Текст книги "Безупречное проклятье (СИ)"

Автор книги: Анастасия Солнцева

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)

– Ничего, – ответил Велижский просто. – С ней произошло несчастье. Её пытались ограбить, толкнули и ударили головой.

Стены зашатались, потолок накренился. Лиза почувствовала, что падает.

Глава 26

Велижский не позволил девушке улечься на пол. Подхватив на руки, он внёс её в квартиру, усадил на диван и начал хлопать по щекам.

– Приди в себя, – потребовал он, поддерживая её голову за подбородок и легонько поглаживая. От неожиданной, непрошенной ласки стало только хуже. – Я буду очень недоволен, если ты упадёшь в обморок из-за такой ерунды.

– Она жива? – пошатываясь даже в сидячем положении, спросила Лиза.

– Нет. Скончалась на месте, – ответил Велижский.

Лиза оттолкнула его и побежала в туалет, где её стошнило над раковиной.

Когда, отирая липкий пот с лица и еле держась на ногах, она вернулась в комнату, Велижский рассматривал её заграничный паспорт, который она так небрежно оставила на столе.

– Далеко собралась? – скупо поинтересовался он.

– Не ваше дело, – огрызнулась Лиза, хватаясь за бутылку с водой.

Велижский медленно поднял голову.

– Решила всё бросить и убежать? – приподнял он бровь, глядя на Лизу с холодным вызовом. – И не отвечать за свои поступки?

– Не понимаю, о чём вы, – выдохнула Лиза, отрываясь от горлышка бутылки.

– Неужели? – дёрнул губой Велижский. И вынул из кармана… диктофон.

Положив миниатюрное прямоугольной устройство на стол, рядом с её паспортом, он коснулся сенсорного экрана, и Лиза услышала собственный голос.

– «Каким образом ты собираешься доказывать, что 'Индустрию» украли?«, – спрашивала она. – 'Рассчитываешь, что в кабинете Велижского на самом видном месте найдётся записка с признанием в воровстве?».

Генеральный директор Tesser Group ещё раз коснулся записывающего устройства – и оно покорно затихло.

Повисло молчание. И чем тяжелее становилась гнетущая тишина, тем сильнее колотило Лизу. Прижавшись спиной к стене, она смотрела на Велижского, часто-часто моргая.

«Он всё знает», – мелькнула в её голове обречённая мысль. Но следующая оказалась ещё ужасней.

– Алексей, – простонала она. – Его вы тоже убили?

– Любимая, – вдруг с нежностью произнёс Велижский, но от этой нежности у Лизы подкосились ноги. – Ты ошибаешься. Я никого не убивал.

– Сами – конечно, нет, – из Лизы вырвался горький смех. – Вам и не нужно. У вас есть для этого специальные… люди.

– Обвиняешь меня в страшных преступлениях, – с напускной печалью произнёс Велижский. – А сама? – он лукаво взглянул на Лизу из-под опущенных ресниц.

– Я никого не убивала, в отличие от вас, – слабо запротестовала она. Во рту снова пересохло, она с сожалением взглянула на пустую бутылку в своей руке. На столе стояла ещё одна, но чтобы взять её, нужно было приблизиться к Велижскому.

А она не могла.

Просто не могла.

– Это ещё нужно доказать, – развёл руками Велижский, словно красуясь. – А знаешь, что будет очень легко доказать? Корпоративный шпионаж и торговлю инсайдерской информацией. Здесь, – он легонько постучал пальцем по диктофону, – все доказательства. Ты получишь огромный штраф, Лиза. Как будешь выплачивать? Безработная, нищая, – он с отвращением обвёл глазами обстановку вокруг, – уволенная по статье. С твоей карьерой покончено. Тебя никто не возьмёт на работу. Не только в этом городе, но даже в этой стране. Любая мало-мальски приличная компания проверит твою трудовую деятельность и узнает, что ты была выгнана из Tesser Group с позором.

– Я ушла по собственному желанию, – Лиза тяжело задышала. Ей вновь не хватало воздуха. Велижский давил. Своим присутствием, своим взглядом. Он мог в один миг уничтожить всю её жизнь.

И он это знал.

Именно это он и собирался сделать.

Или уже сделал.

– Я не подписал твоё заявление, – мужчина криво усмехнулся. – На данный момент ты по-прежнему мой личный помощник. Помощник, – он повторил, вкладывая силу и внушение в голос, – который меня предал. Лиза, посмотри на меня.

Её глаза, медленно наполнявшиеся слезами, помимо воли вернулись к Велижскому.

Он довольно усмехался.

– Я не крал «Индустрию». Это была полностью моя разработка, именно поэтому я лично её курирую. Васи Пупкина, – он выразительно прищурился, – никогда не существовало.

– Вы меня подставили, – поняла, наконец, Лиза. – Какая же я глупая…

– Ты сама себя подставила, – жёстко оборвал её Велижский. – Сама загнала себя в угол. А ведь я давал тебе шанс избежать подобной участи, но ты им не воспользовалась.

Велижский медленно, грациозно поднялся. Двумя пальцами подхватив бутылку с водой, он неторопливо приблизился к Лизе, попытавшейся слиться со стеной.

Она глядела на него, как кролик на удава, не смея отвернуться.

Одним движением открутив пробку, Велижский поднёс горлышко к Лизиным губам и прошептал:

– Открой рот, любимая.

Но она упрямо держала губы сомкнутыми, напрягшись всем телом до такой степени, что зазвенело в ушах.

Он не стал долго ждать.

Схватив Лизу за лицо, он надавил на щёки, принуждая её челюсти разжаться. Продолжая сопротивляться, она схватилась за его руку обеими своими и попыталась оторвать его от себя.

Но услышала лишь смех.

В её рот полилась вода.

Она закашлялась, задёргалась.

– Мне нравится, когда ты кусаешься, – утыкаясь носом в её волосы, признался Велижский. Его голос звучал низко, полный манящей глубины. – Это делает твоё приручение интереснее.

Бутылка со стуком упала на пол. Вода разлилась вокруг блестящими лужами. Рука Велижского скользнула вниз и обхватила горло Лизы. Она придушенно пискнула, приподнимаясь на носочки. Из уголков её глаз потекли горячие слёзы.

Всё-таки она не смогла их сдержать.

Ощущая себя проигравшей, она прикрыла веки, сдаваясь. Желая исчезнуть. Желая, чтобы Велижский никогда не появлялся в её жизни.

Будто снова подслушав её мысли, он встряхнул девушку, обмякшую в его руках. Не сильно, но ощутимо, вынуждая открыть глаза. Посмотреть на него.

– Завтра ты приедешь на работу. И мы решим, как ты будешь компенсировать ущерб, нанесённый компании, – распорядился Велижский, ни секунды не сомневаясь, что оно поступит именно так, как он велел. Его натиск не оставлял ей шанса на спасение.

Он легко отпустил её шею, позволяя дышать свободно. Но позой, мощью тела, силой своей личности продолжая показывать: одно неосторожное движение – и расплата наступит немедленно.

Небрежно вытерев уголок рта Лизы, который сам же и облил водой, словно желая стереть следы собственной грубости, Велижский пошёл к двери.

– Ты хотел, чтобы даже через боль я шла к тебе, – просипела Лиза ему в спину, сползая вниз по стене и оседая на пол. – Ты наслаждаешься, мучая меня?

– Я наслаждаюсь всем, что связано с тобой, – бросив на неё взгляд через плечо, он ушёл.

Лиза долго сидела на полу, раскачиваясь словно сомнамбула. Ей хотелось плакать, но все слёзы куда-то пропали.

Она думала о Софье, которая, Лиза была в этом уверена, заплатила своей жизнью за то, что пошла против Велижского и рассказала правду. Думала о Романе. Об Алексее.

«Где он? Что с ним? Почему он пытался меня предупредить? – задавалась вопросами Лиза, глядя в пространство пустыми глазами. – Он с самого начала играл на стороне Велижского? Или тот и его загнал в угол?».

Тяжело поднявшись, Лиза начала искать свой телефон.

Искала долго, постоянно забывая, что делает. Останавливаясь. Вспоминала. Снова возвращаясь к поискам.

Устройство нашлось под диванной подушкой, видимо, завалилось, когда сел Велижский. Следующий час Лиза настойчиво пыталась дозвониться до Алексея. Сперва он не отвечал, а потом вежливая девушка механическим голосом сообщила, что абонент временно недоступен.

Проведя около часа за компьютером и сделав несколько звонков, Лиза набрала номер Марины. Несмотря на позднее время, подруга ответила почти сразу.

– Сможешь забрать вещи из моей квартиры? – торопливо перешла к делу Лиза. – Ключи я оставлю у соседки. Она пожилая женщина, почти всегда дома. И не забудь забрать цветок, иначе погибнет.

– Цветок? Какой цветок? Лиза, у тебя всё в порядке? – встревожилась Марина.

– Да, просто нужно срочно уехать, – уклонилась от ответа Лиза. – Бабушка поедет со мной. Сейчас она в больнице, повредила ногу, поэтому нужен кто-то, кто доставит её в аэропорт. Вылет в десять. Врачи уже знают, я с ними поговорила. Сама съездить за ней не смогу.

– Лиза, – выслушав, заговорила Марина. – Мне это не нравится. Что ты задумала? Такое чувство, что ты сбегаешь.

– Просто отпуск, – как можно беззаботней ответила Лиза.

– В отпуск не срываются ни с того, ни с сего, – проворчала Марина, которая поняла, что подруга от неё что-то скрывает, но настаивать не стала.

– Горящая путёвка! – воскликнула Лиза с притворным энтузиазмом.

Поговорив ещё немного, подруги попрощались.

Отложив телефон, Лиза вышла на балкон и глянула во тьму. Ей было жалко и грустно покидать эту квартиру. Она так привыкла к ней. Здесь был её мир, её жизнь.

А теперь надо было всё бросить и отправиться в неизвестность.

«Но это лучше, чем ещё глубже увязнуть в сетях Велижского. Конечно, денег мало. На новом месте придётся хвататься за любую работу, которая подвернётся. Но, по крайней мере, Tesser Group и всё, что с ним связано останется в прошлом. Я всё забуду, как ночной кошмар».

Она постояла ещё немного, держа в руках кружку, рассеянно проводя пальцем по щербатому краю. Вспоминала Мишу. Родителей, которых потеряла в раннем детстве. Друзей, с которыми перестала общаться после осенней трагедии. Всё это осталось там, где уже не было её.

Вернувшись в квартиру, Лиза швырнула кружку в мусорное ведро. Звякнув, та разбилась.

В здание аэропорта Лиза вошла ровно за два часа до вылета.

Она двигалась быстро, торопясь и постоянно подхватывая чемодан, будто в любой момент готовая сорваться на бег. Умом она понимала, что спешка ни к чему. Регистрация на рейс ещё даже не открылась, и она никак не сможет попасть на борт раньше и ускорить вылет самолёта.

Но тело этого не понимало. Оно хотело как можно быстрее сбежать из этого города.

Куда угодно. Покинуть страну, которая вдруг стала невыносимо тесной. Жаль, что пока придётся ограничиться лишь другим регионом. Бабушка не перенесёт долгий перелёт и внезапную эмиграцию. Лизе и так пришлось больше часа уговаривать пожилую женщину согласиться на отъезд, который представила как отдых в пансионате.

Притормозив в сторонке, Лиза поставила на пол чемодан и потянулась к телефону. Всю дорогу до аэропорта, сидя в такси, она писала Марине, но та не отвечала, что заставило Лизу нервничать сильнее. Успокаивая себя тем, что подруга просто не видела сообщений, занятая бабушкой, с которой Марине всегда было о чём поболтать, Лиза набрала номер и стала слушать гудки.

Но трубку никто не торопился снимать.

Лиза набрала ещё раз.

И ещё раз.

Марина не отвечала.

Предположив, что возможно, женщины уже добрались и устроились в общей зоне основного терминала, Лиза вновь подхватила чемодан. Обогнула стайку иностранных студентов с огромными рюкзаками. Склонившись над брошюрой, они что-то оживлённо обсуждали. Прошла мимо группы туристов, которые словно утята жались к высокому мужчине в соломенной шляпе – то ли гид, то ли представитель туристического агентства. Миновала стойки регистрации, возле которых змеились очереди из желающих улететь и… встала.

Пластмассовая ручка чемодана выскользнула из её мигом вспотевшей руки. На Лизу медленно опустилась тишина, плотная, имевшая вес, вытеснившая собой гул, такой характерный для современных аэропортов с их огромными пространствами. Эхо голосов, шарканье обуви, стук колёсиков по плиткам, шелест багажных лент, объявления по громкоговорителю – все эти звуки отступили, словно уползли за невидимую, но непроницаемую завесу.

И Лиза осталась одна.

Наедине с ним.

Все её тело одеревенело, ладони стали не только мокрыми, но и холодными, а ноги, наоборот, словно оказались в костре.

Он стоял, лениво опершись о барную стойку, на которой перед ним стояла чашка кофе.

И смотрел прямо на Лизу.

Под этим взглядом её плечи стали тяжёлыми, в голову полезли странные мысли, появилось ощущение, будто она должна покаяться перед ним во всех грехах, даже тех, которые не совершала. Хотя грешником здесь был он.

И он это знал.

Не глядя швырнув бармену купюру, Велижский равнодушно оттолкнулся от бара и направился к Лизе.

Она смотрела, как он медленно приближается к ней, и не могла сделать ни шагу. Зрение стало туннельным. Чётко она видела только его. Даже слишком чётко, словно кто-то выкрутил настройки резкости до предела. А всё остальное размыл.

Подойдя совсем близко, как могут приближаться лишь хорошо знакомые люди, он протянул к ней руку. Она догадалась о его желаниях ещё до того, как он коснулся её щёки кончиками пальцев. Её тело улавливало каждое его движение, будто он каким-то образом настроил Лизу под себя. Понимание этого пришло вместе с осознанием: Марина не приедет.

Поймав её взгляд, Велижский дёрнул краем рта, вынул из кармана дорогих брюк песочного цвета смартфон, сделал пару движений и показал Лизе экран, подняв устройство так, чтобы ей было удобно смотреть.

– Бабушка… – всхлипнула Лиза, увидев женщину сидящей в какой-то комнате. Обстановка была Лизе незнакома: заваленная подушками широкая кровать, большой телевизор на подставке, два кресла, вазочка со сладостями на столе. Сквозь огромное окно, пропускавшее много света, был виден шикарный сад, сплошь состоящий из роз – белые, красные, жёлтые, бордовые цвета смешались, создавая единую композицию.

«Бабушка обожает розы», – сквозь туман в голове подумала Лиза, поднимая больные глаза на Велижского и глядя на него сквозь серую муть.

Он следил за её реакцией. Отмечал каждое изменение, каждую даже самую крохотную морщинку. Потом посмотрел ниже, придирчиво изучил шею, ключицы, плечи, полоску живота над резинкой брюк, бёдра, скрытые за тонкой тканью, ноги. Он был похож на оценщика, проверяющего нет ли потерь и повреждений на приглянувшейся ему редкости.

– Смотрю, ты решила попутешествовать. Куда летишь? Случайно, не в Египет? – будничным тоном интересовался Велижский, словно они случайно столкнулись на скучной деловой встрече. – Твоё путешествие закончилось, – резко закончил мужчина, меняясь и в голосе, и в лице. – Но мы обязательно съездим куда ты захочешь. Сразу после свадьбы.

– Что? – изумлённо моргнула Лиза, искренне веря, что ослышалась.

– Нам стоит поторопиться, – проговорил Велижский, притягивая застывшую Лизу в свои объятия. – Нас уже ждёт сотрудник ЗАГСа. К сожалению, пригласить твою подругу и бабушку мы не сможем. Но не думай о Марине слишком плохо. Ей дорогого стоило предать тебя.

Лиза подняла голову, взирая на него снизу вверх, будто маленькая девочка.

Он выглядел как человек, который в очередной раз… не проиграл.

– Сегодня был твой последний ход, моя милая, – и он улыбнулся со злым удовольствием. Вся ситуация дарила ему какое-то извращённое наслаждение. – Партия проиграна. Игра окончена.

Она почувствовала себя приговорённой к смертной казни. Тело стало чужим, а мысли пропали.

Лизу охватила пустота.

– Поехали домой, – улыбнулся Велижский, прижимаясь губами к её виску. И повёл Лизу к выходу.

Глава 27

В бывшем доходном доме, заполненном нарядными людьми, проходил свадебный приём. Здание изменилось – и в то же время сохранило свою ауру угрожающей красоты, которая больше не ускользала, сдаваясь под натиском времени, а гордо возвышалась среди меркнущих на его фоне домиков, демонстрируя завораживающее великолепие.

Помещения отмыли, заменили стёкла, начистили латунь, убрали пропитанные пылью и временем скатерти и шторы, заменили мебель, залакировали заново полы. Внутри это был всё тот же ресторан, но теперь он жил свою новую жизнь – ещё более ослепительную, чем прежде.

Стоя на балконе второго этажа, Лиза безучастно наблюдала за происходящим в бельэтаже. Гости в шелках, костюмах и украшениях наслаждались едой, выпивкой, живой музыкой и друг другом. Казалось, что все они уже давно забыли, зачем здесь собрались. Но Лиза продолжала ловить на себе взгляды людей, чьих имён она не знала и знать не желала. В этих взглядах было недоумение, любопытство и даже зависть. Но никто из них не смел глазеть на неё откровенно, прямым взглядом. Все только подсматривали исподтишка.

Лиза будто снова очутилась в королевстве кривых зеркал.

Безразлично отвернувшись, она опустила лицо вниз, глядя мимо балюстрады, прикоснувшись к животу, который покрывала ткань платья.

Платье для неё выбрал Велижский – тёмно-красное, облегающее тело.

Платье цвета крови на асфальте.

И к нему та самая подвеска-камея, выставленная на благотворительном аукционе. Теперь Лиза знала, кто её купил.

Сзади послышались восхищённые возгласы. Лиза не желала знать причину оживления, ей вообще было всё равно, но тело отреагировало рефлекторно. И по одной этой реакции, неподвластной ей, она уже поняла, что, а точнее, кого, увидит.

Велижский.

Он вошёл в зал второго этажа, не глядя по сторонам и, почти не реагируя на попытки влиятельных мужчин и женщин, привлечь его внимание.

Твёрдой поступью шагая по квадратам солнечного света, которые роняло на пол заходящее солнце, Велижский направлялся к Лизе, точно зная, где она.

Гордый, элегантный, уверенный. Он шёл, притягивая взгляды.

Им невозможно было не любоваться. И им любовались.

Все, кроме Лизы.

Не в силах видеть, как он неуклонно приближается, не отводя от неё тёмного взгляда, наполненного мрачным торжеством и откровенной чувственностью, Лиза отвернулась.

Она могла не смотреть, но не могла не слышать.

Тук. Тук. Тук.

Шаги, которые она способна узнать среди тысяч других. Потому что это был он.

Тук. Тук.

Он преодолел последние метры и остановился за её спиной. Как и всегда.

Он всегда позади неё.

Лиза чувствовала исходящее от него тепло, которое, как и его сильный запах, медленно пробиралось под тонкую ткань платья.

Вздохнув, он сделал глубокий вдох полной грудью.

Так же, как и она сама, он наслаждался свежим воздухом и последними искрами покидающего город дня.

Лиза давно заметила, что Велижскому нравилось, когда вокруг было много воздуха и много света.

«Монстр, не боящийся солнца и не пытающийся скрыться во мраке. Разве это возможно?» – думала Лиза.

– Ты красивая, – проговорил он, проводя рукой вдоль её горла, поглаживая рукой рельеф камеи и отводя назад гладкие, уложенные приглашённым стилистом пряди Лизы. – Красный цвет тебе идёт.

– Наверное…

– Ты оценила мой подарок? – спросил он, приникая губами к её шее, чуть ниже уха, в которое была вдета изящная серёжка. Он сам их вдел сегодня утром.

Лиза промолчала.

«О каком подарке он говорит? Об обещании увидеться с бабушкой, по-прежнему спрятанной неизвестно где? Об обручальном кольце с редким красным бриллиантом? Или о новом доме, который показал перед приездом сюда?».

Дом был шикарным. Слишком шикарным. А хозяйская спальня большой. Чрезмерно большой. С уже установленной в ней кроватью. Весь дом был готов к заезду. Даже цветы в вазе стояли. Алые розы. Такие же, что и на столах перед гостями. Как напоминание для неё, Лизы.

Только для неё…

«Ты попалась. Тебе не сбежать», – проговаривала про себя она. – Он мог бы написать это на моём лбу'.

– Меню, – сам ответил на свой вопрос Велижский, прокладывая дорожку поцелуев и двигаясь к плечу, закрытому лишь тонкой лямкой платья. Ты заметила? Я заказал те же блюда, которые ты хотела видеть в прошлый раз, на своей несостоявшейся свадьбе… с моим братом.

«Те же блюда, – мысленно повторила Лиза. Теперь она всё чаще молчала, и всё меньше говорила. – Какая ирония. Даже дьявол позавидовал бы такой… изобретательности».

Обхватив шею Лизы, Велижский развернул к себе её лицо. Их губы оказались совсем близко. Стоило кому-то одному пошевелится – и случится поцелуй. Возможно, злой, нападающий и атакующий. А, возможно, нежный, тягучий, сладкий как мёд.

Каждый раз мужчина был разным, неожиданным, сметающим. Но каким бы он ни был, чем сильнее Лиза пыталась избежать его внимания, тем настойчивее и жёстче он был.

– Улыбнись, – приказал Велижский, рассматривая её губы, упиваясь своей властью над ней.

Она растянула губы, не отрывая взгляда от зелёных глаз.

– Нет, не эта улыбка, – он казался недовольным, но пока что его раздражение было управляемым. – Другая. Улыбка, которую ты дарила этому ничтожному мальчишке.

Лиза не знала, кого он имел в виду: Романа или собственного брата?

Она не стала спрашивать. Не хотела знать. Ей было всё равно.

Представив на месте Велижского Мишу, воспроизведя в памяти его лицо, с которым он смеялся над её глупыми шутками, она улыбнулась.

– Умница, – прошептал Велижский и накрыл её губы своими, словно поддавшись импульсу, который больше не в силах был сдерживать. Странное чувство пронзило Лизу от макушки до пят. – Расслабься. Не бойся, – шептал он ей в губы, покорно следующие за движениями его рта. – Никого больше не бойся… Кроме меня.

Его ладони накрыли щёки Лизы, окончательно забирая контроль над ней, мягко поглаживая кожу большими пальцами. Это был жест поощрения, но за ним ощущалось предостережение. Угроза, которая плавала под поверхностью мутной воды, словно голодное животное, ожидающее подходящего момента для нападения.

– Ты ведь веришь в приметы и высшие смыслы, – он не спрашивал, он знал, глядя ей в лицо. – Отныне я – твой высший смысл.

– Я теперь… ни во что не верю, – шёпотом ответила Лиза. Она больше не пряталась от него. В этом больше не было смысла.

Медленно опустив руку вдоль её тела, погладив бедро, он переплёл её пальцы со своими, сжал и произнёс с обворожительной любезностью:

– Потанцуй со мной.

Она ответила ему молчанием, отзеркалив глазами его тьму и пустоту.

И поймала себя на мысли, что больше не ощущает холода рядом с ним. Замёрзший насмерть… больше не мёрзнет.

Громкий смех взорвался в зале второго этажа. С громким звонким хлопком, за которым последовало бурное шипение, открылось шампанское. Раздался звон бокалов. Праздник… без праздника.

«А задумывалось ли это вообще как праздник? – задалась вдруг Лиза вопросом. – Или как демонстрация господства? Надо мной… или над всеми этими людьми, которые явились перед Велижским по первому его требованию и не устают заискивать перед ним?».

Пока мужские пальцы кругами поглаживали её подбородок, взгляд зелёных глаз пристально всматривался в её лицо, что-то ища.

И – находя.

На балкон вошёл официант. С осторожностью поглядывая на Велижского, он бесшумно приблизился и протянул поднос, на котором стояло два бокала.

Велижский взял один.

Лиза предложение проигнорировала. Официант исчез так же быстро и незаметно, как и появился.

Подняв бокал, Велижский сделал глоток, улыбаясь и рассматривая лицо Лизы, будто бы в ожидании, что она улыбнётся в ответ.

Лиза не улыбнулась. Даже не пошевелилась. Она просто стояла, бездумно отсчитывая удары своего сердца.

Велижский с яростью замахнулся и швырнул бокал вниз. Перелетев через балюстраду, хрупкая вещь ударилась о каменные плиты внутреннего дворика. Со звенящим хрустом бокал разлетелся на тысячи осколков.

Лиза и Велижский одновременно взглянули на остатки того, что секунду назад было идеально новым, красивым сосудом.

– Я никогда тебя не отпущу, – проговорил Велижский, рывком притягивая Лизу к себе ещё ближе, сжимая её ладонь, но на этот раз вкладывая по-настоящему мужскую силу в этот жест. – Никогда. Знай это.

Совместное коллекционирование противоестественно. Обладать (и быть предметом обладания) можно лишь в одиночку.

Сьюзен Сонтаг

КОНЕЦ