Текст книги "Виват, Водный мир! (СИ)"

Автор книги: Александр Быченин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 18 (всего у книги 25 страниц)

Глава 5−2

-//-

– За что? – хмыкнул я, перехватив недоумённый взгляд Толяна-Агуэя.

Ну, или Агуэя-Толяна, без разницы. Кем бы он ни оказался в настоящий момент, в любом случае он кивнул и принялся осторожно ощупывать челюсть. Что, в общем-то, и немудрено – я силу не сдерживал, памятуя о способностях куму-пойаи, пусть и бывшего, которые ему даровал амулет со «слезой ангела». Вот и перестарался самую чуточку.

– Полагаю, по совокупности отягчающих обстоятельств, – на миг опередил меня Алекс. – Что является прямым следствием кое-чьей повышенной хитрожопости. А ведь я вас предупреждал, коллега!

– М-м-м!.. – взвыл куму-пойаи, особенно неудачно дёрнув челюсть.

– Вывих, что ли? – присмотрелся я внимательнее. А ведь точно! Ладно, пусть спасибо скажет, что не крюка словил, и, соответственно, перелом. – Ну-ка, дай я!

– М-м-м!!! – попытался шаман отползти от меня на пятой точке.

Надо сказать, получилось это у него не очень – внезапно вспотевшие ладошки скользили по напольному покрытию, а зад, наоборот, тормозил. Хотя на взгляд со стороны забавно, да.

– Да не дёргайся ты! – поморщился я, и, примерившись, одним рывком вернул многострадальную челюсть на законное место. Переждал больше изумлённый, нежели болезненный, вопль, и с ухмылкой поинтересовался: – Ну как, лучше?

– С… спасибо, сяньшэн, – с трудом выдавил из себя Толян.

Однозначно Толян, Агуэй бы меня в первую очередь обругал по-всякому, а потом бы ещё наглым юнцом обозвал. Ну и на проклятия бы не поскупился, в том числе и именем своих любимых духов гор. А тут, гляди-ка, ни единого бранного слова! Даже удивительно.

– Вставай, давай! – протянул я бедолаге руку. – Да не ссы, больше не буду! Хотя, знаешь ли, очень хочется! И желательно с ноги!

– Но… почему⁈ – утвердившись с моей помощью на своих двоих, недоумённо уставился на меня Толкователь. – В чём смысл вашего действия, сяньшэн⁈ Повреждения тела минимальны! Я даже язык не прикусил!

– И очень жаль! – ехидно прокомментировал это заявление Алекс.

– Это тебе просто повезло, – отмахнулся я. – А смысл, мой «иновселенный» друг, весьма прост – унижение. Физическое и моральное. В основном второе, конечно. Впрочем, ты этого даже не понял, так что зря я не сдержался… кстати, а как твои бывшие соплеменники умудрились угробить целый разумный вид из «перпендикулярного» временно́го потока? Не поделишься?

– Откуда вы⁈ – вскинулся Толик… и злобно ощерился: – Всё-таки они до вас добрались! Вся работа на смарку!

– А вот с этого места поподробнее, – заинтересованно прислушался к разговору Заварзин. – Кто «они»? И как добрались?

– Полагаю, точно так же, как и до нашего общего друга куму-пойаи, – пожал я плечами. – Бывшего, конечно же. Алекс, поправь меня, если я не угадал: Толян ведь сам по себе, без приложения внешних усилий, из ступора вышел?

– Скорее, из кокона вывалился, – протянул напарник, – и меня перепугал. Сам себе удивляюсь, как я его не пере… кхм… приголубил! Но в общем и целом ты прав, бро: наши с Кумо усилия ни к чему не привели. Хотя пищи для размышлений мы получили достаточно. Впору новый раздел физики подпространства разрабатывать. Материал богатейший! Прославимся, как Нильс Бор с квантовой теорией! Или Альберт, прости господи, Эйнштейн с общей теорией относительности! Чем я хуже, если разобраться⁈

Что-то напарничек непривычно многословен, даже на фоне своего обычного речевого недержания! Видимо, и впрямь того, переволновался. Ладно, замнём для ясности.

– Значит, и тут «глубинники» поработали, – удовлетворённо покивал я.

– Может, уже расскажешь? – с неприкрытой иронией покосился на меня Алекс. – Чего тянуть? Или все ещё секретная информация?

– Отнюдь, – мотнул я головой. – Просто не соображу, с чего начать…

И самая большая проблема – как донести до человека, не владеющего путунхуа даже на начальном уровне, все смыслы и оттенки, так сказать, «стенограммы». В иероглифах, хе-хе.

– Так Ли ничего не записал, что ли⁈ – удивился мой партнёр по опасному бизнесу.

– Ли был занят, – отмазал я искина. – И да, он тоже пребывает в счастливом неведении. До сих пор.

– Я бы не стал называть неведение «счастливым», Ван-сяньшэн, – не упустил случая попенять мне Лиу Цзяо. – Если откровенно, то я изнываю от любопытства.

– Действительно? – заломил я бровь.

– Поддерживаю коллег, специалист Елагин, – прорезался, наконец, в эфире и Кумо. – Полагаю, наше с «потомком» «единение» позволит углубленно проанализировать сложившуюся ситуацию, сэр. И дать рекомендации.

– Это, интересно, какие же? – хмыкнул я.

– Предельно обоснованные в разрезе изученных данных, сэр! – не растерялся Алексов искин.

– Ладно, уговорили! – сдался я. – Значит, началось всё в тот момент, когда мы с Лиу Цзяо запустили функционального юнита в новообразованную «изнанку»…

Удивительно, какие выверты порой случаются с человеческой памятью! Казалось бы, ни аудио, ни видеофиксации я не вёл, но дрожащие бледно-жёлтые иероглифы на чёрном фоне намертво отпечатались в сознании, так что я чуть ли ни стенограмму зачитывал не на шутку заинтересованным слушателям. И даже особенности «речи» «глубинников» сумел передать, как мне кажется. Вопреки всем сомнениям, да. В итоге недовольства никто не проявил, хоть мой монолог и затянулся на добрых полчаса. А потом ещё столько же я отбивался сразу от трёх крайне въедливых следователей, возжелавших восстановить малейшие подробности произошедшего. Исключение составил лишь Толян-Агуэй, который слушал молча, и даже эмоций никаких себе не позволил. Тупо мотал на ус, и хрен по нему разберёшь, интересно ему, или вообще пофиг.

Я даже не удержался и поинтересовался, как только от меня инквизиторы отстали:

– Ну а ты что скажешь?

Ноль эмоций и никакой реакции. Такое ощущение, что в ступор наш шаман впал.

– Толик? – аккуратно тронул я его за плечо.

– Да, сяньшэн? – без какого-либо выражения, абсолютно безжизненным голосом отозвался, наконец, Толкователь.

Впрочем, голову ко мне повернул. Правда, взгляд так и остался невидящим. И пустым, как у слепого.

– Что с тобой? – Как ни крути, но старый дурень мне не чужой человек, так что беспокойство моё вполне обоснованно. И даже простительно. – Может, тоник тебе вколоть?

– В этом нет необходимости, сяньшэн, – отказался куму-пойаи. – Прошу прощения, девяносто девять процентов вычислительных мощностей задействованы в анализе информации.

– Перегруз! – с ухмылкой констатировал Заварзин. – Силён ты, бро! Это ж надо умудриться, «иновселенский» искин до «тормозов» довести! Как он сказал? Девяносто девять процентов? Да он сейчас реально мегамозг!

– Блин, как бы старому дурню не навредить! – ещё сильнее забеспокоился я.

– Боюсь, уже поздно, бро, – вздохнул Алекс. – Теперь от нас уже ничего не зависит. Думать надо было раньше, когда даже не инопланетную, а иновселенскую хрень к себе в черепушку запускал!

– Да я-то тут при чём⁈

– Да я про шамана, бро! – пояснил главный корп. – А тут у нас типичная картина, как я уже сказал, повышенной хитрожопости. Полагал, что он самый умный, и всех будет вертеть на фаллической оси. А получилось наоборот. Как, впрочем, и в большинстве аналогичных случаев. Уж поверь моему опыту, Вань.

– Всё равно жалко, – вздохнул и я, – привык уже к дурню. Он же мне кто-то вроде учителя.

– Своеобразные у вас отношения «учитель-ученик», – ухмыльнулся напарник. – Но я тебя понимаю. У самого такие же.

– Рин? – догадался я. И тут же спохватился: – Простите, капитан Рин!

– Не поминай всуе! – погрозил мне пальцем Заварзин. – Не только он, ещё Хранитель.

– И этот человек запрещает мне ковыряться в носу! – хмыкнул я, но развить тему не успёл – ожил Толян:

– Анализ информации завершён. Иван-сяньшэн, Алексей-сяньшэн, я прошу слова!

– В качестве кого? – снова опередил меня Алекс, жестом велев мне придержать язык.

И знаете что? Я даже возмущаться не стал. Потому что кто я, по сути, такой? Наследник главы захолустного клана? Местечковый дипломат, никого, кроме вайгожэнь, в своей практике не встречавший? И кто Заварзин! Глыба! По факту, самый успешный переговорщик Протектората Росс как минимум последнего десятилетия. Да и не только его, подозреваю. Так что грех не воспользоваться столь высококвалифицированной помощью. Ну и да, сцыкотно. Потому что я только сейчас по-настоящему осознал масштаб задачи. Подумать только, переговорный процесс между представителями сразу двух вселенных! Поневоле руки опускаются, как только задумаешься о последствиях.

А вот Алексу, такое ощущение, абсолютно пофиг. Привык? Скорее всего. Единственная на весь Протекторат Корпорация – это вам не шутки! А у неё, между прочим, ещё и филиалы по всем окрестным государствам имеются. Да, официально они как бы самостоятельны, но тут целых два ключевых слова: официально и как бы. Потому что стратегию определяет совет директоров головной организации. А по сути, зная Алекса, конкретно он. Лично. Впрочем, надо отдать ему должное, и к мнению ближайших сподвижников прислушивается, пусть и не всегда.

– Пока что лишь в качестве источника информации, сяньшэн, – потупил взор Толян-Агуэй. – Я хотел бы, чтобы вы выслушали и другую сторону, э-э-э, конфликта…

Мне показалось, или он постеснялся добавить «надуманного»? Ну или «высосанного из пальца»?..

– Значит, конфликт всё-таки есть? – заломил бровь Алекс. – Надеюсь, не в горячей фазе?

– Если вы намекаете на то, что вы, обитатели пространства ПВ, называете боевыми действиями, то ответ отрицательный, Алексей-сяньшэн, – помотал головой бывший шаман. – Такой тип взаимодействия в континууме ВП исключен ввиду особенностей строения оного.

– То есть вы не можете коммуницировать, поскольку не способны одновременно находиться в одной точке времени-пространства? – продолжил допытываться мой напарник. – А как же вы тогда умудрились «широтников» истребить?

– Мы, то есть мои… как вы там говорите, Иван-сяньшэн? – поднял на меня взгляд Толик.

– «Сопоточники», – подсказал я.

– Да, они самые! В общем, мы не ставили перед собой такой цели. И узнали об их уничтожении уже по факту, когда все три временны́х линии не закончились в Узле и не возникла новая… как бы это попроще… – замялся куму-пойаи.

– … Сфера Времён? – пришёл ему на помощь Алекс.

– Чего⁈ – вытаращил я глаза. – Какая ещё сфера⁈ Бро, ты бредишь?

– Отнюдь, Иван-сяньшэн, – вступился за корпа Толян. – Алексей-сяньшэн поразительно точно ухватил суть.

– Не ухватил, а просчитал, – поправил заступника Алекс. – И даже математическую модель построил! По аналогии с нашим пространством ПВ.

– А подробней можно? – пока нить размышлений собеседников от меня не ускользнула окончательно, попросил я.

– А точно это тебе сейчас нужно, бро?

– Боюсь, потом будет бесполезно, – вздохнул я. – Тебе хорошо, ты физик! А я махровый гуманитарий с курсами повышения квалификации!

– Ладно, хрен с тобой! – сдался главный корп. – Короче, я исходил из того факта, что наше пространство искривлено гравитационными силами и замкнуто само на себя. А какой геометрический объект у нас замкнут сам на себя, причём в пространстве? Правильно, сфера! Вот я и подумал: у нас, в континууме ПВ, пространство искривлено, а время – нет. Оно у нас течёт строго в одном направлении, и его можно уподобить единственному пространственному измерению в континууме ВП. Ну а раз у нас вселенные-антиподы, да и теорему подобия вместе с принципами аналогии и противопоставления никто не отменял, то в родном мире нашего Толяна, – кивок на шамана, – искривляться и замыкаться сами на себя должны временны́е координаты. И, соответственно, образовывать нечто вроде сферы. Только не пространственной, а временно́й. И все это дело должно каким-то образом позиционироваться относительно пространственной линии-«струны»…

– Что ж… кажется, я тебя понял, бро, – задумчиво покивал я. – Но не кажется ли тебе, что в твоей теории есть слабое место?

– И какое же? – с интересом покосился на меня Алекс.

– Что-то мне подсказывает, что вселенная, построенная по описанному тобой принципу, должна быть множественной. То есть каждой конкретной точке на пространственной «струне» должна соответствовать своя собственная Сфера Времён. И их должно быть дохренища. Этакие бусы… – прервался я на полуфразе.

– Ну, чего замолчал, бро? – подбодрил меня напарник. – Продолжай!

– Если это реально «бусы», то в каждой «бусинке» должно быть две точки пересечения с пространственной нитью…

– … и если это так, – продолжил мою мысль Алекс, – то эти точки пересечения и есть Узлы. А кусок «струны» между ними, по сути, представляет собой жизненное пространство «сопоточников» Толяна. Так, наш «иновселенный друг»?

– Почти, – кивнул Толкователь. – Только эти две точки совпадают, не спрашивайте меня, как, я не учёный. Так что Узел один – в конце и одновременно начале времён.

И тут до меня дошло.

– Чёрт! Это что же получается, – уставился я на шамана, – у вас там, в континууме ВП… вам тупо тесно? Вы не помещаетесь⁈

– Именно так, Иван-сяньшэн, – подтвердил Толян-Агуэй. – И именно мы, те, кого вы обозначили как «параллельных», более всего стеснены в пределах отдельно взятой Сферы Времён. А в следующую, как вы понимаете, нам хода нет. Ближайшая аналогия из вашего пространства ПВ – теория «метагалактических доменов» или хаотическая теория инфляции, она же «пузырьковая вселенная». Только у вас ограничения в пространстве, а у нас – во временах.

– Ну и как же вы «широтников» угробили? – вернулся к насущному вопросу Алекс.

– Это была трагическая случайность, Алексей-сяньшэн, – понурил голову шаман.

– А поподробнее?

– Мы, поскольку наша временна́я линия условно параллельна пространственной «струне» в пределах Сферы Времён, имеем больше всего возможностей взаимодействовать именно с пространственным измерением нашего континуума. И по этой причине… как бы это помягче…

– Застолбили максимум территории? – пришёл корп на помощь Толяну.

– Пожалуй, так, – кивнул тот. – А ещё мы научились перемещаться вдоль «струны» в обе стороны по нашей временно́й линии.

– Ага! И ваши, блин, «яйцеголовые» не придумали ничего лучше, как провести эксперимент! – торжествующе заключил Заварзин. – Ничего не меняется в этом не самом лучшем из миров! Да в и том тоже!

– Вы правы, Алексей-сяньшэн. Наши… ну, пусть будут учёные, вернулись вспять по «струне», к началу Сферы Времён, и тем самым породили пространственно-временной парадокс, который привёл к… самое близкое понятие из вашей физики – это колебания. Их частота и амплитуда оказались губительны для разумного вида, существовавшего в привязке к временно́й координате «ширина». Ну и… – развёл Агуэй руками, – сами понимаете!

– А теперь, значит, вы и «глубинникам» угрожаете, – пришёл к очевидному выводу Алекс. – Видимо, вторая точка пересечения, она же Узел, уже близка? В смысле, вам, «параллельным», вдоль пространства-«струны»?

– Бро, а ты ничего не перепутал? – встрял я. – Толян же сказал, что Узлы совпадают!

– И это говорит лишь о том, что «струна» тоже замкнута сама на себя, то есть в окружность! – парировал Алекс. – Так что всё правильно, наши «параллельные», кхм, друзья движутся между двумя Узлами. Ведь так?

– Мы и сами не знаем, Алексей-сяньшэн, – окончательно сник Толик.

– В принципе, всё логично, – поморщился корп. – Единственное, концы с концами не сходятся. Если ваша Сфера Времён – реально сфера, пронизанная по диаметру «струной», то вы с «глубинниками» и «широтниками» должны взаимодействовать лишь в двух точках… то есть в одной…

– Нет, бро, – остановил я напарника. – Вряд ли это сфера. Это скорее что-то типа силовых линий постоянного магнита. Есть сердечник – пространство-«струна», вдоль которого течёт временно́й поток «длина», и полюс, относительно которого изгибаются временны́е потоки «глубина» и «ширина»…

– И у этих времён у каждого два направления, как и у нашего – прошлое и будущее! – хлопнул себя по лбу Алекс. – И каждое из них замкнуто само на себя – знак бесконечности или, скорее, лента Мёбиуса! Так что нет у вас, Толик, никакой множественности вселенной! Она ровно одна! Конечная и бесконечная одновременно. Бесконечная, потому что все времена текут по замкнутым линиям, рано или поздно меняя направление на противоположное. А конечная, потому что ваша пространственная координата-«струна» все-таки имеет и начало, и конец – тот самый Узел! И каждый цикл «начало-конец», по сути, ещё один слой, сдвинутый относительно предыдущего по всей траектории, скажем, на один квант. Во всех трёх временны́х координатах. А вот пространственная… как мне кажется, каждый новый цикл «затирает» на «струне» след предыдущего. И таким образом у вас тоже осуществляется поступательное движение – как у нас из прошлого в будущее, так у вас из начала «струны» в её «конец». И затем всё повторяется.

– Занятная у вас вселенная, – подмигнул я Толяну. – Многослойная, как луковица!

– Это… довольно смелая теория, Алексей-сяньшэн, – вынужденно признал Толкователь. – Мне нужно её обдумать.

– Думай! – хлопнул его по плечу корп. – А как надумаешь, дай знать, чего конкретно вам, «параллельным», нужно от нас, обитателей континуума ПВ.

– Хорошо, сяньшэн, как скажете, – кивнул Толян-Агуэй.

А потом уселся на пол в позе лотоса и самым натуральным образом отрешился от реальности. И вот тут, как мне кажется, уже заслуга куму-пойаи. Этакий защитный механизм, чтобы Толик невзначай мозг не спалил. Ну а тот факт, что старый дурень шизик со стажем, самому шаману и раньше ничуть не мешал.

– Ушёл в себя, вернусь нескоро! – констатировал Алекс, поводив перед глазами шамана ладонью и не дождавшись реакции. – Но какие мы молодцы, а⁈ Ты-то, бро, наверняка не понимаешь, но это прорыв в физике подпространства! Очередной!

– Та же хрень, что и с квантовой теорией, – отмахнулся я.

– В смысле? – вскинулся напарник.

– Она понятна лишь тебе да повёрнутым на физике «ботанам», – пояснил я. – И то далеко не всем!

– Ну а в науке по-другому и не бывает! – развёл Алекс руками.

– Вот поэтому я и дипломат, а не физик, бро! – отплатил я той же монетой.

Помолчали, думая каждый о своём, потом корп всё же не выдержал и поинтересовался:

– Ну и когда следующий сеанс связи?

– С «глубинниками»? – поднял я на него взгляд, которым до того сверлил палубный настил – надо полагать, в поисках некоего потаённого смысла.

Жизни, вселенной и всего такого, хе-хе. Жаль, что в нашем конкретном случае, как и у классика, ответ «42» абсолютно ничего не проясняет. А ведь было бы неплохо!..

– Ну а с кем ещё? – пожал плечами Заварзин. – «Широтники» исключены из уравнения, а «параллельные» постоянно в прямом доступе, – кивнул он на шамана.

– Если честно, понятия не имею, – отмазался я.

– То есть ждём у моря погоды? – иронично заломил бровь напарник.

– А что ещё остается? «Глубинники» чётко сказали, что дадут знать, – напомнил я. – Да и, откровенно говоря…

– Ну-ка, ну-ка?.. – насторожился Алекс.

– Хотелось бы ещё кое-какие моменты у нашего друга выяснить. Чтобы, так сказать, быть во всеоружии.

– Тоже думаешь, что брешут? – ухмыльнулся мой партнёр по опасному бизнесу.

– Обязательно! – заверил я. – И «параллельные», и «глубинники». То есть Толян с «сопоточниками» однозначно и сознательно, а вот их оппоненты… знаешь, бро, у меня сложилось впечатление, что они не умеют оперировать понятиями «да» и «нет». Чтобы вот так, ясно и конкретно. Хотя «утверждение» и «отрицание» им знакомы.

– Ты это к чему клонишь, бро?

– К тому, что «глубинники» вряд ли именно врут, – развил я мысль. – Скорее, они не договаривают.

– То есть доводят до нас информацию лишь в части, нас касающейся, – сделал вполне очевидный вывод Алекс. – Как это знакомо! И ты, бро, решил для начала как можно больше инфы выманить у скрытного Толяна? Просто для того, чтобы знать, о чём спрашивать «глубинников»?

– Бинго! – прицелился я в напарника указательным пальцем.

– А ты хорош! – покивал тот, поджав губы. – Похоже, надо расширять совместный бизнес! Грех упускать такого кадра!

Глава 5−3

-//-

… Толян-Агуэй… ну, или Агуэй-Толян, не суть, в себя пришёл внезапно. Вот только что пялился в пустоту отсутствующим взглядом, и вот уже в нём, во взгляде, то бишь, появился разум. Причём ещё и злой. И даже, пожалуй, враждебный. А это, доложу я вам, та ещё гремучая смесь! Я чуть не подпрыгнул от неожиданности:

– Уй, мля!!!

– Ты чего, бро? – встрепенулся Алекс.

– Сам глянь! – ткнул я пальцем в шамана, на всякий случай разорвав дистанцию – до этого я находился слишком близко, как буквально только что выяснилось.

Почему? Да просто не думал, не гадал, что бывший куму-пойаи так отреагирует на возвращение в жестокую реальность. Потому и топтался рядом, в отличие от напарника. А что ещё делать? Темы для разговора вроде бы все исчерпали, шамана, как напророчил Заварзин, хрен дождёшься, а заняться и нечем. Вот и торчал… как легендарные деревья тополя на перепутье. Уже почти склонился к мысли, что надо себя пересилить и хоть чем-нибудь мозги загрузить, и тут нате вам! Зыркнул так, что аж до самой задницы пробрало! И мурашки с хорошего таракана размером по спине пробежали! И холодком потянуло! И… а, пофиг уже!

– Анатолий? – с непривычно серьёзной рожей присмотрелся к шаману Алекс. – С тобой всё в порядке⁈

– А ты кто ещё такой⁈ – изумлённо выдал… Агуэй в ответ. Точно Агуэй – и выражение его, и наречие ликейских аборигенов. Потом перевёл самую чуточку потеплевший взгляд на меня и заявил: – Мало мне было одного юнца! Теперь ещё новый объявился! О духи гор, за что мне это⁈

– Хм… а ведь ты, бро, был прав – Толян реально ушёл в себя! – подмигнул я напарнику, оправившись от первого шока. – Зато старый дурень нарисовался! Как по мне, неравноценный обмен!

– А ты кого ждал, юнец⁈ – огрызнулся Агуэй. – Создателя Паутины⁈

– А что, есть вариант с ним перетереть? – оживился я.

– Нет, это я так, к слову! – обломал меня шаман. Потом огляделся с заметным интересом, и спросил: – А где я, юнец?

– А ты разве не помнишь, куда тебя дух гор затащил? – притворно изумился я.

Бывший куму-пойаи отрицательно помотал головой, но взгляда не отвёл, из чего я сделал вывод, что информация о текущем местонахождении его по-прежнему весьма интересует.

– Не ожидал, старый дурень, что дух тебя поглотит? – мстительно ухмыльнулся я. – А вот нефиг было с ним связываться!

– Ты сам-то себя слышишь, юнец? – наконец, соизволил отгавкнуться Агуэй. – Как я мог не связываться с духом гор, если это и есть главная цель моей жизни? Да и любого другого шамана тоже? И я первый за сотни лет, юнец! Ты просто не в силах осознать честь, которой я удостоился!

– Быть зазомбированным пришельцем из другой вселенной? – хмыкнул я. – Ага, охренительная честь!

– Да что бы ты понимал в этой жизни, юнец! – махнул на меня рукой куму-пойаи. – Да я только ради этого верховным шаманом стал!

– Ну и дурак! – заключил я. – Ты хоть что-то помнишь с того момента, как Толян к тебе в черепушку влез?

– Кто⁈

– Толкователь, – любезно пояснил я. – Он же Анатолий, Толян или Толик, в зависимости от обстоятельств. Ну или дух гор, если тебе так понятней… эй, старикан, ты чего завис-то?

– Похоже, на него наконец снизошло прозрение, – прокомментировал Алекс у меня из-за плеча. – Вот он и впал в ступор. Впрочем, лучше поздно, чем никогда!

– А ты вообще не из нашего народа, наглый юнец! – столь же внезапно, как и замер, ожил шаман. – Но… тебя я помню. Вроде бы… мелькал пару раз!

– А ещё? – и не подумал я отстать от жертвы дискретной амнезии.

– Вот этого слугу духа гор, – с опаской покосился Агуэй на функционального юнита, по-прежнему окутанного полупрозрачным «коконом». – Из него сам дух гор перепрыгнул ко мне в голову…

– А теперь он где? – уточнил Алекс. – В смысле, дух? Всё ещё в твоей голове?

– Не знаю… – растерянно проговорил куму-пойаи. – Возможно…

– Позвать его можешь? – продолжил допытываться мой напарник.

– А… зачем?.. – окончательно расклеился Агуэй.

– Перетереть кое о чём надо, – любезно пояснил Заварзин. – Ну так что, позовёшь?

– А… как?..

– Тебе видней, – пожал плечами мой партнёр по опасному бизнесу. – Раньше же он как-то появлялся?

– Желания духа гор неисповедимы…

– Эй, старый! – переключил я внимание Агуэя на себя, любимого. – Сосредоточься! Ты сейчас на космической станции, очень далеко не то, что от своих островов, а от Гессионы в целом! Ты ведь представляешь, что такое планета?.. Представляешь? Прекрасно! А «транзитка» ещё и внутри «пузыря»… ну, аномалии, как у вас на Ликее в горах! И «просочиться» в Паутину отсюда не получится! Так что вернуть тебя домой могу только я! Смекаешь?

– Что ты хочешь узнать, юнец? – смирился с собственной незавидной участью шаман.

– Как ты вызывал Толкователя? Ну, раньше?

– Просто взывал к милости духа гор, – пожал плечами куму-пойаи. – И если тот был в настроении, то приходил. А иногда он сам занимал мою голову, и я не мог вспомнить целые дни. И приходил в себя в самых неожиданных местах.

– Ну так взывай! – велел я.

– Что, прямо сейчас? – прикинулся шлангом Агуэй.

– Да! – решительно кивнул я. – И поживее!

– Хорошо, юнец, попробую, – сдался шаман.

Демонстративно покряхтев, он снова уселся возле «трона» в позе лотоса и закатил глаза, устремив хитрый взгляд куда-то поверх голов нам с напарником.

– Может, хватит уже прикидываться? – хмыкнул Алекс, выждав для приличия почти минуту. И сразу же спохватился: – Извини, бро, что влез без очереди!

– Да ладно, проехали! – отмахнулся я. И вслух позвал «мини-гекса», чтобы все заинтересованные лица слышали: – Ли, какова вероятность, что объект «Агуэй» пытается ввести нас в заблуждение?

– Превышает восемьдесят пять процентов, сяньшэн, – поделился Лиу Цзяо опытом изучения обширной базы данных, накопленной за время мониторинга «кракозябры»-носителя, а затем и самого Толяна-Агуэя. – Результат анализа психологического профиля…

– Почему так мало? – перебил я помощника, вздёрнув в недоумении бровь.

– Имеется вероятность, что объект «Толкователь» нас слышит и видит, но не вмешивается в функционирование сознания объекта «Агуэй», сяньшэн, – пояснил «мини-гекс».

– Согласен с «потомком», – вслух поддержал моего искина Кумо, до сих пор занятый какими-то непонятными расчётами, а потому и немногословный.

– Слышь, деятель? – переключился я на излишне хитромудрого шамана. – Хорош уже играть на публику!

Ждите ответа, ждите ответа…

– Ну и чего теперь с ним делать? – задался я риторическим вопросом.

– Сейчас, попробую кое-что, – посулился Алекс. И действительно попробовал: приблизившись к шаману вплотную, он легонько постучал ему по макушке и на полном серьёзе потребовал: – Открывай, сова! Медведь пришёл!

– Чего⁈ – прифигел я. – Это откуда?

– Классика! – отмахнулся напарник, не вдаваясь в излишние подробности. Зато, убедившись, что реакция отсутствует, сгрёб Агуэя за шиворот – вернее, ввиду отсутствия такового, за ожерелье-амулет со «слезой ангела» – и рывком вздёрнул шамана на ноги. – Подъём, убогий!

Уж не знаю, что именно подействовало на Агуэя – унижение или врезавшееся в шею ожерелье – но терпеть этого он не стал, толкнув Алекса обеими ладонями в грудь и отпрыгнув от него не хуже какого-нибудь кролика, что в избытке водились на Ликейском архипелаге. Впрочем, и на сей раз без облома не обошлось – ожерелье порвалось и повисло на руке у чуток прифигевшего Заварзина. Вот что значит применение некачественных материалов! Взял бы нормальный шнурок, из привозных, а не традиционную хрень, сплетённую из растительного дерьма, сиречь тонких лиан, и сохранил бы свою прелесть. Ну да, согласен, тогда бы и не рыпнулся. Но тут с какой стороны посмотреть! Нафига шаману свобода без любимой игрушки, на которой и зиждется всё его, кхм, могущество? Вот и я не знаю.

Зато знаю, что инцидент ввёл в лёгкий ступор всех присутствующих, поскольку все без исключения взгляды прикипели к повреждённому артефакту. Однако я пришёл в себя первым и дал волю инстинктам, то есть воспользовался удобной диспозицией и с разворота вбил ногу шаману в грудь, усадив того в «трон», который по-прежнему изображала «кракозябра». Говорю же, диспозиция удобная! И, что характерно, угадал: «кокон» для сего действа препятствием не стал, Агуэевская тушка его с лёгкостью продавила. Я бы даже сказал, играючи. Правда, приземлился бедолага не совсем удачно – и пятую точку ушиб (уже второй раз за сегодня!), и затылком в щупальце долбанул. Но подействовали на нашего шамана вовсе не побои, а сам факт того, что он оказался внутри «кокона», обладавшего, как внезапно выяснилось, прекрасными звукоизолирующими свойствами: Агуэй раззявил рот в диком крике, но до нас с Алексом не донеслось ни звука. И следом за этим лицо несчастного шамана исказилось в… блин, чуть не сказал предсмертной муке! Но нет, ему просто хреново. Или даже полный кирдык! Похоже, погорячился я… чуть-чуть… самую малость…

… в этот раз первым начал действовать Алекс – ничуть не смущаясь мерцающего и еле заметно гудящего «кокона», он цапнул Агуэя за ногу, благо та оставалась вне вибрирующей пелены, и очередным мощным рывком извлёк шамана на свет божий. Ну а то, что тот снова ляпнулся на задницу, а потом пересчитал затылком корпус «кракозябры», служивший седалищем, и пол отсека, это уже мелочи. Так сказать, производственные издержки. Как минимум, сознания не потерял, уже хорошо. Да что я говорю! Он даже орать не прекратил, пока Алекс не отволок его от «трона» метра на три. И только тогда, удостоверившись, что страшный «кокон» ему больше не угрожает, куму-пойаи умолк.

– Ну что, будешь ещё ломать комедию? – грозно вопросил Алекс, для пущего эффекта прижав шамана к палубному настилу ногой и поигрывая на манер чёток у него перед носом порванным ожерельем. – Или повторить?

– Н-не н-надо, Алексей-сяньшэн, – просипел Толик.

Теперь уже сто процентов он. И громкость сбавил до приемлемой, так что даже я перестал страдальчески морщиться.

– А у тебя несомненный педагогический талант, бро! – похвалил я напарника.

– Спасибо, бро. Кстати, он целиком твой, – кивнул Заварзин на притихшего куму-пойаи. – Спрашивай!

– Ага, сейчас, – кивнул я, пытаясь параллельно совладать с кучей разбегающихся мыслей. Потом решил ковать железо, пока горячо, и прожёг Агуэя вторым, с учётом Алексова, грозным взглядом: – Ты чего истерику устроил? Что не так с «коконом»?

– В-вы не п-поймёте, Иван-сяньшэн, – попытался помотать головой шаман, но получилось ожидаемо плохо – Алекс усилил нажим, плотнее впечатывая спину бедолаги в пол. – Это… это надо пережить! То есть наоборот, не надо! Ни в коем случае! Я никому такого не пожелаю!

– Хм… а до этого он из «кокона» нормальный выпал, – с потрохами сдал Агуэя главный корп. – В смысле, когда в первый раз «разморозился». В здравом уме и ясной памяти. В общем, не похоже было, что «кокон» ему как-то повредил… почему, не подскажешь? – перенёс вес на опорную ногу Алекс. Ту самую, что пафосно попирала костлявую грудь.