Текст книги "Охота на мастера. Том 2 (СИ)"

Автор книги: Александра Лисина

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)

Если бы он был менталистом или магом сна, она бы, конечно, не рискнула с ним такое проделать. Если бы рядом с ним неотлучно находилась жена, способная заметить неладное, это тоже было бы опасно.

Но, на ее счастье, Горус Расхэ являлся вдовцом. Более того, магией разума тоже не владел и, находясь у себя дома, под охраной, среди верных ему людей, на ночь даже защитные артефакты не включал, считая, что в родовом имении ему нечего опасаться.

Его природная ментальная защита, правда, была хороша, но Алоиза нашла способ ее обойти. Поэтому в один прекрасный день… в смысле ночь… тан Горус, сам того не зная, оказался в чужом сне. И уже после этого от Алоизы требовались только терпение и время.

Кстати, сама она приходила туда под личиной, попеременно прикидываясь то Альнбаром, то его умершей матерью, то другими домочадцами, то знакомыми и друзьями тана… и месяц за месяцем… долго и упорно… медленно и аккуратно… начала подводить тана Горуса к мысли, что пора бы ему освободить место главы рода для своего единственного сына. Дать Альнбару возможность наконец себя проявить. И при всем при том… а для Расхэ это было важно… сделать все, чтобы новый глава заполучил всю полноту власти, всю силу и все знания, которые были необходимы, чтобы сохранить род и преумножить его могущество.

Все ради рода…

Расхэ издавна славились своим древним девизом. И тан Горус как никто знал, что жизнь и желания одного человека ничто в сравнении с потребностями всего остального рода. В этом плане он был завзятым консерватором. К тому же мысли о том, что пора бы дать сыну волю, его уже периодически посещали. Поэтому намеки Алоизы упали на благодатную почву. И всего через несколько лет долгой, упорной, утомительной и кропотливой работы тан Горус наконец-то принял решение уйти, причем уйти так, чтобы даже его смерть принесла максимум пользы для рода.

Когда его не стало, Алоиза наконец-то вздохнула спокойно.

Артон к тому времени уже подрос. Очень скоро у него должен был открыться Талант, чего она не планировала допускать ни в коем случае. Но если Альнбару она сумеет какое-то время заговаривать зубы, то тан Горус мог заметить неладное, поэтому убрать его… вернее, заставить его добровольно уйти со сцены… было особенно важно.

После смерти тана Горуса Алоиза всецело сосредоточилась на сыне и под предлогом обязательной диагностики принялась медленно и аккуратно давить его дар, чтобы лишить наследника возможности пользоваться Талантом.

Потом ее на какое-то время отвлекла вторая беременность и рождение Кайтона, обрабатывать которого она, уже не боясь рисков, начала сразу же после рождения.

О загубленной магии сыновей не жалела: тан Эранд считал Альнбара Расхэ своим личным врагом, он хотел Расхэ уничтожить, поэтому и Алоиза с его наследниками не церемонилась.

Ну и что, что это были и ее дети тоже?

Она рожала их не для себя, а потому, что так было нужно. Если бы они не появились, ей пришлось бы не в пример сложнее. Возникли бы ненужные вопросы. Поэтому проще было родить и сделать вид, что они ей дороги, чем регулярно слышать упреки в своей адрес и взращивать в голове мужа мысли о том, что она плохая супруга. Или, что еще хуже, провоцировать его на измену.

Сейчас же она полностью его контролировала. Дети позволили ей оказывать прямое влияние на не самого глупого в этом мире человека. Дети сделали его более мягким и покладистым. И они же помогли ему окончательно убедиться в лояльности супруги и в конечном итоге полностью ей довериться.

Благодаря этому заманить в свои сны Альнбара Алоизе было намного проще, чем сделать то же самое с его отцом. В отличие от тана Горуса, у Альнбара не было даже мимолетного повода в ней усомниться.

Но с ним возникла другая проблема: будучи ученым до мозга костей и чуть ли не с молоком матери впитав бережное отношение к информации под грифом «секретно», он даже во снах категорически не хотел общаться на некоторые темы и первое время просто уходил, едва заслышав из уст супруги слово «найниит».

Да, тан Эранд, имея представления о способности своей протеже, очень хотел заполучить информацию по военным проектам Альнбара, поэтому Алоиза все силы приложила, чтобы склонить неразговорчивого мужа просто на разговоры по этой теме. Она меняла личины. Приходила к нему во снах и будучи собой, и примеривая на себя образы его отца и деда, с которыми он чисто теоретически мог бы обсудить подробности…

Однако Альнбар оказался крепким орешком.

В его голове будто стопор включался каждый раз, когда Алоиза подходила к опасной теме. Поэтому она много лет потратила на то, чтобы он хоть немного раскрылся. Но и тогда сведения, которые она получила, оказались разрозненными, отрывочными, непоследовательными и очень неполными.

Тан Эранд был недоволен. Ему требовалось больше данных, чтобы попытаться наладить собственное производство найниитовых чипов.

Однако Альнбар был упрям. Молчалив. А в последние годы еще и до безобразия подозрителен, поэтому Алоизе приходилось соблюдать крайнюю осторожность. Надевая личину Горуса, она по определению не могла дискутировать с мужем на равных, хотя теоретические знания по найнииту тан Эранд, предвидя такой поворот событий, ей заранее предоставил. Но этого откровенно не хватало, чтобы разговаривать с Альнбаром на одном языке. Плюс сам тан был ограничен серьезными магическими клятвами о неразглашении. Так что Алоизе приходилось хитрить. Изворачиваться. И даже обрывать сон, если оказывалось, что Альнбар засомневался.

Сами сны он, правда, не помнил – Алоиза помогала ему забыть все, что там происходило. Но иногда по утрам он был настолько рассеян, задумчив и так часто хмурился, что это навевало беспокойство. А также заставляло делать долгие паузы в навязанных ему снах, дожидаясь, пока муж успокоится. Да и тан Эранд предпочитал подождать и сначала получить нужные ему сведения, чем вот так сразу избавляться от врага, не поимев с этого какую-то выгоду.

Проблемы начались вскоре после рождения дочери.

На ее дар Алоиза по понятным причинам влиять уже не стала. Для Расхэ девочки традиционно были не такими важными, как мальчишки. Поэтому третьему ребенку достался и полноценный дар, и Талант. Правда, материнский, а не отцовский, но это было ожидаемо.

Тем не менее вскоре после появления дочери у Альнбара вновь проснулись обоснованные подозрения в отношении сыновей, и он развил бурную деятельность по выяснению причин их неполноценного дара. Принялся таскать их по целителям, занялся прицельной диагностикой, многократно катался в столицу в поисках лучших специалистов…

Алоиза как могла его успокаивала и просила еще немного подождать.

Потом, поняв, что уговоры на этот раз не помогут, сама пригласила к детям дорогого специалиста.

Альнбар после этого на время угомонился. Даже, пожалуй, подозрительно притих. Но теперь Алоиза нет-нет, да и ловила на себе его изучающие взгляды. А порой даже просыпалась по ночам от ощущения, что на нее пристально смотрят.

Тем не менее Альнбар так больше ничего ей и не сказал. Только пропадать на работе начал намного чаще. Порой без предупреждения куда-то уезжал, подолгу не ночевал дома, из-за чего допрашивать его во сне становилось все сложнее. Будучи слабым магом сна, Алоиза нуждалась в близком контакте с жертвой, так было проще настроиться. Но когда Альнбар начал частенько пропадать, процесс снова застопорился.

Она даже грешным делом чуть не начала думать, что муж-таки к ней охладел и нашел молоденькую любовницу. Однако никаких других признаков, кроме позднего возвращения и глубокой задумчивости, так и не обнаружила.

Тем не менее имелись в этом и положительные моменты – чем бы муж ни занимался, отговариваясь работой и военными контрактами, это занимало все его мысли, поэтому в остальном он стал рассеянным и забывчивым. Да и во снах стал гораздо менее внимательным, поэтому однажды в беседе с «отцом» в его речи все-таки мелькнуло странное слово «Гибрид», и вот тогда Алоиза поняла, что муж нашел себе не любовницу, а придумал новый, естественно, суперсекретный проект, и из кожи вон вывернулась, чтобы заполучить о нем хоть какие-то данные.

Информация оказалась для нее совершенно неожиданной.

Тан Альнбар недвусмысленно намекнул, что, вопреки существующей в Норлаэне доктрине, задумал создать симбиоз машины и человека. То есть совершенно осознанно готовился нарушить один из важнейших законов. Более того, Алоиза сумела выяснить, что он не только разрабатывал теорию, но уже даже начал эксперименты на животных. После чего, изловчившись, вытянула из него новые подробности, а потом передала эту информацию тану Эранду, небезосновательно полагая, что наткнулась на полновесную сенсацию.

Тот, услышав о «Гибриде», как и ожидалось, сделал стойку и велел бросить все дела, а также кровь из носу раскрутить Расхэ на откровенность. Причем желательно в кратчайшие сроки.

И Алоиза, забыв даже о детях, всецело погрузилась в выполнение нового задания. Более того, даже сумела добиться кое-каких успехов, вытянув из мужа достаточно много общих сведений по «Гибриду», модулям «АЭМ», в том числе третьего поколения, а также о найниитовом спецназе и его технических характеристиках. Попутно раскрыла несколько других его тайн. Выяснила, что перегоревший найт можно заново активировать. С удивлением узнала, что у Расхэ, оказывается, есть уже готовая технология. И даже обнаружила, что он намеревается незаконно добывать и найт, и найниит, тем самым в очередной раз нарушив закон и собираясь самым наглым образом ограбить государство.

Это был уже не просто компромат…

Нет. Для Расхэ с его дорогими военными контрактами это был фактически приговор.

Так что Алоиза испытала искреннее удовольствие от мысли, что именно она поможет его уничтожить. И совершенно заслуженно рассчитывала на крутые бонусы от тана Босхо, когда вся эта история закончится, и предприимчивая лэнна получит долгожданную награду за свои старания.

Неудивительно, что, работая с мужем, Алоиза даже домашние дела на долгое время если не забросила, то все же стала уделять им гораздо меньше времени, чем обычно. И, само собой, она внимания не обратила, что в какой-то момент среди слуг появились новые люди, а вместе с ними в родовом имении Расхэ стали бегать и малолетние дети.

Да и какое дело ей до чужих детей, когда она и своих-то за людей не считала?

Однако она по-прежнему очень внимательно следила за мужем. И несомненно отметила интерес, который тот проявил, когда узнал, что в его родовом поместье появилось сразу два юных и пока еще незарегистрированных мага, да еще и с такой многообещающей ветвью как достаточно редкая для остального Норлаэна магия молний.

В то время, когда Альнбар был крайне увлечен новым проектом и редко от него отвлекался, его интерес к чужим детям показался Алоизе несколько необычным.

Но ничего подозрительного она в этом не усмотрела. Как и в том, что одного из мальчиков тан Расхэ, осмотрев, решил принять в род сразу, а родителям второго, слабого и болезненного, почему-то отказал, хотя при этом расщедрился и оплатил ребенку дорогостоящее лечение.

Сами дети ее тоже не волновали. И она бы давно забыла об их существовании, если бы случайно не узнала, что супруг, который не был готов выкраивать дополнительное время даже для собственных детей, вдруг нашел это самое время для того безродного больного мальчишки. Даже в домашнюю лабораторию начал его регулярно таскать, хотя раньше никого… даже жену… туда и близко не подпускал.

Алоизу это откровенно насторожило. Но Альнбар объяснил свое решение тем, что у отпрыска четы Гурто формируется на редкость сильный дар. И для самородка это настолько большая редкость, что глава рода не погнушался самолично заняться его изучением, а по возможности, как он сказал, еще и развитием, потому что это было очень выгодно для рода.

Объяснение, конечно, не ахти какое, особенно с учетом того, что в род сопляка так и не приняли, но, посмотрев на мальчишку, Алоиза не нашла в нем ничего необычного. Худой, нескладный, откровенно страшненький, да еще и со следами тяжелых наследственных недугов на лице, которые даже очень хорошее лечение не смогло устранить быстро и до конца…

Впрочем, дар у трехлетнего заморыша и впрямь оказался хорош. Словно от другого человека ему достался. Поэтому объяснения мужа она все-таки приняла: потенциально сильные маги для рода – это благо. Тем не менее за мальчишкой и за его родителями какое-то время еще приглядывала, однако поскольку те не демонстрировали ничего странного, а худосочный пацан, хоть потом и вылечился, все равно при взгляде на него вызывал только жалость, то с годами она потеряла к ним интерес. Тем более что у нее и других забот хватало.

Одно хорошо – к тому времени Альнбар если не смирился с отсутствием Таланта у родных сыновей, то как минимум прислушался к жене, дал ребятам время и перестал дергаться по пустякам, переключившись на другие задачи.

Алоизу это одновременно и порадовало, и насторожило. Она, признаться, не рассчитывала, что муж так легко отступится. Однако тан Расхэ и впрямь угомонился, после чего снова начал чаще бывать дома, заниматься своими прямыми обязанностями, отношения с женой наладил, да и на постельном фронте все снова стало, как прежде.

И Алоиза успокоилась. К этому времени ее подрывная деятельность в семействе Расхэ постепенно подходила к концу. Все, что хотела, она уже сделала: род наследников лишила, от Таланта их благополучно избавила, компрометирующие Расхэ материалы добыла и благополучно передала. Поэтому надеялась, что дольше нескольких месяцев ее задание уже не продлится, и была готова сделать все необходимое, чтобы все закончилось как можно раньше.

Оставалось лишь еще немного подождать, после чего у Расхэ начнутся крупные неприятности. Он потеряет доверие тэрнэ Ларинэ. Его работы законсервируют. Лаборатории закроют. А если тан Эранд сделает все, как обещал, и предоставит полученные сведения по «Гибриду» в нужном свете, то больше и делать ничего не придется – тэрнэ не простит предательства. И при удачном стечении обстоятельств уничтожит мятежный род сам, благо нужные доказательства ему предоставят, ну а на мелкие нестыковки можно будет закрыть глаза.

Оправдаться после такого Расхэ вряд ли сумеет. Но даже если и сумеет, то у Алоизы все равно появится совершенно законный повод подать на развод и покинуть опальный род, не вызвав подозрений.

Она не учла только одного – того, что тан Альнбар, не найдя иного выхода, все-таки отправится к набирэ и догадается предоставить ей для сличения отпечатки ауры настоящей и поддельной Элизабет Норасхэ.

Шансы на то, что набирэ обнаружит отличия в линии вероятностей, были ничтожны малы. Однако бабка, к которой явился Альнбар, оказалась опытной и на редкость сильной провидицей. Она быстро распознала подмену. Поэтому в один прекрасный вечер в домашнюю спальню, где Алоиза считала месяцы до долгожданной свободы, ворвался разъяренный муж. А потом…

Потом все пошло наперекосяк, и ей пришлось использовать быстродействующий, но не смертельный яд, которым снабдил ее в свое время человек тана Босхо.

Яд, правда, был не только быстродействующим, но и быстроразлагаемым, поэтому Алоизе крупно повезло, что тана Расхэ именно в тот вечер вызвали на аудиенцию к тэрнэ Ларинэ. Однако, придя в себя через некоторое время, она сразу сообразила, что задерживаться в родовом поместье для нее смерти подобно, поэтому по-быстрому собрала манатки, похватала деньги, драгоценности и в спешке покинула обреченный дом, еще не зная, что очень скоро сюда нагрянут тэрнийские штурмовики, которые сравняют поместье с землей и не оставят после себя ничего живого.

О том, как именно она выбиралась из родового имения Расхэ (полагаю, при наличии ожерелья, генерирующего иллюзии, это было несложно), мне уже было не так интересно слушать, поэтому часть информации я благополучно пролистал, решив сосредоточиться на самом важном. Зато доподлинно выяснил, что она делала дальше, сколько денег и в какой валюте она получила за уничтожение рода Расхэ. Сколько раз она за эти годы прошла процедуру полного омоложения в клиниках Туран. Где и на что жила, какую еще работу успела выполнить для Эранда Босхо. С кем именно контактировала и через кого поддерживала связь с нанимателем…

Одним словом, теперь я знал о ней абсолютно все.

И, кстати, причину, по которой она вчера так поспешила и угодила в ловушку, пока готовила ловушку для меня, я тоже сумел выяснить.

Как я и предполагал, узнав, что ей придется стать женой тана Альнбара Расхэ, Алоиза как профессиональная аферистка тщательно к этому подготовилась и заранее изучила всю информацию по будущему мужу, начиная с самого раннего детства. Каким он рос, как выглядел, чем увлекался, какими вредными привычками страдал… Тан Носко сам передал ей эти сведения точно так же, как когда-то тан Расхэ передал мне такой же набор условного компромата на всех известных ему танов из всех родов.

Алоиза досконально изучили эти данные, чтобы лучше понять будущего супруга. Узнала его слабые места, триггерные точки. То, на что можно надавить. И в том числе то, на чем настаивать ни в коем случае не следовало. Именно поэтому она так легко встроилась в жизнь Альнбара Расхэ. Поэтому же он так ей доверял и даже мысли не держал, что предать его могла именно она.

Когда же Алоиза встретила меня, то не просто растерялась – она чуть ли не впервые в жизни в себе усомнилась. Моя внешность сказала лэнне намного больше, чем имя, ведь она несла в себе семейные черты танов Расхэ. В то время как лэнна Норасхэ до поры до времени была свято уверена, что полностью контролировала мужа. Искренне считала, что он ни за что не смог бы ее предать и завести интрижку на стороне.

А тут она случайно… действительно случайно, без дураков… увидела меня в торговом центре и поняла, что могла ошибаться.

Услышала имя Гурто и сообразила, почему в свое время тан так много со мной возился.

Это означало, что она недооценила его. Не увидела. Не поняла. Не уничтожила кровь Расхэ до конца. То есть сделала свою работу не на «отлично», как ей казалась, а грубо схалтурила, раз уж я умудрился выжить.

А раз она упустила что-то одно, то, может, тан и в остальном был с ней не так честен, как ей казалось? Может, он утаил от нее еще какие-то секреты? Или, может, у него остались другие дети на стороне, о которых она, вся такая умница-разумница, понятия не имела?

Вот почему Алоиза… а она, помимо прочего, была еще и перфекционисткой… просто не смогла пройти мимо. Ей до зарезу понадобилось выяснить правду прямо здесь и сейчас. Убедиться, что это не ошибка, что ей, может, просто померещилось. Поэтому она и поспешила, понадеявшись на свою личину. Поэтому же и надумала меня забрать с собой для более приватного разговора, несмотря на то, что я мог быть против.

Не зная, что я не просто сын тана, но еще и обладатель родового Таланта, она попросту не смогла предусмотреть всех последствий своего решения. И во второй раз за много лет крупно погорела, решив, что от слабого подростка, в отличие от его отца, серьезной угрозы быть не может.

Когда же она выяснила, что я – мастер кханто, то запоздало засомневалась, однако переигрывать было уже поздно. Я уже сидел в машине. Выгонять меня на улицу стало нерационально. Извиняться и делать хорошую мину при плохой игре – глупо.

При этом Алоиза все-таки почувствовала, что что-то не так. Достаточно быстро сообразила, что все непонятное лучше сначала обезвредить, а уже потом изучать. Но, к сожалению для нее, это мало помогло – я с самого начала контролировал ситуацию. Поэтому лучшее, что могла сделать в данном случае Алоиза Норасхэ, это никогда со мной не встречаться, а при встрече прикинуться ветошью и со всем своим недюжинным актерским талантом спешно изобразить, что ни капельки меня не узнала.

Когда я закончил изучать память рода и поднял глаза на тана Альнбара, у того на лице не дрогнул ни один мускул.

Полагаю, за то время, что он ждал моего возвращения, эмоции, которые вызвали у него слова жены, уже успели откипеть, выгореть, притихнуть, поэтому сейчас он выглядел предельно спокойным и собранным. А его взгляд не выражал ничего, кроме вежливого интереса.

– Значит, магия сна… – задумчиво проговорил я, положив шар на стол. – Признаться, я об этом не подумал.

– Я, к сожалению, тоже, – кивнул мой биологический отец. – Одно хорошо – в чертежах и схемах Эльза разбиралась слабо, в инженерных тонкостях не понимала совсем, поэтому передала Босхо неточные данные по найнииту, а какие-то и вовсе вышли из ее уст сильно искаженными. Исключительно по этой причине у них до сих пор нет собственного производства. А вот для предъявления обвинений, в том числе в связи с проектом «Гибрид», этого как раз хватило. Поэтому имеем то, что имеем. Что планируешь делать дальше?

Я аккуратно поставил шар на стол и усмехнулся.

– Как и раньше. Сначала убираем Туран. Дискредитируем и ликвидируем род Босхо. Доказательств набирается уже достаточно. А когда покончим с ними, займусь восстановлением репутации нашего рода. И с учетом того, что сказала ваша жена, думаю, шансы на реабилитацию у нас теперь есть.

– Приведи ко мне Нокса, – снова кивнул Альнбар Расхэ, забрав шар и положив его обратно в стол. – Лучше всего сегодня. Нам надо согласовать планы.

– Не вопрос, – я мельком покосился ему за спину. – А что будет с ней?

– С ней… – недобро прищурился мой биологический отец. – Ни вечного покоя, ни перерождения эта женщина не заслужила. Способность мыслить я ей тоже оставил, поэтому пусть пока повисит, подумает.

– Справедливо, – согласился я, проследив за тем, как туман плотно укутывает фигуру Алоизы Норасхэ. После чего поднялся с кресла, коротко попрощался и ушел, напряженно обдумывая полученную информацию и уже строя планы, как ее лучше использовать.