Текст книги "Начало"

Автор книги: Алексей Дьяченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 52 страниц) [доступный отрывок для чтения: 19 страниц]

12 июня 1986 года, четверг

С утра поехали учиться в комбинат. Я еле отсидел до перерыва и ушёл домой. Дома поел и собрался на «Макбет» в Театр Советской Армии. Но по дороге встретил Иру Власову, актрису этого театра, и она мне посоветовала сходить на «Статью». Сказала, чтобы я показался в институт и попросил отсрочки. Я принарядился и поехал в театр. Я был в Театре Советской Армии в детстве с учителем русского языка Юлией Матвеевной Девятовой, но то были детские впечатления. Теперь же я наслаждался, глядя на всё взрослыми глазами. Спектакль понравился.

Хорошо летним вечером прогуляться пешёчком. Завтра пойду к Николаю Ивановичу, попрошу, чтобы уволил с работы. К профессору Василенко завтра в пятнадцать часов. И голос никак не возвращается. А ведь хочется в этом году поступить и все шансы для этого есть.

13 июня 1986 года, пятница

Утром зарядку не делал. Приехал на работу и объявил, что хочу уволиться. Это всеми было воспринято в штыки. Стали говорить: «Ясное дело, солнце. Загорать идёшь». Сегодня с Чекуровым «чистил» шахту. Он жаловался. Говорил, что всю жизнь проработал на проклятых лифтах. А сам любит аквариумных рыбок и будь его воля, занимался бы их селекцией.

Я написал заявление и отнёс Зуйкову. Николай Иванович разрешил с восемнадцатого числа уходить. Коля всё не унимался, стыдил меня. Забыв, как неделю назад, напившись, говорил обратное. В пятнадцать часов ездил к профессору Василенко, он смотрел мои голосовые связки и нашёл их в неважном состоянии. Борька на работу так и не пришёл, Коля злой на нас, но поделать ничего не может.

Звонил Лене, её дома не было. Мама сказала, что она уехала к отцу на день рождения. Звонила Анна Яковлевна, договорились, что встретимся с ней в следующую пятницу. Сегодня купил пантокрин по профессорскому рецепту. Выпил и уснул.

Проснувшись, отправился в общежитие к Юле Силаевой. Застал её спящей. Соседка по комнате разбудила Юлю. Мы коротко поговорили и она пригласила меня на экзамен восемнадцатого числа.

14 июня 1986 года, суббота

С утра под музыку размялся, съездил на «Добрынинскую», купил в театральной кассе билеты в театр имени Е. Вахтангова на «Ричарда Третьего». Сходил в магазин за продуктами. В квартире произвёл уборку, приготовил еду. Перекусил и поехал в кино. На улице попал под ливень. Хорошо, что зонт прихватил. Посмотрел американский фильм «Цветок кактуса».

Звонил Женьке, не застал дома. Так что билет в театр продал молодому человеку. Вышла целая история. Этот молодой человек в театр пришёл с девушкой. У меня он купил билет в партер, у кого-то ещё билет на балкон. И слёзно просил, чтобы я отдал ему второй билет в партер, а сам бы с его билетом отправился на галёрку. Разумеется, я пошёл им навстречу.

Михаил Ульянов – режиссёр этого спектакля и он же в роли Ричарда Третьего. Много неоправданной суеты на сцене, финал слабый. Да и актёры, словно сговорившись, играли неважно. В конце спектакля Ульянов кланяться не стал. С высоко поднятой головой принимал цветы от зрителей. Должно быть, всё ещё находился в образе Ричарда. Спектакль меня огорчил. Образно говоря, я шёл на свадьбу, а попал на похороны.

15 июня 1986 года, воскресенье

Проснулся, зарядку не делал, позвонил Лене. Мама сказала, что от отца она ещё не вернулась. Посмотрев «Утреннюю почту», поехал в театральные кассы за билетом. Все кассы закрыты. Съездил в кинотеатр «Зарядье», куда так же не попал из-за неимоверно большой очереди и вернулся домой.

На Киевском вокзале наблюдал за влюблённой парой и задумался на несколько секунд. А когда очнулся, то увидел в окошке проезжавшего мимо автобуса приветливое девичье личико, улыбавшееся мне. Всю дорогу домой находился в приподнятом настроении. Во внутреннем кармане пиджака я нашёл билет на спектакль «Нюрнберг – 48» Театра Драмы Латвийской ССР им. Андрея Упита, который дали мне в нагрузку. Латышский театр остановился в здании Малого театра. Посмотрев по телевизору мультфильмы для взрослых, я поехал на спектакль.

В здании Малого театра я впервые. Осмотрелся. Походил, посмотрел театр изнутри, галерею актёров Малого театра. Купил книжицу с латышскими актёрами. Я впервые на спектакле с переводом. Оказывается, наушники совсем не мешают восприятию действа. Играли латыши очень хорошо. Не один-два, а все без исключения. Световое оформление, музыка – всё бесподобно. Я не мог предположить, что спектакль понравится. В конце, под аплодисменты, захотелось крикнуть «Браво», но из-за отсутствия голоса не смог. Просто какая-то чертовщина. Как пропал голос, так три раза, по разным поводам, хотелось кричать «браво» и все три раза сделать этого не смог. Но ничего. Думаю, и голос вернётся, и желание кричать «Браво» не оставит меня.

16 июня 1986 года, понедельник

Еле поднялся. Послушал «Кони привередливые» В. Высоцкого и на девяносто первом автобусе приехал на работу. В смену вышел Владимир Максимович Бантиков, патентованный алкоголик. Вышел на работу Толя и вместе с Колей, втроём они нажрались дармового спирта. Борька вместо меня пошёл на стройку лабораторного корпуса, а я полез в шахту, готовить к сдаче лифт. Проштамповал комсомольский и профсоюзный билеты. Николай Иванович написал характеристику, за четырьмя подписями. Имел разговор с начальником отдела кадров, он уговаривал не увольняться, взять две недели за свой счёт (когда просил, не дали), но я был неумолим. Он пообещал, что завтра даст мне обходной листок.

За обедом за мой столик сел Андрианов и стал судорожно есть. Увидев Таню, направлявшуюся к нашему столу, я закончил обед раньше него и, пожелав приятного аппетита, ушёл. После обеда ходил в магазин и на обратном пути второй раз встретил Таню. Но ни поговорить, ни поздороваться так и не смог.

Позвонила Лена Варламова, и мы с ней встретились у меня на дому. Показал картины брата-художника, фотографии с юга, она подарила мне складные очки. Познакомил её с родителями, выпили по бокалу шампанского, и я проводил её до станции «Кунцево».

Сегодня звонил два раза Аркадий я с ним так и не смог поговорить. Звонил Витька, он везде прошёл на второй тур, – молодец. Двадцать первого собираются во Дворце Горбунова на проводы в армию Аркаши Царёва и на день рождения Лены Акимовой одновременно. Надо сходить. Голос становится всё лучше и лучше. Может, не всё ещё пропало? Не всё ушло от меня?

17 июня 1986 года, вторник

Приехал на работу, получил обходной в отделе кадров и стал ходить по кабинетам. Не так хлопотно, как мне казалось. Помог начальник, подписав на честное слово. Снялся с учёта в Минфине, получил на руки профсоюзный билет. В шахту сегодня не лазал. Глядя на меня, и Андрюха Зайцев, пограничник, у Николая Ивановича попросил расчёт. Родители мои не знают ничего, сегодня уехали в деревню. На работу позвонила Таня, просила, чтобы я ей отдал наши фотографии и плёнки, где мы с ней вместе. Звонила Анна Яковлевна, интересовалась, как я себя чувствую. Нашёл для Лены Варламовой телефон мастерской, где с фотографии рисуют картины маслом. Звонил Женьке. Договорились встретиться в пятнадцать часов на станции метро «Арбатская», чтобы сходить в театр Маяковского на дипломный просмотр Юлии Силаевой.

Купил два торта, завтра понесу на работу. Осталось сдать одну книгу в рабочую библиотеку и с Гохраном распрощаюсь. С Таней не хочется расставаться, было очень хорошо. Она намекнула, что появились какие-то обстоятельства, которые мешают нашей встрече. Я не настаивал. Смотрел «Щит и меч», читал «Сочинения Козьмы Пруткова». Стал перечитывать «Мастера и Маргариту», совершенно новое восприятие с первых строк пошло. Ощутил мощь Булгакова. Как могли такого исполина не признавать, скрывать долгие годы. Преступники!

18 июня 1986 года, среда

Утром встал – один-одинёшенек в пустой квартире. Уложил все плёнки и фотографии с Таней в пакет с ручками, в другой руке – два торта. Встретился на остановке с Таней в назначенное время, отдал ей фотографии. Вместе поехали на девяносто первом автобусе на работу. Поговорили, я пожелал ей жить с мужем в радостях. Она посмотрела на меня пристально и усмехнулась. Сердце сжалось от её взгляда. Я сказал: «Ты, пожалуйста, прости меня». Она покраснела и отвернулась. Шагая рядом в полном молчании мы дошли до работы.

Сдал в библиотеку книгу, дал подписку в особый отдел и получил в отделе кадров трудовую книжку. Попили чай с тортами. Чекуров с Колей напились. Мы с Борькой сходили в столовую, пообедали. Я взял яичницу с корейкой и ананасовый сок, больше ничего в горло не лезло. Кстати, горло прошло, и я на работе опять стал петь песни. С работы ушёл в четырнадцать часов. Жаль, с Саней Якимовым не попрощался. А может, с ним не надо прощаться, ещё увидимся. Завёз документы домой и поехал на встречу с Женькой. У кинотеатра «Художественный» встретились и пошли в театр им. Маяковского на просмотр. У служебного входа собралась большая толпа народа.

На просмотр мы не попали, пошли в кино. Сначала на «Чудо – невиданное», а потом на «Мадам Вонг».

Гуляли по Москве. Хорошая у нас столица. Красиво летом, повсюду парочки целуются. Коты, собаки свободно разгуливают по скверам и аллеям. Всем хорошо. Было бы лето тёплое и поменьше дождей.

Глава 13 На вольных хлебах

19 Июня 1986 года, четверг

Первый день моей свободной жизни. Встал поздно, принял ванну и поехал за билетами в театр, а также за книгой «Школа игры на шестиструнной гитаре Маттео Каркасси». В театр билетов не было, а книгу купил, даже две. Маттео Каркасси и хрестоматию по фольклористике. Пробовал готовить материал для поступления, но прочитал одного Маяковского.

Из журнала «Юность» выписал интересный и близкий мне по духу рассказ Яковлева, выпускника Литературного института. Убрался в квартире, сходил в магазин, почистил картошку. Поставил её вариться, а сам пошёл в комнату разговаривать по телефону с Борисом. Не заметил, как вода в кастрюле выкипела, а картошка подгорела. Написал небольшой рассказ, называется «Под дождём».

Посмотрел фильм «Щит и меч» и поехал прогуляться по Арбату. Это моё излюбленное место прогулки. Вечером звонил Лене, продиктовал ей телефон мастерской, где с фотографии делают картину маслом на холсте.

Завтра к профессору идти, – голоса-то нет.

20 июня 1986 года, пятница

С утра позвонил Женька, я отказался идти в поход. С работы звонил Борька и уговорил меня. Я снова связался с Женькой, он приехал ко мне и мы пошли по магазинам. Картошку в магазине не смогли найти, нет в продаже. Купили на рынке по шестьдесят копеек за килограмм. В кулинарии взяли пять килограмм вырезки для шашлыков.

Борис берёт с собой палатку и котелки. Съездили к Юрке за шампурами, посмотрели на сына. Ребёнок мирно спал, похож на Юрку. Четыре месяца осталось Юрке на заводе работать. Он хочет вернуться в свой магазин. Посмотрели фильм, попили чай с конфетами и поехали домой.

21 июня 1986 года, суббота

Встретились в девять часов на Белорусском вокзале. На Можайской электричке доехали до станции Тучково. Далее на автобусе до Старой Рузы. В местном магазине купил десять книжечек со стихами современных поэтов. До нашего места шли долго. Понравился навесной мост над рекой, что-то непередаваемое. А сразу за мостом «Белая тайга». Миллион берёз, все белые и чистые. Такая благодать, что хоть на колени вставай и целуй землю. Дошли до горки, что рядом с речкой. Под горкой бил родник. Выбрали подходящую площадку и обосновались. Разложили палатку, зажгли костёр. Вскипятили воду и сварили рыбный суп. Я заварил чай. А на углях, ближе к вечеру, жарили шашлыки. Борька с женой играли в бадминтон, Женька с Володей, выпив водки и захмелев, «резались» в шахматы. Смеялись над своей заторможенной реакцией. Я в это время просматривал стихи.

Вечером к нам пришли гости из местных, спросили закурить и зазывали к себе в клуб на танцы под магнитофон. Я не пошёл, а Володя отозвался на приглашение с большим удовольствием. Мы с Женькой остались вдвоём у затухающего костра. Набрали ещё сухих дров и распалили костёр, как следует. Поговорили с ним о жизни. Вернулся Володя с двумя девушками. Заметив, что ими не интересуются, девушки вскоре ушли. Борька с женой спать легли рано, а мы так и сидели у костра. Костёр в лесу – это магнит. Так и тянет к себе, смотришь на него, греешься. Что ещё надо? Впереди целая жизнь.

22 июня 1986 года, воскресенье

Самый длинный день в году. Он для меня начался с ноля часов ноля минут. Встретил этот день у костра. Подбросил дров, разогрел шашлык. Друзья варёную колбасу надели на шампуры и поджарили. Чай был горячий, чайник на углях стоял, так что ничего не мешало сидеть и беседовать. Володя пробовал положить на музыку стихи из тоненьких книжечек, купленных мною накануне. Получающиеся песни вызывали общий смех. В два часа ночи стало светать, открылись просторы. Ёлки на фоне светлого неба обрели сказочные очертания. Река, костёр, палатка, песни под гитару. Всё было настолько здорово. Нет ничего лучше нашей среднерусской природы.

В четыре утра Женька пошёл спать, в пять часов Володя. Я лёг самый последний в половине шестого. Встал последним в двенадцать часов дня. Друзья уже приготовили суп с тушёнкой и вермишелью. Заварили свежий чай. Пообедав, стали готовиться к отъезду. Тут нас дождик слегка накрыл. Быстренько собрались и отправились в обратный путь. В электричке ехали стоя, сесть не удалось, было много народа. Играли в «рифму», в «слова».

Дома ждали родители и сестра, вернувшаяся из отпуска. Марина привезла фрукты и цветные фотографии. Главная новость – голос у меня появился! Появился так же внезапно, как и пропал. Я так пропах костром, что и за неделю запах не выветрится.

23 июня 1986 года, понедельник

Проснулся в двенадцать часов, дома никого. Пришла Марина из магазина, она ещё в отпуске, накормила меня.

Звонил Борька, сказал, что по телевизору показывают странного человека. И действительно, ещё не видя изображения, услышав только голос, я рассмеялся. Из Останкино вёл урок литературы Ленинградский учитель Ильин. Человек оказался не простым и интересным.

Звонил Аркадий Царёв, сказал, что завтра его провожают на службу в Советскую армию. Пригласил на проводы. Я обещал прийти.

Повторил Маяковского, Горького, басню Крылова «Любопытный». Тот материал, что приготовил к экзаменам в театральный.

24 июня 1986 года, вторник

До четырёх часов утра читал «Мастера и Маргариту» М. А. Булгакова. Встал в половине первого и, позавтракав, повторил материал. После занятия я поел и отправился к Аркаше. В автобусе ехал вместе с соседом с пятого этажа. Он мне рассказывал о своей службе в армии. О том, как его друг, получив прощальное письмо от девушки, встретил её в своей части в качестве офицерской жены. И как они вернулись вдвоём домой. Сюжет для небольшого рассказа. К Аркаше я приехал в девятнадцать часов. Подъехал Витька Павлюченков, Сева Хабаров с Ирой Веселовой. Приехали ещё две девочки из студии, – Лариса Гуреева и Лена Кублицкая. Каждый сказал Аркадию несколько напутственных слов. Пели песни. Я плясал цыганочку с Ирой Веселовой. Давно так хорошо не получалось. Душа разлилась, как река по весне.

Сева вернулся со съёмок в Подольске, много об этом рассказывал. Всю ночь, не смыкая глаз, мы проговорили с ребятами. Я беседовал с отцом Аркаши. Он мне поведал, что его семья отдала заводу сто двадцать лет. Сказал, что не был «летуном». Намекнув, наверное, на мой, с позволения сказать, «подвиг». Я ему признался, что ещё не поступив в ВУЗ, уже уволился с работы.

Пили чай и я был настолько бодр, что не появилось даже малейшего желания приткнуться и заснуть. Сева, чтобы взбодриться, выпил крепкий кофе и замерил пульс у себя и у меня. Оказались примерно равные. С Витькой много пели. Он пел свои песни и хорошо пел.

25 июня 1986 года, среда

Фактически ночи никто не заметил. После дня сразу начался новый день. От Аркадия ушли в половине восьмого. Все вместе сели в один автобус и поехали к метро. Со станции метро «Фили» Витька поехал со мной до «Кунцевской», чтобы оттуда на шестьсот восемьдесят восьмом добираться до дома, до Юго-Западной. Но увидев в кинотеатре «Кунцево» на одиннадцать часов фильм-сказку с участием Андрея Миронова, решили заехать ко мне, позавтракать, а затем пойти на кинокартину «Мио, мой Мио».

На фильме начался «клёв». Мы с Витькой по очереди то отключались, то включались в просмотр фильма. После кинотеатра разъехались по домам и я, еле добравшись до софы, лёг спать. Звонил Женька, напомнил, что нам надо идти в театр Советской Армии на спектакль «Статья».

Атмосфера в зале была чуть холоднее той, которая царила в первый мой просмотр. Главную роль играл другой артист. Но всё равно, и слеза выкатилась, и смех не заставил себя долго ждать. И Женьке спектакль понравился.

26 июня 1986 год, четверг

Утром встал в двенадцать, позавтракал и занялся делами. Прибрал в комнате, постирал свою одежду, помыл пол на кухне. Оказывается, не так это просто. Решил, что буду читать экзаменационной комиссии старый репертуар и ограничусь только ГИТИСом, где меня пропустили на второй тур. Возьмут безголосого – хорошо. Не возьмут – попытаем счастье на следующий год. Будет время хорошенько подготовиться к экзаменам. Сейчас в голове идёт брожение, посмотрим, что будет через год. Может, и вовсе изменятся планы.

По телевизору смотрел фильм «Как царь Пётр арапа женил». Высоцкий, Петренко, Табаков. Какие актёры! Смотрел футбол Аргентина – Бельгия. Я вообще-то не любитель футбола, но десятый номер в команде Аргентины, Марадона – мастер высокого класса. Глядя на него, пришла в голову мысль. Неважно, какого ты роста, какая у тебя фигура, какое лицо. Главное, какой ты в деле. Будь ты футболист, артист, бульдозерист или милиционер.

С Анной Яковлевной разговаривал по телефону, сказал, что и как – обещала проконсультировать. И книга библиотечная у неё. Надо забрать и вернуть в библиотеку.

По телевизору показывали Вознесенского и Рождественского, писательский съезд состоялся.

27 июня 1986 года, пятница

Поднялся в половине двенадцатого. Под песни Пугачевой и Боярского позанимался гимнастикой. Выдохся. Не надо было на проводах у Аркаши водку пить. Приезжал Женька, смотрели кинопанораму. Я поехал его провожать. На «Арбатской» простился с ним, вышел из метро и пошёл гулять по Москве. Через Старый Арбат, по Калининскому, мимо ГИТИСа. Переулками, через «Националь» вышел на улицу Горького, она же Тверская. Сколько же там людей. В половине первого я стоял на Красной площади и любовался Кремлём. На площади было около тридцати человек и за мной стояли два КГБшника, отличавшиеся от всех остальных зевак. Ребята молодые, мне ровесники. А главное, что и меня приняли за своего. Один другому, глядя на меня, так и сказал: «наш». В метро спускался пешком по остановленному эскалатору. И от улицы Клочкова шёл домой пешком. Красиво в Москве летними вечерами.

28 июня 1986 года, суббота

Встал в половине второго. Ночью комары кусали. Дома никого. Попрыгал под музыку и принял душ. Позавтракал и поехал гулять по Москве. На улице жарко и я запарился в своём пиджаке. Ходил по Москве, помог в переходе коляску детскую спустить и поднять. Вернулся домой, приготовил обед. В половине шестого позвонил Женька.

Встретились и направились в кинотеатр «Горизонт» на фильм «Этот безумный, безумный, безумный мир». До начала сеанса зашли в церковь и посмотрели на обряд миропомазания. Много красивых икон, дьякон при голосе, пел неплохо. Ходил Батюшка с кадилом по церкви и ладаном каждый уголок окуривал. При мне молодую девицу старуха научала, как Богу молиться. Люди в церкви разные. Были и молодые, – ходят в церковь, успокаивают душу мятежную. Крестиков и ладанок каких только нет в продаже. Стоят две копилки. Одна – сбор денег на Данилов монастырь, другая – на общую свечу. По Храму ходят нарядные, богато одетые люди со свечками.

После посещения церкви смотрели фильм. Кинокартина старая, но актёры хорошо играют и снято хорошо. Посмеялись, – было над чем. Пешком прогулялись до метро. Вернувшись домой, принял душ, поел и записал три зарисовки.

29 июня 1986 года, воскресенье

Проснулся в половине второго на Маринкин звонок в дверь. Надел форму и под музыку стал заниматься гимнастикой. После чего принял душ и охрипшим голосом повторил репертуар для поступления в ГИТИС. Вроде неплохо получилось, вот только голос снова стал подводить. Позвонил Борьке, мама сказала, что он гуляет с собакой. Смотрел картину «Мы из джаза». Фильм понравился. Затем футбол ФРГ – Аргентина. Команды боролись за звание чемпиона мира. Когда я начал смотреть, Аргентина вела два ноль, затем немцы сравняли счёт, стало 2:2. И всё же Аргентина забила третий гол и вырвала победу. Какая же упорнейшая борьба за мяч шла на поле, болельщики ревели на трибунах. На стадионе творилось что-то невообразимое. После футбола я взял бумагу, ручку и писал до четырёх часов ночи рассказы. Что называется, подзарядился эмоциями.