Текст книги "Учительница сына. Будешь моей (СИ)"

Автор книги: Анастасия Сова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 11 страниц)

Глава 33

33

Вадим

– Не знаешь, почему Диану уволили? – спрашиваю у сына.

Сегодня я позвал его в ресторан. Решил поиграть в «отца».

Наверное, пора налаживать нормальный контакт с ребенком. Хотя, скорее всего, уже поздно.

– Не уволили, а сама ушла.

Чешу подбородок.

Как-то хреново становится.

Замечаю, что Захар начинает нервничать.

– Ты руку приложил, – констатирую очевидное.

– Нет, конечно! Это вообще ни я. Я тут ни при чем!

Вот вижу, что врет.

Глаза бегают.

Но я ведь сам видел, что Захар удалил все фотографии.

– Я вообще ее отговорить пытался. Там такая история произошла дебильная… – начинает мой сын, а я ухожу в себя.

Сбежала, значит…

Стискиваю челюсти от негодования.

Сразу же после ужина еду по уже известному мне адресу, но училки дома не оказывается.

– Кирюх, – звоню знакомому из службы безопасности, – человечка сможешь пробить?

– Да, без проблем, – отвечает тот. Мне остается назвать лишь номер телефона, и уже на следующее утро у меня на столе лежит заветная папочка.

Раздумываю над тем, стоит ли ее вообще открывать.

Барабаню по картону пальцами.

Что мне дала встреча с Дианой? Дымящийся член в штанах и просратое время, которое я мог бы потратить на работу. Или расслабиться, но без заебонов и беготни. Чтобы доступная девочка по щелчку пальцев раздвинула ноги и подставила свою круглую попку под мой болт.

По крайней мене, я смог бы нормально кончить, а не болтаться с членом на перевес, как подросток в пубертате.

Но я, блядь, и это не могу!

Стоило только той горничной подойти ближе, как я понял: не то, сука! НЕ ТО!

С таким же успехом я мог подрочить и кончить в собственный кулак.

В мыслях было только, как ласкаю и трахаю податливое тело учительницы.

– Нахрен все! – бросаю папку с информацией в мусорное ведро.

Я не пацан уже, чтобы бегать за девкой, в надежде, что мне дадут.

А то, что у меня появляется желание чего-то большего – вообще бесит. Мне не нужны отношения и все, что к ним прилагается. И я буду двигаться по жизни именно с такой стратегией.

Я думаю о том, что мне просто нужно время. Помутнение, оно имеет свойство заканчиваться, его просто нужно переждать.

Но проходит неделя. Вторая. Начинается третья, и от недостатка секса и желания хотя бы просто прикоснуться к Диане, я едва на стену не лезу.

Вечно взбешенный, взвинченный.

Пытался сходить в клуб. Хороший, дорогой, с отменными сучками на шестах. Но ощущение такое, будто мне ширпотреб пихают.

– Ты рожу свою видел, Громов? – ухахатывался кто-то из друзей. – Будто говна нажрался!

– Жопа же зачет! – поддерживал первого второй. – Иди сюда, куколка! Дяди хотят потрахаться!

Дяди то хотят, вот только ни с этими расхлябанными дырами.

В конечном итоге забил на все.

Я уже большой мальчик, и есть вещи, которые по природе своей неважные. В силу возраста, я способен это понять.

Сегодня у меня важный день. С Гусевым и парочкой других знакомых бизнесменов решили вложиться в один перспективный, по мнению Сереги, проект.

Если честно, я полез туда только ради новизны. Не верю, что мы сможем хорошо заработать на этой идее.

Но сегодня тот самый день, когда мы сядем за стол переговоров по финальному пакету документов. Мне есть к чему придраться, и я намерен это делать. Запал внутри кипит!

Мне нужно скидывать куда-то ебучую нерастраченную энергию!

И каким же оказывается мое удивление, когда захожу в приемную Сереги, и мне открывается шикарный вид на женскую задницу.

Хочется присвистнуть, но я сдерживаю себя.

Насладиться хочу видом этой попки, что крутится из стороны в сторону, пока ее хозяйка с усердием тянет какую-то папку с самой нижней полки.

Мой член оживает.

А я, походу, излечился!

Впервые за сраный месяц меня привлекала чья-то кругленькая жопка!

Я уже представляю, как подхожу к ней сзади и укладываю свои лапы на округлые полушария. И как слышу протяжный стон девчонки.

Даже плевать, красивая она там или нет. Сегодня я ее трахну, потому что пиздец какой голодный!

– Это Гусев так научил тебя гостей встречать? – усмехаюсь, наконец, выдавая себя.

Секретарша Сереги замирает. Прямо в этой позе и застывает. Точно хочет сильнее завести.

Вспоминаю, кстати, что у него же была пухловатая Леночка. Но это явно не она.

И когда малышка, наконец, приходит в движение, чтобы показать мне себя во всей красе, единственное, что остаюсь способен произнести охуевший я:

– Сука!

Девочки! Прода будет в понедельник! Пожалуйста, не теряйте =) Хороших вам выходных!

Глава 34

34

Вадим

– Диана?! – переспрашиваю, будто думаю, что глаза могут предать.

– Это не я, – говорит мне девушка, краснея до кончиков ушей.

Не могу оторвать взгляда от ее шикарной хрупкой фигуры.

Член напрягается еще сильнее, стоит только представь училку привязанной к моей кровати.

Как же охуенно было в ней!

Узко. Горячо. Влажно.

Мне хотелось кончить, стоило только оказаться внутри.

Ловлю себя на мысли, что побегать за такой девочкой, определенно, стоило.

Я только собираюсь сделать шаг к училке, как меня окликает голос Гусева:

– Громов, ты пунктуальный, как всегда. Я в тебе не сомневался.

Впервые за долгое время ощущаю внутри разочарование. Будто я совсем крошечный малыш, перед которым поводили аппетитным блестящим леденцом, но стоило протянуть руки, тут же спрятали, не оставив возможности даже лизнуть.

А ребенку остается только от обиды выкатить губу и заплакать.

Не могу отвести взгляда от Дианы. Она испуганно смотрит на меня.

Думает, я на нее прямо сейчас наброшусь? Или, что и здесь с работы попрут?

И какого хрена я решил, что излечился? Выходит, член раньше меня эту сучку признал. Как по команде взлетел.

Я таких дурацких совпадений за всю жизнь не встречал. Хотя у меня было всякое. Особенно во времена, когда бизнес приходилось вести «по-другому».

– Диана, сделай Вадиму Алексеевичу кофе, – просит Серега, чуть ли не заталкивая меня в свой кабинет.

– Лучше чай, – на автомате отвечаю.

– Лучше чай, – повторяет Гусев для Дианы, и мне приходится воспользоваться его приглашением и спрятаться в кабинете.

– Новенькая? – спрашиваю зачем-то.

– Кто? – партнер будто не сразу понимает.

– Помощница, – уточняю.

– А, это! Так Леночка в декрет упорхнула. Нашла вот себе замену.

Хочется тут же ответить, что Диана здесь больше не работает, но я вовремя себя одергиваю.

– И как она тебе?

– С работой справляется, – пожимает плечами хозяин кабинета. – Ты присаживайся, Вадим, – указывает на стул, самый ближний к его президентскому креслу. – Может, что покрепче бахнем, пока нет никого?

Мотаю головой.

Приняв мой отказ, Гусев начинает о делах. А я, сука, никак не могу сосредоточиться.

Потом в кабинет входит Диана и ставит передо мной чашку с чаем.

Не знаю, что за сила заставляет меня сдержаться в этот момент, и не шлепнуть ее по маленькой круглой попке.

– П-пожалуйста, – чуть заикаясь произносит училка. Спешит как можно скорее покинуть кабинет.

– Трахаешь ее? – вопрос вырывается сам собой.

У меня аж кулаки зудят. Понимаю, что если сейчас услышу положительный ответ, ебалу Гусева уже ничего не поможет.

– Ты шутишь что ли? – на полном серьезе уточняет Серега. – Трону хоть пальцем, мне моя яйца не раздумывая оторвет, – имеет в виду жену.

А ведь раньше этот пузач был тем еще ходоком. Говорят, баб, прямо на рабочем столе пачками шпилил.

– А ты у нас давно подкаблучник стал?

– Молчи, Громов! – закатывает глаза Гусев, когда затрагиваю неприятную тему.

Тут уже начинают подтягиваться другие участники нашего сегодняшнего совещания. А мне, сука, не до переговоров сейчас!

Особенно, когда в кабинет Сереги возвращается Диана и начинает раздавать нам какие-то листки.

И вот она уходит, а я как дурак смотрю на дверь и барабаню пальцами по столу.

«Я оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она, чтоб посмотреть, не оглянулся ли я», блядь!

Но ведь училка не оглянулась!

– Громов! – кто-то из мужчин одергивает меня.

– Извините, – бурчу и поднимаюсь со своего места, потому что так больше продолжаться не может.

Направляюсь к двери, распахиваю ее и скрываюсь в приемной.

Диана стоит около своего стола, и мое внезапное появление застает ее врасплох.

Девчонка хочет мне что-то сказать, но я не позволяю ей этого сделать. Просто хватаю за руку и тащу за собой.

Толкаю первую попавшуюся дверь, и та поддается. За ней оказывается какой-то кабинет.

– Вадим, нет! – только и успевает возразить училка, как я напористо впиваюсь в ее сладкие губы.

Глава 35

35

Диана

«Нет, нет, нет, нет, нет!» – проговариваю про себя, когда Громов скрывается в кабинете моего начальника.

Первая мысль – бросать все и бежать отсюда. Но я не могу. Лишусь еще одной работы и подставлю Ленку.

– Ничего страшного, – уверяю себя. – Все обойдется.

Сердце так сильно барабанит в груди, что я ощущаю каждый его удар в голове. Ощутимые толчки крови мешают думать.

Вот и как принести чай? Сомневаюсь, что вообще смогу появиться в кабинете.

С другой стороны, с чего я взяла, что Громову есть до меня дело? Он уже оставил зарубку с именем Диана на своей трофейной доске, а, значит, я перестала быть ему интересна.

Иначе бы искал, правда?

Если бы хотел отношений, Громов искал бы меня. А не скрылся почти на два месяца, словно его никогда и не было.

Расстегиваю несколько пуговиц на блузке. Они прилегают неплотно, но почему-то теперь удушающе давят.

Наливаю себе стакан воды, размышляя над тем, какие последствия будут у побега.

С другой стороны, с чего бежать? Просто сделаю вид, что не замечаю Вадима. Нет его, и все! А я на работе. Высокооплачиваемой надежной работе, которой я дорожу.

– У себя?! – из размышлений меня вырывает мужской голос.

– Да, проходите… – бросаю рукой в сторону кабинета Сергея Борисовича.

Следом приходит еще один мужик. Толстый и неприятный. Он, похоже, последний из трех приглашенных сегодня партнеров, а это значит, что мне нужно раздать документы, которые приготовил босс. Уточнить, может, кто-то хочет воды или чая.

Но все, на что хватает меня в кабинете Гусева – быстро пробежаться вокруг стола и кое-как бросить документы каждому мужчине.

Особенно тяжело рядом с Громовым. Была бы моя воля, я от него за тридевять земель бы держалась, но приходится остановиться практически вплотную и очень отчетливо ощутить на себе его лапающий взгляд, от которого позорно увлажняются трусики.

Ну, нет… Пожалуйста, нет!

Бух! Бух! Бух! – сердце не останавливается. Ноги едва меня держат.

А когда, наконец, возвращаюсь в приемную, пытаюсь отдышаться.

Боже! Веду себя как идиотка! Нужно было сделать непоколебимое лицо и уверенной походкой продефилировать вокруг стола. А не носиться по кабинету со скоростью света, привлекая к себе особенное внимание.

Но, на самом деле, я сдала свое волнение еще вначале, когда на вопрос Громова ответила, что это не я. Не я, блин! Детский сад какой-то!

Облокачиваюсь о стол руками. Еще минутка и я избавлюсь от скопившегося напряжения.

Главное, не думать о том, что вопреки всему, а, главное, здравому смыслу, мне хотелось, чтобы Вадим накинулся на меня и поцеловал. Чтобы сжал ручищами бедра, чтобы…

– Вадим… – хотела произнести его имя вслух, но, похоже, оно так и осталось несказанным.

Громов налетел на меня, точно коршун. Схватил за руку и потащит за собой. А я ничего не могу поделать. Или просто не хочу? Быстро перебирая ногами следую за ним, пока к телу горячими волнами приливает жар.

Мужчина толкает ближайшую дверь. Ей оказывается кабинет нашего главного бухгалтера Надежды Евгеньевны.

Женщины на месте не оказывается, но это же временно…

– Вадим, нет! – хочу звучать уверенно, но сопротивление бесполезно.

Он резко притягивает меня к себе, впивается в губы, точно высасывая из моего взволнованного разума остатки воли.

И я поддаюсь этому поцелую, потому что в мире, кажется, нет ничего слаще и желаннее. Это как глоток воздуха после многолетнего томления в темнице.

«Да и гори оно все огнем!» – проносится в голове, когда Громов становится все напористее, а его руки без стеснения шарят по моему телу.

Да, я пожалею об этом потом, но сейчас… я заведенная и голодная.

Вадим скидывает со стола какие-то папки, и те с грохотом летят на пол, а часть листков ворохом разлетается по кабинету.

Плевать.

Вообще неважно!

Важно лишь то, как жадно мужские руки сжимают мое хрупкое тело. Как их жар отдается во мне болезненным возбуждением.

Ощущаю холодность стола под своей спиной.

Громов разрывает мою блузку, пуговицы отскакивают в стороны. Его поцелуи жадно покрывают мою шею и грудь. Вадим вытаскивает полушария из чашечек и зубами зажимает чувствительные соски.

– Аааах… – вырывается у меня.

Складочки так отчаянно пульсируют, что это почти невозможно терпеть.

Все происходит быстро, точно в спешке, а мы ведем себя как два голодных несдержанных животных, наплевавших на все, кроме утоления собственного голода.

Вадим задирает мою юбку, я обхватываю его широкую талию ногами.

У меня внутри все трясется, пульсирует. Грудь невозможно горит.

Громов не растягивает ласки. Сразу же отодвигает в сторону мой мокрые трусики и проводит пальцами по влажной мякоти, томно выдыхая:

– Сучка… как я скучал…

Он вновь накрывает мои губы властным поцелуем, и теперь я ощущаю, как твердая головка его члена надавливает на мой изнывающий вход.

Глава 36

36

Диана

Если бы я могла сейчас увидеть тебя со стороны, я бы офигела. Насколько я развязная и горячая. Насколько сильно хочу секса.

Кажется, будто Громов внутри нужен мне не меньше глотка свежего воздуха. А до этого момента я и не дышала почти – перебивала короткими непродуктивными глотками.

Подаюсь бердами навстречу Вадиму.

Просить не приходится. Его член оказывается во мне. Он пульсирующий и твердый. Громов довольно стонет. Закатывает глаза, и я тоже не сдерживаю рвущийся из груди стон.

– Только об этом и думал… – признается мужчина. Он еще немного толкается вперед, чтобы заполнить меня до предела. Оказаться внутри полностью.

Его пальцы жадно сжимают мои голые бедра.

– Представляла, как я делаю это с тобой? – интересуется мужчина, замирая внутри. Заставляя меня изнывать от желания его движений. Хочу, чтобы они были такими сильными и глубокими, что я не смогла бы даже кричать от удовольствия.

– Нет… – отвечаю при этом. Знать правду зажравшемуся мудаку вовсе не стоит. Я и так слишком легко сдаюсь, теряя над собой контроль.

– А я представлял, – признается Громов, и ко мне тут же приливает новая порция возбуждения. – Каждый гребаный день вертел тебя в своей голове во всех известных мне позах. Но, знаешь, в какой ты была особенно хороша?!

Все мое тело жаждет продолжения. Острые соски вытянулись пиками, и прохлада кабинета, что становится все менее уловимой, заставляет их пульсировать и сжиматься.

Громов вдруг выходит из меня, и я едва не хнычу от разочарования. А он стаскивает меня со стола, разворачивает спиной к себе и шлепает по попке. Вскрикиваю.

Удар оказывается слишком сильным. Но после него разливается такое приятное тепло, что следующий шлепок уже ощущается не так болезненно. И моя киска реагирует на него порочным сжатием.

Новая порция горячей влаги вделается из узкой дырочки и разливается по складкам вниз.

Вадим нажимает мне на спину, и приходится выгнуться над столом.

Резко входит. Мои пальцы от неожиданности впиваются в лакированную столешницу.

Не могу поверить, что это все происходит со мной!

Начинаю испускать стоны один за другим, пока Громов натягивает меня снова и снова. Расширяет лоно мощным проникновением. Всякий раз раздвигая влажные стеночки узким тараном.

Не знаю, как это получается у него, но он будто специально бьет в самые чувствительные точки, точно знает, где они находятся.

Я ору и стону без стеснения, потому что по-другому просто не выходит.

Моя обнаженная грудь колышется над столом, выглядывая из-под распахнутой блузки. И я понимаю, как грязно это выглядит, но не могу предотвратить.

Вадим продолжает яростно натягивать меня на себя, жестко трахая. Уверенно притягивая за бедра.

Наверное, звонкие шлепки от соприкосновения наших тел, слышно в соседнем кабинете, где заседает мой начальник и его гости.

Но разве то важно, когда я в состоянии лишь коротко дышать и часто охать?

В наш первый раз мне было очень классно с Громовым. Но он все равно не идет ни в какое сравнение с тем, что происходит между нами в этот момент, когда нет вообще никаких границ, а нас в любой момент могут увидеть.

Заботит ли это меня сейчас?

Нет.

Способность думать выключилась еще в тот момент, когда Громов нагло схватил меня за руку в приемной и потащил за собой.

Выгибаюсь сильнее и сама подставляюсь под его член. Вымаливаю свой экстаз, как похотливая нимфоманка.

И Громов дает мне это. Трахает все яростнее. А я сжимаюсь вокруг него сильно и узко. Чувствую каждую выпуклую горячую венку на его члене. Пока все это не нарастает как снежный ком и не взрывается внутри бурным оргазмом.

Словно лечу в огненную пропасть. Беспощадно туда срываюсь, не оставляя на этой сторонки сознания ничего.

Мое тело плавится и трясется, пока Вадим продолжает ускоряться во мне.

А потом и он кончает, прижавшись к моей спине и зажав пальцами до боли чувствительный сосок.

Так хочется раствориться в этом чувстве. Полностью отдаться ему, а потом обмякнуть, оказавшись совсем без сил, но счастливой и удовлетворенной.

Вот только есть кое-что, что лишает меня этого сладкого продолжения. И это голос нашего бухгалтера Надежды Евгеньевны:

– Вы что тут устроили?

Глава 37

37

Диана

Боже…

Земля уходит из-под ног.

Все тело снова покрывается жаром. Но на этот раз речь не о возбуждении. Его и в помине нет.

Мне просто очень стыдно и страшно за будущее.

– Дверь закрой с той стороны! – рявкает на женщину Громов.

Он даже сейчас чувствует себя хозяином положения. Хотя неправ.

Да мы тут все разгромили!

Пол буквально усеян бумажными документами, очень важными наверное, а я понятия не имею, откуда они здесь взялись. Все было точно в тумане.

Вадиму же плевать на погром.

– Да как вы… – довольно сдержанная обычно бухгалтерша кипит изнутри. Я это вижу. Она подбирает слова, но те толком не идут. – Это вообще-то мой кабинет! – взвизгивает в итоге Надежда Евгеньевна, так и не придумав ничего более убедительного.

А я стою и думаю, как буду смотреть ей в глаза. Как вообще существовать в этом офисе дальше?

Да и оставят ли меня здесь?

– Да вернем мы тебе твой кабинет! – негодует Громов. Он явно раздражен тем, что нас прервали, а я прокручиваю в голове то, что могла увидеть бухгалтер. И это ужасно. Провалиться бы сейчас сквозь землю!

Женщина состраивает недовольное лицо, но все же выходит из кабинета. Уверена, она этого так не оставит, и мне придется искать новую работу.

О том, чтобы вернуться в школу, даже думать не получается. Хотя в глубине души я об этом мечтала. Какой пример я могу показать своим ученикам? Я ужасная, ужасная учительница!

Запахиваю полы бесполезной теперь блузки. Искать пуговицы нет смысла, они могли отлететь куда угодно. Бросаюсь поднимать с пола раскиданные документы. Мне очень-очень стыдно.

Я вообще не понимаю, как со мной могло такое случиться? Помутнение, вспышка, и все как в тумане. А теперь внутри плещется осознание.

Громов хватает меня за руку:

– Оставь, – просит он. Сам даже не пытается помочь навести в этом хаосе порядок. – Давай поговорим.

– Да отпусти ты меня! – рявкаю, вырывая свою руку.

Гляжу на мужчину, такого красивого, сильного, можно сказать, идеального в моем представлении, но такого отменного гавнюка, что хочется закричать во все горло.

Было бы гораздо легче, не вызывай этот мужчина во мне столько противоречивых чувств.

Вот бы он был уродом, а я могла его ненавидеть. Вот бы закрывать глаза и не видеть его лица. Не думать о том, какими горячими могут быть его прикосновения.

Или было бы проще, люби я деньги. Трахалась бы с Громовым, получала за это подарки. Насосала бы на крутую машину или даже на квартиру. Открыла бы салон красоты и накачала губы как у утки.

Но у меня совсем другие ценности. Другие цели в жизни. И то, что случилось сегодня, для меня неприемлемо.

К глазам подступают предательские слезы.

– Почему ты врываешься в мою жизнь всякий раз, чтобы ее испортить?

– А, по-моему, я ворвался, чтобы мы дружно кайфанули. Разве тебе было плохо? – ухмыляется.

Мотаю головой. Он не понимает.

И как все просто у Громова, однако.

Но, да, с его моральными принципами и деньгами Вадим может позволить себе любую дичь, и ему за это ничего не будет. А, может, банальные вещи уже не устраивают, как и секс, зажрался и хочется острее, грязнее, развратнее.

– Ты испортил тем, что снова унизил на глазах других. И я опять лишусь работы! А о личных границах ты, похоже, вообще ничего не слышал!

– Чушь, – отмахивается. – Ты все равно больше не будешь здесь работать. Меня это не устраивает. А если кто-то окажется недоволен твоими стонами, так это от зависти.

Да, уж. Точно все слышали, как я кричала. И от этого мне еще ужасней. Готова провалиться сквозь все этажи, подземную парковку и землю ниже. К самому ядру.

У Громова как всегда все просто. Но на самом же деле все не так… Он даже не пытается понять меня. Не умеет, наверное. Или просто не хочет? Кто для него люди? Пешки? Игрушки? Грязь под его ногтями?

От накатившего осознания произошедшего слезы текут не переставая.

– Все, хватит реветь, – мужчина берет мое лицо в свои руки. – Иди, собирай свои вещи. После собрания я тебя заберу.