Текст книги "Несгибаемый граф 5 (СИ)"

Автор книги: Александр Яманов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Глава 6

Июнь 1779 года. Москва, Российская империя

Решение Сената, считай немки, пришло через три недели. Считай молниеносно, если дорога чиновников до Петербурга и курьера в Москву заняла дней двенадцать-тринадцать. Хорошо у них там подгорает, что проявлена такая оперативность. Ещё власти приняли все мои условия. Лишь бы я быстрее убрался на Урал. Даже был издан указ об обязательной продаже четырёх заводов графу Шереметеву. Вот владельцы предприятий обрадовались!

Ничего страшного. Я даже выполню волю императрицы и не стану затягивать с отъездом. Как только решу все имущественные вопросы, так и выдвинусь. Тем более что все акционеры моих будущих предприятий сейчас находятся в Первопрестольной либо едут для заключения сделки. Будучи уверенным в решении Сената, я заранее отправил гонца в Нижний Новгород, где находился Лугинин. Кстати, очень порядочный и талантливый человек. Ему я подкину несколько идей и открою совместное предприятие, добравшись до Златоуста, где будет моя ставка.

А пока меня ждала бесконечная череда совещаний и планёрок. Ведь на этот раз ссылка бессрочная. Значит, придётся детально обговорить все хозяйственные моменты. Благо моя империя способна функционировать самостоятельно – нужен только небольшой пригляд.

Другое дело – «Судоходная компания» и «Сырьевое товарищество», в правление которых придётся назначать полноценного представителя. Мой основной кандидат – Олешев. Андрей Владимирович просто замечательно проявил себя в Ясенково, а затем фактически создал Людиновский промышленный район, продолжив им руководить. Ещё и не воровал, ошибался тоже редко. Уникальный для этих времён человек! Думаю, его вхождение в совет акционеров двух крупнейших российских компаний – вполне естественный шаг. Заслужил!

Понятно, что ребята фон Бера и Кублицкий будут контролировать ситуацию. Дело даже не в деньгах, а в важности проектов для экономики и будущего России. Жалованье Олешеву полагается такое же, как и процент от прибыли, так что воровать в этом случае будет только идиот. А управляющий, наоборот, отличается редким умом и сообразительностью. Здесь главное – не дрогнуть при обсуждении важных решений и не прогнуться под давлением власти. Для этого человеку обеспечат комфортную жизнь, оградив от происков Тайной экспедиции и придворных интриг. Я более никого не боюсь, о чём всем прекрасно известно. И после несчастных случаев с некоторыми персонажами люди прекрасно понимают, что им не простят даже лёгких поползновений на моё имущество.

В Людиново же останется Самойлов, уже доросший до самостоятельного руководства огромным хозяйством. А вот Сергея Замятина, младшего сына главного управляющего шереметевских поместий, я беру с собой. Парня долго и упорно учили. За пять лет он проделал путь от простого учётчика до заместителя директора медеплавильного производства. Таких кадров у меня мало, хотя обучение проходят десятки юношей. К сожалению, боженька не всех награждает талантом.

Сегодня у меня совещание с сотрудниками, кто будет претворять в жизнь новый проект. В Кусково собрались мои лучшие управленцы вместе с дю Пре и Горюшковым. Можно было расширить состав, но предстоящее дело уж больно специфическое, поэтому необходимо держать всё в тайне.

Перед началом совещания у меня состоялся забавный и приятный разговор. Возвращаюсь к нему мысленно.

– Я хочу поехать с вами! Это нечестно – лишать меня такой возможности! В конце концов, где мне искать новые сюжеты и вдохновение?

Естественно, Иван не врывался в мой кабинет, открыв дверь ударом ноги. Он зашёл после приглашения и аккуратно разместился за гостевым столом. Вид у поэта был решительный, судя по сжатым губам. О цели прихода я знал, решив не подгонять события. Пусть начинает сам. И Белозёров не стал тянуть, сразу выложив свои намерения.

После возвращения с Яика я постоянно начал разгружать помощника от секретарских дел, переориентируя его на культурную сферу. У меня ведь целый департамент из взрослого и кукольного театров, трёх хоров и большого ансамбля национального танца. А ещё есть художники, литераторы, иконописцы и даже личные архитекторы. Самое любопытное, что большинству участников департамента культуры никакая свобода не нужна. Даже зодчим и художникам, известным в столице и Москве, выгоднее находиться под моим крылом. Творить и зарабатывать мастерам своего дела никто не мешает. Зато они считаются моими людьми и пользуются защитой. Стань крепостные творцы свободными, то их ждёт потеря статуса и весьма сложные годы. А вот детей они с радостью простят избавить от повинности, отправляют учиться и строить карьеры. Но весомая часть остаётся в системе корпорации Шереметевых.

Белозёрова я освободил ещё в Орской крепости, иначе меня бы сожрали великосветские лицемеры. Более того, звезда литературы получил постоянное содержание, и комнаты в московском дворце. Сейчас он больше времени проводит в Останкино. В отличие от того же Вороблёвского, Ваня обладает не только литературным талантом, но и имеет обширный опыт организации и управления. Поэтому его потихоньку подводили к должности руководителя департамента культуры. Но своевольный молодой человек сопротивляется.

Он уже начинал этот разговор, когда моему окружению стало известно о ссылке. Мол, в столицах поэт задыхается, и ему нужны новые впечатления. Врёт! Ванька хочет уйти от ответственности, будто я не понимаю. Есть ещё один вопрос, который надо разрешить, чем я и занялся.

– Ты нужнее здесь. Или Тимофей – плохой секретарь?

– Алабушев – талантливый юноша! Поверьте, он ещё всех заткнёт за пояс! – воскликнул литератор. – Его ведь два года гоняли, выполняя ваш приказ. Да и остальные ребята толковые! Дмитрий тоже хорош! Или вы берёте его с собой на Урал вместо меня?

Что-то разбаловал я сотрудников. Именно так. Я даже мысленно не называю их слугами, пусть люди хоть трижды крепостные. Отношения в корпорации Шереметевых строятся на более здоровых принципах. Спрос у меня тоже жёсткий, да и контроль такой, какой даже не снился в эти времена. Тот же Потёмкин держит обслугу на голодном пайке и за людей не считает. Что в итоге? Правильно, они его не только ненавидят, но и ещё обворовывают, заодно всегда готовы предать. Даже не за деньги – просто дворня настолько ненавидит барина. То же самое касается других вельмож. Хотя члены МОП быстро переняли мою идею, а Демидов и ранее практиковал подобную схему.

– Митенька остаётся в Москве как глава моей личной канцелярии. Ему существенно расширят штат – не зря же вы готовили новые кадры. Документооборот растёт, и люди не успевают обработать все письма и отчёты. Со мной поедет Тимофей и два неофита, в качестве наставников к ним приставят двух опытных распорядителей. Парням надо расти и набираться опыта. Однако я не предвижу особо бурной деятельности в первый год моего нахождения на Урале. Всё начнётся следующей весной. Только тамошние дела тебя заботить не должны. Ты зачем мою воспитанницу мучаешь? – резко меняю тему, делаю строгое лицо, стараясь не рассмеяться. – Вскружил, значит, девице голову и в кусты? Вернее, на Урал. А чего не в Сибирь или на Камчатку?

Про взаимную любовь Фёклы и Ивана мне наябедничала Ксюша. Было это ещё полгода назад. Из-за загруженности разработкой новых законов я, как всегда, упустил важные вещи, происходящие внутри моего ближнего круга. А там всегда кипят страсти! Ранее мне казалось, что это Дмитрий любит Фёклу, но оказалось, они всегда воспринимали друг друга братом и сестрой. Зато наш поэт поразил сердце строптивой девицы, когда начал писать «заметки» и стихи, уехав на Яик. Сам Ванька давно положил взгляд на красивую и умную девушку. Они ещё и интеллектуально развитые.

В общем, молодые люди на одной волне. Однако процесс забуксовал и уже три месяца не развивается. Поэтому Аксинья ещё раз обратила моё внимание на происходящее.

– Ваше сиятельство! Так я… Мы… Она… – сбивчиво зачастил вскочивший со стула парень.

– Любишь её?

– Всем сердцем! Жить без неё не могу! – выпалил Белозёров.

– Хорошо! – дёргаю верёвку звонка и приказываю появившемуся Антипу: – Зови невесту.

Услышав мои слова, Иван побледнел и начал озираться, наверное, в поисках бегства. Но такой манёвр не пройдёт. Тут за дверью раздались голоса – это Фёкла громко спрашивала, что случилось. Затем в кабинет ввалилась целая компания. Удивлённая воспитанница сразу озабоченно посмотрела на поэта, наверное, подумав, что он провинился. Зато дядька, фон Шик, Аксинья, Митя, Афанасий, управляющий Чубаров, Антип и ещё десяток людей едва сдерживали улыбки.

Поднимаюсь с кресла, беру заранее подготовленную икону и вопросительно смотрю на парочку.

– Мне долго так стоять? Или дать вам по голове ликом Николая Чудотворца? – спрашиваю под начавшиеся смешки гостей.

Первой догадалась Фёкла, встав на колени и дёрнув за собой Ваню. Какой-то он заторможенный. Ничего, ему досталась хорошая жена, пока ещё невеста, которой пробивной силы не занимать. Быстро попадёт под каблук, забудет про далёкие путешествия и начнёт получать удовольствие от сидения дома.

Я не знаю, как правильно благословлять молодых на брак. Поэтому выдал первое, попавшее в голову.

– Дорогие Иван и Фёкла! Благословляю вас на создание новой дружной семьи. Живите в любви и согласии, на радость людям и на счастье себе! Пусть в вашем доме всегда царит благополучие! Будьте счастливы вместе!

– Виват! – крикнул дядька и тут же был поддержан остальными присутствующими.

Когда крики улеглись и оторопевшие от скорости происходящего молодые немного пришли в себя, я продолжил.

– Фёкла Ярцева, – после обращения девица подняла счастливые, но полные слёз глаза. – Даю за тебя приданое в пятьдесят тысяч серебром, а также дарю суконную мануфактуру, расположенную в деревне Выхино.

На этот раз мои слова встретили восторженными возгласами! Когда стало тише, я продолжил.

– Иван Белозёров, за верную службу и прославление русской литературы дарю тебе усадьбу рядом с Марьино, а также доходный дом в Москве. Кроме всего прочего, за вами сохраняются должности в Останкино, где Иван теперь станет управляющим с повышением жалованья.

Теперь вздох свидетелей происходящего был изумлённым. Это ведь не просто подарки, а повышение статуса. Пусть Иван с Фёклой – вчерашние крепостные, но в купеческие дома они теперь точно вхожи. Думаю, если поэт и далее будет творить на таком уровне, то дарование дворянства не за горами.

– Встаньте, – машу рукой молодым, непонимающе хлопающим глазами. – Так как я скоро уезжаю, то предлагаю с венчанием и свадьбой не тянуть. Через неделю проведём торжество в Вешняках, там и отметим.

– Спасибо, ваше сиятельство! – Фёкла зачем-то бросилась целовать мне руку.

– Не надо, – поднимаю её на ноги. – Это самое малое, что я могу для вас сделать. Заслужили! Заодно запомните: отныне вы встаёте на колени только во время молитвы.

* * *

Вынырнув из приятных размышлений, я окинул взором соратников, разместившихся за столом для совещаний. По правую руку сели дю Пре и Горюшков, за ними притаился Тимофей с блокнотом. Слева от меня расположились Афанасий, Митенька, Даниил Чубаров и Михаил Дедёшин. Технари напротив управленцев.

– Все уже получили план работ на ближайшее время. Это не последнее наше совещание, но лучше сейчас решить наиболее важные вопросы, – начинаю новый отрезок своей жизни в этом мире. – Самое лёгкое задание у Даниила. Кстати, его вскоре ждёт дорога, и на следующем собрании мы его не увидим.

Присутствующие вопросительно посмотрели на покрасневшего Чубарова. Парень он толковый, но молодой, поэтому ещё не научился сдерживать эмоции.

– Твоя задача – проверить готовность артели строителей, которая завтра прибудет в Кусково. Далее ты в сопровождении охраны, двух инженеров и нескольких механиков отправляешься в Златоуст. Именно там теперь моё новое место жительства. Необходимо осмотреть особняк купца Лугинина и сделать там небольшой ремонт, когда прибудут строители. Также надо переоборудовать часть комнат под мои нужды: кабинет, душ, туалет, помещения для охраны и кухни. А ещё детскую с комнатами для наставника, – поясняю в ответ на удивлённые взгляды сотрудников. – Я беру сына с собой. Поэтому нужно успеть подготовить не менее семи комнат. Остальное сделаем в процессе.

Даниил быстро записывал поставленную задачу, но вопросов пока не задавал.

– Инженеры и мастера направятся на заводы, при которых будут жить. Твоя задача – обеспечить их всем необходимым, дабы люди не отвлекались на мелочи. Сразу по приезде сделай закупки провизии, сена и дров. Овёс и всё остальное доставит обоз. Теперь переходим к следующему, – указываю карандашом на встрепенувшегося Дедёшина. – На тебе доставка всего необходимого начиная с мебели, заканчивая оборудованием и керосином. Боюсь, на Урале нет большинства необходимых мне вещей и механизмов. Всё, что касается личного пользования, я захвачу из Москвы. Но там четыре устаревших завода. Предварительный список готов, завтра приедет Сергей Замятин – добавите что нужно. На оборудовании и инструментах для предприятий экономить не надо. Лучше берите в два раза больше чем нужно. В крайнем случае продадим другим заводчикам. Затем проработаете маршрут с Митей.

После чего перевожу взгляд на Благова. Тётушкин воспитанник за прошедшие годы превратился в статного красавца, ещё и здоровенного, как лось. Он всерьёз увлёкся моей методикой физического развития и много времени уделяет спорту. Кстати, его тоже пора женить. Спрошу агента Ксению, какие у парня амурные планы.

– Твоя задача похожа на путешествие в Орскую крепость. Нам нужен проработанный маршрут с остановками, по которому бесперебойно пойдёт снабжение. Лучше бери охрану, группу гонцов и выезжай без проволочек. Через месяц Михаил должен знать все точки от Коломны до Перми. Наиболее тяжёлые механизмы повезём по реке. У меня как раз есть десяток речных судов. Сразу обсудите, что отправлять в первую очередь. Вы люди опытные, поэтому учить вас не буду.

Народ задал несколько вопросов, но вроде всё ясно. Не просто так я потратил три дня, составляя план работ. Детали они уточнят сами.

Перевожу взгляд на Афанасия.

– Теперь твоя задача. Самая важная, чего уж тут. Мы с тобой долго изучали искусство перевозок и создания узлов снабжения, – помощник сразу кивнул. – Именно их необходимо воздвигнуть на двух основных дорогах в Сибирь. Южный узел расположится в Уфе, а северный – в Перми или Кунгуре. Лучше раскидать наши склады по маршруту и обеспечить быструю доставку товаров в конечные точки. Решим в ближайшие дни. Я их обозначу на карте, надо кое-что уточнить. Главное, нам нужны строения, способные вместить большие объёмы товаров. Кроме продовольствия, это будут грузовые телеги, инструменты, одежда, лекарства, оружие, механизмы и даже лошади. Естественно, всё это потребует охраны как стационарной, так и мобильной. Волков получил задание навербовать несколько сотен человек. Действовать начнём сразу, и с размахом.

Некоторое время Афоня листал план и чего-то черкал в свой блокнот. Вроде всё понятно. Парни начали тихо переговариваться, обсуждая совместные работы.

– Сколько вам нужно времени для определения объёмов работ? Сразу говорю: финансирование по первому разряду.

Управляющие повеселели, услышав про фактически неограниченный бюджет. Немного пошушукавшись с коллегами, Афанасий взял слово на правах старшего.

– Ваше сиятельство, разрешите приступить немедленно? Думаю, за два дня мы управимся. Но расчёт сделаем предварительный. Заодно нам нужно, чтобы вы были на месте, дабы разъяснить непонятные моменты.

– Хорошо, – киваю сотрудникам. – Помещение для работы готово, можете приступать. Я же обещаю далее из Вешняков не отъезжать.

Народ быстро встал и покинул кабинет, где кроме меня, остались только дю Пре, Горюшков и Тимофей.

– У вас всё готово? – спрашиваю заскучавших инженеров.

Робер со Степаном одновременно закивали.

– Тогда идём на испытательную площадку.

Хорошо, что Кусково – это огромная территория с разным ландшафтом. А ещё она хорошо охраняется, поэтому здесь нет лишних ушей и глаз. Даже обслуга дворца особо не шастает по парку – для этого отведены особые места. Завоз грузов тоже проходит под бдительным контролем.

Нашу компанию интересовал небольшой ручей, впадающий в Большой дворцовый пруд. Вернее, нам нужна его середина, расположенная внутри комплекса. Полторы версты мы преодолели за двадцать минут. Особо не спешили, наслаждались прохладой парка и дышали воздухом. Наконец, показался Лесной пруд, который также наполнял ручей, носящий удивительное название – Кусковский.

Там нас уже ждали дядька, фон Шик и Первак. Троица бойцов внимательно рассматривала расположившиеся перед ними предметы, даже целые механизмы.

– Что это? – спросил дядька, указав на предмет, похожий на корыто, только с угловатым дном вместо плоского.

– Лоток, а это вашгерд, – указываю на более сложную и многоступенчатую конструкцию. – Рядом «миасской». Я решил назвать эту систему желобов в честь реки на Урале.

– Показывайте, Степан Павлович, – киваю Горюшкову, сгорающему от нетерпения.

Дворянин ничтоже сумняшеся скинул камзол, передал его гугеноту и достал непромокаемые перчатки из ткани, покрытой каучуком. Мы пока не запустили в серию это изобретение. Слишком дорого и долго, а наладить поставку гевеи не получилось. В итоге каучук из одуванчиков пока используется для производства прокладок и шлангов.

Тем временем Степан взял в одну руку лоток, а в другую – широкую тяпку. Присев у журчащего ручейка, он набрал полную форму песка и камней, а затем начал их промывать, избавляясь от грязи. Вода вмиг окрасилась в жёлтый цвет, но никто не обращал на это внимания.

– Насколько мы поняли, процесс промывки идёт именно так, – Горюшков поднялся с корточек и протянул мне тяжёлый лоток, на дне которого осталось несколько мелких камешков.

– Совершенно верно, – киваю с умным видом, хотя видел добычу только в видеороликах.

Хорошо, что мне всегда нравились передачи про историю, в том числе промышленности. Именно там я подсмотрел сделанные НИИ механизмы. Пришлось напрячь память, но получилось.

– Я приступаю к механизму, названному вами вашгердом? – спросил изобретатель и тут же обратился к бойцам: – Мне потребуется помощь.

Первак вооружился лопатой, а дядька – ведром.

– Конструкция собрана не полностью. Вообще-то, к ней надо подвести трубы с постоянной подачей воды, – пояснил энтузиаст.

В итоге боец набросал песка, дядька лил воду, а Горюшков проводил промывку. С «миасской», которая в моём времени называлась «американкой», процесс выглядел более основательно, как и вся конструкция. Вода вымывала крупные камни, а мелкие теоретически должны осесть в специальных плинтусах.

Не сказать, что мне захотелось станцевать от восторга. Просто на душе сразу потеплело. Именно сейчас в центре парка Кусково создаётся русская золотопромышленность, призванная вытащить страну из финансовой кабалы, куда её загнала беспутная немка. Пусть всё выглядит неказисто. У меня есть год до начала массовой добычи. Обкатаем всё на месте и учтём ошибки.

Императрица и её шакалы думают, что отправили Шереметева в ссылку, ограничив его влияние на экономику страны? Они ошибаются. Я стану только сильнее и богаче. А потом мы повоюем по-настоящему!

Глава 7

Июнь 1779 года. Москва, Российская империя

После демонстрации конструкций для добычи золота я закрылся в кабинете с Афоней и Митей. У обоих парней колоссальный организаторский потенциал. Надеюсь, что их таланты когда-то пригодятся стране. Пора задуматься об отправке ребят в одиночное плавание, выделив отдельный фронт работ. Плохо, что в России сословное общество. Госслужба для парней закрыта, как и коммерция. Даже мощнейшие купеческие династии, опиравшиеся на старообрядческое лобби, смогли стать серьёзными фигурами только в середине XIX века. Исключение только Мальцов, но он попросту гений. Пока наверх пробираются проходимцы вроде Яковлева, окопавшиеся при дворе. Нет среди них творцов. Сплошные откупщики и ростовщики. А скоро подтянутся ребята из-за черты оседлости, чему я буду всячески препятствовать. Впрочем, разговор сегодня о другом.

– Спрашивайте, – машу рукой помощникам, расположившимся за гостевым столом, как прилежные студенты.

– Вы не хотите заниматься добычей? Вернее, только в первое время. Почему?

Всё-таки не зря я столько лет потратил на воспитание парней! Аж приятно стало от вопроса Афанасия.

– Мы ведь постоянно изучаем с вами экономику передовых европейских стран, таких как Британия и Нидерланды, – оба помощника одновременно кивнули. – Настоящие деньги зарабатывают уже не только производители, но и купцы. Ситуация вообще забавная и будет развиваться поступательно в этом направлении. Более того, торговый люд рискует гораздо меньше, чем в прошлые времена. Есть установившаяся законодательная система. И какой-нибудь сумасбродный феодал, и даже правитель, не сможет просто лишить купцов финансов. Вот они и потихоньку становятся настоящими хозяевами целых стран. Пока ситуацию спасает большой госзаказ, в первую очередь армейский. Его пока удерживают дворяне, владеющие металлургическими предприятиями, текстильными мануфактурами и сельским хозяйством. Однако народ богатеет, и ситуация меняется. Те же английские и голландские купцы давно стали значимыми фигурами в своих странах.

– Но ведь это золото! Вы можете захватить лучшие месторождения! Пока остальные заводчики опомнятся, вам будет принадлежать весь Урал! Надо постараться добыть как можно больше и быстрее!

– Вспомни историю Испании. Страна буквально захлебнулась от неконтролируемого потока золота. И только в XVI веке тамошние короли трижды объявляли о банкротстве! Нам легче, речь идёт о меньшем количестве драгоценного металла. Плюс его надо добыть, а не отнять у инков. Поэтому спешка может повредить стране. Сливки я, конечно, сниму, ибо глупо не воспользоваться предоставленным шансом. А далее начинается самое интересное, – делаю пару глотков кваса и продолжаю. – Мы вложим прибыль от этих самых сливок в развитие экономики страны. Золото не должно полностью утечь за рубеж. Весомая его часть уж точно. Понятно, что по закону его будет выкупать казна, но мы и там урвём свой кусок.

– Вы хотите полностью обеспечивать добытчиков не только едой, но и инструментами для добычи! – воскликнул Митя.

– Не только. Я буду продавать искателям удачи всё! Даже безопасность! Поверь, уже через два года на Урал стянется такая публика, что станет страшно. Найти и добыть золото – это половина пути. Его надо увезти. Или уехать с деньгами, – произношу с усмешкой. – Но всё это пыль. Наша задача – дать толчок развитию огромного края. Урал – это только начало. Далее добытчики пойдут на восток, а вслед за ними хлынут тысячи людей. Большая часть ничего не заработает и останется на месте. И это замечательно! Наша задача – обеспечить их транспортом, построить дороги и создать производства. Будет тяжело, но золотая лихорадка поможет стране в целом.

Я не стал рассказывать парням, что родные власти могут завалить любое хорошее дело. Именно поэтому вся подготовка будет вестись в тайне, и на рынок мы выйдем уже монополистами. Даже государство не сможет меня подвинуть. Более того, из алексеевцев и ещё некоторых семей будут сформированы артели. Потенциально они должны стать общественным и экономическим локомотивом пока незаселённых земель. Отдельно я привезу несколько тысяч человек и поселю их в степях Южной Сибири, дав свободу. Нам нужно застолбить и активно развивать огромные пространства. Мой проект гораздо более масштабный, нежели банальная прибыль.

Хотя золото необходимо стране как воздух. Сумасшедшие траты Екатерины попросту убивают все попытки увеличивать доход бюджета.

* * *

– Давно не виделись, Григорий Фёдорович! Наслышан о ваших новаторских методах преподавания!

Я встретил Соболевского на ступеньках дворца, предложив ему прогуляться перед обедом. Несмотря на интенсивные утренние тренировки, есть ощущение, что теряю физическую форму. Надо будет пройти испытания вместе с новым пополнением алексеевцев. Там тесты, как на получение крапового берета. Шучу. Нельзя путать эпохи. Но нагрузка, включая бег, у парней очень серьёзная.

Касательно моего старого знакомца по Лейдену, то всё гениальное просто. Мы созрели до открытия полноценного Медицинского университета. Не кафедры при МГУ или курсов ван дер Хека с Амбодиком при собственных больницах. Государство так и не шевелится, вернее, его всё устраивает. Вот МОП снова проявил инициативу. Кстати, за последние годы прогрессоры подготовили более ста врачей! Заодно переманили два десятка толковых людей из Европы.

Всеобщая вакцинация, гигиена, гипс, обязательное кипячение воды, стерилизация инструментов и недавно начавшиеся операции под эфиром постепенно начали доходить до европейских врачей. Это мы ещё держим втайне шприц с опиумным раствором. Внезапно спесивые европейцы начали понимать, что варварская Россия обогнала их по некоторым направлениям. Поэтому к нам потянулся народ. Часть решила выведать секреты, дабы позже применять их дома. Но многие, в основном молодёжь, привлекли знания и возможность творить. Имя Яна сейчас просто гремит в научных кругах! Шутка ли, он недавно сделал операцию по удалению аппендикса и камней в почках. Главное, пациенты выжили! Так-то подобные операции практиковались и ранее. Только процентов девяносто семь больных умирали.

Соболевский же неожиданно показал себя хорошим организатором. Спрашивается, кто просил его внедрять обязательные практические занятия для слушателей в Петербургском ботаническом саду? Ещё и в весьма оригинальной форме.

А ещё Григорий Фёдорович не только новатор, но и государственник. Ему за державу обидно, как и мне. Ведь мало посетить Европу, чтобы потом с умным видом рассказывать о её достижениях и отставании России. Ты попробуй улучшить ситуацию дома. В основном народ предпочитает болтать. А лет через пятьдесят они массово поедут на Запад спускать состояния. Хотя уже начали. Ладно бы на воды, так строят из себя настоящих европейских аристократов.

На этот мусор мне плевать. Надо развивать страну, быстрее внедрять передовые технологии, меняя глупую сословную систему. И продвижение новой системы образования – одна из моих задумок. Но не только это.

– У вас изумительный парк, Николай Петрович! – произнёс гость, когда мы подошли к Голландскому пруду. – Я слышал, вы построили какие-то невероятные теплицы с ростовыми окнами! Вся столица обсуждает этот проект. Тут не у каждого князя есть большое стекло в усадьбе. И вдруг такое!

Было дело! Наш завод с Мальцовым начал выдавать огромные стёкла и зеркала. Для этого времени, конечно. Кстати, для теплиц получается дорого! Да и нет там нужды в большой площади стекла. А вот Зимний сад у меня теперь просто супер! Его я обязательно покажу гостю.

– Но это не главное, – прерываю восторженную реакцию Соболевского. – Наше братство прогрессоров созрело до основания Медицинского университета. К сожалению, ван дер Хек решил полностью посвятить себя науке. Что логично и понят. Тем не менее России нужна своя медицинская школа. У нас есть хорошие достижения в акушерстве и хирургии. Думаю, мы во многом обогнали Европу! Только русские врачи продолжают получать образование за границей. Я считаю это самым настоящим преступлением! Именно поэтому новое учебное заведение – это вопрос принципа. Заодно оно будет строиться по системе, отличной от европейских университетов. Наша задача – сразу дать студентам максимум практики. Именно это вы делаете со своими ботаниками, как и наш фламандский эскулап. Поэтому наша встреча напрашивалась сама собой.

– Вы хотите… – Соболевский аж остановился от удивления.

– Да! Университету нужен ректор, кем я вижу именно вас. Для учебного заведения приобретён Лефортовский дворец, где можно по-настоящему развернуться. Заодно рядом госпиталь, ван дер Хек и его ученики. Хотите практику или теплицы с лекарственными растениями? Пожалуйста! Заодно помещения под лекционные залы, лаборатории, общежитие и даже собственная больница. Скажу вам больше: вы можете не ограничивать себя в расходах на научные изыскания и подготовку не только докторов, но даже фельдшеров.

– Это грандиозно! Ваше общество сделало на благо России больше любой… Э… – запнулся учёный.

Я его намёк понял и не обратил внимания. Надо называть вещи своими именами. Власти во главе с немкой на развитие страны наплевать. Если бы не тесть, то проект со столь нужным вузом остался бы на бумаге. Ещё Разумовский продал дворец с хорошей скидкой. И это важно. Поверьте, недвижимость в Москве всегда в цене!

– Главное, нам удалось сформировать преподавательский состав. Сами понимаете, что без этого затея не имеет смысла. Особо обратите внимание на исследовательскую часть. Я передаю университету готовую лабораторию с оборудованием и людьми. Правда, доктор Онуфриев считает этот шаг опрометчивым. Мол, завтра всё возглавят чиновники и начнутся неприятности.

– Вы об Алексее Кондратьевиче? Который вместе со Степаном Кишковым открыл чудесные качества эфира?

Я бы поспорил насчёт личностей первопроходцев, но это глупо.

– Конечно, речь о ваших коллегах. Они хорошо проявили себя в уральских степях, а сейчас двигают отечественную науку вперёд. Возвращаясь к дерзким высказываниям доктора, он боится прекращения финансирования. Сами понимаете, как это важно, – Соболевский быстро закивал. – Но я создал особый фонд на случай… В общем, больших неприятностей. Ближайшие десять лет университет может не думать об отсутствии денег.

Насчёт потенциальной смерти лучше не говорить, но мы поняли, о чём речь. Если убили генерала Голицына, то доберутся и до Шереметева. Наивные! За безопасностью я сейчас слежу больше всего. Однако нельзя исключать случайности.

– А ещё у меня есть предложение. Понимаю, что оно несвоевременное. Но попрошу его выслушать, – продолжаю удивлять гостя.

В рамках будущей земской реформы я решил предложить дополнение. Кем у нас был Чехов? Правильно! Земским врачом. Затем система была скопирована большевиками при построении территориальной медицины. Отличная идея, кстати! В будущем она существует до сих пор. Естественно, коммунисты никогда не признаются, что украли идею у проклятого царского режима.

Угу. До них ведь ничего не было. Ни страны, ни образования. Даже русский народ плохо вписывался в новую идеологию. Мы вообще раздражаем многих фактом своего существования. Или наличествования? Скорее прозябания в собственной стране. Надо же помогать всяким дикарям. Зачем русским жить хорошо? Впрочем, здесь у меня есть возможность выстроить иную конструкцию.