355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Анастасия Анфимова » Оскал Фортуны-2. Под несчастливой звездой. » Текст книги (страница 16)
Оскал Фортуны-2. Под несчастливой звездой.
  • Текст добавлен: 9 октября 2016, 04:54

Текст книги "Оскал Фортуны-2. Под несчастливой звездой."


Автор книги: Анастасия Анфимова



сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 83 страниц) [доступный отрывок для чтения: 30 страниц]

– Мне бы не хотелось проливать кровь, – покачал головой Котас. – Я торговец, и хочу принять в счет нанесенной обиды половину того, что у тебя есть.

– Растору я должен был отдать треть, а за стражника вы требуете половину? – дерзко усмехнулся юноша. – Разве слуга дороже племянника, господин?

– Ты сильно рискуешь, так со мной разговаривая, – нахмурился Минатиец.

– Я не сказал ничего не почтительного, – возразил Алекс. – Просто хочу сбавить цену, я тоже немного торговец, господин.

Хозяин усмехнулся, посмотрел на брата. Тот откровенно улыбался в бороду, довольный тем, что свадьба непутевого сына с бывшей рабыней не состоится.

– Хорошо торгуешься, моряк! – Минатиец засмеялся и хлопнул себя по колену. – Четвертую часть!

– И я смогу спокойно уплыть в Келлуан? – спросил Алекс, все еще не веря, что так дешево отделался.

– Конечно, – развел руками мужчина.

Пришли рабы с носилками. На них уложили стонавшего стражника и вынесли из комнаты.

– Опись моей доли сокровищ у господина Тусета. Присылай своих людей на корабль, – проговорил Александр. – Айри уплывет с нами?

– Она же рабыня уважаемого мага и должна следовать за господином, – ответил Котас.

– Благодарю тебя, господин, – юноша сунул меч за пояс и низко поклонился. – Ты мудр и справедлив.

– Я знаю, – улыбнулся хозяин Тикены.

Только оказавшись за воротами, Алекс поверил окончательно, что выбрался из дома местного олигарха живым. Когда за углом погас свет факелов, освещавших ворота резиденции Минатийца, у парня ослабели ноги, и он тихо сполз по стенке. Как-то сразу и резко заболело все тело, мокрый рукав прилип к коже, кровь теплыми струйками медленно капала в пыль. Скрипнув зубами, он поднялся и зашагал в порт, медленно передвигая ноги. Александр хорошо запомнил дорогу, и хотя сейчас кругом царила кромешная темнота, разгоняемая лишь светом звезд, ветер, наполненный морской солью, не давал ему сбиться с пути. Ночью улицы города пустели. Только один раз мимо него торопливо прошли двое мужчин с мешками. Один из них больно толкнул Алекса в плечо. Зашипев от боли, он схватился за пораненную руку и негромко выругался. Прохожие быстро скрылись в одном из переулков, а впереди мелькнули отблески факелов.

"Ну, что опять?!" – с тоской подумал Александр, оглядываясь по сторонам в поисках убежища. Спрятавшись за углом, он увидел, что это возвращаются посланные за лекарской сумкой Тусета воины. С огромным облегчением юноша заметил, что Айри с ними нет. Едва стражники скрылись в темноте, он продолжил свое целеустремленное движение в сторону порта.

Первый же встречный кабак, из гостеприимно распахнутых дверей, которого неслись пьяные песни, визг и запах браги, убедил юношу, что он идет в правильном направлении.

Парень вышел к морю, когда из-за гор появился край луны. Сразу стало светлее, и он безошибочно отыскал на причале "Бороздящего стихию".

– Это ты, Алекс? – настороженно спросил караульный, спускаясь с кормовой палубы.

– Я.

– А где маг? – раздался сонный голос Нарона.

– Остался у Минатийца, – ответил юноша, поднимаясь по трапу. – Там его человеку стало плохо.

Капитан зевнул и, встав у борта, задрал край одежды. Раздался звук льющейся воды. Хозяин еще раз сладко зевнул и отправился в свою каюту.

Из темноты выскочила Айри.

– Ты вернулся! – ликующе прошептала она, и присев негромко хлопнула ладонями от восторга.

– Угу, – кивнул Александр, окинув взглядом спящих матросов. Ему показалось, что их слишком мало. Наверное, еще не вернулись с берега. "Гуляют хлопцы", – вспомнился ему какой-то старый кинофильм.

– Тебя же надо перевязать! – вскричала девочка. – Я сейчас.

С этими словами она убежала в каюту жреца. Алекс решил, что на палубе гребцов слишком темно, и поднялся на нос. Луна уже вовсю сверкала на ночном небе.

– Говорят, и тебя порезали? – спросил, зевнув, караульный матрос.

– Поцарапали немного, – кивнул Александр, ложа на палубу меч.

Морщась от боли, он стал развязывать пояс.

– Помочь? – лениво предложил караульный.

– Сам справлюсь, – отказался юноша.

Он аккуратно сложил куртку, и тут на палубу влетела запыхавшаяся Айри.

– Я специально оставила немного мази и тряпок, – гордо сообщила она, потрясая узелком, но тут же охнула, увидев залитую кровью рубаху.

Ткань успела пристать к ране, и Алекс поморщился, когда легкие пальцы девочки осторожно отдирали её. Вновь открылось кровотечение. Девочка дала крови промыть рану и стала быстро мазать кожу вокруг нее пахучей мазью.

На причале послышались пьяные крики. Караульный, молча наблюдавший за перевязкой, поспешил к трапу. Проводив его глазами, Айри наклонилась.

– Что они сказали?

Александр не стал уточнять кто такие "они".

– Котас Минатиец оказался добрым и справедливым человеком. Ты не будешь женой Растора.

– Ой, как хорошо! – обрадовалась девочка, ловко завязывая края повязки.

– Мы поплывем в Нидос, а дальше в Келлуан.

– Хвала Сету! – всхлипнула она. – Я всю дорогу молилась ему, Горну и Амошу.

– И все это лишь за четверть того, что досталось нам из сокровищ Энохсета, – проговорил Александр, протягивая другую руку, украшенную длинной кровоточащей царапиной.

– И ты так спокойно об этом говоришь? – всплеснула руками Айри

– А что плакать? Он кстати вообще половину взять хотел. Я его еле уболтал на четвертую часть.

– Вот какой добрый! – прошипела девочка. – Да он просто нидосский ростовщик какой-то!

– Не клевещи на хорошего человека, – возразил юноша, когда пыхтящая от возмущения Айри принялась мазать царапину мазью.

– Он хозяин Тикены. Одно его слово и я, и ты, и даже Тусет, можем исчезнуть, и никто ничего не узнает. А он отпустил нас…

– Еще бы! – фыркнула девочка. – Ты ему вон как зад… Ты его так хвалил, как будто он сам Келл-номарх.

– И взял немного, – Алекс сделал вид, что не слышал её слов – А мог бы все отнять. Котас Минатиец – добрый человек.

Часть 2. Бриз

Глава I. Спор о вкусах

Однако Гед видел, что у здешнего народа добрые лица. Дело было не в них, а в нем самом. Он оказался чужим, как порыв холодного ветра в знойный день, и как принесенная ураганом черная птица.

Урсула ЛЕ ГУИН

Волшебник Земноморья


Несмотря на то, что Нарон сам мог ударить в спину, обжулить торгового партнера и даже ограбить встречное судно, если был уверен в безнаказанности, какие-то вещи он себе не позволял. Как и большинство из тех, кто связал свою жизнь с морем, капитан уважал его волю. В первый момент, увидев гору золота и серебра, даросец захотел убить Алекса и увеличить свою долю добычи. Но, узнав, что юноша единственный уцелевший в кораблекрушении, решил, что если уж его пощадило море, то и он не станет отнимать у парня жизнь. Пусть все случится по воле богов. Вот почему грабеж, учиненный Минатийцем, возмутил его до глубины души. А еще капитан «Бороздящего стихию» очень испугался, увидев ночью отряд стражников, направлявшихся к его кораблю. Узнав, что Тусету срочно понадобилась сумка с лекарствами, он испытал настоящее облегчение. Этот страх Нарон не простит тикенскому олигарху никогда! Он решил, что больше не придет в Тикену. Однако этого ему показалось мало. Капитан решил отомстить! Теперь при любой возможности: на пьяной пирушке, при деловых переговорах, в храме или публичном доме он будет всем рассказывать, как хозяева Тикены отняли последнее у чудом спасшегося моряка. Может быть, после этого многие хозяева кораблей подумают, прежде чем иметь дело с Минатийцем. В глубине души Нарон опасался, что и с ним поступят точно так же как с Алексом, поэтому очень торопился покинуть «гостеприимный» порт. Наверное из-за спешки, капитан смог купить только двух рабов. Один из которых умер на четвертый день плаванья, хотя оправившийся от ранения Длин уверял, что он только чуть-чуть поучил нерадивого гребца.

Нарон в кровь разбил физиономию надсмотрщика, несмотря на то, что жрец подтвердил его невиновность.

– Этот человек сильно болел, – сказал он, брезгливо вытирая руки о полотенце, поданное Айри. – Его внутренности воспалились.

Капитан махнул рукой и подул на болевшие костяшки пальцев.

– Скройся с глаз моих!

Длин поклонился и, прижимая ладонь к разбитому носу, спустился с кормовой палубы. Капитан взглянул на Кораса, временно занявшего место у рулевого весла.

– Идем в Милету, хозяин? – спросил тот.

– Да, – нехотя буркнул Нарон. – Надо запастись провиантом и водой.

Капитан чувствовал, что сам немного виноват в случившемся. Стремясь оказаться как можно дальше от Тикены, он приказал развить максимальную скорость, не позволяя гребцам отдохнуть даже при попутном ветре. Бывшие рабы ворчали и огрызались на надсмотрщика, когда тот требовал увеличить темп. Но Длин опасался трогать вольных гребцов, вымещая всю злобу на двух рабах. Вот один и не выдержал.

Так или иначе, но когда "Бороздящий стихию" вошел в гавань Милеты, Нарону требовалось не только продовольствие и вода, но и четверо гребцов. Так как двое бывших рабов выразили желание остаться в этом городе.

Прихватив с собой двух матросов, капитан отправился на рынок. Остальные члены команды расположились на отдых. Гребцы, нанятые за еду, с завистью поглядывали на матросов. Им хозяин обещал выплатить жалование, и те уже предвкушали, как будут спускать его в кабаках Милеты.

Тусет заметил, как к Алексу, сидевшему в стороне, подошел Прокл. Жрец прислушался, но они разговаривали очень тихо. Бывший раб как-то нехорошо усмехнулся, юноша пожал плечами, покопался в сумке и передал ему что-то тускло блеснувшее. Прокл собрался похлопать его по плечу, но замер. Жрец наклонился вперед, чтобы лучше видеть происходящее. Одной рукой Алекс схватил мужчину за шею, а в другой у него оказался короткий кинжал, упиравшийся в промежность гребца. Со стороны могло показаться, что эти двое мило беседуют. Вот только лицо у юноши сделалось каким-то хищным. От неожиданности Прокл дернулся. Алекс отпустил его и вновь принялся зашивать куртку. Гребец наклонился к нему и что-то прошептал. Юноша равнодушно пожал плечами.

– Ого! – воскликнул кто-то из гребцов, разглядывая что-то в руках Прокла. – Пошли с нами, Алекс?! Тут на всех хватит!

– Отведаем вина милетского, шлюх пуганем! – поддержал второй, глядя на парня, который все так же сидел у борта.

Бывшие рабы заржали.

– Пошли, а то не хорошо получается, – поддержал приятелей Прокл. – Ты угощаешь, а пить не идешь.

– Не могу, – с трагической дрожью в голосе ответил юноша. Тусет мог бы поклясться, что он вот-вот заплачет от огорчения. – Сорок дней еще не прошло. Не хочу обижать дух Энохсета.

– Как знаешь, – пожал плечами гребец.

Он отошел, а Алекс вернулся к прерванному занятию. Тусет вспомнил вчерашний разговор. Заметив, что у молодого человека разорван рукав, жрец предложил ему отдать куртку Айри.

– Моя служанка заштопает.

Но юноша только покачал головой.

– Сам уделаю. Ей только мешки шить.

– Значит, правда, что ты сшил ей платье?

Алекс чуть поморщился.

– Меня попросил Энохсет. Девочка при мне стеснялась одевать келлуанские наряды. Ты, наверное, понимаешь почему?

– У нас не считают женскую грудь той частью тела, которую так необходимо скрывать, – пожал плечами Тусет.

– А у нас считают, – сказал парень. – И в Нидосе тоже, и во многих других местах.

– У тебя хорошо получилось, – признал жрец. – Наверное, нашим женщинам понравится такой фасон.

Старик усмехнулся. Тем временем юноша как-то по-особенному завязал суровую нитку и перегрыз ее зубами, осмотрел куртку и стал одевать.

Жрец перегнулся через перила и окликнул его.

– Алекс, поднимись ко мне.

– Ты звал меня, маг? – поинтересовался он.

– Я старше тебя и поэтому хочу дать тебе один совет, – понизив голос, проговорил келлуанин. – Ты зря подарил серебро Проклу. Теперь они заставят тебя поить их на каждой стоянке.

– Нет, господин Тусет, – покачал головой юноша – Я не дам им больше ничего.

– Заставят, – усмехнулся жрец.

– Не смогут, – спокойно возразил Алекс и пояснил. – На моей родине есть обычай, каждый новый человек в команде после первого жалованья обязательно угощает остальных.

– Я слышал о таком и у нас, – кивнул Тусет.

– Люди везде похожи, – проговорил юноша и спросил. – Я тебе еще нужен?

– Да, скажи, что ты собираешься делать, после того как выполнишь все свои клятвы?

Кажется, ему впервые удалось озадачить этого странного молодого человека.

– Не знаю, – пожал он плечами. – Надо еще Айри замуж выдать.

– Ну, с этим я тебе помогу, – усмехнулся жрец. – Если конечно ты сам не хочешь взять ее в жены?

– Нет, – засмеялся Алекс. – Я еще слишком молод для семейной жизни, господин Тусет.

– А сколько тебе лет? – живо заинтересовался старик.

– Шестнадцать.

– Ты прав, моряки в таком возрасте семью не заводят, – согласился собеседник. – Так что же ты будешь делать? Вернешься на родину к семье?

– У меня никого нет, – ответил молодой человек. – Но зачем ты это спрашиваешь, господин Тусет?

– Интересно, – улыбнулся жрец. – Старики всегда любопытны.

– Я не знаю, что буду делать после того, как выполню волю Энохсета, – сказал Алекс. – Жизнь сама подскажет мне путь.

С этими словами он поклонился и сошел вниз.

У порта всегда толпились возчики, готовые за небольшую плату отвезти или привезти мелкие партии грузов. Нарон нанял большую повозку, запряженную парой ослов, и отправился на рынок покупать продовольствие для команды. Мешок муки, корзина фасоли, бобы, лук, чеснок. Матросы грузили припасы на тележку и приглядывали за базарными мальчишками. Целая стайка чумазых босоногих пацанят от пяти до десяти лет вилась вокруг, ожидая только удобного момента, чтобы спереть что-нибудь. Капитан пребывал в прескверном настроении и ожидал любого повода, чтобы сорвать зло хоть на ком-нибудь.

– Ты что мне подсовываешь?! – со смешанным чувством радости и облегчения набросился он на торговца маслом. – Оно же прогоркло! Отравить меня хочешь?

– Масло хорошее, господин, – попытался возразить продавец, маленький, похожий на бородатого мальчишку, человечек с платком на голове. – Ты только попробуй!

Но Нарон уже закусил удила.

– Да от него несет за десять арсаногов как от скотомогильника!

– Только чуть-чуть попахивет, – пошел на попятную лавочник. – Так ты сам, уважаемый, просил подешевле!

– Но не такого дерьма, что ты мне предлагаешь! – самозабвенно орал капитан "Бороздящего стихию". – Оно же на полдороге до Нидоса совсем протухнет!

Привлеченные визгливыми криками Нарона вокруг стали собираться люди, радуясь бесплатному развлечению. Торговец всплеснул руками.

– Не хочешь брать масло, не бери! Зачем же кричать?!

– Чтооо!! – зарычал капитан, приподнимаясь на цыпочках от возмущения. – Ты мне еще указывать будешь?! Травишь тут своим маслом добрых людей, а я молчать должен.

Он издевался над бедным торговцем до тех пор, пока не появилась городская стража, а лавочник не поставил перед ним новый кувшин масла.

– Вот, совсем другое дело! – удовлетворенно проговорил Нарон. – Значит, есть хороший товар! Тогда почему ты прячешь его от добрых покупателей.

– Это ты-то добрый?! – не выдержал лавочник. – Да такого злого скандалиста я в жизни не видел! Давай серебро, забирай свое масло и проваливай!

Вполне довольный собой капитан махнул матросам, которые, не скрывая облегчения, погрузили кувшин на телегу.

Нарон отправил их с повозкой в порт, а сам направился на невольничий рынок. Здесь даросца ожидало большое разочарование. Встретившие его, как родного, работорговцы с горечью посетовали, что совсем недавно отправили большую часть живого товара за море. Оставшийся ассортимент ни как не мог удовлетворить капитана "Бороздящего стихию".

– Только вчера брат привез с гор, – с гордостью говорил толстый ольвийский купец, обвешанный золотыми и серебряными побрякушками. – Двенадцать девушек, стройных как кипарисы и красивых как первая улыбка зари. Десять мальчиков молодых и нежных.

– Мне нужны гребцы, уважаемый, – только что восстановленное душевное спокойствие Нарона вновь дало трещину. – Четверо сильных и выносливых мужчин.

Торговец развел в стороны короткие ручки, блеснули перстни.

– Извини, господин, ты не туда пришел. Здесь торгуют молодым товаром.

– Красавицами? – усмехнулся капитан.

– Самыми лучшими юношами и девушками на всем айханском побережье! – гордо проговорил ольвиец, выпятив пузо. – Отцы и братья меняют лишние рты на оружие.

– А не боитесь, что горцы этим же оружием вас и перебьют? – криво усмехнулся Нарон.

– Они режут только друг друга, – пренебрежительно махнул рукой работорговец. – Да и не будь нас, кто еще привезет им мечи и наконечники для стрел?

– Каждый торгует тем, что у него покупают, – философски изрек Нарон.

– Хорошо сказал, уважаемый, – масляно улыбнулся ольвиец.

– За такую хорошую мысль не подскажешь, где мне можно купить четырех сильных мужчин?

Работорговец на миг задумался.

– Как купец купцу я тебе советую обратиться к судье.

– Зачем? – удивился мореход. – Я ни с кем не хочу судиться.

– В городской тюрьме всегда есть люди, осужденные за неуплату долга…

– Спасибо, уважаемый, – поблагодарил толстяка Нарон и, узнав, где можно найти судью, покинул невольничий рынок.

Но судьба в очередной раз повернулась к нему своим несимпатичным задом. Вооруженный служитель у ворот тюрьмы разъяснил чужестранцу, что следующая сессия суда будет только через пять дней, а до этого никто не может решать судьбу узников.

От огорчения Нарон решил завернуть в таверну и как следует выпить. Но обычай велел ему ночевать сегодня на борту корабля, а после попойки его, наверняка, потянет в публичный дом.

Поэтому, горько вздохнув, он прошел мимо гостеприимно распахнутых дверей, где полуголый раб оттирал с каменных ступеней засохшую блевотину.

Нарон купил в лавке кувшинчик дорогого вина и пошел в порт. На узкой улочке, уступами спускавшейся к морю, его окликнули:

– Господин! Господин!

Капитан в раздражении повернулся.

Придерживая одной рукой сумку, а другой держась за стены, чтобы не упасть, за ним бежал какой-то молодой человек.

Нарон оглядел пустынную улицу и, нахмурившись, нашарил на поясе рукоятку кинжала.

– Постой, господин! – юноша тряхнул золотистыми кудрявыми волосами, падавшими на широкие плечи, и поклонился. – Не ты ли капитан судна, которое идет в Нидос?

– Я.

– Меня зовут Треплос, а как твое славное имя?

Молодой человек обладал сильным и звучным голосом.

– Я Нарон из Смора и хозяин корабля "Бороздящий стихию". Мы действительно спешим в Нидос.

– Я слышал, тебе нужны гребцы? – продолжил расспросы молодой человек.

– Да, я бы хотел купить четырех сильных рабов, – подтвердил капитан.

– А не возьмешь ли ты меня вольным гребцом? – неожиданно предложил Треплос. – За еду до Нидоса?

Нарон окинул собеседника изучающим взглядом.

Высокий, стройный, с широкими плечами и узкими бедрами юноша производил впечатление сильного человека. Накинутый на одно плечо хитон из грубой шерстяной ткани обнажал мускулистую шею и грудь. Большие светло-карие глаза под кустистыми бровями смотрели насмешливо и дерзко. Ни клейма раба, ни ошейника с именем хозяина.

– Кто ты такой? – спросил капитан и тут же поморщился. – Я имею виду, чем занимаешься, кто твои родители, и почему ты решил наняться вольным гребцом.

– Я сирота. Родители погибли при пожаре три года назад. Сейчас я живу у дяди и помогаю ему на винограднике. Но вообще-то я поэт.

– Кто? – вытаращил глаза Нарон.

– Поэт, – повторил Треплос. – Сочиняю оды, эпитафии и веселые песенки.

– Ну и зачем тебе в Нидос? – с усмешкой поинтересовался мореход.

– Хочу уехать в настоящий, большой город! – с пафосом ответил юноша. – Только там есть настоящие ценители поэзии!

Нарон фыркнул, с трудом сдерживая смех.

– Таких как ты, там как блох на шелудивой собаке!

– Таких, как я, там нет! – смело возразил Треплос. – Но есть люди, понимающие толк в изящной словесности. И я уверен, что мой талант не останется без покровителя… или покровительницы.

Капитан посмотрел на собеседника с легкой жалостью.

– Вот что, мальчик. Приходи через пять дней, если ты не образумишься к этому времени, я возьму тебя вольным гребцом.

– Через пять дней? – удивился юноша. – Почему так долго? Ты же говорил, что спешишь?

– У меня трюм наполовину пустой, и не хватает четырех гребцов…

– Трех, – поправил его Треплос.

– Пусть так, – легко согласился Нарон. – Но мне негде их купить. У работорговцев нужного мне товара нет…

– Так ты ждешь сессии суда? – догадался юноша.

– Ты умный мальчик, – похвалил его капитан. – И за это время я собираюсь найти попутный груз в Нидос, чтобы не плыть с пустым трюмом. Так что если собираешься плыть со мной, приходи на сессию суда. А сейчас прощай.

Нарон похлопал его по плечу и пошел дальше. Настроение его несколько улучшилось.

"Надо же! – смеясь про себя, думал мореход. – Поэт! Кому он нужен в Нидосе? Только у либрийцев можно встретить таких придурков!"

– Постой, господин! – вновь раздался голос Треплоса.

– Ну, чего тебе?

– А если я найду тебе гребцов, мы отплывем раньше?

Не выдержав, мореход засмеялся.

– У тебя есть на продажу рабы?

– Я не сказал рабов, – поправил его юноша. – Я говорил о гребцах.

– Ну, если ты мне отыщешь еще и груз…, – развел руками Нарон.

– Прощайте, господин, – мотнул головой Треплос. – Я знаю, где вас найти.

– Только не забудь сказать взрослым, куда ты собираешься, – крикнул ему вслед капитан.

– Я два года как полноправный гражданин города, – отозвался юноша. – И сам отвечаю за свою жизнь. До скорого свидания, господин.

– Давай, давай, отвечай, – проворчал Нарон, поудобнее перехватывая амфору. – До совершеннолетия дожил, а ума как у сопливого мальчишки.

Вернувшись на корабль, капитан решил провести остаток дня в компании сыра, ветчины, винограда и хорошего вина. Но перед тем, как удалиться в каюту, пришлось выдержать неприятный разговор с Тусетом. Маг, узнав, что они простоят в Милете не меньше пяти дней, очень сильно огорчился.

– Я тороплюсь, господин Нарон, – проговорил старик, прищурив обведенные темно-зеленой краской глаза. – Почему мы не можем отплыть раньше?

"Что молодой, что старый, – с жалостью к самому себе подумал мореход. – Один волосатый, другой лысый, а ума одинаково!"

Пришлось еще раз объяснить, что у него нет четырех гребцов, а взять их в Милете пока негде. Выслушав, маг согласился с капитаном, и тот спокойно отправился отдыхать.

А вот Тусету не спалось. Он долго ворочался на узкой кровати у себя в каюте, но, поняв, что заснуть все равно не получится, вышел на палубу. Айри, расположившаяся у его порога, с тревогой подняла голову.

– Спи, – отмахнулся жрец.

Девочка кивнула, и вновь завернувшись в одеяло, тихо засопела. Дул легкий ветер, принося с берега запахи жженого масла и отбросов. Город темнел большим черным пятном с редкими пятнами факелов.

– Не спится, господин Тусет? – послышался голос Алекса.

Юноша вышел из тени.

– Душно, – ответил старик. – А ты?

– Мне доверили вахту, – со смешком ответил юноша. – Команда отправилась праздновать, а у меня траур.

– Ты намерен соблюдать его все сорок дней? – перешел на келлуанский жрец.

– Так проще, – ответил на его языке Алекс. – Меньше вопросов.

– Впервые вижу моряка, который не любит выпивку и продажных девок, – покачал головой жрец.

– В жизни человек часто встречается с чем-то в первый раз, – сказал юноша, опираясь руками о борт.

– Ты читал философов? – удивился жрец.

– Что ты, господин, – засмеялся Алекс. – Я и читать то не умею. А вот и наши возвращаются.

С причала донеслись смех, громкое пение и пьяный голос Прокла.

"Ох, не простой ты моряк, мальчик, – подумал старик, глядя, как юноша помогает подняться по трапу пьяному Длину. – Совсем не простой".

После того как судьба избавила её от надоевшего Растора, жизнь Айри потихоньку наладилась, и она даже стала получать удовольствие от морского путешествия. Девочка легко справлялась с необременительными обязанностями служанки Тусета. Помочь старику вымыться, нанести краску на лицо, выполнять другие мелкие поручения. Оставшееся время она помогала готовить и разносить пищу или просто лежала на палубе, глядя на море. Прокл, узнав, что ей так и не удалось стать женой племянника тикенского богатея, искренне ей сочувствовал и никак не мог понять, почему же Айри не плачет о своей горькой судьбе. Жрец настоятельно посоветовал служанке держать язык за зубами и не рассказывать о том, что произошло в доме Котаса Минатийца.

Когда она узнала, что корабль простоит в Милете не меньше пяти дней, то и обрадовалась, и расстроилась. У нее появилась возможность походить по твердой земле, но теперь придется опять стирать одежду Тусета.

Она с хрустом потянулась и почесала голову. Несмотря на то, что край солнца уже во всю заливал лучами море, город и горы, над палубой "Бороздящего стихию" вился громкий храп, и стоял густой дух винного перегара. Вчера вечером команда в полном составе ушла на берег отмечать прибытие в порт.

Девочка привела себя в порядок и приготовила воду для омовения жреца, когда из своей каюты, пошатываясь, вышел Нарон.

– Караульный! – рыкнул он, одновременно громко испортив воздух. – Где ты, сын каракатицы?

– Я здесь, капитан, – раздался сверху чуть насмешливый голос Алекса.

Парень сидел на перилах и покачивал ногой в уродливом сапоге.

Хозяин корабля поднял голову.

– Какого лысого осьминога ты там делаешь?

– Сверху лучше видно.

– Все пришли? – Нарон направился к борту, задирая подол.

– Все, – ответил юноша. – Кроме тех двух, которые собирались остаться.

– Ну и пес с ними, – проворчал капитан, добавляя соли в море. – А что это все дрыхнут, если я уже проснулся?

– Так ведь порт же, – пожал плечами Алекс. – Да и пришли они под утро.

– Да мне плевать! – рявкнул Нарон так, что ворона, присевшая отдохнуть на мачту, с громким карканьем полетела в город. – Хватит спать, жабьи дети! Подъем, у нас куча дел!

– Какая куча, хозяин? – полным страдания голосом спросил Прокл, с трудом отрывая от палубы оплывшее лицо. – Нам же здесь еще пять дней стоять, успеем.

– Четыре дня! – заорал капитан. – Борта надо просмолить, дно почистить. Вставайте, я сказал. Или прикажу всех высечь!

Но и этот приказ остался не выполненным.

Хозяин беспомощно огляделся. Его верный пес Длин спал и пускал слюни.

– Что это ты так кричишь, уважаемый Нарон? – спросил Тусет, выходя из каюты.

– Да вот, – капитан развел руками.

Жрец усмехнулся.

– Айри? – окликнул он служанку.

– Я здесь, господин, – отозвалась девочка, улыбаясь до ушей. Она от души смеялась над безуспешными попытками капитана разбудить своих матросов. Вместе с ней улыбался щербатым ртом и единственный раб. Он тоже давно не спал, но не хотел лишний раз обращать на себя внимание хозяина.

– Ты воду приготовила? – спросил Тусет.

– Да, господин, – кивнула Айри. – Два ведра, полотенце, мыло, бритву. Все готово.

– Возьми мыло, бритву с полотенцем и положи в сумку, и захвати грязное белье. А воду вылей на этих сонь!

Вслед за громким плеском раздались крики и брань.

– Давай еще одно ведро! – смеясь, велел Нарон. – Чтобы окончательно проснулись.

– Не надо, хозяин! – успел прохрипеть Длин, когда на его голову обрушился новый поток соленой воды.

– Вставайте, жабы беременные! – капитан ринулся в толпу мокрых матросов, раздавая оплеухи. – Праздник кончился, началось похмелье!

Пока Нарон наводил порядок, Айри спустилась с носовой палубы, держа в руках сумку.

– Мы куда-то идем? – спросила она у Тусета.

– Да, – кивнул тот. – Я слышал, рядом с городом течет речка, а здесь в порту вода слишком грязная.

– Ты куда, маг? – окликнул его капитан, когда жрец уже сошел на причал.

Жрец объяснил.

– Возьми с собой кого-нибудь, – чуть помедлив, посоветовал Нарон. – На всякий случай.

– Эй, хозяин! – окликнул его Алекс. – Я схожу!

– Иди, – отмахнулся Нарон.

Парень одним прыжком оказался на причале.

– Ты же ночью не спал? – удивился жрец.

– Ты думаешь, сейчас на корабле дадут поспать? – усмехнулся юноша. – Хозяин с похмелья, команда с похмелья! Тут такое начнется! Я уж лучше с вами пойду, подремлю где-нибудь в тенечке.

Еще когда корабль заходил в город прошлый раз, Тусет узнал, что рядом с Милетой есть речка, но тогда у него не было ни времени, ни желания идти купаться. Сейчас же, после того как он столько дней мылся только морской водой, старому келлуанину ужасно захотелось смыть с тела соль.

Поплутав по узким улочкам, они вышли к городской стене. У воротной башни стояла группа пестро одетых женщин. Наряду с либрийскими хитонами и пеплосами сине-серой окраски мелькали черные с вытертыми узорами платки. Из-под длинных подолов виднелись легкие сандалии и мягкие кожаные башмаки. В руках у большинства были большие корзины с бельем. Женщины перекликались звонкими голосами, очевидно, кого-то дожидаясь.

Жрец со спутниками прошли через ворота, потом по подвесному мосту над широким рвом. По широкой, уходящей в горы дороге в обоих направлениях двигалась редкая цепочка подвод, всадников и пешеходов.

За спиной Тусета раздался взрыв хохота. Старик, нахмурившись, оглянулся. За ними, отстав всего на десяток шагов, шли женщины с бельем. Те, кто постарше, закрывали лица краешками платков, а молодые, не скрывая улыбок, смотрели на него.

– Неужели в Милете никогда не видели чужестранцев? – покачал головой Тусет.

– Таких лысых никогда, – смело ответила полная молодуха, легко тащившая большущую корзину с горой белья.

– И в такой одежде! – добавила подруга за ее спиной.

Женщины засмеялись

– Я из страны Келлуан, – любезно представился старик. – Так одеваются все жрецы наших богов.

Собеседницы притихли.

– Так ты маг? – с опасливым любопытством поинтересовалась женщина, перекладывая корзину в другую руку.

– Нет, – засмеялся жрец. – Чудеса творят только боги, я лишь служитель и почитатель их воли.

– Что ты делаешь в нашем городе? – послышался новый вопрос.

– Я возвращаюсь на родину из Тикены, – любезно ответил Тусет. – Куда плавал по своим делам.

– А что ты ищешь за городом?

– Речку, – так же благожелательно проговорил жрец. – Хочу искупаться.

Женщины громко засмеялись.

– Иди лучше к морю, маг! – улыбнулась молодуха. – Наша речка течет с гор, вода в ней очень холодная.

– Там хорошо только белье стирать! – поддержала подругу другая женщина. – Купаться нельзя. Застудишься и умрешь.

От удивления Тусет остановился. Айри тоже замерла, а Алекс ткнулся ей в спину.

– Что же мне делать? – растерянно пробормотал он. Глядя на него, остановились и женщины.

– Если уж так хочешь, сходи на Лягушечье озеро, – посоветовала одна из них.

– Да, да, – поддержали ее подруги. – Оно мелкое, и вода там теплая.

– Где это? – поинтересовался жрец.

– Пойдем с нами, мы покажем.

Вместе с жительницами Милеты Тусет и его спутники пришли к неширокой бурной речке.

– Тебе нужно пройти на ту сторону, – стала объяснять женщина, пока ее подруги разбредались по усыпанным камнями берегам. – Вон видишь в кустах тропинку? Пойдешь по ней. Там шагов через сто и будет Лягушечье озеро.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю