Текст книги "Развод с драконом. Хозяйка заброшенной оранжереи (ЛП)"

Автор книги: Алена Снежина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 13

На следующее утро, едва позавтракав, я нашла Элиаса во дворе, где он чистил сбрую. Решимость горела во мне ярче утреннего солнца.

– Элиас, запрягай лошадь. Мы едем к Совиному кургану, к Ильме.

Племянник Мирты, обычно такой спокойный и исполнительный, замер с таким выражением лица, будто я предложила ему отправиться в логово дракона.

– Мили Азалия, прошу вас, – заговорил он бледнея. – Не надо туда. Место нехорошее. И старуха эта… с ней связываться не стоит.

– Я слышала уже, – холодно прервала я его. – Но необходимо съездить к ней.

– Но, мили Азалия... это опасно! Она колдунья! Место про́клятое! – в его голосе слышалась настоящая паника.

Во мне закипело возмущение. Страхи и предрассудки – вот что мешало всему в этом мире! Я выпрямилась во весь свой небольшой рост, глядя на него сверху вниз.

– Хорошо, – сказала я тихо, но так, чтобы каждое слово прозвучало отчётливо. – Если ты не отвезёшь меня, то я пойду туда пешком. Одна. И имей в виду, – я сделала паузу, глядя ему прямо в глаза, – когда мой муж, генерал Райден, узнает, что ты позволил его жене бродить одной по лесам, где, как ты сам говоришь, нехорошо… он по голове тебя точно не погладит. Если вообще оставит тебе эту голову на плечах.

Я блефовала, конечно. Вряд ли Райдену было хоть какое-то дело до моей безопасности. Но Элиас этого не знал. Его лицо стало землистым. Страх перед гневом генерала оказался сильнее страха перед колдуньей.

– Хорошо, мили, – прошептал он, сломленный. – Я… я запрягу карету.

Дороги, как и предупреждала Ильма, действительно не было. Элиас ехал медленно, объезжая колдобины и пни, пока наконец не остановился на опушке леса у подножия поросшего соснами холма – того самого Совиного кургана.

– Дальше только пешком, мили, – сказал он, не поднимая на меня глаз. – Я...могу пойти с вами или подождать вас здесь. А то лошади...

– Оставайся здесь, – перебила его, не дав договорить. Так даже было лучше. Мне не нужны были свидетели нашего разговора с Ильмой.

Я кивнула и, подобрав подол платья, пошла по едва заметной тропинке, ведущей вглубь леса. Воздух здесь был густым и тихим, будто застыший. Через несколько минут тропа вывела на небольшую поляну. И там, вросшая в землю, стояла высокая хижина. Она была старой, сложенная из тёмных камней, с покосившейся крышей, поросшей мхом, но выглядела не заброшенной, а… жилой. Из кривой трубы поднималась тонкая струйка дыма, а на крыльце сидела та самая старуха – Ильма.

Она смотрела на меня своими тёмными, пронзительными глазами, словно ждала.

– Я знала, что ты придёшь, – проскрипела она, не двигаясь с места. – Не у многих хватает духу прийти ко мне в гости, но ты не такая, как все. По глазам вижу, что ты не привыкла сдаваться.

– Мне нужны ответы, Ильма, – сказала я, останавливаясь перед крыльцом. Я не стала тратить время на светские любезности. Здесь они были ни к чему.

– Ответы дорого стоят, девочка, – усмехнулась она.

– Я уже доказала вам, что в состоянии оплатить их, – я вынула из складок платка мешочек с киринами и снова повторила. – У меня есть вопросы. Теперь вы готовы ответить?

Старуха кивнула, прищурила глаза, но даже не посмотрела на мешочек с деньгами.

– В тот день, на рынке… когда ты продала мне розу, я кое-что увидела. Красную ленту. Она обвила ветку и исчезла.

Ильма перестала улыбаться. Её взгляд стал тяжёлым и изучающим.

– И ты решила, что это магия? – спросила она, и в её голосе не было ни насмешки, ни удивления.

– Я знаю, что это магия, – твёрдо сказала я. – И я хочу знать, что это. И почему я это вижу. И почему… – я сделала шаг вперёд, – почему растения вокруг меня оживают?

Ильма медленно поднялась со своего места. Она была невысокой и сгорбленной, но в её движениях была странная, кошачья грация. Она не ответила. Вместо этого она подняла руку, ладонью вверх. Воздух над её морщинистой кожей задрожал, затрепетал. И тогда, прямо из ничего, из тончайших алых искр, на её ладони начала формироваться роза. Она была полупрозрачной, как будто сделанной из светящегося дыма и росы, но каждый лепесток был идеальным. Она пульсировала мягким, тёплым светом, заполняя поляну тихим гулом силы.

Я застыла, не в силах оторвать взгляд. Это было не иллюзией. Это было реальностью. Самой что ни на есть осязаемой магией.

– Это – «Алая Лента», девочка, – тихо произнесла Ильма, глядя на творение на своей ладони. – Искра жизни. Дар, который считают проклятием. Сила, которую пытались выжечь из нас калёным железом. Потому что они не могли её контролировать. Потому что она не ломает и не подчиняет. Она – лечит. И даёт жизнь.

Она сомкнула пальцы, и роза рассыпалась снопом алых искр, исчезнув в воздухе.

Я смотрела на пустую ладонь Ильмы, где ещё мгновение назад пульсировало чудо. В ушах звенело, а внутри всё переворачивалось от восторга. Это была не сказка. Это была правда.

– Почему? – вырвалось у меня, и голос мой дрогнул. – Почему от этого… от этой красоты хотят избавиться? Почему это считают проклятием?

Ильма медленно опустила руку.

– Потому что они боятся, дитя, – проскрипела она. Её голос звучал как шелест сухих листьев. – Боятся того, чего не могут понять и во что не могут вложить клинок. Их магия… – она с презрением махнула рукой, – она проста. Огонь, который жжёт. Лёд, который сковывает. Сила, которая ломает кости. Её можно измерить, поставить на службу армии, подчинить приказу. Её можно контролировать, так же как и драконов.

Она сделала шаг ко мне, и её тёмные глаза расширились.

– Но как можно контролировать жизнь? Как приказать семени прорасти? Как заставить рану затянуться по указу? Как измерить надежду, которую дарит аромат цветка одинокому человеку? Этого нельзя вписать в уставы. Этим нельзя командовать. Эта сила… – она ткнула пальцем себе в грудь, а потом в меня, – она слушается только сердца. Только искренности. Только любви. А разве можно приказать любить?

Я ловила каждое её слово. В них была горькая правда.

– Они пытались, – продолжала Ильма, и её голос стал ещё тише. – В былые времена. Властители, драконы, маги-солдаты. Они приходили к нам, к тем, в ком горела «Алая Лента», и требовали: «Заставь урожай созреть за день! Вылечи моего воина, чтобы он мог снова идти убивать!». А когда мы отказывали… они объявили нас шарлатанами. Еретиками. Ведьмами. Потому что наша сила отказывалась служить их жестокости. Она была… непокорной.

Она отвернулась и посмотрела на свои цветы, буйствовавшие вокруг хижины.

– Легче объявить что-то бесовским наваждением, чем признать, что есть сила, неподвластная твоей воле. Легче сжечь на костре, чем допустить, что хрупкий цветок может быть сильнее закалённой стали. Потому что он напоминает им о том, что они сами когда-то подавили в себе – о жалости. О сострадании. О самой жизни.

Ильма обернулась ко мне снова, и в её глазах горел огонь давней, незаживающей обиды.

– Вот почему, девочка. Нашу силу ненавидят не потому, что она слаба. А потому, что она – другая. Свободная. И потому что она доказывает, что можно быть сильным, не будучи жестоким. А это… это опасная мысль для тех, кто построил свой мир на жестокости.

Я молчала, ощущая боль Ильмы как свою.

– И вот теперь, – её взгляд снова впился в меня, – скажи мне, зачем она тебе?

_______

Дорогие читатели! Приглашаю вас в новинку Джейн Реверди

«Развод с драконом. Ты мне больше не нужна» (16+)

https:// /shrt/zE-l

– У вашей жены будет девочка, ваша светлость!

Я увидела, как после слов эскулапа разочарованно вытянулось лицо моего мужа, и сердце мое болезненно сжалось.

Это был его последний шанс получить от меня сына с магическим даром. Согласно предсказанию, этот ребенок должен появиться у него в год алмазного дракона – в тот самый год, который шел сейчас. И именно этот мальчик через пятнадцать лет должен будет вернуть великому княжеству Амальфийскому его былое величие.

Доктор поспешил выйти из спальни, и когда мы с мужем остались одни, Реджинальд сказал:

– Мне нужна будет другая жена, Лаура! Та, которая в ближайшие десять месяцев сможет родить мне сына.

Каждым своим словом он будто хлестал меня по щекам.

– А как же я? – спросила дрогнувшим голосом.

– О нашем разводе объявят завтра. А ты после того, как родишь дочь, уйдешь в монастырь. Ты мне больше не нужна.

Он произнес это так жестко, словно у нас с ним не было тех двадцати лет, что мы были вместе. И двоих сыновей, которых я ему подарила.

Но это было только начало. Потому что на следующий день, когда было объявлено о нашем разводе, от меня отвернулись все – даже наши взрослые сыновья.

Глава 14

«Зачем она тебе?»

Её вопрос заставил задуматься. Ответов было много.

Чтобы выжить. Чтобы доказать. Чтобы стать сильной.

Но в свете того, что она только что сказала, все эти ответы казались мелкими, эгоистичными.

Я посмотрела на свои руки и решила рассказать всю правду.

– Она уже во мне, – сказала я тихо, глядя на Ильму. – Я не просила её. Она просто… проснулась. Как будто ждала. И я не могу сделать вид, что её нет. Не могу игнорировать этот дар, как… – я запнулась, вспомнив спрятанные портреты родителей Райдена, – как что-то постыдное.

Я сцепила руки в замок, чтобы пальцы не дрожали от волнения.

– Не знаю, зачем она мне в глобальном смысле. Но я знаю, что хочу её понять. Не чтобы командовать ею. А чтобы… слышать. Чтобы помогать. Чтобы заставить цвести не только розы в оранжерее, но и разбудить мёртвую землю вокруг поместья. Чтобы люди, которые работают на меня, не просто выживали, а жили. Чувствовали, что их труд рождает не только хлеб, но и красоту.

Я сделала паузу, подбирая самые точные слова.

– Вы сказали, что эта сила слушается сердца. Моё сердце хочет навести порядок. Не тот, что строится на страхе и приказах, а тот, что вырастает из уважения и заботы. И, кажется, «Алая Лента»… она может стать моим инструментом.

Ильма посмотрела на меня пристально. Её лицо было непроницаемым. Потом она медленно кивнула.

– Хм. Не самый глупый ответ, – проворчала она. – Многие приходят за силой, чтобы возвыситься или отомстить.

Она повернулась и пошла к двери хижины.

– Ну что ж, раз так… Входи. Уроки «Алой Ленты» тоже дорого стоят. Но платить будешь не золотом. – Она обернулась на пороге, и в её глазах мелькнула хитрая искорка. – Платить будешь работой. Мне надо забор починить, да крышу подлатать. Готова учиться, садовница?

Я выдохнула от облегчения, это был шанс.

– Готова, – твёрдо сказала я и шагнула за ней в тёмный проём двери.

Я оказалась в единственной комнате хижины. Здесь пахло сушёными травами, землёй и дымом. Ильма указала мне на стул у грубо сколоченного стола.

– Сиди. И слушай. Первый урок самый важный, и он не про цветочки.

Я послушно села.

– «Алая Лента» – это не заклинание, – начала Ильма, расхаживая по комнате. – Её нельзя вызубрить. Это… чувство. Как дыхание. Ты должна чувствовать жизнь вокруг. В земле. В воде. В семени. В старом дереве. Даже в этом стуле ещё теплится память о том, что он был деревом.

Она остановилась передо мной.

– Закрой глаза.

Я повиновалась. В темноте запахи стали чувствоваться острее.

– Дыши. Глубоко. Ищи внутри себя не силу, а тишину. Точку покоя. Магия жизни не терпит суеты и натуги. Она просыпается в тишине души.

Я пыталась. Сначала в голову лезли мысли о стройке, о Кадарене, о Райдене. Потом, постепенно, я сосредоточилась на дыхании. На шорохе сухих трав, подвешенных под потолком. На собственном сердцебиении.

– Хорошо, – пробормотала Ильма, и её голос прозвучал рядом. – Теперь… протяни руку. Не открывай глаз.

Я протянула руку вперёд, ладонью вверх. Через мгновение в неё упало что-то маленькое, твёрдое и морщинистое.

– Это старое, почти мёртвое семя, – пояснила Ильма. – Его сила спит глубоко. Твоя задача – не заставить его прорасти. Твоя задача – узнать его. Почувствовать ту самую искру жизни, что ещё теплится внутри, как уголь под пеплом. Дай ему знать, что его видят. Что его помнят. Не требуй. Просто… будь рядом. В тишине.

Это было невероятно сложно. Я сидела с закрытыми глазами, сжимая в ладони крошечное, безжизненное семя, и пыталась… что? Любить его? Жалеть? Ничего не происходило. Только от напряжения начала болеть голова.

– Не насилуй себя, – рявкнула Ильма, и я вздрогнула. – Ты пытаешься вскрыть его силой! Расслабься. Просто будь.

Урок длился, казалось, целую вечность. К концу я лишь научилась немного успокаивать свой ум, но никакого чуда с семенем не произошло. Когда я, наконец, открыла глаза, разочарование, должно быть, было написано у меня на лице.

Ильма фыркнула.

– Ждала, что оно расцветёт у тебя на ладони? Нет, детка. Первый шаг – самый маленький и самый трудный. Ты научилась слушать тишину. Этого пока достаточно.

Она проводила меня к двери.

– Теперь иди. И возвращайся не раньше, чем научишься делать то, что я показала. По-настоящему. Не для галочки. Всё остальное бесполезно, пока не усвоишь азы. И помни слушать надо этим, – она ткнула пальцем мне в грудь, – а не этим, – она постучала по моему лбу.

Следующие два дня в «Чёрном Вереске» прошли в странном ритме. Днём я продолжала руководить работами, обсуждала с Дарстом план удобрения полей, с Мэри – меню на неделю. Но в перерывах, а особенно вечерами в своём кабинете, я закрывала глаза и пыталась найти ту самую «точку покоя». Я брала в руки разные семена из наших запасов, гладила кору яблони в саду, прикасалась к земле у фундамента оранжереи. Я не пыталась ничего изменить. Я просто… знакомилась. Училась чувствовать разницу между сонной жизнью в старом семени и бурлящей – в купленном цветущей розе. Это было тонко, едва уловимо, но что-то начало проявляться. Как лёгкая вибрация, как смутное тепло.

На третий день, ближе к полудню, я стояла на крыльце, проверяя список поставок древесины, когда привычный гул работ во дворе сменился нарастающим рокотом.

Сначала это был низкий, гудящий звук, от которого закладывало уши, и содрогались стёкла в окнах. Потом – огромная, стремительная тень, метнувшаяся по земле, поглотив солнце, и накрыла двор холодом. Я подняла голову.

С неба, разрезая воздух, пикировал дракон.

Он был огромен, цвета стали с красным отливом. Широкие кожистые крылья, сложенные в последний момент, смягчили падение, но удар лап о выбитую грунтовую площадку перед домом отозвался глухим ударом в груди. Пыль взметнулась клубами. Дракон встряхнул массивной головой, из ноздрей вырвалось облачко едкого пара, и он испустил низкое, гудящее ворчание, от которого задрожала земля под ногами.

На его спине, в седле, напоминающем часть доспехов, сидел Райден.

Он был в походном мундире, без плаща, но от этого выглядел только опаснее. Его движения, когда он отстегнул крепления и спрыгнул на землю, были резкими, точными, полными сдерживаемой силы. Он даже не оглянулся на своего зверя, который, свернув шею, исподлобья наблюдал за двором горящими янтарными глазами.

Вся суета во дворе замерла, парализованная страхом и благоговением. Работники застыли, пригнувшись, с досками и инструментами в руках. Даже птицы умолкли.

Райден направился к дому. Его взгляд, холодный и тяжёлый, как и взгляд его дракона, пригвоздил меня к месту.

Он остановился в двух шагах. Смотрел на меня сверху вниз, молча, изучая.

Зачем он здесь? – промелькнуло у меня в голове. Но я по привычке упрямо подняла подбородок и ответила таким же тяжёлым взглядом.

Я не та Азалия, которую ты привык подавлять, Райден.

– Вы должны приветствовать своего мужа поклоном, – процедил Райден сквозь зубы. – Или жизнь в деревне затуманила ваш мозг?

_______

Дорогие читатели, приглашаю вас в новинку Евы Енисеевой

Развод с драконом запрещён (16+)

https:// /shrt/2hL2

Я очнулась в чужом мире в теле «бесплодной» жены властного генерала-дракона. Красивый мужчина, уважаемый аристократ, любимец подданных… и тот, кто провёл со мной ночь, а утром объявил развод и отправил в темницу за подделку метки истинности!

Я сбежала. Но только начала устраивать свою жизнь, как узнала, что беременна. И без его близости моё драконье дитя не выносить…

Глава 15

Его слова отрезвили меня мгновенно. Все кто был во дворе, будто застыли. Но внутри меня, вопреки всему, не было страха или трепета, наоборот, закипело возмущение.

Я медленно, с преувеличенной чёткостью, наклонила голову ровно настолько, насколько это допускало самое формальное приличие между равными. Ни на йоту ниже.

– Добро пожаловать домой, генерал, – сказала я ровным, лишённым всяких эмоций тоном. – Я проявляю учтивость к тем, кто сам ведёт себя как цивилизованный человек. И требую к себе подобного отношения.

На его лице не дрогнул ни один мускул, лишь в глазах, серых и беспощадных, как зимнее море, промелькнула вспышка удивления. Видимо, Райден, ещё не привык, что его жена перестала быть размазнёй.

Он бросил короткий взгляд на дракона, который под стать хозяину деловито развалился посреди двора, затем окинул двор и замерших работников и только после этого снова посмотрел на меня.

– В кабинет, – произнёс он, не повышая тона. – Сейчас же.

Он не стал ждать ответа, просто прошёл мимо меня, уверенный, что я поплетусь следом, как послушная собака.

Гнев жаркой волной ударил мне в виски. Я сделала глубокий вдох, расправила плечи и пошла за ним, отмеряя шаги с холодным достоинством.

Когда мы вошли в кабинет, я увидела, как его взгляд скользнул по комнате. Она больше не была пыльным склепом, теперь это был мой кабинет. Здесь теперь пахло воском и распустившейся розой, которая продолжала цвести, книги стояли ровно на полках, а с каминной полки, чисто вымытой, на нас смотрели портреты его родителей – те самые, что я нашла, отмыла и выставила на видное место. Я видела, как его взгляд на секунду задержался на них, но он ничего не сказал.

Он занял своё место в кресле за массивным столом. Я остановилась напротив, скрестив руки на груди.

– До меня дошли слухи, – начал он без прелюдий, его голос был ровен, но это была ровность затянувшегося льдом озера. – Ты общаешься со старой каргой из Совиного кургана. Ильмой. Ведьмой.

Он выдохнул последнее слово с таким уничтожающим презрением, что воздух в комнате стал ядовитым.

– Ты позоришь мой род, Азалия, – он медленно, с отвращением покачал головой. – Жена генерала, ползающая по болотам и консультирующаяся с полоумной старухой. Ты выставляешь себя и моё имя на посмешище всему Приграничью. Ты что, совсем безмозглая?

Я слушала, с трудом сдерживаясь, чтобы не перебить его. Будь я в своём мире, не сносить бы ему головы, но тут надо было следить за каждым словом.

– И что это за ненормальная идея с оранжереей. В этом болоте. Ты спустила все выделенные средства в трубу, наняла работников для какой-то дурацкой затеи. Эта земля мёртвая. Ничего, кроме бурьяна, здесь не вырастет. Ты возомнила себя хозяйкой, но на самом деле ты обычная глупая баба, которую оторвали от столичных балов и бросили туда, где нужны мозги, а не розовые мечты.

Ох… сколько же мне сил понадобилось, чтобы себя сдержать и не зарядить ему пощёчину по этому наглому и высокомерному лицу. Его зашоренность и слепота бесила неимоверно. А в этой зубодробительной правде, как ему казалось, было что-то… шаблонное. Слишком похоже на чужой пересказ.

Внутри у меня всё клокотало. Каждая клетка кричала от обиды и злости. Но я помнила урок Ильмы. Тишина. Точка покоя. Я нашла её внутри, маленький островок льда в бушующем море эмоций.

– И кто же вам всё это так красочно доложил, генерал? – спросила я холодно, когда он замолчал.

Он замер, будто не ожидал вопроса.

– Это неважно. Мне доложили.

– О, это очень важно, – парировала я, делая небольшой шаг вперёд. – Судя по степени вашего возмущения и количеству… творческих интерпретаций, человек этот обладает весьма скромным умом и богатой фантазией. Позвольте внести ясность.

Я начала говорить чётко, по пунктам, как на военном совете, который он наверняка ценил.

– Ильма – не «старая карга». Она пожилая женщина, которая лучше любого в этой округе знает свойства местной земли и растений. Обратиться к ней за советом по садоводству – не позор. Это здравый смысл. Предрассудки о «колдуньях» уже устарели. И я удивлённо, что вы, взрослый мужчина, в них верите.

Я видела, как дёрнулась мышца на его скуле.

– Далее. Оранжерея. Цель – не вырастить пальмы в тундре. Цель – создать закрытый, защищённый грунт для выращивания лекарственных трав, редких растений и, да, цветов на продажу. Спрос есть. Об этом мне сказала та самая Ильма, чей ум вы так презрительно отвергаете. А работники, которых я «наняла на дурацкую затею», – это местные жители, которые теперь получают честную плату за честный труд и начинают верить, что это поместье может снова жить. Они уважают меня за это. Что, по-вашему, лучше: чтобы они сидели без дела и проклинали ваше имя?

Я сделала короткую паузу, дав ему переварить информацию.

– И наконец, о финансах. Та кучка монет, которую вы мне выделили, – я сделала особое ударение на слове «кучка», – даже близко не стоит к тому, что жёны ваших знакомых генералов, я уверена, тратят в день на новые платья и безделушки. Я не требую ни платьев, ни безделушек. Я вкладываю ваши средства в развитие вашего же поместья. И не вижу в этом ничего, кроме здравого смысла и долга хозяйки.

Он слушал, и я видела, как гнев в его глазах начинал бороться с осознанием. Он понимал, что я права. Каждый мой аргумент был железобетонным. И это бесило его ещё больше, потому что рушило удобную картину «безмозглой транжиры».

Его лицо исказилось. Всё то холодное, расчётливое, что было в нём секунду назад, испарилось, уступив место первобытной, хищной ярости. Он встал, резко шагнул вперёд. Я инстинктивно отпрянула, но спина упёрлась в прохладную стену. Он навис надо мной, заслонив свет, заполнив собой всё пространство, весь воздух.

Я никогда в жизни не боялась мужчин. Я умела отшить наглеца словом, взглядом, острым каблуком. Но это… это была нечеловеческая сила. Это была сила урагана, сила дракона. Он подавлял не только физически – он подавлял волю самой атмосферой, исходящей от него дикой, неконтролируемой мощью. Всё внутри меня содрогнулось и съёжилось.

Его рука сжала мою шею, приковывая к себе, чтобы продемонстрировать абсолютный контроль. Его пальцы были твёрдыми и обжигающе горячими. Он склонился так близко, что я почувствовала его дыхание – с запахом дыма и чуть сладковатой драконьей гарью.

– Ты забыла, кто здесь главный, – прошипел он хрипло. – Похоже, пора тебе напомнить.

В глазах потемнело от паники. Но где-то в самой глубине, под толщей ледяного страха всё ещё тлела искра гнева. Искра «Алой Ленты». Она была слабой, испуганной, но она была. И она отказывалась гаснуть.

Я не смогла выговорить ни слова. Но мой взгляд, полный не страха, а яростного, немого вызова, встретился с его.

____

Дорогие читатели!

Приглашаю Вас в эмоциональную историю отПолины Мироновой

Развод с драконом. Я – не твое сокровище!

https:// /shrt/b1us

Аннотация

Быть кормилицей ребенка от любовницы? Угождать ей?

Почитать мужа-изменщика? И это после того как сама недавно потеряла малыша?

Пугливая жена повелителя драконов, наверное согласилась бы… Но в ее теле теперь Я!

И я требую развода, уважаемый дракон!

Прогоните в дальнюю деревушку, где, нет никого кроме коз?

Ничего страшного, с козлами я обращаться умею!

И со всеми неприятностями справлюсь сама.

Главное, чтобы муж не заявился и не узнал о моей маленькой тайне...