Текст книги "Лейтенант империи. Часть четвертая (СИ)"

Автор книги: Александр Четвертнов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 15 страниц)

Лейтенант империи. Часть четвертая

Пролог

– У нас всё готово, командир, – доложил Гвоздь, стоило нам с Гусаром добраться до его позиции. – Пиратов мы выдавили, они бежали в жилые астероиды, а Фея с командой закончил минирование обоих перемычек, чтобы они не подошли без потерь.

– Отличная работа, Анджей, – кивнул я, и осмотрел труды своих бойцов. Вернее части из них.

Наш астероид был соединён с остальными двумя стальными спицами-переходами, и отделение разделилось на два отряда, чтобы перекрыть каждый из них.

В данный момент бойцы нагромоздили поперёк прохода какое-то битое оборудование. Притащили откуда-то выломанные створки гермодверей, и, соорудив из всего этого баррикаду, устраивали на ней пулемётные гнёзда и огневые точки.

– На втором проходе всё также, – проследил за моим взглядом Гвоздь и указал на стальные ящики. – Боеприпасы и пороховое оружие тоже подтащили, так что, к бою готовы.

– Скорее к бойне, – подошёл к нам Татарин, – мы ж полторы сотни выдавили отсюда вообще без проблем. Никакого сопротивления. Зачем остановились, не понимаю, можно было продолжать и дальше брать остальные районы базы.

– Азарт – страшная штука, Гадел, – поморщился я, откидывая крышку одного из оружейных ящиков, где лежали снаряженные рожки для древних автоматов. – Мы же не знаем, кто там, и какое у них оружие. Вдруг, есть что-то сопоставимое с нашим.

– Откуда? Это же пираты.

– Но базу-то они как-то построили, – сказал я и по глазам остальных понял, никто кроме меня с Лизой и Алисой об этом так и не задумался.

– Эм, – почесал голову Гадел.

– А это хороший вопрос, Тур, – задумчиво кивнул Гвоздь, – думаешь, мы столкнёмся с ответом на него?

– Возможно, – ответил я, доставая древнюю винтовку и накидывая на доспех такую же древнюю разгрузку. – Главное, сейчас у нас преимущество. Удобные позиции и современное оружие, и главное, сохранить его до нужного момента.

– Это мы помним, – Гусар тоже взялся за древний автомат. – Работаем пока с этим….

– Командир, Тур, – внезапно вышла на связь Алиса. – У меня две плохих новости и одна хорошая.

Ох уж эти женщины, даже на войне говорят загадками.

– Давай с плохих.

– Они отключили камеры видеонаблюдения на остальных базах, и я теперь не могу за ними наблюдать. А вторая, судя по тому, что до этого они двинулись к переходам, то атака начнётся совсем скоро, и их много. Очень много.

– Принял, готовимся, фею срочно назад, – махнул я Гвоздю и он, кивнув, стал отдавать команды на другом канале. – Алиса, а хорошая новость какая?

– Кажется, я нашла ответ на вопрос, как пираты построили базу, – сообщила девушка, – за минуту до отключения камер я засекла вот это. Пересылаю.

Я достал инфопланшет, и мы с ребятами увидели на экране отряд бойцов в современных пехотных доспехах, а не в устаревших скафандрах.

– Торпеду им в грызло, – проворчал Гусар, – Бриты!

– Дюжина, а сколько в кадр не попало? – протянул Гвоздь и посмотрел на меня.

– Надеюсь нисколько, нам и этого за глаза, но это не самое главное, – я встретился с ним взглядом и, подняв коммутатор повыше, увеличил изображение и указал пальцем на отражение на визоре одного из бритов, – никого не напоминает?

– Да твою ж дивизию, – выругался всегда сдержанный Гадел, и мы все были с ним согласны. Пусть и смутно, не чётко, но в отражении угадывался боец в среднем доспехе. Доспехе, который мы однажды окрестили, как невидимка.

Глава 1

В древних разгрузках на современных доспехах бойцы морской пехоты были похожи на помесь Рембо и Робокопа. Этакие Роборембо. Автоматический камуфляж из проявившихся зелёных полосок только усиливал сходство.

– Камуфляж на «космостанцию» поменяйте, – приказал я, рассматривая схемы базы пиратов. В свете новой информации о невидимке наша оборона, в моих мыслях, сыпалась ещё до атаки противника.

– Она не такая крутая, – возмутился Фея, разглядывая сменивших окрас сослуживцев. – Нас же от переборок не отличить. – Он подошёл к стене и замер, – вот так, разгрузку, будто на гвоздик повесили, как фоторамку.

Звук удара ладони о забрало был ему ответом. Гусар просто хлопнул пятернёй себя по визору и медленно провёл ей вниз.

– Ты удивишься, но в этом вся суть маскировки, – покачал головой Гвоздь.

– Но разгрузка нас демаскирует, – взмахнул руками Фея.

– Это да, надо перекраситься, – кивнул Анджей и, не дожидаясь меня, скомандовал: – покрасить вручную.

Защёлкали автоматические карманы и в руках бойцов оказались баллончики из штатного набора маскировки. Пиликнули системы калибровки цвета. Зашипели распылители, и разгрузки стали приобретать цвет камуфляжа доспеха.

Отличная приспособа, кстати. Одного такого баллончика хватает на дюжину покрасок. А у нас их у каждого два.

Сам я не выполнял команду. Занят был. Так что меня красил Анджей.

– Ты там всё заминировал, точно? – спросил он у Феи, когда закончил с моей разгрузкой.

– Я ж доложился, – пожал тот плечами и продолжил распихивать по карманам взрывчатку и гранаты из ящиков.

– Я проверить не могу, потому переспрашиваю.

– Да-да, всё заминировал, – отмахнулся Хирш ручной гранатой, – там и муха не пролетит, всё в растяжках и датчиках движения, что уж о невидимке говорить.

– Оба туннеля?

– Оба, – кивнул Феймахер, – мне Арфа и Терпение помогали, и Бобёр.

– А Бобёр то чем помогал?

– Тащил на себе взрывчатку и ныл, что мы слишком много её расходуем, – буркнул Фея. – Давайте позывной ему сменим на Прапор?

– Совсем окаптёрился Бобрина, – покачал головой Анджей и посмотрел на меня, – что думаешь, Тур, назначим его на должность?

Я пожал плечами.

– Мангуст как-то обмолвился, что мы теперь проходим не как отделение, а взвод, так что не вижу никаких препятствий. Тем более давно пора распределить штатку в подразделении.

– Чур меня на продовольствие, – оторвался от ящика с боеприпасами Гусар.

– Э, не, ты у нас по медицине уже проходишь.

– Досадно, но ладно, – ни капли не расстроившись, Гусар снова склонился над ящиком и стал набивать пороховыми патронами рожки для автомата. – Кстати, а мы перекусить успеем до атаки?

– Да вы нормальные⁈ Одна жратва и должности на уме! Вас же сейчас убьют всех!

– Это Лиза, да? Точно Лиза! – раздался голос Алисы по связи, а к нам, из-за угла, выскочила Елизавета в простом скафандре пиратов.

– А ты здесь, что делаешь? – воскликнул я.

– Я помогать пришла, – гордо подбоченилась Лиза, – а вы тут ерундой….

– Да не ты, – отмахнулся я от девушки, которую уже минут как пять засек поисковой техникой, – Алиса, ты откуда на этой частоте?

– А что? – пришёл ответ по связи, – мне скучно, а у вас такие беседы интересные. Ты бы слышал, как на другом канале радовался этот ваш Бобёр, что его каптёром назначат. И вообще, а, что я? Вот вы, что? Лиза права, бой вот-вот начнётся, а вы чушь какую-то несёте, будто на пикник выбрались.

– Чушь? – хмыкнул я, – а, что, по-твоему, мы должны делать? Метаться из стороны в сторону и кричать, что все умрём?

– Ну не так, конечно….

– Именно! – воскликнула Лиза – хотя бы подготовиться к бою, а не это вот всё….

Она обвела вокруг рукой и замолчала. Сквозь стекло шлема было видно, как ее глаза хлопают от удивления. Не удивительно, ведь, это за углом стоять – ничего не видно. А тут она разглядела, что позиции готовы, а бойцы добивают последние магазины и готовят гранаты под руку.

– Что там, что? – жадно спросила Алиса, – что она там увидела?

– Так, женщина, – не выдержал я, – от чего тебе скучно? Что там у Марисы с Полом?

– Всё в полном порядке, – бодро ответила Алиса, – Добивают движки кораблей, и сбили пару истребителей. Больше не взлетали пока.

– Женщина, у тебя других дел нет? – пока Алиса рассказывала мне про Марису, Гусар поднялся от ящика и подошёл к Лизе. – А ну пошла отсюда в медотсек и приготовься к работе.

– Я здесь больше пригожусь….

– Ты здесь будешь только мешаться!

– Я….

– А ну вернись назад, я сказал, – надавил Гусар голосом, – быстро!

Лиза поморщилась, будто одним махом слопала целый лимон. Нахмурилась, а Гусар положил руки ей на плечи, развернул и продолжил:

– Иди, иди, я сказал.

– Я….

– Вот и славно, иди, женщина. Быстро, – он подтолкнул её в спину и девушка, понурив плечи (даже в скафандре заметно было), просеменила за угол, но потом тут же вернулась.

– Я боюсь за тебя и за Тима, – прошептала она, хотя скафандр этот шепот усилил, и вышло, будто обычным голосом сказала. – Даже за Турова переживаю, за Фею, за всех! – сорвалась она на крик.

– Так, отставить истерику, – вмешался я, подшагивая между ними. – Лиза, у нас в каждом переходе мины, есть датчики движения и камеры наблюдения. Внезапно на нас никто не нападёт. А когда нападут, то у нас оборудованы рубежи обороны, сама видишь.

– Но я медик….

– Здесь медиков достаточно, а там, буде что серьёзное, без тебя никак. Ты наш тыл, понимаешь? Не дай Бог, кто серьёзно пострадает, то сразу к тебе, причём с каждой позиции. Так что ты должна быть в своём новом медотсеке. Понимаешь? А то Арфа пришлёт кого, а тебя нет.

– Хорошо, – кивнула Девушка и осторожно, как-то робко, словно сомневалась, сделала шаг назад. Посмотрела на всех нас, задержала взгляд на Мише Гусарове. Что-то ему прошептала одними губами и, развернувшись, вновь исчезла за углом коридора и пошла дальше, в обитаемую часть базы.

Проводил её поисковой техникой и посмотрел на Гусара.

– Совсем от рук отбилась, – раздражённо хмыкнул тот, – воспитывать надо.

Ничего ему не ответил. Отношения в их любовном треугольнике всё ещё оставались для меня загадкой. Потому я лишь покачал головой и посмотрел на Анджея.

– Узнаю этот взгляд, – посерьёзнел он, – мы что-то упустили?

– Угу, – буркнул я и вывел на планшете планы базы, – мы перекрыли переходы, но внутри, а снаружи у нас только несколько ремонтных роботов и всё.

– Фею мне в шурины! – удивился Анджей, а вскинувший голову Хирш, решил никак не комментировать его слова и снова закопался в ящики со взрывчаткой. – Думаешь, бриты по обшивке к нам пойдут?

– Вполне, – поморщился я, – мы же думали только о пиратах, вот и заложили на оборону в открытом космосе только роботов.

– А тут невидимка, – понимающе кивнул Анджей.

– А тут невидимка, – кивнул я.

Повисло напряжённое молчание.

А каким ему еще быть, этому молчанию? Я и так уже находился в изменённом состоянии сознания. Распараллелил сознание на несколько потоков. Один отслеживал данные с камер наблюдения в коридорах соединительных спиц, которые установил Фея. Другой изучал схемы базы и перепроверял наш план. Третий ориентировался на месте, готовил к бою оружие, а четвёртый, до недавнего времени, следил за Лизой через поисковую технику. Тяжко это всё, если честно. Мне ещё и внутреннюю силу приходилось поддерживать в боевом состоянии, чтобы татухи светились, как надо.

– Что делать будем? – не выдержал Гвоздь.

Остальные бойцы не спешили лезть в наш разговор. Гадел хотел было что-то сказать, но Пруха толкнул его в бок – мол, командиры сами разберутся, – и они увлекли всех остальных к прежнему занятию с боекомплектами.

– Разместим в космосе двух снайперов, – поделился я пришедшим в голову решением. Видимо, четвёртый поток сознания отвлёкся от Лизы, и совместно со вторым родил идею. Иначе не могу объяснить, почему раньше об этом не подумал.

– Двух? – переспросил Гвоздь.

– Ага, готовь свою винтовку, – кивнул я, и стал сбрасывать с себя древнее оружие и разгрузку. Затем начала переоборудовать свою «Метелицу» под работу снайпера. Накрутил удлинитель ствола, проверил прицел, сменил газоотводный резервуар.

Анджей не отставал от меня. У него была такая же «Метелица», ведь он, как и я, проходил снайперскую подготовку. Ещё до нашей первой практики. А ещё Анджей, как и я, имел за плечами курсы инженерно-сапёрного дела. Потому я кивнул ему на ящик с взрывчаткой и приказал:

– Бери всё, что нужно, заминируем шахты для спуска.

Анджей ничего не ответил, только кивнул. На флоте не принято было говорить вслух о возможной гибели. Но он прекрасно понял, что я хотел сказать. Если кто-то из нас погибнет, то удар по остальным не должен стать незамеченным. В худшем случае, просто обрушим шахты для выхода в открытый космос. В лучшем – заберём с собой кого-то из бритов. А то, что мы вернёмся назад – это превосходный случай.

Сборы заняли секунд пятнадцать. Гвоздь побежал ко второй спице, а я, убедившись, что бойцы на местах и в полной боевой готовности, предупредил, чтобы за мной не ходили (сначала пустили Фею, если всё же соберутся) и открыл неприметный шлюз в скальной толще метеорита.

Шахта встретила меня каменной пылью и блестевшими в лучах нашлемных фонарей стальными перекладинами лестницы, которые уходили куда-то вверх, в кромешную тьму.

Связь исчезла, стоило створкам шлюза захлопнуться. Сразу под ними, на узкой, крохотной площадке я установил несколько мин и полез вверх. Тьма постепенно отступала. Она как будто перемещалась через скальную породу. Уходила сверху и появлялась внизу. Через каждые пятнадцать метров я делал остановку и ставил мины. Ставил по разному. Не только на движение, или с лазерной наводкой, но и протягивал тонкие тросики от детонаторов к стене.

Всего вышло десять закладок, затем я упёрся головой в очередной шлюз. В этот раз не автоматический, а с круглым запорным вентилем по центру. Вентиль поддался легко, даже не пришлось подключать дополнительные усилия в доспехе, и я оказался на поверхности метеорита. Сразу же появилась связь.

Первым делом увидел на визоре, что у ребят уже всё началось. Пираты пошли на прорыв по коридорам спиц. Враги пустили вперёд несколько странного вида машин с бурами, и умудрились собрать на них первую партию взрывчатки от Феймахера. Естественно машины подорвались и, перекрывая дорогу, намертво встали посреди коридоров. Пираты укрывались за ними и стреляли по нашим позициям.

– Татрин, Арфа, доклад, приём, – выдал я в эфир и полностью вылез из люка.

Здесь не было ни притяжения, ни стальных листов (как на полу базы внутри метеорита), к которым можно было бы примагнититься ботинками. Потому я достал из кармана доспеха пистолетик со специальной стрелой. Прикрепил его себе на пояс и отстрелил стрелу в метеорит.

Стальной снаряд пробил камень, разошёлся, закрепляясь внутри него, в разные стороны, а между нами натянулся тонкий, но очень прочный тросик.

– Они атаковали пару минут назад, – пришёл ответ от Гадела с Арфой. Машины мы остановили, их пули до нас с трудом долетают. Бритов не видели.

Хорошо, что пираты застряли где-то по центру спиц. В идеале, дальше они не должны двинуться. Но буровые установки… о них я не знал. Как танки они, конечно же, никакие, но у противника теперь есть хорошее укрытие. Даже, если подбить машины из РПГ, они сгорят, но остовы-то никуда не денутся.

Я захлопнул люк и посмотрел на спицы, которые скрепляли астероиды. «Тысяча пятьдесят два метра», – услужливо сообщила система доспеха, а я смог оценить довольно хорошую видимость. Не как днём на планете, конечно, но света от местной звезды хватало, чтобы не бродить в потёмках. Лишь кое-где падали тени от других далёких астероидов. Такие места были похожи на чернильницы, которые забыли закрыть. Идеальные места для засады.

– На месте, ай, напугал! – пришёл по связи возглас Гвоздя. Он вылез из своей шахты, на обратной от меня стороне астероида, и столкнулся с роботом-пауком, которого я подогнал к люку. Рядом со мной тоже уже стояло две боевых машины.

– Выбери несколько позиций, с которых видно люки на обеих спицах, – дал я команду своему заму, – обозначь их мне, а робот углубит их, чтобы закрепиться. Только осторожно, вдруг Бриты уже здесь.

– Есть, – произнёс Анджей, как и я ранее, закрепился тросиком к поверхности астероида и стал осторожно осматриваться. Я последовал его примеру.

Четыре лёжки нужны, чтобы менять позиции. На таком расстоянии бой не будет долгим. У нас, конечно же, нет полного комплекта модулей для доспеха, они остались на борту Злого. Потому, без реактивных ранцев мы не сможем за пять прыжков домчаться до врага или стремительно маневрировать. А вот у врага они могут быть.

Только на расстоянии в километр это роли не играет. Метелица в режиме снайперки пробьет доспех противника раньше, чем тот приземлится и прыгнет второй раз. Если у врага индекс не под пятьдесят пунктов, конечно же. В таком случае нам проще самим застрелиться.

Но отметём пораженческие мысли. Будем надеяться, что невидимка окажется не больше сорока-сорока пяти единиц по силе. Тогда мы сможем продержаться здесь долго. Очень долго. И главную скрипку в таком удержании позиций играет незаметность и наличие новых укрытий, если старые обнаружат. А учитывая, что мы в космосе, то заметить нас можно только в трёх случаях.

Первый связан с оружием. Здесь нет атмосферы, потому выстрел из метелицы окажется невидимым, без следов от пули (сила трения отсутствует напрочь). Значит выдать нас может только плазменная вспышка, если газоотводный резервуар выйдет из строя.

Второй случай связан с доспехом и его теплоизоляцией. Её хватит на три часа, потом внешняя броня нагреется, и мы превратимся в новогодний фонарик. Но даже так у нас есть все шансы затихариться. Раскидать тепловые обманки, а самим использовать накидки для дополнительной теплоизоляции.

Ну и третий случай – банальный и самый реальный – тактическая система врага заметит наши резкие движения.

Вот на такие случаи и нужны запасные лёжки-окопы, чтобы сменить позицию и затаиться.

Хех, а иронично получается – мы здесь тоже почти невидимки, подумал я, когда разместился плашмя в первом ложементе, а один из роботов уже углублял второй. Управление машинами проходило на параллельном потоке сознания, и я мог спокойно не только осматривать окрестности, в поисках Бритов, но и думать о всяком разном.

Например о том, что открытый космос красив. Бездонная чернота, уходящего в бесконечность покрывала пугала, а миллиарды рассыпанных на нём звёзд завораживали. И всё это одновременно! Ужас и восхищение вперемешку – коктейль, который просто срывает крышу. Заставляет задуматься о жизни.

Вот мы всё думаем, кто и как создал наш мир. Планету, животных, деревья, горы, океаны. Верующие говорят о величии Бога, атеисты возводят хвалу эволюции и силам природы. Но, что они подразумевают под природой? Нашу планету? А космос, вселенная? В них нет природы. Природа, это что-то связанное с конкретным местом, с планетой. Как и эволюция – процесс развития в определённом месте. А кто создал вселенную? Как она появилась?

Большой взрыв? Но, разве, это не процесс? Не событие? А для него, разве, не нужна какая-то основа? Среда протекания там, подходящие условия? Катализаторы, детонаторы и прочие составляющие? Откуда всему этому взяться в пустоте? Значит, что-то было и до большого взрыва. Как минимум законы физики. А физика – это наука о материальном мире, о его законах, закономерностях и так далее. Значит, материя была и до большого взрыва. Следовательно, был и тот, кто её создал. Тот, кто сотворил большой взрыв, а через него и нашу вселенную.

Эх, сколько же мы ещё не знаем. Вроде, уже среди звёзд путешествуем, а так мало знаний. А тайн, чем дальше, тем больше. Эх.

– Машины двигаются, Тур! – раздался голос Гадела по связи. – Они двигаются.

Мысли в третьем потоке сознания исчезли, и я прикипел взглядом к изображению на визоре тактической системы. Буровые установки, застрявшие в коридорах спиц, двигались. Медленно, дёргано, но двигались. Будто их толкали рывками.

– Жгите из РПГ, – принял решение я, – гранат двадцать закидывайте до них, устройте там пекло.

– Есть, – отозвались Татарин и Арфа одновременно, а затем я увидел на экране множество вспышек от взрывов.

Обе буровых машины содрогались от прямых попаданий. Сталь на их обшивке плавилась. Да их, даже, отбросило-протащило назад. И тут меня осенило.

– Вот же я идиот, совсем забыл, чему учили! – воскликнул я в голос.

– Что такое? – всполошился Анджей и тут же добавил: – у меня чисто, люк врага закрыт, никто не лез.

– Алиса, – вместо ответа своему заму я обратился к помощнице Клима, – ты всё ещё можешь закрыть и заблокировать гермодвери во второй спице?

– Могу, – отозвалась девушка, – но ты же сам в плане указал так не делать, чтобы пираты разделились и шли по двум разным направлениям.

– Я передумал, надо сделать, – хмыкнул я.

– Но пираты с бритами смогут подобраться ближе и вскрыть створки, – не соглашалась девушка, – тогда мы потеряем преимущество….

– Сейчас это не важно, – улыбаясь во все тридцать два зуба, произнёс я, – мне надо выкурить невидимку на поверхность астероида.

– Неви… кого?

– Не важно, закрывай и блокируй, давай! Арфа, приём!

– На связи.

– Как только створки закроются, подрывай всё по левой стороне туннеля. Всё по плану «Б», Арфа, чтобы к чертям снесло перекрытия, и появилась дырень в открытый космос.

– Понял, сделаю.

– А потом останься там на дежурстве вместе с Щукой и Терпением, а остальных гони к Татарину.

– Есть.

– Татарин, приём, – перенёс я внимание на коридор Гадела, где медленно догорала буровая машина. – Продолжайте отстрел из РПГ, создайте там стену из пекла, чтобы они и помыслить не могли об атаке.

– У нас не так много осталось….

– Сейчас ребята подойдут, ещё принесут, и кого-нибудь на склад отправьте, просто бейте каждые секунд десять-пятнадцать, чтобы никто не полез.

– Закрываю створки, пять секунд, – сообщила Алиса, когда по коридору первой спицы вновь полетели снаряды из РПГ, а я начал медленный отсчёт до пяти.

Только досчитал, как обшивка второй спицы содрогнулась, резко выгнулась и разлетелась в стороны. В проёме мелькнуло пламя от взрывов и моментально погасло. От коридора осталась лишь одна переборка метров тридцать в длину, которая соединяла два огрызка бывшего прохода между астероидами.

– Там же сейчас разгерметизация, – протянул Анджей по связи.

– Ага, – согласился я, – сейчас у них тоже захлопнутся гермодвери и всех, кто не успел сбежать, вынесет наружу.

Только я договорил, как из обрубка коридора со стороны пиратов посыпались люди в скафандрах. Они летели хаотично. Кувыркались в пространстве. Бились всем, чем только можно о покорёженный стальной корпус спицы и отлетали от него в открытый космос.

Многие из них ещё были живы. Махали руками и ногами, раскинув их в стороны, словно морские звёзды. У кого-то из них всё ещё было оружие, но угрозы для нас они не представляли.

Старые комбезы без средств для маневра в открытом космосе стали их гробами. Совсем скоро у них закончится воздух, и они превратятся в космический мусор. Собственно, пираты и при жизни были мусором, так что для них ничего не изменится.

Несколько пиратов отбросило в сторону нашего астероида. Роботы пауки навелись, и открыли огонь. Этим повезло. Они погибли быстро.

– Блин, жутко, – протянул Гвоздь. – Умом понимаю, что сами виноваты, зслужили вроде бы, но, жутко….

– Угу, – меня тоже пробрало. Страшная участь. Я выделил тех, до кого мог дотянуться системой доспеха и дал роботам-паукам команду «огонь».

Уверен, поменяйся мы местами, и пираты смотрели бы, как мы задыхаемся. Но я не они. Не могу вот так обрекать их на страшную, мучительную смерть. Пусть они и мерзавцевы, всё равно не могу.

– Тур, а всё же, зачем нам выкуривать сюда бритов? – спросил Анджей по связи и тут же добавил: – ты не подумай, я не очкую, просто у меня люк открылся, и они наружу лезут.

– У меня тоже, не стреляй пока, – я убрал фокус сознания от управления роботами и приник к прицелу винтовки, – ждём невидимку, видишь его?

– Нет, – ответил Гвоздь, как и я наблюдая, за бритами. Они вылезали наружу и падали плашмя рядом с люком. – У меня уже пятеро, вижу реактивные ранцы на двоих.

– У меня тоже, – сообщил я, и тут в голове зажужжала пчела, да не просто зажужжала, а укусила меня в висок. Кольнуло так больно, что я выругался, дёрнул головой и замер. Замер потому, что увидел невидимку.

Средний доспех, больше нашего раза в полтора и мощнее раз в пять, он не стал идти вместе со своими людьми. А медленно, осторожно, вылез из коридора-обрубка, и, прячась за обрывками обшивки, пополз к нашему астероиду по остаткам спицы. Прямо туда, где за гермодверью дежурили Арфа и Щукин с Терпением.

Я, было, прицелился в него, и приготовился стрелять, как краем глаза увидел в остатках коридора второго невидимку.

Сердце замедлило бег, а в горле пересохло, и образовался ком.

– Во втором переходе двое, – сообщил я, справляясь с эмоциями и проглатывая ком в горле, но вышло тихо, словно шепотом. – Приготовься, будем атаковать, прикроешь меня от остальных

– Принял, Тур, – почему-то также шёпотом ответил Гвоздь и добавил: – у меня тоже невидимка вылез.