Текст книги "Вредина для нахала (СИ)"
Автор книги: Алия Велнес
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 12 страниц)
Алия Велнес
Вредина для нахала
Глава 1
– Я падаю! – верещу испуганно.
Почему именно сегодня я решила, что пора научиться кататься на коньках⁈
– Давай уже, Алёна, не дрейфь! Трусы с начесом перестают греть, и того красавчика около ёлки сейчас уведет тощая белобрысая коза, – недовольно бурчит Катя, показывая рукой на двоих неподалеку от нас.
Рискуя свернуть шею, я поворачиваю голову в их сторону. Симпатичная пара. Она – высокая и стройная девчушка, совсем не похожа на козу.
Но подруга не унимается:
– Хотя… она такое дерево, что он не особо-то и клюёт! Дуб или берёза, – фыркает она и игриво накручивает прядь волос на палец. – Божечки, вот это генофонд! Я бы с ним…
– Вполне себе симпатичная «береза», – балансируя на грани падения, комментирую я. – Катюнь, ты серьезно думаешь, что он пришёл сюда с этой девушкой, чтобы клюнуть на тебя?
– Они не вместе! А ты – зануда. Сама толкай свой костлявый зад! Тебе с такой грацией только три кота и светят. Ну ещё вон тот дед из проката коньков.
– Ох и язва же ты, Катька, – отвечаю, оглядываясь на дедулю.
– Миронова, ты достала! Я тебе не нянька. Стой тут и жди своего принца на седой моли, а я поехала! – Катрин действительно разворачивается на сто восемьдесят градусов и, виляя задом, уезжает в закат.
Су-у-у-щий беспредел! Иуда, а не подруга…
– Не забудь снять трусы с начёсом! – не сдержавшись, кричу ей в спину.
Блин, не могу поверить: она правда меня бросила на льду. Одну.
Посреди катка! Я же даже до выхода не докачусь…
– А что ты имеешь против них? – за спиной внезапно звучит приятный мужской голос и, Катькин объект «любви», объехав меня по кругу, предстаёт во всей своей статной красоте. – Трусы вполне неплохи для тепла. Мы в детстве вообще все в колготках ходили, – заканчивает он, улыбаясь.
Вспоминаю детские фотоснимки – а ведь он прав. Было дело… Получается, мы с ним почти ровесники?
Оглядевшись по сторонам в поисках иуды и «белобрысой берёзы», я никого не обнаруживаю и решаю ему улыбнуться. Выходит, Катя была права, и они с той блондинкой не вместе?
Это удача? Красивая удача, стоит отметить.
Первое негласное правило девушек: не знаешь, что сказать – улыбнись и поправь декольте. Работает безотказно. Правда, пуховик вторую опцию жёстко урезал, пришлось брать лицом.
Интересно, что еще он услышал из нашего разговора? И почему так внимательно меня рассматривает?
– Вы так отчаянно посылали вибрации в мою сторону, что чуткий эмпат решил не оставлять снежную нимфу одну, – улыбается этот джентльмен, слегка наклонив голову.
Ну разве можно устоять перед такой улыбкой с ямочками и зелёными глазами? Мой персональный краш!
И, да, возможно, я рассуждаю как последняя малолетка, но отчего-то хочется высунуть язык и брякнуть: «Клава Кока, сорян! Иди танцуй корпоративы в других местах, потому что под этой ёлкой сегодня выступают Алёна и зеленоглазый СуперЛето».
Какое-то несвойственное мне поведение…
Ладно, нужно же что-то ответить, а то пока я тушуюсь, мой супермен стоит и мёрзнет.
Открываю рот и сразу же закрываю его, потому что сверху падает кусок снега. Кто победитель по жизни? Спасибо, что не голубиный помёт.
– Ты, кажется, слишком долго здесь стоишь и начинаешь превращаться в снеговика, – стряхнув с моей шапки снег, парень вдребезги разбивает весь романтический флёр момента. – Нет, серьезно, твой нос такой красный, что рискует отвалиться. В первый раз на льду?
– Да, – только и могу выдохнуть я.
Вот так прекрасный принц и превращается в Стэна какашку… Привет, «Южный парк», я скучала.
Снежком, что ли, в него запустить?
Итак, что мы имеем? С одной стороны – однозначно бывшая подруга, которая бросила мамонтенка одного на катке, и с другой стороны – один разжалованный конь, который может откатить меня к бортику, а там уже поползу на выход, обратно к земле. К сожалению, выбор невелик и очевиден.
– Ты же не обиделась? – хитро улыбаясь, спрашивает этот… человек.
А вот и не дождешься! Улыбалку свою на других дурочек тратить будешь, кобелина. Да и вообще, он не в моём вкусе. Видимо, от холода не разглядела.
Я люблю высоких, спортивных, зеленоглазых, темноволосых мужчин. И обязательно с высоким интеллектом, отменным чувством юмора. А этот… ну не в моём он вкусе. Совсем не подходит: глаза мутно-зеленые, волосы не вороново крыло, бицепс явно не дотягивает, а про ум вообще молчу. Прынц уже даже не конь, а разжалован в извозчики.
Тем более, что нашу «идиллию» прерывает одна лошадка.
– Алёночка! – Катькин визг стремительно закладывает мои уши.
А она-то здесь откуда? Иуду замучила совесть, и она вернулась?
Зеленоглазое такси морщит нос, словно проглотил лимон с перцем, и я почти проникаюсь к нему сочувствием.
– Я обыскалась тебя, дорогая моя! Подумала, что ты уехала без меня, – визг переходит на ультразвук и сиськи 3+ наваливаются на спину, рискуя раскроить мой позвоночник.
От неожиданности я даже охнуть не успеваю.
Весовые категории у нас с Катькой сильно отличаются, к сожалению, не в мою пользу, и мы начинаем заваливаться на парня. Конечно же, вдвоем. Ну а как еще? Ибо мои сорок девять кэгэ против шестидесяти пяти и двух «спелых дынек» никак не устоят.
«Господи, пусть он будет толстым или сильным и удержит нас, ну или хотя бы не свалит в закат! Мой нос этого не переживет», – успеваю помолиться перед падением.
Однако чуда не случается и сто четырнадцать килограмм плюхается на Катькиного принца и моего коня в одном офигевшем лице.
Занавес.
– Хех. Мы прям хот-дог! – над ухом раздается до мерзости довольный голос Катьки.
Боже, как дышать то?
– Если я сейчас не сделаю вдох, то в этом хот-доге будет мертвая сосиска, – из последних сил сиплю я. – Слезь с меня немедленно!
Вот двадцать девять лет не каталась на коньках и надо же было так феерично начать. Это фиаско, братан.
Позвоночник давит ещё сильнее, и с грацией курицы, великая фигуристка скатывается с меня.
Слава всем богам и Филиппу Пляйну я снова могу дышать и чувствовать свои духи.
А вот о второй составляющей нашей булки я, что-то совсем позабыла. И зря… Булочка-то оказалась черствая и распускает свои длиннющие грабли!
– Хот-дог, конечно, прикольно, но мне, как мужчине, ближе и роднее старый добрый жмж, – улыбаясь во все свои тридцать два, блеет это рогатое.
Блин, такими темпами я все свои ругательства на него спущу.
– Руки убрал! – даю гоблину ровно три секунды, и, высвобождая свою руку, со всей дури щиплю его за нос.
Его правая рука резко выныривает из-под задранного пуховика и пытается спасти хозяйский нос, а вот левая – окончательно хамеет и сжимает до боли левую ягодицу. Мою, блин, ягодицу!
– Да ты бессмертный что ли⁈ – моему возмущению нет предела.
– Стерва! – гнусаво шипит хозяин красной картофелины и немного ослабляет хватку на моей пятой точке.
– Козлина!
В следующий раз нужно будет обязательно оставить чаевые своему мастеру по маникюру. Шнобель у парнишки выглядит как надо, а моим ноготочкам хоть бы хны.
Обрадованная маленькой победой, не сразу замечаю резкую смену из горизонтального положения. Потому что этот козлина, не отпуская угадайте чей многострадальный зад, приподнялся и, забросив мои ноги себе на бедра, усадил сверху лицом к себе.
Мои же руки он предусмотрительно перехватил за спиной огромной лапищей.
Не вырваться… а он и рад!
Гаденыш улыбается, как мартовский кот, в его глазах пляшут чертята.
Признаюсь, когда я умаляла его качества, то сильно лукавила. Парень оказался крепким – жирок совсем не ощущается, с широкими плечами и плоским животом. Его ладони крупные. Меня словно в камень вдавили и прижали. А радужка его глаз всё-таки ярко зеленого цвета с янтарными и голубыми вкраплениями. Необычный цвет глаз, стоит признать.
Хотя я по-прежнему утверждаю, что он не в моём вкусе.
– Алёна, вставай! – рычит Катя.
Моя неугомонная подруга похоже решила, что нашла этого индивидуума раньше, и считает всех вокруг соперницами, а его тело – своей собственностью, которую никто не вправе калечить и, не дай бог, лапать. Поэтому кровавую месть валькирия решила провести незамедлительно.
Эх, а я наивная думала, что десятилетняя дружба не может быть омрачена залетными мужиками. Получите, распишитесь, отцепитесь и желательно еще и исчезните из города.
Катька хватает меня за шапку, и трендовая и актуальная во все времена форма «стилет» максимально остро впивается в мою голову, пока её хозяйка, излучая волны доброжелательности, пытается сквозь ткань снять мой скальп. Двойные чаевые мастеру за то, что отговорила козу делать острые ногти «пика»!
Объяснять этой валькирии, что так она точно меня не поднимет, – бессмысленно. В попытке сохранить последние волосы, я дёргаю Катю за рукав, и она, не устояв, валится кульком на ухмыляющегося «Антошку».
Слышится воркующее хихиканье и сдавленное шипение. Последнее – рай для моих ушей.
– Надеюсь, теперь у тебя не только нос картошкой будет, но и фингал, – тихо бормочу, не забывая отползать подальше от завалившейся парочки. Пытаюсь это делать максимально элегантно, хоть и на карачках это, мягко говоря, сложновато.
Катя и прынц кувыркаются по льду и, непонятным комком, периодически заваливаются в мою сторону. Где там чьи руки и ноги даже думать не хочу.
В конце концов, я тоже пострадала! Мне чуть половину шевелюры не вырвали…
Коленки печёт, волосы под шапкой нещадно горят, ощущение, что они выпадают по одному. Так что эти два снеговика могут кататься по льду хоть два часа подряд. Заслужили каждую секунду.
И, аллилуйя! Вижу перед носом руку в кожаной перчатке.
Хватаюсь и, стараясь не сильно наваливаться на помощника, поднимаюсь.
Ты же, мой сладкий сахар. Спаситель, кем бы ты ни был!
И по иронии судьбы моей спасительницей оказывается блондиночка с катка.
– Огромное спасибо! – говорю ей, опешив. Приходится закусить губу, чтобы не добавить «тебе, белобрысая коза».
Ну что? Не вслух же я это сказала.
Я вовсе не ханжа и сейчас искренне благодарна ей за помощь. Неважно, что ею двигало – желание помочь или попытка избавиться от соперницы. Это Катька её так назвала, но она не объективна, и за этот факт единогласно голосует мой скальп.
Глава 2
– Все в порядке? – участливо смотрит девушка, наблюдая, как я изо всех сил пытаюсь удерживать равновесие.
Киваю и улыбаюсь. Мне правда нужно сконцентрироваться и так сильно не вбивать в лёд лезвия. Чем больше боюсь и напрягаюсь, тем хуже делаю себе.
Я поворачиваю голову и вижу, что сиамские близнецы наконец-то разлепись, и парень поднимает Катю на ноги.
– В таких сильных руках и падать не страшно. Ты так крепко держишь меня. Спасибо! – Катюнька бесстыдно прижимается к груди нахала. – Я Катя, но все зовут меня Кейт. Многие говорят, что я похожа на Кейт Мосс. Жаль, у меня есть грудь, хотя ангелом «Виктории Сикрет» я легко могу стать, – она продолжает игриво хихикать.
Ну и денек выдался! Я свою подругу знаю как облупленную: щеки порозовели, ресницы дрожат, улыбка умалишенной уточки, голос с придыханием. Всё это означает, что перед нами стоит очередной «будущий муж и отец пятерых детей».
Приплыли…
Чувствую легкий толчок в бок. Это моя спасительница решила вежливо напомнить о себе.
– Давай руку и держись за меня. Тут не сложно – оттолкнись ребром лезвия правой ноги, а вес тела перемести на левую. Не бойся, что упадешь, – говорит она, внушая доверие. – Даже, если упадешь, лёд мягче, чем асфальт.
– А можно без «падать»? Как-то не хочется…
Кажется, я еще крепче стискиваю ее руку, на что девушка звонко смеется и предлагает нам ехать к выходу. Как оказалось, уехала я не так уж и далеко от входа.
На Катю и ее новую любовь я намеренно не оборачиваюсь. А то не сдержусь и выскажу обоим!
– Солнце моё, не сжимай так сильно мою руку. Не уверена, что здесь есть травмпункт. Кстати, я Настя, – подмигнув, представляется девушка. – Пойдем сдадим коньки. Ты же брала их на прокат?
Спешно разжимаю руку и освобождаю ладошку Насти из своей мертвой хватки.
– Прости, пожалуйста, и очень приятно познакомиться. А я Алёна, – отвечаю я ей, искренне радуясь нашему знакомству. – Чувствую себя коровой на льду. Да, коньки прокатные, но, кажется, на этом мои попытки научиться кататься заканчиваются. Ждём лета и роликов. Хватит экспериментов.
– Помимо коньков есть ещё лыжи, санки и ледянка! – парирует Настя.
Мое чутье не подвело: девушка и правда оказалась очень милой. Веселая, улыбчивая и совершенно не деревянная! Она чем-то даже напоминает хрупкую фарфоровую куколку.
Не знаю как Настя, а я вваливаюсь в зону выдачи коньков на заплетающихся ногах и с трудом сажусь на скамейку. Девушка плюхается рядом и участливо смотрит на меня.
– Ну что, давай снимем твои орудия пыток, горемычная, – прерывает мои стенания Настя.
Послушно достаю свой номерок из кармана любимых джинсов и отдаю его девушке. Настюша быстро возвращается и кладет наши вещи на скамью, пока я с облегчением расшнуровываю коньки и избавляюсь от них. Благодарю её, и достаю свои старые добрые угги. Боже, какое же это счастье стоять на твёрдой земле и никуда не заваливаться.
Я беру наши коньки и подхожу к стойке проката, отдаю их сотруднику и жду, чтобы нам вернули залоговую стоимость.
– Возьмите, пожалуйста. Ждём Вас снова, – прокатчик протягивает деньги только за одни коньки. – А девушке возврат залоговой стоимости не положен, – поймав мой недоуменный взгляд, поясняет он.
– Это еще почему⁈ – за доли секунды подлетая к стойке, шипит Настя, и разъяренной фурией, готовой в любой момент выпустить когти, смотрит на улыбающегося парня.
– Спортинвентарь был сдан вовремя и в надлежащем состоянии. Не утерян, не испачкан. Зовите администратора или кого-нибудь из начальства, – праведное негодование передалось и мне. – И предоставьте нам книгу жалоб и предложений! Пожалуйста.
– Начальство стоит перед вами, очаровательные создания, – самодовольно и нагло ухмыляется этот горе пикапер, оглядывая Настю с ног до головы. – Девушка нарушила главное требование моего проката, – он пошло улыбается, игриво поиграв бровями, и выдержав приличную паузу, добавляет: – Забыла назвать своё настоящее имя и дать правильный номер телефона.
Это какой-то новый уровень флирта?
Я видела этого парня пару раз, только не могу вспомнить, где… он казался спокойным и скромным. Видимо одна светловолосая бестия взбудоражила.
Девушка и правда куколка – пепельные волосы, остро очерченное лицо, светло-голубые глаза, аккуратный носик в веснушках. Ростом, конечно же, выше меня, но это бесспорный факт так как я пошла в маму и доросла всего до ста пятидесяти девяти сантиметров.
– Алён, звони ментам. Если ты сейчас же не вернёшь мне деньги, я твою козлиную бородку коньками побрею, – цедит сквозь зубы Настя и протягивает руку, в которую не ожидавший такой реакции парень, молча вкладывает деньги. – Подкат, как и твои коньки – полное говно.
Видимо к такому повороту событий гуру пикапа оказался не готов. Новость о том, что его отшили оказалась для парня неожиданной, и он заметно сдулся. Взял свой мобильный и, судя по звукам, стал печатать кому-то сообщение.
Тем временем Настя, прихватив наши сумки, потащила меня к выходу.
– Меня даже в школе клеили гораздо оригинальнее. Ничего такой красавчик, да? – широко улыбается эта бестия, продолжая активно вертеть головой по сторонам.
Вот это поворот…
А куколке то палец в рот не клади. Теперь даже и не знаю, кого из них пожалеть.
– Мда, Пересвет – это вам не Москва. У меня к тебе есть деловое предложение: так как я причастна к твоему вызволению из ледового Ада – предлагаю пойти, что-нибудь перекусить.
– Тот красавчик совсем не против чтобы ты им перекусила, – отвечаю на автомате. – Ох, уж эта женская логика – послать, убегать и ждать чтобы поймали и добились. Боюсь, что инстинкт пещерного человека в нем ты так и не разбудила, – я честно пытаюсь говорить серьезно, но едва ли удается сдержать рвущийся хохот.
– Пещерного… скажешь тоже! Он больше смахивает на пещерного хомячка, – тянет Настя и попытка проваливается. Мы обе начинаем ржать до слез.
Отсмеявшись, эта хитрюга складывает руки в умоляющем жесте, и делает глазки как у кота из Шрека. Выглядит очень забавно и мило.
– Я очень хочу есть. Ну, не бросай меня здесь одну, пожа-а-алуйста.
Энергетике этой девчонки невозможно сопротивляться. Я согласно киваю, и мы идём к местному кафе, расположенному рядом с катком.
Глава 3
К выходным температура решила напомнить горожанам, что на улице зима, и опустилась до шестнадцати градусов со знаком минус.
– Вот это мороз! У вас всегда такой дубак? – Настя едва заметно ежится и, обхватив себя руками, оборачивается: – Давай ускоримся, а?
– Мы уже рядом. А в Подмосковье всегда холоднее на пару градусов, плюс городок стоит на реке.
Это я перед новой знакомой умничаю, а у самой щеки колет иголочками, прямо как в детстве, когда долго гуляешь по морозу. Хорошо, что сейчас можно самой выбирать частоту своих прогулок…
Действительно зябко. На катке почему-то так не ощущалось. Хотя, это как раз и неудивительно, адреналин – наше всё. Мое – так точно. Знать бы наперёд чем обернется поход на каток, я бы осталась дома!
Небольшое уютное кафе встречает нас теплом и вкусным ароматом корицы.
Внутри царит атмосфера новогоднего праздника – стены из дубового сруба украшены мерцающими гирляндами, еловые венки и шарики развешаны на окнах и стенах. Множество живых елей и пихт в кадках, украшенных в золотисто-серебряные цвета, хаотично расставлены, а в центре зала стоит новогодняя красавица до потолка, наряженная живыми мандаринами и коричными палочками.
– И никаких ароматизаторов не нужно – вот она живая атмосфера Нового года! – восхищенно комментирую я, озираясь по сторонам.
– Здесь здорово!
Сняв куртки, мы размещаемся за столом рядом с окном. Не люблю сидеть на проходе, где каждый норовит задеть тебя локтем.
Я без сил опускаюсь на стул и со вздохом облегчения вытягиваю ноги под столом.
– Совсем тяжко да? – отрываясь от изучения меню, спрашивает Настя. – Ты знаешь, не стоит бросать. Во второй раз будет уже легче. Ну, может пару дней еще ноги поболят… хотя, не должны.
– Поболят. Даю миллион к одному, что поболят, – невесело вздыхаю, – Я со спортом на «вы» и абсолютно неспортивный человек. Пару раз ходила на фитнес, но взяла большой вес и получила травму ротаторной манжетки, – поймав недоуменный взгляд Насти, решаю свернуть тему: – В общем там всё сложно, такой вот я диванный житель.
– Травму чего?
– Плечо болело! – ухмыляюсь я. – Знаешь, сегодня я решила, что и без коньков можно жить.
– Оу, малышка-а-а, хочешь я побуду твоим личным ледовым физруком? – голосом матёрой соблазнительницы, шепчет Настя, театрально обмахиваясь меню. Смешно стреляет глазками и выпячивает свою двоечку. – Правда местным прокатным конькам я бы не доверяла, – становясь серьезной, продолжает она: – Дениска хоть и красавчик, но говнюк, если прокат действительно его. Организация катка – просто дичь.
– М-м-м… Дениска? – копирую её серьезный тон и, поправляя невидимые очки, выпячиваю свою скромную единичку, – Как не стыдно? Человек к тебе с самыми серьезными намерениями решил подкатить свои драгоценные «Фаберже». Может пожениться хотел… а ты?
– А я вот такая меркантильная Настенька, свои копейки считаю. Совсем плохая внученька у Дедушки Мороза выросла, – щерится эта язва, демонстрируя зубки. – Вообще, я раздумывала устроиться сюда тренером и пришла, так сказать, прозондировать почву. Но, как видишь, от этой идеи в процессе отказалась: бортиков толком нет, лёд плохого качества, весь в сколах и проталинах, тренеров явно не хватает, и никто не следит за техникой безопасности на льду.
– Это каток с естественным льдом, залит с нуля на пустыре. Не жди от него многого. Лучше попытать счастье в местном Парк-отеле. У них действительно хороший каток, соответствующий всем требованиям и правилам, – чувствую необходимым оправдать его несмотря на то, что являюсь пострадавшей стороной.
Однако желание высказать Дениске-редиске и «лучшей» подруге пару ласковых растет в геометрической прогрессии. А всё потому, что, оказавшись в тепле, кожа моей головы опять начинает напоминать, как она пострадала.
Аккуратно ощупываю свой пучок, который наверняка напоминает гнездо дятла, на предмет выпавших волос. И естественно, это не остается незамеченным стендапером напротив.
– Уверена ты и сама оценила здешнюю технику безопасности. Кстати, у тебя выдранные корни торчат как у ежа. Шучу, шучу! – хихикает маленькая чайка. – Работать на катке мне не нужно. Это так… Блажь.
– Давай все-таки закажем? – предлагаю я, поднимая руку вверх, чтобы официант нас заметил. – Кажется кто-то просто умирал, как хотел есть.
– Да, точно, – мгновенно реагирует Анастасия. – Заговорила ты меня совсем. Сил никаких нет, уже голова начала кружиться от голода, и живот сводит.
– Это у тебя кислородное голодание от незакрывающегося рта, конкурент Малахова.
От летящего в голову меню, меня спасает вовремя подошедший официант. Спасибо тебе, добрый человек.
Я заказываю облепиховый чай, греческий салат и жареный картофель с грибами.
– Мне, пожалуйста, зелёный чай, борщ со сметаной, сырные палочки и пасту карбонара. Ой, салат забыла, давайте тоже греческий или цезарь… блин! У вас всё так вкусно выглядит, аж слюнки текут. – Настя невинно улыбается краснеющему официанту и нарочно облизывает губы. Вот ведь роковуха на минималках. – Давайте греческий, к чему нам лишние калории, правда? А попозже вы же подберёте для нас самый вкусный десерт?
Официант бормочет своё согласие, добавляет что-то про хороший аппетит и быстро ретируется, оставив нам одно меню.
– Ты не лопнешь, деточка?
– А ты налей и отойди! У меня хороший метаболизм, растущий организм и булавка на лифчике от сглаза, – загребущие лапки снова тянутся к меню: – Смирись, Алёнушка. Тебе в любом случае придется съесть десерт вместе со мной.
Как в неё столько влезет? Скептически осматриваю хрупкую фигуру девушки, отмечая полное отсутствие жировых отложений:
– Тебе бы ещё «Декарис» попить, Настенька. А то не в коня корм.
– Настенька и Алёнушка… интересно, где же наши сказочные муд… дураки ходят?
– Так ты их отваживаешь – булавкой от сглаза, – нарочито спокойным голосом парирую я.
– Отваживаю. Глистов у меня, к сведению, нет. Я, в отличие от вашего лежачего перфоманса, целый час вырисовывала тулупы на льду и нагуляла аппетит, – скалится эта фигуристка.
– Понято. Принято, – дважды аплодирую Насте.
– Так, что ты там говорила про ролики… Умеешь кататься?
Я пытаюсь воспроизвести образ роликовых коньков своего детства и ностальгически улыбаюсь.
– Как тебе сказать? Вроде бы умею, но не на совсем классических роликах. Это скорее ретро ролики… трюковые что ли назывались, не помню. Они тоже на четырёх колёсах, только колёса были не в одну линию, а в две и крепились они на обувь, а тормоз был спереди на носке.
– Ну ты даешь! Интересные ролики, я такие не видела, – Настя выглядит искренне изумлённой и, отложив меню в сторону, берёт свой телефон. – Окей, всезнающий гугл, расскажи нам, что это зверь.
– Это было в девяностые, детка. Мы выживали, как могли. Не знаю где их смогла раздобыть мама, но, к своему стыду, я до истерик и соплей не хотела их носить во дворе. «Подружки» высмеяли, что они не похожи на нормальные ролики. В общем, катала я в них по дому. Как после этого выжил наш линолеум – ума не приложу. А потом вышел «Титаник», и мы всей оравой рыдали над Лео, а после катались на роликах по коридорам общаги, где жили девчонки.
– В девяностые⁈ Так ты такая старая кошёлка! Я думала ты моложе, а ты оказывается made in СССР. Сколько тебе лет, старушка? – Настя очень громко кричит и её абсолютно не заботит, что все вокруг смотрят на нас, а пожилая пара, сидящая рядом, неодобрительно косится.
– Полегче, внученька, и потише! А то бабушка по жопке надает, – бормочу недовольно. – Давай проверим твои математические знания: двадцать пятого декабря девяносто первого года развалился СССР, а я родилась второго января девяносто второго, и-и-и… вопрос знатокам – сколько лет бабушке?
После секундной паузы, Настя начинает выписывать волны руками:
– М-м, и как зажжём на чьё-то приближающееся тридцатилетие? Кстати, мне двадцать четыре, предпочитаю считать, что родилась благодаря красавчику Тому Крузу и его «Миссия: Невыполнима». Родители познакомились в кинотеатре. А родилась я… тада-а-ам, шестнадцатого ноября девяносто седьмого года! – произносит она с гордостью, однако понимая, что я не сильна в нумерологии памятных дат, решает пояснить: – М-да… Ты точно старушка! В этот день в прокат вышел «Ромео и Джульета» с нашим красавчиком Лео в главной роли.
Тяжелый случай. Логика, как у тумбочки…
– Ты не из цирка часом сбежала, красотка?
– Это же знаки! Мы – кармические близнецы, – продолжая улыбаться, не реагирует на мой сарказм Настька. – Пока ты рыдала над плохими роликами, в этот мир пришла твоя фея крестная, пусть и сильно моложе, но это не важно.
Интересно, когда иссякнет словесное недержание у этой девчонки? Хорошо, что я не интроверт, иначе бы полезла под ёлку в тишину.
Спину начинает печь, словно кто-то пытается прожечь дыру в моём позвоночнике и, как только я собираюсь повернуться и посмотреть, в чём дело, на плечо опускается мужская рука.
– А вот и наша парочка «Twix» пожаловала, – скалится Настя. – И почему из всех заведений этого города вы выбрали именно это? Алёнчик, нам надо было померзнуть ещё пару кварталов и сменить место дислокации, – она выразительно закатывает глаза и прикрывает их ладонью. Клоунесса.
– Я тебя хочу сильно расстроить, но парой кварталов, боюсь, мы бы не ограничились. Ты ведь не забыла, где мы находимся? – парирую я, оборачиваясь на сладкую парочку.
И на того, кто до сих пор трогает меня без разрешения.
Пытаюсь выглядеть невозмутимо. Скидываю наглую руку Глеба с плеча и с вызовом смотрю в козлиные глаза.
«Кейт Мосс» продолжает изображать из себя сиамского близнеца и, обхватив локоть мажора обеими руками, старательно размножает катышки на его пальто.
Стоит признать, что смотрятся они гармонично.
Катюшка выглядит, как фотомодель. С ростом метр семьдесят четыре и с неклассическими сто-шестьдесят-девяносто она могла бы сделать карьеру, но предпочла фуд-блогерство. Правда готовит эта звезда откровенно ужасно.
Все её «шедевры» в блоге приготовлены драгоценной мамулькой, но об этом знает только очень близкий круг людей. Я, к большому счастью или огромному сожалению, вхожу в этот круг и потому молчу про страшный секрет семьи Балабановых, за разглашение которого фуд-блогер легко может и в лесу прикопать, причём голыми руками.
– Народ решил погреться и забил все столики под завязку. Свободных мест нет, поэтому придется подсесть к вам. Надеюсь, к концу вечера мы не оглохнем. Катюш, я сейчас раздобуду себе второй стул, ты пока раздевайся, – скалится своими винирами козлина Глеб.
Затем, под ошалевшие взгляды наших недовольных соседей, по-хозяйски забирает стул у их стола.
Интересно у этого парня есть чувство самосохранения? У бабули такой вид, как будто она собирается взять дедов костыль и поучить кое-кого манерам. Я бы посмотрела…
Однако моего скептицизма за добытый без боя стул, Катерина не разделяет и с гордым видом усаживает свой блогерский попец. Вот только стол у нас круглый и мы с Настей сидим друг напротив друга, Катюня рядом со мной, а значит… развить эту мысль не дает подошедший официант, который услужливо разливает нам чай.
Божечки, еда!
При виде принесенного салата у нас с Настей, как по команде, начинает вырабатываться слюна и все звуки улетают в вакуум.
Настроенная как можно скорее воссоединится с этой вкуснотищей, я протягиваю руку к подносу парня, и забираю свою тарелку. Чтобы ровно через секунду опрокинуть часть содержимого на себя, из-за нахалистого локтя, который больно толкает в бок, когда Глеб садится рядом со мной.
Обидно, досадно, но ладно.
