вьетнаме и на Ближнем Востоке для вооружения сухопутных войск, он перешел на тему боевой авиации, предложив создать новый многорежимный самолет, который должен заменить все существующие типы тактических самолетов ВВС и палубных самолетов ВМС. Том иронически усмехнулся, но моментально принял серьезный вид, заметив, как на него посмотрел начальник штаба ВВС Джон Райан. Однако, если судить по лицу летуна, он тоже был не в восторге от предложений «РЭНД» по авиации. Даже с учетом того, что от предложений по самолетам Макнамара перешел к очень разумным выкладкам о повышении роли высокоточного управляемого оружия, включая авиабомбы, средств радиоэлектронной борьбы и необходимости авиационной поддержки войск на поле боя. Потом Макнамара еще некоторое время уделил рассказу о необходимости создания специализированных противокорабельных ракет, с успехом использованных египтянами и сирийцами в войне на море. И на этом закончил свой доклад.

– Джентльмены, а теперь приступим к обсуждению, – предложил Кларк.

– Тогда я начну первым, – показал истинно летную реакцию Райан.

– Как всегда, летуны спешат быть первыми, – негромко проворчал адмирал Зумвалт, забыв, видимо, что находится не на корабельном мостике. Поэтому его «негромкое» бурчание расслышали все, но ограничились лишь ироничными улыбками. Райан реплику моряка вообще проигнорировал.

– Джентльмены, работа аналитиков корпорации заслуживает высочайшей похвалы. Они сумели выявить и проанализировать новые тенденции в развитии техники, – начал Джон с похвалы. – Но некоторая увлеченность своими идеями привела их, в отдельных случаях, к неоднозначным и, даже, можно сказать, ошибочным выводам. Одним из таких я считаю предложение о создании одного многоцелевого типа тактического самолета…, – Райан привел примеры из опыта последних войн, доказывающие, что авиации требуются специализированные самолеты, в том числе недорогие и маневренные штурмовики для действий над полем боя, истребители-бомбардировщики и истребители завоевания превосходства в воздухе.

– Позвольте, – попытался возразить Макнамара, – у русских в составе их тактической авиации имеется такой самолет «Флоггер»[3]. Он используется как тактический истребитель, истребитель-бомбардировщик и перехватчик. Причем имеет и корабельный вариант. Вы этот факт не будете отрицать?

– Не буду, – признал очевидное Джон. – Только отмечу для вас, что, кроме него у Советов на вооружении имеются также недавно модернизированный легкий истребитель и перехватчик «Фишбед», который предназначен для ведения воздушного боя, тактический сверхзвуковой бомбардировщик «Фенсер» и целых три штурмовика – старый винтовой «Бут», тяжелый «Брони» и реактивный «Фрогфут». А сам «Флоггер» в различных вариантах имеет не только разное оборудование, но иногда и изменения в фюзеляже. А в качестве перехватчика дополняется самолетами «Фоксбэт», «Фиддлер» и «Флагон»[4]. И при наличии многоцелевого «Флоггера» от остальных самолетов они отказываться не собираются…

Тут началась вежливая, но весьма ядовитая перепалка. В которую вмешался еще и адмирал Зумвалт, заявивший, что сухопутные разработки флоту не нужны, так как не соответствуют условиям эксплуатации на палубах авианосцев. Впрочем, спорили джентльмены очень недолго, согласившись в конце концов на примере «Фантома II» и «Корсара II», что создать сухопутные варианты палубных самолетов можно. И признав, что специализированные машины тоже нужны. В результате спора было предложено продолжить разработки по программам F14, F16 и F18. Затем разогревшийся во время спора по авиации Зумвалт потребовал увеличения финансирования флота и постройки еще как минимум трех, а лучше пяти атомных авианосцев нового проекта «Америка». После чего заявил о целесообразности перебазирования стратегических бомбардировщиков и ракет с суши на море, а следовательно – к пересмотру договоров с Союзом в этом духе. При этом бомбардировщики должны базироваться на ударных авианосцах, а ракеты– на подводных лодках.

– … в результате уменьшится угроза ракетно-ядерного удара по территории США и возрастет неуязвимость наших стратегических средств, так как они будут рассредоточены по всей площади Мирового океана, – вещал он с видом библейского пророка.

Но тут не выдержал уже не только Райан, но и Томпсон. Оба они раскритиковали адмирала. При этом авиатор упирал на уязвимость авианосцев и слабую управляемость подводных лодок. А Том отметил, что русские не настолько тупы, чтобы не учесть очевидного для любого школьника, и на пересмотр соглашений не пойдут. И вообще, попытки сломать достигнутое с таким трудом стратегическое равновесие не вписываются в военно-политическую доктрину правительства. Поэтому он против как предложения о переносе ядерного потенциала на морские носители, так и программы развертывания крылатых ракет.

– … Русские усилят противовоздушную оборону, развернув дополнительно маловысотные зенитные ракетные комплексы. И сами развернут производство крылатых ракет такого же класса. «Равновесие страха» будет восстановлено, но на новом, более высоком уровне опасности и при большем количестве ядерного оружия. При этом русские будут считать нас ненадежными и могут вообще отказаться от совместных проектов и договоров с нами, – заметил Том. И добавил, что в докладе вообще слабо упомянуты силы быстрого реагирования, которые сейчас должны стать предметом особой заботы. Последнее замечание заставило ополчится против него всех начальников штабов. Дружно и сплоченно они набросились на Томпсона, объявив его взгляды ересью. Необходимо, заявляли все трое, быть всегда готовым к большой войне, что сдержит потенциальных противников сильнее, чем незначительные, пусть и быстро введенные силы «для борьбы против папуасов». Тем более, что и морские пехотинцы, и парашютисты недавно получили новую, современную технику и тратить на их усиление дополнительные суммы из сравнительно небольшого военного бюджета будет величайшей ошибкой. Попытки Тома объяснить, что принятие на вооружение десанта всего лишь нового легкого танка, к тому же имеющего массу недостатков, нисколько мощь парашютистов не усиливает, привели лишь к тому, что генерал Харкинс заявил, что Том пользуется своим положением для лоббирования своего рода войск.

Масла в огонь подлил второй гражданский, оказавшийся финансистом и заявивший, что в связи с переходом на комплектование по контракту будет увеличено в первую очередь денежное содержание военнослужащих. – Чтобы повысить привлекательность военной службы и тем самым – укомплектованность вооруженных сил, – заявил он.

В результате споры разгорелся снова. Тома вообще не стали слушать. А адмиралу было заявлено, что один его авианосец по цене равен десятку дивизий или тысяче самолетов, при весьма сомнительной эффективности. Досталось и генералу Харрису, который пытался отстоять программу создания нового основного боевого танка MBT-70. Его планировалось сделать основным танком стран Атлантического Союза. Поэтому сначала в общей программе участвовали и англичане с французами, и оба немецких государства, и Италия. Однако программа оказалась слишком амбициозной, трудности разработки и стоимость программы росли с каждым годом. Поэтому англичане вышли из консорциума и приняли на вооружение свой танк «Чифтен», утащив за собой Ганновер. Французы, продержавшись на два года дольше, занялись модернизацией своего AMX-30. Оставшиеся итальянцы и баварцы вкладывать дополнительные средства отказывались, и разработка фактически застыла из-за недостаточного финансирования. Теперь же, с учетом сокращения военных расходов, могла вообще прекратится…

Совещание закончилось поздно вечером, так и не сумев выработать единую точку зрения.

Через два дня после этого совещания секретарь президента О’Доннел позвонил в кабинет Томпсона и попросил зайти в Овальный кабинет.

– … Джек хочет с тобой поговорить.

Том давно заметил, что Кеннет таким образом непроизвольно выдавал, что Кеннеди чем-то недоволен и разговор может оказаться тяжелым. Поэтому и отправился на встречу, морально подготовившись к возможным неприятностям.

– Том, объясни мне, что ты имеешь против танка «Шеридан»? – встретил его неожиданным вопросом Кеннеди.

– Ничего особенного. Только то, что он – неудачный. И при этом единственная разработанная у нас машина для десантников. Как можно включать воздушно-десантный корпус в Силы Быстрого Реагирования и одновременно лишать десантников тяжелой техники…

– Подожди, Том, не уходи от ответа, – Джон, судя по всему, действительно был чем-то недоволен. – Ты мне расскажи именно о недостатках «Шеридана». Остальное обсудим потом.

– Недостатки, – вот тут Тому пришлось попотеть, вспоминая отчеты о боевом применении танка во Вьетнаме. – Танк вооружен неудачно. Пушка в шесть дюймов имеет слишком большую отдачу. Противотанковые ракеты «Шиллела», запускаемые из орудия, ненадежны и имеют низкий процент попадания. Неполное сгорание выстрелов, приводящее к задержкам в стрельбе и чреватое попаданием горящих остатков гильз внутрь боевого отделения. Теснота в боевом отделении, где с трудом размещаются четверо танкистов и боекомплект к орудию и пулеметам. Высокая вибрация при движении…

– Понятно, – теперь Кеннеди несколько успокоился. – Как это можно устранить хотя бы часть, можешь сказать?

– Например, ввести вместо бумажной гильзы металлическую. Но этому будет сопротивляться армейское командование, так как выстрелы унифицированы с разрабатываемым танком MBT-70. Несколько уменьшить боекомплект, особенно за счет противотанковых ракет. Лучше всего было бы поменять орудие на трехдюймовку, но тогда «Шеридан» не сможет бороться со средними танками.

– Понятно, с этим вопросом я разобрался. Теперь доложи мне про прочую технику для десанта.

– Понимаешь, Джон, в современных условиях легкая пехота, которой в сущности являются десантники, будет иметь слишком малую подвижность и высокую уязвимость. Русские нашли выход из этого положения, их парашютисты имеют на вооружении гусеничное бронированное шасси, используемое как бронетранспортер, боевая машина десанта с пушечно-ракетным вооружением, самоходный противотанковый ракетный комплекс и самоходно-артиллерийская установка. Они могут после высадки воевать под защитой пусть легкой, но брони. А наши парни будут бегать на своих двоих или ездить на уязвимых джипах, прикрываемые и поддерживаемые только небольшим количеством «Шериданов».

– Это я понял, – Джон, похоже совсем успокоился. Отчего Том еще больше напрягся, удивляясь несовпадению верной приметы и темы текущего разговора. – Объясни мне, чем плохо создание ядерных крылатых ракет по программе СЛКМ.

Том, удивленный столь резким, необычным для Джека, перескакиванием с одной темы на другую, тем не менее ответил сразу. Приводя те же доводы, что и на совещании в Пентагоне, он внимательно следил за реакцией президента. Кеннеди кивал в нужных местах, иногда ободряюще улыбался, но в глазах словно застыли ледяные осколки.

«Кажется, я надолго в Белом доме не задержусь, – подумал Том, продолжая объяснять ситуацию. – На чем я прокололся? Неужели столько шума только из-за техники для парашютистов… Или из-за крылатых ракет? Московское что-то всплыло? Или я зря так волнуюсь, просто кто-то Кеннеди настроил против меня?»

Кеннеди, выслушав пояснения Томпсона, задал еще пару уточняющих вопросов про крылатые ракеты. Потом опять перевел разговор на другую тему, на этот раз о сравнении противовоздушной обороны США и СССР. Закончив разговор сообщением, что представители НАСА договорились с русскими о совместной орбитальной космической станции и привлечении к работам на ней союзников, он, наконец, отпустил Тома.

А на следующий день Томпсон встретился с Киссинджером. Разговор шел о продолжении политики, которую уже назвали «политикой разрядки». Обсуждение шло в спокойном, деловом тоне и лишь в самом конце Генри заметил, что ему будет очень не хватать советов Тома. Намек Томпсон понял правильно и, не дожидаясь прямых просьб, перед ужином передал секретарю Кеннеди заявление с просьбой об отставке из-за обострения болезни. Кеннеди принял его немедленно, очень переживал, что Том вынужден уйти из его команды, но заявление подписал немедленно.

Еще через неделю, сдав дела преемнику, профессору Герберту Сковиллу, Том улетел вместе с семьей в Мэдисон.

[1] Роберт С. Макнамара – в нашей реальности – американский предприниматель и политик-республиканец, служил в армии во время Второй мировой войны, министр обороны США в 1961–1968 г.г. и президент Всемирного банка с 1968 по 1981 г.г. На посту министра обороны уделял большое внимание силам общего назначения и специальных операций. Стремился к унификации вооружений, одним из примеров которого является программа создания самолета F.111, который должен был заменить все тактические самолеты ВВС и ВМС. Как известно, программа закончилась созданием удачного, но дорого и не слишком успешного тяжелого истребителя-бомбардировщика для ВВС. Создание палубного самолета закончилось неудачей. При нем началась Вьетнамская война 1965–1973 г.г. В связи с нехваткой квалифицированного персонала для войны инициировал в 1966 г. призыв 100000 рядовых с низким IQ, прозванных «дебилами Макнамары».

[2] Submarine Launched Cruise Missile – крылатая ракета подводных лодок, будущий «Томагавк». Как и в нашем мире, разработку инициировал флот в 1971 г. В 1972 г. из двух вариантов – тяжелой КР с дальностью в 3000 морских миль (ок. 5500 км) и легкой, с дальностью чуть более 1000 миль,

[3] Flogger – «Бичеватель», кодовое наименование в НАТО (и в альтернативном АДА) советского самолета МиГ-23. В АИ несколько отличается от реального МиГ-23 – имеет два двигателя и иной фонарь кабины.

[4] Использованы реальные обозначения советских самолетов в НАТО: Миг-21 Fishbed, Су-24 Fencer, Ту-91 (Ту-24 в АИ) Boot, Ил-40 Brawny, Су-25 Frogfoot, Ту-128 Fiddler, Су-15 Flagon, Миг-25 Foxbat. Машины практически не отличаются от реальных.

Хорошо на ферме летом

Если выпало в Империи родиться,

лучше жить в глухой провинции у моря.

И от Цезаря далеко, и от вьюги.

Лебезить не нужно, трусить, торопиться.

И. Бродский. «Письмо римскому другу»

Прозвучавший звонок заставил Тома оторваться от книги. Недовольно поморщившись, он положил том на журнальный столик и поднялся с кресла, прислушиваясь. Лежавшая на спинке кресла кошка нервно махнула роскошным, распушенным словно пипидастр, хвостом и лениво приоткрыла один глаз. Убедившись, что человек никуда не исчез и ничего необычного не произошло, кошка опять задремала, прикрыв оба глаза. Звонок прервался и Том услышал, что Эмми о чем-то говорит с позвонившим. Он уже собирался вернуться в кресло, но Эмми уже шла к нему на веранду, слегка шлепая по полу тапками. Том усмехнулся, вспомнив, как долго он отучал жену от американской привычки ходить в доме в обуви.

– Томми, там на трубке этот…, – Эмми мило скривила губки, – твой индеец. – Брэнда она искренне не любила, считая, что он постоянно втягивает Томпсона в нехорошие дела. Но ничего, кроме намеков Эммануэль себе не позволяла. Отчего Томпсон каждый раз вспоминал «своих» подружек из «той жизни» и думал, что в воспитании женщин настоящего времени есть очень правильные моменты. За за все время они поругались раза три. Даже не поругались, а так, пошумели друг на друга из-за некоторого непонимания. Через полчаса размолвка забывалась. Без напоминаний, без ворошения прошлого, без упреков и напоминаний.

– Хэлло, военный вождь, спускающийся с облаков, – пошутил Джо, услышав голос Тома в трубке.

– И тебе привет, мой краснорожий друг, – ответил шуткой Том. Шуткой, оговоренной заранее и озвучиваемой только при вероятности прослушки. Уж щелчок-то в трубке Том расслышал сразу.

– Ладно, при встрече посмотрим, у кого краснее, – Брэнд ответил тоже условной фразой, означающей, что есть новости, которые желательно обсудить побыстрее и без лишних ушей. – Можешь заодно меня поздравить – я новенький «мустанг» купил.

– Лошадь? – деланно удивился Томпсон.

– Сам ты лошадь! Машина этого года. Красивая и быстрая, – странно, но у Тома почему-то было устойчивое ощущение, что с этой моделью у «Форда» будут какие-то неприятности. Но спорить с Джо по этому поводу или доказывать что-нибудь он не стал.

– Красивая, это интересно. Ты из конторы разговариваешь? Тогда подожди меня там еще час, подъеду, – Том положил трубку не сразу, убедившись, что ожидаемый щелчок в конце разговора присутствует. Недобро усмехнулся и крикнул Эммануэль:

– Эмми, я еду в Барабу! Буду в конторе, если вдруг что – звони!

– Хорошо, Том, – неожиданно оказавшись за спиной, ответила жена.

– Ничего себе, это ты как смогла ко мне незаметно подкрасться?

– Джимми научил, – призналась Эмми, хитро улыбаясь. – Его с собой возьмешь?

Джимми и Дженни, семейная пара индейцев-навахо, нанятая с помощью Брэнда в качестве «прислуги на все руки», за эту пятилетку прочно прижилась в доме Томпсонов. Как в шутку их называла Эмма: «Бэрриморы», намекая на дворецкого из известной книги английского автора. Причем Джимми, послуживший свое время в морских пехотинцах, а потом и в Группе Стратегической Поддержки АНБ, неплохо справлялся и с ролью телохранителя.

– Поеду один, – решил Том. – Но на «джипе». Он здесь останется, на всякий случай.

«Виллис Джип», несмотря на его возраст, после пары восстановительных ремонтов бегал по – прежнему споро, а самое главное, что в пристроенном под сиденьем автомобиля тайничке лежал «Ингрем». На всякий случай. Несмотря на то, что попытки покушений на него и семью прекратились, Том полностью расслабляться не собирался. Даже сына в школу возили специально нанятые охранники. А в конторе в Марабу сидела пара «сторожей», задачей которых кроме банальной охраны, было отслеживание подозрительной активности в городе и окрестностях. Потому что, хотя Джона в семьдесят седьмом сменил Роберт Кеннеди, Тому было известно, что именно Роберт, а еще Тед Соренсен, настаивали на его отставке. К тому же поиски некоего Апача неожиданно опять возобновились и чем они могли закончиться, не могла бы предсказать ни одна Ванга…

Быстро добравшись до конторы, Томпсон поставил джип рядом с новеньким, сияющим, словно только что из магазина, «Мустангом». Встретивший его у машины Джо сиял, пожалуй, не меньше самой машины. Но тратить время на долгое обсуждение достоинств машины друзья не стали, уделив автомобильной теме несколько минут по пути в контору. Там их уже ждали один из сторожей и специальная переговорная комната, защищенная от прослушки.

– Рассказывай, что случилось, – занимая одно из стоящих у круглого стола кресел, спросил Том.

– В Никарагуа сомосистов добили, а в Гренаде к власти пришли социалисты, – присаживаясь напротив начал Брэнд. – Но это еще не все. Наши верхи решились таки поддержать «Братьев-мусульман»…

– Так, а об этом подробнее, – напрягся Томпсон.

Садат, «кинув» англичан и переметнувшись к американцам, неожиданно для самого себя, а, пожалуй, и для большинства политиков, вместе с островными политиками открыл еще один «ящик Пандоры». Желая отомстить, англичане привлекли своих старых контрагентов. С мусульманами они работали еще до первой мировой, а уж про приключения Лоуренса в Аравии во время войны не знает только ленивый. В общем, к обоюдному согласию с привычными партнерами они пришли быстро и Садат однажды прекрасным солнечным днем вознесся в небеса вместе со свитой и смертником, обвешанным динамитными шашками. Казалось бы, все сложилось отлично. Садат, обещавший вместо войны с Израилем захватить Киренаику и передать тамошнюю нефть англичанам, убит и предательство наказано. К тому же вместо Садата к власти вернулся вполне устраивавший и англичан, и американцев бывший президент и бывший командующий сухопутными войсками еще при короле Египта генерал-майор Муххамед Нагиб. Который, надо заметить, давно и неплохо сотрудничал именно с организацией «братьев-мусульман». Вот только во всем этом таилось одно небольшое, но очень нехорошее дно – «братья-мусульмане» начали активно насаждать нормы шариата. Несогласных при этом не сажали под домашний арест, как Насер Нагиба, они просто исчезали и никаких официальных комментариев об их судьбе получить было невозможно. К тому же в Иордании король назначил премьер-министром главу местного отделения этой организации Хамсе Мамсура. Но теперь кажется кто-то в администрации Бобби Кеннеди решил наступить на те же грабли, что и англичане, рассчитывая получить союзников в борьбе с коммунистами.

– Ну, как говорят, новый директор АНБ дал добро на совместную с СИС работу по этому направлению. А из «черных фондов» по личному решению президента выделены дополнительные средства. На софинансирование программы, якобы. Вроде эти самые муслики обещают подписать мирный договор с евреями и переключиться на борьбу с коммунистическим влиянием. Ну и заодно Ирак планируют от диктатуры Хуссейна освободить и Сирию от Асада. Очень они кому-то отдавили нежные места своими заигрываниями с Советами. По другим сведениям, этой программой также подстраховываются на случай переворота в Иране. Есть опасения, что шах слетит с трона, а на его место придут мусульманские святоши. Они, как полагают, тоже будут настроены резко антикоммунистически.

– Получается, что Кеннеди, Колби и Шлезингер[1] решили вытеснить коммунистов, разыгрывая мусульманскую карту, – подытожил Том. – Дубиноголовые идиоты. Для мусульман мы все – неверные, обмануть которых совершенно не грех. Иранцы и египтяне к тому же, как я помню, из разных мусульманских течений. Так что давая деньги одним, надеяться на благосклонное отношение других все равно, что, давая деньги баптистам требовать благословления от мормонов.

– Вот это сравнение я у тебя украду, – среагировал Брэнд. – Передам своим, пусть на Колби надавят. Может удастся образумить.

– Хорошо, а я Генри напишу. Пусть пролоббирует в своих кругах. Нам как раз только мусульманских террористов и не хватает для полного счастья. Про Мексику – ничего нового?

– Пока тихо, – пожал плечами Брэнд и вытащил пачку сигарет. – С Никарагуа и Гренадой что думаешь? Мои контакты считают, что Бобби может вмешаться. И тогда есть шанс заработать на снабжении десанта нашими машинами, потому что лоббисты уже уговорили кого надо.

– Гренада? Не думаю, что этот островок кого-то заинтересует, – отрицательно помахав рукой, запрещая курить, ответил Том. – Задохнемся, тут герметично. Забыл? Потерпи… Полагаю, островные революционеры через год все проедят и как всегда припрутся в Вашингтон за новыми подачками. Вот с Никарагуа все серьезней. Кажется, ты мне сообщал прошлый раз, что у них серьезное прокоммунистическое крыло?

– Точно так и есть, – подтвердил Брэнд, поднося сигарету к носу и принюхиваясь.

– Потерпи, – попросил Том. – Значит так и передай – надо брать. Я сегодня же позвоню сенатору и в директорат. Будем разворачивать производство. Думаю, по паре миллионов нам с тобой перепадет. Хау!

– Ты изрекаешь истину, словно пророк Маниту, – радостно заметил Джо. – Идем снимать скальпы, точнее баксы, с нашего родного правительства! – и он вскочил, стремительно открывая запоры двери. Не дожидаясь неторопливо выбиравшегося из кресла Томпсона, подошел к окну, приоткрыл его и тут же с наслаждением закурил.

– Я отсюда позвоню, – предупредил его Том и, взяв стоявший у двери аппарат со специальным длинным шнуром, вернулся в переговорную. Брэнд в ответ шутливо поклонился и, махнув рукой с зажатой в ней сигаретой пошел к выходу. Ему еще предстоял долгий путь в Вашингтон, где он официально числился помощником пары лоббистов. С одним из них, представлявшим интересы «Ай-Би-эМ – Алвис Инжиниринг Дивижн» ему предстояло срочно встретится.

Еще в шестьдесят седьмом году руководство Ай-Би-эМ, вдохновленное успехом оружейного отдела, сумело перекупить контрольный пакет акций испытывавшей финансовые трудности английской фирмы «Адвис Карс энд Инжиниринг». Английское правительство сделку одобрило, так как фирма как раз в это время по заказу английских военных вела разработку семейства легких авиатранспортабельных бронированных машин[2]. Любые неприятности, как юридические, так и финансовые, могли эти разработки замедлить, чего англичане очень не хотели. А вот от инвестиций отказываться не стали. В результате кроме заводов в Англии, в Висконсине, неподалеку от города Барабу открылся новый завод этой фирмы. Точнее, айбиэмовцы купили старый военный завод и перепрофилировали его на сборку бронемашин фирмы «Алвис», которые планировалось протолкнуть с помощью Тома на вооружение воздушно-десантных дивизий. Производство уже разворачивалось, когда выяснилось, что брать английские по происхождению машины высшие чины министерства не хотят. Потом Томсон из администрации ушел и вернулся в свой дом неподалеку от завода. И, пользуясь знакомствами, начал приглашать в гости генералов из «своих» – десантников, а затем и представителей Управления вооружений. Еще как бы случайно, для развлечения, вывозя их на заводской полигон, на которых лихо, со скоростью неплохой легковой автомашины, гоняли небольшие гусеничные бронемашины… Кроме того, неплохую партию изделий завода купила получившая целевой кредит израильская армия. Потом партия легких разведывательных танков «Скорпион», бронетранспортеров «Спартан» и ракетных истребителей танков «Страйкер-Тоу» попала на опытную эксплуатацию в первый бронекавалерийский батальон пятьсот двадцать пятого разведывательно-парашютного полка восемнадцатого воздушно-десантного корпуса. Где получили весьма высокую оценку.

Теперь же, в свете возможной десантной операции против сандинистов, закупки, в принципе уже одобренные, могут и ускорить. Особенно если нажать на нужные кнопки. Томпсону, изучившему эти вопросы – на что нажать и с кем для этого поговорить, до уровня съеденной стаи собак, пришлось сделать всего лишь два звонка и переговорить по телефону полчаса. После чего можно было со спокойной совестью и чувством исполненного долга покинуть контору и ехать домой. По дороге, как обычно, остановившись купить свежих булочек в итальянской булочной. Владельцу, а заодно и продавцу которой незаметно для наблюдателя перепало не только несколько баксов, но и небольшая бумажка.