Текст книги "Это кто переродился? Книга 5 (СИ)"

Автор книги: Александр Артемов

Соавторы: Сириус Дрейк
сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 25 страниц)

– Зараза… Какого⁈

В следующий миг ему в лицо подуло ветерком. Он поднял глаза и сначала подумал, что спятил. Лестницы не было. Ступенек тоже. А была мостовая, залитая водой. Вокруг возвышались дома – темные мрачные, изрисованные граффити. Небо было сумеречным.

Вергилий оглянулся. На улице никого. Сам он при этом отчего-то стал совсем маленького роста. От одежды одни старые обноски с чужого плеча, обуви нет, а ноги такие сбитые, словно он бегал босиком уже неделю.

Отчего-то ему стало очень одиноко, обидно и горько. Он даже заплакал.

На ум сразу же пришел брат, Лаврентий. Вергилий был сильно обижен на него за что-то. Кажется, тот его даже бил.

– И вовсе я не малявка… – пробормотал мальчик и, пройдя немного вперед, увидел за домами Башню.

Большую, величественную, красивую.

Он всегда мечтал жить в башне или во дворце, но, увы, для этого нужно было иметь семью и кое-какой достаток, но ни того ни другого у уличного мальчишки не было и в помине.

Никаких других ориентиров у него не было, так что он пошел к ней. Через пару пустынных улиц услышал за собой какие-то звуки. Оглянулся.

Фонари здесь почти не горели, однако в тусклом свете ему удалось разглядеть какую-то тень – она ползла прямо по стене, увеличиваясь в размерах. У нее были крылья. Зубы. И когти.

– Мама!

Шлепая босыми ножками по асфальту, мальчик кинулся прочь. Сзади послышалось рычание, а еще скрежет когтей о камень.

Звуки были все ближе, Вергилий помчался изо всех ног. Оглянувшись, увидел человека, отбрасывающего эту страшную тень. Его лицо было не разглядеть, но Вергилий точно знал, что Он улыбается.

Как он не старался, но Башня не приближалась ни на дюйм. И отчего-то росла.

Отчаявшись, Вергилий кинулся в соседний переулок, но и там его ждала та же картина – Башня вдалеке, а еще странный человек, преследующий его по пятам.

– Брат! Лавр! – закричал Вергилий, выбившись из сил. – Спаси!

Тут какой-то камень бросился ему под ноги. Оступившись, мальчик полетел на землю и больше уже не смог подняться. Шаги за спиной стучали на всю улицу. Становилось темнее.

– Не… Не подходи… – простонал Вергилий, попытавшись уползти, но опять перед глазами появилась Башня.

Он знал, что спасение в ней. Там его ждет семья, которой у него никогда не было. И там его брат, который бросил его в тот самый вечер.

– Лаврентий…

Его накрыло той самой тенью, Вергилий закричал.

* * *

– Лаврентий! Лаврентий! Ты где?

Ее голос колокольчиком звучал в темных коридорах Башни – из каждого угла, заставляя Лаврентия соваться то в один коридор, то в другой. Увидев Кирову еще с лестницы, Инквизитор кинулся на ее поиски и очень быстро потерялся в этих коридорах.

– Зараза, Ника… Ты что тут делаешь⁈

Его голос утонул в массе комнат – пустых и покинуты еще век назад. Под ногами попадались золотые украшения, которые то ли не успели, то ли не смогли вынести, но Лаврентий даже не смотрел на них.

Он шел вперед, пытаясь найти Доминику.

– Лаврентий, где же ты⁈

Край ее платья мелькнул за углом, Лаврентий кинулся туда в ту же секунду. Увы, вышел в абсолютно пустой коридор. Такой же как и те, что он оставил за спиной.

– Ника, что за шутки…

Еще несколько поворотов, и он снова увидел ее. Доминика стояла в другом конце коридора с протянутыми к нему руками. Они были все усыпаны золотыми украшениями.

– Лаврентий… – улыбнулась Доминика. – Иди же ко мне…

Он пошел, рассчитывая как следует проучить эту дуру. А еще Григория, который в очередной раз облажался.

До нее оставалось каких-то пять шагов, когда он остановился. Сжал кулаки.

– Ты не Ника, – сказал Лаврентий и сделал шаг назад.

Кирова удивленно приподняла бровь.

– О чем ты⁈ Лавр, я же люблю тебя. Иди ко мне, а то я так испугалась, когда заплутала тут… Совсем одна.

Она обняла себя руками и заплакала. Лаврентий же, сделав еще несколько шагов назад, покачал головой.

– У тебя повязка не на том глазу.

Ее лицо дрогнуло, и Лаврентий активировал свои татуировки. В их свете стало видно, что Доминика и не Доминика вовсе – ее ноги внизу заплетались как чешуйчатые хвосты, а на руках сверкали длинные когти. За спиной до пола доставали два перепончатых крыла.

Закрывшись от яркого магического света, эта тварь улыбнулась – и очень зубасто. Глаза были как щелочки.

Как у Него.

– Как жаль, Лавр, что ты не узнаешь свою кошечку, – промурлыкала она. – Ну не беда, значит, кошечка возьмет тебя сама…

И с яростным рыком она кинулась на Инквизитора.

* * *

Лестница давно осталась за спиной, и, прежде чем наткнуться на обитателя этих мест, Игорь прошел, казалось бы, пару километров пустых и одинаковых коридоров. Все они были засыпаны золотом, иной раз ему приходилось расшвыривать монеты, чтобы пройти.

И вот наконец огонек фонарика высветил чей-то силуэт.

– Наконец-то! – выдохнул Игорь. – Угедей, это ты?

Но подойдя поближе, он остановился. Фигура была куда больше тайджи. Мужчина был грузным и высоким.

Он повернулся. Это был его отец, граф Илларионов. И это было ужасней всего, что Игорь мог себе придумать.

– Ага, вот и ты… – прохрипел граф голосом, от которого душа уходила в пятки. – Никчемный… Все в куклы играешь⁈

Граф попер на него, а Игорь от неожиданности попятился и, зацепившись за край ковра, рухнул на спину. Его любимая игрушка покатилась под ноги отцу.

Тот с особенной яростью раздавил ее.

– Давно уже не ребенок, а все то же! – зарычал граф, и в его руке появилась трость с набалдашником. – И в кого ты такой⁈

– Папа, нет! – закричал Игорь тоненьким голоском, пытаясь закрыться от ударов, но они посыпались на него градом.Отбившись, он побежал прочь, думая найти спасения в комнате мамы, но быстро потерялся в запутанных коридорах их загородного дома. Тяжелые шаги отца стучали как молот, его голос хлестал его как кнут.

– Вернись! Хлюпик! Вернись! Ничтожество! Я лучше убью тебя, чем передам тебе род!

Наконец Игорь добрался до двери в мамину спальню. Ударившись о нее всем телом, мальчик забарабанил по ней как бешеный.

– Мама, открой! Мама!

Замок щелкнул, и дверь отворилась. Игорь немедленно ввалился внутрь, думая найти спасение, но наткнулся только на удар кулака. Охнув, покатился обратно в коридор.

Его отец стоял за порогом. Его глаза метали молнии.

– Видишь? Видишь, что она с собой сделала?.. – и граф отошел в сторону. – Вернее, что ТЫ сделал. Это ты виноват. Ты виноват! ТЫ ВИНОВАТ!

Взгляд Игоря скользнул в комнату. Увидев маму, он зажмурился. Увы, ее облик так и остался у него в глазах.

* * *

Комнаты были завалены золотом. Оно было везде, возвышалось до самого потолка, высвечивая коридоры мягким ровным светом. Тайджи шагал по нему, утопая по колено. Собирал в горсти и бросал в воздух. Смеялся.

Лестница давно закончилась где-то позади, но Угедею было все равно. Выйдя в обширный зал, он нашел то, что искал – гигантскую гору драгоценных безделушек, а еще золотой трон на самой вершине. И там его ждала она – королева Марьяна. При виде тайджи она улыбнулась.

– Мой рыцарь, – сказала она, протянув к нему руки с золотой короной. – Иди же ко мне… Забери меня, владей мной… КАК ВЕЛИКИЙ ХАН!

Исторгнув победный крик, тайджи полез по золотым горам. Ноги проваливались, но упорство гнало его вперед – к той единственной, которую он и не ожидал здесь встретить.

– Иди ко мне… – слышался ее ласкающий голос, – иди же… Возьми меня на этом троне!

Хохоча, тайджи продолжал карабкаться, но золото проваливалось под ним. Вдруг нечто схватило его за ногу, и Угедей рухнул лицом в монеты. Попытался вырваться, но хватка у этого кого-то была железной.

– Что же ты?.. – нахмурилась Марьяна. – Что же ты не идешь спасать свою единственную, Угедей? Или ты не любишь меня⁈

Тайджи хотел было заверить свою королеву, что нет в мире никого важнее, однако так и не смог разлепить уста. Его держали за обе ноги – и утаскивали все ниже в золотые недра. Он сидел в них уже по грудь.

Дар никак не мог помочь ему, ибо здесь некого было воскрешать. А кэшиктены – предатели! – все до одного бросили тайджи еще на лестнице. Дернувшись еще пару раз, он понял, что оказался в ловушке. Золота стало по шею. Тайджи закричал.

– Трус! – зарычала Марьяна со своей вершины. – Ты вовсе не герой! Ты обычный смертный! Ты старик! Посмотри не себя⁈

И она взяла золотое блюдо, начищенное до зеркального блеска.

– Смотри! Смотри, тайджи! Неужели так должен выглядеть мой жених и повелитель Орды⁈

Марьяна повернула к нему блюдо, и Угедей увидел, что лицо двадцатилетнего юноши исчезло. На его месте появилось сморщенные щеки и лоб старика на последнем издыхании. Волосы были белы как снег, ладони напоминали высушенные веточки.

С каждой секундой они усыхали все больше. На этом лице жили одни глаза – и они горели от ужаса.

– Фу! – поморщилась Марьяна. – И ты еще смел свататься ко мне⁈ Ничтожество! Прокисший персик!

Тайджи пытался освободиться как мог, но его утаскивало как зыбучих песках. Они карабкались по нему как пауки, и вот золото разошлось над множеством голов. Его пленители были давно мертвы – черепа обтягивала серая, лопающаяся кожа. Вместо губ чернели редкие зубы.

В одном из мертвецов Угедей узнал Игоря. Остальные были теми самыми кэшиктенами, которые предали его еще на лестнице. Сзади послышался шорох и еле живой от страха тайджи обернулся. К ним прямо по золоту карабкались еще мертвецы – и всех из них он когда-то поднял с того света. Половина была женщинами.

Затем что-то произошло, и блеск золота исчез. Вместо него тайджи увидел целую груду костей. Тут были скелеты и в мужских одеяниях, и в женских, а сколько было детских косточек было не счесть. Все они, переплетаясь руками и ногами образовывали эту огромную пирамиду, на вершине стоял гигантский костяной трон.

Марьяна тоже изменилась. Теперь она вся была покрыта красной чешуей, за плечами торчали два крыла, а смотрела королева на него словно гадюка. Между губ мелькал раздвоенный язычок.

Крик так и замер в глотке тайджи. Глаза мертвецов раскрылись.

– Голову с плеч… – зашептали они. – Голову с плеч… Голову с плеч…

В голову ему вцепилась сама Марьяна, и тут Угедей сделал все, что оттолкнуть королеву от себя. Все было тщетно – она быстро схватила тайджи за уши и начала тянуть.

И тянуть, и тянуть… Наконец…

– Мама…

…шея не выдержала и тайджи оказался в объятиях любимой.

– Такой ты мне нравишься больше, Угедей, – улыбнулась Марьяна обнажив острые зубы. – Поцелуемся? Мой тигр…

* * *

Артур довольно долго ползал в потемках – сначала искал меч, а потом, ничего не добившись, бродил в поисках выхода. Наконец наткнулся на очередную лестницу. На этот раз она была не винтовой, а вполне обычной, уходящей вверх – к массивным дверям. Из окон бил яркий солнечный свет и Артур наконец-то смог двигаться, не опасаясь ударить о стену.

Его пропавший меч тоже был здесь – торчал прямо посередине лестницы, вбитый в какой-то немаленький булыжник.

– И какого?.. – буркнул он, вцепившись в рукоять. Попытался вытащить, но все без толку. Клинок сидел в камне как влитой.

Вдруг двери начали медленно раскрываться. Зайцева накрыло такой волной ужаса, что он с трудом удержался на месте, накрепко вцепившись в рукоять.

Порог переступила нога и к нему начал спускаться…

Он сам. Артур Зайцев, но куда более красивый, мускулистый и важный. На месте потерянной руки была настоящая. В зубах дымилась сигара, а на плече лежал их фамильный меч.

– Вот и ты, Артурчик, – сказал он голосом Корвина, смотря на Артура как на таркана. – Добрался таки?.. В штаны не напрудил от страха?

Его смех заставил Зайцева заскрипеть зубами. Нашел, блин, время…

– А я тут уже давно, – кивнул Корвин за спину. – Устал тебя ждать… Да и вообще устал…

Не успел Артур рявкнуть что-нибудь в ответ, как двойник поднял клинок – и направил ему в грудь.

– Хватит, Арти. Пора на этом остановиться.

– О чем ты?.. – спросил Артур, сделав еще один рывок.

Увы, меч не поддавался. Корвин же медленно спускался.

– Я сделал для тебя слишком много, – говорил он. – Куда больше, чем заслуживает такой слизняк, как ты… Пора и тебе отплатить мне так, как я того заслуживаю.

С этими словами двойник побежал прямо на него. Скачок, и Корвин завис в воздухе с поднятым мечом.

– И отдать МНЕ это тело.

Глава 16
Это кто вернулся⁈

Уже на подлете к Городу я почуял запах гари, а затем увидел столб дыма, что возвышался над трущобами. Ветром принесло «аромат» крови, а еще порталов – сотен порталов. Рев порождений Изнанки потревожил уши, когда крылья поднесли меня к окраинам. А тут еще залив – корабли под чужими парусами взяли город в кольцо. Их удалось насчитать целых тридцать штук, а на горизонте появлялись еще суда. Парочка из них держались моей Башни.

Вот дела… Меня не было всего месяц, а тут такое…

– Терпимо, – пробурчал я, делая крутой вираж. За минувшие недели крылья выросли вдвое, и теперь ветер вновь стал моим лучшим другом. Я фактически жил в облаках, пока моя армия, выросшая и окрепшая на царских харчах, двигалась к сердцу Королевства. Нынче до того, как первые отряды доберутся до Города, оставались сутки. А флот…

Впрочем, не будем забегать вперед. Сейчас самое главное небо, а в здесь ветер был моим единственным союзником.

Стоило зависнуть над городом, как послышался тяжелый выстрел, разлетевшийся по округе эхом. Вслед вспышке с одной из крыш мимо пронесся снаряд. От свиста я оглох.

– Зараза…

Затем крыши взорвались грохотом выстрелов, дыма и магических вспышек. И вся это великолепие нацелилось в меня.

Взмахнув крыльями, я закрутился, а затем ушел в крутое пике. Снаряды пронеслись мимо, следом в воздух ударил тонкий белый луч. Лица коснулся испепеляющий жар – луч начал приближаться. До него оставалось еще метров сорок, а у меня уже начали тлеть брови.

– Терпимо!

Я кинулся прочь и закружился вокруг луча. Он носился из стороны в сторону, а с крыш продолжали вести прицельный огонь. А тут еще и летучие монстры – их тоже вилось вокруг десятками. Пытаясь увернуться от орудий, они еще и пытались цапнуть меня побольнее.

– ТЕРПИМО!

…Да уж, не так я себе представлял мое триумфальное возвращение. Наверное, эти перепуганные идиоты признали во мне очередное порождение Изнанки. Впрочем, они были не так уж и не правы…

Я вспыхнул как факел – и сразу десяток тварей, объятых пламенем, разлетелись в разные стороны. Уже у земли рванул вбок, а затем ринулся в полет над крышами.

Пришлось постараться, чтобы ни один снаряд или ракета не опалила крылья. Почти на каждом пятачке на меня указывали пальцам, крича и бегая туда-сюда:

– Тварь в воздухе! Огонь из всех орудий!

Вновь воздух взвыл от десятков и сотен выстрелов. Крылья понесли меня вниз, через несколько секунд я уже петлял между домами. Стрельба затихала, но отдаленный гул еще давил на уши. Стало куда тише, однако из-за проводов пришлось снизить скорость.

Мимо замелькали улочки, и они представляли собой жалкое зрелище. До отъезда они полнились людьми, а сейчас прохожих можно было пересчитать по пальцам. Автомобили напоминали скорее покореженные груды мусора, а в переулках высились баррикады из всякого хлама. В центральных района было получше, однако и там просматривалось явное запустение.

Когда моя тень накрыла улицу, люди посмотрели на наверх и закричали:

– Спасайся кто может! Чудовище!

Наблюдая, как последние прохожие покидают улицы, я ухмыльнулся. Такое внимание мне льстило. То ли еще будет.

В меня опять начали стрелять и пришлось вернуться в трущобы, а там от монстров просто не было продыху. Они разгуливали по улицам как у себя в Изнанке.

Почти сразу удалось наткнуться на битву – волна за волной, твари вылезающие буквально из-под земли, перли на укрепления, с которых их поливали из всего, что можно. Соседний проулок был полностью занят тварями, и вот на них я решил отыграться за «теплый прием» в воздухе.

Древним огнем я не пользовался уже довольно давно и даже забыл каково это – когда это негаснущее пламя срывается с пальцев и сжигает врага дотла. Как он хрустит, потрескивая как сухое полено…

Красота. Тут этих «поленьев» было до жути много. Десятки, сотни, тысячи…

– Спасайся, кто может! Чудовище! – закричали монстры, стоило мне зависнуть над их рогами и панцирями.

Взгляд убедил каждого: вольниц в Городе завершена. Пора бежать.

Они и попытались спасти свои жалкие жизни, но я действовал наверняка. Огонь, сорвавшийся с крыльев, стеной рухнул на землю, и в следующий миг улочку поглотило голубое пламя.

– О, да…

Я вдохнул этот чарующий запах – горящие заживо враги всегда пахли приятно. А тут еще и крики умирающих, треск пламени, всполохи огня – все это ласкало мой слух!

Оставались от них одни кости, которых сметало ветром. Я летел дальше.

На соседней улочке твари устроили себе харчевню с шашлыками. Оттуда воняло так, что я аж скривился.

– Никакой пощады… – прошипел я, пересекая порог. Никто не обернулся мне вслед. Твари были слишком заняты едой.

После себя я оставил одни угли, прогоревшие добела. Вряд ли твари даже поняли, что их убило. Осознал свою участь один из запоздавших клиентов – двухголовый огр с двумя головами. Он остановился при виде того, во что превратился их «общепит».

– Что за черт⁈

Я поднял глаза, и он умер. Крохотное сердечко просто остановилось, когда наши взгляды столкнулись. Огр рухнул как шкаф, а в следующий миг его труп полыхал как костер.

Они все горели. Все, от кого пахло порталами. Силы во мне было хоть отбавляй, а чем ближе был золотой дворец, наполненный моими богатствами, тем их становилось больше.

То ли еще будет…

До вечера каждый в Городе узнает, что пришел Дракон.

* * *

– Мама, я не хочу, чтобы меня съели!

– Тихо, малышка, закрой глаза… Ничего не будет…

– Эй, вылезайте! Мы знаем, что вы здесь!

И в дверь очередной раз ударили. Она хоть и стальная, однако в ней уже была вмятина. С каждым ударом их становилось все больше, с потолка сыпалась пыль.

Люди набились в подвал битком. Тут было тесно, темно и страшно. Беженцев было всего тридцать, и они как могли пытались добраться до «Золотого котла», который, как говорили, оставался самым безопасным местом в трущобах. Увы, путь им преградил особо крупный портал, откуда постоянным потоком выходили твари. Беженцев едва не засекли и им ничего не оставалось, как спасаться в подвале. Там они как могли старались сидеть тихо как мышки, однако монстры были вездесущи.

Их выдал детский плач. Всего одна ошибка, и дверь затряслась от ударов, с той стороны послышался ужасающий хохот.

– Вот они где! Спрятались, людишки!

– Чур мне их детишек! Они так весело пищат!

Когда в окошки подвала плезли щупальца, женщины не стали сдерживаться – закричали, а немногочисленные мужчины схватились за оружие. Просто так пропадать они не собирались.

– Мы возьмем их на себя, – оглянулся предводитель на заплаканных женщин. – А вы…

И вдруг хохот монстров обернулся криками боли, а за окнами стало так ярко, что матери закрыли глаза своим детям. Все как один зажмурились, а затем попадали на пол – жара ударила как в бане, но дверь…

Ее неожиданно оставили в покое.

Крики с улицы затихли спустя минуту. Жарища постепенно тоже начала спадать. Щупальца остались висеть как плети. Тварь, что их запустила в подвал, исходила дымом.

Спустя несколько особо тяжких минут предводитель собрался выглянуть наружу. Его не хотели отпускать, но он был непреклонен.

– Сейчас или никогда!

Едва открыв перекошенную дверь, он закашлялся – в помещение ворвался вонючий дым. Выбраться наружу было непросто, ибо к подошвам липли ошметки прогоревшего мяса.

Снаружи был настоящий ад, ибо от тварей, которые хотели сожрать их живьем, остались одни обугленные останки.

И так по всей улице. Казалось, по ней прокатилось огненное колесо… Кое-где земля даже сверкала как стекло.

Нет. Это и было стекло.

– Мама, смотри!

В небе они увидели силуэт с крыльями. Все приготовились броситься прочь, но тварь быстро скрылась за домами. Беженцы же поспешили покинуть свое укрытие. «Золотой котел» был недалеко.

Весь путь до него они видели одно и то же – почерневший асфальт, выгоревшие стены, стекло под ногами… и горы заживо сожженных монстров.

* * *

– Ты вы, детишки⁈ Где вы?.. – слышалось то за одним углом, то за другим. Плачущая Настенька старалась не отставать от Изи, но монстры, напоминающие двух бабаек из ее ночных кошмаров, нагоняли детей.

– Быстрее! Быстрее! – кричал Изя, дергая ее за руку. Малышка выжимала из себя все до капли, но ее ноги были слишком короткими.

Раньше по этим улочкам она ходила в школу, а сейчас шугалась каждого угла. С тех пор, как бабайка, вылезшая у них из шкафа, съела ее родителей, а Настеньку решила «оставить на сладкое», прошло уже два дня – два дня полных всяческих ужасов! Пропасть бы ей в глотке «бармаглота», если бы за нее не вступился мальчик Изя.

Вместе им удалось сбежать, но бегали они недолго…

– Ага!

Оба они обернулись – волосатая бабайка стояла прямо за ними. Страшная, рогатая ростом вдвое выше ее папки. Рядом терся какой-то гномик, напоминающий огромный круглый глаз на ножках. Оба исходили слюнями, облизывались и скалили длинные-длинные зубищи.

– Давай сюда девку! – ткнул в Настеньку пальцем гном. – Отдашь и, так и быть, сможешь побегать еще полчаса. А потом, не обессудь…

Но мальчик Изя был умным – не поддался.

– Хрен вам!

И дернул Настеньку в проулок, но, увы… От стены до стены улочка оказалась глухим тупиком. Ударившись в запертые двери подъездов, они отступили. Настенька сразу же бросилась в слезы.

Изя же был смелее. Поднял с земли палку и кинулся в атаку. Попался ему, как ни странно, гном. Он получил палкой в свой единственный глаз и с воем откатился прочь.

Вторая бабайка оказалась куда ловчее. Монстр схватил Изю за шиворот и – хоп! – закинул себе в рот. Тот не успел даже пискнуть, как пропал в темноте. Монстр рыгнул и похлопал себя по пузу.

– Хорошо…

Затем пришел черед Настеньки. Девочка стояла, хлопая глазами, и не могла поверить.

– Изя! Изя!..

Но увы, из живота доносилось только бульканье.

– Ну девка… держись! – зарычал гномик, теребя свой покрасневший глаз. – Сожру и моргнуть не успеешь!

Волосатый же, скалясь, подошел и обнюхал девочку.

– Ехехе, еще свеженькая… А как пахнет! – раскрыл он зубастую пасть. Зубы у него росли в два ряда. Языка было три.

Девочка запищала:

– Не ешь меня, деденька!

Гномик фыркнул.

– С ума сошла⁈ Знаешь, как в Изнанке обстоит дело с маленькими заплаканными девочками?

– Нет…

– Правильно. Их нет! Вообще! Знаешь, как это тяжело, когда хочешь съесть маленькую девочку, а в Пустошах только ящерицы да змеи?..

– Не напоминай, – прорычал здоровяк.

– Не ешьте меня!

– Не хнычь! Давай, дружище, закидывай ее! – и гномик открыл свою пасть пошире. – Прямо в глотку!

Она запищала, но волосатый монстр был неумолим. Подцепив кричащую девочку за рваное платьице и поднял в воздух. Затем сам открыл рот…

– Эй, стой! – закричал гномик. – Мне, балбес! Ты уже сожрал пацана! Ты что, собрался и ее проглотить⁈

Здоровяк, не слова не говоря, пнул своего коллегу ногой. Взвыв, тот отлетел в сторону как мяч. Ударился о стену и покатился по переулку.

Мимо двух ящерок, стоявших за спиной монстра.

Они до боли напоминали людей, но вот только хвосты, чешуя и зубы выдавали их с головой. А еще одежда – ее было немного, всего пара ниточек, но все равно… Обычно эти твари одеждой брезговали.

– Давай ее сюда, – поманила пальцем ящерка. – Быстро. Тогда уйдешь живым.

Оглядев двух фигуристых «красоток», монстр хохотнул.

– Хотите ее на троих разделить? Тут одна кожа да кости, дамы. Хотя, полагаю, я смогу отдать вам ее ножки, если вы…

Но ящерки кинулись на него в тот же миг.

Раздался рев, брызнула кровь, и девочка улетела в сторону. Вскочив на ноги она понеслась прочь, да так быстро, что потеряла туфельку. Впереди был очередной переулок.

Она не хотела останавливаться, но сетчатый забор, протянутый от стены до стены, был против. Высотой он был метра три. Не перепрыгнуть…

Обернувшись, девочка обмерла. Ей в лицо скалился одноглазый гном. В его лапках была ее туфелька.

– Потеряла, принцесса? – хихикнул гномик, подходя. – Давай сюда ножку, а лучше две. В обмен получишь туфельку!

Она замотала головой, вжимаясь в сетчатый забор, и тогда монстр зарычал:

– Ну раз так…

Гном хотел было броситься на нее, но тут с той стороны забора появились когти. Они больно оцарапали Настеньке спину, и она, запищав, кинулась прямо в «объятия» гному, но и он перетрусил – не стал есть, а пугливо посмотрел за забор.

Там столпилась целая куча оголодалых бабаек, похожих на свору зубастых и крайне волосатых колобков – правда, ростом со здоровенную овчарку. Где-то секунду они смотрели на странную парочку, трясущуюся на земле, а затем тот, что был ближе к забору, открыл пасть. Зубы у него росли в три ряда.

– Дай!

Гномик моргнул. Взял девочку за руку и принялся отступать.

– Еще чего… – прошипел он, поглаживая Настеньку по голове. – Она моя, и я ее…

– Дай! – сказал второй колобок. Третий его поддержал: – Дай!

А затем они заговорили все разом:

– Дай! Дай! Дай! ДАЙ!

И ринулись через забор. Через секунду вся эта сотня тварей была уже на той стороне. При виде того, как к ним бегут голодные твари, девочка закрыла глаза. Ей страшно захотелось, чтобы ее проглотил тот мохнатый. Так она хотя бы была рядом с Изей…

Стало так темно, что она решила, что ее кто-то умудрился проглотить. Но нет – она крепко стояла на земле. Ее потную ладошку сжимал трясущийся гномик…

Открыв глаза, Настенька увидела колобков. Они стояли, вытаращив глаза – смотрели куда-то вверх. Весь переулок при этом накрыло тенью. Огромной, огромной тенью…

Проследив за их взглядами, гномик обомлел. Обомлела и Настенька – прямо на крыше стояло еще одно существо. Рогатое, с крыльями.

Он болтать не стал – с рыком кинулся в самую кучу. Прямо на Настю.

Кричать она не стала, ибо знала, что все без толку. Кто-нибудь из этих тварей ее все равно сожрет. Миг спустя девочку заболтало, закрутило, а затем вознесло куда-то вверх. Жаром при этом обдало нешуточным – она даже вспотела.

Но боли не было. И это ее очень испугало.

От ветра неожиданно стало холодно, она открыла глаза и увидела крыши города. Ее нес на руках тот самый монстр – весь в красной чешуе, с когтями и крыльями, и только лицо было более-менее человеческое.

Нет, у него тоже были зубки…

– Стой! – завизжали снизу. – Не так высоко!

Настя опустила глаза и увидела гномика. Тот болтался на над крышами на головокружительной высоте, зацепившись за длинный хвост монстра. Переулок, который они покинули, уже исчезал за домом, но черный дым оттуда валил как из трубы… Нет, как из десятка труб!

– Мама! – визжал гномик, и тут монстр, взмахнув крыльями, завис в воздухе. Поднял хвост так, чтобы гномик был у него на уровне лица. Тот болтался как елочная игрушка. Девочка даже хихикнула. – Пусти… Я тебе пригожусь!

– В самом деле? – ухмыльнулся монстр. Гномик утвердительно задергался. – Что ж… Не передашь весточку своему хозяину?

– Хозяину? Передам! Только отпусти!

– Хорошо… Скажешь Ваське, что пусть не привыкает быть Хозяином. Не сегодня, завтра ему придется либо сдаться, либо рухнуть со своей Башни как воющий мешок с дерьмом. В двух мирах Хозяин может быть только один. Так и передай, понял?

– Ага! Пусти, и я все передам!

– Ну раз просишь…

И взмахнув хвостом, монстр отправил гномика в полет. Его визг слышался до тех пор, пока он не достиг земли – вернее, пруда, куда эта тварь шлепнулась, вызвав тучу брызг.

Девочка потешалась над ним недолго. Монстр повернулся к ней, и она вся сжалась.

– Не ешьте меня, дяденька… – пискнула Настенька. – Или ешьте, но не больно…

Тот вздохнул, а затем перехватив ее под мышкой, взмахнул крыльями и вновь ветер взвыл так громко, что девочка зажмурилась. В себя она пришла уже на земле и сразу же увидела тот самый переулок, над которым стояла дымная поволока. Под ногами лежали колобки, от которых остались одни угольки и какие-то стекляшки.

А еще тут были ящерки.

Низко опустив головы, они стояли на коленях перед крылатым монстром. И, как ни странно, Изя тоже – его всклокоченную голову опускала одна из ящерок. Тот сопел, размазывал слезы по лицу, весь вымазанный в какой-то жиже.

Но был жив.

– Изя!

Ни слова ни говоря, монстр подтолкнул Настеньку к мальчику. Затем сказал ящеркам:

– Уберите их отсюда. Мне некогда возиться с малышней. Где остальные?

– Партизанят, ваша милость, – ответила ящерка, улыбаясь, и склонилась еще ниже. Теперь и голову Настеньки клонили к коленям. – Появляются и исчезают, убив десяток другой монстров. Бьют в самые уязвимые места орды Василия! Потом прибывает Ассоциация с Хозяевами трущоб, и они все дочищают. И так улица за улицей… В самых горячих участках помогает еще мадам Зорина…

Монстр фыркнул и хотел было уже взмахнуть крыльями, как к нему подошел отважный мальчик Изя. В руках у него была золотая монетка.

– Вот, дяденька монстр, – сказал он, протягивая ему монетку. – Спасибо. Вы хороший.

Удивленно приподняв бровь, дяденька-монстр принял от него подношение. Повертел в руках, а затем раскрыл золоченую обертку. Откусил.

– Какая гадость…

– С возвращением, ваша милость, – сказала ящерка. – Вы…

Но тот не стал слушать. От взмаха крыльев поднялся ветер, дым как рукой смело. В следующую секунду это крылатое существо превратилось в точку в небе.

– Спешит, наверное, – сказала ящерка и вдруг откуда-то послышалось угрожающее рычание. – Ладно, нам пора.

– Думаешь? – облизнулась ее подруга. – А я бы предпочла еще немного поохотиться. А то тот волосатый был как сало… Жира много, а мяса нет…

Ее подруга покачала головой, а затем принялась подталкивать детишек к канализационному люку.

* * *

В баре «Золотой котел».

Происходящее в городе Борису казалось концом времен, а творящееся в его баре вообще каким-то сном. Вокруг валяется куча магического оружия, за столами люди в силовой броне, под ногами валяются устаревшие планы по тому, как отбить очередную улицу…

А еще пиво, конечно же. Оно было последним, что еще спасало Бориса о того, чтобы окончательно не свихнуться.

Тут еще парни из Ассоциации… Их контору недавно снесло валом монстров, и теперь их одноногий начальник решил, что отличной идеей будет устроить в баре штаб. Неподалеку примостились даже военные, которые прибились к ним. Их было немного, но все же.

Ах да, и ящерки тоже… Огромные, человекоподобное, зубастые, но, как оказалось, свои, особенно после того, как помогли отбить очередную атаку Изнанки. Им Борис всегда наливал за счет заведения.

Особенно старался ради Людмилы. С ней у них была какая-то особая химия.

– Борис, – сказала улыбающаяся ящерка, сидя на барной стойке. – Если вам понадобится еще один порталоотвод только скажите…

– Угу… – бурчал Борис.

Любого другого клиента Борис согнал бы взашей, но она… Он с замиранием сердце наблюдал за ее ножкой, которой элегантная ящерка мотала из стороны в сторону.