Текст книги "Лейтенант империи. Часть четвертая (СИ)"

Автор книги: Александр Четвертнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 5

Прохор был среди нас самым слабым по внутренней силе. Даже Тим Пивоваров, несмотря на то, что новобранец, превосходил его по индексу развития. Так что, если и можно было найти среди нас слабое звено, то это именно Пруха.

Блин! Как же не кстати! Нет, пусть Прохор и слабее остальных, но он самый опытный, а Лафит под блокираторами. Пруха должен справиться, если тот на него напал. А в том, что напал, у меня сомнений не было. В версию, что Лафит выбрался из кубрика и взорвал склад, я в тот момент поверил безоговорочно и моментально сорвался на бег. Ребята побежали за мной.

Скорость мы развили приличную. Даже больше, чем во время штурма. Остались позади Гусар с рыдающей Лизой. Отстал от нас и Джек. Гвоздь пару раз вырвался вперёд, но чуть не врезался в группу общинников тащивших какие-то ящики, потому я оказался в мед блоке первым.

Проскочил в закрывавшиеся за кем-то гермодвери. Резко повернулся, схватившись за поручень лестницы, и мощным прыжком метнулся к кубрику, где держали Лафита.

– Привет командир, – тихо пробурчал Пруха и, не сдержавшись, протяжно рыгнул. – Прощения просим, – утёр он усы тыльной стороной ладони, и как-то вымучено улыбнулся. – Ты чего это сигаешь, как сайгак?

– А ты чего на связь не выходишь? – спросил я, переводя дыхание (даже в доспехе запыхался), и откинул шлем: – с тобой всё в порядке?

Пруха сидел напротив гермодвери в кубрик Лафита и выглядел каким-то… сосредоточенным. Обычно румяный, он несколько побледнел, а в глазах, вместо вечного задора, поселилась некая печаль. Да и сам взгляд у него бегал из стороны в сторону, словно он пытался что-то скрыть

– Вроде, да, – смущённо пробубнил Прохор и слегка напрягся. – Прости, командир.

– За что? – я обернулся к двери в кубрик Лафита, убедился, что она закрыта, и снова посмотрел на Прохора, – Лафит не пытался выбраться? Ты напугал нас, когда не отвечал.

– Да ел я, – смущённо махнул рукой Пруха, указывая на поднос с пустыми контейнерами и целой булокой хлеба. – Горячего тут принесли.

– О, живой, – проговорил подскочивший к нам Гвоздь, а за ним подтянулись и Гадел с Феймахером.

– Так и знал, что ты обжорствуешь, – с заметным облегчением в голосе улыбнулся Хирш, – о ты булку не доел, чур моя.

Фея шагнул к подносу, но я вытянул руку и остановил его.

– Стоп, назад, – я посмотрел на Прохора, а в голове всплыл разговор с Лизой, – после еды тебе плохо стало? Тошнит, живот крутит?

– Угу, – поморщился Пруха, – но уже лучше.

– Открой канал связи, – приказал я и подключился к его доспеху.

Системные логи тут же хлынули на мой визор. Глаза зацепились за знакомые названия: орелланин, гифоломы; всё, как и говорила Елизавета. Умный доспех определил, что бойцу плохо, провёл анализ и вколол антидот из штатной аптечки. По времени, уже минут пять прошло, и сейчас Пруха в полном порядке, если не считать остаточных последствий.

Просмотрел на всякий случай остальные показатели и отметил, что система фильтрации доспеха заполнена больше чем наполовину. Кхм…

– Так, боец, сейчас к Гусару, он симптомы увидит, добавит лечение к штатному, – решил я не держать Прохора здесь. – А затем почисти систему фильтрации, на всё про всё у тебя полчаса.

– Есть, – вымучено улыбнулся Пруха.

– Систему фильтрации? – удивился Феймахер, помогая другу встать, – ты….

– Да прихватило конкретно, – смутился Прохор, – проводишь до Гусара? А то искать его.

– Нет, тебя проводит Гадел, – вмешался я в их разговор и посмотрел на Татарина: – скажи Лизе с Мишей, чтобы молчали обо всей этой истории.

– Понял, – кивнул друг и, махнув Прухе, зашагал в сторону складов.

– А ты, – я повернулся к Феймахеру, – сейчас идёшь на склад боеприпасов и проверяешь там всё на предмет взрывчатки.

– Так я уже снял там два устройства, – удивлённо моргнул Хирш, – простые поделки….

– А стены проверял? Вдруг там, как на продуктовом складе.

– Стены не смотрел, – протянул Хирш и просиял, – пойду, развлекусь.

– Иди, Гвоздь, проконтролируй, доклад по готовности, но сильно не затягивай и, – я серьёзно глянул на своего зама, – будьте осторожней.

– Думаешь, Пруху тоже траванули, чтобы расчистить Лафиту путь для второго взрыва?

– Да, – кивнул я, – так что питаться только нашими сухпаями, и не терять их из вида.

– Получается у нас тут….

– А об этом не стоит говорить вслух, – прервал я Анджея, заметив, как в медблок зашёл Джек, – оставим это пока между нами.

– Понял, разрешите выполнять? – Гвоздь вытянулся по стойке смирно.

– Разрешаю, – махнул рукой я и, вызвав по связи Чуватова, подключился к панели управления гермодверью кубрика.

Когда Роджерс дошёл до меня, я уже знал, что Лафит выходил из своей камеры за пять минут до взрыва. Как раз в тот момент, когда Лиза лечила общинника от отравления. А ещё через пять минут он вернулся. Так что сомнений быть не могло. Взрыв на складе устроил именно Лафит и чтобы открыть кубрик, он воспользовался секретным кодом.

Подтверждение моих догадок заставило меня крепко задуматься.

Пока программный модуль доспеха чистил логи и ставил новые коды для открытия двери, я мысленно прикинул состояние пирата и представил, как и куда он идёт. Явно недалеко и не влево, где есть люди. А вот, если повернуть вправо, и пройти по коридору, то там никого нет, только выход в другой отсек. И чтобы доковылять до него, нужно как раз две минуты.

Я быстро прошёл по предполагаемому пути Лафита. Сапоги доспеха выбили гулкую дробь из стальных листов на полу. Взгляд зацепился за отсутствие нескольких лампочек на потолке, а руки сами полезли проверять панель управления гермодвери. Ни до, ни после взрыва она не открывалась, значит сигнал Лафит подал где-то здесь. Глаза тут же забегали по сторонам.

Джек увязался за мной. Стоял рядом и молча ждал, когда я закончу осматривать стены. Он ничего не говорил, а весь вид его выражал глубокую задумчивость. О чём он думает, меня не особо интересовало, главное, что не лезет с расспросами, и не мешает работать. Но, несмотря на это, его присутствие напрягало, и не давало сосредоточиться.

Я всё никак не мог понять, где в этой толще камня можно спрятать дистанционную систему управления взрывчаткой. Слишком уж естественно выглядели стены. Их явно не обрабатывали, а коридор стали использовать сразу, как прошла буровая установка. Нда, отлично замаскировали. Видимо, придётся долбить стены….

– Командир, вызывал? – хоть я и приглядывал краем глаза за кубриком, авось кто придёт навестить Лафита, но появления Рифката не заметил.

– Да, – кивнул я, прекращая в незнамо какой раз ощупывать взглядом стены, – представь, что где-то здесь спрятан пункт связи, который может подать сигнал для взрыва на базе. Где бы ты его спрятал?

– Пункт связи? – задумался Рифкат.

– Угу, замаскированный, незаметный, но чтобы к нему получилось быстро получить доступ….

– Можешь не продолжать, – прервал меня Чуватов и его глаза блеснули озорством, – этот день войдёт в историю, командир.

– Ты о чём? – не понял я. – Какую ещё историю?

– Не важно, – махнул рукой Рифкат, и его некрасивое лицо озарила широкая улыбка: – ты на нём стоишь, командир.

– Стою? На… – Рифкат стукнул каблуком по полу и тот издал металлическое дребезжание, а я всё моментально понял.

Вдвоём мы осмотрели пол. Нашли на стыке со стеной щель, и я просунул туда видеокамеру на гибком кабеле из штатного набора сапёра. Убедившись, что под стальным листом пустота, и нет никаких взрывоопасных сюрпризов, мы ухватились за край и дёрнули на себя.

Раздался скрежет, и лист слегка выгнулся. Сразу стали заметны петли – люк открывался с другой стороны. Мы переместились, и под серьёзным взглядом Джека нашли замок. Взломать его труда не составило, хватило удара ногой.

Пульт управления размещался в небольшом углублении. В разные стороны от него отходили разноцветные провода. Они вились по дну ниши и скрывались в шурфах в толще камня.

– Далеко не должны уйти, – задумчиво пробормотал Рифкат, – сейчас прозвоню.

Он снял со спины боевой рюкзак. Достал небольшой сканер, подключил к нему щуп и стал тыкать им в пол.

– Металл экранирует сигнал, – пробормотал наш связист и стал что-то подкручивать, – усилим частоту, ага, а вот и ты.

Он бурчал что-то себе под нос и уверенно шёл к гермодвери, которая вела из отсека. Остановился около неё, провёл щупом по стене и, отложив сканер в сторону, вскрыл панель управления дверью.

– Бинго, – весело заявил он, оборачиваясь ко мне, – хитрая схема, они подключились к системам управления доступом, любая панель управления выступает, как источник сигнала.

– Ты хочешь сказать, что у нас тут сотни потенциальных передатчиков?

– Нас могли через них подслушивать? – неожиданно спросил Джек.

– Да, – кивнул Рифкат мне, затем ответил Роджерсу: – работают только на передачу сигнала, не на приём.

– Так, Риф, – потёр я подбородок, разрываясь между желанием обезопасить базу или получить дополнительный козырь в рукаве. Козырь победил. – Проверь, нет ли дублирующих схронов, и уничтожь их, а управление сигналами переделай на себя, – распорядился я.

– С радостью, – улыбнулся Рифкат и вернулся к вскрытому нами люку, а я отправил Гвоздю приказ, найти все закладки взрывчатки.

Ему вместе с Феей надлежало не уничтожать их, а нанести на наш план базы. Всё-таки негоже ломать плоды чужого труда, надо ими пользоваться. Пираты создали ловушку для тех, кто захватит астероид, хотели устроить противнику весёлую жизнь. Теперь эта ловушка будет за нас. Главное понимать её масштабы.

– Мы тебе нужны? – уточнил я, наблюдая, как Риф колдует над секретным пультом управления.

– Нет, на ближайший час мне никто не нужен, – ответил Рифкат голосом увлечённого работой человека, и я не стал ему мешать, коснулся плеча Роджерса и отвёл его к кубрику Лафита.

– Получается, что мои люди не виноваты? – спросил Джек, когда мы остановились.

– Получается, что да, – ответил я, присаживаясь на стул Прухи и с наслаждением вытягивая ноги. – Можешь выдохнуть и порадоваться.

– Чему радоваться? – нахмурился Джек и переступил с ноги на ногу, – получается, ты за малое время раскрутил это дело, а Разумовский ни хрена не сделал, лишь обвинил моих парней.

– Всё позади, Джек.

– Ты не выглядишь уверенным в этом, как будто раздумываешь ещё.

– Это потому, – я поднял на него взгляд и тяжело вздохнул.

Только сейчас, когда решил, казалось бы, важный вопрос, я понял, как сильно устал и вопрос на самом деле не такой уж и важный. Вернее, он открыл кучу ещё более сложных и неотложных вопросов, а сил на них уже нет.

– Это потому, что попрошу тебя не рассказывать об этом. – И пока Джек не начал возмущаться, добавил: – в начале собрания мне нужна будет твоя помощь. Надо устроить небольшое представление.

* * *

– С другой стороны, Лафита же мы в вашей системе поймали, – пожал плечами Разумовский, когда мы, где-то час спустя, наконец-то собрались на общее собрание в кубрике Роджерса.

– Но он был торговцем, – возмутился Микки Джексон.

– И все документы у него были в полном порядке, – оглаживая густую бороду, буркнул в поддержку товарища Джим Ингерсон.

Они с Микки, один специалист-механник общинников, а другой инженер бортовых систем, пришли на совещание вместе с Роджерсом. Джек представил их, как своих замов и ближайших соратников.

– Документы, кстати, имели штампы и печати, в том числе и вашей Империи, – почуяв дружеское плечо, выпалил Микки и, уставив на Разумовского палец с чёрной грязью под ногтями, пошёл в контратаку: – и они были настоящими, голограммы, со всеми видами защиты.

– Значит крот у вас, а не у нас, – подхватывая наступление товарища, одобрительно загудел Джим. – Кто-то же подтверждает документы с вашей стороны, а наших парней не трожьте, они и так пострадали.

Его посыл был ясен. Общинники дружно защищали раненых охранников, отрицая их причастность к взрыву на складе с припасами продовольствия. И это при том, что Джек ещё никому, ничего не говорил.

– И у нас, несомненно, – Клим, словно отталкивая претензии, выставил перед собой ладони, – но он там, в Империи, и работа по нему ведётся, возможно его уже схватили, а здесь, – Клим опустил одну руку на столешницу, а на другой выставил палец и указал на Микки, – здесь слабое звено только в ваших рядах.

– Это ещё почему⁈ – Микки вскочил на ноги, а его стул с громким скрипом грянулся на пол. – Потому что мы недоразвитые, да? Типа у нас индекс развития маленький? Не супермены?

– Эй, Микки, ты чего, – даже Джим удивился и уставился на своего приятеля, – не об этом же речь.

– Действительно, господин Джексон, – взял слово Марк Игнатьевич, коллега и помощник Разумовского. Он сидел по правую руку от Клима, как раз напротив Джима Ингерсона. – В наших рядах не может быть предателя. У нас всего два подразделения. Бойцы ОМОНа и агенты тайной канцелярии.

– Ага, ага, и ваши бойцы как раз оказались в открытом космосе, доставали ту жестянку, – оскалился Микки, – удобно вышло, да?

– Что вы такое говорите⁈ – Теперь на ноги вскочил Клим, также уронив стул на пол. Он сжал кулаки, а лицо его раскраснелось. – На что вы намекаете? Да, как вы можете так говорить⁈

Клима трясло. Прям конкретно так потряхивало, а изо рта, при каждом слове, брызгали слюни.

– Лейтенант Туров, мой друг, чуть не пожертвовал собой, защищая ваши жизни, – горячился Клим, то указывая на меня, то на Гвоздя, который пришёл вместе со мной. – Ростислав болтался больше часа в открытом космосе. Его бойцы организовали охранение, добывали секретную технологию врага. Тоже с риском для жизни между прочим. А вы говорите, что удобно получилось? На что вы намекаете, я вас спрашиваю?

– На что я намекаю⁈ – Микки Джексон не испугался напора Разумовского, наклонился вперёд и опёрся руками о столешницу. Плечи его напряглись, лицо налилось кровью и он, тоже брызжа слюной, продолжил: – на вас троих намекаю!

– Совсем ополоумел, хрыч старый? – взлетел со стула и Марк Игнатьевич, – какие твои доказательства?

– Ваши доказательства где? – поддакнул Клим, – нет их? Значит это поклёп и провокация!

– А почему ваша дама сидит спокойно и не возмущается, что её обвинили в предательстве? – неожиданно громко, перекрывая голоса орущих, спросил Джим Ингерсон.

Все трое спорщиков тут же проглотили готовые сорваться с губ слова и уставились на третьего коллегу Клима – Алису Сергеевну.

Девушка сидела слева от Клима, залипала в своём инфопланшете и, казалось, вообще не слышала, что происходит. По крайней мере, она никак не реагировала на крики, вскакивание на ноги и падение стульев.

– Да ну бред, – пробормотал Клим.

– Это полная чушь, – согласился с ним Марк Игнатьевич.

– А может она просто надеется, что пронесёт, – парировал Микки Джексон.

– Алиса Сергеевна, скажите этому старику, что он ошибается, – велел девушке Клим, но она его проигнорировала. Даже не посмотрела на него.

– Алиса Сергеевна? – Клим наклонился к ней и тронул за плечо.

– А? Что? – внезапно громко воскликнула девушка и подскочила на стуле. Клим отпрянул от неё назад. Планшет из её рук вывалился на стол, а сама Алиса посмотрела испуганными глазами на Разумовского.

– Алиса Сергеевна, – повторил Клим тихо, – вы чего?

– А? Что? Секунду, – девушка хлопнула себя по лбу и вытащила из ушей микронаушники, – простите, Ваше высокоблагородие, ничего не слышала, увлеклась взломом доспеха бритов.

– Вот и ответ на ваш вопрос, – взмахнул руками Марк Игнатьевич, обращаясь к Микки.

– Какой вопрос? – девушка обвела всех взглядом.

– Уже не важно, – пробормотал Клим, – возвращайтесь к работе, Алиса Сергеевна.

Девушка пожала плечами. Вернула наушники обратно и снова погрузилась в происходящее на экране инфопланшета.

– Вот и выходит, что предатель среди вас, общинников, – подытожил Марк Игнатьевич, поднимая с пола стул и усаживаясь за стол.

– Что за бред вы несёте? – спокойно проговорил Микки Джексон, запал его гнева прошёл, в голосе даже появилась неуверенность. – Это же ничего не доказывает.

– Ещё как доказывает, – победно вскинул голову Клим, вашей системе безопасности надо лучше работать.

Микки Джексон аж поперхнулся от такой наглости со стороны Разумовского. Он закашлялся, хотел было что-то сказать, но Роджерс, по моему сигналу, придержал его и заговорил сам:

– Кому надо лучше работать, так это вам. Ростислав вернулся на базу и сразу же провёл расследование, – говорил Джек тихо, но слова срывались тяжело, я буквально кожей ощущал, что он еле сдерживается, чтобы не накричать на Разумовского. – Взрыв организовал Лафит, вот файлы по этому делу.

Джек положил перед собой инфопланшет и толкнул его к Разумовскому. Тот недоумённо посмотрел на меня, на Роджерса, и взял гаджет в руки.

– Взрывчатка в стене, тайная панель управления, ключ-код от гермодвери кубрика, – быстро прочитал Клим и посмотрел на меня, – так вот почему ты так задержался, проводил расследование. Но почему не сказал? К чему эти секреты?

– У меня такой же вопрос, – напрягся Микки и обратился к Джеку, – почему вы не сказали об этом сразу? Что за секреты, Джек?

– Так надо было, Мик, – проронил Роджерс и посмотрел на меня, – Ростислав просил так сделать, а зачем, он сейчас объяснит.

Эх, ну всё, закончилось моё участие в собрании, как зрителя. Пора брать нить беседы в свои руки…

– Почему, Рос? – не дождавшись ответа, пвторился Клим.

Потому что хотел столкнуть вас лбами. Послушать, как вы будете кричать, вдруг кто-то выдаст себя. Потому что среди нас и правда есть предатель. Кто-то же отравил общинника, отвлекая Лизу, а потом покушался на Пруху. Вот, что я мог ответить.

Да-да, среди нас точно затесался агент пиратов. К такому выводу я пришёл, когда осознал всю глубину проблемы, в которой мы оказались. Так точечно ударить можно было только при тщательном планировании.

Сами посудите, мы окопались на базе пиратов. Успешно выбили пиратов и двух невидимок. Дали им прикурить так, что они вряд ли сунутся снова. Припасы у нас есть, выживший корабль пиратов ещё неизвестно когда приковыляет. Да мы в дамках! Готовы ждать «Злого» неделю, две, месяц, если потребуется. Но кому-то это не подходит. Кому-то не хочется ждать наш корабль, а хочется нового столкновения с пиратами.

Кто этот кто-то я, естественно, не знал. Это точно не проделки Клима, хоть он и готов пойти на многое ради поимки своего таинственного агента. Тут уж, скорее всего, в наши ряды сам «Тень» и затесался.

Мне эта мысль пришла в голову, когда открывал люк в полу вместе с Чуватовым. Это же идеально. Всё логично укладывается. Сначала Клим чудил в своём желании схватить резидента, а потом, когда мы оказались на ГДРСП, сам агент стал вставлять палки в колеса.

В эту версию укладывалось и то, что оба агента Разумовского, и Алиса, и Марк Игнатьевич, были, вроде бы и на виду, да не совсем. Они постоянно куда-то пропадали и занимались чем-то неизвестным. Плюс ко всему этому Алиса отличный хакер, и была задействована Климом для взлома базы данных пиратского корабля.

Правда, тут был и минус. Проверку агенты Тайной канцелярии проходят серьёзную. Да и Разумовский, хоть и раздолбай, но выбирал самых надёжных….

Но существовала и вторая версия. «Тень» мог быть здесь и не замешан. Клим прав, Лафита мы взяли в системе ГДРСП, он торговал с общинниками. Значит, на их станции мог окопаться человек пиратов. Пусть Джек и рассказал про серьёзные проверки, но они, всё же, не исключали такой возможности.

Если это так, то именно этот человек мог внедриться в команду Джека и строить нам козни. В пользу этого говорил тот факт, что Роджерс брал с собой только добровольцев. Тогда получалось, что во всех предыдущих странных событиях вина висела на Климе, собственно он в этом и признался мне ранее, а взрыв на складе – это происки Лафита и его человека, который отвлёк Лизу.

Блин, аж голова кругом от этих теорий. Но делать нечего, я уверен, что предатель есть. Более того, мне кажется, что он ещё и сталкивает нас всех лбами, чтобы внести разлад в наши ряды. Чтобы мы подозревали друг друга, кучковались по сторонникам и ставили друг другу палки в колёса. Такая атмосфера идеальна для работы лазутчика. Как по учебнику действует, гад.

Но доказательств у меня не было, даже наличие предателя я мог обосновать лишь косвенно. А потому не хотел, чтобы предатель знал, будто мне о нём известно. Пусть расслабит булки, выждет нужное ему время и рискнёт снова нанести удар. Вот тут-то мы его и поймаем.

Вот что я мог ответить на вопрос почему, но вместо этого обвёл всех взглядом и легонько стукнул по столу кулаком.

– Почему сразу не сказал? – повторил я вопрос Клима, – да, чтобы вы тут наорались спокойно, вылили всё раздражение, и мы смогли поговорить конструктивно. Такой ответ тебя устроит?

– Эм, я….

– Вот и отлично, а теперь подними стул и садись, – сказал я твёрдо, мне было необходимо закрутить гайки в нашем обществе. – Ты тут единственный на ногах, не прилично как-то.

Клим поджал губы. Послушно поднял стул, уселся, и, ожидая продолжения, молча уставился на меня. Я убедился, что все поняли, кто тут старший, что внимание всех, кроме Алисы приковано ко мне, и, откашлявшись, сказал:

– Господа, меня крайне удручает, что в моё отсутствие у вас творится бедлам. Каждый из вас тянет одеяло на себя и пытается показать, кто тут главный.

Снова обвёл всех взглядом и заметил, как усмехнулся Микки, глядя на Разумовского, как поморщился Марк Игнатьевич, а Джек согласно кивнул.

– Вместо того, чтобы работать сообща, вы страдаете не пойми чем, – продолжил я, – бросаетесь обвинениями и вносите разлад в наш коллектив.

– Но это разумные….

– Сейчас я говорю, Клим, – оборвал я оправдания Разумовского. – У нас тут военное положение, а, значит, первое: в моё отсутствие вы слушаетесь Гвоздя. Он мой зам, и я оставлю ему все нужные инструкции. Второе: вопрос со взрывом закрыт, виновный установлен, и это Лафит. Если надо, можем его допросить, но это потеря времени. Вопросы?

Тон я подобрал жёсткий и командный, попытался скопировать Мангуста на плацу. И, судя по реакции Разумовского, у меня получилось.

– Нет вопросов, – обиженно буркнул Клим.

– У нас тоже нет, – мотнул головой Микки Джексон, и в голосе у него проскользнула нотка веселья.

– У меня есть, – неожиданно сказал Гвоздь, – как понимать, что я главный в твоё отсутствие? Какие ещё инструкции?

Нда, неудобно вышло, надо было ему перед собранием сказать, да времени не нашлось. Весь час до собрания Гвоздь с Феймахером искали взрывчатку, а я умудрился перекусить и принять очень важное решение.

– А это третье, – вздохнул я, – самый важный вопрос нашей повестки – отсутствие провизии.

– На пару дней хватит, – тут же отчитался Джек, – если уменьшить норму, то и на все пять растянем.

– Это не вариант, – взмахом руки отмёл я его предложение, – моим бойцам необходимо усиленное питание, вдруг бой, так что и на день не хватит.

Это, если не говорить о том, что предатель мог отравить оставшиеся запасы.

– А какие варианты? – развёл руками Джек, – мы в открытом космосе, штурмовать пиратские корабли? Так это распыление сил, да и далеко они.

– Нет, штурмовать корабли мы не можем, эффекта неожиданности больше нет, а у них развёрнуты системы ПВО, – я достал инфопланшет и вывел галлограмму базы пиратов. – Но мы можем проникнуть на два связанных с нами астероида и устроить налёт на пиратские склады с провизией.

– Кхм, как вы себе это представляете? – спросил меня Марк Игнатьевич, – там осталось отделение бритов, и в таком случае вы поменяетесь с ними местами. Они просто уничтожат вас, пока вы будете идти в коридоре спицы.

– Это если атаковать в лоб, – согласился я с ним, – но есть план лучше, я переоденусь в скафандр пиратов, проберусь через одну из шахт к ним на астероид и устрою диверсию….

– Но это самоубийство! – не удержался Клим, – ты совсем сбрендил? Да тебя засекут и убьют. Там же этот, ваш невидимка.

– Я согласен с болтуном, – Гвоздь неожиданно встал на сторону Клима. – Это безумие, Тур.

– Полнейшее безумие, – поддержал его Джек.

– Я это понимаю, – я постарался улыбнуться как можно беспечнее, но получилось слабо. – У нас нет иного выхода, господа. Либо так, либо медленная смерть от голода.