Текст книги "Поцелуй меня шёпотом (СИ)"

Автор книги: Алиса Мейн

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 20 страниц)

Глава 21. Яна

Я даже не с первого раза услышала, как меня зовет Ксюша.

– Макарова! Оглохла, что ли?

Я обратила внимание на подругу только когда она принялась махать ладонью у меня перед носом. Проморгавшись, уставилась на нее, не в состоянии сразу сообразить, зачем стою напротив бутика с креативными подарками и почему рядом со мной Агапова. Ксюша изучающе рассматривала меня в ответ.

– Ничего не хочу сказать, но у тебя горят глаза и… – она свела брови, – покраснели губы?

– Что, правда? – Я поспешила их прикрыть.

Ксюша пытливо сощурилась:

– А с кем ты, говоришь, приехала?

– Я ничего тебе не говорила, – убежденно заявила я.

– Так с кем? – не сдавалась подруга. – У тебя полоска от шлема, значит, тебя кто-то привез.

Убрав ладонь от губ, я поджала их, глядя на Ксюшу. С каждой секундой моего молчания ее глаза раскрывались все шире.

– Да не-е-е-ет, – неверяще протянула она.

Я медленно кивнула.

– Да да-а-а-а-а? – У Агаповой отвисла челюсть.

Я все же не сдержала счастливой улыбки.

– Вы поцеловались с Исаевым? – наконец озвучила свою догадку Ксюша.

Дождавшись очередного кивка, Агапова с восторженным воплем кинулась меня обнимать, а затем, отпустив, принялась сыпать вопросами:

– И как? Да и вообще – КАК? Он сам тебя поцеловал? Прямо вот так взял и поцеловал? А почему?

Я вкратце рассказала ей о том, что происходило в последнее время между нами с Егором. Заболтавшись, мы устроились на одной из скамеек, стоявших на этаже между бутиками.

– Обалдеть просто, – подвела итог Ксюша. – Сам Исаев, Яна! Ты в это веришь?

Я покачала головой.

– Знаешь, я теперь и сама думаю, что это все звучит нереально.

Агапова приобняла меня.

– Плевать, как это звучит! Главное, что это правда! Он же тебе так нравится! – Казалось, Ксюша готова расплакаться от переполнявших ее чувств.

Да, Егор мне нравится. И он меня поцеловал. И сказал, что хочет со мной встречаться…

– Ксюш, – серьезно обратилась я к подруге. – Пожалуйста, ущипни меня.

Та засмеялась и принялась щипать мои руки и бока, вызвав смех и у меня тоже.

Спустя почти три часа походов по магазинам с подругой я немного пришла в себя, но как только настало время просить Егора забрать меня, я как-то вмиг растеряла всю свою и так никогда не являющуюся поводом для гордости храбрость, и залипла на контакт Исаева в соцсети, не решаясь написать ему.

Мне снова начало казаться, что все произошедшее было какой-то шуткой или и вовсе сном. Ксюша несколько раз назвала меня дурочкой и предложила написать ему от меня сама. Еще больше перепугавшись, я тут же набрала сообщение «я освободилась» и, не задумываясь, нажала на стрелочку отправки.

Две синих галочки высветились примерно полминуты спустя. Я затаила дыхание, увидев надпись «печатает…», и выдохнула, когда получила ответное: «Буду через полчаса там же, где тебя высадил».

Значит, мне не показалось и не приснилось. Значит, это все было правдой…

Ксюшу чуть раньше забрала на машине мама, чтобы заехать в университет, и примерно минут пять я не могла найти себе места, ходя от одной части входа в ТЦ в другой.

Как я теперь должна себя вести? Что должна говорить? А вдруг он снова меня поцелует? Это же Егор, он наверняка поцелует… На этот случай я купила и сразу закинула в рот мятную жевательную резинку.

А что, если за последние три часа он много думал и решил, что совершил ошибку? Он же уже не раз менял мнение и извинялся передо мной. Даже не знаю, что со мной будет, если он скажет, что передумал…

Наконец передо мной остановился черный «Кавасаки», и его водитель приподнял щиток, чтобы заставить меня покраснеть под лукавым взглядом карих глаз. Нет, похоже он не передумал.

Егор протянул мне шлем.

– Тебе нужно еще куда-то? – спросил он, когда я устроилась за ним.

– Да вроде бы нет. – Дурацкий! Дурацкий дрожащий голос!

– Как ты смотришь на то, чтобы сгонять со мной в одно место?

– Я только за! – Я обхватила Исаева за талию и он погладил, а затем на пару секунд сжал сцепленные у него на животе ладони.

– Супер! – бодро заявил он и тронулся с места.

Мы выехали за город и направились к строительному гипермаркету, в котором я даже ни разу не была. Сюда обычно ездили те, у кого есть машина, плюс цены здесь высокие, а у местных постоянных покупателей имелись какие-то специальные «клубные карты», по которым им делали большие скидки. Ни у меня, ни у моих родных такой карты не было, да и получать ее мы не стремились, предпочитая ездить в магазины в черте города.

Егор заехал на парковку и двинулся к самому ее краю. Остановившись, заглушил двигатель, слез с мотоцикла и помог мне.

Сняв шлем, я получила возможность рассмотреть расстилавшееся в низине поле, пересекающую его трассу и голубое-голубое небо над ними.

– Как красиво, – протянула я. – Тут словно бы и дышится легче.

Егор довольно улыбнулся:

– Я приезжаю сюда периодически, когда хочу о чем-то подумать или побыть один.

Не ожидая услышать подобное от постоянно стремящегося быть в центре внимания парня, я поинтересовалась:

– И часто у тебя возникает такое желание?

– Чем старше становлюсь – тем чаще.

Егор повесил наши шлемы на руль и оперся бедрами о мотоцикл, скрестив на груди руки и глядя на меня. Я любила, когда он задерживал взгляд на мне дольше обычного, но теперь все иначе, а потому мои щеки тут же обдало жаром.

– Ян, у меня один вопрос: чем таким я мог тебя заинтересовать? Ну, – он шутливо ухмыльнулся, – помимо того, что красавчик и гоняю на байке. Ты же знаешь все мои недостатки.

Я помедлила с ответом, прислонилась к Боссу так же, как и он, и посмотрела вдаль.

– Помимо недостатков я также знаю и твои достоинства.

Краем глаза я видела, что Егор повернул голову в мою сторону:

– Например?

– Ты веселый, добрый, отзывчивый, щедрый. А еще ты искренний: всегда говоришь то, что думаешь.

– Так много приятных прилагательных, и все в мой адрес? А у меня даже не день рождения, – заметил Егор. Я улыбнулась.

– И ты готов на все ради тех, кто тебе дорог.

Егор оттолкнулся от мотоцикла и встал передо мной, заслонив собой поле. Я была совершенно не против – новый вид мне нравился больше.

– Ты обаятельный, – продолжила я, глядя ему в глаза. – И да, ты очень красивый и гоняешь на байке.

Исаев мягко улыбнулся и приблизился ко мне вплотную, заставляя мое дыхание углубиться, а сердцебиение – участиться.

– А что еще ты можешь про меня сказать? – непривычно низким и бархатистым голосом спросил он.

Я чудом сохраняла способность связывать звуки в слова, а слова – в предложения.

– Ты терпеть не можешь запах сигаретного дыма. Ты любишь киви, но его обязательно нужно почистить, потому что тебя передергивает от одного вида его кожуры. Ты боишься щекотки. – Егор чуть прищурился и склонил голову набок, внимательно слушая меня. – Твой любимый певец – Jony, и ты мечтаешь, чтобы однажды он расписался у тебя на шлеме. А еще ты хмуришь брови и поджимаешь губы, когда нервничаешь или о чем-то серьезно задумываешься. И каждый раз, когда у тебя появляется вот тут морщинка, – я подняла руку и осторожно коснулась кончиком пальца его переносицы, – мне ужасно хочется подойти к тебе и поцеловать ее, чтобы она пропала, и ты ни о чем не переживал.

Опустив руку, я ласково улыбнулась ему.

– Ты так хорошо меня изучила?

– К сожалению, недостаточно.

Егор шумно вздохнул, а затем привлек меня за плечи и прижал к себе. Я приобняла его за талию в ответ и боялась пошевелиться.

– Какой же я кретин, – сказал он негромко. – Все это время совсем рядом со мной находилось настоящее золото, а я растрачивал время на всякую шелуху.

– Не называй себя так, пожалуйста, – прошептала я и уткнулась носом ему в футболку, жадно втягивая его запах и не веря в то, что спокойно могу делать это.

Мы простояли так, наверное, минуты три, прежде чем я с трудом отстранилась от Егора и спросила:

– Почему вы расстались с Алей?

Было заметно, что ему не понравился мой вопрос.

– Почему ты решила спросить об этом сейчас?

– Все были уверены, что у вас все серьезно. Ты встречался с ней дольше всех.

Исаев ответил не сразу, видимо, подбирая правильные слова, а затем поднял руку и нежно провел костяшками пальцев по моей щеке. Я прикрыла глаза.

– Она не мой человек, – наконец сказал он.

Я вновь посмотрела на него:

– А я – твой?

Егор бережно приподнял мой подбородок и тихо произнес:

– Очень хочу в это верить.

И накрыл мои губы своими.

Как и при первом нашем поцелуе, мне показалось, что я в считанные мгновения вознеслась на небо и парила. Млела. Наслаждалась.

У меня было немного опыта в поцелуях, но я уверена, что Егор целовался идеально, потому что он идеален во всем. Он чередовал осторожные покусывания моих губ с головокружительной лаской языком. Его собственные губы были горячими, мягкими и пьяняще сладкими. И хотя его пальцы впивались в мою спину в стремлении прижать к себе как можно ближе, Егор не позволял себе пошлых движений и прикосновений. Он вел себя осторожно и даже почти, не побоюсь этого слова, целомудренно.

Я потеряла счет времени и так и не поняла, сколько мы пробыли на той парковке: обнимаясь, целуясь, рассматривая и узнавая друг друга заново. Ни я, ни Егор не верили в происходящее. И мне, если честно, до чертиков хотелось сорваться с места и, вереща, прыгать вокруг Исаева и его мотоцикла. Но я все же предпочла эмоциональному порыву успокаивающе-надежные объятия любимых рук.

Любимых. Я любила Егора долгих четыре года и не верила, что когда-нибудь окажусь там, где находилась в этот момент – в его руках. Он сам – инициатор объятий. Он сам – хочет ко мне прикасаться. Он сам – прикасается. И не как обычно – по-дружески приобнимая или целуя в щеку или в лоб. Совсем не так. А я все еще не верила и пыталась не терять сознание от счастья.

По пути домой Исаев завернул к цветочной палатке и велел ждать его, а спустя несколько минут вышел оттуда с букетом белых роз.

– Его-о-ор, – умиленно протянула я, приподнимая визор и принимая от парня цветы. – А что я скажу Вадиму?

Исаев пожал плечами:

– Скажешь как есть: что у тебя появился парень.

У меня появился парень. И этот парень – Егор Исаев. Жаль, рядом нет Ксюши, которая снова ущипнула бы меня, чтобы убедить в реальности происходящего.

– Он же начнет выпытывать.

Егор подмигнул мне:

– Давай подождем, когда он окончательно поправится, и придумаем, как ему лучше об этом сказать.

– Хорошо, – я кивнула, полностью доверяясь ему. Как и всегда.

Глава 22. Егор

Наступили по-настоящему жаркие летние дни, и Макаровы-старшие, обустроившись на даче, позвали нас к себе на шашлыки и искупаться в местном пруду.

Отказаться было сложно, потому что, во-первых, это тетя Наташа с дядей Мишей, а во-вторых, потому что туда ехали Вадим с Яной.

Теперь мне было сложно представить хотя бы день без компании Мелкой, поэтому я искал любой повод, чтобы так или иначе с ней пересечься. Но сделать это было непросто хотя бы уже потому что до этого мы хоть и активно общались, но чаще всего это общение происходило в компании Вадима. И отсюда возникала новая проблема – то, что происходило между нами, пока оставалось нашим большим секретом. А потому все касания – украдкой, все переглядывания – быстро и украдкой, а поцелуи… С этим возникали самые большие трудности.

Вадим был моим лучшим другом, я знал его едва ли не лучше чем себя, но сутки напролет прокручивал в голове, как и при каких обстоятельствах лучше ему во всем сознаться. Заранее морально готовился к самым разным вариантам развития событий.

Получив приглашение от Макаровых поехать к ним за город, я решил пока отложить непростой разговор с другом и просто насладиться отдыхом.

Вместе с нами ехала и Светлова, что делало мою жизнь значительно легче и приятнее, так как это означало, что Яна едет на мотоцикле со мной, и что Вадим будет больше внимания уделять своей девушке нежели остальным.

Когда Яна вышла из подъезда в белом обтягивающем топе и коротких шортах, я окинул оценивающим взглядом ее фигуру. Подтянутая грудь, плоский живот, аккуратные округлые бедра, длинные ноги… И почему я раньше не придавал значения тому, насколько она стройная и женственная? Наверняка благодаря занятиям танцами она была еще и необыкновенно гибкой…

Заметив мой цепкий взгляд, Макарова поспешила спрятать порозовевшие щеки под шлемом, а я довольно ухмыльнулся.

– Как дела? – невозмутимо спросил я, когда она устроилась позади.

– Пока не решила.

Я покосился на Вадима, занятого проверкой колес Пули, и незаметно коснулся кончиками пальцев голой коленки Яны, наслаждаясь нежностью ее кожи.

– А так? – спросил я.

Девушка дернула ногой и шикнула:

– Перестань.

Я негромко засмеялся и убрал руку.

Вадим наконец разобрался с мотоциклом.

– Чего вы там веселитесь без меня?

– Да поинтересовался у твоей сестры, когда она уже научится нормально плавать. Или мне опять роль спасателя Малибу исполнять как в прошлый раз? А она обижается.

– Егор! – Яна несильно подтолкнула меня в плечо, и я рассмеялся еще громче.

– А мы ей нарукавники для плавания купим, как детишкам, – поддержал мою шутку Вадим.

– Ненавижу вас! – оповестила за моей спиной Яна.

– Врешь, – с улыбкой заметил я, заводя двигатель. – Ты нас обожаешь.

Мелкая вместо ответа прижалась ко мне и обхватила за талию.

По пути мы заехали за Юлей и уже вчетвером отправились на дачу Макаровых.

Дорога заняла около часа.

Дядя Миша и тетя Наташа встречали нас уже на подъезде к дому. Пока они были заняты объятиями и приветствиями с сыном и его девушкой, я помог Яне слезть с мотоцикла и чуть дольше задержал ладонь на ее талии, а вернее – на оголенном участке спины между топом и шортами. Яна бросила на меня взволнованный взгляд и ее щеки снова запунцовели, – до чего же это было великолепное зрелище…

– Яночка! – Тетя Наташа наобнималась с Вадимом и метнулась к дочери. Я отпустил Яну, напоследок проведя пальцами по ее коже.

Дядя Миша подошел ко мне и приветственно похлопал по плечу, а затем его жена расцеловала меня в обе щеки.

После этого мы дружной компанией отправились в дом.

Дача Макаровых была небольшой, но уютной и комфортной для проживания. На первом этаже при входе находилась крытая веранда, которая в хорошую погоду заменяла обеденную зону. Также тут были кухня, гостиная, уборная и одна комната размером со стоявшую там двуспальную кровать. На втором этаже – еще одна комната, чуть побольше. И хоть там и расположилась еще одна двухспальная кровать, рядом хватало места и под широкий матрас, поэтому можно было смело оставаться на ночь вчетвером.

К домику прилагался и участок на пятнадцать соток, куда мы с ребятами тоже время от времени приезжали помогать копать картошку и собирать фрукты и ягоды.

Отдых прошел в лучших «макаровских» традициях: мы с Вадимом отправились с дядей Мишей жарить мясо и рыбу, а девочки остались помогать на кухне тете Наташе с нарезками и салатами.

Приготовив еды, мы устроились на веранде и отлично провели время за общими разговорами и смехом.

Яна изо всех сил старалась вести себя как обычно, но я неизменно замечал, как краснели ее щеки и уши каждый раз когда она ловила мои взгляды. А ловила она их, стоит отметить, довольно часто.

После обеда мы попили чай и, немного переварив все, отправились вчетвером на пруд, находившийся при въезде в поселок.

Приехав, мы с Вадимом не стали ждать девчонок, быстро стянули шорты и футболки и наперегонки побежали к воде.

Обогнав Макарова, я забежал в воду, с шумом разбрызгивая во все стороны капли, и чуть отдалившись от берега, нырнул.

Пруд был совсем небольшим и не очень глубоким: с моим ростом на самой его середине я мог достать до дна пятками, а ладонь моей поднятой над головой руки возвышалась бы над поверхностью. Эти весна и первый месяц лета вышли достаточно жаркими, поэтому вода прогрелась так, что разница температур при погружении почти не ощущалась.

Я проплыл несколько метров под водой, наслаждаясь чувством невесомости. Вынырнув, убрал волосы со лба и оглянулся на Вадима, который, судя по его мокрой голове, уже тоже успел нырнуть, и теперь махал девчонкам, которые не торопились заходить вслед за нами.

Неспешно гребя руками, я подплыл к берегу, не отрывая глаз от Яны. Мелкая уже разделась до купальника, и я в очередной раз почувствовал себя сумасшедшим оттого, что не обратил на нее внимание раньше. Она выглядела до чертиков соблазнительно со своей светлой кожей и длинными темными волосами, которые сейчас собирала в пучок, с улыбкой глядя на переругивающихся Вадима с Юлей.

– Я не могу как вы, словно дикари, мне нужно заходить постепенно! – заявила Светлова, стоя у самого края уперев руки в бока.

– Юлек, да вода как парное молоко, хорош тебе! – уговаривал ее Вадим, с расслабленным видом плескаясь неподалеку.

Я подплыл к ним, все еще поглядывая в сторону Яны, которая в этот момент приблизилась к воде и сделала первый осторожный шаг. После чего обернулась к Юле:

– Вода правда теплая!

Светлова недовольно фыркнула, но все же последовала за ней.

Перевернувшись на спину, я неотрывно наблюдал за тем, как изящная фигурка Яны с каждой секундой все больше погружается в воду. Как девушка зажмурилась от капель воды, которыми брызнул ей в лицо подплывший брат. И как она в ответ зачерпнула горсть и плеснула в него, весело смеясь. Такая чистая, светлая и невинная.

Если бы мы были с ней только вдвоем, я не раздумывая взял бы ее на руки и занес на глубину. Она обхватила бы ногами мою талию, прижимаясь ко мне всем телом, а я бы касался губами ее шелковистой кожи. Скулы, шея, плечи, грудь… Черт!

Я резко погрузил тело под воду, почувствовав нарастающее напряжение в паху. Этого еще сейчас не хватало…

– Ты там живой? – оглянулся Вадим, услышав громкий всплеск.

– Спасать не надо? – подала голос Яна, с издевательской усмешкой взглянув на меня.

Злопамятная какая. Невовремя ты решила меня подначивать…

Я хищно улыбнулся и стремительно погреб в ее сторону. Мелкая попыталась убежать, но я оказался быстрее, а потому обхватил ее за талию и потащил от берега, не обращая внимания на ее попытки вырваться.

– Егор! – верещала Яна, пока я целенаправленно плыл с ней на глубину. – Я же плавать не умею!

Я оглянулся на Вадима, наконец дождавшегося Юлю и теперь самозабвенно впившегося ей в губы, и остановился. На той глубине, на которой мы оказались, вода доставала Яне по плечи, но Мелкая все равно выглядела встревоженной. Я подбадривающе ей подмигнул, после чего повернулся спиной:

– Цепляйся.

– Зачем?

– Побуду твоей большой черепахой.

Яна позади нервно хихикнула:

– Ты серьезно?

– Да цепляйся. – Я обернулся к ней и улыбнулся: – Тебе понравится.

Макарова, поколебавшись, все же послушалась и забралась мне на спину, обхватив ногами талию, а руками – шею. Не удержавшись, я провел ладонями по ее бедрам под водой и стиснул зубы, услышав над ухом судорожный вздох. После чего поплыл в сторону противоположного берега.

– Что ты задумал? – спросила Яна, когда мы были уже достаточно далеко от Вадима и Юли.

– Я же сказал: тебе понравится.

С другой стороны находился своеобразный пирс, собранный местными жителями из пластиковых бочек и досок. Сейчас на нем возилась какая-то ребятня с собакой, которых мы мало интересовали.

– Ты должна мне немного подыграть.

– Каким образом?

Я заплыл за пирс, скрываясь от глаз Макарова и Светловой, хотя с такого расстояния они и так нас не могли видеть. Здесь было совсем мелко, и Яна слезла с меня, а я повернулся к ней и обхватил лицо руками.

– Е… – только и успела пискнуть девушка прежде чем я ее поцеловал. Порывисто, жадно, чувствуя, как по всему телу растекается жар. Яна слабо ахнула, когда я опустил руку и привлек ее за талию, тесно прижимая к себе.

Все еще тлевшее во мне возбуждение разгорелось с новой силой, и Яна наверняка это почувствовала, так как смущенно замурлыкала мне в губы, а я лишь прижал ее еще крепче, положив вторую ладонь на затылок и не давая возможности отстраниться. Впрочем, она не особенно-то и сопротивлялась – закинула руки мне на шею и запустила пальцы в волосы, принявшись ласково их перебирать.

– Эй, а вы чего это тут делаете? – раздалось над нами.

Мы с Яной оторвались друг от друга и задрали головы. На пирсе стоял мальчишка лет десяти и с интересом нас разглядывал.

– А тебя не учили, что подглядывать нехорошо? – Я усмехнулся.

Паренек хитро улыбнулся и, довольно захихикав, побежал обратно к друзьям.

Я посмотрел на покрасневшую как рак Яну. Чмокнув ее в нос, сказал:

– А теперь самое время мне подыграть.

– В каком плане?

– Ну, не просто так же мы с тобой плыли сюда через весь пруд.

Я взял ее за руку и потянул за собой на берег, а затем – на пирс.

– Что ты собираешься делать? – настороженно поинтересовалась Мелкая.

Повернувшись к ней спиной, я снова призвал ее забраться на меня.

– Не забудь задержать дыхание! – приказал я и, обхватив Яну под коленями, побежал к краю пирса.

Макарова, только сейчас осознав, что я собираюсь делать, вцепилась в меня изо всех сил.

– Джеронимо-о-о-о! – крикнул я, с разбега бултыхаясь с ней в воду.