Текст книги "Благородный вор (СИ)"

Автор книги: Алим Тыналин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 10
Треисподняя

На первом этаже небольшой темный вестибюль. Дальше по коридорам офисы контор. Они тут снимали кабинеты. Бизнес-центр, в общем.

Но основной доход, конечно же, от трактира. Сверху уже доносились звуки разудалой музыки и веселый рев.

Половые не обратили на нас внимания. Только один погрозил пальцем.

– Смотри, деревня, не шали. А то тоже так вылетишь. Даже моргнуть не успеешь.

Это он про мужика, которого вытолкали. Ну да, наглядно. Сразу все понятно.

Я не стал спорить. А вот Рит тут же спросил:

– Это как «вылетишь»? Может, покажешь?

Половые дюжие ребята. Специально наняты как вышибалы. Здоровенные детины с толстыми черепами. Как два носорога.

Они переглянулись и двинулись к нам. Я поспешно выступил вперед.

– Все хорошо, парни. Мы поняли. Никаких неприятностей. Тише воды, ниже травы.

Рита убрал за себя. Исподтишка показал кулак. Чтобы не дергался.

Половые остановились. Подумали. Один махнул на нас.

– Ладно, живите пока, – и побежали вверх по лестнице. Остановился, снова погрозил пальчиком. – Я вас запомнил. Буду держать на мушке, ясно?

Когда они скрылись наверху, я обернулся к слуге.

– Еще одна выходка, отправлю домой.

Рит пожал плечами. Он походил на кота, съевшего сметану из кувшина. Стоял с оскорбленным видом. Как будто хозяин сам виноват, что оставил лакомство на самом видном месте.

Мы тоже поднялись вверх. На втором этаже я не остановился. Отправился выше.

Тут ведь какое дело. Трактир Павловского занимал два этажа. На втором гуляла обычная публика. Мелкий торговый люд, конторские чиновники и бумагомараки и студенты.

На третьем те, кто надо. Шулеры, аферисты и прочее жулье всех мастей. Сравнительно прилично одетые. Выходили в свет. Показать себя, посмотреть других.

Раньше еще был подвал. Вернее, подвалище. Огромный, ведущий к старинным катакомбам под Москвой. Там, внизу, размещался трактир «Ад». В нем тусовались самые отчаянные головорезы со всей Первопрестольной.

Рядом под землей другое темное местечко. Харчевня «Треисподняя». Проклятое место. Там творились дела, о которых потом шепотом шушукались по всему городу. Потому что вслух нельзя о таком говорить.

Доступ вниз был только через буфетчика. Тот знал клиентов в лицо. Пускал только по рекомендации.

«Треисподняя» состояла из длинных темных коридоров. В каждом большие каморки.

«Адские кузницы» и чертовы «мельницы». Воровские авторитеты «иваны» и «болдохи» чувствовали себя здесь, как рыба в воде.

Играли в карты. Болтали, уединялись с марухами. Редко когда буянили. Все-таки серьезные люди. Да и хозяева подземного трактира не давали расслабиться.

В некоторых каморках работали. Делили награбленное. Тут же продавали. Исполняли заказы. Лепили фальшивые паспорта и деньги.

Тут можно было залечь на дно. Спрятаться от полиции. От облав пользы нет. Еще ниже старинные ходы. Еще с допетровских времен, древние водопроводы и канализации. По ним можно уйти куда угодно.

Удобным местом воспользовались революционеры. В 1863 году Каракозов разрабатывал в «Треисподней» план убийства царя. После неудачного покушения власти приказали уничтожить подвальный дом. Засыпали землей и забили входы.

Так что, теперь можно гулять лишь на верхних этажах.

Мы поднялись на третий. Давешние половые тут уже не попадались. Возле дверей стояли другие. Мрачные и насупленные.

Их можно понять. Внутри гремит музыка и хохочут дамы. А они тут стоят. Трезвые и усталые.

– Ты кто таков? – спросил один. Высокий и сильный. Широкоплечий, с большим пузом. – Гуляй вниз, малой.

Придвинулся ближе. Хотел отодвинуть плечом. Но я не поддался. Посмотрел в хмурые глаза.

– Я к Калине. Прибыл от Тени.

Вышибала оглядел меня. С головы до ног. Посмотрел на Рита. Что-то у него щелкнуло в мозгах. Кивнул.

– Ежели от знающих людей, тогда скажи слово. Не запамятовал?

Ну, это плевый вопрос. Я уже все давно выудил из головы.

– Грачи летят, не накроешь, улетят.

Популярная фраза. Есть разные значения. Но главное это, что не надо терять времени.

Парень ухмыльнулся. Указал на дверь приглашающим жестом.

– Милости просим.

Мы подошли к двери. Открыли и вошли внутрь.

Сразу попали в проходную. На стенах зеркала. Сбоку небольшое углубление. Там гардероб. У нас ничего нет, чтобы сдавать.

Дальше сразу большой зал. Там сидела веселая публика. В дальнем углу музыканты. Они наъяривали разудалый мотивчик. Подвыпившие посетители танцевали с дамами. Столики заполнены. Половые быстро и ловко летали с подносами.

Мы прошли через весь зал. Нам надо дальше.

Небольшой коридор. Тоже заполнен людьми. Мужчины вполголоса разговаривали с женщинами. Дымили папиросами.

Дальше еще двери. За ними зал поменьше. Тут уже потише. Музыки нет. Люди сидят за столиками, ужинают и болтают.

Некоторые уединились в кабинках. Там играют карты. Слышны радостные и злобные выкрики. Журчащий смех женщин.

Мы подошли к бару. Он сейчас назывался буфет. Возле стойки сидели трое мужчин.

Один полулежа уткнул лицо в стойку. Двое других спорили о Парижской коммуне. Они считали, что в Москве тоже надо организовать такую же.

Я посмотрел на буфетчика. Вот он, Калина. Тот самый, что мне и нужен. Низенький и сутулый мужчина лет тридцати. Щеки и лоб в рубцах от ожогов.

Он глянул на меня. Узнал и кивнул.

Никаких радостных встреч и объятий. Не то место и не тот человек.

Тут как в зверинце. Если не доглядишь, вцепятся в руку. Со всего маху. Откусят с потрохами.

Поэтому никаких вертихлюндий.

– Разговор есть, – сказал я. – Недолго. Выйди, Калина.

Буфетчик тут в авторитете. Скупщик краденного. Я с ним знаком с прошлого года. Ничего не поделаешь, надо сотрудничать. Часть похищенного все равно проходила через таких людей.

Он пристально посмотрел на меня. Калина знал меня, как представителя Тени. Того самого вора, кто ловко обчистил несколько богатых домов в Москве. Возможно, подозревал, что я и есть Тень.

Я показал денежку. Само собой, за сведения придется платить.

– Ну пошли, – он вытер короткие волосатые руки. Подозвал помощника. – Цыган, постой тут за меня. Я недолго.

Между прочим, помощник у него вовсе не цыган. Но похож.

Мы отошли к подсобке. Мимо пролетали половые.

– Мне нужен Митяй Щедровитый, – сказал я. Сам впился в лицо Калины пристальным взглядом. – Слышал о таком?

Сразу понятно, что слышал. Калина огляделся. Глазки мазнули по сторонам. Он как-то странно вывернул шею.

– А чего это ты про Митяя балакаешь? – глухо спросил он. Сразу видно, насторожился. – Гнилое это болото. Щедровитый сейчас под запором. Есть слух, что он с мокрухой связан. Про которую весь город балакает.

Так, это скользкая дорожка. Но нет времени.

– За ним должок остался, – я пожал плечами. – Про мокруху ведать не ведаю. Ну, где его найти можно? Здесь бывает?

И незаметно сунул Калине червонец. Буфетчик мельком поглядел на деньги. Перевел взгляд на меня. Вопросительный и удивленный.

Вот чертовщина. Я добавил еще два червонца. Калина посмотрел. Одобрительно ухмыльнулся. Деньги исчезли за пазухой.

– Это другое дело, – кивнул Калина. – Я его здесь давно не видел. Хотя есть слух, что он тут схоронился. Внизу ищи. Только про меня ни словечка.

Не совсем понятно. Я посмотрел на грязный дощатый пол. Что значит внизу?

– Это как? – переспросил я. – Где это, внизу?

Калина вытянул указательный палец. В пол.

– Где-где. Внизу, говорю же. Вертай туда. В Треисподнюю.

Я удивленно спросил:

– Как это в Треисподнюю? Ее же больше не существует.

Калина усмехнулся.

– Это для властей не существует. Кому надо, тот найдет. Ты это, иди к Ваньке-лодочнику. Он проведет. Правда, еще заплатить придется.

Отлично. Я и не ожидал такого успеха. Думал, что Митяй прячется где-то в лабиринтах Хитровки. Где его след простыл.

– Сколько у него карт сейчас в колоде? – спросил я. – Порядочно?

Это я про состав шайки спрашивал. Калина почесал небритый подбородок. Задумался.

– Человек пять точно будет, – неуверенно сказал он. – Хотя, из-за хипеша только самые-самые остались. Наверное. Ведать не ведаю. Тут уж ты сам.

Ладно. И на том спасибо. Я заметил, что Рит уже начал о чем-то болтать с мужиками у стойки.

Очень плохо. Обычно это заканчивается неблагоприятно. Я подошел к Риту, готовый вмешаться в любую секунду.

Но слуга, улыбаясь, пожал мужику руку. Положил на прилавок десяток копеек.

– Налейте, пожалуйста, моим друзьям. Еще по стаканчику. На доброе здоровие.

Так и сказал. «Здоровие». У него иногда странный акцент.

Но я обрадовался. Наконец-то, в кои веки. Сумел найти общий язык.

– И за здравие его благородия Горского, – заплетающимся языком добавил мужик. Поправил меховую шапку. Вытер потные пряди. – Лучшего барина в городе. Покровителя сирых и убогих.

Вот чертовщина. Мое имя вообще не должно всплывать. Проклятый идиот. Я ткнул Рита в бок.

– Пошли отсюда.

В зале приглушенный свет. Столики погружены в полумрак. На стенах горели светильники.

Рит обернулся, кивнул, потом снова пожал руки новым знакомым.

– Ну, мне надо идти. Еще увидимся.

Мы ушли из гостеприимного трактира. Напоследок я спросил у Калины, где обитает Ваньке-лодочник.

– Вестимо, где, – Калина опять показал вниз. Больше ни слова. Вернулся за стойку. Не обращал на меня внимания.

В коридоре я снова свирепо ткнул слугу в бок.

– Ты совсем спятил? Зачем упоминать мое имя?

Рит потер бок.

– Ничего подобного, господин. Я не говорил. Они сами сказали. Первые. У него брат больной в приюте. А там сказали, что вы самый большой меценат. Благословляют во время молитв.

Ну вот. Хотя я же просил сохранять анонимность. Не хватало еще такой известности.

– Ладно, пошли отсюда, – проворчал я. – Странно все это. Услышать свою фамилию.

Мы вышли к лестнице. Вышибалы узнали нас.

– Эй, деревня, что так быстро?

Я не ответил. Рит остановился. Я дернул его за рукав. Мол, не вмешивайся.

Сам развернулся. Подошел к парням. Снова достал червонец.

– Слышь, мужики, я тут земляка ищу. Ваньке-лодочник, слышали про такого? Мне бы с ним поговорить по душам.

Парни переглянулись. Посмотрели на червонец.

– А зачем тебе? – спросил один. Тот самый, что меня до этого расспрашивал. Настороженно так зыркал по мне глазками. – Не по Сеньке шапка. Деревне знать не положено.

Я придвинулся ближе. Поглядел ему в глаза. Изменил голос. Мысленно приказал: «Слушайся, слушайся». И вручил денежку.

– Он мне сам не нужен. Просто спросить хочу. Пару словечек всего.

Охранник взял деньги. Сунул в карман. Оглянулся. Потом отошел назад. Обратно к двери. Отвернулся.

– Мил человек, что же ты ушел? – я уже понял, что он передумал. – А как же Лодочник? Я все еще ищу его.

Вышибала лениво глянул на меня. Выпятил нижнюю губу.

– Катись отсюда, хлюзда, – протянул он. – Пока по кумполу не навалял. Скажи спасибо, что отпускаю.

Ну что же, ожидаемо. Я предвидел такой вариант. Если бы Рита не было рядом, я бы действовал по-другому.

Но слуга тут. Так что, можно им воспользоваться.

– Рит, вот теперь можно, – негромко сказал я. – Только аккуратно. Смотри, не убей.

Слуга радостно встрепенулся. Посмотрел на вышибал. Двинулся к ним.

Я отошел в сторону. Не буду мешать профи. Приготовил веревку.

– А ты куда, убожество? – спросил вышибала у Рита. Это все, что он успел спросить. – Чего надо?

В следующий миг таец атаковал. Как и полагается, ударил прямым.

Сильным и точным пинком. В живот противника. Эта атака у Рита коронная. Обычно сшибает с ног.

Но в этот раз не получилось. От удара вышибала отлетел назад. К стене рядом со стеной.

Но не упал. Потер изумленно живот. Прохрипел:

– Ты смотри, шо творит, хлюзда! – поднялся и на секунду остановился. – Порву на кусочки, пес!

Его напарник бросился на Рита. Но не добежал. Не надо так торопиться. Особенно когда ноги опутал аркан. Метко брошенный мною.

Поэтому второй вышибала не добрался до слуги. Споткнулся, упал и ударился головой о перила. Затих. А вот не надо кидаться сломя голову.

Рит добил первого. Тот зарычал и рванул к слуге. Только не добежал. Рит встретил его новым прямым ногой.

Саданул в грудь. Тут же добавил боковым лоу киком. По голени. С разворотом.

Вот этот удар получился сильнее. Вышибала полетел на пол. Ноги в одну сторону, голова в другую. Тоже стукнулся головой об пол. Хорошо, что деревянный.

Я тем временем оседлал второго. Быстро связал его. Это у меня уже на автомате. Как паук паутиной.

Огляделся по сторонам. В глубине пролета небольшой коридор. Напротив входа на третий этаж. Там дверцы. Я потащил пленника туда.

Распахнул дверку. Внутри свалены стулья и скамьи. Сломанные бадьи и ветошь. Чуланчик.

Я запихал пленника туда. В рот засунул ветошь. Связал потуже. Проверил, чтобы не задохнулся.

Вернулся обратно к лестнице и входу на этаж. Рит как раз добивал первого. Я помог оттащить бедолагу в чуланчик.

Похлопал вышибалу по щекам. Чтобы оживить. Рит стоял рядом. Со стороны входа нас почти не видно.

Вышибала застонал и открыл глаза. Удивленно посмотрел на нас.

– Эй, любезный, – я снова похлопал его по щеке. – Давай, поведай нам. Где тут Ваня-Лодочник? Ты не забыл, что мы его ищем?

Вышибала молчал. Помотал головой. То ли пытался собрать мысли. То ли отказывался отвечать.

Я тяжко вздохнул. Посмотрел на слугу.

– Рит, дружище, вразуми несмышленыша.

Тот рад стараться. Влепил парню пару оплеух. Круглая голова вышибалы, похожая на арбуз, метнулась туда-сюда.

– Ну как, вспомнил? – ласково спросил я.

Вот теперь он опомнился. Закивал.

– Ах да, точно. Звиняйте, что запамятовал. Вам надо на первый этаж. В самый конец коридора. Вправо от входа. Там вперед и вперед. Есть небольшая дверца справа. Нумером девятнадцать.

Я достал веревку и тоже связал его. Рот заткнул кляпом. Мы оставили их в чуланчике. Закрыли дверь.

Спустились по лестнице на первый. Я торопился. У нас мало времени, поэтому приходится действовать жестко. Кроме того, скоро охранников найдут. Тогда нам не поздоровится.

На первом этаже тоже двери. Проходы в коридор закрыты. Мы остановились.

Через главный вход вошли двое мужчин. Они болтали о выпивке.

– Сразу берем два штофа очищенного фруктового вина, – говорил один. – Я пробовал в прошлый раз. Оно тут бесподобное, я вам клянусь душой.

Они быстро поднялись на второй этаж. Я достал отмычки из мешка. Кивнул Риту на входную дверь на улицу.

– Придержи главный вход. Чтобы никто не вошел.

Слуга метнулся к входу. Вцепился в ручку. Чтобы не пускать никого снаружи.

Я подошел к двери. Осмотрел замок. Простейшая конструкция.

Обычный навесной замок. Для амбаров, из кованого железа. На лицевой части вензель «СЛ».

Я сунул натяжную отмычку и щуп. Слегка пошуровал.

Ручка входной двери задергалась. Рит крепко держал ее. Снаружи послышался голос:

– Что за чертовщина? Закрыто, что ли? Или заело?

М-да, надо поторапливаться. Но я не спешил. При вскрытии замков как с женщиной. Не надо суетиться.

– Что такое? Замок сломался? – нетерпеливый посетитель бушевал у входа. Но Рит держался. – Кто-то держит изнутри, что ли?

Я сунул отмычку чуть дальше. Ну же, милая, давай. Легкий щелчок. Замок открылся.

Все, отлично. Я кинул замок Риту. Тот нацепил на ручку. Метнулся ко мне.

– Сейчас откроем, – кто-то подошел на помощь посетителю. – Ну-ка, дай сюда.

Мы нырнули за дверь. В темный коридор первого этажа.

В то же мгновение открылась входная дверь. Замок упал перед входом.

– Что за мистика? – спросил кто-то. Кажется, вышибала. – Как этот замок тут оказался?

Я кивнул Риту. Пусть проверит, где тут открытая дверь. Иначе мы попадемся.

Слуга метнулся к дверям. Каждую слегка тянул к себе. Проверил одну, вторую, третью. Все закрыты.

Я огляделся по сторонам.

– Откуда этот замок? – спросил голос на пролете. – С первого этажа, что ли? Там, где присутственные места, кажись?

В крайнем случае, я могу залезть на потолок. Тут узкий коридор. А вот потолки высокие. Могу спрятаться там.

А вот Рит может попасться. Поэтому нам ничего не осталось, кроме как метнуться в конец коридора.

– Быстро в девятнадцатый, – прошептал я слуге. – Если закрыто, то ломай дверь.

Рит кивнул. Мы быстро побежали по коридору. Мимо мелькали двери контор. Вот девятнадцатый кабинет.

Слуга рванул дверь. Открыто. Мы ворвались внутрь. Закрыли за собой.

– Ну что, голубчики, добро пожаловать, – сказал голос сзади.

Глава 11
Нижний уровень

Перед тем, как повернуться, я закрыл дверь на засов. Затем мы оглянулись. Кто это там разговаривает так забавно?

Мы очутились в небольшой комнатенке. Совсем клетушка. Пара шагов в длину, один шаг в ширину. Прямо почти буквально.

В стене закрытая дверь. Рядом зарешеченное окошко.

У окошка столик. На столике книга, смятый кушак и огрызок свечи. Горящей свечи.

А за столиком сидел мужчина лет тридцати. Тоже в крестьянской одежде. Глаза синие и лукавые. Длинная борода стелилась по столику.

– Вы чего это из дома забрались, субчики? – спросил мужчина. – А не как все порядочные люди, с улицы?

И указал на вторую дверь. Я вздохнул. Ну, конечно. Это и есть Ваньке-лодочник. К нему заходят с улицы. Знающие люди.

– Мы тут гуляли, решили в гости заглянуть, – объяснил я. – Говорят, у вас тут весело. Это же ты Ваня-Лодочник, мил человек?

Мужчина продолжал весело глядеть на нас.

– Может быть, и я, а может быть, и нет, – наконец, ответил он. – А вот только кто ты будешь, субчик-голубчик? Я тебя не ведаю. Первый раз узрел.

Так, это проверочка. Я подошел ближе. Хотя куда уже. Поглядел мужчине в глаза.

– Есть в городе такой человек. Хотя про него никто не слышал и не видел, – сказал я. – Зовут его Тень. Слыхали о таком?

Мужичок кивнул.

– О-о да, конечно, слыхали. Земля слухами полнится. Фартовый, очень фартовый. Это ты, что ли?

Я покачал головой.

– Я того человека не видел. Говорю же. Его никто не видел. Очень скрытный. Ото всех хоронится.

Мужик продолжал сверлить меня взглядом.

– Что же ты хочешь, субчик?

Я наклонился ближе.

– Митька Щедровитый. Он мне нужен. Ты, говорят, знаешь. Покажи путь-дорогу. Я в долгу не останусь.

Теперь уже бородач покачал головой.

– Не, так нельзя, субчик. Перво-наперво, нет его тут, Митьки. А потом, мне за это потом голову снимут. За длинный язык.

Я подумал. Мужик дело говорит. Я похлопал себя по карману.

– Давай сделаем так, Ваня. Я просто зайду к вам в Треисподнюю. Поговорить с людьми о сламе. А заодно и поищу, кого надо. Это уже не твои головные боли будут. Договорились? Я же говорю, в долгу не останусь.

Мужик помолчал. Я мысленно поклялся. Если не согласится, тоже устрою над ним экзекуцию.

– Ну что же, – медленно сказал Лодочник. – Раз так, почему бы не помочь добрым людям? Кто я такой, чтобы не протянуть руку помощи?

Я достал рублик. Но мужик погрозил пальцем.

– Я за такое даже не шевельнусь. Давай пять червонцев.

По нынешним меркам, большие деньги. Огроменные. Запросы неплохие у Лодочника.

Ладно. Деньги еще придут. А время дорого. Дороже, чем денежки.

Я отсчитал пятьдесят рубликов. Отдал посреднику. Он быстренько слизнул в карман.

– Вот это другое дело. Заходите, гости родные. Вы теперяча не субчики. Вы теперяча свои, родные.

Он отодвинулся назад. Стул скрипнул на досках пола. Повернулся, наклонился. Оказывается, за ним в полу имелся люк.

Ванька со скрипом поднял люк. Встал, указал вниз.

– Давай, идите быстрее.

В дверь, через которую мы вошли, кто-то постучал. Сильно и требовательно. Ну вот, это за нами.

Мы подошли к люку. Я заглянул вниз. Темно. Только далеко внизу слабый свет.

– Свечку возьмите, – Ванька сунул маленький восковый цилиндрик. – И давайте, живее, живее.

Я полез первый. Нащупал подвесную лестницу. Поставил ногу на ступеньки. Начал быстро спускаться.

– Ну же, давай, – поторопил Ваня. – Скорее, басурманин.

Тут же на ступеньки залез Рит. Тоже начал спускаться.

Почти сразу люк захлопнулся. В тоннеле темно. Я продолжал спускаться вниз. Пахло сырой землей. Вверху кряхтел Рит.

– Смотри, не наступи мне на ногу, – пропыхтел я. Рит не ответил. – Где заканчивается эта чертова лестница?

Вверху послышались голоса. Кто-то спрашивал у Ваньки, не было ли тут подозрительных типов. Посмотрим, сдаст или нет.

Еще несколько шагов по лестнице. Нога наткнулась на доски. Они лежали на земле. Я зажег свечу.

Все вокруг осветилось тусклым желтым светом. Рит тоже сполз с лестницы. Встал рядом.

Мы очутились в тоннеле. Стены обиты досками. Где-то каменные подпорки. Высотой метра в два. Небольшой лаз, двоим тут не разойтись.

– Пошли, – я указал вперед. Там виднелся слабый свет.

Судя по всему, этот лаз выкопали не так давно. Пару лет назад. Может, чуть больше. Как раз после того, как власти засыпали подземный трактир.

Мы пошли по тоннелю. С потолка сыпалась земля. Под досками внизу хлюпала грязь.

Как бы не обрушился на нас. Не думаю, что тут все сделано добротно. Наоборот, тяп-ляп.

Я держал свечу в руке. Прикрывал ладонью, чтобы не погасла. Рит пыхтел сзади, как медвежонок.

Мы шли еще пару минут. Внезапно тоннель вывел нас в коридор. Тоже темный, но с каменными стенами и высоким потолком.

Надо же. Прямо подземное здание. В стенах углубления. Ведут к закрытым дверям.

А вот, значит, и каморки. Как теперь разобраться, где тут Митя Щедровитый?

Ладно, долго думать некогда. Я направился к ближайшей двери. Подойдя, увидел, что она деревянная. С бронзовой ручкой. Почти обыкновенная.

– Тут очень интересно, – заметил Рит. Он шел сзади. – Похоже на пещеру Тхам Кхао Бин в провинции Ратчабури. О, я слышу голоса. Это подземные духи или люди?

Я толкнул дверь. Проворчал:

– Это подземные звери, – и тут дверь открылась. Совсем неожиданно для меня. Надо же, я думал, что она закрыта. – Опа, тут что, никого нет?

За дверью снова коридор. Небольшой темный коридорчик. Дальше комната. И впрямь каморка.

Тесная и узкая. И чертовски темная. Наша свеча осветила топчан у дальней стены. Низенький скособоченный столик рядом. Треногий стульчак.

Еще лежащего человека на топчане. Укрытого грязным покрывалом. Я увидел блестящие скомканные волосы, разметавшиеся по квадратной подушке.

Потом свеча погасла. От резкого движения Рита.

– Ну ты даешь, – опять зарычал я. – Что теперь делать? Следи за ним, пока я не зажгу свечу.

За темноту я не беспокоился. Сиамец отлично видел во мраке. Как кот.

Я достал «шведские» спички из красного фосфора. Чиркнул и зажег одну. Поднес к свечке. Поглядел, как она загорелась. Поднял взгляд на Рита.

Слуга стоял возле топчана. Держал лежащего человека за плечо и бедро. Чтобы тот не убежал.

– Он воняет, господин, – пожаловался Рит. – Напился хлебного вина и спит. Он пьян, как обезьяна, напившаяся забродившего дуриана. Зачем его держать?

Я поставил свечу на столик. Заметил рядом светильник со стеклянными стенками. Открыл боковую крышку, засунул свечу туда и закрыл. Взял фонарь в левую руку. Поднял повыше.

– Разбуди его, – приказал я. – Сейчас проведем допрос. Перед этим обыщи. У него нет оружия?

Рит повернул ко мне овальную голову. Посмотрел блестящими глазами.

– Обижаете, господин. Первым делом проверил. Он чист.

Он шлепнул лежащего на топчане пару раз по плечу. Потом по голове. Тот застонал и захрипел. Перевернулся на спину, открыл глаза и увидел гостей.

Рывком приподнялся на кровати. Квадратная подушка из толстой коричневой дерюги упала на пол.

– Это чаво такое? – залопотал мужчина. Скомканные сальные волосы блестели в свете фонаря. – А я никаво не трогаю. Лежу себе и лежу. Чаво надобно вам?

Я подошел ближе.

– Как зовут? Чьих будешь? Отвечай быстро.

Мужик слегка отодвинулся. Покрывало из рогожи накрыло его левую руку.

– Я Гриша Кострома, – нервно ответил мужчина. – А вы чаво? На ножички меня взять хотите? За дельце с ларцом игумена Илариона?

Я покачал головой.

– Мы ищем Митю Щедровитого. Знаешь такого?

Гриша Кострома посмотрел на меня. Потом на Рита. Тот стоял сбоку от топчана.

– Это кто таков? Не, не ведаю такова. Мы людишки мелкие, под Богом ходим, плаваем, как пескарики. Как холовастики.

Я кивнул Риту. Тот ударил кулаком сбоку. Попал в Костроме скулу. Тот отлетел на спинку топчана. Еле удержался. Отодвинулся к стене, держась за скулу.

– Э, вы чаво, мужички? Я же говорю, не ведаю. Вы чаво шалить вздумали? Не по-людски это.

Я переложил фонарь в другую руку.

– Вижу ведь, что знаешь Щедровитого. Давай, говори. Времени нет.

Рит замахнулся. Кострома вскинул обе руки.

– Лады, лады, мужички! Хватит забав! Слышал я про Щедровитого. Знатный и духовитый тать. Только тута ево нету. Он в Марьинке схоронился. Как говорится, в Марьиной роще люди проще. А тута есть ребята из ево колоды. Вы в Угольную камору захляните. Третий поворот отсюдова. Там они в картишки слам дербанят. Тока не балакайте, откудова проведали. Договорились?

Я кивнул. От фонаря шло тепло.

– Тогда не поминай лихом, Гриша Кострома. Ничего не скажем.

Кивнул Риту.

– Пошли отсюда.

Мы развернулись. Гриша вскочил с топчана и бросился на Рита. В левой руке заточка. Достал из-под покрывала.

Я повернулся вполоборота. Метнул аркан с петлей. Ну как, аркан. Просто веревка. Хорошо, что взял побольше сегодня.

Петля затянулась на кисти Костромы. Той, что с заточкой. Я рванул веревку на себя. Кострома потерял равновесие и споткнулся.

В дело вступил Рит. Обернулся, понял, что случилось и ударил нападавшего.

Сначала прямой ногой в грудь. Чтобы окончательно сбить равновесие. Потом схватил за кисть с ножом и петлей, рванул Гришу на себя и ударил коленом в живот.

Хозяин каморки выдохнул от боли и согнулся пополам. Заточку выронил. Рит добавил ему коленом в лицо. Чертовски сильный удар.

Кострома потерял сознание. Шлепнулся мешком на пол. Я снял с его руки веревку. Когда отпустил, рука безжизненно упала на пол. Глухо стукнулась о покрытые трухой доски.

– Он жив? – спросил я. – Ты ему череп не сломал?

Как-то в Шанхае мы столкнулись с бандитами триады. Трое вооруженных головорезов.

Рит тогда впал в неистовство. Как будто берсерк. Одному сломал ребра, другому челюсть, а третьего убил наповал. Как сейчас, коленом в голову.

Сейчас он наклонился и осмотрел Кострома. Выпрямился и покачал головой.

– Он будет жить, господин. Череп крепкий, как у бычка.

Я намотал веревку на руку. Проверил, держится ли свободно. Наверняка еще пригодится.

– Тогда пошли отсюда.

Мы оставили Кострому отдыхать на полу. Вышли из каморки. Я выдохнул, а Рит спросил:

– Господин, откуда мы знаем, что он сказал правду? Он врал с самого начала.

Я пожал плечами.

– Да плевать. Хоть какое-то направление появилось. Если что, мы там еще кого-нибудь допросим.

Мы пошли дальше по коридору. От огня светильника на стенах вытягивались причудливые тени. Неподалеку слышались голоса и хохот. Непонятно, откуда доносятся.

Вскоре мы добрались до третьего поворота. Повернули вправо. Тут стены черные, как будто угольные. Мы зашли в первую попавшуюся дверь.

Когда я хотел открыть ее, услышал внутри голоса. Остановился, напрягся. Посмотрел на Рита. Усмехнулся.

– Готовься. Может, опять придется черепа пробивать.

Рит воспринял все серьезно. Кивнул, набычился.

Я вежливо постучал. Голоса затихли. Что-то там зашебуршались. Потом кто-то крикнул:

– Ну давай, кто там такой вежливый? Заходи.

Я открыл дверь. Тоже, кстати, черная. Это действительно угольная пыль или такая местная фишка? Коснулся поверхности. Нет, это такие черные доски.

Мы сразу попали в большую комнату. Побольше, чем у Костромы. Освещенную тремя светильниками.

У стен лежанки. В центре накрытый стол. За ним сидели трое парней. Играли в карты. Пили горячительное. Закусывали, чем бог послал.

Обернулись на нас. Интересно, который из них Митяй? Тот, который во главе стола?

Там сидел широкоплечий рыжебородый парень. Глаза синие, прищуренные. Рукава рубахи закатаны. Руки толстые и мощные.

Двое других тоже примечательные. Один маленький и юркий. Глаза живые и шустрые.

Третий тощий и высокий. Сидел сгорбившись. Все равно возвышался над столом.

– Ну что, гости добрые? – рыжебородый показал на стол. – Проходите, отведайте с нами. Закуски всякие. Прямо как в лесторане. А потом скажете, зачем явились.

Я посмотрел на стол. С одной стороны, некогда сидеть. Лясы точить.

С другой стороны, надо наладить контакт. Может, обойдемся без кровопролития.

Я кивнул Риту. Пусть слегка расслабится. Сам сел с краешку. Рядом с щуплым. Он придвинул ко мне миску с копченой рыбой. В котелке томленая картошка.

Рит уселся рядом с сутулым. Немного напряжен. Готов к схватке.

– Отведай хлебушка, человече, – пробормотал тот. Придвинул к Риту плошку с хлебом. – Отведай кусочек. Яичко будешь?

Я поел картошки. Посмотрел на бородача.

– Я ищу Митяя Щедровитого. Это ты будешь?

Бородач нахмурился. Маленький отодвинулся от меня. Как будто от зараженного. Сутулый выпрямился.

– А ты кто таков, что ищешь Митьку? Помочь решил прохиндею?

Так, это он о чем? В смысле, помочь? Во-первых, ясно, что это не Митька. Раз уж он называет его нелицеприятно.

Во-вторых, он что, настроен против Митьки? Кто это такой, черт подери? Если он тоже недруг Щедровитого, его стоит взять в союзники.

– Меня зовут Виктор, – ответил я. Поколебался секунду. Думал, надо ли придумывать фамилию. Решил остаться инкогнито. – Я от Тени. Есть такой вор в Москве. Слышали, наверное?

Парни переглянулись. Рыжебородый слегка расслабился. Похоже, понял, что я тоже не просто так ищу Митьку.

– Слышали, как не слыхать. Фартовый вроде. До поры до времени. И зачем Митька прохиндей понадобился Тени?

Опять же, времени нет. На долгие церемонии. Придется действовать напрямую. Если что, Рит подстрахует.

– Он связан с мокрухами по кассе Лунина, – бухнул я. Если уже бросаться в воду, то в самую холодную. – Там есть мой интерес. Тень взял сейф кассы. А Митька пытался помешать.

Бородач подался грудью на столик. Карты вообще убрал в сторону. Поглядел на меня заинтересованно.

– А вот теперь смотри сюда. Тень-заплетень. Меня зовут Дима Рыжик. Это Санька Лилипут, – он указал на щуплого рядом с собой. Потом на длинного и тощего. – А вот это Коля Верста. Мы из колоды Щедровитого. Разбежались с ним. Разошлись, как в море корабли. Почему, то не твое дело. Но за ним должок остался. Он нам тысячу кальмотиков должен. Соображаешь?

Ага, соображаю. Я быстро переваривал полученные сведения. Это о чем он таком рассказал?

Все-таки, я напал на след Митьки. Вот люди из его шайки. Которых он, судя по всему, кинул на тысячу рублей. Ушел в подполье.

Вполне возможно, что в связи со смертью Кошкина. Щедровитый понял, что могут и за ним прийти.

– Я ему говорил, не связывайся с этими, – Дима поморщился. – С этими, как там их… Ну, короче, с бомбистами. Но он позарился на добро. На золотые горы.

Ну, в общих чертах картина ясна. Вот только насколько злы на Митьку его бывшие друзья? Это тоже надо проверить.

– Ну что же, раз так, не буду тревожить, – я поднялся. Посмотрел на бывших соратников Щедровитого. – Мы пойдем его дальше искать. Пока не найдем, не успокоимся. А вы перекидывайтесь дальше в картишки. Где он, наверное, не ведаете?