Текст книги "Отбор огненного дракона. Путь в столицу (СИ)"

Автор книги: Алиса Ганова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 11 страниц)

Глава 9

Я соскучилась по дому, но сейчас мне нельзя возвращаться, не достигнув цели, иначе быть беде…

Постепенно сердце перестало стучать набатом в висках, я немного успокоилась, ведь на моё счастье Шатильен не вернул нас с братом в лапы Дамью. Да, место, в котором мы оказались, напоминало наше скалистое побережье, но этой улочки в окрестностях Скальной Гряды, что я знала, как свои пять пальцев, не было. Как и не было аккуратных белых домов с большими террасами, маленькими резными беседками, утопавшими в густой листве кустарников и деревьев. И если в нашем краю уже ощущалось дыхание приближающейся осени, здесь продолжало царствовать лето: яркие птички беззаботно щебетали, пчелы деловито сновали от одного затейливого цветка к другому, и всё было совершенно иначе. Даже редкие горожане, неспешно проходящие по живописной улочке, одетые непривычно странно и смело, как любят южане, не обращали на нашу троицу внимания.

Будь я дома, вокруг нас собралась бы толпа и, не смущаясь моего присутствия, начала бы обсуждать: кто этот мужчина, как его общество скажется на моей репутации? Здешним же жителям до нас не было никакого дела.

Шатильен говорил, что мы направимся в Игсард. С большим интересом я рассматривала южный город, пока Веня, будто прочитав мои мысли, не поддакнул:

– Красиво! И тепло...

Тут-то я спохватилась:

– Кот! Вещи!

Готова была кинуться к Шатильену, только он прежде насмешливо фыркнул:

– Багаж там, где и должен быть – в безопасном месте. Или вы предпочитаете, как волы, всё таскать на себе?

– Не-а, – завертел беззаботно головой братишка, широко улыбаясь. А вот меня небрежная грубость задела. Почему маг такой несносный?

– Вежливость – первая добродетель, – напомнила ему слова любимой бабули, прежде чем спохватилась, что я ныне служанка и должна вести себя соответствующе. Только было поздно. Маг обернулся, оглядел меня подозрительно и, усмехнувшись краями красивых губ, ответил:

– Даже палач бывает вежливым. Но легче ли от этого его жертве?

– Возможно, – с вызовом продолжала настаивать я, стараясь не сутулиться и держаться с достоинством. Как ни пыталась вести себя проще, не получалось. И отвечала быстрее, чем на ум приходила хорошая мысль. Эх, а я-то думала, что я сдержанная, хорошо владею собой. Но с этим своенравным магом всё шло не так.

– Хотите на себе проверить? – Улыбка Шатильена стала опасной, в его темных глазах промелькнул холод.

От волнения задрожали ноги, но показать слабину я не могла. И не хотела. Наставления бабули, которые в детстве пропускала мимо ушей, каким-то неведомым образом впитались в меня, и теперь, стоя перед этим мужчиной, кожей ощущая исходящую от него опасность, я упрямо продолжала стоять на своем, как это сделал бы любой из Лармотов. Пусть мы обеднели, но честь сохранили.

– Кто вы такой, чтобы судить человека, не сделавшего ничего дурного?

Веня осторожно подергал меня за рукав, напоминая, что я вышла из образа, и что мы не в замке. Умом я осознавала, что веду себя слишком смело, даже дерзко, но ничего с собой поделать не могла. Нутром ощущала, стоит лишь раз дрогнуть, отступить, пойти на попятную, случится нечто, чего я не прощу себе никогда.

– Вы забываетесь, – тон, с которым произнес слова Шатильен, грозный маг, заставили Веню спрятаться у меня за спиной. Но меня несло, я продолжала стоять на своем.

– Я отношусь к вам с уважением и благодарна за доброту, что вы проявили к нам. Но это не значит… – заставила себя взглянуть в черные, грозовые глаза мага, – что это дает вам право относиться несправедливо к тем, кто служит вам добросовестно, со всем старанием.

Шатильен молчал. Его сведённые брови были красноречивее слов. А тишина, что повисла между нами, пугала.

Зная мой упрямый характер, братишка попытался призвать меня к смирению, тихонько хрюкнув из-за спины:

– Хрю! Хрю!

Бровь мага взметнулась к середине лба, где затаилась морщинка. Ой, кажется, он это воспринял на свой счет. Только не это!

Венечка тоже сообразил, что брякнул лишнего. Порой он тугодум, но что касается опасности, чует чуйкой, какая вырабатывается у слуг. И хотя я никогда не обижала брата, от Дариды он усвоил многие тонкости.

– Простите, – братишка выглянул из-за моей спины. – Это я Нике. Хотел напомнить, что если она будет вредничать, ничем хорошим это не закончится, и вы превратите её в свинюшку.

– Веня! – Я притопнула ногой. Однако мага ответ братишки развеселил.

– На что мне два поросенка? – усмехнулся он, зажимая роскошную трость подмышкой. Он даже руки начал потирать, будто готовясь к магии.

– Значит, не превратите? – засияли глазенки Вени.

– Я подумываю о двух ослах.

Ехидства в словах Шатильена братишка не заметил, втянул голову в плечи, а вот я уловила.

– Разве вы не предпочитаете благородных жеребцов? – Вернула магу насмешливую полуулыбку.

– Из Вени определенно не выйдет. – Он прищурился, будто прицениваясь к возможностям брата. – А из вас… Если только норовистая лошадка, опять-таки похожая на ослицу.

– Какой хозяин, под стать ему и слуги, – выпалила я. Приготовилась к гневу, к чему угодно, но только не к смеху.

Шатильен захохотал, громко, заразительно, от души. И его недовольство растаяло, словно туман.

– Я не ошибся. Вы именно то, что мне нужно. Поэтому потрудитесь выполнить задание, если желаете получить хранителя.

– Вы отдадите его сразу, как только мы выполним поручение? – уточнила я деловито, изо всех сил стараясь уберечь себя и брата от коварства Шатильена. С хитрыми магами всегда стоит быть начеку.

– Поручение растянется во времени. Но когда я достигну цели, да. Получите хранителя, вознаграждение и вольны будете идти на все четыре стороны.

– Клянетесь? – Я была настроена получить магические гарантии. И, о чудо, маг кивнул.

– Да! Если клянетесь стараться так, как будто стараетесь для себя.

– Если это не нарушает законов королевства, клянусь, – приложила я руку к сердцу.

– Принято, – Шатильен кивнул. Скорее, чтобы смахнуть с лица упавшую темную прядь, чем для магического эффекта. Но я ощутила на запястье легкое жжение. Именно там, где еще недавно он касался меня.

Приблизила руку и увидела знак магического обета.

Вот же коварный!

– Что ж, за дело…

***

– Тебе не кажется, что дело обернется хлопотами? – Веня шёл рядом и ворчал.

– Кажется, – отозвалась я. – Но ничего не поделать.

– А, может, ну его… – Не успел договорить и осекся, поймав мой строгий, возмущенный взгляд.

– Я умру, но хранителя не брошу! – отчеканила я по слогам, чтобы он зарубил на носу и больше не говорил глупостей.

– А я и не говорил про него. Я про страх, ну его! Всё будет хорошо! Уверен. – Братишка ускорил шаг.

Что Веня хитрил, подтверждал румянец во всё лицо и красные уши. Он предлагал именно бросить хранителя.

Увы, брату не понять, что отказаться от него – это как ополовинить себя, лишиться самого близкого друга, отказаться от чести, предать верного защитника, оберегавшего замок веками…

Рассуждая, на что я готова ради хранителя, я шагала по незнакомому городу.

Путь предстояло держать до шпиля городского храма, потом нам следовало спуститься к набережной, где располагались самые богатые дома, и разыскать виллу с морскими нимфами на столбах, и всеми правдами-неправдами устроиться туда в услужение.

– Думаете, нас пустят на порог? – усомнилась я, услышав, что Шатильен желает, чтобы мы просочились в богатый дом.

– Вы выглядите настолько убогими, что внушаете доверие, – припечатал он нас.

Вспоминая его слова, я злилась. И злилась тем сильнее, чем ближе мы приближались к особняку, который был приметен издалека.

Огромный каменный дом с богатой, даже чрезмерной лепниной. Её было слишком много. Даже парадные ворота были настолько вычурными, что бросались в глаза, не говоря уже о каскадах журчащих фонтанов.

– Вот же живут люди! – восхитился Веня. Подошел ближе, но едва протянул руку к воротам, как из ниоткуда выскочил страшный дядька в синей ливрее и рявкнул:

– Прочь, оборванцы!

Слуга выглядел свирепым, недобрым человеком, но я так хотела вернуть стража, что готова была рискнуть – броситься к мужчине, чтобы только уговорить взять нас на службу. Но Веня схватил меня за юбку.

– Стой! Для слуг другой вход!

Мы побрели вдоль ограды.

Усадьба оказалась большая, хотя я была уверена, что земля на побережье стоила ой как дорого. И пусть размером с замком не сравнится, но все же.

Когда мы подошли к черному входу, неприметная калиточка была приоткрыта, и на заднем дворе мы увидели слуг, сидевших под навесом и ощипывавших птицу. Её много, может быть, и нам найдется работа?

– Молчи, – шикнул на меня Веня и решительно двинулся вперед.

Но едва переступил калитку, другой мордатый охранник накинулся на него.

– Пошел вон!

– Светлая в помощь! – не сдавался Веня, за что получил удар огромным кулаком по спине. Его так безжалостно выталкивали, что у меня ёкнуло от жалости сердце, жар взметнулся в груди.

– Не смейте! – бросилась на помощь брату и… получила пинок, после которого вылетела на улицу, пропахав коленями щебёнку. Веня упал следом. И тут же на нас выплеснули зловонные объедки.

– Ещё сунетесь, спущу собак.

Что негодяй это сделает с удовольствием – без сомнений. Его глаза-щелочки смотрели со злостью, свойственной жестоким натурам. И это сюда нас хотел отправить Шатильен? Такой же безжалостный негодяй, как и этот!

Колени пекло из-за ссадин. Венечка едва сдерживал слезы обиды. Обычно я плакала, но в этот раз была настолько зла бесчеловечностью, злобностью подлого негодяя, что не пролила ни слезинки. Напротив, едва за нами захлопнулась калитка, и с той стороны двора раздалась брань, я сложила руки, собирая магию до предела.

Перед нами захлопнули калитку, и теперь я стояла перед глухой стеной. Что в таком положении могла сделать, обладая скромной магической искрой? Почти ничего. Но сейчас я должна была ответить хоть как-то, иначе распирающие чувства, не найдя выхода, разорвут меня.

От желания воздать по поступкам обжигало грудь, крупицы магии собирались, напрягая тело до звона в ушах.

Я перестала слышать. В голове не осталось мыслей об опасности. Перед глазами стояли лишь слёзы братишки...

Магия собиралась по капельке, по крупинке. Пусть я опустошу ее запас, пусть потом буду долго приходить в себя, страдать, сейчас важно сделать так, чтобы злодеям было впредь неповадно измываться над людьми, ищущими работу!

Я до последнего оттягивала выход магии. От боли, от распирания в груди жгло, но я сомкнула зубы и продолжала терпеть…

Сквозь шум в ушах будто издалека, до меня доносился смех челяди, и уверенность, что те люди смеются над нами, придала ещё сил. Гнев увеличил мою концентрацию так, что собирая максимум магии, я дошла до небывалого прежде предела, что поняла, лишь когда она сорвалась ладоней.

Сначала ничего не происходило, а потом калитку неожиданно сорвало и с грохотом пронесло по дорожке во двор, к ногам злобного типа.

Насколько он впечатлился моей местью, я не увидела, так как порыв ветра поднял пыль и землю и превратил в непроглядную стену, за которой пронесся звон битого стекла, хлопанье дверей во всем особняке, людские крики.

– А-а! Тьфу – тьфу!

– Мои глаза!

Зато когда завеса начала оседать, я увидела результаты своих стараний и поняла: сейчас умру, но умру, очень гордая собой, потому что меня непременно прибьют за все то, что я сотворила!

Чистый дворик стал неухоженным. Плиты покрылись толстым слоем пыли, песка, земли. Зеленые, идеально постриженные кустики, виноградные лозы стали девственно голыми, лишившись листьев, в то время как цветочные клумбы вовсе бесследно исчезли. Посреди хаоса исполином стоял злобный дядька. Бранясь, он отплевывался и одновременно тёр глаза…

«Неужели это всё я?!» – удивленно рассматривала я изменения, случившиеся на роскошной вилле.

– Альез! – донесся грозный бас из дома. – Что случилось? В чём дело?

– Не… тьфу… знаю! – отозвался злобный тип, и я замерла от осознания: он еще не видел, что произошло, а когда увидит… Ой-ей-ей!

Надо бы удирать, только ноги подкосились от слабости. Я отдала все силы и даже больше, и теперь начался откат.

– Бежим! Бежим! – Веня схватил меня за руку и потянул. – Иначе нам поотрывают ноги, как ты пообрывала листья!

Я смогла сделать лишь несколько шагов, после чего запнулась от слабости.

– Ника! – сдерживая слезы бессилия, прошипел Венька. – Держись!

Взвалил меня себе на спину, как мешок с репой, и поволок, кряхтя от натуги.

Сил ему хватило до поворота. После братишка ослаб, и мы упали в кусты. И как раз вовремя, иначе бы на нас наткнулись бегущие к особняку люди.

Глава 10

Эрдель – трусливая крыса, закрылся в норе и нос не высовывает. Он скрытен, мнителен, никому не доверяет, поэтому подобраться к нему сложно также, как попасть в королевскую сокровищницу. Но если в сокровищнице хранятся изумительной красоты драгоценности, золото, то в окружении Эрделя сосредоточились человеческая низменность, страх и алчность, толкающие людей на подлости и предательство.

Положа руку на сердце, я был уверен: парочка не сможет попасть в дом, но должен был попытаться.

Отправляя их на дело, я не давал наставлений, чтобы не пугать, не лишить естественного поведения. Разве что намекнул: не следует молоть лишнего и упоминать меня. И мальчишка, и девчонка сходу усвоили намёк, что давало надежду: они не сглупят и постараются попасть в особняк. Да и как иначе, если они на крючке, в противном случае уже давно сбежали бы, прохвосты.

Никогда не был сентиментальным, но, когда они оправились на задание, я стоял и смотрел им вслед, гадая: почему интуиция твердит о грядущих неприятностях назойливой мухой? Что эти недотепы могут сделать? С кражей колбасы и то не справились.

Когда тоненькая фигурка и долговязая исчезли за поворотом, я взглянул на часы.

Пока дойдут, сообразят да поговорят... я успею подготовиться.

Первым делом наведался в гостиницу и переоделся. Теперь, в тряпье, я выглядел чуть лучше, чем парочка недотеп. Зато на улице никто не обратит внимания на праздно шатающегося бездельника.

Затем, входя в образ, в подвернувшейся таверне выпил хмельного взвара, после чего вернулся на обговоренное место и стал шататься по округе, осматриваясь и прислушиваясь к сплетням прохожих.

Внезапно, ощутил легкое покалывание в пальцах… Всплеск магии?

Для бытовой магии он слишком сильный. Для чего-то серьёзного и опасного – слабый…

Я насторожился, но все резко стихло. Однако подсознание царапнула мысль: выброс случился неспроста.

Даже спина зачесалась от беспокойства. Нехотя я отлип от теплой каменной стены, нагретой полуденным солнцем, которую подпирал, и направился в сторону виллы.

Сразу же в глаза бросилась суета. Улица гудела, как улей.

– Что там? – Поймав мальчишку, пробегавшего мимо, сунул ему медяк.

Тот спрятал добычу в ладони и затараторил:

– Покушение на господина Эрделя! В его доме так громыхнуло! Огонь и пламя омыли стены, следом лед и вода, а потом… – набрал воздуха, – выскочил убийца…

Чтобы не завирался, отвесил ему подзатыльник.

Мальчишка показал язык и побежал дальше, а я насторожился. Неспроста все это.

Чтобы оценить масштаб покушения, после которого втереться в доверие к Эрделю станет ещё сложнее, решил пройтись рядом с виллой.

Засунув руки в карманы дырявых штанов, насвистывая незатейливую мелодию, я шёл по улице. Чем ближе подходил, тем громче интуиция кричала: парочка недотеп влипла…

«Они-то тут при чем?» – отмахнулся я и, просачиваясь сквозь толпу зевак, стал разглядывать внутренний двор через снесенную калитку, и часть особняка, лишившего стекол и дверей.

Вилла определенно пострадала, но это не покушение. Скорее, чье-то баловство, намек на некие обстоятельства, которые Эрделю очень не понравятся.

К счастью, парочки нигде не было видно. Я успокоился и решил, пользуясь случаем, обойти виллу вокруг.

Следуя вдоль забора, перешедшего в глухую стену, заметил некое подозрительное шевеление кустов и шёпот… Отчаянный, на грани слёз.

Я огляделся и, убедившись, что зеваки толпятся у калитки, подкрался к зарослям, тихо раздвинул ветки руками и сразу уловил вонь. Следом мне в глаз едва не угодила палка.

– Не подходи! – Дрожащий от страха голос мальчишки я узнал сразу. Уже ставшим привычным движением я поймал палку, дернул на себя, и мальчишка высунулся из кустов по пояс. Тогда-то вонь стала нестерпимой.

– Вы?! – выдохнул он, увидев меня в поношенной рубахе, дешевом жилете и франтоватом шелковом платке, повязанном на голую шею.

– Я. А вот вы… – я прикрыл нос рукавом, – вляпались.

– Нике плохо! Она умирает! – захныкал мальчишка. Тогда-то я понял: запах – не самое страшное. Чудные открытия меня еще только ждут.

– Какого мрака? – Хотел вытянуть его из кустов, чтобы хотя бы избавиться от удушливого смрада, а потом разбираться, но рядом раздались голоса. Пришлось тоже сигануть в кусты, где вонь стала нестерпимой.

– Это тухлятина с кухни того дома, – зареванный Веня, не скрывая обиды, накинулся на меня. – Там злые люди. И вы хотите туда? Вы тоже один из них и ничуть не лучше?

– Таким как я, лучше не перечить. Поэтому закрой рот и не хнычь, иначе выдашь себя и сестру, – прорычал я сквозь зубы, торопливо осматривая девчонку. Бледная, как смерть, она лежала на земле, раскинув грязные, дурно пахнущие, при этом удивительно изящные руки с красивыми пальчиками. Прежде я не замечал, что она… хм… её красота такая утонченная.

– За себя боитесь, – упрямо ответил мальчишка, в негодовании сжав кулаки.

– За проделки побьют вас, – я намеренно уточнил, что, несмотря на мой новый «наряд», я – не они, и следует соблюдать иерархию.

– А вас, значит, не догонят? Убежите, сверкая пятками?

– В отличие от некоторых, я всегда продумываю путь отступления и не действую наобум.

– Наверное, опыт бегства сказывается… – тихо, едва шевеля бледными, обветренными губами, отозвалась полумертвая девчонка. Веки приоткрыть не смогла – настолько ей плохо. Но, судя по тому, что огрызается, жить будет. Да и с чего ей помирать, если у неё… Что?!

Не может быть! Откат? Откуда?

Я не мог поверить, но это определенно он! Вот ногти посиневшие… Дрожь… И капельки испарины на висках!

Всё сошлось. Я схватился за голову.

– Вы! – от негодования меня затрясло. Вот мрак! Пусть будет проклят день, когда я связался с этой парочкой недотеп! Теперь к Эрделю не подобраться. – Вы устроили переполох! Подняли шумиху! Испортили дело! Да вы хоть представляете, что натворили?

– Мы ни при чем! – Мальчишка поджал губы и состроил честные глаза.

Врать не научился, а заливает. Рука дернулась, чтобы поймать его за ухо, но вспомнив, что он весь в помоях, я передумал. А он тем временем продолжал врать:

– Мы подошли спросить, не найдется ли для нас работы, ведь у них событие на носу. Гости намечаются…

– С чего такие выводы? – ухватился я за слова, как за последнюю надежду.

– Ну да. У них птицы столько, что казарму прожорливых солдат накормить можно. Вестимо, что к гостям готовятся, – объяснил мальчишка. – Но там все злыдни. Вышвырнули нас, еще мордатый помоями облил. Чтоб мраковы хаттары утащили его на дно, разодрали на лоскутки да выблевали!

– Хм… Какой перл, – я насторожился. А мальчишка-то не так прост. Как и его сестрица, на которую он ни капли не похож.

– У нас все так говорят, – отмахнулся он, явно не желая отвечать.

– Откуда вы?

– Какая вам разница? – насупился Веня.

– Оставить вас здесь одних разбираться с последствием переполоха, что устроили?

– Устраивать здесь разборки – не менее глупо, – стуча зубами прошептала девчонка. – Если решили бежать, бегите скорее, иначе не успеете. – Приоткрыла веко и взглянула на меня почти черным глазом. Из-за расширенного зрачка её светлая радужка стала почти незаметной. Я еще раз убедился, что у неё именно откат.

– Должна будешь, – вздохнул и влил в неё немного магии из накопителя.

Моментально исчезла её мертвенная бедность, глазам вернулся цвет. И мелкая дрожь исчезла.

– Что вы сделали? – Она даже смогла приподняться, облокотившись на локоть.

– Ссудил еще немного магии в долг, – хмыкнул я, довольный её растерянностью и взглядом испуганных больших глаз. – А сейчас уносим ноги.

Веня помог ей подняться, и мы, стараясь не попадаться прохожим на глаза, побрели искать место ночлега.

Чтобы от нас не шарахались извозчики, пришлось магией разогнать смрад. Только после этого мы смогли доехать до окраины города, найти скромный постоялый двор, в котором приняли парочку подозрительных недотеп, которые бродили голодными, в обносках, при этом имели магического телохранителя и толику магии.

Не иначе как у девчонки в роду имелась пронырливая бабка, охмурившая аристократа. То-то у неё черты правильные и стать имеется.

Девчонке и её брату надо бы затаиться, пересидеть суматоху, набраться сил, пока я буду втираться в доверие к Эрделю.

Я расплатился за их ночлег, еду, вручил мальчишке мелочь.

Он на радостях запрыгал. Порой, так легко купить верность. Вот только девчонку так просто не приручить. А если повысить цену?

Поймав себя на мысли, что не о том думаю, я переместился в гостиницу порталом.

***

В записке написал всего два слова: «Услуга. Дорого».

Свернув лист, ткнул пальцем на карте города в особняк Эрделя. Послание, искрясь, исчезло с ладони.

Что ж, пафосное, зато эффектное появление магического вестника должно раззадорить мнительную крысу.

Пока кое-кто мучительно решал, соглашаться ли на условия сразу и как дорого помощь обойдется, я переоделся. Выбрал строгий сюртук, темный жилет, аскетичный шейный платок и лучшую трость.

Ко встрече следует подготовиться тщательно. Не сомневаюсь, на предложение ответят согласием.

Никто не любит рисковать напрасно и, если имеется возможность озолотиться и при этом уцелеть, кто, будучи в уме, откажется?

Эрдель алчный. Он почувствовал власть и уже не в силах отказаться от нее. Но он трус, поэтому маг ему необходим как воздух. Тем более, что карманный маг – это еще один шаг к власти, влиянию.

Раздалась трель. Мне на руку опустилась пестрая бабочка. Едва коснулась ладони – превратилась в ответ с назначенным временем встречи.

Что ж, всё идет по плану.

Я перенесся порталом. И, выйдя, сразу оценил остроумность девчонки. Надо же, провернула мелкую пакость, а настолько зловредную! Невольно восхитился ею.

– Мелкие неудобства, – пробасил громила, заметив, что я заинтересованно рассматриваю слой пыли, покрывавший полки и мебель, и отчетливую взвесь, до сих пор витавшую в воздухе. Слуги старательно пытались скорее привести виллу в идеальный вид, но на это потребуется время. Или магия, на которой в этом доме экономят.

– С защитой всё отлично, – осклабился верзила, намекая, что я не сбегу. Шея у него бычья, башка крепкая, а ума ни на грош. Верит, что с напарником смогут одолеть меня. Если только в мечтах.

– Проверить? – холодно осведомился я и услышал голос, раздавшийся за спиной:

– Не стоит. Лучше сразу перейти к делу.

Эрдель смотрел не мигая. Невысокого роста, лысеющий, с крысиными глазками-бусинками. Я легко мог его сжечь, швырнуть в океан или в раскаленное жерло вулкана мгновенным переносом, но это не дало бы мне ответа, который я искал. Уверен, Эрдель сам его не знает, не понимает, в какую опасную игру ввязался, но он тонкая ниточка. Поэтому я буду терпелив, чтобы в конце концов добраться до истока.

– Ваши условия?

– Доля от каждой экспедиции.

– Морда не треснет? – осклабился верзила, которому отвели роль громоотвода. Но дурак даже не понял. Рад, что ему позволили задирать мага.

Вместо того чтобы препираться, я наложил онемение на некоторые из его частей тела, которым он пользовался себе же во вред.

Когда верзила понял, что не может издать ни звука, надо было видеть его очумелые глаза.

– Еще слово, онемеют и другие части, – я чуть опустил взгляд.

Верзила завертел башкой, показывая, что правила гостеприимства усвоил.

– Прибыль всегда можно поделить по-братски. Было бы чего делить.

– Мне без разницы, чем вы занимаетесь. Мне важен результат.

– О цене всегда можно договориться. Думаю, вы согласны, что подробнее обсуждать этот вопрос следует после результата.

– Когда? – перешел я сразу к сути дела.

– Сегодня, – Эрдель старался скрыть заинтересованность, но его выдавал взгляд.

– Хоть сейчас, – пожал я плечом.

– Тогда не будем откладывать, – он кивнул верзилам.

Один из них достал из кармана артефакт переноса, выполненный в виде часов. Приоткрыл крышку, размыкая пространство, и я увидел перед собой корабельную палубу.

Сделав шаг, переступил через портал и на прощание предупредил:

– На обман отвечу – мёртвым завидовать будете!

Тендер, на борт которого я переместился, имел малую осадку и небольшую грузоподъемность, зато не требовал большой команды и мог ловко маневрировать между «акульими клыками», торчавшими из морской пены острыми пиками подводных скал.

Когда бы я еще увидел Акулье Логово на окраине королевства, если бы не полез во все это?

Делая вид, что вглядываюсь в закатный горизонт, я не упускал из вида двух моряков.

– Рассмотрел? – Повернулся к коренастому, стоявшему у бушприта. Второй пыхтел у стакселя, стараясь уменьшить поток ветра с подветренной стороны грота и разрядить шкаторину. Другие члены команды прятались от ветра под натянутым тентом и пока ещё не заметили, что на судне появился чужак.

– Чего надо? Кто таков?

– От Эрделя, – ответил я небрежно. – Иначе как бы попал на борт?

На громкий голос стала собираться команда. Меня обступили, неприязненно разглядывая.

– На танцульки собрался? – хмыкнул кто-то, оценив мой вид.

– Только с них и сразу к вам.

– Ты нам не нужен. К мраку тебя! – Двинулась на меня толпа.

– Один не пойду. Всех с собой прихвачу, – улыбнулся я. Вокруг стало тихо. – Ну, кто первый? – В ладони сформировался огненный шар.

– Не дури!

Под покровом темноты тендер лег на курс. Предстояло добраться до Русалочьей Арки. Что это за место и где оно, я не знал, потому с интересом наблюдал за водной гладью, чтобы заприметить место.

Северный ветер наполнял треугольные паруса, но и нагнал туч, что скрыли желтоватую луну.

Без ориентира плыть во мраке почти наугад – то еще удовольствие. Люди нервничали. Послышалось недовольство:

– Колдун принес неудачу!

– Ко Мраку его, делов-то! Иначе ко дну пойдем, хаттаров кормить.

Встав с магического невидимого кресла, я начал разминаться на глазах притихшей команды. Не люблю позёрствовать, но ради безопасности стоило показать умения и пару зрелищных трюков.

После подошел к бушприту, сделал незамысловатый жест, и перед судном замерцала вода. Не так ярко, чтобы привлечь внимание береговой охраны, но достаточно, чтобы хорошо видеть торчащие из темной воды скальные гряды.

– Ого! – послышались восхищенные возгласы.

Напряжение, витавшее в воздухе, развеялось, и между мной и моряками-контрабандистами завязалась непринужденная беседа.

– Что ты, колдун, забыл среди нас?

– Скукота заела.

– При дворе бы веселился. Ваша же братия туда стремится.

– Там скука и заела.

– Был при дворе?! – Простым рыбакам стало интересно. Что ж, использую и этот шанс.

– Был, – я хитро улыбнулся. Уверен, слух дойдет до Эрделя и станет ещё одним крючком. А дабы расположить контрабандистов, решил посплетничать о курьезных случаях из столичной жизни. Тем временем судно неслось к цели.

Русалочьей Аркой оказалась невысокая скала с дырой. Ничего интересного, если не считать притаившийся в темноте датрийский тартан.

Обменявшись условными знаками, подаваемыми с помощью фонаря, команды опознали друг друга и, сблизившись, принялись перетаскивать товары и тюки с одного борта на другой.

Вскоре суета закончилась. Контрабандисты, довольные экспедицией, расслабились.

– Эй, колдун! Раз украл луну, доведешь до берега? – Чужая ладонь, от которой резко разило рыбой и курительной смесью, легла на мое плечо. – С нас пирушка.

– Запросто!