Текст книги "Бывшая жена. Больше не моя (СИ)"

Автор книги: Александра Багирова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 21

Анфиса

Вздыхаю. Страха нет. Есть понимание, что он снова рушит то, что я с таким трудом выстраивала. Как он так быстро узнал про Костю?

– Повторюсь, мне не о чем с тобой говорить, – отвечаю спокойно. – Уходи, Макс. А лучше уезжай.

– После того, как я узнал, чей это ребенок? – орет, так что на шее вены вздуваются.

Люди уже идут на работу. Мне не нужно устраивать спектакль при всех. Еще кто запишет. В сеть попадает.

Надо один раз поговорить. Расставить все по местам. Иначе он реально не успокоится, будет искать встреч. Еще до Кости доберется и напугает его.

– Пошли со мной, – прохожу мимо него.

Макс следом идет. Ощущаю его взгляд между лопаток, потом на затылке.

Хочется сбросить с себя.

Прохожу в пустующий кабинет на первом этаже. Не хочу вести его в свой кабинет. Хватило там его Наты, пришлось целый день проветривать, чтобы дух ее изгнать.

– Как-то пусто тут, – осматривается.

Охранника оставила за дверью, если что, он сразу придет. Хотя нападения от Макса не ожидаю, он иными способами жизнь мне портит.

– Ты об интерьере собрался говорить?

– Просто отношение такое, – морщит нос.

– Макс, чего ты ждешь? Я хочу тут и сейчас расставить точки, и закрыть вопрос, – скрещиваю руки на груди.

– Ты соврала! Скрыла от меня ребенка! Я хочу общаться со своим сыном, что непонятного! – глаза пылают яростью.

– Это не твой сын.

– Больше твое вранье не прокатит, – подходит вплотную ко мне и размахивает папкой. – У меня тут доказательства. Если надо я еще сотню тестов сделаю. Но факт останется фактом – Костя мой сын.

– Нет. И отойди от меня. Ты нарушаешь мое личное пространство.

– Какая же ты… – осекается.

– Какая?

– Не заставляй меня произносить то, что тебе будет неприятно. Давай сбавим накал и нормально поговорим, – шумно выдыхает через нос.

– Сбавляй. Это ты дымишься.

– Анфиса, я не отказывался от сына. Никогда. Я его ждал. Ты не имела права забирать у меня его. Не имела права скрывать, – пытается говорить тише. Но то и дело проскальзывают высокие ноты. – Я его отец…

– Повторю в очередной раз, ты не отец. Ты донор. Дальше, какая твоя функция в жизни ребенка? Что ты о нем знаешь? Ты видел, как он рос? Он тебя не знает и вполне счастлив.

Он ловит ртом воздух. Краснеет. Глаза расширяются так, что еще немного и выкатятся из орбит.

– А кто? Кто лишил меня этого? Я не знал, что у меня сын. Так бы я никогда! Ты слышишь меня, никогда бы его не оставил и не отказался! Все бы ему дал.

– А у него все есть.

– И даже Аким и тот непонятный мужик? Да?

– Максим, что ты пытаешься выяснить? Доказать? Мне с сыном хорошо без тебя. Это факт. Иди своей дорогой, заведи семью, пусть тебе другая рожает детей. Будь счастлив. Только не лезь к нам. Нет тебе места в нашей жизни, – говорю медленно, чтобы точно все услышал.

– Сын должен знать, кто его отец. Если ты не хочешь говорить со мной адекватно, то я пойду в суд! Законно выбью свои права!

– Только любить суд не заставит. Насильно мил не будешь. Максим, поступи хоть раз правильно. Просто исчезни.

От моих слов его кулаки сжимаются. Смотрит на меня с неверием, ошеломленно.

– Я не узнаю тебя…

– Ты хотел, чтобы я отрастила зубки и когти, вот за своего детеныша, как волчица я перегрызу любого, – отхожу к окну.

Хочется его открыть, запустить свежий воздух. Но я не хочу, чтобы наш разговор летел за пределы этого помещения.

– Я не этого хотел… И я еще тогда сказал, что был не прав. Но я не изменял тебе. У нас с Натой ничего не было. Я бы не позволил себе спать с ней. Мы же были женаты. Я выбрал тебя, – говорит глухо, с обидой. – А ты мало того, что в прошлом такое творила. Хотя и это бы я простил. Но то, что ты спала с Акимом будучи в браке со мной…

– Макс, – резко разворачиваюсь. – Тебе не стыдно нести подобную ахинею?

– Чего ты сейчас отпираешься от своих же слов? Стыдно? Но что было, то было. А я просто хочу сейчас договориться о сыне. Начать нормально общаться, – делает шаг ко мне.

– Ты не понимаешь, что мы не будем общаться? Никак. Я не подпущу тебя к сыну.

– Суд решит. Если ты такая упрямая. Думаешь, мне не больно, что Аким, мой друг, который вонзил мне нож в спину, воспитывал моего сына? Он его знает, меня нет! Это несправедливо!

– Максим, я думала, ты поймешь, что лучше не начинать эту возню. Хотела раз и навсегда расставить точки. Но с тобой невозможно. Я больше не могу тебя видеть и слышать, – направляюсь к двери. – Охрана тебе покажет, где выход.

– Стой, – подлетает и хватает меня за руку. – Мы еще не закончили! Ты ведь виновата! Ты все это устроила! И теперь не имеешь права поступать так.

– Ты спокойно жил четыре года. А тут вдруг проснулись отцовские чувства? Не смеши.

Выдергиваю свою руку. Открываю дверь:

– Проведите мужчину. Он заблудился, и так и не может найти выход.

Глава 22

Наталья

Она шла по холлу гостиницы. Нервно цокала каблуками. И в который раз проверяла телефон. Аким так и не ответил.

Ната остановилась. Быстро набрала текст.

«Если ты сейчас не определишься я…».

Стерла.

Не надо его злить изначально. Надо мягче. Аким в союзниках – это ее билет и исполнению мечты.

Вместе они раздавят крысу, да так, что она больше никогда головы не поднимет!

«Аким, нам реально надо встретиться. Пересмотри, пожалуйста, свой график, когда у тебя получится».

Перечитала еще раз и отправила.

Естественно, она и без него справится. Ната никогда не сдается. И если упорно иди к намеченному, рано или поздно все получится. Она ведь выкарабкалась из такой дыры. Сама! Она многого добилась.

И сейчас если устранить крысу, то судьба ее наладится.

Она стучит в номер Макса. Не открывает. Трогает ручку – не заперто.

Входит. И замечает его у окна. Напряженный силуэт. Он стоит спиной к ней. Максим очень зол. Энергией его ярости пропитана вся комната.

Ната осторожно прикрывает за собой дверь.

– Максюш, что случилось? – спрашивает робко.

Не нравится ей в кого она превращается рядом с ним. Все было куда проще, когда Макс не владел ее сердцем. Она крутила им, упивалась властью, его одержимостью и была уверена, что он ее навсегда. Чтобы она ни сотворила, стоит поманить пальцем, и он прибежит, радостно виляя хвостом.

Все испортила крыса. Она как-то сбила в Максе нужные настройки. А Ната наоборот воспылала чувствами. Ей нестерпимо хочется вернуть его в свое полновластное владение. Другие мужики меркнут рядом с ним. Ей нужен Макс.

Стал нужен, когда она вернулась с намерением причинить максимальную боль крысе, и заодно вернуть Макса себе. А в его глазах она не обнаружила прежней одержимости. Да были вспышки, но настолько ничтожные, по сравнению с тем, что было раньше.

И тут она очень пожалела, что допустила этот союз. Но тогда у нее бурлила своя жизнь, у нее намечалось много очень перспективных сделок, а Макс лепил из Анфисы ее копию.

Да, Ната следила за ним. Потому что, даже бросив, все равно считала своей собственностью. И ушла от него она не просто так. Были на то у нее веские причины.

Потому вначале она пустила момент. Были разборки мошенников швейки, она сбежала подальше. Занялась в кои-то веки собой. Потом издали наблюдала, как Макс страдает по ней, перекраивая крысу.

А когда вернулась… ее ждал облом. Макс уже не принадлежал ей. И сейчас не принадлежит.

Она стала слишком мягкой, слишком податливой. Но если покажет когти, он прогонит ее прочь. Потому Ната набралась терпения и выжидает время. Когда Макс снова попадет в ее сети, тогда она уж отыграется за все годы своего практически идеального поведения. Он будет расплачиваться за все разы, когда она, наступая на горло своей гордости, проглатывала его оскорбления, как стояла на коленях, предлагая… много что она предлагала.

И пока безрезультатно. Но ничего, Ната умеет ждать.

Он не реагирует на ее присутствие. Не замечает даже.

– Максим! – ноль реакции.

Подходит к нему ближе. Осторожно касается плеча.

Он дергается. Отталкивает ее механически. Так что она пошатывается.

– Натка, ты как тут оказалась? – глаза дикие.

– Зашла. Было не заперто. Что случилось? – спрашивает максимально приветливо.

– Сын Анфисы… это мой ребенок! Мой! – обхватывает голову руками. Сжимает свои волосы, будто выдрать их собирается.

Наталья едва не шипит, едва не кричит от досады.

Он никогда не должен был узнать! Никогда!

Этот ребенок в принципе не должен был существовать! Ее упущение.

– Откуда ты знаешь? – скольких усилий ей стоит сейчас не показать истинные чувства.

– Сделал тест. Сам. Результат стопроцентный. А Анфиса не хочет меня к нему подпускать. Такого мне наговорила, будто я во всем виноват! А сама… за моей спиной… Но ребенок мой… мой… Нат, я так его хотел. Я должен был стать лучшим отцом! – и дальше бла-бла-бла.

Она не слушает. Ей плевать на эти сопливые речи, которые несутся из него непрерывающейся зловонной рекой.

Ната судорожно думает, что же предпринять. Макс вообще не должен тут задержаться, его надо убрать из этого города. Вернуть в столицу, и развязать себе руки. И еще… она хочет уберечь свою собственность. Потому что, если начнутся разборки, он может приблизиться к правде. И тогда все ее старания по его возвращения насмарку.

– Я найму адвоката! Я буду бороться за свои права! Ей это не сойдет с рук! – доносятся его слова.

– Какого еще адвоката?

– Лучшего!

– Максим, ты понимаешь, какой это риск? Они же… она не одна. Тебя уже раз разорили, довели до ручки. Хочешь повторения, но так, чтобы уже не смог подняться?

Вообще-то это она разорила Максима. Первое – надо было подстроить, что это дело рук Анфисы и Акима. Второе, Макс, лишенный финансовой опоры, более податлив для влияния на него.

Так Ната планировала быстрее вернуть его себе.

В деньгах вопрос не стоял. Для Наты они всегда лишь средство достижения целей.

– Я буду сражаться! Мне нужен мой сын! Я не сдамся! – ох, как не нравится ей его упрямый блеск в глазах.

Могут быть проблемы.

Телефон в сумочке вибрирует. Ната достает его. Читает сообщение:

«Завтра в двенадцать». И адрес.

Наконец-то Аким ответил. Теперь эта встреча ей еще сильнее важна. Она должна сделать невозможное, но перетянуть Акима на свою строну.

Глава 23

– Ты чего такая довольная? – прищуривается.

– Возможно, я нашла выход из нашей ситуации, – Ната быстро отвечает Акиму и прячет телефон.

– Какой? То, что нам тут весь кислород перекрыли? Если мой сын тут, то надо переезжать, а как, если я тут не могу вести бизнес?

Какое еще переезжать!

Ната холодеет от этих слов. Если он будет постоянно крутиться вокруг Анфисы, то ей не светит сближение с Максом.

Он будет слюни пускать на нее, ребенок их свяжет навечно.

Она нервно сглатывает. Сейчас лучше молчать. Встреча с Акимом может многое расставить по местам.

– Я попробую найти тех, через кого можно пролезть в бизнес, – говорит примирительно. – Максюш, я реально стараюсь.

– Спасибо, – бубнит.

Она еще пытается его разговорить, но все без толку. Макс в таком состоянии, что можно легко нарваться, потому Ната прощается и выскальзывает из гостиницы.

Ей сегодня надо почистить перышки. Завтра она должна блистать и затмить, к сожалению, слишком похорошевшую крысу.

Потому она записывается в салон. И прекрасно проводит там время вплоть до вечера. Не переставая обдумывать, как себя правильно подать завтра. Не сболтнуть лишнего, и главное – заполучить Акима в союзники.

Адреналин ее прибавляет сил, но и страх не уходит.

Если Аким докопается до всей правды…

Только от одной мысли она покрывается холодным потом. Нет. Он ничего не знает, иначе бы не предложил встретиться. Иначе бы она… вряд ли она бы так свободно жила…

Страшно. Но риск – дело благородное.

В назначенное время Ната идет в номер отеля. Не пафосного, на окраине, третьесортный отелишка для отребья.

Аким назначил тут встречу, чтобы унизить ее?

Ничего. Она проглотит. Сейчас не время выпускать когти.

Стучит в дверь. Входит.

Он стоит у окна. Сразу пронзает взглядом серых глаз. Они у него звериные, дикие. Ее всегда в дрожь бросало, едва его видела.

Черная рубашка, три пуговицы расстегнуты, рукава закатаны до локтя. Шикарная фигура, высокий, мощный. Ната невольно вспоминает, как первый раз его увидела, еще будучи в браке с Максом.

Как она тогда загорелась, как мечтала заполучить Акима. Он завел ее с полувзгляда. Первобытный хищник, его сила пробирала до костей, аура манила.

Аким очень красивый мужик, этого не отнять.

Но он был непреклонен. Вообще на нее не реагировал. И это задевало. Сильно.

Ната такого не забывает. Никогда.

Особенно когда она, подкараулив его на одном приеме, подошла близко, завела непринужденную беседу, включив на максимум все свои чары. Она услышала:

– Отойди. Мне жаль, что Максим не видит, какую змею пригрел. От тебя гнилью за версту несет. Еще раз увижу тебя в поле своего зрения, раздавлю. Если ты думаешь, что соблазнительна? То, должен разочаровать, ты отвратительна и вызываешь лишь желание отмыться.

Это был плевок, после которого она долго не могла оправиться. И пообещала себе, что Аким еще очень сильно пожалеет о сказанном.

Но она его и боялась, потому что этот хищник при желании мог ее раздавить. Реально мог.

Она стала действовать осторожней и хитрее.

И в чем-то она даже благодарна Акиму, потому как его грубый отказ тогда, подстегнули Нату развиваться и самосовершенствоваться. Она до сих пор гордится той схемой, которую провернула. Сложной, длинной с множеством многоходовок, но это поистине гениально.

– Здравствуй, Аким, – она старается смотреть открыто, без наигранности, жеманства.

Он этого не любит.

– Угу, – кивает головой.

И молчит. Только сверлит ее взглядом. Заставляет чувствовать себя неловко.

– Я очень благодарна тебе, что ты согласился встретиться. Получилась неловкая ситуация, и я хотела прояснить некоторые моменты, – она проходит в номер. Изящно скидывает плащ. Перекидывает шелковистые, белокурые локоны на другую сторону.

Пусть посмотрит, пусто убедится, что Ната всегда была оригиналом. А Анфиса – копия, как бы ни прихорашивалась. Она всего лишь неудачная ксерокопия, бледная и никчемная.

– Какие?

Его лицо не выражает никаких эмоций. Он сейчас напоминает притаившегося хищника, который может в любой напасть. Нате надо сделать невозможное, и снова склонить его на свою сторону.

Или? Или… он узнал правду…

Она нервно облизывает губы. Страх, которому тут не место, бежит по крови. Нельзя терять самообладание.

– Аким, поверь, я хочу забрать Макса. Мне самой не нравится та ситуация, что он тут. Я хочу уехать с ним. Я не враг тебе, – скромно улыбается. – Но он упирается. Он теперь знает про сына. И не намерен отступать. И нам надо вместе подумать, как решить эту проблему.

– Вместе? – презрительно выгибает бровь.

Какого он так с ней? Ведь он же не мог раскопать всей правды? Не мог ведь?

– Аким, ты сам сделал так, чтобы я поверила, что Анфиса и ребенок не выжили. Ты был со мной не совсем честен. Но я не держу на тебя зла, – опускает взгляд. Сложно смотреть ему в глаза. Он будто морально ее давит. – Я все понимаю.

– Не держишь зла? Понимаешь? – короткий, звериный смешок, взгляд – нож, который полосует глубоко. Слишком.

Он точно что-то знает…

Но что? Как ей себя вести, чтобы не оплошать? Чтобы удержаться на тонком мосту, а еще лучше закрепиться?

Глава 24

– Да, ты хочешь быть с Анфисой. Ты рядом с ней, но вы не пара. Максим с их общим ребенком все усложнит. И он так просто не сдастся. Он упрямый. Ему надо помочь сделать верный выбор, – она очень тщательно подбирает каждое слово, говорит медленно. – И тогда мы с тобой выиграем. Ты получишь Анфису, я Максима.

Дальше честный взгляд на него. Никакого лукавства. Показать, что она открыта.

Раз же получилось. Она смогла им воспользоваться. Окрутить так, что Аким сделал ровно то, что от него требовалось.

Когда он ей отказал, Ната умело разжигала войну между друзьями. Делала все, постепенно, ловко, но без палева. Натравляла их друг против друга. Задействовала очень много своих связей. Они отдались, затаили обиды друг на друга.

Но этого было мало. Они просто перестали общаться.

Ната всегда знала, что хороший план требует времени. И оно у нее было.

Для начала она помогла уйти на тот свет отцу Акима. Мужик был жесткий, волевой, мог направить сына в ненужное для Наты русло.

Потеряв отца, Аким ослаб. И тогда она решила нанести особый удар.

Ната прибегла к проверенному приему. Она заманила в ловушку родную сестру Акима. Та тупая овца также попала в трудовое рабство. Но новые партнеры оказались жестче.

Увы, она должна признать, что первый блин немного вышел комом, с Анфисой все прошло мягче, чем она хотела. А вот сестре Акима досталось по всем фронтам.

Да так, что когда Аким ее нашел, то с цепи сорвался. Его ярость была убийственной.

Потом его сестра, не смогла всего пережить, парни перестарались, у нее было много травм. Она не выжила.

Вот тогда озверин Акима достиг пика. Ната держалась в стороне. К тому моменту, она уже ушла от Макса, он жил с Анфисой. Наблюдала. Выжидала.

И в нужный момент пришла к Акиму. Она показала ему кадры того, что пережила Анфиса. Четко надавила на самую болевую точку – его сестра. Ведь с ней поступили точно также.

И тут в ход пошли доказательства, что это именно Макс все замутил. Ната подготовилась, здание, где все происходило, было записано на помощника Макса. Его она обработала заранее. Также были показания организаторов. Все было четко, гладко. И все ниточки вели к Максу, но… косвенно. Чтобы Аким реально не смог засадить ее Максима.

Далее она убедила Акима, что ее связь с Максом продолжается. Тут тоже она подготовилась заранее. Она ездила за Максом по тем же отелям, где он останавливался в командировках, покупала билеты на один и тот же рейс. Светилась под камерами отелей.

Даже было несколько видео, которые ей сгенерировали спецы. Немного рисково, но Аким так взбеленился, когда все увидел, что не стал их проверять.

Он поверил в неверность Макса. Все было сделано гладко.

Плюс конечно же поддельные результаты узи, заключение врача о ее беременности. Все это вообще плевое дело.

Как результат, Аким включил в себе супергероя, решив, что раз не спас сестру, то должен помочь незнакомой ему бабе.

Это было гениально! Ната до сих пор с приятной дрожью по телу вспоминает, как долго она готовилась, и как четко все провернула.

При том, что Макс получил, совсем другие факты. Что в трудовом рабстве Анфиса была не жертвой, а любовницей организаторов. Что она ему давно изменяет с Акимом.

Все происходило одновременно. Новые факты, доказательства для двух сторон.

Параллельно она разваливает бизнес Макса, чтобы он точно уж был в ее руках. Связей у Наты хватает. Не даром она их столько лет нарабатывала. И было это очень сложно, вырваться из той дыры, и подняться не просто как дорогая игрушка какого-то жирдяя, а как женщина, которую уважают, с которой считаются. И помогают.

Макса разоряли красиво, четко, и конечно же, она постаралась, чтобы и там прослеживалась рука Акима.

Он в тот момент был одержим желанием спасти Анфису, залечивая этим свою потерю, и на многое не обращал внимания.

А она тихо усмехалась. Вот и получил, за то, что когда-то ее отверг.

Если был бы сговорчивее, возможно, Ната не стала бы действовать так. Но он заслужил.

И вишенка на торте – Анфиса сама признается, что ребенок не от Макса. Сама себя закапывает.

Ната празднует победу.

Правда, потом оказалось, что победа ее не полная, горчит. Но Ната ведь никогда не сдается, а значит, все еще у нее впереди.

– Решила снова меня использовать? – она вздрагивает от его резкого и холодного голоса.

Глава 25

– Нет, Аким, нет, – мотает головой.

Складывает ладони в молитвенном жесте.

На что получает презрительный взгляд.

– Я и тогда тебя не использовала, нисколько. Поверь.

– Если ты хочешь диалог, я жду честности, – слова проникают в душу и вызывают безотчетный страх.

Она растерянно смотрит на мужчину. Такой красивый. Он привлекает ее, притягивает своей мощью.

Ее незакрытый гештальт. Пусть ей нужен Макс, но Аким… это нечто недосягаемое.

Мужчина, перед которым она готова трепетать. В его руках можно почувствовать себя слабой, защищенной.

Ната бы многое отдала, чтобы понять, каково это делить с ним постель. Хотя бы одну ночь.

Ей сейчас безумно страшно, она в полной растерянности, и при этом ощущает как в крови пробуждается бесконтрольное, дикое желание.

Она шумно сглатывает.

Не вовремя. Ей сейчас надо быть максимально собранной.

– Чего зависла? – его голос пробуждает дрожь во всем теле.

И робость.

Никогда Ната не робела перед мужчинами. Она четко знала, как их соблазнить, как к каждому найти подход.

Аким исключение. И с годами он стал еще недоступней, еще привлекательней, его зверь внутри манит ее с пугающей силой.

– Я не понимаю, что ты ждешь? Спрашивай и я расскажу, – взмахивает ресницами. Робко облизывает губы.

Если бы сейчас они слились в зверином танце страсти, то все было бы куда проще. Но… Ната не решается сделать и шага в этом направлении.

Все же невовремя ее накрыло, да так сильно, что в висках кровь пульсирует со страшной силой.

– Неа, так не пойдет, – проходит к креслу, откидывается назад, закидывает ногу на ногу. Вроде бы расслаблен, но это впечатление обманчиво, он в любую минуту готов ее растерзать. – Выкладывай все.

Она остается перед ним стоять. Ощущает себя униженно-испуганной. Ноги приросли к полу.

– Что, Аким?

– Степень твоей откровенности, обозначит твою дальнейшую судьбу, – низкий, вибрирующий голос, так что ноги дрожат. – Помогать, я тебе не намерен, Наталья. Сама, все сама.

Надо быстро соображать! Что он знает? Что можно сказать?

Она переминается с ноги на ногу.

Так не честно! Ната должна все тщательно обдумать.

А у нее нет этого времени!

– Ну? Если ты собралась молчать, то не теряй зря моего времени.

– Аким… я хотела вернуть Максима, – начинает осторожно. – Мы с ним уже были в отношениях. Но он разрывался между беременной Анфисой и мною. И тут я забеременела. Я знала, какой он человек. Но сердцу не прикажешь. И да, я обратилась к тебе. Потому как ты единственный мог помочь, – замирает. Не дышит.

Прокатит?

– Уже вранье.

– Ладно… не была я беременна… – чувствует, как щеки пылают.

– Дальше, – приказ.

И такой, что она ослушаться не может.

Откуда у этого мужика такая власть над ней?

Над Натой, которая столько всего смогла провернуть! Столько добиться!

– Я хотела его вернуть…. И да, пошла на маленькие хитрости. Понимаешь, когда я ушла, я его спасала, там были страшные люди, их главный на меня запал. И если бы я тогда к нему не ушла, Максим бы не выжил.

Это почти правда. Она тогда реально нарвалась на неприятности, и ее тот гад заставил отрабатывать. И Максима избить, и на его глаза творить всякие мерзости была его идея.

Ей и самой было жаль, что именно так закончился их брак.

Но Ната потом не только смогла вырваться, но и подставить гада. Да так, что он больше к ней не дотянется.

– Но я продолжала его любить… А он меня. Ты же знаешь, он и из Анфисы делал копию меня.

От ее слов, едва заметно дергаются крылья носа мужчины.

Ему неприятно.

– Что ты обворовала криминального недоделка и думала чистой из воды выйти, понятно. Только ты не уточнила, что ты предложила, чтобы Максим расплатился. А дальше они стали выбивать из него деньги, известным им способом. Ты вляпалась, а расплачивался Максим. И потом ты оставила его с долгами одного. Такая твоя любовь?

Она отшатывается.

Он знает! Откуда?

Что еще пробил?

– Нет… не так…

Он молниеносно поднимается с кресла. Настолько ловко и быстро, что она не успевает уловить движения.

– Я потом долго и сама расплачивалась… – мямлит.

Она чувствует себя раздавленной. Жалкой. И это жуткое состояние.

Никогда еще Ната такого не испытывала.

Аким нависает над ней, давит исходящей от него агрессивной силой.

– Не достаточно откровенности, Наталья, – он смотрит на нее серыми, подернутыми мглой глазами.

Воздуха нет. Она не может сделать вдох. Страх и… желание, черное, порабощающее, пугающее смешались в жуткий коктейль.

– Я… я… я… – ее голос слабый, глухой, немощный.

– Если ты сейчас не скажешь то, что я хочу услышать, то… – он не договаривает, – ответ она читает в глубине его глаз.

– Я ненавижу ее… ненавижу всеми фибрами души… Она… все из-за Анфисы… Она всему виной… – она говорит, и чувствует, будто он взглядом вытягивает из нее правду наружу. Такое сильное давление, нет она не может ему противостоять. Ей надо сказать, чтобы он перестал… Она больше не может. – Она моя сестра! Доволен! Отвали! – отталкивает его, обессилено падает на пол и ее сотрясают мучительные спазмы истерики.

Такой, которой не было очень давно, с того самого ужасного дня в жизни Натальи.