Текст книги "Анатомия нас (СИ)"
Автор книги: Амелия Лефэй
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 17 страниц)
Глава 20
Тук-тук.
Тук-тук.
– Сэр.
Застонав, я попытался сесть, но первое, что я заметил, это пара маленьких ног на моей груди. Удивленный, я широко открыл глаза, уставившись на пальцы ног Мэсли. Каким-то образом она перевернулась и лежала частично на груди Джейн и на моей собственной. Ноги Джейн переплелись с моими, а ее голова лежала на груди Уэса. Покачивая головой, я осторожно переложил Мэсли, убирая ногу от ноги Джейн и как можно медленнее выскальзывая из человеческого пьедестала, которым была моя кровать. Потянувшись, я прошел через комнату, чуть не споткнувшись о свои туфли, чтобы добраться до двери.
– Роджер, что случилось? – зевнул я.
– Полиция здесь. – Он нахмурился, и я заметил, что он все еще в своей одежде.
– Они хотят еще одно заявление?
Он покачал головой, его хмурый взгляд стал еще мрачнее. – У них есть ордер на арест Джейн.
– Простите, что? – сказал я, внезапно став более бдительным.
– Мистер Сент-Джеймс подает на нее в суд за нападение. Его отпустили.
Сын гребаной суки!
– Позвони моему адвокату...
– Я уже позвонил, он будет здесь в течение часа. Мне удалось задержать их на время. Но они...
– Хорошо, дай мне минуту. – Закрыв дверь, я провел рукой по волосам, пытаясь дышать.
– Джейн, – прошептал я, осторожно тряся ее за плечо, когда сел на кровать. – Джейн, детка.
– А? – Она перевернулась, прищурившись, глядя на меня.
– Мне нужно, чтобы ты проснулась, это важно.
– Что такое? – Уэс зевнул, садясь и поворачивая шею.
Я взял руку Джейн. – Клянусь, я вытащу тебя из этого.
– Макс, что случилось? – Она села, перекладывая Мэсли лицом вниз на подушку.
– Полиция здесь. У них есть ордер на твой арест. Мой адвокат будет здесь через час, но тебе нужно пойти с ними.
– Только через мой труп. – Уэс вскочил с кровати.
– Уэс.
– Она защищала...
– Она избила его прутом на глазах у десятков людей. Я могу вытащить тебя из этого, но это все равно нападение.
– Это...
– Все в порядке. – Она улыбнулась, садясь и беря наши руки. Она поцеловала их. – Я пойду. Мне нужно, чтобы вы оба присмотрели за Мэсли. Она впадает в панику, когда меня нет рядом утром.
– Джейн. – Уэс покачал головой.
– Поверьте мне, несколько часов в участке – не самое худшее, что случалось со мной. Я крепкий орешек, со мной все будет в порядке. – Она встала с кровати, наклонилась и поцеловала Мэсли в голову.
– Не несколько часов. Час, максимум два. – Сказал я ей.
– Может, кто-то из вас побудет с ней? Я не хочу, чтобы она знала, что маму арестовали, даже если это был всего час.
Я взглянул на Уэса, чья челюсть была сжата. Он кивнул, и она подошла к нему, обняв его. Он поцеловал ее в голову, в щеку, затем приподнял ее подбородок и поцеловал в губы.
– Я люблю тебя. – Сказал он ей.
– Я знаю. – Она положила руки ему на лицо. – Я тоже тебя люблю.
– Не говори так. – Сказал я им обоим. – Не говори так, будто мы не увидимся днями или месяцами.
Она улыбнулась, протянув руку. – Проводишь меня до моего часового заключения?
Это не было смешно, но я взял ее под руку. Кивнув Уэсу, который сел на кровать рядом с Мэсли. Она взяла свои туфли, лежащие у кровати, и пошла со мной к двери.
– Мэри всегда предупреждала меня о моем темпераменте. – Прошептала она, положив голову мне на плечо.
– Твой вспыльчивый характер – одна из тех вещей, которые я в тебе люблю. – Сказал я ей, спускаясь по лестнице как можно медленнее.
– Я не слишком беспокоюсь о себе. Просто не ссорься с Уэсом из-за этого. У вас обоих есть привычка вымещать агрессию на других.
– Понятия не имею, о чем ты говоришь.
– Конечно. Пообещай мне в любом случае.
– Я сделаю все возможное. Но мы в порядке, ты та, кому нужно думать о себе сейчас. – Сказал я, когда мы, к сожалению, добрались до низа лестницы. Я изо всех сил пытался игнорировать офицеров, ожидающих в вестибюле. Положив руки на ее лицо, я наклонился и поцеловал ее в нос, затем в губы. – Ничего не говори, пока не придет мой адвокат. Ты знаешь, что у тебя тоже есть семья, которая тебя поддерживает.
– Я знаю.
– Я люблю тебя.
Она улыбнулась. – Я тоже тебя люблю.
Я не хотел отпускать ее, и она знала это, поэтому сделала шаг назад и повернулась к офицерам. Одна из них, та самая женщина, которой я поблагодарил всего несколько часов назад.
– Мисс Чепмен, вы арестованы за нападение с отягчающими обстоятельствами с использованием смертоносного оружия...
– Вы шутите. – Пробормотал я, пока они заламывали ей руки за спину, чтобы надеть наручники. – Это действительно необходимо...
– Макс, я в порядке. – Она кивнула мне. И полицейские продолжали зачитывать ей права. Я смотрел, чувствуя себя более беспомощным, чем когда-либо, даже когда не мог ходить, как они уводили ее, помогая ей сесть на заднее сиденье полицейской машины.
– Арчибальд Сент-Джеймс – мертвец, – пробормотал я себе под нос. Он думал, что он могущественный. Я покажу ему, что такое власть.
Я бы солгал, если бы сказал, что не был напуган.
–
Они усадили меня одну в комнату, где не было ничего, кроме стола и стула. Прошло около получаса, прежде чем кто-то наконец вошел. Брюнетка в черных брюках и белой рубашке. Она села на стул напротив меня, открыла папку перед собой и долго молчала, просто перелистывая страницы.
– Я офицер Анхела Гарсия. – Прочитала она, затем наконец подняла глаза, сложив руки вместе. – Джейн Чепмен. Вас передавали из одной приемной семьи в другую, пока вам не исполнилось восемнадцать, затем вы работали на разных работах до нескольких лет назад, когда в возрасте двадцати шести лет вы познакомились с мистером Максвеллом Эмерсоном. У вас нет судимостей или криминального прошлого. Мы не смогли найти даже штрафа за парковку.
– Я не вожу машину, так что... – Я пожала плечами.
Она улыбнулась и кивнула. – Мисс Чепмен, вы знаете, почему вы здесь?
Я открыла рот, чтобы ответить, и вспомнила слова Макса: «Ничего не говори, пока не придет адвокат». Я уже говорила, но это не значит, что я должна продолжать. Выпрямившись, я просто сложила руки на груди. – Я буду ждать адвоката.
– Джейн, это не должно быть серьезнее, чем уже есть. Мистер Сент-Джеймс говорит, что снимет обвинения, все, что он хочет, это публичные извинения.
Что? «Он хочет, чтобы я извинилась перед ним?»
– Это все, и ты сможешь вернуться домой.
Я рассмеялась. Я не могла сдержаться. Это было самое неподходящее время. Но я рассмеялась. Покачивая головой. – Он изнасиловал девушку, и он хочет, чтобы я извинилась?
Она нахмурилась. – Мисс Дейнс отказывается опознать своего нападавшего. Мы понимаем, что вы хотели защитить ее, но у мисс Дейнс есть история депрессии.
– Я бы тоже была в депрессии, если бы меня изнасиловал известный насильник, а полиция ничего не сделала, – пробормотала я себе под нос. – Вы же знаете, что она несовершеннолетняя?
– Возраст согласия в штате Нью-Йорк – шестнадцать лет. Алиссе Дейнс исполнилось шестнадцать на прошлой неделе. У нас нет дела против мистера Сент-Джеймса, только против вас.
Наклонившись, я тщательно подобрала слова, чтобы она поняла меня: «Адвокат».
Она покачала головой, закрывая папку и вставая. Один загорелый полицейский помог мне встать и на этот раз надел наручники спереди.
– Мы проведем вашу регистрацию, и вы останетесь в камере предварительного заключения, пока не прибудет ваш адвокат. – Сказала она мне, и я просто кивнула.
Они провели меня через участок, где я получила несколько взглядов; я уверена, что выглядела как зрелище: размазанная косметика, так как я не смыла ее перед сном, растрепанные волосы, все еще в моей юбке с высокой талией и желтой блузке. Меня поставили перед камерой, и без предупреждения несколько камер вспыхнули перед моим лицом. Снова без объяснений они схватили меня за руку и подвели к компьютеру.
– Ваши пальцы на панель. – Она направила меня сделать то, что они просили, сканируя все десять пальцев.
Затем усадили меня в угол, чтобы взять мазок изо рта. Перевели в отдельную комнату, где другая женщина-офицер обыскала меня. Меня переводили из одной комнаты в другую, люди трогали меня так, как хотели, прежде чем наконец поместить в камеру предварительного заключения с дюжиной других женщин... в основном проституток.
– За что ты попала? Потеряла самообладание на благотворительной ярмарке? – Одна из них оглядела меня с ног до головы, ее фиолетовые волосы были собраны, блестки покрывали ее живот, который был открыт из-за укороченного джинсового топа.
– Я избила мужчину кочергой...
– Изменщика?
– Насильника.
Одна за другой они просто ухмыльнулись.
– Класс.
– По-видимому, нет. – Вздохнула я, прислоняясь к кирпичной стене. Я хотела домой, к Мэсли, Уэсу и Максу. Я хотела заснуть в постели с ними. И все же я не могла выкинуть Алиссу из головы...
–
– Что значит, она должна остаться там на все выходные! – Он сошел с ума. Макс не сказал ни слова, потирая переносицу, пока его бесполезный адвокат стоял перед нами и излагал эту чушь.
– Понедельник – это самый ранний срок, когда судья сможет рассмотреть вопрос об освобождении под залог, если оно будет разрешено вообще. Мистер Эмерсон, с учетом вашей связи с ней, она может считаться риском побега, и в залоге может быть отказано.
– Ради всего святого. – Я застонал, повернувшись к окну.
– Мистер Сент-Джеймс говорит, что снимет все обвинения, как только Джейн извинится. Я знаю, это не идеально...
– Уволь его, – сказал я, зная, что они оба могут меня слышать. – Тот факт, что он думает, что извинения вообще возможны, доказывает, что он не тот человек для этого... для нее.
– Мистер Улер, я понимаю, что вы расстроены...
– Спасибо, мистер Лоуэл, что пришли, я позвоню позже. – Сказал он, и я бы обернулся, чтобы увидеть его выражение лица, но мне не нужно было, я мог видеть это в отражении стекла. Он покачал головой, схватил свой портфель.
– Нет проблем, мистер Эмерсон. Если вам что-то понадобится.
В комнате воцарилась тишина после его ухода, и Макс встал рядом со мной.
– Ты и я оба знаем, что Джейн скорее проведет год в тюрьме, чем извинится, – сказал я ему.
– Я знаю. – Кивнул он. – И я также знаю, что Арчибальд не отступится. Ему все равно, называют ли его насильником, потому что он верит, что никто не сможет это доказать, и поэтому они не могут его тронуть. Ему важно то, что его публично унизили перед Джейн. Мало того, что его арестовали, она избила его. – Он усмехнулся, я знал, что он серьезен, но не мог сдержаться. – Он хочет показать, что может заставить такую женщину, как Джейн, преклониться перед ним.
– Я не могу помочь ей в этом. – И я ненавидел это. – Я не люблю чувствовать себя бессильным.
– В следующий раз, когда она решит восстановить справедливость, давай убедимся, что она сделает это на британской земле. – Пошутил он, взглянув на меня и ухмыльнувшись.
– Мы никогда не успокоимся без нее, не так ли?
Он фыркнул. – Тот факт, что мы рады этому, делает нас обоих мазохистами.
Верно. – Так что дальше? Мы не можем оставить ее здесь.
Тук-тук.
Тук-тук.
– Войдите. – Макс повернулся к двери, как и я. Маркиз вошел в темно-синем костюме. – Маркиз, извини, Ирен в порядке? Это было безумное утро.
– Она узнала, что случилось, и потребовала, чтобы ее отвезли в полицейский участок. – Он покачал головой. – К счастью, наш сын удерживает ее в постели. Я на самом деле хотел узнать, могу ли я помочь. Да, я специализируюсь на британском праве, однако моя фирма сливается с американской фирмой Lorde and Chester сразу после Нового года.
Макс отошел, взял бутылку виски из бара. – Десятки фирм каждый год стремятся стать нашими юристами, ты мне нравишься, Маркиз, и ты скоро станешь членом семьи, но что делает твою фирму лучше остальных?
Маркиз взял бокал, который он протянул ему. – Два моих сотрудника уже сидят в ресторане напротив дома судьи Ландри, мы не остановимся, пока Джейн не выйдет. Кроме того, я хочу этого. Я обязан ей за все ее усилия для Ирен.
– Вытащи ее оттуда. – Приказал он, и Маркиз допил свой напиток, доставая телефон.
– Гейтс. Да. Продолжай. – Сказал Маркиз в телефон. Вот и все, затем он снова поднял глаза на нас. – Теперь мы ждем.
– Нет! – Мы оба услышали очень знакомый голос, прежде чем Мэсли вбегает внутрь, держа свою черепаху. Ее ореховые глаза искали комнату. Вскоре за ней появился Роджер.
– Простите, сэр, она не...
– Где мама! – Надулась она, обнимая черепаху. – Я хочу маму.
– Малышка. – Я опустился перед ней на колени, поглаживая ее лицо. – Мама ушла на некоторое время, но она вернется.
– Мама сказала пока-пока. – Сказала она так, будто знала, что я лгу, и она была слишком умна для своего возраста. Обняв ее, я поднял ее с пола и поцеловал в щеку.
– Мама была, ты спала. Хочешь испечь печенье для нее? – спросил я.
Она кивнула, но не сказала ни слова. Я взглянул на Маркиза, мне нужно было, чтобы он понял: нам нужно, чтобы это закончилось не только ради нас.
– Какое печенье ты хочешь испечь, малышка? – спросил я, направляясь к двери.
– Ягодное. – Улыбнулась она.
– Ягодное печенье? Я никогда такого не делал.
– Оно вкусное! – хихикнула она.
– Ну, тогда мы должны его приготовить! – Я покружил ее.
Все, что я мог сделать, это убедиться, что Мэсли в порядке, и предоставить остальное Максвеллу.
– Джейн Чепмен. – Дородный офицер с волосами, торчащими из ушей, подошел к камере, держа планшет.
– Это я. – Я села на скамейку, надевая белые плоские туфли, которые мне выдали, и подошла к решетке. Он ничего не сказал, убрав планшет под мышку и открывая дверь камеры. Он отступил, чтобы я вышла, и когда я вышла, я повернулась к нему спиной, чтобы он снова запер меня.
– Нет. Ты едешь домой, следуй за мной. – Ответил он, запирая решетку.
– Что! Это нечестно! – Баттер, одна из девушек, с которыми я познакомилась, подошла к решетке, сверкая глазами на офицера. – Ты сказал, что судья не будет до понедельника.
– Сядь! – Рявкнул он на нее, не утруждая себя объяснениями. Глаза Баттер обратились ко мне, на ее губах была улыбка, когда она прислонилась к кремовым прутьям.
– Это какой-то бред?
– Еще одно слово, и я посажу тебя в D1 до понедельника. – Офицер-мудак ударил планшетом по прутьям, как будто она была собакой, которую заставляют сидеть. Баттер что-то пробормотала себе под нос, но отошла на свое место. Я понятия не имела, что такое D1, но не стала спрашивать.
Он провел меня к стойке регистрации, где офицер Анхела Гарсия, женщина, которая просила меня извиниться, стояла, скрестив руки, подписывая какие-то бумаги. Она положила на стойку пластиковый пакет, в котором были мои часы, браслет и туфли.
– Ваши личные вещи. С вами свяжутся по поводу даты суда. Вам лучше вести себя тихо до тех пор, мисс Чепмен.
– Я постараюсь. – Улыбнулась я, забирая свои вещи и доставая туфли. По-видимому, их можно было использовать как оружие, поэтому мне пришлось отдать их. Когда высокий худой мужчина с очками в толстой оправе и зачесанными волосами подошел ко мне после разговора с другим офицером.
– Мисс Чепмен. Я Тимоти Гейтс, один из ваших адвокатов, приятно познакомиться. – Он протянул руку.
– Я бы хотела, чтобы обстоятельства были лучше. Это вы вытащили меня из этого места? – Я улыбнулась, подходя к нему.
– Это были коллективные усилия, но да. Ваша машина ждет снаружи, мэм.
Я странно посмотрела на него, затем обернулась туда, где все еще находились другие женщины. Я больше не чувствовала себя Джейн Чепмен. Я не имела в виду это в негативном смысле. На самом деле, я не была уверена, что это значит. Но стоя здесь, за мной была тюремная камера, а передо мной...
– Мэм.
– Да, извините, пошли. – Улыбнулась я, выходя.
Прямо перед участком стоял черный Range Rover. Адвокат открыл для меня дверь, и внутри сидел не кто иной, как Уэсли, улыбающийся, хотя выглядел измученным.
– Я хотел стоять снаружи, но адвокаты Макса сказали не надо.
– Всегда джентльмен, – ответила я, садясь. Его зеленые глаза сразу же обеспокоенно осмотрели меня. – Уэс, я в порядке, обещаю.
– Я просто проверял, нет ли татуировок «МАМА». – Он ответил, взяв мою руку, я почувствовала, что она идеально подходит к моей.
– Жаль, я была следующей в очереди, когда ты появился.
Наклонившись, он нежно поцеловал меня, и впервые за то, что казалось вечностью, но было всего несколько часов, я расслабилась, обняв его. Уэс притянул меня к себе на колени. То, что должно было быть нежным поцелуем, стало чем-то большим, когда он откинулся на спинку кресла, его левая рука переместилась на мою талию, а правая – в мои волосы. Открыв рот, его язык скользнул в мой, переплетаясь с моим. Это было так хорошо, что я не могла сдержать стона.
– Боже, ты красива, – прошептал он, отрываясь, его губы были так близко к моим, что я чувствовала его дыхание.
– Лжец. – Я выглядела как дерьмо. Но все равно прижалась лбом к его лбу. – Спасибо, что вытащил меня.
Он нахмурился, его зеленые глаза не отрывались от моих. – Макс сделал большую часть работы. Но ты никогда не должна благодарить никого из нас.
– Это не значит, что я не буду. – Отстранившись, я убрала его каштановые волосы. Наслаждаясь тем, как он держал меня. – Как Макс и Мэсли?
– Ждут у телефона, скорее всего. – Ответил он, вынужденный отпустить меня, чтобы достать телефон из кармана пиджака и набрать номер. Уверена, прошло всего несколько секунд, прежде чем они ответили, и я смотрела на Макса, его темные волосы были растрепаны в разные стороны, как будто Мэсли завязала их бантиками.
– Тебе идет. – Ухмыльнулась я.
Уголок его губ приподнялся, и он посмотрел на нас обоих. – Я тоже так думал. Мэсли говорит, что будет делать мне прическу каждый день. Правда, Мэс? – Он оторвал взгляд от камеры. – Угадай, кто на телефоне?
Как кролик, кролик, который залез в мамину косметичку, Мэсли появилась рядом с его лицом. Увидев меня, она так широко улыбнулась, что я чуть не расплакалась.
– Мамочка! Куда ты ушла, мамочка! – Она забрала у него телефон.
– Привет, милая. У меня была работа, но я возвращаюсь.
– Ты делаешь платья для принцесс?
– Да. Я сделала платье для принцессы. Но что случилось с твоим лицом?
– Мы делали макияж! – Ухмыльнулась она, показывая мне мою помаду в руке.
– Я вижу... кому-то понадобится ванна.
– Нет, мамочка! – Она отдала телефон Максу и убежала.
– Я могу объяснить про макияж. – Быстро сказал он, как виноватый человек.
– Можешь? – Я приподняла бровь, ожидая.
– Совсем нет. Я отвернулся, и у нее были розовые веки. – Вздохнул он, выглядя измученным. – Она очень энергичная.
– Группа спасения уже в пути. – Сказал Уэс, положив подбородок мне на плечо.
Макс посмотрел на нас. – Вы уверены, потому что вы двое выглядите слишком удобно?
– Мы удобно. – Уэс ответил, целуя меня в шею и плечо, когда я перевернулась на его коленях.
– Я увижу вас обоих, когда вы вернетесь домой. – С этими словами он повесил трубку так быстро, что я моргнула, и экран погас.
– Почему ты дразнишь его так? – Ответила я, прижимаясь к нему.
– Ты знаешь почему. – Прошептал он, и я знала. Потому что это заводило его... это заводило всех нас. Я бы не сказала этого, конечно, не с мужчиной за рулем.
– Гейтс... файлы, – внезапно крикнул Уэс, и мужчина впереди поднял толстую коричневую папку, передавая ее назад. Уэс сразу же передал ее мне.
– Что это?
– Открой и не паникуй.
– Сказать «не паникуй» заставляет паниковать. – Неловко рассмеялась я, однако, читая слова на вершине первого документа, я остановилась. Медленно перелистывая страницу за страницей, я не могла продолжать.
– Уэс... – Мой голос затих.
– Мы с Максом обсудили это, это имеет смысл, – сказал он так, будто подарил мне машину или что-то в этом роде, вместо трети всего, чем он владел. Все его рестораны, товары для супермаркетов, недвижимость и инвестиции, он отдал треть мне и Мэсли. Не только он, но и Макс, теперь у меня была доля во всем, даже в особняке, где мы были сейчас.
– Я никогда не хотела твоих денег. – Я не могла даже думать о том, чтобы просить что-то.
Он кивнул. – Я знаю, я благодарен, но, Джейн, ты семья. Это просто бумага, чтобы никто никогда не сомневался.
Это было не только это. Все медицинские решения для них обоих были оставлены на меня, если что-то случится... и я молилась Богу, чтобы ничего никогда не случилось, потому что я не хотела оставлять никого из них снова.
Именно тогда это щелкнуло. Джейн Чепмен ушла, потому что я больше не была одна, я не боролась за выживание, я не чувствовала, что весь мир против меня... в третий раз, первый, когда я встретила их, и второй, когда у меня появилась Мэсли, я была невыразимо счастлива.
– Джейн?
– Поехали домой.
