Текст книги "Мраморный меч 2 (СИ)"

Автор книги: Анастасия Коновалова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 26 страниц)

26

Илзе хмурился и скрещивали руки на груди. Его шатало из стороны в сторону, бедра и копчик болели, как и ноги, которые он не мог разогнуть. Раздражал его еще и резкий запах сена, который был жестким и впивался в спину и руки, путался в волосах. Илзе фыркал, кривился постоянно и выдыхал резко.

За столько лет он отвык от дальних поездок и повозок, где торговцы или простые люди возили сено, свои товары. Обычно на повозках оставалось мало места, было жестко и неудобно. А еще злило то, что торговцы требовали много денег за то, чтобы они тряслись в уголке и дышали противными запахами без возможности нормально поспать и сходить в туалет.

Он еще раз вздохнул и вжал голову в плечи, смотря на поля по обе стороны от повозки. Такую картину Илзе наблюдал с рассвета, когда повозка выехала из леса и проехала мимо нескольких небольших деревень. Теперь ехали по полю, встречая посевы пшеницы или подсолнухи с кукурузой. Слишком часто Илзе хотел спрыгнуть с повозки, останавливало лишь то, что от Ямы они отъехали далеко.

Из-за жары и солнца, которое припекало, он снял с головы платок и закатал рукава сорочки. Закрыл глаза, пытаясь уснуть, но из-за тряски, постоянно кривился, от запаха болела голова. Да и фальшивое, каркающее пение мужика не способствовало расслаблению.

Разозлило его окончательно то, что рядом сидел Эш с чалмой на голове, которая прятала его белые волосы, и спокойно читал книгу. Похоже старую, потому что половину слов Илзе не понимал. Эш сидел так, будто его не волновала тряска, жара, которую эти монстры переживали с трудом.

Фыркнул и резко отвернулся. Не честно.

− Илзе, прошу, ты мешаешь мне сосредоточиться, − попросил его Эш, чем сильнее разозлил.

− Вот если ты хотел трястись несколько дней, то и ехал бы один. Я с самого начала был против! Почему они ко мне не прислушались. Тера поступила не честно. Ей же будет тяжело без меня. Неужели эти кристаллы так важны? Вот не мог без меня съездить. Я же не помощник, только постою рядом, а потом опять трястись несколько дней.

Илзе ворчал и зло скалился, отворачивался от Эша. Ему не нравилось ездить в повозках. Сразу вспоминалось время, когда он скрывался от Господина. Тогда он часто ездил из города в город, потом встретил Герду и ездили они уже вместе. Трудное время, когда ему приходилось бороться за еду и собственную жизнь.

Едва не вздохнул. Вспоминать о том времени не хотелось. Илзе вообще старался забыть о рабстве и бегах, когда страх – единственное, что он испытывал. После того, как его едва не убили вновь и как спасла Тера, страха стало меньше. В поселении на него первое время косились, но не трогали. Ив с Вейди рассматривали как игрушку, словно Илзе скот, который остальные выращивали в качестве пищи. Однако его никто не ел и даже не думал об этом. Тера никогда не говорила прямо, но она ценила его ум и нередко приходила за советом. Илзе понимал свою значимость и перестал бояться окончательно.

В поселении всегда была еда, пусть привыкнуть к тому, что они питались человечиной оказалось тяжело. Ему выделили комнату и кровать, правда, с появлением в поселении Эша в комнате появилась вторая кровать и тихий сосед. Несмотря на то, что там жили монстры – Илзе чувствовал себя в безопасности. Пока в нем нуждались, он был в безопасности и имел статус неприкосновенности.

Илзе будет поддержкой и опорой королевы. Станет нужным не только в жизни, но и постели. Женщины всегда были падки на удовольствие и лесть. Даже такие, как Тера. Поэтому Илзе будет стараться.

− Нам нужны кристаллы, поэтому успокойся. Нам осталось не так долго ехать, − спокойно ответил Эш, не отвлекаясь от чтения.

Скривившись, Илзе посмотрел на него недовольно. Не сказать, что Эш ему не нравился. Он был образованным и умным, спокойным, не таким молчаливым и нелюдимым, как Вьерн. Эш боролся за свою жизнь и несколько дней провел в горячке, потому что потерял много крови, и рана загноилась. Но выжил, поблагодарил всех и поселился в одной комнате с Илзе. Он не владел холодным оружием, стрелял из лука и знал древний язык. Однако важность его заключалась в том, что Эш маг.

Когда он впервые рассказал им об этом и показал, удивились все. Илзе видел когда-то магов и не сильно впечатлился, а Тера наоборот, смотрела с интересом. Казалось, что она никогда прежде о магах не слышала. Поэтому задавала вопросы и вообще была более общительна, чем обычно. Тогда же они и узнали, что Эш маг темной материи.

Эш был им полезен. Маг в поселении всегда нужен, ведь с появлением Эша наемников стало в разы меньше и говорили о них теперь со страхом. Поэтому, когда он сказал, что было бы неплохо купить кристаллы, Тера быстро решила все и отправила их на ярмарку.

− Зачем тебе вообще эти кристаллы? – все еще недовольно отозвался Илзе. Сделанного не воротишь, и они уже ехали на ярмарку. Ксоур, в который они ехали небольшой и находился далеко от Вермелло, что сводило возможность встретить Господина или Катарину к нулю.

Эш рядом с ним положил книгу на колени и повернул голову. Так в нем не угадывались черты монстра, разве что светло-голубые глаза выдавали. Но волосы он спрятал, взял с собой очки с толстыми стеклами, которые могли отвлечь от цвета. Со стороны Эш выглядел странно, но еще подозрительнее было б, если бы он надел плащ с капюшоном.

− Кристаллы нужны для некоторых ритуалов. К тому же они хорошо проводят потоки и их копят. Пока строится дворец они пригодятся, как и другие минералы.

Да, дворец они строили давно. Мысль появилась неожиданно, когда Тера решила, что они будут расширяться в сторону гор. После этого никто больше не поднимал этот вопрос, последовал чужой воли беспрекословно. Мысль о дворце появилась сразу, но пока они не понимали, из чего его лучше делать и как. Потом, в поселение пришло еще несколько монстров и мест перестало хватать. Тогда Оск с Зариной на собрании подняли вопрос о возведении дворца, и все поддержали.

Строить начали прошлым летом, сразу после Акрата. Сейчас осталось не так много, лишь две башни и внутреннее убранство. Тера смотрела на дворец со сдержанной радостью и гордостью, Эш же укреплял стены магией. Наверное, для этого ему и требовались камни.

− Вы очень странные, − все же сказал Илзе. Магов он никогда не понимал. Обычно они говорили непонятно, что-то про потоки и контроль, не произносили заклинаний и почти не двигались. Пугали.

На самом деле, когда Эш колдовал, Илзе постоянно напрягался и не верил. Даже, если видел результаты магии.

− На самом деле все не так сложно, просто долгое время церковь укореняло мысль, что магия зло и колдовать вообще невозможно. Все Папы, несмотря на возраст, говорили, что мы простые шарлатаны и сатанисты. Так что не волнуйся, нас это не оскорбляет, − пожал плечами Эш, не отрываясь от прочтения книги.

Илзе не понимал, как Эш мог оставаться таким спокойным. Он не распространялся сильно и о прошлой жизни мало рассказывал, но все знали, что тот закончил академию и даже начал работать. Работал на аристократа и был его цепным псом, с помощью магии тайно разбирался с врагами и выпытывал информацию. Но потом на Эша напали рыцари и от имени церкви убили, оставив истекать кровью.

Открыл глаза Эш уже будучи монстром. Он не сильно удивился переменам и почти сразу собрал вещи, книги и пошел к королеве, о которой на тот момент знали все. Что было дальше Эш рассказывал с неохотой и не так подробно, как близнецы или Аделин с Оском. Илзе лишь знал, что он с момента пробуждения не ел, на него напали рыцари, от которых он еле отбился, а потом на него напала какая-то девчонка.

− К тому же, − вдруг сказал Эш, отвлекая его от мыслей. – У каждого правителя должен быть придворный маг. В каждом дворце он есть и в наш тоже нужно искать. Я хоть и маг, но не настолько сильный, чтобы хорошо защитить дворец и королеву.

− Я никогда не видел во дворце мага, − задумчиво сказал Илзе, вспоминая жизнь во дворце Господина. Он помнил евнуха, стражей, других аристократов, но ни одного мага. Господин даже не упоминал никогда о придворном маге. Может, не было его в Вермелло.

− Значит, ты его просто не видел. В каждом дворце он есть. Маги защищают дворец и подпитывают его. Из-за того, что церковь все еще имеет большой вес, многие аристократы скрывают связь с магами. Скорее всего тот, на кого ты работал не хотел портить отношение со священником или рыцарями и прятал своего мага.

Илзе никогда о таком не думал, но видел в словах Эша смысл. Господин всегда заботился о своей репутации, хотел иметь хорошие отношения со всеми, особенно с Папой. Если бы тот узнал о придворном маге, у них не было б таких хороших взаимоотношений. Илзе помнил, как они общались. Господин с Папой выглядели если не друзьями, то приятели точно.

− Значит, нам придется искать кого-то? – спросил Илзе. Он не представлял человека, который бы добровольно согласился жить с ними. В постоянном страхе за жизнь, ненависти со стороны людей. Мало кто действительно согласился бы на это. Однако по словам Эша, маг должен быть человеком, потому что тот после обращения больше монстр, чем человек.

− Да. Наша королева сильная и опасности много, поэтому мага нужно искать тоже сильного, с большим потенциалом. Я, к сожалению, не подхожу, − ответил он и посмотрел вдаль, на пустые поля. Медленно выдохнул и стер пот со лба. – К тому же концентрация потоков в поселении большая и нужен сильный маг, который не сойдет от этого с ума.

− Большая концентрация потоков? Я не заметил.

− Ты и не можешь заметить это, − ответил ему Эш легкой усмешкой. – Ты простой человек и не чувствуешь потоки. В этом месте большая концентрация потоков не только потому, что рядом был дракон – магическое существо, такое же старое, как Древние. Но и от остальных я чувствую слабую магию. Мы уже не люди.

Эш прав. Они уже не люди и Илзе с каждым годом понимал это все четче. Смотря на голые поля, дыша резким запахом сена, он надеялся как можно скорее вернуться в домик, к вкусной еде и спокойствию. Где не было страхов и переживаний.

27

Вереск приоткрыл глаза и сразу закрыл, кривясь от боли в висках. Прислушался к ощущениям. Чувствовал он себя неважно. Тошнило, голова болела и немного кружилась, мышцы тяжелые, из-за чего тело ощущалось неповоротливым и деревянным. Скривился от отвратительного привкуса во рту, потерся щекой о подушку.

Жарко.

Нахмурился, не понимая, почему чувствовал жар в теле и вновь открыл глаза. В комнате светло, но тонкая полоска света еще не дошла до середины комнаты, значит сейчас раннее утро. Но это не объясняло, почему ему так жарко. Вереск нахмурился сильнее, чувствуя слабый приступ страха. В книге не говорилось, что одним из последствий ритуала будет изменение температуры тела. Да и вчера он чувствовал себя пусть и отвратительно, но тело так не ощущалось, и температура не поднялась.

Выдохнув, Вереск приподнялся на локтях и сонно посмотрел по сторонам. Комната перед глазами немного плыла и казалась на несколько тонов светлее – это объяснимо. После ритуала его восприятие изменилось, Вереск вместе с Алькором стали чувствительнее.

Алькор.

Вереск посмотрел на противоположную кровать, потом на свою спину. С трудом сдержала вздох и лег обратно, поворачивая голову в другую сторону. Вздрогнул, когда нос к носу столкнулся со спящим Алькором, который лежал у стены. Теперь понятно, почему ему жарко. Не понятно, как Вереск не заметил приход друга ночью.

Если подумать, Вереск не удивился тому, что Алькор был рядом. После второго ритуала он стал более вспыльчивым и ревнивым, сжимал плотно губы каждый раз, когда Вереск с кем-то разговаривал. Бурю чаще всего удавалось миновать, Алькор успокаивался, стоило его уверить, что ни с кем Вереск больше не дружил. Проще стало, когда Вереск принял подарок от друга – тонкий серебряный браслет, купленный на ярмарке.

Браслет ему не нравился, первое время мешал и выглядел странно. Полоска серебра, плотно прилегающая к тонкому запястью, на обратной стороне которого грубо вырезаны инициалы. Сейчас он уже привык. К тому же Алькор больше не устраивал так часто истерики и выглядел самодовольным. Наверное, случись это раньше, Вереск бы оскорбился. Почувствовал себя заклейменной коровой. Но из-за ритуалов эмоции притупились, и он спокойно сносил чужие взгляды и вопросы.

Напрягся невольно, когда Алькор завозился и закинул на него ногу. Стало тяжелее.

Вереск проигнорировал это, понимая, что утром Алькор ворчливый и вспыльчивый. Повернул голову и посмотрел на часы, стоящие на столе. Едва не скривился и вновь приподнялся на локтях. Переждал головокружение, аккуратно встал с кровати и потянулся. Вмиг стало прохладнее и легче. Вереск посмотрел на спящего друга, взял полотенце с мылом и пошел в общую ванную и туалет.

Вернулся в тонкой рубашке, на которую все еще капала вода с волос. Вереск чувствовал легкость, как от кожи приятно пахло травами и в голове прояснилось. В комнате его встретил сонный и недовольный Алькор, который сидел на его кровати и тер глаза.

Он посмотрел на Вереска исподлобья и тяжело, длинно выдохнул.

− Ты почему не спишь?

Вереск знал, что за этими четырьмя словами стояло многое. Почему ушел без разрешения? Почему так рано? Учеба еще не началась, так почему он проснулся? Много вопросов, которые волновали Алькора и постепенно сводили его с ума. Вереск знал это очень хорошо, потому что видел, как напрягалось тело с каждой секундой промедления.

− Я говорил вчера – учитель Инула просил зайти и стать ассистентом при эксперименте, − спокойно, даже немного равнодушно ответил Вереск и подошел к шкафу. Сменил рубашку, надел жилет и промокнул влажные волосы полотенцем. – Ты же знаешь, что это хорошая возможность втереться к нему в доверие и пробиться в лучшие ученики.

Он не сказал, что сам очень хотел поучаствовать в эксперименте, потому что Алькора больше волновала выгода. Друг считал, что знания можно получить из книг или тренировок. Вереск же с ним не соглашался и посещал не только класс учителя Инулы, но и помогал другим учителям в оранжерее или саду, перенимая их опыт и знания. Часто учителя, находя в его лице хорошего собеседника, давали много полезной и новой информации.

До Алькора эту простую истину пришлось доносить долго. Только к четвертому году обучения он стал более общительным, часто улыбался. Стал любимчиком у учителей. Его многие любили, некоторые восхищались силой и это приносило много полезного. Алькора приглашали на эксперименты, давали дополнительные уроки и разрешали брать книги. К его выходкам и редким вспышкам раздражения больше не относились так эмоционально.

На его слова Алькор хмурился сильнее, но ничего не говорил. Он не мог остановить его, да и Вереск сам бы не прислушался. Вереск любил растения и магию, уважал учителя Инулу и был согласен на любые авантюры с ним.

− Я ненадолго, − все же сказал он и перехватил волосы черной лентой. К счастью, сейчас волосы доставали ему до плеч и Алькор не был против, когда Вереск их подравнивал и не давал опускаться ниже.

Взяв сумку и попрощавшись, Вереск вышел из комнаты. Может, стоило подождать, но он хорошо знал, что друг не любил завтрак. Зачастую пропускал его, предпочитая это время тратить на неспешную подготовку или повторение заданий. Вереск же ходил на завтрак и брал себе как можно больше еды, прямо как сейчас.

Покончив с завтраком и спрятав в салфетку несколько теплых булочек, Вереск как можно быстрее пошел в класс учителя Инулы. Он еще не опаздывал, но время подходило, да и учитель не любил, когда опаздывали.

Вереск улыбнулся проходящей мимо учительницы, не чувствуя былой радости и предвкушения. Это было самое заметное изменение после ритуала. После первого он стал спокойнее, а после второго эмоций стало еще меньше. Он не был безэмоциональным, все еще радовался или злился, но для остальных, которые видели его раньше… Для них перемены были заметными.

К счастью, прошлый год ритуалы они не проводили, погрузившись в учебу. Вереск радовался, ведь видел, что происходило с ними после ритуалов. Они стали более чувствительны к потокам, резерв увеличился, но эмоции стали более нестабильными. К сожалению, это было заметно для остальных, но Алькор всегда был осторожным и быстро взял себя в руки, а Вереск научился улыбаться и говорить более эмоционально не так давно.

Сейчас он на седьмом году обучения, который только начинался. Многие ученики еще не приехали, занятия не начались, поэтому во дворце тихо и спокойно. Вереск наслаждался и часто гулял, сидел на траве в саду и ходил в оранжерею, куда с разрешения учителя Инулы его пускали.

Вереск постучал в дверь и открыл ее, заглядывая в класс. Кабинет непривычно пуст, все парты убраны, лишь одна стояла посередине и еще одна рядом. Учитель Инула педантично раскладывал ингредиенты на другом столе.

Учитель посмотрел на него и махнул рукой.

− Рад, что ты не опоздал. Оставляй вещи там, закатывай рукава и иди сюда, будешь помогать, − быстро сказал он, вернувшись к ингредиентам. Вереск поспешно сделал как велено и подошел к столу, ожидая указаний. – Мы будем делать мазь с порошком из лепестков Каллума.

У Вереска перехватило дыхание от одной только мысли о том, что он прикоснется к чему-то настолько редкому. Улыбнулся предвкушающе и встал рядом, расставляя плошки с лапками жуков, сухие ветки с листьями. Забыл, как дышать, когда взял маленькую тарелочку со светло-голубым порошком.

Разложив все ингредиенты, они вернулись к столу посреди кабинета. На нем стояла странная плита и небольшой котелок, в котором скорее всего они будут делать мазь. Учитель Инула осмотрел внимательно Вереска, задержался взглядом на его перчатках, но ничего не сказал.

− Эта плита сделана из определенной горной породы. Она нагревается и остывает, управляется потоками. Очень полезная в приготовлении разных зелий и мазей, − ответил на невысказанный вопрос учитель Инула и тоже закатал рукава. – Будешь мне помогать. Давать ингредиенты, подготавливать их и следить за временем. Это будет для тебя полезным опытом.

Опыт действительно был полезным. Вереск бегал от одного стола к другому, смотрел на сосредоточенное лицо учителя и еле сдерживал рвотные порывы. Запах стоял отвратительный, да и по цвету мазь напоминала экскременты. Стоял рядом, смотрел за точными и одновременно плавными движениями учителя и понимал, что потом обязательно помоется с травяным мылом и натрется маслами, чтобы от него не воняло.

Несмотря на вонь и сложность, Вереск смотрел внимательно и с интересом. Запоминал, как учитель Инула двигался, что за чем клал и как помешивал. Наблюдал за плитой, которая то нагревалась и мазь кипела в котелке, то охлаждалась и мазь густела. Руки у него задрожали, когда тарелочка с порошком из его рук перекочевала в руки учителя. Наблюдал, как тот медленно помешивая загустевшую мазь, сыпал порошок.

− Это самый важный этап. Нужно вмешать порошок так, чтобы он не свернулся и полностью растворился, − сказал учитель Инула продолжая мешать. – Ты хорошо держался. Буду иметь тебя в виду в будущем.

− Это честь для меня, − ответил Вереск, гордый собой. Он чувствовал легкую усталость, вперемешку с радостью. Это оказалось сложнее, чем он предполагал, потому что приходилось делать несколько дел одновременно, следить не только за учителем, но и за собственными действиями.

Однако Вереск чувствовал себя полностью удовлетворенным.

Учитель Инула усмехнулся, все еще мешая по кругу загустевшую мазь.

− Я тебя недооценил. Увидел впервые и подумал, что ты очередной амбициозный глупец, который дальше своего носа не видит, − с усмешкой сказал учитель и стал мешать против часовой стрелки. Посмотрел на Вереска и вновь на темную мазь. – Но ты оказался очень любознательным и способным. С хорошим потенциалом. Не удивлюсь, если ты станешь лучшим учеником среди магов живой материи. Я этому поспособствую.

Вереск едва сдержал восторженный крик. Улыбнулся вежливо, словно его это не сильно волновало. Приятно знать, что учитель Инула поменял свое мнение о нем и ставил выше остальных. Об этом говорило то, что его позвали, а не кого-то старшего года обучения. Все же Вереск был подростком, ему не так давно исполнилось семнадцать.

На самом деле у него не так много времени осталось. Этот год должен быть последним. Дальше поиск работы, ведь приют не оставлял детей после достижения их семнадцати лет. У Алькора было время, у Вереска же оставалось чуть меньше года.

− Скоро в Ксоуре будет ярмарка. Туда приезжают торговцы из разных городов и континентов, привозят не только ткани и драгоценности, но и минералы с редкими растениями. Поедет небольшая группа из учителей. Каждый учитель может взять с собой одного ученика в помощники. Я хочу, чтобы со мной поехал ты.

Учитель Инула остановился и посмотрел на него выжидающе. Вереск не сдержал улыбки. Он спрятал руки за спину, чтобы никто не видел его взмокших, дрожащих ладоней и придал лицо более спокойное выражение.

− Это честь для меня, сопровождать вас, учитель.

− Хорошо. Тогда подготовься, послезавтра на рассвете выезжаем. Не бери с собой много. С директором я договорюсь, − кивнул учитель и достал деревянную ложку из котелка. Осмотрел мазь и кивнул чему-то своему. – Молодец, теперь можешь идти.

Попрощавшись, Вереск забрал вещи и вышел из класса. Он чувствовал радость и предвкушение от одной мысли о поездке. Подсчитывал в уме, сколько у него было накоплений. Академия лучшим ученикам давали стипендию и Вереск с Алькором ее получали. Вереск редко выходил из академии, пользовался в основном поношенными, чужими вещами, и, возвращаясь в приют, не тратил много. Так что накопления у него были.

Денег скорее всего едва хватит на что-то стоящее, но на ярмарках порой попадались люди, которые торговались. Если повезет, Вереск сможет купить кристалл или редкое растение. Лучше, конечно, семена или корешки.

− Вереск! – от окрика он вздрогнул и остановился. Обернулся и натянул улыбку, заметив Тришу, которая быстро шла к нему. Она хмурилась. – Я звала тебя несколько раз, но ты не отвечал.

− Извини, задумался, − извинился Вереск, когда она подошла и обвинительно тыкнула в его грудь пальцем. Сделал полшага назад. – Ты выглядишь воодушевленной.

Триша улыбнулась ему широко и не заметила маневра. Спрятала руки за спину и перекатилась с пятки на носок – ей не терпелось поделиться с ним новостями. Вереск это видел, поэтому спокойно стоял и ждал.

− Мы закончили эксперимент в мастерской. Вот, − сказала она и вытащила из кармана брошь с крупным, круглыми минералом. Симпатичный. Похож на жука с зелеными крыльями. – Он создает небольшой щит вокруг. Если вдруг на тебя нападут артефакт не поможет, но даст немного времени.

− Спасибо. Ты стала настоящим мастером.

Он не преувеличивал. Триша действительно делала хорошие артефакты, пусть они и не были сейчас популярными. Наверное, это случится после пришествия, когда люди вспомнят о Древних и их учениях. Тогда артефактов было много.

− Ты мне льстишь! – громко рассмеялась Триша и дружески похлопала его по плечу. Улыбка Вереска дрогнула, но не исчезла. За прошедшие годы он научился правильно симулировать. – Пользуйся. И заходи в мастерскую, я еще много интересного тебе покажу. А то совсем про меня забыл.

− Извини, ты же знаешь, что я учусь. Этот год последний и стоит сильнее постараться, чтобы получить предложения о работе.

Это правдой было лишь наполовину. С Тришей они в последнее время общались меньше и все чаще Вереск не оставался с ней наедине. Если к парням Алькор почти не ревновал, хоть и злился сильно, то девушек рядом с Вереском не терпел. Злился так, что он потом долго заживлял ожоги.

Триша вздохнула недовольно и покачала головой.

− Только сильно не увлекайся.

Поговорив еще немного, Вереск пошел в комнату. Обед он уже пропустил, но в сумке были остывшие булочки. К тому же наверняка Алькор взял ему что-нибудь. Друг пусть и злился, часто был недоволен, но о Вереске заботился. Наверное, Вереск был единственным, о ком он заботился.

Он закрыл за собой дверь и посмотрел на Алькора, который сидел на кровати и читал старую книгу. На его появление лишь посмотрел исподлобья и вновь вернулся к чтению. Вереск не обратил на это внимание, расслабил лицо и положил сумку на постель. Переоделся в домашнюю рубашку и штаны, достал из сумки салфетку с булочками.

Потянулся и посмотрел на Алькора. Тот сидел недовольный, но не злой и, казалось, внимательно читал. Может, и правда не злился. Однако Вереск прекрасно знал друга. Он снял перчатки, улыбнулся слабо и лег на живот. Положил подбородок на сцепленные пальцы и посмотрел на сосредоточенное лицо Алькора.

− Ты напряжен. Что случилось?

Вереск не знал точную причину недовольства Алькора. Они не так давно вернулись в академию и должны были радоваться. В приюте было тесно, к ним относились плохо и несколько раз поднимали руку. Они не могли использовать потоки, не проводили ритуалы и книги, которые взял с собой Алькор были пустыми и незначимыми. Здесь же руки у него развязывались. Библиотека с книгами, большая концентрация потоков в одном месте.

Вчера они провели ритуал. Вереск видел, что учителя смотрели друг на друга с немым вопросом, скорее всего почувствовали что-то странное, необычную вибрацию потоков. Но не знали причину. На Вереска внимание обращали не больше обычного, что немного успокаивало.

Но Алькор все равно выглядел недовольным.

− Ритуалы делают нас чувствительнее, но не сильнее. Нужно провести еще один. Никто ничего не заподозрит. Я уверен.

Вереск посмотрел на него внимательно.

− Алькор, зачем так много? Мы и так самые сильные на курсах, лучшие в академии. Этого достаточно, − осторожно спросил Вереск и вздрогнул, невольно вжимая голову в плечи, когда услышал крик.

− Нет! Этого недостаточно! – взревел Алькор и зло посмотрел на него.

Он хотел было возразить, но не успел. Алькор отбросил книгу и посмотрел бешено, в голосе сквозила такая ярость, что потоки беспокойно завибрировали вокруг.

− Этого никогда не будет достаточно, дорогой. Мы должны стать сильнее. Мы станем сильнее! И тогда… Тогда мы отомстим им. За всю боль, которую они нам причинили, за унижение и страх. Они отплатят нам за все. Больше никто не посмеет смотреть на нас свысока. О, мы станем великими, дорогой! Они будут валяться у наших ног и тогда, я отплачу им за каждый шрам. Только представь: я и ты – величайшие маги столетия, на которых остальные просто смотреть бояться будут!

Алькору всегда было мало. Вереск не был против, но ритуалы опасные и нужно было тщательно к ним готовиться. Ему до сих пор было плохо, слабость в теле ощущалась и тошнило.

− Мы вчера провели ритуал и наша магия все еще нестабильна. Учителя что-то почувствовали, − ответил Вереск и прикрыл глаза. – Нужно немного потерпеть. Поверь, наше терпение окупиться.

Алькор скривился, но промолчал. Скорее всего был недоволен, несогласен с ним, но аргументов не находил. Но Вереск слабо улыбнулся, чувствуя свою маленькую победу. Ему тоже было трудно. Магия нестабильна, тело чувствительное и потоки льнули к нему, но их казалось много. Вереску приходилось постоянно улыбаться и играть себя прежнего, более дружелюбного и общительного, когда таким он уже не был.

Было трудно, но Вереск верил Алькору.

− Я поеду на ярмарку в Ксоур с учителем. Послезавтра утром. Не знаю на сколько.

Алькор посмотрел на него внимательно и нахмурился. Промолчал. Задумчиво пропустил волосы сквозь пальцы и накрутил тонкую прядь на палец.

− Я поговорю с учителем. Одного я тебя не отпущу.

Он не сомневался в том, что Алькор не оставит его одного.