Текст книги "Охота на мастера. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Александра Лисина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)

Внезапно у меня на руке ожил теневой браслет.

«Свободен? – пришло короткое сообщение от Нокса, когда я уже добрался до дома и завис у своего собственного окна, намереваясь забраться в комнату. – Есть разговор».

Я замер.

Дайн. Что еще могло случиться в этот и без того непростой выходной? Вроде никаких операций на сегодня «Мертвые головы» не планировали. Если бы у Кри случилось чэпэ или появились важные новости, он написал бы мне первым. Да и Моррох бы уже просветила, что их общие планы изменились.

Впрочем, командир «Мертвых голов» никогда не отличался пустословием и еще ни разу не потревожил меня без веской причины. Так что игнорировать его просьбы было нецелесообразно.

«Где и когда?» – коротко написал я в ответ, прикидывая, сколько осталось времени до утра.

«Координаты прежние. Жду».

Хм. То есть дело еще и срочное?

Но делать нечего. Придется выяснять, в чем дело. Поэтому я, едва выйдя из границы, снова туда ушел, успев напоследок сбросить в чат всего одно слово:

«Иду».

[1] Минута.

[2] Тысяча.

Глава 2

В убежище «Мертвых голов» я появился буквально через пару мэнов по реальному времени, и то время в основном потратил на заметание следов внутри расщепленной границы и в субреальности.

Нокс, как и раньше, заранее отключил блокираторы, но поскольку один нестандартный портал я туда уже протянул, то в этом не было особого смысла.

В убежище, кстати, на этот раз было людно – вся личная семерка Первого оказалась в сборе и ждала меня в проходном помещении, которое заменяло убежищу холл.

Я, когда там появился, даже малость напрягся, очутившись на перекрестье взглядов. Но потом прислушался к себе, угрозы ни от кого не ощутил, после чего избавился от найниитовой маски и, отыскав глазами Нокса, кратко осведомился:

– Звал?

Тот странно помедлил. И вообще выглядел на редкость неуверенным, что для него, прямо скажем, было нетипично. На меня он тоже смотрел с каким-то непонятным выражением. Одет был не по погоде… ну в смысле обычно, то есть без шлема, без броника, без драймаранта… то есть явно никуда уходить в ближайшее время не собирался, а значит, речи о каких-то разборках или других серьезных проблемах определенно не шло.

Остальные «Мертвые головы» тоже не выглядели готовыми к бою. Одеты просто, в обычные спецовки или военную форму. Без личин. Без иллюзий. Без артефактов. У Хмурого в руках виднелся частично разобранный автомат и масляная тряпка. Дан и Ник… наши бессменные водилы и по совместительству отличные иллюзионисты… выглядели непонятно задумчивыми. Дор, Сэм, Дар… вторая троица, которую я когда-то вычислил с помощью горлов, показалась мне несколько напряженной. Рисс и вовсе неловко мялся в углу, то и дело отводя глаза и стараясь не встречаться со мной взглядом.

Хм.

Что происходит? Кого-то хороним? Я где-то облажался? Ну или же Нокс решил, что я успел где-то облажаться?

Я вопросительно взглянул на командира «Мертвых голов», терпеливо дожидаясь объяснений, но тот вдруг подошел ближе и, зачем-то всмотревшись в мое лицо, негромко бросил:

– Скажи, Двойник, с тобой сегодня ничего необычного не происходило? Ты к памяти рода, случайно, не обращался?

Вот теперь насторожился и я.

– Обращался. А что?

Взгляд Первого из изучающего плавно превратился в задумчивый.

– Нас сегодня посетило чрезвычайно странное, скажем так, видение. То ли сон, то ли явь. Сразу и не разберешь. Но это коснулось абсолютно всех. Все мы видели и чувствовали одно и то же. После этого мое ощущение тебя стало другим. Хотя я, откровенно говоря, не совсем уверен, что все понял правильно. Скажи, ты теперь действительно один из нас? Ты прошел обряд посвящения?

Я мысленно присвистнул.

Ого.

Выходит, обряд так или иначе зацепил не только мертвых, но и вообще всех Расхэ, включая Нокса и его людей?

Дайн! Но как такое возможно? Это же случилось днем. Не могли же «Мертвые головы» все поголовно спать и в одно и то же время видеть одинаковые сны? Или же то было видение из разряда тех, что порой видел я сам?

– Узы рода, Двойник, – тихо сказал Нокс, когда мы пересеклись взглядами, – воистину великая сила, которую нельзя не увидеть и не почувствовать тем, кто к этому роду принадлежит. Самородкам этого не понять. Самородки ни к кому и ни к чему не привязаны. Но мы… те, кто когда-то были одним целым, никогда эту связь не забудем. Ее ни с чем нельзя перепутать. Однако если с потерей тана она была практически утрачена, то сегодня… сегодня ты стал другим. А связь между нами снова окрепла. И все мы это почувствовали.

Он вдруг коротко наклонил голову и так же тихо попросил:

– Не откажи. Прошу.

Я от такого простого и вместе с тем многозначительного жеста на мгновение даже растерялся, не понимая, чего от меня хотят. Но тут в моей душе что-то ворохнулось, а затем я услышал голос… тихий, подозрительно знакомый… который вдруг шепнул в самое ухо:

– Коснись его. Положи ладонь ему на макушку.

Одновременно с этим я прямо физически ощутил, что за моей спиной кто-то появился. Как будто тан Альнбар снова, как во время обряда, стоял там. И так же, как тогда, спокойным жестом положил руки мне на плечи.

Однако, когда я обернулся, сзади никого не оказалось. Ни тана, ни тени, ни даже его призрака. А вот смутное ощущение присутствия, как ни странно, никуда не делось. Как будто я и правда был не один. И как будто меня, как и во сне, кто-то снова пришел поддержать.

Мысленно вздохнув, я решил довериться этому странному чувству и, как было велено, возложил правую ладонь на низко склоненную голову Нокса.

В общем-то ничего особенного от этого жеста я не ждал. Ну подумаешь, коснулся и коснулся.

Однако как только моя рука дотронулась до его волос, кончики моих пальцев неожиданно кольнуло. Между мной и Ноксом словно молния проскочила. Командир «Мертвых голов» едва заметно вздрогнул. А меня неожиданно посетило такое же чувство, как и во сне, во время обряда, только намного более яркое, сильное. Чувство, что мы с этим человеком и правда связаны. И что мы с ним больше не чужие.

Правда, при проведении обряда это ощущение было мимолетным. Я откуда-то знал, что оно временное и что на самом деле это не более чем знакомство с множеством душ, которые хотели увидеть меня без прикрас и одновременно сами передо мной раскрылись.

Тогда как сейчас…

Сейчас у меня появилось ощущение, что между мной и Ноксом не просто сформировалась связь – это и правда были самые настоящие узы. Узы кровного, духовного, а также магического родства, которые образовались тут же, прямо у меня на глазах, а затем мгновенно окрепли и соединили нас таким образом, что Нокса я теперь воспринимал не как постороннего человека, а как часть себя. Свое продолжение. Причем если сначала у меня мелькнула мысль, что по факту мы с ним равны, то почти сразу я понял, что это не так. Осознал, что в процессе образования этой связи я коснулся его не только рукой, но и магией. Более того, на один-единственный миг между нашими магическими дарами возникло едва заметное напряжение, как если бы они пытались понять, кто из них сильнее и у кого в этой связке больше прав на лидерство…

Но почти сразу стало ясно, что сравнение не в пользу Нокса. Что я гораздо сильнее. К тому же ощущение стоящего за моей спиной тана и его незримая поддержка сделали меня увереннее. В каком-то смысле даже выше. Причем и по силе, и по чистоте крови, и по статусу, и по главенству в нашем, теперь уже общем роду.

И Нокс тоже это почувствовал. Склонил голову еще ниже, как если бы моя рука давила на него умышленно. А потом резко выдохнул и опустился на одно колено, тем самым признавая за мной право повелевать и смиряясь с необходимостью подчиниться.

У меня же после этого словно глаза раскрылись.

Услышав еще одну подсказку от мертвого родственника, я взглянул на бывшего главу службы безопасности рода Расхэ в другом спектре зрения и неожиданно увидел ту самую связь, что между нами образовалась. Как тонкую золотую нить, что протянулась от меня к нему и закрепилась где-то в районе грудины. Причем яркую нить. Живую. Настоящую. При виде которой я машинально качнулся в ту сторону, а моя аура так же инстинктивно расползлась вширь, заполонив собой комнату и словно крыльями накрыв стоящих рядом людей.

И вот после этого перед моим внутренним взором образовалась уже не просто одинокая нить – от Нокса без всяких видимых причин протянулась целая сеть таких же ниточек к его кровным родичам. Но если поначалу она выглядела бледной, ослабленной и вялой, то как только к ней мысленно потянулся я, она неожиданно ожила. Налилась светом, словно в нее вдохнули новые силы. Засияла, как покрытая росой и обласканная утренним солнцем паутина. И в мгновение ока… через Нокса… связала меня с его людьми крепче иных цепей, создав пока еще не полноценный род, нет, пока только лишь намек на него. Можно сказать, его ядро, надежную и крепкую опору, которой у меня никогда раньше не было.

Каким бы странным это ни казалось, но каждого из этих людей я сейчас воспринимал как нечто близкое и родное.

Каждому при желании мог заглянуть в мысли, узнать, чем они живут и чем дышат.

Мои кровники. Должники, хотя уже и не только.

Более того, они тоже меня почувствовали. Узнали. Захотели понять, кто я и что собой представляю. А когда я не стал им мешать и, как раньше, инстинктивно открылся, они на мгновение застыли, широко распахнув глаза, а потом шумно выдохнули и точно так же, как командир, один за другим преклонили колено.

Именно в этот момент я осознал, что отныне стоящие передо мной бойцы не просто наемники или временно полезные люди – теперь это во всех смыслах были мои люди. Мои помощники, соратники. Мои родичи, которых накрепко связали друг с другом невидимые для обычного взора узы. Причем очень крепкие узы, твердые, нерушимые, которые позволяли нам не только ощущать друг друга, но и понимать, что испытывает в тот или иной момент каждый из нас.

Самое интересное, что для этого даже усилий прикладывать было не нужно. И не требовалось произносить ни клятв, ни обещаний. Я просто знал, что ни один из этих людей никогда меня не обманет и не предаст. Знал, что любому из них можно без малейших сомнений доверить спину. Знал, что каждый из них отныне считает своим долгом служить мне так, как они когда-то служили старому тану. И точно так же знал, что и сам никогда не предам оказанного ими доверия.

Это было какое-то глубинное, пришедшее бог весть знает из каких уголков подсознания понимание, перерастающее в абсолютную уверенность.

Они теперь со мной навсегда. А я с ними.

И пусть нас было очень мало, пусть мы еще только-только привыкали к тому, что сейчас произошло, но это было. Мы все видели и ощущали это удивительное единство.

И лично меня это знание поразило до глубины души.

– Взгляни шире, – внезапно посоветовал мне все тот же тихий голос, пока я во все глаза рассматривал открывшееся мне чудо и пытался привыкнуть к мысли, что именно сейчас сделал. – Для тебя больше нет преград. Ты – сильнейший в роду. Ты сейчас как маяк, свет которого способен разогнать сгустившуюся тьму. Зажги для своих людей этот свет. Дай им его увидеть и поверить в то, что они все эти годы ждали не напрасно.

И я его послушал.

А когда перевел взгляд дальше, за стену, за пределы убежища и мысленно охватил весь Таэрин, так же мысленно обратившись ко всем тем Расхэ, что еще остались живы, то увидел, что образовавшаяся между нами сеть начала стремительно расти. По ней словно электрический ток промчался, стремительно зажигая во тьме все новые и новые точки, между которыми так же быстро и неотвратимо начали оживать кровные узы.

Один, два… девять… тридцать два… сорок восемь…

Я ошеломленно моргнул, когда к только что возрожденной родовой «сети» один за другим подключилось еще восемьдесят семь человек. Все те Расхэ, что сумели выжить. Все, кто когда-то считал себя таковым и по-прежнему оставался верным своему тану. Все, кто сохранил память о былом величии рода. Те, кто услышал мой зов и откликнулся. Те, кто захотел меня услышать. И те, для кого род был не просто словом, но целой жизнью, которую они неистово жаждали вернуть.

Признаться, с непривычки от такого количества обрушившихся на мою голову откровений у меня аж в ушах зазвенело, а к горлу подкатил комок. Но, к счастью, у меня хватило соображения… вернее, кто-то из родственников вовремя подсказал… не стремиться охватить необъятное и не касаться слишком уж глубоко эмоций и мыслей тех Расхэ, которых я так неосторожно потревожил.

Нокса и его людей я во всех смыслах признал и принял. Точно так же, как они признали и приняли меня. А вот с их коллегами это было скорее знакомство. Почти такое же, как во время обряда, только уже в реальном мире. Достаточно поверхностное. Можно сказать, предварительное. Однако и этого хватило, чтобы я, пусть и отдаленно, ощутил, какая гамма эмоций переполняла сейчас этих людей.

Недоверие… сомнение… удивление… сдержанная радость от того, что я их все-таки нашел…

Если бы эта эмоциональная волна, пришедшая от девяти десятков человек, рухнула на мою голову разом, то я бы в себя потом долго не пришел. Но, к счастью, подсказка пришла очень вовремя, поэтому от чужих эмоций я все-таки отстранился. И свои заодно придержал. Затем дождался, пока проступившая перед моим внутренним взором сеть окончательно сформируется и окрепнет. После чего тихо выдохнул, с некоторым усилием отнял руку от головы склонившегося передо мной Нокса и только тогда почувствовал, насколько же сильно устал.

Уф.

Оказывается, быть сильнейшим в роду – задача не из легких. А держать магическую связь между таким количеством людей, да еще и являться для них единственным связующим звеном – тот еще демонов квест. Всего-то несколько мэнов прошло, а я уже чувствовал себя так, словно бегом поднялся на вершину небоскреба: башка гудит, руки дрожат, в глазах все плывет, в носу свербит и, кажется, вот-вот снова пойдет носом кровь…

«Произвожу корректировку физического состояния и состояния дара», – очень вовремя спасла меня от неприятных последствий Эмма.

После этого в голове быстро прояснилось, неприятные ощущения в носу тоже прошли, и я с облегчением понял, что больше не собираюсь падать в обморок.

– Как ты? – спросил Нокс, поднявшись с пола и с беспокойством взглянув на мое… наверное, все-таки бледноватое лицо. – Стоять можешь?

Я негромко фыркнул.

– Не только стоять – я еще и сплясать могу. Но во избежание недопонимания все-таки предпочту этого не делать.

На губах Первого появилась понимающая усмешка.

– Ты, как всегда, в своем репертуаре… но я благодарен за то, что ты сделал. Это было мощно, Двой… то есть тану Расхэ, – на мгновение запнувшись, тут же исправился он. – Не ожидал, что ты сумеешь вот так сразу всех нас собрать воедино.

– Да какой я тебе тану? – едва заметно поморщился я. – Титулов мне, хвала тэрнэ, пока никто не вручал и в ближайшее время, надеюсь, вручать не будет.

– По силе ты – тану, – спокойно возразил он. – И это неоспоримо. Все Расхэ это сегодня увидели и почувствовали. Но в чем-то ты прав – для титулов пока действительно не время. Поэтому для всех тебе пока лучше оставаться Двойником. А мы позаботимся, чтобы твое настоящее имя нигде раньше времени не мелькнуло.

Он на мгновение обернулся и строго оглядел свой личный отряд, тоже успевший за это время подняться на ноги и выстроиться в одну линию.

– Воррт, задача ясна?

– Так точно! – отчеканили «Мертвые головы». При этом глаза у них горели какими-то диковатыми огнями, на суровых лицах застыло престранное выражение, а уж о том, что творилось у них на душе, можно было только догадываться.

Слишком уж быстро все случилось. Слишком резко.

И им, и мне к этому следовало привыкнуть. А мне так особенно. Я вообще резких перемен в жизни не любил, а сегодня их случилось так много, что я банально не успел к ним адаптироваться, поэтому пребывал в некоторых сомнениях относительно того, что сделал, и того, что предстояло сделать в самое ближайшее время.

К тому же, пока я размышлял, на руке Нокса внезапно ожил теневой браслет, разродившись целой кучей тревожных сообщений.

– Народ всполошился, – усмехнулся Первый, когда мельком глянул на экран. – Все в шоке. И хотят от меня подтверждения, что в роду Расхэ появился наследник.

Я рассеянно кивнул.

– Успокой людей. Пусть не переживают.

– А ты?

– А мне… – я тяжело вздохнул. – Нужно подумать. И будет лучше, если на это время никто не будет беспокоить меня по пустякам.

* * *

Уже намного позже, вернувшись домой и забравшись в постель, я рассеяно почесал притулившегося у меня на груди йорка и, прокрутив в голове события этого дня, пришел к нескольким важным выводам, которые в определенной степени помогли смириться с неизбежным и принять случившееся как данность.

Первое. По поводу собственно обряда и так все было ясно. Он, хоть я об этом не просил и вообще не строил серьезных планов в отношении рода, во всех смыслах состоялся. Я совершенно официально стал частью рода Расхэ. И это факт, от которого нельзя было откреститься.

Второе. Как оказалось, все Расхэ… и живые, и мертвые… присутствовали на обряде. И все они так или иначе приняли меня уже тогда. В том числе и поэтому, когда я пришел в убежище, «Мертвые головы» так легко это подтвердили и так быстро, а главное, безоговорочно признали за мной право не только быть с ними в одном роду, но и выразили готовность повиноваться.

Я, правда, не планировал, что это случится именно так. Мне казалось, что для этого еще не время. Однако я в любом случае собирался взять их под свою руку. Искал способы привлечь на свою сторону. И раз это произошло сегодня, что ж, значит, придется и мне раньше времени брать на себя ответственность за этих людей.

Да, пока только за них. И то лишь потому, что я и так собирался это сделать.

Тем не менее и на меня, и на них мое появление в роду, а также мое происхождение, накладывало целый ряд обязательств. Были бы эти парни простыми наемниками, они бы всего лишь увидели во мне надежного и, смею надеяться, толкового командира. Однако по факту я стал для них не просто командиром, а лидером, тану. И это автоматически означало, что рано или поздно… если, конечно, я соглашусь пойти этим путем… от меня так или иначе будут ждать каких-то действий. Решений. Со мной будут связаны чужие чаяния и надежды. Ну и, разумеется, когда-нибудь передо мной замаячит кресло главы рода, а с ним и еще большая ответственность, к которой я пока был не готов.

Как ни крути, а быть сильнейшим в роду вовсе не означает быть самым умным, опытным, умелым или вот так с ходу получить право называться хорошим лидером. Тан – это ведь не просто сильный маг, а еще и толковый организатор, искусный манипулятор, не менее искусный оратор, политик и дайн знает кто еще. Чтобы стать полноценным таном, надо до фига всего знать, уметь, хорошо разбираться в целой куче всевозможных вещей, начиная от финансов и заканчивая техническими вопросами. А ведь был и человеческий фактор. Конфликты, которые следовало решать. Другие рода. Интриги. Неминуемое общение с себе подобными, где слабого и неопытного новичка сожрут и не поморщатся…

Успокаивало одно. На данный момент кресло главы рода находилось от меня в настолько далекой перспективе, что по этому поводу можно было не беспокоиться.

Судите сами. Мертвый род с поруганной честью. Обескровленная гвардия, в которой осталось меньше сотни человек, что в масштабах страны сродни одинокой капле в море. Поэтому прежде чем возникнет вопрос моего главенства, мне сначала надо будет продемонстрировать своей гвардии, что я этого достоин. Придется доказать всему миру, что Расхэ были уничтожены незаслуженно. Умудриться их полностью реабилитировать, наказать виновных, добиться восстановления рода как явления, вернуть себе родовое имя, каким-то образом доказать тэрнэ и всему первому роду, что мой Талант не представляет для них угрозы. И вот только потом… может быть… если я не откажусь от этой чести… меня торжественно повысят и наденут на голову венец власти, который, кстати, придется еще и выковывать заново.

Третий вывод, к которому я пришел этой ночью, заключался в том, что и весь род, и три последних тана, принимая меня, прекрасно отдавали себе отчет в своих действиях.

То есть они понимали, что обряд был проведен не совсем правильно. Он, несмотря ни на что, не сделал меня ничьим должником. Не навесил дополнительных обязательств. Не лишил меня права выбора. Ничем меня не ограничил. Но, что самое важное, все участники процесса прекрасно сознавали, что для такого, как я, род – это может быть не навсегда. Потому что и из рода, и из семьи можно было выйти.

Иными словами, Расхэ, когда утверждали окончательное решение… а я все-таки думаю, что тан Урос принял его далеко не единолично… проявили в отношении меня неслыханное доверие. И одновременно с тем огромную мудрость, не став ни давить на меня, ни требовать что-то взамен.

Вместо этого они меня, можно сказать, отпустили.

Именно поэтому я, хорошенько поразмыслив, пришел к четвертому и, пожалуй, самому важному на сегодня выводу.

На самом деле я ведь подумывал однажды пойти на «Джи-2» и всерьез прикидывал, что в случае победы смогу основать свой собственный род. Для самородка вроде меня это, по большому счету, была единственная возможность не только выделиться, но и обрести независимость.

Но поначалу это было не очень осознанное желание. Я просто отметил для себя, что такая возможность существует, и однажды в разговоре с мастером Даэ упомянул, что вижу в этой возможности шанс самореализоваться.

Тогда мне казалось, что это гораздо безопаснее, чем идти к кому-то под руку. Тогда я думал, что другого пути просто нет. Одиночке в Норлаэне пробиться на самый верх было действительно трудно. Одиночка без связей и репутации никому не был нужен и его никто не принимал всерьез.

Тот же лэн Даорн, отказавшись в свое время от предложения Хатхэ, годами ждал нормальной должности и то его, скорее всего, не заметили бы, если бы мастер Даэ чутка не помог.

А на что тогда мог рассчитывать я?

Так что род – это сила. Тем более что в своем собственному роду я по определению не буду зависеть от мнения чужого тана. В своем роду мне не придется кому-то служить или исполнять чьи-то дурацкие приказы. Мне не придется давать нерушимых клятв или раскрывать перед кем-то свои секреты и тайны.

Но раньше я не сознавал в полной мере одну простую вещь: создание своего собственного рода автоматически означало и то, что я неминуемо стану его главой. То есть заполучу все те же плюсы и минусы, которые сегодня предложили мне Расхэ. Только сейчас это произошло само собой. Без дополнительных усилий с моей стороны. Без турнира. Без ограничений. Без риска спалиться. Более того, намного проще и быстрее, чем я когда-то планировал. Да еще и с довеском в виде пусть небольшой, зато хорошо обученной, обкатанной в боях, проверенной и полностью экипированной армии, которая уже сейчас, а не когда-то в необозримом будущем, была готова меня защищать. Плюс с теневой казной, которая со временем тоже перейдет ко мне в руки. С уже налаженными связями в Нижнем городе. С репутацией. С системой снабжения, огромным арсеналом амуниции и боеприпасов…

Ну и зачем при таком раскладе мне другой род, когда уже есть один и он к тому же готов оказывать мне всестороннюю поддержку?

Для чего идти на турнир через два-три года, когда все необходимое у меня есть здесь и сейчас?

К тому же на «Джи-2» мне придется усиленно скрывать свои особенности и от коллег, и особенно от зрителей, что при наличии сильных соперников и вездесущих видеокамер будет крайне проблематично.

Ну и зачем он тогда нужен, если главный приз, ради которого самородки идут на эти состязания, я и так уже получил?

Что?

Скажете, что род проблемный, мертвый и вообще бабушка надвое сказала, получится ли у меня его возродить?

Скажете, что я еще ни черта не знаю того, что положено знать настоящему тану?

Ну так на то у меня и есть голова на плечах, чтобы не бояться трудностей. Тем более когда весь род теперь фактически стоит за моей спиной. Когда его гвардия уже сейчас готова ко мне прислушиваться. Когда у меня есть свободный доступ к памяти, а теперь еще и к силе рода. И когда не один, а сразу три тана меня полностью поддержали.

«А все-таки Расхэ меня просчитали, – со смешанным чувством подумал я, наконец-то сообразив, почему сегодняшний обряд получился таким, мягко говоря, странным. – И пока я составлял подробные психопрофили на них, эти жуки благополучно составляли профиль на меня».

«Думаешь, они смогли бы так точно угадать твое решение?» – с ноткой сомнения переспросила Эмма.

«Не решение – намерения, цели, подоплеку…»

«Почему ты так решил?»

«Да просто когда я пришел к ним в первый раз, то дал понять, что жду от них не спасения, а всего лишь совета, потому что со всем остальным был готов справляться самостоятельно. Когда мы встретились снова, я продемонстрировал стремление к независимости, неприятие жестких рамок и нежелание подчиняться авторитетам. Когда они открыли мне память рода, я поступил дерзко, зачерпнув оттуда знаний от души и не погнушавшись послать всех на хрен, едва мне показалось, что меня хотят обмануть. При этом в конечном итоге я не отказался им помочь. Но дал понять, что у меня есть свои цели и планы, а также время, возможности и средства для их достижения. Потом, если помнишь, я продемонстрировал им тебя. Показал и доказал свои знания как в магии, так и в маготехнике. Но при этом не отрицал, что наши цели во многом совпадают. И все три тана, когда об этом узнали, в остальное время многократно проверяли меня на вшивость, начиная с той самой сделки, которую мы заключили, и заканчивая докладами Нокса, в которых он, разумеется, высказал свое мнение по моему поводу. Причем его мнение как главы службы безопасности рода являлось для них более чем весомым».

«Значит, он наверняка рассказал им, что ты забрал прах их предков из поместья, – задумчиво проговорила сестренка, когда я умолк. – Причем забрал сам, без напоминаний. Просто потому, что посчитал это правильным».

«Он рассказал им все. И про Кри. И про похищение. И про то, как я их оттуда вытащил. И вот когда у танов появилось достаточно данных для анализа, они по-быстрому прикинули варианты и пришли к выводу, что, несмотря ни на что, я все-таки обладаю нужными с их точки зрения качествами. Родовая магия, Талант, сопряженная магия, которой в роду Расхэ никогда раньше не было, маготехника, найниит, связи как в высшем обществе, так и в Нижнем городе. Плюс добавь сюда мои моральные качества, которые три старых интригана, естественно, тщательно изучили и тоже учли…»

Я усмехнулся.

«Полагаю, звание мастера кханто, подтвержденное сразу четырьмя великими мастерами Норлаэна, тоже этому поспособствовало. Как и умение убивать, не страдая после этого угрызениями совести… Короче, они уже давно решили, что примут меня в род. Просто выжидали подходящего момента. Да и про обряд усиления обмолвились не просто так. Боюсь, они и правда нас сделали, сестренка. И нашли способ получить именно тот результат, который им был нужен. Причем умудрились провернуть это таким образом, что мне теперь ни ссориться с ними, ни отказываться от рода вроде как не резон».

Эмма немного помолчала, анализируя мои умозаключения и заново перебирая известные нам факты.

«Думаешь, тан Альнбар не поймет, что ты обо всем догадался?»

«Напротив, – улыбнулся я, погладив тихонько мурлыкающего йорка. – Он совершенно точно знал, что в самое ближайшее время до меня дойдет, в чем дело. Если бы не это, он не дал бы мне сутки на размышление. Не помог бы с Ноксом. И тем более не стал бы оставлять мне свободу. Он знал, что если попробует загнать меня в угол, то я пошлю его на хрен еще быстрее, чем в прошлый раз. Если бы я обнаружил, что меня пытаются подчинить или контролировать, то развернулся бы и ушел. Но тан Альнбар поступил умнее. Сделал ставку не на ограничения или клятвы, а на доверие. Рискнул пойти ва-банк, при этом умудрившись не преступить черты. Он меня, по большому счету, всего лишь подтолкнул в нужную ему сторону. Поэтому я не злюсь. Я им, честно говоря, восхищаюсь. Влиять на других вот так, без всякой магии, одним только вовремя сказанным словом…»

«Ты прав. Это большое искусство, – еще немного подумав, согласилась подруга. – У нас с тобой, к сожалению, нет подобного опыта».

Я рассеянно угукнул.

Да. Опыта у нас действительно пока маловато. Этой стороны жизни в Норлаэне ни Эмма, ни я еще не касались. Но, думаю, если я попрошу тана Расхэ со мной поделиться знаниями, он не откажет. Хотя…

Вдруг он уже со мной поделился?

Я запоздало вспомнил, что у меня остались нераспакованные данные из памяти рода, и встрепенулся. После чего решительно сел, закрыл глаза, потянулся к тому пласту знаний, который получил в подарок от своего биологического отца, и… напрочь забыл про такую нужную, важную, но на данный момент совершенно неуместную штуку как сон.