Текст книги "Я (не) буду твоей (СИ)"
Автор книги: Алиса Браун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 3 (всего у книги 14 страниц)
Глава 9
Я вся залилась краской и выскочила из кабинета. Очень хотелось ответить хамством на хамство. Но только позволить я себе этого больше не могла. Мне нужна эта работа. И эти деньги.
Я проглотила горький ком в горле и отправилась в международный отдел. Внутреннее ликование от того, что я наконец заняла должность о которой мечтала, перебивало понимание того, в каких бешеных долгах я оказалась.
Даже с лучшей подругой не посоветоваться – после того, как отец буквально продал её какому-то влиятельному типу, она совсем замкнулась и перестала выходить на связь. Сердце кровью обливается, а сделать ничего не могу. Ситуация просто ужасная. Я очень хотела ей помочь, да только она от моей помощи постоянно отказывается.
А мои родители не богатые, чтобы за поддержкой к ним бежать. Я сама стараюсь им помогать. Высылаю немного денег и покупаю папе лекарства. А теперь и незнаю, как быть в такой ситуации. Самой бы осталось на что жить.
Ладно. Выкручусь. Ничего страшного.
Я зашла в отдел международников. Меня встретили гул десятков голосов, непрерывный стрекот клавиатур и запах офисного кофе. Опен-спейс буквально кипел жизнью. Кто-то громко и эмоционально спорил по телефону на беглом английском, в углу две девушки обсуждали какие-то правки, активно жестикулируя перед монитором.
После стерильного кабинета Марка, где даже воздух казался наэлектризованным и тяжелым, здесь дышалось на удивление легко.
Ко мне почти сразу подошла приятная женщина лет сорока в строгом, но уютном кардигане.
– Ты Катя?
Она окинула меня очень выразительным, сочувствующим взглядом. Смотрела так, словно я была не новым сотрудником, а смертником, идущим на эшафот.
– Я Анна, старший переводчик. Марк Васильевич уже скинул распоряжение. Сказал выделить тебе стол и не отвлекать. Твое рабочее место – вон там, у окна.
– Спасибо.
Я попыталась улыбнуться, но вышло, наверное, немного жалко.
Я прошла к своему столу и тяжело опустилась в компьютерное кресло. Мой личный островок безопасности на ближайший год. Я выложила из папки ту самую кипу бумаг, которую швырнул мне Марк. Договоры на английском и китайском. Сложные, многоуровневые, с зубодробительной технической и юридической терминологией.
Отличный способ отключить мозг от паники и не думать о миллионном долге.
Я с головой ушла в работу. Пальцы летали по клавиатуре, выстраивая грамотные лингвистические конструкции. Перевод давался мне легко, это была моя стихия. Время от времени я нервно косилась на экран телефона, до дрожи боясь увидеть там сообщение от босса и ту самую команду явиться к нему за тридцать секунд. Но Марк, к счастью, молчал. Видимо, я была нужна ему только для того, чтобы поиздеваться с утра пораньше.
К шести часам вечера я перевела последнюю страницу и с наслаждением потянулась до хруста в затекшем позвоночнике. Глаза слезились от монитора, в висках пульсировала тупая боль. А ведь мой рабочий день только заканчивался... чтобы тут же начаться снова.
Я быстро собрала вещи. В семь часов у меня начиналась смена в той самой кофейне, которую я нашла утром. Официант в вечерне-ночную смену. Звучит не так престижно, как личный переводчик генерального директора, зато чаевые там отдавали наличкой каждый день после закрытия. А живые деньги на еду и лекарства для папы мне сейчас были нужны как воздух.
Дешевые лодочки снова безжалостно впились в мозоли, когда я выскочила из бизнес-центра на прохладную улицу.
Кофейня находилась всего в паре кварталов. Это было стильное, уютное местечко с приглушенным светом, кирпичными стенами и витриной, уставленной невероятно красивыми десертами.
Менеджер, уставший парень по имени Илья, быстро выдал мне черный фартук с логотипом заведения и провел короткий инструктаж.
– Вечером людей обычно не так много, – объяснял он, показывая, как пробивать чеки. – В основном заходят парочки или те, кто засиделся в офисах неподалеку и хочет выпить кофе перед дорогой домой. Твоя задача – улыбаться, быстро убирать столики и не путать заказы. Справишься?
– Справлюсь, – твердо кивнула я, завязывая тесемки фартука поверх форменной футболки.
Следующие несколько часов слились в одну бесконечную карусель из чашек капучино, кусочков чизкейка и звона кассового аппарата. Ноги гудели так, словно я прошла пешком до Китая и обратно.
В свои студенческие годы я тоже работала в кафе. И такой возврат в прошлое повлиял на меня даже как-то успокаивающе. Нужно было много бегать, думать о заказах и чистоте столиков. Отличное переключение после дня в офисе. А еще и на спортзал можно не тратиться, пока такая работа есть.
Стрелка часов перевалила за одиннадцать вечера. В зале осталась всего пара посетителей. Я стояла за барной стойкой, натирала бокалы и мечтала только о том, как сниму эти проклятые туфли.
Колокольчик над входной дверью мелодично звякнул, впуская в теплое помещение свежий ночной воздух.
– Добрый вечер, – на автомате произнесла я, натягивая на лицо дежурную приветливую улыбку, и подняла глаза.
Тряпка выпала из моих рук и шлепнулась прямо в лужицу пролитого сиропа.
У входа, небрежно засунув руки в карманы брюк, стоял Марк. В приглушенном свете кофейни он казался еще выше и шире в плечах. Его ледяной взгляд скользнул по залу и остановился на мне.
Он замер. Его выразительная бровь медленно, очень медленно поползла вверх.
– Какая неожиданная встреча, Катюша, – его голос, низкий и бархатистый, прозвучал в тишине кафе как раскат грома. – Решила расширить свои должностные обязанности?
Мои милые читательницы! ❤️
Если вам нравится книга, пожалуйста, поддержите её лайком (звездочкой) и комментарием.
А также не забывайте подписываться на автора, чтобы быть в курсе всех новостей.
Ваша поддержка очень важна для меня и вдохновляет писать быстрее! ❤️
❤️ Историю про Алину – подругу Кати – вы можете прочитать в книге «Его собственность».
Глава 10
Я густо зарделась, будто меня поймали на чем-то постыдном. Его тяжелая аура давила на меня даже здесь, хотя нас разделяла широкая барная стойка.
Я с трудом проглотила горький ком в горле.
Так, Катя, соберись. Вообще-то в твоем рабочем контракте нет пункта о том, что тебе запрещено работать где-то еще. Значит, всё в порядке. Ты имеешь полное право здесь находиться.
Я упрямо вздернула подбородок, стараясь выглядеть уверенней, и посмотрела ему прямо в глаза.
– Решила научиться правильно варить для вас кофе, Марк Васильевич, – нашлась я. – Что желаете?
Марк неторопливо подошел к бару и опустился на высокий стул. Он не спускал с меня пристального, заинтересованного взгляда. Нахально, откровенно скользнул глазами по моей фигуре, задержавшись на бедрах, перетянутых черным фартуком.
– Ты что здесь делаешь, Лебедева? – его голос прозвучал угрожающе тихо.
Мои пальцы дрогнули. Я поспешно наклонилась, чтобы поднять тряпку, которую секундой ранее уронила в лужу сиропа. Мне было жизненно необходимо чем-то занять руки. И паникующие мысли.
– Работаю, – буркнула я, швырнув тряпку в раковину.
– Я заметил. Тебе на одном месте не работается?
Я не знала, как на это правильно ответить, поэтому лишь неловко дернула плечом. Чего он вообще от меня хочет?! Я отвернулась и с подчеркнутым усердием продолжила заниматься своими делами: начала с громким стуком расставлять чистые чашки по полкам, лишь бы не смотреть на него.
– Лебедева, – угрожающе шикнул он, подавшись вперед и опершись локтями о столешницу. – Какого хера?
– Я не понимаю, что не так?! – взмолилась я, резко обернувшись к нему. – Моя смена в офисе закончена!
– Двойной эспрессо, – совершенно будничным тоном приказал Марк, проигнорировав мой выпад.
Я моргнула, сбитая с толку такой резкой сменой темы.
– Что?
– Кофе мне сделай, Лебедева. Ты же сказала, что учишься правильно его варить. Вот и продемонстрируй.
Я скрипнула зубами, но отвернулась к кофемашине. Ладно. Хочешь кофе – будет тебе кофе. Руки предательски дрожали, когда я взяла в руки клфейный рожок и повернулась с ним к кофемолке. Дешевые туфли адски натирали пятки при каждом шаге вдоль стойки.
– А теперь давай начистоту, – его тяжелый голос ударил меня в спину сквозь шум перемалываемых зерен. – Я сегодня выписал тебе оклад, ради которого люди с двумя высшими образованиями глотки друг другу рвут. А ночью я нахожу своего личного переводчика с грязной тряпкой в руках в какой-то забегаловке.
Я вздрогнула, едва не просыпав кофе мимо холдера.
– Это приличное заведение, – глухо отозвалась я.
– Не уходи от ответа, Катя. У тебя карточные долги? Ипотека? Или ты коллекторам задолжала?
Он бил в самую точку, и от этого становилось невыносимо тоскливо. Признаться ему, что я затопила соседей и теперь должна миллион? Ни за что. Он же засмеет или, еще хуже, решит, что я проблемная идиотка, от которой нужно избавиться, пока я не затопила его офис.
– Это мое личное дело, Марк Васильевич, – я резко развернулась, с громким стуком поставив перед ним чашку с крепким напитком. – Ваш заказ.
Марк смерил меня долгим, нечитаемым взглядом. В его серых глазах плескалась холодная ярость пополам с каким-то странным, хищным удовлетворением от того, что он загнал меня в угол. Он медленно взял чашку, сделал небольшой глоток, не сводя с меня глаз.
– Дерьмовый кофе, – припечатал он, брезгливо поморщившись.
Затем он достал из внутреннего кармана пальто бумажник, вытащил несколько пятитысячных купюр и небрежно бросил их на стойку. Это было больше, чем я заработала бы здесь за неделю каторжного труда.
– Оставь сдачу себе. И купи уже нормальную обувь, смотреть больно, как ты ковыляешь, – он поднялся, застегивая пуговицу пальто. – И только попробуй завтра зевнуть мне на переговорах, Лебедева. Уволю по статье вместе с твоим многомиллионным штрафом.
Колокольчик на двери снова звякнул, оставляя меня наедине с остывающим кофе, унизительно огромными чаевыми и горящими от стыда щеками. Я схватила эти деньги с бара и ринулась ко входу. Решим меня унизить или купить?
Я вылетела на улицу и буквально налетела на него, протягивая скомканные купюры.
– Заберите свои деньги, Марк Васильевич, без вас разберусь! – выпалила я, задыхаясь то ли от бега, то ли от возмущения.
Меня с ног до головы окутал его терпкий аромат. Ноги предательски подкосились, а перед глазами на миг поплыло от усталости и его подавляющей близости. Марк не взял деньги.
– Без меня разберешься? – его голос понизился до опасного, вибрирующего шепота.
Он шагнул ближе и я почувствовала тепло его тела.
– Ты на ногах не стоишь, Лебедева. А еще и не высыпаешься, явно.
Его горячие пальцы скользнули по моей руке. Я попыталась выдернуть руку, но он не отпустил. Наоборот, чуть притянул меня к себе. В его серых глазах плескалась уже не насмешка. Там было что-то темное, тяжелое и пугающе собственническое.
– Я сказал купи нормальные туфли. – его голос прозвучал низко и жестко, обжигая мне макушку – Считай это деньги на новую униформу. И чтобы завтра в восемь утра ты была в моем кабинете. Поняла?
Глава 11
Марк
Я захлопнул дверь внедорожника, отсекая от себя промозглый ночной ветер. Салон мгновенно наполнился привычным запахом кожи, но у меня в легких всё еще стоял аромат сладкого ванильного сиропа, кофе и... чего-то неуловимого. Естественного запаха самой Лебедевой. От которого внезапно пересохло во рту.
Какого дьявола сейчас произошло?
Я с силой сжал обтянутый кожей руль. Пальцы сводило судорогой, костяшки побелели. Перед глазами, как зацикленная пленка, крутилась одна и та же сцена: её раскрасневшееся от злости лицо, пухлые, упрямо сжатые губы и то, как тяжело и быстро вздымалась грудь под черной футболкой, стянутой фартуком.
Когда она вылетела из кафе и налетела на меня, я на миг перестал дышать. Меня окутал её жар, и в голове вспыхнула единственная, совершенно животная мысль: схватить её, прижать к кирпичной стене и выбить эту дерзость из её приоткрытого рта жестким, уничтожающим поцелуем. До тех пор, пока она не перестанет брыкаться и не затихнет в моих руках.
Я хотел чувствовать её вкус. Я хотел, чтобы этот ванильный запах принадлежал только мне.
Женщины, которых я знал, реагировали на деньги по-другому. Они растягивали губы в благодарных улыбках, они готовы были стелиться ковриком ради суммы втрое меньшей, чем я ей дал. Да они как минимум глазки строить начинают, просчитывая, сколько еще можно вытянуть из этого кошелька.
А эта смотрит так, будто готова в глотку вцепиться. В её глазах плескалась такая искренняя, первобытная ненависть, что я чувствовал её физически. И, черт возьми, это заводило меня куда сильнее любой покорности.
Стоит на стертых в кровь ногах, работает смену в какой-то забегаловке. Тонкая, хрупкая, под глазами залегли такие тени, будто она неделю не спала. Но при этом сжимает кулаки, смотрит на меня волчонком и швыряет мне мои же деньги в лицо.
Гордая птичка. Слишком притягательная для девочки, которая носит дешевую униформу и заваривает кофе по ночам. Я хотел сломать эту гордость. Я хотел увидеть, как она сломается... и как она будет умолять меня о помощи.
Да еще умная, гадина. Языки знает, в документах разбирается. Спасла контракт на миллиард, просто подсунув бумажку, а столько сидела в АХО, прятала шикарную фигуру за строгими юбками и не вякала. Что-то здесь не сходилось. И меня это бесило почти так же сильно, как и то, что я не мог выкинуть из головы изгиб её бедер, перетянутых черным фартуком.
Я хотел узнать о ней всё. Каждый её вздох, каждый страх, каждый секрет. Я хотел владеть ею целиком – не только её рабочим временем, но и мыслями, телом. И я получу это.
Я нажал кнопку на приборной панели, выводя вызов на громкую связь. Гудки шли недолго.
– Слушаю, Марк Васильевич, – раздался в динамиках хриплый ото сна голос Кости, начальника моей службы безопасности.
– Спишь? Просыпайся, – жестко отрезал я, выруливая с парковки на пустой проспект. – У меня для тебя срочная работа.
– Что-то случилось с объектами?
– Мне нужно полное досье на сотрудницу. Лебедева Екатерина. Сегодня я перевел ее из АХО к международникам.
– Базовая проверка при приеме на работу ничего не выявила, Марк Васильевич. Чистая биография, судимостей нет...
– Мне плевать на базовую проверку кадровиков! – рявкнул я, вдавливая педаль газа.
Мотор хищно рыкнул, разрезая ночную тишину.
– Мне нужно знать о ней всё. Настоящую изнанку. С кем спит – особенно. Что ест, с кем живет. Какие у нее скелеты в шкафу.
Я вспомнил, как дрожали ее тонкие пальцы, когда она варила этот чертов кофе, и как вспыхнула кожа на ее шее от моего взгляда.
– Подними ее финансовую историю за последние сутки, Костя. Ищи долги. Кредиты, микрозаймы, больные родственники, карточные долги бывшего хахаля – что угодно.
Я видел, что ей нужны деньги, но она не берет их из моих рук. Я хочу знать, почему. Это просто сводило меня с ума.
– Понял вас. Сделаем. К обеду...
– К семи утра, – ледяным тоном перебил я. – В семь папка должна лежать на моем столе.
– Принято, босс. К семи утра всё будет.
Я сбросил вызов. Машина летела по ночной Москве, но в голове не было ни единой мысли о завтрашних переговорах. Перед глазами стояли только упрямые глаза и пухлые, сжатые губы девчонки, которая почему-то решила, что сможет играть со мной по своим правилам.
Я чувствовал, как внутри закипает охотничий азарт. Это больше не было просто интересом к красивой подчиненной. Я на ней зациклился за последние пару суток. Я должен был взять ее. Любой ценой.
Ничего, Катюша. Завтра утром я буду знать о тебе всё. Посмотрим, как тогда запоет твоя гордость, когда ты окажешься в моей власти целиком.
Мои милые читательницы!❤️
Если вам нравится книга, пожалуйста, поддержите ее лайком (звездочкой) и комментарием!
А так же, не забывайте подписываться на автора, чтобы быть в курсе всех новостей) Ваша поддержка очень важна для меня и вдохновляет писать быстрее❤️
Глава 12
Я вернулась в кафе с пылающими щеками. Спряталась за кофемашиной и с силой прижала к лицу холодные влажные ладони, чтобы хоть немного прийти в себя. Сердце колотилось где-то в горле, отбивая бешеный ритм, а на коже, казалось, всё еще оседал его терпкий, тяжелый аромат – смесь дорогого парфюма, ночной прохлады и какой-то первобытной, подавляющей мужской энергетики.
Деньги, которые швырнул мне Марк, жгли пальцы. Я зло скомкала красные купюры и запихнула их в стеклянную банку с общими чаевыми. Мне его подачки не нужны. Сама разберусь. И туфли у меня нормальные! Просто с непривычки ноги гудят после шестнадцати часов беготни. Кому угодно будет больно.
Ко мне неслышно подошла другая официантка, Рита, и как-то по-хитрому на меня взглянула, покосившись на стеклянную банку, на дно которой только что упали красные купюры.
– Ничего себе... Ты чем это Вольскому так приглянулась?
Она многозначительно поиграла бровями, вытирая стойку.
– Ты его знаешь?
Я растерянно моргнула, всё еще пытаясь унять предательскую мелкую дрожь в руках.
– Кать, ты с луны свалилась? – Рита фыркнула, посмотрев на меня как на умалишенную. – Это же Марк Вольский. Владелец IT-империи. Он из списков Форбс не вылезает. Жесткий мужик, говорят, конкурентов с потрохами сжирает. А бабы по нему вообще сохнут, как ненормальные. У нас девочки за вечерние смены дерутся из-за того, что мы рядом с его главным офисом находимся. И он только что отвалил нам недельную выручку за чашку эспрессо, который даже не допил?
Я нервно сглотнула, чувствуя, как внутри всё сжимается. Одно дело – знать, что он генеральный директор и мой босс. Другое – услышать это вот так, со стороны, в полной мере осознав весь масштаб его фигуры.
Я знала, что компания, в которой я работаю – гигант на рынке. Потому и метила туда, стирала пальцы о клавиатуру, хотела проявить себя. Но владелец для нас, простых смертных из АХО, всегда был кем-то вроде мифического дракона. О нем шептались, но лично я с ним никогда не пересекалась. Не тот статус.
Да и желания, если честно, не было никакого. Наслушавшись офисных легенд о его безжалостности, я старалась держаться от верхних этажей подальше. И мы бы никогда не встретились, если бы в тот злополучный день этот самый дракон не вытащил мою застрявшую туфлю из ливневки. А теперь он вторгается в мое личное пространство так, будто я его девочка на побегушках. И это меня очень сильно злит.
– Он мой новый босс, – сухо отрезала я, отворачиваясь к раковине и пуская ледяную воду, чтобы заглушить шум в ушах.
Рита лишь хмыкнула, явно мне не поверив, но расспрашивать дальше не стала.
Остаток смены я доработала на чистом автопилоте, выезжая на адреналине и упрямстве. В час ночи, когда мы, валясь с ног, делили чаевые, моя доля оказалась пугающе большой. Всё благодаря Марку.
Моя гордость вопила, требуя завтра же швырнуть эти деньги ему на стол, но здравый смысл – и леденящая мысль о разъяренной соседке снизу – заставил меня молча сунуть купюры в карман куртки. Они оттягивали ткань, словно весили тонну.
Домой я добралась в полуобморочном состоянии. Квартира встретила меня стойким, удушливым запахом сырости и влажным, вздувшимся линолеумом, который противно пружинил под ногами. У меня даже не было сил переодеться. Я просто рухнула на кровать прямо поверх покрывала, свернулась клубком и мгновенно провалилась в тяжелый и темный сон без сновидений.
Звонок будильника прозвучал в тишине как контрольный выстрел в голову.
Шесть тридцать утра.
Я со стоном перевернулась на спину, глядя в потолок невидящим взглядом. Каждая мышца в теле ныла, словно меня били палками, а ступни горели огнем. Я заставила себя сесть, спустив ноги на холодный пол. Да, пока невыносимо тяжело. Но это всё равно работа моей мечты. Даже если в довесок к ней идет наглый, пробивающий личные границы босс.
Контрастный душ немного вернул меня к жизни. Вода смыла остатки липкого сна.
Я дольше обычного стояла перед открытым шкафом, перебирая вешалки. Нужно было выбрать, в чем не стыдно показаться в международном отделе. Да, если честно, мне было почти всё равно на моду. Конечно, я, как и все девочки, любила бы наряжаться, если бы были на это средства. Но в последнее время я выбирала исключительно практичную, немаркую одежду. Красоту я просто не могла себе позволить.
Вздохнув, я достала легкую белую кофточку с кружевными рукавами и надела свои классические черные брюки. Ткань приятно скользнула по коже, брюки отлично подчеркнули фигуру, плотно облегая бедра. В АХО за такой вид меня бы отправили писать объяснительную – слишком не по уставу.
А сейчас... сейчас я почему-то вспомнила темный, сканирующий взгляд Марка, которым он вчера прошелся по моей юбке. От этого воспоминания по спине пробежал нервный холодок.
На секунду мой взгляд задержался на злополучных лодочках, сиротливо стоящих у двери. Пальцы ног рефлекторно сжались от фантомной боли. Я зажмурилась, выдохнула и решительно всунула ступни в жесткий кожзам, предварительно заклеив пятки пластырем.
Ровно в семь пятьдесят пять я перешагнула порог международного отдела. Офис встретил меня приятным гулом голосов, запахом свежего кофе и мерным стуком клавиатур.
Я быстро прошла к окну, заняла свое кресло и с облегчением открыла папку со вчерашними документами. Нужно было закончить перевод отчета и выбросить Вольского из головы.
В эту же секунду экран моего телефона, лежащего на столе, загорелся, и аппарат требовательно пискнул.
На дисплее висело одно входящее сообщение. Даже не прочитав имя контакта, я поняла от кого оно.
«Где тебя носит?»
