Текст книги "Начало"

Автор книги: Алексей Дьяченко

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 52 страниц) [доступный отрывок для чтения: 22 страниц]

21 января 1987 года, среда

На работу поехал в ратиновом демисезонном пальто, и как это часто со мной случается, оставил «единый» в кожаном «реглане». Пришлось в метро менять двадцать копеек.

Толя, Коля, Саня и Максимыч выпили и разъехались. Саня домой, а остальные за добавкой в гостиницу «Россия». Там вторая работа Максимыча. В мастерской наступила тишина. Я прочитал рассказ Богомолова «Зося». Понравилась тонкость в отображении чувств.

После работы хотел пойти в кинотеатр «Кунцево» на фильм «Джентльмены удачи», но передумал. По телевизору смотрел четвёртую серию «Штрихи к портрету Ленина». Актёр Михаил Ульянов как-то необычно смотрится в роли вождя пролетариата. Но сам фильм интересен, не замечаешь, как пролетает время.

Перед сном повторял стихи Лермонтова и Пушкина.

22 января 1987 года, четверг

Двадцать второе января, а кажется, только вчера пил за Новый год. Привёз на работу Богомолова и читал, наверное, в трёхсотый раз, его рассказ «Первая любовь».

Утром Толя с Колей ушли на Лабораторный, дав нам с Борисом спокойно позавтракать. Во время обеденного перерыва купили Борису картошки и три тюка серой ваты. Его жена будет стегать одеяло.

Поругался с Галей Алтуховой. Она единственная из всех не сдала деньги на пятидесятилетие Татьяны Григорьевны, беспрестанно ругала будущую именинницу, а тут вдруг изъявила желание взять собранные мною деньги и купить ей подарок на свой вкус.

Поработали с Борисом. Заменили отводку на шахтных дверях. Старая, сломавшаяся не поддавалась и пришлось изрядно попотеть. Поставив новую, я ощутил неподдельное чувство гордости за свою работу. Так мало её в моей жизни, наверное и не без моей вины. Но как же нормальному человеку необходим труд! Моя тяга к труду говорит о том, что я ещё не потерян для нравственной, здоровой жизни. Только бы найти, отыскать правильную дорогу, не ошибиться бы на жизненном пути. Тешу себя надеждой на поступление в театральный ВУЗ, где, надеюсь, буду учиться и работать над собой, себя не жалея. Беда в том, что понимая, что для поступления необходимо трудиться уже сейчас, я всё откладываю и откладываю интенсивную подготовку.

Звонил Ане, у неё был занят телефон. Я был приглашён сегодня к ней в гости, но разозлился и не пошёл. Звонил Витьке, он спал. Звонил Женьке, мы с ним долго разговаривали. Смотрел фильм «Пиковая дама».

23 января 1987 года, пятница

Снова конец недели. Рабочие дни летят быстро, а выходные тянутся, как вечность. По дороге на работу встретил одного из тех шапочных знакомых, с кем здороваюсь охотно. Он собирался уходить в «Метрострой», но чего-то раздумал.

Работали с Чекуровым в шахте. После этого ходили с Борькой по магазинам. Зашли в аптеку, я угостил провизора Олю конфетой. Пришли на рабочее место и вернувшаяся из буфета Марина Авдеева, при всех, громко передала мне привет от Тани Андриановой.

Через какое-то время ещё раз при всех повторила её приветствие. Как бы намекая, что это не просто привет. Слушали музыкальную программу, по местному радио, которую вела Таня. Передавали те песни, которые совсем недавно завоевали наши сердца. «Две звезды», в исполнении Кузьмина и Пугачевой, «Мне уже многое поздно» и «Плот» в исполнении Юрия Лозы.

Саня сказал, что с понедельника его переведут в гараж и сразу затосковал. И нам с Борькой стало грустно. Уходит единственный человек из группы, который нам духовно близок и дорог.

После работы поехал в кинотеатр «Кунцево» на фильм «Джентльмены удачи». Картина смотрелась совершенно по-другому. Так и должно быть. Что-то ушло, но и что-то нашёл для себя новое. После киноленты домой. Звонил Юле Силаевой, у неё завтра зачёт по мастерству. Читал перед сном поэму «Чёрный человек» Сергея Есенина.

24 января 1987 года, суббота

Утром позвонил Витьке Павлюченкову и мы с ним встретились на «Юго-Западной». Я опоздал к оговоренному сроку, он сидел на скамейке и читал книгу «Репетиция – любовь моя» Анатолия Эфроса. Поехали в «Кинотеатр повторного фильма», купили билеты сразу на два сеанса. На фильмы «Андрей Рублёв» и «Репетиция оркестра». На первом же сеансе встретили двух Витькиных знакомых, одного из них я знал. Вместе поступали в театральные училища. Они поступили во МХАТ и наперебой стали рассказывать, что у них происходит. Жаловались, что им запрещают сниматься в кино вплоть до окончания института. Учатся они вместе с Данилой Перовым у Калягина. Хорошо о нём отзывались. Калягин три раза в неделю ведёт мастерство лично. Вспоминали своих сильных сокурсников и многое другое. Мне они не то чтобы не понравились, скажем так – хорошего впечатления не произвели. Эмоций много, энергетика сильная, но за душой ничего. Пришли ещё двое из училища МХАТа. Они держались обособленно, не имея желания общаться с нами.

«Андрей Рублёв» пошёл лучше, чем в прошлый раз. Многое заметил и многое понял из того, что не заметил и не понял в предыдущем просмотре. Хохотал от души, когда смотрели киноленту «Репетиция оркестра».

После фильмов заглянули в ГИТИС.

Дома смотрел кинокартину Никиты Михалкова «Свой среди чужих, чужой среди своих». Перед сном прочитал «Анну Снегину» Сергея Есенина.

25 января 1987 года, воскресенье

Встал в половине десятого. На станции метро «Добрынинская» встретились с Женькой. До клуба завода имени Владимира Ильича шли пешком. Мороз градусов пятнадцать и сильный ветер. А я в демисезонном пальто, расхрабрился после потепления. Ветер так сильно дул, что пробирал до косточек.

Перед фильмом выпили кофе и посмотрели работы творческих коллективов клуба ЗВИ. Понравились молодые ребята, танцевавшие в рабочих робах. Пришла мысль: «Необходимо преподавать танец в школах, приучать детей к музыке, к театру. А главное смотреть, у кого к чему склонность и разрешить ученикам следовать своим влечениям».

Сам я в пятом классе понял, что историю и литературу люблю больше математики и физики. И с каждым годом в этом убеждался всё сильнее. Жаль, что в моей школе не было ни театрального кружка, ни каких бы то ни было других.

Смотрели с Женькой фильм «Покаяние». Понять и разобраться в философских высказываниях автора я так и не смог.

Хотели сходить в кинотеатр «Россия» на документальный фильм «Легко ли быть молодым» – все билеты проданы. На «Плюмбум или опасная игра» Вадима Абдарашитова тоже не попали.

Дома посмотрел «Руслана и Людмилу» и два польских фильма про жуликов. Перед сном читал Есенина. Завтра на работу. Сашка Якимов с завтрашнего дня в гараже. Скучно будет без него.

Глава 5 Юбилей

26 января 1987 года, понедельник

Вчера был день рождения Высоцкого, а я за суетой и не вспомнил. Все газеты, кроме «Правды» и «Комсомольской правды», опубликовали статьи с фотографиями Владимира Семёновича и воспоминаниями знавших его людей. И на работе повесили стенгазету с портретом Высоцкого, целый день по местному радио звучали его записи и в завершении концерта пел Макаревич о смерти поэта. Марина Авдеева то и дело при всех акцентировала моё внимание на том, что передачу вела Таня.

Приехав домой, сел за первый том Пушкина. Пишет интересно и увлекательно. У Пушкина тонкий юмор, над иными вещами смеялся вслух. Дочитал до пятьдесят шестой страницы и перед сном взял у отца православный молитвослов. Отец забеспокоился, стал предупреждать, чтобы я не брал молитвослов на работу. Избегая неприятного разговора, я вернул книгу родителю.

27 января 1987 года, вторник

Приехал на работу в восемь часов. Коля после смены ушёл домой, Борька задерживался. В мастерской мы с Толей были вдвоём. И тут он мне вдруг признался, что тоже хочет в артисты. Я к этому отнёсся спокойно. Через пять минут эта блажь вылетела у него из головы. На самом деле он не знает, кем хочет стать. Не знает и не делает попыток узнать. Плывёт по течению, всё его устраивает. Я сам до недавнего времени был таким.

Пришёл Борька с Чекуровым, и мы все вместе пошли на машины. Мы с Борисом убирались, а Толя с Валерой неизвестно чем занимались. Красовались перед девушками на этажах.

Приехав домой, позвонил Анне на работу. По голосу чувствуется, что она обижена. Разговор не клеился. Обещал позвонить ей, когда она приедет домой. Звонил Юле – дома не оказалось. Звонил Тане. До Женьки так и не сумел дозвониться.

В программе «Время» передавали тезисы М.С.Горбачёва с пленума. Вроде всё говорит правильно, а перемен, как не было, так и нет. Смотрел фильм «Блокада» в двадцать один сорок. Некоторые артисты играют фальшиво, но я смотрел и плакал.

28 января 1987 года, среда

Разбудили в семь часов, я пошёл в большую комнату и включил телевизор. Первый день, когда перед походом на работу я успеваю посмотреть «голубой экран». Показывали мультфильм «Пёс в сапогах», по книге «Три мушкетёра». Мне понравилось с утра смотреть телевизор.

На работе Толя читает книгу Мочалова, как стать артистом. Но при своём желании стать актёром, он в последние дни стал всеми силами мешать мне заниматься подготовкой к экзамену. Несмотря на помехи, сегодня я выучил отрывок из Пушкина.

Ходили на новый объект. Толя совсем не заботится о своей репутации в наших глазах. Идёт с нами на Лабораторный корпус лишь для того, чтобы женщины, оставшиеся в мастерской, думали, что мы ушли работать. А на деле-то работы нет никакой и он, не зная, чем себя и нас занять, слоняется по новому объекту и тянет время. Пусть в мастерской думают, что мы работаем. Стыдно за него и обидно за себя. Зачем участвую в этой клоунаде? И почему я всё ещё на этой работе?

Вернувшись в мастерскую, играли в домино. Я в паре с Борисом, Толя с Андреичем. Первую партию мы проиграли, а две последующие выиграли. Опять это стало трагедией дня. Как же, – люди не умеющие проигрывать, проиграли. Толя красный, как варёный рак, молча ушёл курить, а Андреич ходил по мастерской и стонал, как раненый солдат.

Приехав домой, написал рассказ. По телевизору смотрел передачу о засилье американского кино. Затем программу «Время», где повторяли вчерашние кадры и говорили о замечательном докладе М. С. Горбачёва.

Смотрел передачу про актёра Алексея Грибова, кадры из золотого фонда.

29 января 1987 года, четверг

Сегодня проспал. Хорошо, что можно опоздать. Толя приходит к девяти, Коли не было. Одно огорчало, – на обед ничего не взял. Борька принёс на двоих.

Пришёл к нам новый сотрудник, с первого взгляда трудно что-то определённое сказать. Поработаем вместе, увидим, что за человек. Татьяна Григорьевна принесла из дома четыре бутылки, будет у нас завтра пьянка. Юбилей Татьяны Григорьевны. Это завтра, а сегодня мороз, а нам грузá везти на Лабораторный корпус. Двадцать штук по двести пятьдесят килограмм. Пока загружали на машину, отморозил щёки. Смешнее всего, что грузá так и не довезли, растеряли по дороге. Оказывается, подъезд к объекту – крутая горка. Для нас это спасение. Откатили вывалившиеся из кузова грузá на обочину и пошли греться.

В мастерской я спорил с коллегами. Уверял и доказывал, что не получают актёры по тысяче рублей в месяц и не такая она лёгкая, эта актёрская работа, какой они её себе представляют. Да только всё напрасно. Они молча слушают, а в глазах неверие.

За разговором я сказал, что веду дневник. Толя покраснел и стал интересоваться, зачем он мне нужен. Дань моде или блажь? А действительно, зачем мне дневник? Я так привык каждый день что-то записывать, что наверное, и не усну без этого. Ведение дневника стало потребностью. Нет, не мода и не блажь, а вполне осознанное дело.

Читал сегодня газеты, что принёс отец с работы. Мало умных статей, в основном, все пусты и бесцельны. После оттепели снова вернулись холода. А за окном кричат пьяные люди, встретившие весну среди зимы. Да так громко и вызывающе, что и впрямь верится, что весна не за горами.

30 января 1987 года, пятница

Татьяне Григорьевне сегодня исполняется пятьдесят лет. С самого утра все занимались подготовкой к банкету. К обеду накрыли огромный стол. Были водка, коньяк, рябина на коньяке. Из закусок красная рыба, осетрина горячего копчения, икра. Всего этого было в достатке. Разумеется, картошка, грибы, шпроты. Торт громадный на десерт.

Такое празднование на работе я вижу в первый раз. Все остались довольны.

Получил премию сто два рубля за три месяца.

После работы я поехал в кинотеатр «Художественный», чтобы купить билеты на фильм «Плюмбум, или опасная игра». Купив два билета на двадцать тридцать, я вернулся домой.

Дома меня ожидал дядя Яша, выписавшийся из больницы. Поговорили с ним. Позвонил Женьке, – его дома не оказалось. Позвонил Витьке, – он этот фильм смотрел. Так я один с двумя билетами, поехал на вечерний сеанс.

Глава 6 Массаж

31 января 1987 года, суббота

Утром встал поздно, в квартире вдвоём с дядей Яшей. Мама с сестрой каждую последнюю субботу месяца трудятся на заводе, а отец поехал в дом отдыха.

С утра я созвонился с Женькой, и мы договорились встретиться. Дядя Яша дал мне рецепт и список, что купить ему в дорогу и в подарок внукам. Встретились с Женькой на «Курской», поехали выполнять задание дяди Яши.

Сегодня мы с ним потоптали ноженьками. Сделав покупки, решили сходить в кино. Не удалось попасть ни в «Зарядье», ни в «Звёздный», ни в «Центральный Детский». Где билеты проданы, а где фильмы идут не те, которые хотелось бы посмотреть. Пошли в «Буревестник», на кинокартину «Размах крыльев» Одесской киностудии.

Мы взяли билеты за два с половиной часа до начала сеанса и в этот промежуток времени поехали любоваться красотами Музея изобразительных искуств, в котором ни разу не были.

Женька в кассе музея показал свой студенческий и купил два билета по десять копеек. Какие же красоты открылись нашему взору! Я был счастлив, рассматривая полотна великих мастеров. Красота картин произвела в моёй душе настоящую революцию. Я не знал, что обычными красками можно написать такие шедевры. Чудо!

Гуляя по залам, не заметили, как прошло время, и мы уже опаздывали в «Буревестник». Выходя из музея, я обратил внимание на красивую молодую женщину. Она улыбнулась мне так светло и открыто, что захотелось подойти к ней и взять за руку, а то и поцеловать. Находящейся с ней рядом мужчина, заметив улыбку на лице своей спутницы, покосился на меня злобно. Я не решился к ней подойти.

1 февраля 1987 года, воскресенье

Спал долго, хотел выспаться и переусердствовал. Встал с заплывшими глазами. Смотрел «Утреннюю почту», понравился номер с танцующим бородатым негром. После передачи пошли с дядей Яшей на почту. Сколько я его не упрашивал остаться дома, он не согласился. Пришлось идти отправлять телеграмму вдвоём. Шли медленно, – гололёд.

Вернувшись домой, узнал, что звонила Анна. Я тотчас набрал номер её телефона. Она поинтересовалась, не хочу ли я сходить на выступление Булата Окуджавы и других бардов. А также просила вернуть её книгу. Взяв томик Леонида Андреева, я побежал к ней.

Анна угостила меня конфетами, дала билеты на выступление бардов на второе февраля и прижалась ко мне спиной. Ждала, что я её обниму. Но сегодня я не в духе, не в настроении, – не обнял, не поцеловал. Из дома вышли вместе, я проводил её до остановки и пошёл в магазин за хлебом. Булки, которые стоили семь копеек, теперь стоят десять.

Пообедав, поехал на встречу с Женькой. Мы наблюдали на Старом Арбате красочное представление. Ряженые играли на музыкальных инструментах и пели.

Пройдясь по Арбату, мы отправились в клуб ЗВИ. Выпив в буфете фанты, уселись в двадцатом ряду. Мне досталось кресло под тринадцатым номером. Стали смотреть постановку театра им. Маяковского «Да здравствует королева, виват!». В антракте играли в автоматы и получили огромное удовольствие, что нельзя сказать про спектакль. Постановка не самая плохая из тех, что я успел посмотреть, но и хорошей её не назовёшь.

Вернувшись после спектакля домой, я помылся и лёг спать.

Сегодня в час двадцать уехал домой дядя Яша, на вокзал его провожала мама.

2 февраля 1987 года, понедельник

На работу опоздал. С пятницы в холодильнике остался салат «оливье», который мы с Борисом прикончили вдвоём. После этого устроили завтрак. Пришёл наш новый сотрудник Юра Ломакин и стал плакать. Оказывается его от нас забирают и переводят в другую группу.

Пошли с Борисом по магазинам, вдоволь погуляли. Вернувшись, по радио услышал новость. Театр на Таганке уезжает с гастролями в Париж. Будут показывать три спектакля, которые поставил Эфрос.

Поругался я с Таисией Яковлевной, сделал Ленке массаж ноги. Нога у неё распухла после вывиха. Сообщили, что умер Олимпий Иванович, наш комендант. Говорили, что он был личным пилотом Брежнева и в одном только Нью-Йорке побывал семьдесят шесть раз. На вид Олимпий Иванович был холёным и крепким мужчиной, а тут вдруг взял да и умер. За прошедший год слишком много смертей свалилось на мою голову. Хорошо бы от смертей отдохнуть.

После работы я сходил с Борисом за хлебом и поехал на встречу с Женькой. Борис поделился радостной новостью. Жена ходила к врачу, её смотрели в «телевизор» и сказали, что у неё будет мальчик.

Встретившись с Женькой на станции метро «Курская» направились на Измайловский крытый стадион, смотреть и слушать выступление бардов. Стадион оказался небольшим. Перед самым выступлением объявили, что Булата Окуджавы и Дольского не будет. Но концерт от этого не пострадал, а наверное даже выиграл. Я увидел много новых талантливых людей, которые пели под гитару свои песни. У одних послабее стихи, у других исполнительское искусство, но все они вызвали симпатию в моём сердце. Концерт понравился.

3 февраля 1987 года, вторник

На работу опоздал. Вошёл в мастерскую и попал на представление. Поминая покойного Олимпия Ивановича Константин Андреевич напился пьяным с самого утра. Пил он вдвоём с Колей. Не знаю, сколько они выпили, но такими пьяными я их давно не видел. Коля стал терять свою вставную челюсть. Она вываливалась у него изо рта. Розовая, как попка ребёнка, челюсть скакала по полу, совсем как живая лягушка. Ещё чуть-чуть, какое-то мгновение и я взорвался бы от приступа смеха. Но я изо всех сил мобилизовался и, глядя на это, даже не улыбнулся.

Снова делал массаж Ленке, тёр её распухшую ногу. По сравнению с вчерашней опухолью нога выглядела значительно лучше. Приятно помогать людям. После массажа получаю физическое и моральное удовлетворение. Мне обязательно надо работать, трудиться. Я это понял давно, но всё сижу и бездельничаю на своей стариковской работе.

Играли в домино перед закрытием, я с Максимычем в паре, а Коля с Толей. Мы выиграли две партии из трёх. Первую и третью.

После работы поехал в библиотеку. Читал Горького, его песни о соколе и буревестнике, о сердце Данко. Хорошо пишет, я читал и завидовал. По телевизору смотрел передачу о Михаиле Жарове и документальный фильм «Предел» о женщинах-алкоголичках в исправительной колонии. Одна хлеще другой. Хотят их исправить. Спать лёг поздно.

4 февраля 1987 года, среда

Прекрасный день! Воздух сладкий, весенний. Пахнуло ожившим лесом, и кровь забродила в жилах. На работе прочитал статью в газете о театре Табакова. По счёту пятую или двадцатую, слишком много пишут о студии. И всё слова, слова. Чтобы иметь представление, надо сходить и всё увидеть своими глазами.

Ходили с Борисом в магазин, по дороге катались на ледяной горке. Делал Ленке массаж, что-то медленно рассасывается у неё опухоль. Принесла мне шоколадку в знак благодарности. Мелочь, но приятно.

Помог старенькой бабушке спуститься по обледенелым ступеням в переход и попал в щекотливое положение. Не отпуская мою руку, она принялась благодарить и просить у Господа Бога для меня долгих лет и счастья. Говорила громко. Я покраснел от таких похвал, а женщины, проходившие мимо нас, кивали головами и поощрительно приговаривали: «Какой молодец!». Неужели дожили до такого времени, что за простое внимание надо благодарить.

Ходили с Женькой на «Островитянина» в театр им. Маяковского. С первого взгляда простой и даже занудный спектакль, но это только с первого взгляда. Всё к месту. И свет, и музыка, и декорации были так хороши, что в какой-то момент я испытал восторг от происходящего на сцене. Я словно прикоснулся к чему-то чистому, высокому. Домой ехал счастливым и возродившимся. Словно сделал сегодня ещё один шаг вперёд и вверх.

Хорошо играла Татьяна Аугшкап. Молодая, красивая, талантливая актриса.

Глава 7 Анна умеет ждать

5 февраля 1987 года, четверг

С утра пошли в конференц-зал, поздравлять парторга нашего отдела Кузнецова с днём рождения. Ему исполнилось пятьдесят пять лет. Вернувшись в мастерскую, стал читать в журнале «Смена» произведение Братьев Вайнеров. Сделал Ленке массаж, получил получку семьдесят два рубля. Долго стояли в гараже, беседовали с Саней, которого приказом из водителей перевели в автослесари.

За полчаса до окончания рабочего дня снова пошли в конференц-зал на собрание, представлявшее собой плохо отрепетированный спектакль с бездарными актёрами. Так ни к какому результату и не пришли, решили собрание перенести на другое время.

Заглянув домой, отправился к Театру Эстрады, где Женька томился в очереди за бронью на Геннадия Хазанова. Надежд на покупку билетов не было никаких. Кассы были темны, даже свет в них не зажигали.

Случилось чудо, достались билеты на откидные сидения девятого и десятого ряда, левая сторона. За это мы были готовы кланяться в ноги.

Концерт назывался «Избранное». Хазанов был в отличной форме и читал новые вещи. Один рассказ был о трёх алкоголиках, в воскресный день посетивших филармонию. Слушая его, я заливался смехом. Юморист показывал в мою сторону рукой и сказал что-то хорошее. От смеха и эмоций я не смог разобрать, что он говорил. Хазанов большой мастер!

Выходя из театра, встретил Сергея Маковецкого, одноклассника. Он собрался второй раз жениться. Говорит, что будущая тёща покупает ему машину, кладёт им с женой на книжку десять тысяч рублей и способна одеть и прокормить взвод солдат. Видимо, и женится только из-за денег. Обидно, был когда-то человеком с высокими устремлениями.