Текст книги "Дракон под сливочным соусом (СИ)"
Автор книги: Алия Велнес
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 14 страниц)
Глава 31
Ну хоть на ноги поставил… гад крылатый!
Злобно пыхчу и жду, когда же огромная тушка превратится в хомо сапиенс, чтобы познать всю силу моего негодования. Забыла сказать, что у меня тяжелая рука… я поэтому и на цветочек свой лишний раз не заглядываюсь, вдруг там уже какой-нибудь кактусо-плющ вырос или бешеный огурец.
Бешеным огурцом, кстати, меня Тихон обозвал напоследок. Вредный старикашка, хоть и каша у него вкусная.
– Долго будете хвостом своим вилять, княже?
Молчит.
– Я ведь сейчас разозлюсь и нажалуюсь этому… королевскому прихвостню! До столицы всего ничего лететь, а тут мои права, понимаешь ли, ущемляют!
Снова тишина. Не пойму скалится что ли Шарик так? Или ему от быстрого полета челюсти свело? Или это от радости, что у меня такой мягкий и покладистый характер?
– Ваша Светлость, у вас, кстати, кариес. Я, как зоолог, могу помочь, – молчание. – Ну, не хотите, как хотите, – плюю на его издевательства и топаю по серой сырой земле.
Дракон может сколько угодно проветривать свои крылья и улыбаться как… впрочем, может бедный Амазон мучается от неприятного запаха изо рта, вот и проветривает, а я стою бурчу. Стыжу человека почем зря…
Ну и что это тут такое? Волны, скалы, ограждения.
– Это бухта мертвых кораблей. Торговый порт, – довольный голос светлоликого касается спины и согревает замерзающие лопатки.
Чувствует хвостатый, что пропадаю я – мерзну тут, стою.
– Судя по пустоте вокруг, корабли действительно того… тю-тю на дно. Ну, а мы здесь зачем?
– Ты же сама просила Морригана отвезти тебя сюда. Наслаждайся, Яра, – Шарик разворачивает меня лицом к мерно бьющимся волнам и предлагает любоваться… ничем.
Так вот ты какая романтика драконья? Класс.
Помимо того, что я не переношу вида своей крови, я еще и морской болезнью страдаю, но из женской вредности, подхожу к самому краю утёса и со скорбным выражением на лице всматриваюсь вдаль.
– И всё?
– А что ты хотела увидеть здесь?
– Корабли. Кораблища, я бы сказала. И, как минимум, набитые всякими платьями… и нормальными трусами, – едва слышно буркаю я, но Шарик, зараза такая, слышит и заходится громким просветленным гоготом, умудряясь перекричать недовольных чаек.
– Ярина, это же торговый порт, но никого дальше причала не пускают. Корабли не приплывают ежедневно, уж прости, мое чудо зеленое.
– Как Кикимора болотная или чуть симпатичнее? – язвлю, придумывая изощренные планы мести.
Меня, и так ужасно обозвать…
Между прочим, это всё из-за него! Еще и старикашка Морриган наехал. Обидно, блин.
Я смотрю Амазонитовому уж очень нравится меня подкалывать. Интересно, а среди драконов бывают энергетические вампиры? Один так точно есть – передо мной, с видом владыки всея порта, усаживается на огромную каменюку и смотрит на бушующее море.
Ну, держись у меня, Ассоль в камзоле.
Мысленно отвешиваю себе парочку подзатыльников и приказываю сосредоточится на великой и ужасной мсте. Полюбоваться на идеальные черты лица Амазона и на природную силу и гибкость я могу и попозже… вот почему все красивые мужики такие… ящеры противные?
Делая вид, что решила прогуляться вдоль пенного берега, я снимаю обувь и ступаю босыми пятками по волнам. Ноги тут же утопают в зыбком и мокром песке, ноздри щекочет от соленого запаха моря. Волны, в мерном ритме прибывающие и ускользающие вынуждают почувствовать себя счастливой и безмятежной. Хочется подобрать юбки и побегать за ними, как ребенок, а потом и от них, когда резвая волна так и норовит лизнуть за пятку, сбить с ног.
Собственно, этим я и занимаюсь, попискивая и вскрикивая от восторга. Спину и попу постоянно обжигает невинно-похотливым взглядом, и как этот светлейший пресветлейший умудряется за секунду до того, как его палю делать вид, что смотрит вдаль?
Идея мести приходит, а точнее прямо-таки приплывает в мои руки, вместе с туфлей, выскользнувшей с руки, и зачерпавшей в себя холодной воды.
Ну, держись, о великий Амазон.
Несмотря на свою природную грацию картошки, мне удается плавно и незаметно подкрасться за спину к ничего не подозревающему Шарику и выплеснуть на нее содержимое своей «хрустальной туфельки».
– Какого дракла?! – ревет драконище, вскакивая во весь свой исполинский рост.
Тикаем…
– Солевые ванны полезны! Это закаливание-е-е, – пищу я, наворачивая круги.
Блин, чего он так быстро бегает-то?
– Попалась, которая кусалась? – тяжеленная тушка сбивает с ног и каким-то магическим чудом «укладывается» на меня так, что ни моська, ни другие части тела не страдают, если не считать, что подмятая под князем, я даже пошевелиться не могу и дышу с трудом.
Ох уж эта магия вне Хогвартса…
– Я не кусалась. Слезь с меня, – от шока и нехватки кислорода я плюю на субординацию и перехожу на «ты».
– И правильно, Яра. Кусаюсь здесь я, – хриплый голос посылает в ушную раковину электрические разряды, от которых всё мое тело начинает мелко дрожать.
И мне вовсе не холодно, а напротив… в легких становится настолько жарко, что еще немного и я смогу извлечь из себя огонь, опалив Шарика. Твердая ладонь надавливает на талию, сжимая и присваивая. Его лицо неумолимо приближается, и я чувствую горячее прерывистое дыхание на губах. Знаю, что через мгновение мужчина меня поцелует и слабовольно прикрываю глаза, отдаваясь во власть ощущений.
– Яра, – распахиваю глаза и выдыхаю свое дыхание в чужие, но такие родные губы.
Глава 32
Насколько у меня сорвало крышу, что, наплевав на всё, я самозабвенно отдаюсь этому поцелую?
Уж не знаю в какой драконьей школе поцелуев обучался Шарик, но это просто феерия какая-то! Пальчики на ногах поджимаются и зарываются во внезапно ставший теплым песок. Ладонями же я прижимаю голову мужчины к себе, не скрывая реакций своего тела: шумные выдохи и полу-стоны.
Твердая и уверенная ладонь спускается с талии, оглаживает бедро, и подогнув мою ногу в колене проводит по внутренней стороне. Где-то скользит вялая мысль, что еще немного и ладонь князя окажется под моей юбкой, но она не успевает толком оформиться, как это случается наяву.
Разряд тока проходится по чувствительной коже, омываемой прибывающем морем.
– Не так быстро, – бормочу я, когда чьи-то, не в меру ловкие и наглые пальцы, подбираются к самому сокровенному.
– Красивая ты, Яра. Сложно держаться… – зеленые глаза завораживают своей змеиной красотой. Хочется сдаться, но где-то в головушке стоят мои тараканы с флагами «стоп» и транспарантами.
– Сложно, но можно.
Мои попытки выскользнуть из-под крепкого тела его Светлость внаглую игнорирует и продолжает свои сладкие пытки. Разомлевшее тело начинает сдаваться и требует свернуть несанкционированный митинг.
– Интим, только после свадьбы! – пищу я, надсадно.
– После какой свадьбы?
– Ну, здравствуйте, я ваша невеста… в идеале после нашей. А если нет, то и секаса, князюшка, нет! Специально меня сюда заманил, да?
Такого плевка в свою авторитетную чешую хвостатый явно не ожидал, а потому, прошипев «Дракл!», он скатывается с меня и рывком усаживает на песок.
Эх, платье жалко.
– Ты что несешь, Ярина? Я ни одного слова не понял.
– Хочешь сказать, что не слышал задушевную речь своего распорядителя? Да я уверена, что ты его ко мне и подослал! – из меня рвется поток уязвленного сознания. Придется потерпеть: – Раз хотите отдавать за какого-то там другого хвостатого, то и свои части тела держите от меня подальше.
– Охмунгеть просто… откуда в твоей голове это берется? – Шарик прикрывает глаза и заходится веселым хохотом, зля меня еще больше. – Я только хотел, чтобы ты немного расслабилась и позволила нам обоим небольшие шалости. И то, это случилось только сейчас… я не планирую насильничать над тобой, хомячок. Сама придешь, – самоуверенное хвостатое хамло!
– Я тебе не шл… шлюпка морская, ясно? – с князьями, наверное, так нельзя, но он первым начал.
– Умеете вы женщины испортить настроение и себе и окружающим.
И вздыхает так картинно. Обидели дракошу…
– Так что насчет сосватать меня к кому-то другому? – надоела эта неопределенность, хочу хоть какой-то ясности и стабильности…
Шарик берет продолжительную паузу, во время которой мой зеленые волосы немного седеют, а в белье насыпается столько песка, что хватит устлать половину Турецких пляжей.
– Не знаю я что с тобой делать, – раздается его задумчивый голос. Поди пойми, что это означает…
– Воодушевляющий ответ, спасибо. Полетели, что ли, обратно?
Видит бог каких трудов мне стоило сохранить ровный, ничего не показывающий, тон, но даже Амазон удивленно вскидывает брови, и, взяв мои ладони в свои, выпаливает:
– А я тебе нравлюсь? Или может быть Язерин? Сама-то ты что думаешь, Зелененькая моя?
Глава 33
– Может быть тебе эту скалу оторвать? – недовольно осведомляется Шарик, пытаясь развалить мою идеально-выстроенную систему подсчетов. – Что ты вообще делаешь?
– Считаю…
– Ярина, если ты решила пересчитать все камни, находящиеся в порту, то мы состаримся здесь, а народ Раткланда тебя проклянет за то, что сгубила Амазонитового дракона.
Сгубишь тебя, как же! Вот вернусь к себе и поведаю миру, что самые живучие это ни фига не тараканы, а Светлоликие хвостатые ящерицы! Кстати, очень любопытно узнать, как поживает та ящерка, что подложили ко мне в коробку свиньи однокурсницы. Может она оказалась ядовитой и таки цапнула Таньку за нос, а скунса Никиту за его креветку, спрятанную в трусах?
– Не состаритесь, не боитесь. Плюсы я считаю. Еще немного и полетим, – отмахиваюсь от Шарика.
– Какие еще плюсы? – прищуривается высокопоставленный и начинает пересчитывать количество камушков, выстроенных в два ряда. – Это что такое, вообще?
– А как еще я должна выбрать-то? Тут ваши плюсы и положительные стороны вашего брата.
– Что? – какой твердолобый, а так походил на математика…
– Плюсы, говорю, счи…
– Я понял, Ярина! Как ты в принципе можешь нас сравнивать, да еще и по качествам?! Так, и где тут моя колонка? Почему они одинаковые? – возмущается княжеская моська, выяснив, что силенки-то их равны.
У него настолько возмущенно-обиженное лицо, что хочется обнять мужчину и погладить по голове, как ребенка обиженного. Только вот сдается мне, что великий и, местами не ужасный, князь Шардвик Амазон моего порыва не оценит – уж точно спустит всех собак с другими хвостатыми.
– Ты же сам спросил кто мне из вас двоих больше по душе? Вот выбираю…
– Как?! Камнями? – рявкает драконище.
– Так я не местная, у нас на земле, знаешь ли, весьма практичный подход к браку. Меркантильный, – шиплю я, когда мои камушки разлетаются по песку во все стороны. Ну гад же… злобный. – Вот сейчас еще за цвет волос и «прочие блага» высчитаю и посмотрим, кто после этого выиграет отбор!
Шарик замирает, сузив свои ящеристые зрачки и, кажется, пытается провести безаппаратную лоботомию моей светлой головушки.
– Вообще-то это мы! Я! Должен выбирать! Что за дракл ты тут устроила вообще?
Шипящая огненная печка вжимается в меня и с силой сдавливает плечи. Это он меня сейчас так по самую макушку в песок зароет.
– А ну-ка быстро целуй меня! Добровольно.
– Добровольно-принудительно вы хотели сказать? Я вообще-то зоолог и ратую за свободу диким животным.
– А причем здесь дикие животные? – не понимающе тянет его Светлость, и, опешив, разжимает свою стальную хватку.
– Так меня же ваш Морриган обозвал лягушкой и обещал сосватать за своих. По блату… вот этого принца я и поцелую, ну, как в сказке, знаете. Царевна-лягушка и всё такое. При случае обязательно расскажу.
После произнесенной мною чуши, на лоб закономерно опускается раскаленная лапа и замеряет температуру. Оставшись крайне недовольным, Шарик рывком тянет меня к себе, практически опрокидывая на вздымающуюся грудь. Нагло опускает ладони на попу, и, проворчав что-то на своем драконо-тарабарском, высушивает юбку, панталоны (ну, запачкались мои кружевные) и чулки. И таки да, это не галлюцинация – хвостатый в край, как тут говорят, хмунгеет, и шлепает по моей прекрасной пятой точке.
– Крепче держись за шею. С ума ты сошла, Ярина. К лекарю полетим, – как ни в чем не бывало произносит он и оборачивается в дракона.
Эй! А поговорить?
«Да что о чем-разговаривать-то? Еще немного и ты квакать начнешь, – в голову врывается его язвительный голос. – На мух еще не тянет?».
Вот ведь редиска хвостатая…
– Не тянет, а вот драконьей шейкой я бы перекусила! Держу пари, что по вкусу, как свинина, только не такая жирная, – громко кричу, попискивая от нахлынувших эмоций.
Это так круто парить по воздуху, будучи частью огромной зеленой махины с переливчатой твердой чешуей. Красотища какая!
«Я сейчас тебя в море скину и скажу, что так и было», – теперь уже его обиженное бормотание, отстраненно ворчит в голове.
Эх, надо же, мускулистый качок, целый дракон в кожаной косухе, а так и не скажешь: дует щеки, как хомяк. Ну, чего я ему там откушу-то? Тут вон какая чешуя бронированная, даже когтем не соскрёбывается. Или сошкрёбывается?
Упс… это… эм, на удачу мне.
И почему я считала себя невезучей? В Драконляндию прибыла с корой дуба в сумке, а вот настоящая драконья чешуя покруче будет. Оберег от самого Амазонитового.
Глава 34
«Знаешь, что самое главное в любви? Не вот эти вот бабочки в животе и сюси-пуси, а поступки, Яра! Принесет ли тебе мужичок лекарств и фруктов, если заболела, домчит ли на своем драндулете по морозу, чтобы не нос не застудила. Вот за такого замуж и выходи!», – половину юности наставляла меня бабуля, а дед ворчал, что настоящий мужик должен уметь починить кран, прибить гвоздь без пальца и относить свои грязные носки в туалет.
Интересно, конечно. А мне теперь сиди и думай – покатушки верхом на себе можно считать суперкрутым поступком? Обозвать Шарика «летающим драндулетом» у меня язык не поворачивается, Светлочешуйчатость же, как ни крути.
– Нет у вас там ничего. Драконья ипостась не передает садинки в человеческий облик (наверное), – тихо бурчу, уклоняясь от недовольного пыхтения.
– А ты-то откуда знаешь? И мы снова на «вы»? – ухмыляется Амазон и припирает меня к порогу кровати.
Хитрый какой. Выкусите!
Делаю обманный жест рукой и с самым что ни на есть профессорским выражением лица осматриваю его шею. Тут не то что царапины, даже намека на легкое покраснение нет.
Князь напрягается и прячет страх за выпученными глазами, гнусавит: «Там порез, да? А я к тебе со всей душой!».
Захожу за крепкую спину и вдоволь позволяю себе закатить глаза. У мужиков в ДНК что ли вшито пищать как оголтелые при любой царапине, а с тридцатью шестью и девять уже писать завещание? Эх, а ты дедуля, про тумбочку учил…
– Царапин нет. Только перхоть и вросший волос на шее, могу выдернуть.
– Фиговый ты зоолог, Ярина, – шипит хвостатая моська, вперивая в меня обиженный взгляд.
А я-то что? Ну, может и не перхоть, а просто морская соль с бухты попала, но волос то есть. Раздражает…
– А если кран вдруг сломается, вы его сможете починить?
– Для этого есть слуги, – раздается сухой ответ.
– Ну а гвозди забивать умеете? Картину, например, повесить…
– И для этого тоже есть специальные люди, а еще магия. Что за допрос?
Прямо-таки допрос… простое женское любопытство. Так и запишем: к домашнему труду и созданию новых табуреток не годен. Будем искать дальше…
– Что?!
– Что? – невинно хлопаю глазками, пытаясь по-тихому свинтить из-под обстрела. Может наврать, что у него царапина на лицо поползла, и пока Шарик будет разглядывать свой важный лик драпать в кусты.
– Ты вообще-то вслух это сказала.
– Ах, это? У меня с детства лунатизм. Простите, ваша Светлость. Во сне говорю, в общем.
– Наглость это, Ярина, а не лунатизм! Сюда иди, я ведь всё равно догоню, – ну что я совсем дурочка что ли добровольно сдаваться в зеленые лапы?
На этот раз я успеваю перехитрить Шарика и шустрой лягушкой запрыгиваю на широкую кровать, чтобы с нее уже дернуть в дальний конец комнаты. Главное не дать загнать себя в угол, а так глядишь и до ужина пробегаем…
– Мой дедушка говорил, что настоящий мужик должен уметь забить гвоздь и устранить засор. Вот я и спросила, как у вас с этим обстоит. А то у нас столько заданий, а мужчины совсем никак себя не проявляют. Обидно, знаете ли, о великий и уж… великий Амазон.
– А как у тебя кран трансформировался в засор? – Шарик пытается звучать серьезно, но веселые нотки так и просачиваются с белозубой улыбкой.
– Эм… ну, у меня волосы длинные, так что чистка слива в приоритете, – даже интересно смогу я хотя бы пятнадцать минут помолчать, чтобы не огрести за свой язык по первое число?
«Стоп, а откуда он знает про кран? Я же только про гвоздь и табуретку говорила».
– Смотри-ка, ужин принесли! – слишком уж неискренне радуется хвостатый ящер и, пожелав всем приятного аппетита, молниеносно сваливает в закат.
На вопросительные взгляды девчонок, мол что это было-то, я лишь пожимаю плечами, и, расстроившись вгрызаюсь в сочную свининку. Ну вот, снова Тихон зажал лишнюю веточку розмарина. Рассказать ему что ли фирменный рецепт Матросова? А-то дракон, не умеющий жарить мясо – это же беда бедовая.
Дорогие мои, заглядывайте в мою группу вконтакте и телеграм (ссылки в разделе "обо мне")! Там много интересного, поэтому рекомендую подписаться))
Глава 35
Не люблю я суету, а панические настроения в ожидании следующего испытания, так и вовсе нагоняют тоску. Как объяснить взъевшемуся на меня Морригану, что я зоолог, а не Федор Конюхов? Над моими топографическими «талантами» постоянно потешался скунс Никита, но у нас хотя бы можно было воспользоваться навигатором или подвешенным языком, а в Драконляндии что? И спросить не у кого, а если пошлют, то либо в лес, либо в лодку…
Судя по косым взглядам драконих – эти пошлют не в лодку, а прямо так в море закинут, еще и каменюку тяжелую на шею повяжут.
– Вот старикашка обрадуется, когда мой хладный труп найдут где-то в самом начале лабиринта.
– Яра, ну ты совсем уже истеришь, – ворчит Трис, приободряюще тыкая в шарики на моем телефоне. – Во-первых, над нами летают птицы, и, в случае чего сообщат о заплутавших, во-вторых, я тоже совсем не ориентируюсь. Брайден вечно издевался, что не для того мы рождены… не важно, – отмахивается она, и следующей фразой вызывает мое гоготание: – Куда хвост направит, туда и иди, главное дорогу запоминай или засечки ставь.
– Топором ставить? Если я прибегну к помощи своего рудимента, то могу разве что сесть на копчик и просто ждать пока ваши голуби меня заберут.
– Дракл, это не голуби! – пыхтит драконица, продувая в очередной раз.
Оно и не удивительно, тут логика нужна, а не просто тыкать пальчикам по шарам. Какой цвет нужно объединить сейчас, чтобы урвать больше очков потом.
Стоп! Точно!
– Девушки, чего шумим? Все к испытанию готовы? – очевидно, что широкая улыбка Шарика призвана всех подбодрить и настроить мышиные бега в верном направлении, но мне не до любований чешуйчатым хвостом.
Согласна, что сеть тут не ловит, но на компас же это не должно влиять, да? Эх… научиться бы еще ориентироваться, а в идеале закачать себе карту лабиринта. Вот я бы тогда…
– Чем занята, зелененькая моя? – мало ему, что мою прекрасную персону пытались отравить, снова выделяет из толпы? Ужасный дракон.
– Ничем особенным, ваша Светлость. Мох у вас тут есть? – сухо осведомляюсь я, вращаясь вокруг своей оси.
– Решила уйти на болото? К своим?
– Ха-ха. Два тебе, высокопоставленный драконище. Мох – на севере растет, вот где тут север?
Стрелка компаса беснуется в попытке откалибровать мое местоположение, что уже отдается тревожным звоночком.
Да знаю я что Шарик не дурак и мох на самом деле растет на болотах, только мне-то сейчас вообще не поможет. Ровно, как и заработавший компас: я ж до пенсии по нему буду идти на северо-восток, постоянно заворачивая кругами. Гео бы, и карту!
И тут случается нечто странное: то ли у меня развивается шизофрения, то ли магия Драконляндии и рода Амазонов снова на моей няшной стороне, но браслет на руке ощутимо нагревается, а телефон, зажатый между наших, сцепленных с князем ладоней, начинает жить своей жизнью – закрывает все приложения и запускает карты.
Горы, зелень и трава оформляются в непрерывно движущуюся картинку, которой могут позавидовать вечно тормозящие у меня гугл-мэпс. И десяти секунд не проходит как на экране модулируется схема лабиринта и тормозящий синий кругляш непосредственно у входа. Кругляш – это я. Тормозящие – это мы оба.
– Полный Дракл, – кряхтит Амазон, выпуская из рук телефон, а я, пока никто не обращает внимания на наши ошалевшие моськи, быстро иду в другую сторону, чтобы понять не прикол ли это.
Тут на карте перед входом показана линия сквера, а дальше кустарники с нашими закопанными цветами.
Кстати, если выберусь из этого лабиринта живой, то схожу проведать свой кактус.
– Мда, не сильно-то тебе карта помогла, – ехидное бульканье Шарика еще больше злит. Я и без его наглого хвоста уже поняла, что это были линии начала лабиринта.
Пробормотав какой же, он гаденыш, шлепаю вон из зарослей, как жесткая ладонь перехватывает за талию и вынуждает замереть на месте.
Гул в ушах крепнет с каждым выдохом, а горячее дыхание мужчины мурашит волоски на моем загривке.
– Обидчивая иногда такая… сладу с тобой нет, – Амазон убирает мои волосы на один край, и я непроизвольно отклоняю шею в сторону, в ожидании поцелуя.
Дергаюсь, когда холод камня опускается на грудную клетку и утопает в ложбинке. Дивной красоты вещица – светло-голубого оттенка и мерцает лунным светом.
Поворачиваюсь поблагодарить.
– Это айдулит, – хрипловато шепчет Шарик и запечатлевает на моих губах быстрый поцелуй. Или это снова глюки? Но губы-то горят… – Теперь можно быть уверенным, что магия твоего браслета не истощится и карта подскажет верный путь… я не должен был тебе помогать, – он хмурится, а я очень хочу разгладить морщинку на лбу. – Впрочем я и не помог. Тут нужно ориентироваться по карте, а у тебя… кхм… проблемы с этим, несчастье мое, бесхвостое.
