Текст книги "Я (не) буду твоей (СИ)"
Автор книги: Алиса Браун
сообщить о нарушении
Текущая страница: 13 (всего у книги 14 страниц)
Глава 49
Я даже не заметила, как вчера ночью провалилась в глубокий сон. Вынырнула из него резко и подскочила на смятой постели, лихорадочно нашаривая телефон на тумбочке.
Одиннадцать утра!
Оставался всего час до начала моей смены. За это время нужно было успеть принять душ, собраться и долететь до кафе на другом конце города. Ничего, позавтракать смогу и на работе.
Я попыталась тихо выскользнуть из-под тяжелого одеяла, и в этот момент меня словно током прошибло. Всё тело сладко и тягуче ныло, напоминая о каждой секунде прошедшей ночи. Мышцы бедер слегка покалывало, а на второй половине моей узкой кровати, разметавшись на белых простынях, спал Марк.
Из-за глубокого сна я на какие-то мгновения совершенно забыла, чем закончился наш вчерашний вечер. Мое лицо мгновенно залило густым, горячим румянцем.
Я замерла, не в силах оторвать от него взгляд. В утреннем свете, пробивающемся сквозь тонкие шторы, он казался ожившей статуей. Идеальный рельеф широких плеч, темные волосы, чуть спадающие на лоб, расслабленные черты лица, потерявшие свое привычное высокомерие.
Одеяло сползло почти до самой талии, обнажая безупречный торс и ту самую будоражащую дорожку темных волос, исчезающую под тканью. От одного взгляда на него внизу живота снова завязался тугой, пульсирующий узел. Господи, какой же он красивый. И он спал в моей постели.
Осознав, что сижу перед ним абсолютно голая, я испытала жгучий приступ неловкости. Быстро подхватив с кресла чистое белье и домашнюю одежду, я на цыпочках умчалась в ванную.
Теплые струи воды помогли немного расслабиться и привести мысли в порядок. Воспоминания о его горячих губах, о его сильных, жадных руках и том сумасшедшем оргазме затапливали меня с головой, вызывая новую волну жгучего желания.
Но сейчас нельзя было уступать этому наваждению. Меня ждала смена в кафе. Мне всё еще нужно было где-то искать неподъемную сумму на инсулиновую помпу для отца.
Вытерев волосы полотенцем и натянув простые джинсы с футболкой, я отправилась на свою крошечную кухню. Сама я могла бы пережить одно голодное утро, но оставить босса без завтрака казалось настоящим преступлением. К тому же, мне безумно хотелось о нем позаботиться.
Я быстро нарезала ветчину, бросила ее на сковородку, залила взбитыми яйцами и щедро посыпала сверху сыром. Аромат на кухне стоял просто умопомрачительный. Эта квартирка была совсем крохотной, местами требовала ремонта, но здесь уже не пахло сыростью от недавнего потопа. Я даже заказала новые обои, которые планировала поклеить на следующих выходных – тетя Нина была в полном восторге от этой идеи.
Я так увлеклась процессом, помешивая лопаткой золотистый омлет, что вздрогнула и тихо ахнула, когда крепкие, горячие мужские руки по-хозяйски обвили меня за талию.
Большое, сильное тело прижалось ко мне со спины. Марк зарылся лицом в мои влажные волосы, глубоко втягивая их запах, и нежно поцеловал меня в макушку, а затем – в самую чувствительную точку на шее.
По коже разбежалась стая мурашек. Я ловко извернулась в кольце его рук, ловя сладкий, тягучий утренний поцелуй. На его губах остался легкий привкус мятной пасты.
Марк прижал меня к себе еще крепче, бессовестно и недвусмысленно потираясь о мой живот своим каменным, утренним членом сквозь ткань джинсов. Я робко подняла глаза на его лицо и едва не задохнулась от того, какое темное, откровенное желание полыхало в его серых радужках.
Он буквально пожирал меня взглядом. Его зрачки были расширены, дыхание сбилось, а большие ладони уже забрались под мою домашнюю футболку, обжигая кожу на талии.
И как бы сильно я сейчас ни хотела ответить на эту жадность, позволить ему стянуть с меня одежду прямо здесь, у плиты... время катастрофически поджимало.
Я с сожалением увернулась из его объятий и выключила газ под сковородкой. .
– Извини, но я ужасно опаздываю, – виновато, немного скомкано оправдалась я, подталкивая его в сторону маленького обеденного стола. – Твой завтрак готов!
Я попыталась проскользнуть мимо него в прихожую, чтобы обуться, но Марк молниеносно перехватил меня за запястье.
– Куда ты опаздываешь?
Его густые брови сошлись к переносице. Он смотрел на меня с нескрываемым недоумением.
– У тебя сегодня законный выходной, Лебедева.
Я прикусила губу, глядя на его сильные пальцы, сжимающие мою руку.
– Выходной в офисе. А мне нужно в кафе. Сегодня у меня полная смена на кассе, – тихо объяснила я.
Хватка на моем запястье стала стальной. Марк резко дернул меня на себя, снова впечатывая в свой твердый, обнаженный торс. В его глазах мелькнуло раздражение.
– Ну всё, Катя, хватит, – его голос стал низким и не терпящим возражений. – Поиграла в независимую и хватит. Заканчивай этот цирк. Ты никуда не пойдешь.
– В смысле «не пойду»?
Я попыталась отстраниться, чувствуя, как внутри закипает возмущение. Этот тон начальника мне совершенно не нравился. Что значит «поиграла»? Он что, думает, что мои проблемы – это какая-то блажь? Придурь?
– В прямом, – отрезал Марк, глядя на меня сверху вниз. – Хватит дурью маяться. Моя женщина не будет стоять за кассой в забегаловке в свои выходные.
– Дурью маяться?! – я вспыхнула как спичка, окончательно вырывая руку из его захвата. – Марк, мне вообще-то деньги нужны! Отцу лечение нужно оплатить, здесь ремонт сделать! Для тебя это всё шутка какая-то?!
Я сама не заметила, как повысила голос, возмущенно размахивая руками. Обида душила меня. Вся та утренняя нежность разлетелась вдребезги о его непробиваемое эго.
– Я понимаю, что тебе проблемы простых смертных не близки. Но я не играю в независимость! Я стараюсь выжить! Стараюсь спасти свою семью!
Лицо Марка мгновенно потемнело. Вся мягкость и утреннее восхищение в его взгляде исчезли, сменившись жесткой, холодной расчетливостью. Теперь он смотрел на меня с искренним непониманием.
– Тебе больше не нужно работать на лечение отца, Катя, – чеканя каждое слово, произнес он. – Я уже оплатил помпу, операцию и всё необходимое пребывание в стационаре. Еще вчера.
Глава 50
Я застыла. Слова доходили до моего сознания мучительно долго.
Оплатил? Вчера?
Воздух выбило из легких. Вместо огромного облегчения, которое я должна была бы испытать, меня с головой накрыло удушливым ужасом. В ушах эхом зазвенел ядовитый голос Вероники в темном подъезде:
«Бери деньги, нищенка... продажная девка».
Внутри меня всё оборвалось. Я вдруг почувствовала себя невероятно грязной. Той самой дешевой вещью, которую просто купили. Я отдалась ему вчера ночью, сгорая от чувств, думая, что это страсть, что мы на равных... А он, оказывается, уже всё за меня решил. Он просто внес предоплату.
Я не хотела еще больше вязнуть в этих унизительных долгах. Что он потребует на этот раз взамен? Обязанность согревать его постель по щелчку пальцев?
Или вчера... вчера я уже начала отрабатывать этот долг своим телом?!
– Что ты сделал? – неверяще, севшим голосом выпалила я, делая шаг назад, подальше от него.
На глаза навернулись злые, горькие слезы.
– Зачем?! Кто тебя просил лезть в это?!
Марк нахмурился еще сильнее, явно не ожидая такой реакции вместо благодарности.
– Затем, Катя, что я хочу, чтобы моя женщина ни в чем не нуждалась, – рыкнул он, делая шаг ко мне. – И поэтому ни на какую подработку ты больше не пойдешь.
– Твоя женщина? – я перешла на злой, прерывистый шепот, чувствуя, как ногти впиваются в ладони до боли. – А кто тебе сказал, что я – твоя женщина?!
Вся эта кухонная идиллия в одну секунду превратилась в иллюзию.
Марк смотрел на меня, абсолютно не понимая моей реакции. На его лице крупными буквами читалось искреннее недоумение. Он словно ждал, что я сейчас растаю от его заявления, разрыдаюсь от благодарности и брошусь ему на шею. И совершенно не допускал мысли, что в восторг меня такие новости не приведут.
– Ты решил, что так точно получится меня купить, да? – меня уже было не остановить, обида захлестывала с головой. – Решил, что если молча оплатишь лечение отца, то я теперь из чувства долга буду раздвигать перед тобой ноги? Что я не смогу ни в чем тебе отказать?!
На лбу Марка залегли глубокие морщины. Желваки на его скулах нервно дернулись. Он скрестил мощные руки на груди и облокотился бедрами о кухонный шкафчик. Я следила за каждым его движением, в отчаянной надежде увидеть в его стальных глазах хоть намек на раскаяние. Хоть каплю понимания того, как он меня сейчас унизил.
Напрасно. В его взгляде медленно, но верно закипала темная ярость.
– Как мне на этот раз нужно тебе отплатить? – мой голос дрогнул, слезы всё-таки предательски сорвались с ресниц, обжигая щеки. – Вчера... вчера ночью я достаточно постаралась, Марк Васильевич? Этого хватит, чтобы покрыть хотя бы проценты от той суммы, которую ты в меня вложил?!
Марк шумно, со свистом втянул воздух сквозь стиснутые зубы. Оттолкнулся от шкафчика и сделал один тяжелый, стремительный шаг мне навстречу.
Я по инерции отскочила назад, едва не ударившись спиной о холодильник. Животный страх волной окатил с ног до головы. Я каждой нервной клеткой чувствовала исходящую от него сокрушительную опасность. Воздух на крошечной кухне мгновенно стал тяжелым, наэлектризованным.
И сейчас всё внутри меня вопило: замолчи, спрячься, беги. Но бежать было некуда, а моя гордость была растоптана в пыль.
– Ты что несешь? – его голос упал до такого низкого, вибрирующего баритона, что у меня внутри всё завибрировало.
– Привык покупать женщин, да? – выплюнула я сквозь слезы, дрожа всем телом. – И вот, наконец, справился с трудной задачкой? Уломал строптивую Лебедеву?!
– Ты реально думаешь, что я тебя купить так пытался?
Он уставился на меня, как на безумную. В его серых глазах вспыхнул такой неконтролируемый гнев, что мне захотелось стать невидимой.
– Марк, а что это было тогда?! Хотел доказать себе, что я продажная девка?! Нет уж, спасибо! – я вскинула подбородок, отчаянно борясь с истерикой. – Я всё верну тебе. До последней копейки! Напишу расписку. Буду работать без выходных. А теперь дай мне пройти. Я опаздываю на смену!
Я попыталась проскользнуть мимо него, но он не позволил.
– Никуда. Ты. Не пойдешь, – жестко, чеканя каждое слово, прервал он меня, нависая сверху скалой.
Он смотрел на меня так, что я невольно приросла к полу. Мои босые ступни замерзли на дешевом линолеуме, но меня бросало в жар от его близости. Я сама не заметила, как перестала дышать.
– Я оплатил лечение твоего отца, потому что хочу, чтобы моя женщина жила, а не выживала, – отрезал он. – Да, Катя. Моя. Женщина.
Он шагнул еще ближе, практически вжимая меня в дверцу холодильника. Я чувствовала обжигающий жар его обнаженной кожи.
– Повторяю для тех, кто в танке, – Марк сверлил мои расширенные, полные слез глаза. – Тебе от меня теперь никуда не деться. И хочешь ты того или нет, но обеспечивать тебя и твою семью теперь буду я. Решать ваши проблемы буду я. Защищать тебя буду я. Потому что я так решил. И потому что ты мне под кожу залезла. В самую душу. И отпускать я тебя не собираюсь.
Глава 51
Слова застряли в пересохшем горле. Всё мое рвение драться с ним, доказывать свою независимость рассыпалось в прах под тяжестью этого взгляда. Он смотрел на меня с такой невыносимой, собственнической нежностью, перемешанной со злостью, что у меня подкосились колени.
– Я понял, что тебя не купить, успокойся.
Он раздраженно выдохнул, проводя широкой ладонью по своим волосам, слегка взъерошивая их.
– Не скажу, что не пытался в самом начале. Пытался. У меня всё в этой жизни имеет цену. Но с тобой это не сработало. И даже не смей думать, что я считаю тебя шлюхой! – его голос снова сорвался на рык, от которого я вздрогнула. – Я сделал это именно потому, что ты не такая. И потому что видел, как ты убиваешься ради отца. Я не мог на это смотреть.
Мое сердце пропустило удар, а затем пустилось вскачь, отбивая бешеный ритм где-то в горле. Страх и обида растворялись, вымывались его словами, оставляя после себя лишь щемящую, звенящую нежность. Я так хотела ему верить.
Боже, как же сильно я хотела просто опереться на его плечо и перестать быть сильной!
Я осторожно, словно боясь спугнуть этот момент, сделала крошечный шаг ему навстречу.
Марк тут же перехватил мои дрожащие ладони. Его большие, мозолистые руки были горячими и удивительно бережными. Он поднес мои пальцы к своему лицу и медленно, закрыв глаза, коснулся их губами. От этого простого, интимного жеста внутри всё сладко сжалось.
– Хватит, Кать. Я не хочу с тобой ругаться, – уже гораздо тише, почти умоляюще произнес Марк, не выпуская моих рук.
В его взгляде больше не было льда – только абсолютная искренность.
– Я не покупаю тебя. Я просто забираю свое. Ты в безопасности рядом со мной. Тебе больше не нужно играть в эту независимость, слышишь? Просто позволь мне о тебе позаботиться. Ты теперь не одна.
– Мог бы и спросить моего мнения на этот счет, – буркнула я себе под нос.
– Мнения о чем? – не понял Марк.
– Хочу ли я быть с тобой, – произнесла я уже более спокойным тоном.
– А ты не хочешь? – Марк сощурился.
– Да конечно хочу! Но сначала люди об этом разговаривают.
– Так я же сказал. Ты теперь моя.
Я поняла, что он совсем из какого-то другого теста. Совсем меня не понял. Но да ладно. Все равно в груди стало так невыносимо тепло от его слов.
Я прильнула к нему, намертво вцепившись пальцами в его плечи, и спрятала лицо на его широкой, горячей груди. С плеч словно свалилась бетонная плита, которую мне приходилось тащить на себе в одиночку все эти долгие годы.
Я всё еще была на взводе от этого бешеного утра, адреналин гулял по венам. Но в его стальных объятиях я наконец-то почувствовала то, чего мне так не хватало. Абсолютную, непробиваемую безопасность.
Марк шумно выдохнул, зарываясь лицом в мои волосы. Его губы жадно, отчаянно накрыли мои. В этом поцелуе смешался вкус моих соленых слез, остаточного страха и его безграничной, собственнической нежности. Он словно выжигал всю ту боль и неуверенность, что копились в моей груди, заполняя эту пустоту своим жгучим желанием.
Я еще крепче обхватила его за шею, плавясь в его руках, позволяя ему себя успокоить. Но реальность всё-таки безжалостно напомнила о себе. Я осторожно, с огромным нежеланием отстранилась, упираясь ладонями в его твердый торс.
Всё это было невероятно здорово. Я была до головокружения счастлива от его слов, от того, что он взял мои проблемы на себя. Но свалить всю ответственность на него прямо сейчас я просто не могла.
– Завтракай, – медленно начала я, отступая к плите.
Ловко подцепила лопаткой золотистый омлет и переложила его на тарелку, поставив ее на крошечный обеденный стол.
– Марк, я тебе безумно благодарна... правда. Но мне всё равно нужно идти на смену. Я не могу так подставить людей. Менеджер на меня рассчитывает, я обещала выйти.
Марк посмотрел на меня с легкой, снисходительной полуулыбкой. Он молча достал из кармана джинсов свой телефон и, не сводя с меня потемневшего взгляда, набрал какой-то номер.
– Привет, Илья, – расслабленно, по-хозяйски начал он. – Да, я. Звоню сказать, что Лебедева сегодня не выйдет в кофейню. Ага... Да. И вообще больше не выйдет, рассчитай ее. У нее теперь слишком плотный график, совмещать не получится. Всё, спасибо, друг. С меня должок.
Марк небрежно бросил телефон на стол и взял вилку, отламывая кусочек горячего омлета.
– Всё. Теперь не подставишь, – невозмутимо заявил он, глядя на мое вытянувшееся от шока лицо. – Садись. Поедим нормально.
Он насадил кусочек омлета с тягучим сыром на вилку и требовательно протянул мне. Я, как завороженная, послушно открыла рот и съела предложенный кусочек, чувствуя, как щеки заливает краска смущения.
Ну как так можно?! Он за одну минуту, одним звонком решил проблему. Хотя проблемой это было назвать сложно. И самое странное – я даже не злилась. Мне было... невероятно приятно.
– А может, мне нравилась эта работа? – попыталась я картинно возмутиться, чтобы скрыть свое смущение, и присела на табуретку напротив него.
– Правда?
Марк изобразил на своем лице искреннее удивление, а в серых глазах заплясали дьявольские искорки.
– Отлично. Думаю, я найду применение твоим навыкам официантки в гораздо более интересном месте. И в специальной униформе.
Горячая, тяжелая волна желания мгновенно прокатилась от груди к низу живота. Я невольно закусила губу, бросив на него взгляд из-под опущенных ресниц. Его зрачки тут же расширились, поглощая радужку.
Марк отломил еще один кусок и отправил его себе в рот. Я наблюдала за тем, как двигаются его челюсти, затаив дыхание. Будто от того, понравится ли ему мой простецкий завтрак, зависела судьба мира.
– Ммм... – он проглотил еду и удовлетворенно кивнул. – Очень вкусно, Катя.
– Спасибо.
Я снова густо покраснела и опустила глаза на свои сцепленные в замок пальцы.
Это был всего лишь омлет. Ничего особенного. Он точно ел блюда и интереснее. Но то, с каким удовольствием он ел мою стряпню на моей тесной кухне, согревало сердце лучше любого солнца.
Глава 52
– Марк... – осторожно начала я, нервно заламывая костяшки пальцев. – Ты же сам говорил, что не заводишь отношений.
В голове яркой вспышкой возник его холодный, равнодушный профиль в салоне машины после вечера в закрытом тире. Он тогда так легко и цинично сказал, что отношения его не интересуют, что в любовь он не верит, и он предпочитает просто наслаждаться разными девушками.
От этих воспоминаний по спине пробежал неприятный холодок. А что, если я просто его очередная победа? Сложная задачка со звездочкой, которую он наконец-то решил?
Марк замер. Он отложил вилку, вальяжно откинулся на спинку стула и пронзительно посмотрел на меня.
– Не завожу, – абсолютно спокойно, без единой эмоции ответил он.
Внутри меня словно оборвался трос лифта. Я вся вспыхнула, чувствуя, как кровь отливает от лица. Зря понадеялась. Зря поверила его красивым словам про «мою женщину». Вот он, сидит передо мной и прямым текстом признает, что я просто его очередное развлечение на пару месяцев.
– Ты мне как девушка и не нужна, Лебедева, – добавил он, задумчиво скользя взглядом по моему побледневшему лицу.
Я просто онемела. Воздух застрял в горле колючим комом. Я даже слов подобрать не могла от этой наглости и жестокости. Не понимала, что мне теперь делать и как дышать, если я уже отдала этому мужчине свое сердце!
Весь мир накренился. Зачем он тогда оплачивал лечение? К чему были эти клятвы защищать?!
Я уже открыла рот, чтобы послать его к черту и выгнать из своей квартиры, но он вдруг подался вперед и накрыл мои ледяные, дрожащие руки своими горячими ладонями.
– У меня на тебя планы гораздо серьезнее, чем повстречаться пару месяцев и разбежаться, – закончил он свою мысль, и его губы изогнулись в нежной, торжествующей улыбке.
Я захлопнула рот. Хлопала ресницами, не в силах поверить в то, что только что услышала. Мое сердце, секунду назад разбитое вдребезги, совершило кульбит и взлетело к потолку.
Ну что за дурак! Кто так формулирует свои мысли, доводя до инфаркта?!
– Идиот... – выдохнула я, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы облегчения. – А почему... почему ты вообще перестал верить в любовь?
Марк слегка нахмурился. Тень старой, тяжелой боли легла на его лицо, но он не стал уходить от ответа. Его большие пальцы успокаивающе поглаживали мою кожу.
– Потому что ты не первая, кому Вероника предлагала деньги в обмен на мой уход, – его голос стал сухим и жестким. – У нее всегда был доступ к счетам ее матери. И до тебя... до тебя абсолютно все соглашались на ее предложение, Катя. Они брали конверт, паковали вещи и исчезали. Любовь заканчивалась там, где начинались большие отступные.
Он горько хмыкнул, глядя куда-то сквозь меня.
А я замерла, пораженная его признанием. Вот оно что. Вероника была точно ненормальной девушкой влюбленной в Марка. И его методы по завоеванию его сердца были странными. Но Марк знал, что она делает. Видимо, я не первая, кого он застал врасплох.
Я высвободила одну руку, потянулась через стол и нежно коснулась ладонью его колючей, напряженной щеки. Поймав его взгляд, я легко, невесомо поцеловала его в уголок суровых губ.
– Значит, они были полными идиотками, Марк, – тихо и уверенно ответила я, глядя прямо в его штормовые глаза. – Не поняли, кого потеряли.
– Или были слишком умными и практичными. Сразу поняли, что лучше брать деньгами и без обязательств.
Он всё еще пытался закрыться своей циничной броней, но я видела, как она трещит по швам от моих прикосновений.
– Нет.
Я весело, искренне улыбнулась, чувствуя, как внутри распускается невероятная легкость.
– Это же совершенно невыгодно – взять деньги всего один раз. По-моему, мой вариант – вложиться в долгосрочную перспективу и заполучить самого миллиардера целиком – намного перспективнее.
Сначала Марк нахмурился, и я на долю секунды испугалась, что он не оценил мою провокационную шутку. Но потом его губ коснулась медленная, хищная улыбка, за которой последовал низкий, бархатный, искренний смех. И от этого звука на душе стало так тепло и спокойно, как никогда в жизни.
– А всё-таки есть в тебе предпринимательская жилка, Лебедева.
Он перехватил мою руку, целуя центр ладони.
– Может, сделать тебя своей преемницей? Отдам тебе половину холдинга.
Я прыснула от смеха и снова поцеловала его в щеку, вдыхая его терпкий запах.
– Нет уж, спасибо! Мне и одной огромной проблемы в жизни более чем достаточно.
– Это какой же? – он вскинул бровь.
– Тебя, конечно!
Марк играючи зарычал, резко потянул меня на себя, заставляя перебраться прямо к нему на колени, и властно утянул в глубокий, жаркий поцелуй. Перед глазами тут же всё поплыло. Крошечная кухня, неоплаченные счета, долги и бывшие – весь остальной мир просто перестал существовать.
Осталось только жгучее, пульсирующее чувство в груди, которое жидким огнем расплывалось по всему телу, и сильные мужские руки, которые больше никогда и никуда меня не отпустят.
