Текст книги "Онлайн - связь (СИ)"
Автор книги: Аля Алая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 18 страниц)
– Тише, – Захар целует меня в макушку и берется за телефон, – поедем прямо сейчас. Телефон тебе придется оставить Сергею.
– Телефон? – вынимаю смартфон из сумки. – Тогда позвоню родителям. Мы с мамой созваниваемся часто, она будет волноваться.
– Напиши сообщение, Сергей отправит, – качает головой Захар. – У тебя пара минут.
– Хорошо, – быстро вбиваю в память телефона сообщение для мамы, в котором рассказываю, что на пару дней выбралась с Аней за город и там плохо ловит связь. Наберу, как вернусь в город. Люблю ее и отца. Целую. – Все, – протягиваю Захару телефон. – Правда, у меня совсем нет вещей.
– Заедем по дороге в торговый центр.
Через пару минут в кабинете появляется тот самый Сергей. Он протягивает Захару ключи и конверт с наличными. Мужчины выходят. В коридоре еще люди, и они долго о чем-то разговаривают. Я же просто сижу и жду.
– Готова?– Захар заглядывает ко мне.
Глава 23
– Да, – спускаюсь с кушетки и иду на выход. За дверями уже никого из тех мужчин нет, в коридоре только редкий персонал и посетители.
Вкладываю свою ладонь в ладонь Захара и следую за ним. Мы не идем на улицу, а спускаемся по лестнице на подземный этаж. Там оказывается парковка, и Захар помогает мне забраться в высокий внедорожник с тонированными стеклами.
По дороге мне все время мерещится, что за нами едут. Понимаю, что это паранойя, и пытаюсь даже не смотреть в зеркала или в окно. В торговом центре, куда нас закинул по дороге до места Захар, на автомате беру вещи на несколько дней: белье, удобные брюки, пару маек, шорты, кроссовки. Набор принадлежностей для ванной. Захар тоже покупает себе вещи. Все время нервничаю, но он горой стоит рядом и словно заслоняет меня от проблем. Вокруг люди, а я ощущаю, будто мы двое в своем отдельном пузыре. Еще минут тридцать уходит за закупку еды и поход в аптеку.
– Поспи, – сложив все в большой багажник, Захар возвращается за руль. Достает из бардачка навигатор, в котором уже забита точка назначения. – Все будет хорошо, Вера. Честно.
– Мне за себя не страшно, – качаю головой, – переживаю за тебя.
– Не надо, я могу позаботиться о себе. К тому же над поиском этого больного работаю спецы. Все, что нам нужно – это переждать в безопасном месте, пока его найдут и запрут.
– Хорошо, – слабо улыбаюсь. – Известно уже, кто он? Почему отважился на такой шаг? Сейчас ведь не девяностые, бизнесмены договариваются.
– Известно, – Захар сжимает зубы и переводит взгляд на дорогу, нетерпеливо ударяет по клаксону, когда перед нами сбавляет скорость нерасторопная машина со знаком «70», – пока без подробностей, Вера. Потом, когда все закончится, я тебе расскажу.
– Ладно, – не докапываюсь, чтобы дополнительно не нервировать и так нервного сейчас Захара за рулем. Нажимаю на кнопку и немного раскладываю сиденье. Выбираю легкую волну на радио и пытаюсь расслабиться.
Убеждаю себя, что это вот такой у нас своеобразный отпуск будет. Сможем узнать друг друга поближе. Попробуем жить вместе, как Захар и хотел. Хочется думать о чем угодно, только не о реальности, в которой мы находимся. Страшно.
Когда машина выезжает за черту города и пейзаж становится совсем однообразным, я сдаюсь и засыпаю. Открываю глаза, когда чувствую резкий толчок и выглядываю в окно.
Оказывается, мы едем по проселочной дороге. Вокруг елки сколько видно глазу.
– Резко повернул, прости, – Захар зевает. – Хорошо поспала?
– Да, – сонно потираю глаза. – Сколько я спала?
– Часа четыре.
– Ничего себе, – возвращаю сиденью привычное положение. – Долго нам еще?
– Минут тридцать.
– Там река? – смотрю на просвет между деревьями в зеркало заднего вида.
– Да. Тут рядом есть небольшой городок, кстати. Если что-то понадобится, можем заехать.
– Отлично, – перегибаюсь и беру с заднего сиденья бутылку с водой, – хочешь пить?
– Да, открой.
Медленно осушив свою пол-литровую бутылочку, начинаю вертеть головой по сторонам.
– Давно не была за городом. Вот так, в глуши. А куда мы вообще едем?
– Небольшой домик для отдыха. Снят на левого человека, так что его не отследить.
– Ясно, – нетерпеливо ерзаю последние километры. После долгой дороги хочется размять конечности и пройтись.
Когда доезжаем до места назначения, Захар паркует машину, и мы выбираемся наружу.
Каблуки проваливаются в землю, и я иду очень осторожно. Смотрю, чтобы не наступить на очередной камень или шишку, которыми тут все усыпано.
Рассматриваю небольшую двухэтажную постройку из бревен и заглядываю в широкие окна.
– Идем, – взяв пару пакетов из багажника, Захар открывает дверь домика и пропускает меня внутрь. Сбрасываю обувь на пороге и осматриваюсь.
Здесь хорошо – на первом этаже добротная кухня из светлого дерева, зона гостиной у большого окна, а также дверь в ванную. Лестница наверх ведет в спальню. Или там их две? Стараюсь о том, что скоро наступит ночь, не думать.
– Давай я переоденусь и помогу тебе, – оглаживаю на бедрах так неуместную здесь юбку-карандаш.
– Я все принесу, а ты распакуй, хорошо?
– Да, без проблем, – провожаю взглядом спину Захара, когда он скрывается на улице, и первым беру пакет со своими вещами.
По деревянной отполированной лестнице отправляюсь наверх. Пальчиками с удовольствием веду по гладким перилам и вдыхаю аромат дерева и хвойного леса. Если бы не обстоятельства, я бы вообще визжала от восторга, попав в такое потрясающее место.
На втором этаже всего одна дверь, и это значит, что спальня тоже одна. Вхожу внутрь и застываю перед кроватью королевских размеров. Внутри страх мешается с возбуждением, и низ живота тяжелеет. Секс – это нормально и прекрасно между людьми, которые друг другу нравятся. И мы с Захаром именно такие. Все будет хорошо.
Снимаю с себя офисную одежду и вешаю в шкаф у стены. Натягиваю свободные серые брюки, белую футболку. Остальные вещи раскладываю по полкам. Часть отношу в ванную. Она вообще что-то с чем-то. Чаша ванной выдолблена в стволе огромного дерева и установлена у окна с видом на лес и небольшое озеро.
Возвращаюсь в спальню и бросаю последний любопытный взгляд на ее интерьер. Много дерева, но не желтого оттенка, а беленого. На полу широкие доски, поверх них пушистый белый ковер. На стенах несколько современных полотен. С потолка свисает люстра с разноуровневыми каплевидными плафонами. И окно. Тоже большое. С широким подоконником и кучей подушек на нем.
– Рай, – вздыхаю тихонько и спускаюсь на первый этаж.
Внизу тихо. Пакеты расставлены на полу и кухонном островке. Захар на широком диване у окна. Уснул.
Осторожно подхожу и накрываю его пледом, который находится тут же. Под голову подкладываю подушку.
Вымотался человек за время дороги, плюс утренний стресс. Не могу устоять и оставляю у Захара на губах легкий поцелуй. Он такой милый и беззащитный во сне, что не удержалась.
Отправляюсь в кухонную зону, раскладываю продукты в холодильник и шкафчики. Готовлю нехитрый ужин: паста, курица, салат из овощей. Соблазнительные ароматы разносятся по большому общему пространству и производят нужный эффект.
– Еда, – сонно доносится с дивана, и плед отлетает в сторону. – Идеальная женщина, – Захар потягивается всем телом.
От его комплиментов хочется улыбаться и парить. Умеет Лелес.
– Все готово, – расставляю прозрачные тарелки, глубокую миску с салатом, ставлю графин с морсом из ягод. Готовить для Захара было очень приятно и волнительно, до него я для мужчины не готовила. Только для отца, но это не то.
– Спасибо, – Захар берется за вилку и принимается за еду. Судя по энтузиазму, ему вкусно – ну или просто очень голодный. – Успела осмотреться?
– Не особенно, освоила пока только второй этаж. Там красиво и ванна из огромного ствола дерева.
– Круто, – Захар улыбается. – Как ты, пришла немного в себя?
– Лучше, готовка успокаивает, – отпиваю освежающий морс и смотрю в большие окна. – Тут рядом небольшое озеро, я видела его из окон спальни. Хочу посмотреть.
– Да. Там даже есть небольшой деревянный пирс, на вид вроде надежный.
– Отлично. – Мы робко переглядываемся, улыбаемся друг другу, просто наслаждаемся этими выпавшими моментами штиля.
– Спасибо, было очень вкусно, – Захар поднимается и проводит ладонями, сомкнутыми в замок, по шее. – Схожу быстро в душ, немного освежусь.
– Давай я здесь приберу.
– Хорошо, – Захар поднимается наверх, постоянно оглядываясь на меня. Я опять улыбаюсь, чтобы доказать, что все в порядке. Собираю посуду, отправляю в посудомойку, которая здесь имеется, и отправляюсь на улицу. Сейчас около семи, и потихоньку начинает вечереть. Воздух становится более прохладным, звуки леса словно затихают. Иду до озера по хрустящей подстилке из ельника и шишек. Ступаю на деревянный настил пирса, пружинисто шагаю по доскам. На самом краю сажусь и свешиваю ноги.
Гладь небольшого озера передо мной отражает кроны деревьев и кусок неба. Берег зарос с одной стороны пышным камышом, и оттуда дают концерт местные лягушки. По водной глади пробегает рябь ветерка.
Сжимаю ладонями край деревянного пирса и распрямляю плечи. Вдыхаю воздух полной грудью.
На коже постепенно появляются мурашки от прохлады вокруг, но в дом пока не хочется. Природа имеет одно очень важное свойство – она успокаивает и исцеляет беспокойный мозг.
По пирсу раздаются шаги, и Захар садится сразу за мной, окуная в собственное тепло. В моих руках тут же появляется большая чашка горячего чая.
– Замерзла? – он растирает кожу на моих руках ладонями.
– Немного, – отпиваю чай, и тепло потихоньку наполняет меня изнутри. – Вкусный.
– О чем думала?
– Обо всем понемногу. Тут так умиротворяюще. Очень хорошо.
– Мне тоже нравится. Сто лет не выбирался в такие места. Последние годы в перерывах между работой летал куда-нибудь на океан. Хорошо там, но не то.
– Согласна, – откидываю голову Захару на плечо, – там никто так не квакает.
– Точно, – он перехватывает чашку и делает глоток.
– Как ты себя чувствуешь? – поворачиваюсь к нему и трусь щекой о гладковыбритую щеку.
– Нормально.
– Захар, тебя пытались лишить жизни, не может быть нормально. Это страшно. Расскажи мне, я хочу тебя поддержать.
– В первый момент просто не понял, что происходит. Когда дошло, вывернул руль, чтобы не сбить ребенка с его мамой, которые шли по парковке, и прочесал боком весь ряд машин. Успел выпрыгнуть перед тем, как въехать в заграждение.
Он говорит сухо и практически без эмоций. Словно новостную сводку читает. Но я знаю: за этим кроется очень много. Просто мужчины другие. Они не склонны излишне эмоционировать.
– Боже, – закрываю глаза, и нервная дрожь расползается по телу.
– Тормоза испортили профессионально. Мне просто повезло, что я замешкался и не успел набрать скорость.
– Ты смелый, спас людей и себя тоже. Ты молодец, – восхищаюсь им. – Я совсем не такая, Захар, жуткая трусиха. Когда мне страшно, теряюсь и становлюсь деревянной. Я бы не справилась ни за что.
– У тебя есть я, – он сцепляет руки, пряча меня словно в коконе, – буду спасать, если ты позволишь.
– Уже. Спасибо, что Алекс меня уволил. Давно надо было, но я все не решалась.
– Пожалуйста.
– Тебя не коробит, что я у него работала? – задаю этот вопрос и страшусь услышать ответ. Это была не реальная проституция, но все же.
– Мы встретились там, Вера. Так что ханжество здесь неуместно. Вопрос закрыт, – говорит так, что я сразу верю.
– Хорошо.
– Но к тебе никто, кроме меня, больше не прикоснется. Никаких видео, фото и переписок тоже. Я ревную. Сильно.
Киваю, закрываю лицо ладонями и с силой тру. Мы открываемся друг другу и обнажаем свои души и мысли. Этот день стал для меня поворотным. В момент, когда я поняла, что могла потерять Захара, до меня, наконец, дошло. Хватит топтаться на месте и бояться всего и всех. Пора жить. Есть только этот момент в настоящем, его важно ценить. Прошлое нужно отпустить. И я смогу сделать это только при условии, что больше не буду молчать.
– Ты правда хочешь знать? Ну, что произошло со мной. Ты спрашивал.
– Хочу, – отвечает просто и затихает. Его руки сжимают меня, поддерживая. Шумно вдыхаю. Рассказать не так и сложно на самом деле. Ужасно только, что отстраниться не получается; весь этот кошмар опять тянется ко мне своими липкими лапами и прокручивается в голове, и я переживаю все снова в мельчайших деталях.
Глава 24
– Это случилось в начале одиннадцатого класса. Занятия только начались, уроков мало, и я много времени проводила у Даши. Мы слушали музыку, болтали о мальчиках, рисовали красивые дневники. Ну знаешь, где есть двадцать вопросов. Ты даешь его всем своим одноклассникам, они отвечают. Потом клеишь туда общие фотки, пишешь памятные пожелания и хранить на память.... Вот, мы их делали и увлеклись, засиделись допоздна. Я хотела домой быстрее и решила срезать через парк. Шла быстро, почти бежала, потому что скоро должен был начаться дождь.
Замолкаю и перевожу дыхание. Чувствую Захара за собой. Такой большой и сильный, с ним не страшно даже в черном аду собственной памяти.
– На аллее было светло, так что не страшно. Я дошла почти до половины, и там были они. Сидели на лавочке и пили пиво. Просто парни, на той лавочке они часто сидят, – чувствую, как потихоньку мрак опять начинает наползать на меня, как врезаются в мою плоть его острые когти. – Я хотела просто пройти мимо, но один перегородил дорогу и начал предлагать посидеть с ними. От них пахло алкоголем. Я пыталась отказаться вежливо, но он не пропускал, а второй подошел сзади. Он схватил меня за талию и рассмеялся: «Попалась». Мне так страшно стало, я словно оцепенела. Вокруг никого. Растерялась, а он взял и закрыл мне рот рукой. В кусты потащили и начали раздевать. Шептали, что мне понравится, что они классно трахаются. Я плакала, я просила, но им было плевать. Они совсем пьяные были. Лапали меня везде, пальцы свои засовывали и так радовались, когда поняли, что я девственница. Ругались, кто первым будет.
Глаза застилает пеленой слез, и я перестаю видеть озеро перед собой. Оно плывет и превращается в черное, грязное небо. В ту ночь не было даже луны: все затянуло в ожидании дождя, и тяжелые облака закрывали собой звезды. Небо рассекла сеткой молния, и я увидела их нечеловеческие, искаженные похотью лица. Точно знала, чувствовала, что не остановятся.
Я пыталась отпихнуть их от себя, барахталась под ними, царапая спину острыми ветками и осколками разбитых бутылок. Все руки были в земле и вырванной с корнем влажной траве.
– Один даже успокаивал, что это будет наш секрет и они никому не расскажут. В какой-то момент я просто смирилась, закрыла глаза и решила, что перетерплю, будто не со мной. Не со мной, только бы выжить. Дома мама и папа, они меня ждут и так любят. А я их. Мне кажется, я молилась, так просила бога, чтобы помог, чтобы спас. Бог не пришел, вместо него появился прохожий с собакой. Он услышал возню в кустах, подошел, собака залаяла, сорвалась и вцепилась в ногу одному из парней. Он испугался и ослабил хватку. Я вывернулась, укусила за руку того, которой мне закрывал рот, и закричала. Спаслась.
– А эти парни?
– Убежали, – горько усмехаюсь. – Я думала тогда, что все закончилось, но все только начиналось. Дело в том, что я их знала. Мы не дружили и не общались, просто учились в параллельных классах. Они потом подошли в школе на перемене, рассматривали меня. До сих пор помню их липкие и жадные взгляды. Я пригрозила, что заявлю на них, а они рассмеялись, мол, не на что заявлять. Они же мне ничего не сделали.
НИЧЕГО НЕ СДЕЛАЛИ! Господи, как вообще можно было такое сказать после ужаса, который я пережила?
– Подонки. Ты рассказывала хоть кому-нибудь?
– Нет. У отца уже тогда было плохо с сердцем. Мама была сама не своя. Так что я решила, что справлюсь. И у меня получалось. Я просто не ходила никуда одна, старалась не появляться там, где они. Не всегда удавалось, правда, и тогда случалось ужасное, – внутри все опять дрожит, и хочется спрятаться от воспоминаний, – они зажимали меня в раздевалке или в туалете. Всегда аккуратно, чтобы никто не видел. Лапали везде, терлись об меня, снимали трусы, показывали свое хозяйство. Пару минут, и отпускали. Раз в неделю стабильно вылавливали. У меня в какой-то момент просто нервный тик начался, когда меня неожиданно трогали. Восемь месяцев. Повезло только в январе – я слегла с воспалением легких и месяц не ходила в школу. А еще были каникулы. Я просто ждала, когда уеду в универ. Знала, что поступлю. У меня других вариантов не было.
– Верочка, – Захар разворачивает меня к себе и прижимает к груди.
– Я думала, все, но в общаге парни тоже такие настойчивые были. Приходили к нам в комнату как к себе домой, зажимали. Мои соседки… они смеялись, вроде как это игра. Светка встречалась с одним, и они рядом со мной на соседней кровати трахались. Так противно. Ко мне потом Денис приставал на кровати, а я не могла в шутку, у меня истерика случилась, и я пригрозила, что посажу его. Он обозвал дурой, но больше не трогал. Никто не трогал, сторонились.
– Все хорошо, Вера. Я рядом, – голос Захар хриплый и взволнованный, сердце колотится так же сильно, как и мое. – Тебя никто и никогда больше не тронет без твоего согласия. Слышишь? Я об этом позабочусь. Ты мне веришь?
– Верю, – затихаю у Захара в объятьях, свернувшись калачиком. С ним насколько спокойно и хорошо, что любые страхи рассеиваются.
– Ты совсем замерзла, – доносится до меня его задумчивый голос через какое-то время, – пойдем в дом.
– Да, – бросаю последний взгляд на озеро, в котором виднеется полоска догорающего заката, и ежусь от холода.
– Осторожно, – он встает и помогает мне, забирает с пирса чашку. – Хочешь, я разожгу камин?
– Не отказалась бы, – жмусь к его боку, пока мы идем до дома. Внутри значительно теплее. Неловко застываю в центре гостиной, смотрю в пол. Тут, на свету, мне почему-то становится сложно посмотреть мужчине в глаза.
– Вера, малышка, – Захар обнимает со спины.
– Я все время чувствовала себя грязной, и отмыться не получалось. А эта работа… мне казалось, что в моей жизни никогда не будет ничего нормального, так какая разница.
– Ты не грязная, – он осторожно разворачивает меня к себе, прикасается пальцами к моему лицу, ласково очерчивая. Его взгляд серьезен, как никогда, – все, что я вижу, это ранимая молодая девушка, которую сломали два подонка. И которая теперь боится жить.
– С тобой больше не боюсь.
Захар усаживает меня на диван, закутав предварительно в плед, и начинает колдовать над камином рядом. В этом мужчине столько заботы и понимания, какого-то ненормального принятия, что даже страшно. Мне всегда казалось, что если я расскажу парню о том, что со мной происходило, то он убежит, сверкая пятками. А Захар рядом – взрослый, умный, адекватный. Ни за что не осуждает и готов поддержать. Бывают ли такие вообще? Один на миллион? И мне? За что судьба так расщедрилась?
Становится жарко, и я освобождаюсь от пледа. Слежу за тем, как Захар перемещается в большом пространстве. Идет на кухню, в шкафчике выбирает вино, нарезает сыр.
Он дает мне время окончательно прийти в себя. Не знаю как, но Захар словно чувствует, что мне нужно. И это подкупает.
– Держи, – подает мне большой бокал с вином, где плавает пара льдинок, – думаю, нам обоим не помешает сегодня.
Он усаживается рядом и делает пару глотков, прикрывая веки. Бедный, ему так досталось за последние дни, а он все равно находит в себе силы, чтобы быть со мной деликатным.
– Ройс, значит, – пробую вино. На этот раз красное и густое. Оно немного царапает горло своей терпкостью, но мне все равно нравится.
– Да, – на его губах появляется мальчишеская улыбка.
– Вы, Захар Петрович, с Ройсом совсем непохожи.
– Почему это? – он приподнимает бровь.
– Захар Петрович очень правильный, сдержанный, хороший начальник. А Ройс тот еще засранец и охотник за женскими трусиками.
– Это Адель откопала его во мне. Сам не подозревал, что со мной все настолько плохо.
– Он Адель очень зацепил, – прячу улыбку в бокале, – она ждала каждый звонок.
– И издевалась, – Захар откидывается на спинку дивана и кладет на нее голову, поворачивается ко мне и прищуривается, – нет у нее сердца.
– Ну, она же не знала, насколько он серьезен и свободен ли вообще. Ты сам понимаешь, в сети можно быть кем угодно. Писать и делать что угодно, никто и не узнает.
– Не обязательно, – он как-то мрачно усмехается.
И это цепляет. За этим смешком точно есть какая-то история.
– Карты на стол, – склоняю голову набок и внимательно наблюдаю за Захаром. Он набирает в легкие воздух, медленно выдувает, пожимает плечами.
– Словил Яну на секстинге* с несколькими мужчинами. Полетел ноут, мне нужно было срочно кое-что сделать, и я залез в ее. Пока работал, начали всплывать окошки с сообщениями из чата.
– Оу, – вспоминаю Яну, всю такую идеальную и правильную на вид. Но не зря говорят, в тихом омуте….
– Она уехала к родителям на выходные, и я с вечера пятницы по воскресенье все это читал. Шикарно, кстати. У нее было целых три жеребца, и каждый слал такое, что у меня знаешь… разрыв шаблона случился. Какого хуя? Все же нормально у нас было. Зачем?
– Боже, – забираю из его рук пустой бокал и иду на кухню. Где-то в баре я видела еще и виски. Открываю бутылку, наливаю на два пальца, потом на всякий случай еще немного, и кладу лед. После такого откровения мужчине точно нужно нормально выпить.
– Спасибо, – Захар усмехается и делает глоток крепкого алкоголя, – так лучше.
– И как ты ей сказал, что знаешь обо всем?
– Ну…. – он почесывает пальцем гладкий подбородок, – я был прилично пьян. Так что пожелал ей удачи и скинул свое хозяйство прямо в их переписку. Пожелал хорошо трахаться виртуально, потому что реально со мной ей больше не светит.
– Дааа… – не могу не усмехнуться. Захар действительно с огоньком.
– Мне стало одиноко, и я вспомнил, что игрушку ей недавно покупал, хотел разнообразить наши отношения, так сказать. И там визитка была забавная «Девочка мечты в твоем смартфоне. Всегда рядом, всегда хочет»
– И ты решил пуститься во все тяжкие, – смотрю, как дергается кадык Захара, когда он пьет виски маленькими глотками.
– Сначала я подумал, что это игрушка какая-то. Не сразу разобрался с сайтом и ткнул в центральное фото. Оказалось, твое.
– Помню, ты был очень смешной и пьяный. Долго выяснял, что со мной делать можно и как. И что? Яна хотела вернуться после всего?
– Переписка не измена. У нее с ними ничего не было. Только фото и флирт, так что не считается.
– Многие так думают.
– Не я, – он ставит пустой бокал на стол. – Я пробовал, пытался понять. Но доверие исчезло. И все время мысль точила, что ей мало меня. Понимаешь, надо еще трех виртуальных мужиков в придачу, – Захар замолкает. – Но знаешь, мне кажется, если бы я ее действительно любил, то простил бы. Попробовал бы снова, а не звонил тебе при каждой возможности. Мы с Яной свои чувства успели потерять когда-то раньше. Оба не заметили, как стали чужими. У меня работа, удобная девушка рядом. У нее я для стабильности и виртуальные кобели для остроты ощущений.
– Мне жаль, – допиваю свой бокал и смотрю на лестницу на второй этаж. Устала, силы почти закончились.
– Пойдем спать? – Захар следит за моим взглядом.
__________
Секстинг – переписка, которая подразумевает обмен интимными фотографиями и откровенными сообщениями. Иногда она содержит только флирт, а иногда превращается в текстовую имитацию полноценного полового акта.
