Текст книги "Брат, Брат-2 и другие фильмы"

Автор книги: Алексей Балабанов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 25 страниц)

– Гаси этого, – сказал Сергей.

Саймон сделал шаг назад и убил четвертого.

– Ну что, уж ты-то нам скажешь, где героин? – спросил Сергей.

– Конец тебе, сука! – истерично воскликнул Мозг.

– Нет, конец тебе, – мирно сказал Сергей.

– А с этими что делать? – спросил Саймон, кивнув на трупы.

– Хороший вопрос, – сказал Сергей. – Давай в ванную их, но лучше с этим сначала.

Они посадили Мозга на другой стул и привязали его так же, как и Баклажана.

– Крови много. Не люблю, когда много крови, – сказал Сергей.

– Давай ты за руки, я за ноги, – сказал Саймон. – Так можно и не испачкаться.

Они взяли первого и понесли. Они донесли его до ванной и бросили внутрь.

Потом второго и третьего.

– Тяжелые, – сказал Саймон, бросая последнего.

– Давай главную тему освоим, – сказал Сергей.

Они вошли в комнату, где сидели Баклажан и Мозг.

– Ну, все… комнату мы очистили! Давайте теперь узнаем про пионерский отряд, что здесь был, – спросил Сергей.

Раздался звонок в дверь.

– Оба-на, – сказал Саймон.

Он вышел в прихожую и открыл.

В дверях стоял мужчина лет пятидесяти пяти.

– Мужики, я тоже музыку люблю. Но ведь поздно уже, на работу завтра, – сказал он.

– Заходи, – сказал Саймон и упер ствол ему в голову.

– Ты чё это? – спросил мужчина и вошел.

– Лезь сюда, – сказал Саймон и открыл дверцу шкафа в прихожей.

Перепуганный сосед сразу залез.

Саймон закрыл дверцу и два раза выстрелил.

Саймон вошел в комнату и сорвал скотч со рта Мозга.

– Все, козлы. Вас уже нет, – сказал Мозг. – Вы все уже… – Он не успел договорить, потому что Саймон ударил его молотком по коленке.

– Ну что, тварь, ОК? – спросил Саймон.

– Где мой героин? – спросил Сергей.

– Я не понимаю, чего вам, уродам… – попытался закричать Мозг, но Сергей не дал ему договорить и выстрелил ему в висок. Кровь Мозга забрызгала Баклажана.

– Не люблю, когда обзываются, – сказал Сергей Баклажану. – Ты ведь не будешь обзываться?

Баклажан отчаянно замотал головой.

– Ну ладно, давай продолжим. Ты по-прежнему партизана включаешь? – спросил Сергей.

В этот момент в прихожую вошли Корон и Бала.

– …А мусора я так и не дождался, – говорил Корон.

– Может, он на службе? – предположил Бала.

– Да кто их, мусоров, знает… Договаривались-то дома…

– Думаю, знал он, – сказал Бала, входя в комнату, но осекся, уперевшись в наставленные на них стволы.

– Так, бандиты, руки вверх и на колени! – скомандовал Сергей.

– Мы, наверное, квартирой ошиблись, – сказал Корон, поднимая руки. – Нам лучше уйти…

– Повторяю, руки вверх и на колени!

Корон с Балой сделали, как их просили. Саймон подошел и обыскал их.

– Ничего, – сказал он.

– Я же говорю, ошиблись. Мы на день рождения к девочке шли, – сказал Корон.

– К девочке? – спросил Сергей.

– К девочке, – подтвердил Бала.

– На день рождения? – спросил Сергей.

Корон кивнул.

– А сколько лет девочке? – спросил Сергей.

– Двадцать, – выпалил Корон.

– Большая девочка. А разве в наше время еще есть девочки, которым уже двадцать лет? – спросил Сергей.

– Ну, я в этих вопросах не понимаю. Может, он. – Корон кивнул на Балу.

Сергей посмотрел на Балу.

Тот испуганно замотал головой.

– А это что? – Сергей указал на пакет, лежавший рядом с Балой.

– Где? – спросил Корон.

– Вон, рядом с другом твоим лежит.

– Пакет.

– Пакет?

– Да, пакет.

Сергей подошел и поднял пакет.

– Значит, пакет, – сказал он. – Очень хорошо. А в пакете, вероятно, подарок девочке ко дню рождения. – Сергей посмотрел на Саймона. – Интересно, что сегодня дарят двадцатилетним девочкам на день рождения…

Сергей сунул руку в пакет и достал блок «Мальборо».

– Очень хорошо, – сказал он. – Очевидно, девочка много курит. Давайте посмотрим дальше…

Он сунул руку в пакет еще раз и достал дорожную карту города и области.

– Ага, – сказал Сергей, – еще она путешествует по области за рулем. Интересная девочка…

Дальше он достал три бутылки пива и чипсы.

– И вдобавок пиво и чипсы! Итак, что мы имеем. Мы имеем девочку, которой сегодня исполняется двадцать лет, которая курит «Мальборо» блоками, ездит по области на машине и пьет за рулем пиво. Это не очень хорошая девочка. Я прав?

– Не совсем, – сказал Корон.

– Не совсем? Свяжи-ка этих развратников, – обращаясь к Саймону, сказал Сергей.

Саймон связал им руки и посадил на стулья рядом с Баклажаном.

– Ну что, бандиты, думаю, вы понимаете, что ваша байка про девочку не прошла, – сказал Сергей. – Так что давайте не будем больше препираться, не будем врать и честно скажем, где наш героин…

– Какой героин? – спросил Корон.

Саймон подошел и ударил его молотком.

– Ты чего?! – заорал Корон.

– Короче, бандиты, вы понимаете, что перспективы ваши равны нулю, но, если вы не будете тянуть время и честно скажете, где наш героин, я, так и быть, дам вам шанс, – сказал Сергей.

– Какой еще шанс? – закричал Корон.

– Сначала верните героин, – сказал Сергей.

Корон посмотрел на Мозга, затем на Балу и сказал:

– В кухне за кастрюлями.

– Молодец, – сказал Сергей. – Саймон, пойди проверь.

Саймон вышел из комнаты. Через какое-то время на кухне послышался шум, и Саймон вернулся с чемоданом. Он что-то жевал.

– Йес, – сказал он.

– Ну-ка, давай посмотрим, – сказал Сергей и открыл чемодан.

В чемодане лежал героин.

– Есть, – сказал он и закрыл чемодан. – Ну что, бандиты, настроение у меня улучшилось, так что, как я и обещал, я предоставлю вам шанс. Ты не возражаешь? – спросил он Саймона.

Саймон жестом показал, что ему все равно.

– Значит, мы с вами поиграем в жмурки, – сказал Сергей и достал револьвер. Затем открыл барабан и высыпал патроны на ладонь. – С помощью этого приспособления мы решим, кто зажмурится, а кто нет. Всех устраивает? – спросил Сергей.

Никто не ответил.

– Объясняю принцип.

Сергей взял один патрон, вставил в барабан и провернул его. Затем направил револьвер на Корона и нажал на курок. Выстрела не последовало.

– Раз, – сказал Сергей, перевел револьвер на Баклажана и нажал на курок с тем же результатом. – Два, – сказал он, перевел револьвер на Балу и снова нажал. – Три, – сказал он и направил ствол снова на Корона. – Четыре, – сказал он после щелчка и прицелился в Баклажана.

Раздался выстрел. Пуля попала Баклажану в ногу. Тот страшно закричал.

– Пять, – сказал Сергей. – Принцип ясен? Это была тренировка. Ну, а теперь ты, любитель нехороших девочек, пойдем с нами на кухню. Посмотрим, повезет ли тебе снова. – Сергей встал.

Они зашли на кухню. Саймон вошел следом. Он развязал Корону руки, и тот сел за стол напротив Сергея.

Саймон встал у входа, держа Корона на мушке.

– Ну что, вперед? – спросил Сергей.

– Вперед, – сказал Корон.

– Последнее желание есть?

– Есть, – сказал Корон. – Отпустите меня, пожалуйста…

Сергей посмотрел на Саймона.

– Чувство юмора у него есть, – сказал он. – Чувство юмора – это хорошо. С ним и умирать легче. Ну что, давай к делу?

Сергей вставил в барабан один патрон и протянул револьвер Корону.

– Сам или мне помочь? – дружелюбно спросил Сергей.

– Сам, – сказал Корон и взял револьвер. Он крутанул барабан, поднес револьвер к виску, подождал чуть-чуть и нажал на курок. Раздался выстрел. Кровь брызнула на холодильник. Тело Корона упало на пол.

– Не повезло, – сказал Сергей. – Давай второго, – попросил он Саймона.

– Эфиопского?

– Не, эфиопского на потом, – сказал Сергей.

Через минуту Саймон привел Балу.

Тот мгновенно оценил обстановку.

– Играть в жмурки будешь или как? – спросил Сергей.

– Буду, – резко сказал Бала.

– Ага, у нас герой, – сказал Сергей.

– А тебе слабо со мной сыграть, или зассал? – спросил Бала.

– Кто, я зассал? Ты хочешь сказать, что мне слабо сыграть с тобой в эту байду? – разозлился Сергей. – Ладно, ты сам напросился. Садись.

Бала сел, переступив через Корона.

Сергей вставил в револьвер два патрона, положил револьвер на стол и крутанул. Револьвер остановился, и ствол указал на Сергея.

– Ну, давай теперь посмотрим, какой ты герой… – сказал Бала. – Или зассал? Нет, ты, конечно, можешь не стрелять, а сразу меня кончить. Но тогда знай – дерьмом ты жил, а ссыкуном подохнешь.

Сергей взял со стола свою черную папку, молча поднес револьвер к виску, вставил папку между стволом и виском и нажал на курок. Выстрела не последовало.

– Ну что, тварь, давай, – сказал Сергей и положил револьвер.

Бала взял револьвер и поднес к виску. Он сразу как-то сдулся. Рука начала дрожать. Он держал револьвер, но с выстрелом медлил.

– Ну что, мудак, говорить ты мастер, а на деле сам обоссался? – сказал Сергей. – Давай смелее, ты же герой! Жми, дешевка! Если не нажмешь, я тебе молотком башку пробью! – закричал он.

Бала заплакал, а потом нажал. Раздался выстрел, и Бала рухнул на пол.

– Языком чесать они все смелые, – сказал Сергей и плюнул на Балу.

– Давай негра убьем. Не люблю я их… – сказал Саймон.

– Давай, – сказал Сергей. – И поедем, что-то я уже проголодался. – Он пошел в комнату, оставив папку на столе.

Сергей вошел в комнату первым и увидел развязанного Баклажана с пистолетом в руках.

Они одновременно выстрелили, и оба упали. Подоспевший Саймон добил Баклажана, выпустив в него обойму, и подошел к Сергею.

– Серый, ты как? – встревоженно спросил он.

– Да как-то не очень, знаешь…

– Куда он попал?

– В живот… Я папку на кухне забыл… Больно, блин…

– Потерпи, потерпи, братан… Щас. – Саймон снял с Баклажана пиджак и дал Сергею. – На, пиджак приложи, пусть кровь остановится.

Сергей приложил пиджак. Саймон поднял его и отнес на диван.

– Больно-то как, а… – сказал Сергей. – Кровь сильно идет?

– Я в этом не здорово понимаю, но она идет, – сказал Саймон.

– Чё-то башка кружится…

– Тебе щас врач нужен, – сказал Саймон.

– Врач? А где его взять-то?

– Давай я тебя в больницу отвезу, – предложил Саймон.

– Ты чё, какая больница с пулевым ранением и чемоданом героина? Сюда врача надо. У тебя там есть кто-нибудь?

– Надо подумать, – сказал Саймон.

– Давай, не тормози…

Саймон достал записную книжку и начал ее листать. Он нашел что-то, встал и подошел к телефону, стоявшему на столике в углу.

– Здравствуйте, будьте добры Сашу, – вежливо и солидно сказал он, набрав номер. – А вы не скажете, когда он будет?.. Только вечером… ага, а найти его никак? Спасибо, извините.

Саймон положил трубку и принялся листать свою книжку.

– Здравствуйте… Алло! Здравствуйте! А можно мне Вадика услышать? – заорал он. – А, Вадик… Тебя не узнать! Что с голосом у тебя?. А, отмечаете… Ну, давай… – Саймон повесил трубку и задумался.

– Ну чё там у тебя? – спросил Сергей.

– Да как тебе сказать?.. – задумчиво сказал Саймон. – Есть две новости: одна плохая, а другая очень плохая. С какой лучше?

– Давай с плохой, – сказал Сергей.

– Значит, плохая: я дозвонился до двоих, они не смогут. – Саймон замолчал, листая книжку.

– А очень плохая? – спросил Сергей, немножко подождав.

– Очень плохая состоит в том, что это не совсем врач, и я не могу найти его телефона, – сказал Саймон, продолжая листать книжку.

– А кто он? – спросил Сергей.

– Ну, он студент этого… медицинского.

– А он умеет?

– Думаю, умеет.

– Думаешь или умеет? – разозлился Сергей.

– Умеет, – уверенно сказал Саймон, а потом с сомнением добавил: – Но не все…

– Ладно, звони! Хреново мне что-то совсем…

– Да я бы сразу, телефон бы найти, – продолжая рыться в книжке, сказал Саймон. – Йес! – воскликнул он и начал набирать.

Сергей отнял пиджак и снова приложил.

– Аллё, Лешик! Здорово, это Саймон, как дела-то?.. Ага, слушай, работка есть… Что значит «какая»? По профессии. Человека хорошего починить надо… Как зачем тебе это? За двести бакинских рублей… Адрес пиши.

Лешик подошел к подъезду и сверился с бумажкой.

Саймон сидел на диване рядом с Сергеем, когда раздался звонок. Он поднял голову и пошел открывать дверь.

Саймон открыл дверь, впустил Лешика и спрятал пистолет.

– Молодец, что приехал, – сказал он.

– Говно вопрос. Баксы приготовил?

Саймон достал двести долларов и дал Лешику. Тот сложил их пополам и сунул в джинсы.

– Куртку можно повесить? – Лешик показал на шкаф.

Саймон кивнул.

Лешик открыл дверцу, и из шкафа выпал мертвый сосед.

– Неаккуратно у вас тут, – сказал он, сделав шаг назад.

– Да это не наша квартира, – сказал Саймон. – Тебя в таком виде на улице не тормозят?

– Пока нет. Ну, кого лечить будем? – спросил Лешик.

– Там, – сказал Саймон.

– Обувь снимать?

– Я бы не стал. У нас тут не совсем чисто, – сказал Саймон.

Саймон и Лешик зашли в комнату. На полу лежали двое застреленных людей. На диване лежал Сергей и сдерживал кровь пиджаком.

– Ну, вот и доктор, – сказал Саймон.

– Здрасьте вам. А чё так много народу мертвых? – спросил он. – Кстати, здесь и правда грязно. Спасибо, что посоветовал обувь не снимать.

– Да какие проблемы, – сказал Саймон.

– Я вам не мешаю? – с трудом спросил Сергей.

– Ой, братан, извини. Леш, посмотри, чё там, – сказал Саймон.

Лешик взял стул, подошел к дивану и сел.

– Леша, – сказал он и протянул руку.

– Сергей, – сказал Сергей.

Они пожали руки.

– Как дела? – спросил Лешик.

– Не очень, – сказал Сергей. – Давай ближе к делу.

– Пиджак убери.

Сергей отнял пиджак и бросил на пол. Лешик осмотрел рану.

– Музыку поставь, – попросил он Саймона.

– Ну, чё там? – спросил Сергей.

– Ничего.

– Хорошего?

– Да нет, в целом нормально все. Щас пулю доставать будем.

– Доставать? – испугался Сергей.

– Мне казалось, вы позвали меня не диагноз ставить.

– В общем, да, – сказал Саймон, отходя от проигрывателя.

– Ну, тогда давайте начинать! – бодро сказал Лешик, разминая руки.

– Давай, чё надо? – спросил Саймон.

– Не мешать, – сказал Лешик.

Саймон сунул руки в карманы и не спеша вышел на кухню. Там он заметил на столе черную папку, с которой Сергей никогда не расставался. Он расстегнул замок и открыл ее. Там по всему периметру лежал титановый лист толщиной в несколько миллиметров. На нем было две вмятины.

– Оп-па, – сказал Саймон и постучал по листу пистолетным стволом.

– Леш, а ты хоть раз это делал? – спросил Сергей.

– Что делал?

– Ну, ты пулю доставал хоть раз?

– Все когда-нибудь делаешь в первый раз, – философски заметил Лешик.

– А ты вообще знаешь, что делать? – спросил.

– Конечно. Я же клятву Гиппократа давал.

– Это бодрит, – без энтузиазма сказал Сергей.

– Ну, вот и славно. Теперь о главном. Анестезии, судя по всему, у вас нет, – обратился он к Саймону.

– Анестезии? – не понял тот.

– Ага. Тогда вот что я предлагаю. Щас я дам тебе две таблетки анальгина и водки граммов сто.

– Сто пятьдесят, – сказал Сергей.

– Да хоть двести… Будет не так больно, но потерпеть все же придется, – сказал Лешик.

– Давай.

Лешик открыл портфель и достал пачку анальгина и бутылку водки. Вошел Саймон с папкой в руках.

– Стакана нет, придется из горла, – сказал он.

– Не впервой, – сказал Сергей, взял бутылку и сделал несколько глотков.

– Все не пей, – сказал Лешик. – Она еще нужна будет. На еще две таблетки.

Сергей съел две таблетки.

– Щас я помою руки, и начнем, – сказал Лешик, вставая.

Лешик зашел в ванную и включил воду. Пока мыл руки, он то и дело посматривал в ванну, где лежали трупы. Закончив, он закрыл кран, достал из кармана бумажник, вынул пакетик с кокаином и внюхал пайку.

Лешик вернулся в комнату.

– Ну что, господа, начнем?! – бодро спросил он, снял пиджак и отдал Саймону. – Не испачкай, я за него на рынке два часа торговался.

Лешик сел на диван и достал из портфеля щипцы и зажигалку. После этого он зажег зажигалку и подставил ее под щипцы.

– Ты чё это? – глядя на процесс, спросил Сергей.

– Стерилизация.

– Понятно, – тревожно сказал Сергей.

– Ты не рубись, – спокойно-сосредоточенно сказал Лешик. – Я знаю, что делаю.

– Я надеюсь…

– Щас больно будет, – сказал Лешик. – Если худо, ори, только не дергайся. Помешаешь…

Лешик взял бутылку водки, полил на рану, потом взял щипцы и достал пулю.

– Держи на память, – сказал он и положил щипцы в портфель. – Кто-нибудь курит?

– Бросили мы давно – сказал Саймон.

– Мне сигарета нужна.

Саймон посмотрел на пакет, что был у Балы. Встал и вынул блок «Мальборо».

– А говоришь, бросили, – сказал Лешик, открывая пачку. Он прикурил, сделал пару затяжек, после чего приложил сигарету к ране.

Сергей заорал.

– Ну, вот и все, – сказал Лешик. – Щас перевяжем, и будешь как новый.

– Молодец, – сказал Саймон.

Сергей продолжал орать. Играла музыка.

– А можно, я спрошу? – спросил Лешик.

– Круши.

– Почему так грязно у вас? Куда ни зайду, везде туловища лежат… В общем-то, мне не привыкать, я в меде учусь, в морге часто бываю, но если вы решили устроить здесь филиал, то там чище.

– Знать буду, – сказал Саймон.

– Я вам больше не нужен? – спросил Лешик, – Я пойду тогда… Если что, найдешь меня – знаешь как. – Лешик неторопливо взял у Саймона пиджак, вышел в прихожую, вытер ботинки и вышел, посмотрев на труп соседа.

– Ну, как ты, Серег? – спросил Саймон.

– Ты знаешь, хорошо.

– Ну и здорово, – сказал Саймон.

– Ты знаешь, а ведь это в первый раз меня сегодня подстрелили.

– И как ощущение? – спросил Саймон.

– Не знаю… Как будто девственность потерял.

– Не самое плохое ощущение, – сказал Саймон. – Но я думаю, нам валить отсюда надо. Мало ли еще кто придет, а у меня патроны кончаются.

– У меня есть еще, – сказал Сергей.

– Папка твоя, – сказал Саймон, кладя папку на диван рядом.

Саймон и Сергей вышли из подъезда. Сергей нес чемодан, а Саймон пачку пластинок. Они сели в машину и уехали.

– Ну чё, к Михалычу? – спросил Саймон.

– Знаешь, Саймон, – сказал Сергей. – Я все про Кабана думаю… Может, рванем в Центр, а?

– А Михалыч?

– Да пошел он…

– Не понял… А героин?

– Кабан сказал, для начала деньги нужны, – сказал Сергей.

– Заправиться надо, – сказал Саймон. – У тебя налик есть?

– На горючку хватит, – сказал Сергей.

– А я винил взял, – гордо сказал Саймон.

Машина сорвалась с места.

2004 год

В серьезном офисе с видом на Кремль за большим столом сидел Сергей. Саймон стоял у окна. Оба были в костюмах от Версаче.

– Ну что, будешь от Красноярска баллотироваться? – спросил Сергей.

Вошла секретарша:

– Сергей Александрович, вам из Думы звонили. Сегодня бюджет во втором чтении. Очень просили вас быть.

Саймон размял члены.

– Катя, чайку! – бодро заорал он.

– Семен Евгеньевич, ровно пять минут, – вежливо ответила Катя.

– Ну что, депутат, что нам там от бюджета отломится? – весело спросил Саймон.

– Саймон, ты знаешь, я взяток не беру…

– Ой-ой, честный какой… А как в жмурки без папочки сыграть, слабо?

– Достал ты меня уже своей папочкой! – зло сказал Сергей. – Ты бы лучше налоги заплатил, бездельник.

– Вот прилечу из Буркина-Фасо…

– Ты же негров не любишь!

– Ну… А ты сколько лет уже церковь собираешься построить? – опять подколол его Саймон.

Сергей выдержал паузу:

– А я построю, хочешь поспорить? Вот цены на нефть еще подпрыгнут, и построю.

– А чё мне с тобой спорить, я знаю, что цены подпрыгнут, а ты не построишь.

– Эх, куда Россия катится, когда такие, как ты, уроды с мигалками ездят, – беззлобно сказал Сергей.

– А такие, как ты, не ездят?

Сергей вспомнил что-то, положил подбородок на руки и сказал:

– А ты знаешь, Саймон, у меня такое чувство, что Кабан с героином нас тогда все же напарил.

– Мысль, – сказал Саймон. – Но Кабана убивать не надо.

– А я и не говорю, что надо его убивать, я просто говорю, что напарил.

– Напарил и напарил, чего старое вспоминать…

Секретарша принесла чай:

– Пожалуйста, Семен Евгеньевич.

– Трудно стало жить, – сказал Саймон, взял чашку, хлопнул секретаршу по заднице и посмотрел в окно.

Справка

Алексей Балабанов родился в Свердловске в 1959 году. В 1981-м окончил переводческий факультет Горьковского педагогического института. В 1983–1987 годах работал ассистентом режиссера на Свердловской киностудии. В 1990-м окончил Высшие режиссерские курсы, экспериментальный курс «Авторское кино», мастерскую Льва Николаева и Бориса Галантера. Один из самых виртуозных, а с середины девяностых – и самых кассовых российских кинорежиссеров.

Раньше было совсем другое время

1985 год. Сценарий написан за одну ночь. Во ВГИКе операторам-заочникам был положен бюджет на учебный фильм: оплата двух актеров, пленки и двух съемочных дней. Балабанов уговорил оператора Александра Кочусова вместо формального учебного фильма снять маленький, но настоящий игровой.

Егор и Настя

1989 год. Курсовая работа на Высших режиссерских курсах. Фильм понравился молодежи (свердловский рок уже вошел в силу!) и Алексею Герману, с чего и началась карьера Балабанова в большом кино.

Счастливые дни

1990 год. Первое название сценария – «Конец». По мотивам ранних рассказов Самуэля Беккета. Фильм поставлен на студии Алексея Германа, получил множество призов, участвовал в официальной программе Каннского фестиваля.

Пан

1992 год. Сценарий написан совместно с С. Сельяновым. По произведению Кнута Гамсуна. Не реализован.

Про уродов и людей

1993 год. Другие названия – «Тихие люди», «Патологическая драма», «Ехать никак нельзя». Этот фильм режиссер считает своей лучшей работой.

Трофим

1995 год. Короткометражный фильм реализован в рамках альманаха «Прибытие поезда», посвященного столетию кино.

Брат

1995 год. Малобюджетный (менее 100 000 долларов) фильм, снятый в период тяжелого застоя в отечественном кино, сделал Балабанова всенародно любимым режиссером.

Про полярника

Синопсис написан в конце 1990-х годов под впечатлением от мемуаров Бориса Савинкова. Не реализован.

Брат-2

2000 год. Вообще, по идее режиссера, «Братьев» должно было быть три: первый – «питерский», второй – «московский» и третий, где действие происходило бы в Америке. Однако в ходе работы над вторым сценарием второй и третий замыслы объединились.

Камера обскура

Синопсис по роману В. Набокова написан после 2000 года. Американские наследники писателя отказали, объяснив, что дадут права на экранизацию только американскому режиссеру.

Река

2001 год. Сценарий по повести Вацлава Серашевского «Предел скорби» написал сценарист Эверт Паязатян. Прочитав сценарий, а затем и повесть, Балабанов создал свой, новый сценарий на основе того же произведения (именно вариант Балабанова публикуется в нашем сборнике). Съемки фильма не были закончены из-за трагической гибели актрисы Туяры Свинобоевой. Готовый материал смонтирован в 50-минутную ленту, которая участвовала в официальной программе Венецианского кинофестиваля и вышла на кассете.

Война

Сценарий написан и реализован в 2002 году.

Американец

2003 год. Съемки фильма не были закончены ввиду тяжелого запоя на площадке в Сибири американского актер Майкла Бина. Сейчас компания СТВ пытается вернуть через суд потраченные на проект деньги.

Жмурки

2004 год. Балабанов выступил как соавтор молодого сценариста-полулюбителя Стаса Мохначева.

К сожалению, не сохранилось полных текстов сценариев «Замка» (по Францу Кафке, где Балабанов придумал конец; фильм поставлен в 1993 году) и «Я вернулся» (по повести Джона Стейнбека «Рыжий пони»; сценарий не реализован).