Текст книги "Охота на мастера. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Александра Лисина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 7 (всего у книги 21 страниц)

Доверие…

Я очень не зря недавно сказал об этом Ноксу. Две недели назад в том числе и эти люди приняли решение, признав, что я достоин их доверия. И я это видел. Чувствовал. Меня это искренне поразило. А теперь настала моя очередь показать им, что я больше не чужак в маске. Не сторонний наблюдатель. И не человек, который во всем ищет только выгоду. Просто вместо того, чтобы говорить об этом, я предпочел это показать.

И они неожиданно оценили. Поняв, что именно я сейчас сделал, бойцы ощутимо расслабились и тут же, не дожидаясь команды, выстроились в девять идеально ровных шеренг, как солдаты во время смотра. Без показухи. Без разговоров.

Правда, люди есть люди. Какими бы сообразительными, понимающими или суровыми они ни были, нельзя было вот так просто прийти, показать себя и, молча развернувшись, снова уйти, оставив их наедине с мыслями и догадками.

Надо было что-то сделать.

Или сказать?

Но что?

Пафос в данной ситуации был откровенно неуместен. Громкие слова и обещания тем более. Поэтому я немного подумал и, подняв руку, коснулся плеча стоящего рядом Нокса, одновременно с тем приложив усилие, чтобы ненадолго пробудить кровные узы.

Перед моим внутренним взором снова, как и две недели назад, возникла светящаяся паутина, которая соединила всех присутствующих здесь Расхэ в одну большую сеть. Вернее, это была не совсем сеть, а, скорее, схема, где самая первая нить шла от меня к Ноксу, затем от него – к самым близким его соратникам, и уже потом она дробилась на множество дополнительных лучиков, в которых тем не менее чувствовалась система.

Ключевыми точками этой схемы являлись, разумеется, маги. Причем, насколько я понимаю, распределение связей шло от более сильных и опытных к более слабым. А также от командиров к подчиненным. И даже интенсивность свечения в связях между бойцами заметно варьировала, из чего я сделал вывод, что всю эту систему, скорее всего, можно не просто видеть, но ею наверняка можно как-то управлять.

Сейчас, правда, передо мной стояла другая задача.

– Приветствую вас, бойцы, – негромко сказал я, обведя глазами зал и убедившись, что меня не просто слушают, а каждое мое слово будто эхом отдается в людских душах, отчего каждое из них стало весомее в разы. – Меня зовут Адрэа Расхэ. Я – последний представитель основной ветви рода Расхэ. Однако до сегодняшнего дня вы знали меня как человека по кличке Двойник…

Я ощутил, как после моих слов заметно напряглись и потяжелели родовые узы. Народ, хоть внешне это ничем не проявилось, все-таки заволновался. Из-за этого натяжение нитей явственно возросло. Удерживать их стало значительно сложнее. И мне пришлось приложить усилие, чтобы не уронить ни одну, хотя это и было непросто.

– Полагаю, вам уже известно, что уничтожение рода Расхэ было не просто санкционировано тэрнэ Ларинэ, а стало результатом предательства, – ровно продолжил я, когда волнение улеглось. – Восемь лет назад род Расхэ предали, его тан был ложно обвинен и жестоко убит, а сами вы потеряли не только имя, привычную жизнь, но и семьи. Любимых женщин. Родителей. Детей. Друзей…

Люди после моих слов дружно помрачнели, а узы крови потяжелели еще больше. Но меня это не смутило.

– Все вы прошли через боль и потери, – продолжил я, роняя слова в оглушительной тишине, словно тяжелые камни – в спокойное лесное озеро. – Все вы за прошедшее время не раз задавались вопросами: зачем и почему? Вас годами терзали сомнения, непонимание, злость и отчаяние. Но все же вы не сдались. Не забыли. Не простили. И стоите сегодня здесь, глядя на меня с надеждой и ожидая, что с моим приходом все изменится…

– Так вот, я хочу, чтобы вы понимали уже сейчас – оно не изменится, – ровно сказал я, глядя людям в глаза. – Мертвые не воскреснут. Из пепелищ не поднимутся новые дома, а то, что когда-то у вас было, никогда не вернется и не станет прежним. Род Расхэ официально мертв. Его имя предано забвению. Его достижения обесценены. И я не буду обещать, что однажды вы вернете себе прежнюю жизнь…

Люди помрачнели еще больше, а узы потяжелели настолько, что мне стало трудно дышать.

– Но я могу пообещать вам другое, – тихо добавил я, стоя на перекрестье хмурых, недоверчивых, растерянных и настороженных взглядов, в которых стремительно просыпались разочарование и злость. – Я даю слово, что вы сможете отомстить. За свои дома, за родных и за всех, кого когда-то потеряли. Я даю слово, что те, кто нас предал, понесут за это наказание. Больше скажу, мне известны их имена. Пока еще не все, но уже очень многие. Мне также известны их титулы и должности. Я знаю, кто именно это задумал и осуществил, и даю вам слово, что мы их уничтожим. Не убьем – именно уничтожим. Шаг за шагом, постепенно, неуклонно мы лишим их всего: денег, должностей, репутации, связей, людей, имени, будущего… Мы сотрем их с лица земли. Уничтожим все, что они создали. Подчистую. Собственно, мы уже это делаем. И не остановимся, пока не уничтожим их всех одного за другим… Я клянусь вам в этом, братья. Клянусь нашими общими предками и родом.

Меня ненадолго окутало ярчайшее сияние, подтверждая, что клятва действительно дана и принята. По узам после этого прошла волна мрачного удовлетворения. Терзавшие бойцов злость и разочарование стали заметно меньше, однако мне после этого легче совсем не стало.

Держать прямую связь с таким количеством людей оказалось слишком тяжело. Она высасывала из меня силы. Выматывала душу. Она с такой скоростью меня истощала, что очень скоро Эмма деликатно напомнила о грядущей дестабилизации дара.

Однако я и тогда не остановился.

– Что с нами будет дальше, я не знаю, – с трудом выпрямившись, еще тише добавил я, желая быть максимально честным с теми, кто стоял передо мной. – Сколько из вас сумеют дожить до победы, тоже не скажу. Я пока не очень хороший провидец. Тем более не могу пообещать, что сумею возродить наш род, хотя намереваюсь сделать все, чтобы очистить его имя. Не гарантирую, что Расхэ вернут себе почет и уважение, но приложу все усилия, чтобы восстановить репутацию рода. Это может занять годы. Быть может, даже десятилетия. И кто-то может посчитать, что этого недостаточно…

Я сделал небольшую паузу.

– Но я не хочу вам лгать или тешить кого-то ложными надеждами. Здесь и сейчас я могу вам с гарантией предложить лишь одно – месть. Достойную, конкретную, хорошо понятную цель и такие же конкретные действия для ее достижения. Если вас это устроит, то давайте работать вместе. Если же нет, то я сниму узы. Без вопросов. Без претензий. Без последствий. Но – только один раз. Если кто-то передумает в процессе, то я буду рассматривать это как предательство. Поэтому решайте здесь и сейчас. Выбор за вами.

Я умолк, чувствуя, как на мои плечи давит невидимая плита, которая, кажется, с каждым мгновением становится все тяжелее. Но все же стоял прямо. Молчал. Ждал.

И, разумеется, дождался.

– Я с тобой, – спокойно сказал Нокс, первым нарушив воцарившееся молчание. – Ты дал мне возможность жить дальше и сохранил жизни моих людей. Ты подарил нам не только надежду, но и возможность выбора. К тому же ты хороший боец. Сильный маг. Надежный соратник. В том числе и поэтому я тебя уважаю. А еще мне близка твоя цель. Тебя приняли и признали наши общие предки. Поэтому отныне и навсегда я с тобой. В жизни и в смерти.

Я незаметно перевел дух, одновременно ощутив, как с моих плеч ушла часть невидимого груза. Как если бы кровные узы, которые я до сих пор держал в одиночку, неожиданно подхватил кто-то еще, тем самым облегчив мою ношу.

– Второй – поддерживаю, – спокойно сказал Хмурый, решительно выступив вперед, и мне после этого стало еще немного легче, словно следом за первым и Геро снял с меня часть нагрузки. – Ты – тану Расхэ. И уже успел не раз это доказать. Ты – часть моего рода. Ты – сильнейший. Поэтому я с тобой. В жизни и смерти.

– Третий – с тобой, – следом за ним выступил из строя один из водил.

– Четвертый – с тобой, – шагнул вместе с ним второй.

– Пятый… шестой… седьмой… – без колебаний поддержал командира весь остальной его личный отряд, включая Рисса, моего единокровного брата.

Узы после этого полегчали почти на порядок, а терзавшее их напряжение постепенно улеглось, и вот тогда я вздохнул намного свободнее. А когда и остальные Расхэ один за другим их подхватили, тем самым подтверждая, что готовы не просто поддержать меня, но идти до конца, мне стало совсем хорошо. Легко, свободно. В том числе и от мысли, что ни один из них не отказался. Ни один не ушел и не передумал.

Они выбрали.

Сами. Добровольно. Осознанно.

И это, пожалуй, было самым важным из того, что со мной когда-либо происходило в Нижнем городе.

[1] Среда.

Глава 7

У Нокса я задержался уже надолго – просто потому, что тот предложил поучаствовать в завтрашней операции, и мне надо было знать детали. В том числе понять свою задачу. Увидеть общую картину. И иметь представление, на что рассчитывать и как сделать так, чтобы я и сам не подставился, и не мешал бойцам делать ту работу, которую они прекрасно умели делать без меня.

Правда, в процессе я обратил внимание, что Первый временами начал неоправданно подвисать. А в какой-то момент прямо физически почувствовал, что в нем зреет какой-то внутренний протест, хотя объективных причин для этого не было.

– В чем дело? – осведомился я, прервав разговор на середине и задав вопрос в лоб. – Что тебя не устраивает? Я что-то не то сказал?

Нокс метнул в мою сторону настороженный взгляд.

– Ты что, узы до сих пор держишь?

– Нет. Но у тебя прямо-таки на лбу написано, что что-то не в порядке. И вообще, у меня складывается впечатление, что по поводу моего участия в завтрашнем деле ты успел передумать.

– Я не передумал, – качнул головой Первый. – Но нахожусь, можно сказать, в сомнениях. С одной стороны, я не могу тебе ни отказать, ни что-либо запретить. В твоих способностях тоже не сомневаюсь. А с другой… весь мой прежний опыт нашептывает, что именно сейчас нам следует тебя поберечь. Ты слишком важен, чтобы мы могли себе позволить рисковать.

Я внимательно на него посмотрел. Однако не стал ни смеяться над его сомнениями, ни напоминать, что я вообще-то не маленький. В присмотре не нуждаюсь. В охране тем более. Да и все предыдущие годы прекрасно справлялся сам, без дополнительной помощи. В том числе и в Нижнем городе. Туран бы подтвердили.

– Понимаю твои опасения, – вместо этого спокойно сказал я. – И готов признать, что частично они оправданы. Но с учетом того, что ты обо мне знаешь, объективно риски минимальны.

– Сам знаю. Но все-таки предпочел бы, чтобы ты соблюдал осторожность.

– Думаешь, я собрался лезть на рожон? – хмыкнул я. – Или считаешь, что раз мне всего шестнадцать и я получил высокий статус в роду, у меня вдруг сорвет башню, и я пойду геройствовать направо и налево, пытаясь всем доказать, какой я крутой?

Первый метнул на меня еще один быстрый взгляд.

– Раньше за тобой такого не водилось. Обычно ты хладнокровен и рационален до мозга костей. Но люди порой меняются и по менее значимым причинам.

– Это не про меня.

– Отрадно слышать, – заметно расслабился он. – Тогда, если не возражаешь, я сначала выскажу тебе свои соображения по поводу завтрашней ночи. А ты, если что, дополнишь.

Я усмехнулся.

– Сотрудничество, Нокс, всегда подразумевает диалог. Поэтому впредь, если тебя что-то не устраивает, будь добр, скажи мне об этом прямо. Можно даже не совсем в цензурной форме. Главное, чтобы получилось доходчиво и чтобы мне не приходилось потом додумывать, что и почему.

– Заметано, – едва заметно улыбнулся командир «Мертвых голов», и напряжение из его глаз окончательно ушло. После чего он с невозмутимым видом вернулся к схемам, и дальше обсуждение пошло гораздо более продуктивно, так что ушел я вполне довольный результатом и заодно уверенный в том, что больше подобных конфузов между нами не произойдет.

Той же ночью, уже когда я был на полпути к дому, мне на теневой браслет нежданно-негаданно пришла смс-ка от Моррох, в которой Патриарх непрозрачно намекала, что хотела бы меня увидеть.

Я удивился – мы вроде договорились заниматься раз в неделю, в шан-рэ. Но поскольку у провидицы могли быть свои резоны, то отказываться от встречи я не стал и спустя всего несколько мэнов уже стоял в том самом убежище и в той самой комнате, где мы обычно занимались.

– Что тебя связывает с мастером Майэ? – в лоб спросила Моррох, как только я закрыл портал и вежливо ее поприветствовал.

Я насторожился.

– Он мой учитель. В субреальность именно он научил меня заходить.

– И все? – отчего-то засомневалась Патриарх.

– И все, – подтвердил я, после чего она ненадолго задумалась, а потом тряхнула седой головой и, знаком предложив мне сесть на пол, опустилась напротив.

– Судя по всему, ты привлек к себе гораздо больше внимания, чем следовало. Причем и в верхнем, и в нижнем Таэрине. Тебя ищет тэрнэ Ларинэ.

– Имеешь в виду, он ищет Двойника?

– Да. На днях я имела сразу два разговора с твоим учителем. Судя по всему, слухи до тэрнэ уже докатились, иначе старый хитрец не появился бы в Нижнем городе лично.

Я насторожился еще больше.

– Почему ты считаешь, что это была не его личная инициатива?

– Если бы он знал, что Двойник – это ты, он вызвал бы тебя на беседу намного раньше. Что же касается Нижнего мира… скажем так, Майэ никогда не влезал в разборки между родами, а также между ТСБ и подземными кланами. Сколько его знаю, он всегда подчеркнуто держался в стороне. Да и учеников с одинаковой легкостью выбирал как среди официально зарегистрированных граждан тэрнии, так и среди нелегалов. Главным для него всегда были дар и магические способности человека. А на все остальное он внимания не обращал. По крайней мере, раньше.

Я прищурился.

– Не хочешь ли ты сказать, что когда-то тоже была его ученицей?

– Не только я, – не стала отрицать Патриарх. – В Нижнем мире было как минимум трое сильных портальщиков и одновременно пространственников, с которыми он занимался лично. Но, кроме меня, все уже поумирали от старости. Может, конечно, кто-то есть и сейчас… хотя вряд ли – обычно Майэ плотно работает с одним, максимум с двумя магами одновременно. И если у него есть ты…

– До недавнего времени он работал и с моим приемным отцом, – счел нужным упомянуть я.

– Тем более. Значит, с высокой долей вероятности больше у него никого нет. И в ближайшее время не будет. При этом я не исключаю, что он может быть заинтересован в Двойнике и сам, а ищет его не только по просьбе тэрнэ. Так сказать, работает на перспективу. И вот тогда, – Моррох неожиданно усмехнулась, – будет очень интересно посмотреть на его лицо, когда он поймет, что не там искал.

– С чего ты решила, что найти Двойника его попросил именно тэрнэ?

– Майэ сам мне об этом сказал, – рассеянно отозвалась провидица. – Он его величество, можно сказать, с колыбели знает. Первый род… с учетом их способностей, думаю, ты понимаешь, что мимо такого потенциала Майэ не смог бы пройти. Поэтому – да, он учил в том числе и нынешнего тэрнэ. С высокой долей вероятности когда-то занимался, хотя бы временно, с его старшими детьми. Сейчас наверняка присматривается к младшему. Но если ничего выдающегося в мальчишке не увидит, то на обучение его не возьмет.

Я вопросительно вскинул брови.

– У него есть такая привилегия?

– Да, – кивнула Моррох. – Он имеет право отказать даже тэрнэ. Без объяснений, без последствий. К тому же у него магический договор с первым родом… заметь, не лично с повелителем, а именно с родом… поэтому Майэ берет в ученики только тех, кого сам выберет. Больше скажу – статус ученика дает тебе неплохую защиту и от его величества, и от его цепных псов. Такого человека никто и никогда не посмеет тронуть, что бы он ни натворил. Законопослушный гражданин или преступник, из младшего рода или из старшего… Пока он учится у Майэ, он неприкасаем. По крайней мере, для государственных структур. И для тебя это – самая лучшая защита, которая только может быть.

Я задумчиво кивнул, поневоле припомнив, как вел себя учитель на допросе во дворце и как на это отреагировал повелитель и его приближенные. Что ж, теперь мне стала понятна случившаяся там пантомима. Как и причина того, почему после Мадиара я отделался лишь магической клятвой, а не плахой или тюрьмой.

Получается, мастер Майэ прикрыл меня от всего. И его же стараниями моя свобода до сих пор не была ограничена. Так что в моих интересах и дальше оставаться его учеником, потому что как только обучение закончится, интерес тэрнэ и особенно спецслужб к моей персоне резко возрастет.

– Почему он пришел именно к тебе? – осведомился я, когда провидица замолчала.

Та спокойно улыбнулась.

– Иногда я помогаю ему отыскивать нужных людей. В том числе перспективных магов, которые достойны его внимания.

– То есть ты помогаешь ему искать учеников… Значит ли это, что ты видишь его будущее?

– Не очень хорошо, – качнула головой Моррох. – У него в даре тоже есть ветвь предвидения. Майэ ее, правда, умышленно блокирует, но этого достаточно, чтобы его будущее оставалось тайной даже для меня.

– А зачем он блокирует эту ветвь?

– Затем же, зачем и ты одно время не хотел развивать это направление магического искусства, – усмехнулась она. – Быть провидцем очень нелегко, ученик. И количество прожитых лет никак не облегчает нашу участь. К тому же эту ветвь в своем даре Майэ открыл сравнительно недавно. Но после первых же видений решил не продолжать и с тех пор умудряется держать ее совершенно неразвитой, что для сопряженного мага, как ты понимаешь, почти невыполнимая задача.

Я мысленно присвистнул.

Ого.

Интересно было бы узнать, почему учитель отказался от предвидений. В то, что он мог испугаться каких-то там видений, да еще и таких, на которые можно повлиять, я не верил. Не такой мастер Майэ человек, чтобы после стольких прожитых лет чего-либо бояться.

Почему же он не захотел прозревать грядущее?

Почему решил держать эту ветвь своего дара на минимуме?

И, главное, каким образом умудрился это сделать, если все ветви у сопряженного мага прогрессируют одновременно и независимо от того, какая в действительности дала дару толчок для дальнейшего развития.

«Мне тоже интересно, – вдруг тихонько шепнула Эмма, которая в обычное время в присутствии менталистов старалась быть тише воды ниже травы. – Для психопрофиля субъекта „мастер Майэ“ это необычное явление. Оно не укладывается в его характер».

«Когда-нибудь спросим», – подумал я, а потом снова поднял взгляд на Моррох и на всякий случай уточнил:

– Что ты сказала мастеру Майэ обо мне?

– Пока ничего, – спокойно отозвалась провидица. – Для начала я решила обсудить это с тобой.

– Спасибо. А сама что по этому поводу думаешь?

– Я не думаю, ученик, – она снова улыбнулась. – Я знаю, что в скором времени он так и так узнает, кто такой Двойник. Однако я не вижу, что после этого будет с тобой и с ним. Темный полог с некоторых пор нависает, как ты понимаешь, и над ним тоже. Но в ученичестве он тебе в любом случае не откажет. Как маг ты ему чрезвычайно интересен. А вот что касается тэрнэ… я не в курсе, выдаст Майэ тебя его величеству или нет. Поэтому решай сам, есть ли смысл торопить события и открывать учителю правду до того, как ему придется ее узнать самостоятельно.

Я мысленно вздохнул.

Ну почему с провидцами всегда так, а? Может быть… не знаю… не вижу… Вот сказала бы она, что открытая беседа с учителем прямо здесь и сейчас принесет мне больше пользы, чем вреда, я бы ни мгновения не колебался. А тут, понимаешь, думать надо, все взвесить, просчитать…

«Предварительный анализ ситуации показывает, что риски обнаружения твоей второй сущности субъектом „мастер Майэ“ в ближайшие два года действительно существуют. Особенно в случае эскалации конфликта с родом Босхо. И эти риски прогрессивно нарастают с течением времени. Как и риски того, что информация о Двойнике станет известна тэрнэ Ларинэ».

– Я тебя услышал, – медленно проговорил я, размышляя над сказанным. – Спасибо. Но мне надо подумать.

Угу. И полный анализ посмотреть. А уже потом, как говорится, делать выводы.

* * *

В ночь с черо-рэ на паро-рэ я, как и обещал Ноксу, незаметно свинтил из дома и отправился в пригород Таэрина по тем координатам, которые получил вчера.

Как выяснилось, Туран, отчаянно не желая покидать насиженное место, очень уж далеко от столицы не ушли и облюбовали себе в качестве очередной временной базы старый кирпичный завод, который, как это нередко бывает, оказалось проще закрыть, чем модернизировать.

Координаты нам, естественно, слили Теневые. Они вообще в последние месяцы проявляли редкую для себя активность в Нижнем городе. Затем люди Кри несколько недель вели наблюдение за интересующим нас объектом. И вот когда самая основная информация оказалась получена, а количество скопившихся на заводе боевиков Туран перевалило за три с половиной сотни, было принято решение убрать их одним ударом. И именно в этой операции Нокс предложил мне поучаствовать.

Правда, на этот раз основную ударную силу составляли не «Мертвые головы», а Теневики и бойцы Кри. На них, собственно, ложилась самая важная задача – нанести первый и самый мощный удар. Тогда как остальным… и в том числе людям Нокса… придется заняться зачисткой и сделать все, чтобы с базы ни один боевик Туран не ушел.

Схему самого завода я, естественно, посмотрел еще вчера, поэтому в общем и целом уже представлял, как это будет выглядеть, знал свою задачу, понимал, как пойдет процесс. Однако когда я, прикрываясь невидимостью, прибыл на место и, забравшись чуть ли не под самые облака, увидел очередную базу Туран вживую, да еще и сверху, когда она лежала как на ладони, то быстро понял, что задача перед Ноксом и его парнями стояла очень даже непростая и что легкой эта ночь для нас точно не будет.

Начать с того, что собственно завод занимал довольно приличную территорию и включал целую сеть на редкость крупных, прямо-таки грандиозных построек, объединенных как наземными, так и подземными переходами. Просторные производственные цеха, не менее здоровенные складские помещения, несколько водонапорных и сушильных башен, которые когда-то наверняка были снабжены сигнальными огнями, а теперь возвышались над территорией завода каменными громадинами, множество труб, торчащих в небо бездымными столбами…

Понятное дело, что оборудование из цехов давным-давно было вывезено, крыши и стены в некоторых зданиях частично обвалились, трубы разрушились, а верхушки башен были стопроцентно оккупированы снайперами в драймарантовых комбезах. Но меня в данный момент интересовало другое – окинув вторым зрением весь завод, который сейчас больше напоминал заброшенный муравейник, я отметил для себя те места, где боевики Туран неосторожно сняли с себя драймарант. Нашел помещение, которое они использовали под гаражи и в котором стояло не менее шестнадцати легковых и даже грузовых ардэ. Посчитал по головам весь народ, который смог увидеть. Насколько это было возможно, проутюжил вторым зрением остальные здания, наземные переходы и неглубокие подвалы… ну куда достал, конечно. Только после этого явился на точку сбора, находящуюся в лесном массиве примерно в трех с половиной дийранах[1] от цели, и, сообщив Ноксу уточняющие данные, принялся ждать.

Впрочем, не только это.

Поскольку еще вчера мы с Первым договорились, что вперед я на этот раз не полезу, он, когда схематично обозначил план сегодняшней операции, предложил мне поучаствовать в бою в совершенно ином качестве.

– Хочу, чтобы ты попробовал себя в роли полноценного тану, – серьезно сказал он. – Использовал во время боя родовые узы. Это укрепит твою связь с людьми и поможет нам работать более эффективно.

Я откровенно усомнился, что это хорошая идея.

– Связь забирает много сил. И внимание. Концентрацию. Про себя не говорю…

Угу. Благодаря Эмме у меня имелась возможность использовать многопотоковое мышление, а с остальным наверняка поможет тан.

– Но ты уверен, что твоим бойцам необходим отвлекающий фактор? Уверен, что им нужна дополнительная нагрузка во время боя? Может, сначала имеет смысл опробовать эту тактику в более спокойных условиях?

Ну да. Я же, по сути, к узам обращался всего дважды. И оба раза чувствовал себя потом как выжатый лимон. Что при этом ощущали Расхэ, точно не скажу. Никто из них со мной такими деталями не делился. Но если они ощущали хотя бы часть этого груза и если им тоже приходилось напрягаться в процессе, то, на мой взгляд, было не очень разумно создавать людям дополнительные трудности. Тем более когда и я, и они пока еще чувствовали себя в узах не слишком уверенно.

Нокс в ответ только ухмыльнулся.

– Ты просто не представляешь, что это такое. Да и привычные мы. Узы ведь со смертью тана не совсем ушли, некий аналог и я, и мои командиры все это время старались поддерживать. Это, конечно, совсем не то, что с представителями основной ветви. Так, всего лишь отголосок былой славы. Но даже он дает нам массу преимуществ. В том числе и поэтому у нас такая высокая эффективность в группах. Не волнуйся. Твое присутствие ничего не испортит. Напротив. Это нас только усилит.

Я тогда поколебался, но все же согласился попробовать. Затем, уже под утро, заглянул к тану Расхэ, но тот лишь подтвердил, что Нокс мыслит в верном направлении. Заодно пояснил ситуацию и дал несколько ценных советов. И вот сейчас, когда у меня появилось немного свободного времени, я уселся в сторонке, прикрыл глаза и уже вполне привычно сконцентрировался на своих людях, активируя те самые родовые узы, которыми мы были связаны.

Нокс, кстати, привел сюда сегодня всех Расхэ. Вернее, все девяносто четыре человека, не считая его самого, которые имели кровное родство. Просто потому, что сектор для зачистки у нас был самый большой. И, соответственно, самые высокие риски.

Тем не менее, несмотря на приличное количество людей, узы я аккуратно оживил, наполнил силой. Благодаря этому у меня перед глазами снова, как и раньше, появилась схема-паутина, в которой небольшими золотыми точками были обозначены каждый из моих людей.

При этом, как и сказал Нокс, никто из бойцов этому не удивился. Первый, надо полагать, заранее всех предупредил. Поэтому той тяжести и изматывающей слабости, как в прошлый раз, я сегодня не ощутил. А сами узы оказались немедленно подхвачены, и теперь это была не только моя, но наша общая ноша, которая на самом деле оказалась не так уж и велика.

Когда же я открыл глаза, продолжая держать перед внутренним взором карту, то в который уже раз испытал на редкость двойственное чувство.

Оказывается, просто видеть кого-то, слышать его голос и ощущать этого же человека всем своим существом – это очень разные вещи. Однако сегодня мне удалось эти два явления совместить. Поэтому людей я, с одной стороны, действительно видел… то, как они готовятся, как проверяют амуницию, ожидая приказа к выступлению… а с другой, еще и чувствовал их. Как отдельные боевые единицы. Как свои найниитовые нити. Понимал, что они делают. Куда смотрят. Где находятся. И, наверное, при желании мог бы еще и видеть их глазами и слышать то, что слышат они.

При этом бойцы, которых я касался мысленно, мои манипуляции с узами тоже каким-то образом ощущали. Некоторые, стоило мне сосредоточиться на соответствующей точке, молча поворачивали головы и внимательно на меня смотрели, словно ожидая продолжения или команды. Кто-то просто кивал, тем самым показывая, что я все делаю правильно. Кто-то поднимал руку в знак того, что услышал. И если поначалу это выглядело странно, то довольно быстро я освоился. Можно сказать, привык. И пока еще смутно, отдаленно, но все-таки начал понимать, о чем говорил Нокс, когда утверждал, что при активных узах люди будут действовать намного эффективнее, чем поодиночке.

А еще я в какой-то момент снова начал ощущать отголоски их эмоций. Чувствовал, что в большинстве своем люди на удивление спокойны. Что подготовка к бою для них не более чем рутина. Хотя в некоторых ощущалось едва уловимое и вполне понятное волнение. А в ком-то горел и самый настоящий азарт, подстегиваемый жаждой справедливости.

Хорошо было еще и то, что родовые узы не провоцировали никаких внешних эффектов, не имели ауры, не оставляли после себя магических следов и вообще никак не ощущались никем, кроме тех, для кого были предназначены.

Проще говоря, использовать их можно было абсолютно незаметно для окружающих. Поэтому даже несколько Теневиков, которые бродили между деревьев, не могли видеть, что именно я делаю и что вообще происходит.

Также по совету тана Расхэ я провел несколько коротких экспериментов, пробуя переключать внимание с одного бойца на другого и переходя от обычных ребят к командирам. С ними, как утверждал мой биологический отец, было легче всего работать. И это правильно, поскольку контролировать всего десяток человек в любом случае проще, чем целую сотню.

Однако, когда я попробовал и так, и этак, то все же решил оставить связь со всеми бойцами сразу, при этом пометив командиров на своей мысленной карте. И решил, что если начну уставать, то сосредоточусь исключительно на них. Ну а если нет, то попробую оставить все как есть, поскольку мне так показалось правильнее.

Правда, для этого мне следовало видоизменить систему уз, чтобы иметь возможность влиять на людей напрямую, а не через кого-то. Точнее, для лучшего эффекта узы следовало продублировать, оставив простым бойцам связь и с Ноксом, и с непосредственными командирами, но при этом протянув к ним нити еще и от себя.

Собственно, именно этим я и занимался последние несколько мэнов, дополняя и усложняя имеющуюся схему. То есть протянул дополнительные узы к нужным мне людям. Прикрепил их. Усилил. Проверил. И успел закончить с этим важным делом всего за пару сэнов до того, как Нокс скомандовал подъем.

Дальше все уже действовали по заранее обговоренному плану.

Бойцы, получив приказ, сгруппировались в девять команд по десять-одиннадцать человек в каждой… я, разумеется, вошел в группу Нокса, став в ней девятым. Одновременно с этим Теневики открыли для нас девять достаточно широких порталов… кстати, именно ограничения по дальности стали причиной того, что ушли мы не прямо с базы, а вынужденно разместились в трех с половиной дийранах от цели. Буквально через несколько сэнов после того, как порталы были готовы, где-то не очень далеко на севере что-то оглушительно бухнуло. Затем ночное небо в той стороне осветилось яркими огнями, наглядно доказывая, что заварушка уже началась. И только тогда по динамикам в шлемах… мне, само собой, тоже такой выдали… прошла вторая команда, боевые группы одна за другой нырнули каждая в свой портал, чтобы одним махом оказаться на месте и с ходу вступить в бой.