Текст книги "Не дожить до смерти (СИ)"

Автор книги: Алекс Рудин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 14 страниц)

– Давай мы сами добудем тебе эти документы, – ожидаемо предложил Репей. – У нас лучше получится.

– Ни в коем случае, – строго сказал я. – Даже не пробуйте соваться в дом, иначе вы мне всё испортите. Просто оцените, насколько сильна защита, и есть ли в ней лазейки.

– Договорились, сделаем, – разочарованно согласился Репей. – Где тебя искать, если что?

– Я буду в управлении Тайной службы.

– Значит, там и увидимся, – кивнул кладовик.

Всё это время портал послушно висел в воздухе рядом с нами. Кладовики снова пролезли в него. Портал превратился в светящуюся точку и исчез с тихим хлопком.

Я удивлённо покачал головой и вызвал извозчика.

* * *

Никита Михайлович Зотов рвал и метал. Как только я переступил порог его кабинета, он сразу набросился на меня:

– Это ни в какие ворота не лезет, господин Тайновидец! Мы расследуем серьёзное преступление, а вы заставляете себя ждать!

– У меня были для этого веские причины, – спокойно ответил я. – Вы позволите мне присесть?

– Садитесь, – кивнул Зотов.

Сам он остался на ногах и принялся нервно расхаживать по кабинету.

– Мой дядя решил перейти в род Долгоруковых, – сказал я. – Сегодня он говорил об этом с императором. Я должен был предупредить Игоря Владимировича.

Зотов резко повернулся ко мне:

– Я подозревал, что ваш родственник обязательно выкинет что‑нибудь этакое. Но подобный поворот даже мне не пришёл в голову.

– Думаю, это идея Долгорукова, – усмехнулся я. – Он очень старается ударить меня побольнее. Но на этот раз он перестарался, и удар достался моему близкому человеку. Этого я Долгорукову не прощу.

– Как себя чувствует Игорь Владимирович? – постепенно успокаиваясь, спросил Зотов.

– Лучше, чем можно было ожидать, – кивнул я. – Благодарю. Теперь мы можем обсудить наши дела. Я попросил кладовиков понаблюдать за домом князя Долгорукова.

– Зачем? – поморщился Зотов. – Лучше было послать моих ребят, они хотя бы знают, что такое дисциплина.

– Зато ваши сотрудники не так хорошо разбираются в системе магических защит, – заметил я. – Не беспокойтесь, кладовики только узнают, можно ли проникнуть в дом. Сами они туда не полезут.

– А кто полезет? – с подозрением прищурился Зотов. – Уж не вы ли?

– Именно я. Только у меня есть возможность незаметно уйти оттуда в любой момент.

– Я тоже умею ходить через магическое пространство, – заметил Зотов.

– Умеете, – согласился я. – Но вы начальник Тайной службы. На вас держится закон, и вам не к лицу его нарушать. Давайте не будем спорить по пустякам, Никита Михайлович.

– Хорошо, – согласился Зотов. – Что ж, думаю, сейчас самое время допросить призрака. Пусть расскажет всё, что ему известно о замыслах его дяди.

Но я устало покачал головой:

– Прошу вас, дайте мне ещё немного времени. Мне нужно успокоиться. Господин Кауфман сегодня уже давал призраку зелье?

– Аптекаря сейчас привезут.

– Хорошо, – кивнул я.

Мы успели выпить по чашке кофе, а затем полицейский мобиль привёз аптекаря Кауфмана.

– Добрый день, господа, – вежливо сказал аптекарь, входя в кабинет. – Как мой пациент? Ночью ему не стало хуже?

– С вашим пациентом всё в порядке, – успокоил его Никита Михайлович. – Он полночи донимал надзирателя, требовал его выпустить. Но под утро успокоился.

– Хорошо, – кивнул Кауфман, расстёгивая саквояж. – Сейчас я осмотрю его и дам ему зелье.

– Подождите, Вильгельм Иванович, – остановил я аптекаря. – В камеру призрака мы пойдём чуть позже, а сейчас я отведу вас к некроманту. Попробуем одолжить у него несколько капель крови для ваших лекарств.

– Куда это вы собрались? – изумился Зотов. – К какому некроманту?

– К Леониду Францевичу, разумеется, – усмехнулся я. – Насколько я знаю, другого некроманта у вас в управлении нет.

Глава 20

Эксперт Тайной службы Леонид Францевич Щедрин пил чай с пряниками в своём кабинете. Ворот светлой рубашки эксперта был по‑домашнему расстёгнут.

– Можно? – спросил я, просовывая голову в дверь.

– Входите, Александр Васильевич, – добродушно улыбнулся эксперт. – А кто это с вами?

– Позвольте представить: аптекарь Вильгельм Иванович Кауфман. Он лечит призрака, которого мы задержали сегодня ночью. А это Леонид Францевич Щедрин, эксперт Тайной службы и сильный некромант.

– Счастлив познакомиться, – вежливо поклонился Кауфман.

– Присаживайтесь, господа, – гостеприимно предложил Леонид Францевич. – Хотите чаю? Пряники свежие, их испекли только сегодня утром.

Невозмутимое добродушие эксперта всегда поднимало мне настроение, а сейчас это было просто необходимо.

– Мы с удовольствием перекусим вместе с вами, – улыбнулся я. – Ох, простите, я не заметил, что у вас посетитель.

На стуле у стены сгорбился какой‑то человек в рыбацкой брезентовой куртке. Неловко орудуя длинной иглой, он зашивал пиджак Леонида Францевича.

– Вы завели себе личного портного? – удивился я.

– Не обращайте на него внимания, – махнул рукой Щедрин. – Вот, полюбуйтесь!

Он привстал, поднял руку и повернулся к нам левым боком. Рубашка эксперта была разорвана, тонкая ткань пропиталась кровью.

– Где это вас так угораздило? – изумился я.

– В портовом трактире, который вы мне посоветовали. Рыбу там и в самом деле готовят отменно, но местечко совершенно жуткое. Я только‑только вышел из трактира, как ко мне подошли четверо молодцов и потребовали кошелёк. Разумеется, я отказался выполнить их просьбу, и тогда этот мерзавец пырнул меня ножом. Пришлось немного подраться с ними. Одного я уложил на месте, второго задержал, а двое, к сожалению, успели сбежать.

– Хорошо, что нож скользнул по рёбрам и не зацепил сердце, – встревожился аптекарь Кауфман. – Но рана может быть серьёзной. Вы позволите мне вас посмотреть?

– Почему же не зацепил? – удивился Леонид Францевич. – Очень даже зацепил. Но вы не беспокойтесь, всё это пустяки.

Леонид Францевич налил нам чаю и подвинул тарелочку с пряниками. По его движениям никак нельзя было сказать, что он серьёзно ранен.

– Вы лучше расскажите, Александр Васильевич, как вас‑то занесло в этот притон? – спросил меня Щедрин.

Я непонимающе покрутил головой.

– Этот трактир мне посоветовал артефактор Гораздов. Он и словом не обмолвился, что там опасно. Может быть, вы что‑то перепутали и заглянули не в то заведение?

– У этого трактира слишком необычное название, чтобы я мог перепутать, – не согласился со мной Леонид Францевич. – «Голова в тарелке». Такое и захочешь – не забудешь.

– И всё‑таки вы перепутали, – улыбнулся я. – Мы с Игорем Владимировичем были в трактире, который назывался «Хвост в тарелке».

– Теперь мне всё понятно, – обрадовался эксперт. – Что ж, без таких вот случайностей наша жизнь, господа, была бы куда более скучной. Вы не возражаете, если я переоденусь?

Он открыл шкаф и достал оттуда свежую рубашку, а окровавленное трпьё швырнул в мусорную корзину.

– Господин некромант, я закончил, – пробубнил задержанный, протягивая Щедрину пиджак. – Рубашку тоже зашивать?

Он поднял голову, и я вздрогнул от неожиданности. Глаза бандита были совершенно пусты, они блестели, как стеклянные шарики.

– Да этот человек мёртв, – сдавленным голосом сказал Кауфман.

– А вы чего ожидали? – весело усмехнулся Леонид Францевич. – Разумеется, он мёртв.

Покойник как будто не слышал нашего разговора. Он продолжал смотреть на Леонида Францевича.

– Рубашку зашивать не нужно, – сказал ему Щедрин. – Она окончательно испорчена. Ступай в мертвецкую, найди там свободное местечко и можешь умереть окончательно.

Покойник аккуратно положил зашитый пиджак на стул, поднялся и на негнущихся ногах вышел из кабинета.

– Пейте чай и рассказывайте, что у вас за дело, – напомнил нам Леонид Францевич. – Вы же не просто так ко мне заглянули?

Кауфман осторожно взял пряник. Я понял, что аптекарю до сих пор не по себе от увиденного.

– Как я вам уже сказал, Вильгельм Иванович держит аптеку на Васильевском острове, – улыбнулся я, – и частенько готовит лекарства для призраков.

– Очень похвально, – кивнул Леонид Францевич. – Я давно считаю, что власти должны уделять призракам больше внимания.

– Так вот, для некоторых зелий Вильгельму Ивановичу нужен необычный ингредиент, – продолжил я. – Кровь некроманта.

– Мне нужно всего несколько капель, – торопливо добавил Кауфман: – Если, конечно, это удобно.

– Отчего же неудобно? – удивился эксперт. – Для хорошего дела крови не жалко.

– А я за это приглашу вас пообедать именно в тот трактир, о котором говорил, – улыбнулся я. – Обед за мой счёт.

– Договорились, – обрадовался Леонид Францевич. – Подождите минуту, я только возьму чистую пробирку.

Он сам уколол себе палец, наполнил пробирку кровью, аккуратно заткнул пробкой и отдал аптекарю Кауфману.

– Прошу вас.

– Сердечно благодарю, – пробормотал аптекарь, пряча пробирку во внутренний карман.

– Вы делаете хорошее дело, господин Кауфман, – подбодрил его эксперт. – Имейте в виду, я всегда рад вам помочь.

– Вильгельм Иванович, подождите меня, пожалуйста, за дверью, – попросил я. – Мне нужно переговорить с господином экспертом наедине.

– Хорошо, – кивнул Кауфман.

Возле двери он замешкался и сначала осторожно выглянул в коридор.

Леонид Францевич сразу же понял причину его заминки.

– Мертвеца там нет, не беспокойтесь, – сказал он.

Когда Кауфман вышел, я коротко изложил Леониду Францевичу нашу версию о том, что произошло в доме князя Долгорукова.

– Я считаю, что подмена сущностей была произведена при помощи османского обряда, о котором вы говорили. Предполагаю, что таким же образом можно устроить и обратное перемещение.

– Вы хотите вернуть молодому Долгорукову его тело? – заинтересовался эксперт. – А зачем? Не проще ли одним выстрелом убить двух зайцев, Александр Васильевич? Выселить из тела старого подлеца и отправить его за Грань, а потом похоронить обоих Долгоруковых, и дело с концом. Насколько я их знаю, они оба не подарок.

– Не подарок, – согласился я. – Но мы всё‑таки попробуем спасти молодого княжича. Почему‑то мне кажется, что магия одобрит такой вариант.

– Если вам кажется, значит, так оно и есть, – легко согласился Леонид Францевич.

– Так вы сможете провести этот обряд? – спросил я.

– Разумеется, если вы достанете для меня его подробное описание, – кивнул Леонид Францевич.

– А сумеете проводить призрака за Грань?

– Легче лёгкого, – улыбнулся Щедрин. – За свою жизнь я проводил за Грань немало призраков, и ни одному из них не удалось отвертеться. Не беспокойтесь об этом, Александр Васильевич.

* * *

Разговор с Леонидом Францевичем здорово поднял мне настроение. Я попрощался с экспертом и вышел в коридор, где меня поджидал аптекарь Кауфман.

– Этот человек – очень сильный некромант, – тихо сказал аптекарь.

От волнения его акцент стал заметнее обычного.

– Да, Леонид Францевич прекрасно владеет своим даром, – согласился я. – Что ж, Вильгельм Иванович, теперь мы с вами можем навестить призрака.

Я сам проводил аптекаря в камеру. Надзиратель, звеня ключами, открыл тяжёлую дверь, и мы вошли.

Призрак Михаила Александровича Долгорукова, сгорбившись, сидел на койке и тоскливо смотрел в окно. Магические кандалы с него так и не сняли. Я заметил, что прочные звенья цепочки уже покрылись лёгким налётом ржавчины.

Призрак выглядел намного лучше, чем вчера. Клубящийся туман вокруг его головы совершенно исчез, черты лица стали чёткими.

– Как вы себя чувствуете? – спросил Вильгельм Иванович.

– Благодарю вас, – равнодушно ответил призрак, даже не повернув головы. – Мне лучше.

– Вот и хорошо, – дружелюбно кивнул аптекарь. – Сейчас мы с вами опять примем зелье. Ещё два‑три дня, и вы окончательно поправитесь. Ваша форма станет стабильной, вы превратитесь в абсолютно здорового призрака.

Он протянул Михаилу Александровичу пузырёк с зельем.

Призрак выпил лекарство одним глотком. По его телу снова побежали фиолетовые всполохи – они были намного слабее, чем в прошлый раз.

– Замечательно, – удовлетворённо кивнул Кауфман.

Михаил Александрович молча вернул ему пустой пузырёк. На меня он так ни разу и не посмотрел.

Кауфман спрятал пузырёк в карман и повернулся ко мне:

– Я вам ещё нужен, Александр Васильевич?

– Нет, вы можете идти, – ответил я. – Полицейский отвезёт вас обратно в аптеку.

– В таком случае я благодарю вас за помощь. – Вильгельм Иванович поклонился и вышел из камеры.

Мы с призраком остались вдвоём.

– Что же, Михаил Александрович, – сказал я, – настало время поговорить серьёзно. Ваш дядя провернул с вами мерзкий фокус, но я думаю, что мы сможем всё поправить. Для этого мне нужна ваша помощь.

– Мой дядя ни в чём не виноват, – тихо произнёс призрак. – Это получилось случайно. Я уверен, что дядя хочет всё исправить.

Он говорил неуверенно, как будто пытался убедить не меня, а себя самого.

– Вот как? – усмехнулся я.

Михаил Александрович неприятно удивил меня своей наивностью, но я не стал говорить ему об этом, чтобы не портить разговор ненужными обидами.

Вместо этого предложил:

– Давайте попробуем рассуждать логично. После того, что с вами произошло, вы виделись со своим дядей?

– Нет, – покачал головой призрак. – Я несколько раз пытался попасть в дом, но у меня ничего не вышло. Что‑то отталкивало меня от дома и тянуло на кладбище.

– Скорее всего, это было защитное заклинание, – кивнул я. – Предполагаю, что сразу после обряда ваш дядя установил магическую защиту от призраков. Скоро мы узнаем это наверняка.

– Я вам не верю, – ровным голосом ответил Михаил Александрович. – Вы просто хотите поссорить нас. Вы заперли меня в камере, но держать здесь вечно не сможете. Когда‑нибудь вам придётся отпустить меня на свободу, и тогда дядя всё исправит. Я его наследник, я стану главой рода Долгоруковых.

– Вы глупец, – поморщился я. – Ваш дядя хотел во что бы то ни стало остаться главой рода. Для этого он вышвырнул вас из тела, а сам занял ваше место. Но и этого ему было мало – он подсыпал вам отраву. Ещё несколько дней – и вы были бы окончательно мертвы. И после всего этого вы пытаетесь убедить меня, что дядя вам поможет?

Я прошёлся по камере и остановился прямо перед призраком.

– Пока вы его выгораживаете, он спокойно готовится к церемонии признания. Если ваш дядя узнает, что вы до сих пор живы, он убьёт вас без раздумий. Пообещает помочь и снова подсунет яд под видом лекарства. Нет, Михаил Александрович, вы можете надеяться только на нас. Но чтобы мы могли вас спасти, вы должны нам помочь. Где‑то в доме вашего дяди хранятся записи о магическом обряде. Вы знаете, где они лежат?

Пока я говорил, призрак раскачивался из стороны в сторону. Затем его начала бить крупная дрожь.

– Я не верю вам! – взвизгнул он. – Не верю! Вы всегда были нашим врагом и теперь хотите окончательно уничтожить меня. Уходите, оставьте меня в покое!

Он стремительно взмыл вверх, но тяжёлые кандалы потянули его к полу. Не удержавшись в воздухе, Михаил Александрович свалился на пол и забился в истерике.

– Уходите! – хрипел он сквозь рыдания. – Не верю. Не верю!

Дверь распахнулась, и в камеру снова вбежал аптекарь Кауфман.

– Что здесь происходит? – встревоженно спросил он. – Александр Васильевич, вы что, хотите окончательно убить этого юношу?

– Я всего лишь хочу, чтобы он помог нам спасти его от смерти, – ответил я. – Будьте добры, Вильгельм Иванович, дайте господину Долгорукову успокоительное.

Кауфман чуть ли не силой влил в Долгорукова какое‑то зелье. Постепенно призрак успокоился и затих.

– Сейчас он заснёт и проспит до следующего утра, – строго сказал мне аптекарь. – Пожалуйста, не беспокойте его. Прежде всего этого юношу нужно вылечить. Иначе все ваши старания окажутся бесполезными.

– Хорошо, – согласился я.

Мы вышли из камеры, и охранник запер за нами дверь.

– Дело настолько серьёзное? – спросил меня аптекарь.

– Очень серьёзное, – ответил я. – Но я не могу вам ничего рассказать. И вы тоже должны молчать.

– Господин полковник уже взял с меня магическую расписку, – кивнул Вильгельм Иванович. – Что ж, я ещё раз благодарю вас за помощь. Кровь некроманта поможет многим призракам. Увидимся завтра, Александр Васильевич.

* * *

Аптекарь направился к выходу, а я вернулся в кабинет Зотова.

– Как прошёл допрос? – поинтересовался Никита Михайлович. – Узнали что‑нибудь интересное?

– Пока нет, – ответил я. – До сих пор Михаил Александрович верил, что стал призраком случайно. Когда я рассказал ему правду, у него началась истерика. Пришлось дать ему успокоительное, так что сейчас он спит.

– Мы теряем время, – поморщился Зотов. – Церемония признания уже послезавтра.

– Аптекарь сказал, что призрак проспит до вечера, – заметил я. – Думаю, он будет готов сотрудничать с нами когда проснётся.

– Было бы неплохо, – согласился Никита Михайлович. – Что ж, если у вас ничего не выйдет, я сам допрошу его. Мы не можем допустить, чтобы Долгоруков прошёл церемонию, последствия будут катастрофические.

Он отложил бумаги в сторону и потянулся.

– Ну, а как там ваши кладовики? Они разобрались с магической защитой?

Я не успел ответить. Посреди кабинета появилась знакомая светящаяся точка и превратилась в портал.

– Получилось! – весело заявил Репей, высовывая голову из портала. – Мы попали точно на место. Вылезайте!

Кладовики тут же оказались в кабинете.

– Как вы смогли сюда пролезть? – изумлённо нахмурился Зотов. – Вы что, обошли магическую защиту управления Тайной службы?

– Это было не так уж и трудно, – поддразнил его Репей. – Вашу защиту давным‑давно пора усилить. Кстати, за работу на благо Империи мы берём не очень дорого, мы ведь теперь имперские граждане.

– Я вас на каторгу отправлю за такие фокусы, – разозлился Никита Михайлович. – Будете имперскими заключёнными.

– На каторгу? – удивился Репей. – Ты думаешь, там защита лучше, чем здесь?

– Никита Михайлович, позвольте дать вам совет, – улыбнулся я. – Не ссорьтесь с ценными специалистами. Пусть они улучшат вашу защиту, разумеется, под вашим присмотром.

– Цирк какой‑то, – фыркнул Зотов. – Хорошо, я отправлю запрос в Имперское казначейство.

– Здорово! – обрадовался Репей. – Деньги нам не помешают.

Тиша и Дивень счастливо улыбались.

– Ну а что с магической защитой дома Долгорукова, господа специалисты? – язвительно спросил Никита Михайлович. – Вы придумали, как можно её обойти?

– Ничего не выйдет, – развёл руками Репей. – Князь постарался на славу. Понатыкал защиту от людей, от магических существ и даже от призраков. Там мёртвая мышь не проскочит.

– Не может такого быть, чтобы в огромном особняке не было ни одной лазейки, – поморщился Зотов.

– Лазейки‑то есть, – поморщился Рипей. – А что толку? Княжеский дом сам себя охраняет. Не знаю, как Долгоруков это устроил, но это чистая правда. Дом у него злющий, как цепной пёс. Учуял нас за два квартала и дальше не пустил. Ты, Тайновидец, даже и не суйся туда. Эти защиты с тобой церемониться не будут – сожгут на месте, и пепла не останется.

– Понятно, – разочарованно кивнул я. – Что ж, спасибо за помощь, ребята. Как я могу вас отблагодарить?

– Можешь, – оживился Репей. – Скажи, чтобы нас пропустили к порталу на Внешние острова. Мы там никогда не бывали, а посмотреть хочется.

– Договорились, – улыбнулся я. – Решили отправиться на экскурсию?

– Конечно, – убеждённо кивнул Репей. – Там же не ступала нога ни одного кладовика. Представляешь, сколько там может быть кладов?

– Никита Михайлович, вы предупредите стражу, чтобы она пропустила наших помощников? – спросил я Зотова.

– Обязательно, – поморщился начальник Тайной службы. – Чем дальше эти господа будут от Столицы, тем мне спокойнее.

Обрадованные кладовики убрались обратно в портал, а Никита Михайлович мрачно посмотрел на меня.

– Что будем делать дальше, господин Тайновидец?

– Подождём, пока призрак проснётся, – ответил я. – Может быть, он подскажет нам, как пробраться в дом его дяди. Если из этого ничего не выйдет, тогда я отправлюсь в Незримую библиотеку. Нужно обязательно найти подробное описание обряда. А сейчас мне бы хотелось немного отдохнуть, день выдался трудный.

– Хорошо, – согласился Никита Михайлович. – Чтобы не терять времени, можете воспользоваться моим креслом. Заодно покараулите мой кабинет, пока я буду в отъезде.

– А куда вы собрались? – поинтересовался я.

– Ловить разбойников, которые напали на нашего эксперта, куда же ещё, – усмехнулся Зотов. – Мне, знаете ли, тоже иногда нужно отдыхать и развлекаться.

Глава 21

Никита Михайлович попрощался со мной и вышел из кабинета. Впервые за долгий сегодняшний день я остался один.

Немыслимая роскошь.

Я сел в кресло начальника Тайной службы и немного поёрзал, устраиваясь поудобнее.

Кресло неспроста считали магическим. Волна бодрости сразу же начала разливаться по моему телу, но она была слишком слабой, чтобы одолеть усталость.

– Немного посижу, и всё будет в порядке, – вслух пообещал я и откинулся на удобную спинку.

За окном назойливо верещала какая‑то птица, но она мне совсем не мешала. Я закрыл глаза, и передо мной сразу же замельтешили всполохи цветного тумана. Затем медленно проплыл обрывок какого‑то сна. Я не успел его разглядеть, потому что провалился прямо сквозь него глубже – в чёрную пустоту.

Не знаю, сколько времени я там пробыл, пока не ощутил, как что‑то мокрое и холодное касается моей руки.

– Интересно, что это? – лениво подумал я.

Ощущение пропало, затем снова вернулось. Вместе с ним я услышал громкое, дружелюбное сопенье.

– Кажется, кто‑то лижет мне руку, – сообразил я и открыл глаза.

Передо мной сидел Волчок. Увидев, что я проснулся, Лунный волк радостно замахал хвостом и снова лизнул мою ладонь.

– Привет, дружище! – обрадовался я. – Откуда ты взялся?

Шерсть лунного волка искрилась потусторонним сиянием, и я догадался, что всё ещё сплю.

Волчок громко заскулил. Затем подбежал к двери и требовательно оглянулся.

– Ты хочешь, чтобы я пошёл с тобой? – догадался я. – Что ж, показывай дорогу.

Лунный волк привёл меня прямиком к камере призрака. Дверь была заперта, но стоило мне потянуть её на себя, и она легко распахнулась. Мы с Волчком вошли в камеру.

Призрак тоже спал, испуганно съёжившись на узкой койке. Ничего удивительного, ведь аптекарь Кауфман дал ему успокоительное зелье.

На тонких запястьях призрака по‑прежнему красовались тяжёлые магические кандалы. Теперь ржавчина покрывала их полностью, и я озабоченно нахмурился. Похоже, заряженные призрачной магией предметы разрушаются куда быстрее обычных. Нужно будет заказать Гораздову новые кандалы взамен этих.

Волчок подбежал к призраку и ткнулся носом в его руку, но призрак даже не пошевелился. Тогда Лунный волк снова оглянулся на меня.

– Я правильно понимаю, что этот призрак должен пойти с нами? – уточнил я.

Волчок опять заскулил.

– С тобой удивительно легко найти общий язык, – улыбнулся я. – Хорошо, сейчас я его разбужу.

Всё это происходило во сне, поэтому не стоило опасаться, что призрак сбежит. Первым делом я снял с него кандалы и бросил их на пол. Они упали с громким стуком.

Я дотронулся до плеча призрака.

– Михаил Александрович, просыпайтесь. Нам нужно идти.

Призрак пошевелился и открыл глаза, затем увидел меня и испуганно приподнялся.

– Что вам нужно от меня?

Он машинально вскинул руку и с недоумением посмотрел на свободное от оков запястье.

– Это магический сон, – объяснил я. – Ничего не бойтесь. Нам с вами нужно идти.

– Куда? – спросил призрак.

– Вы же хотели, чтобы я выпустил вас из камеры, – улыбнулся я. – Ну вот, ваше желание исполнилось. Лунный волк отведёт нас в нужное место. Идёмте.

* * *

В управлении Тайной службы не было ни души. Ничего удивительного, кому из сотрудников придёт в голову спать днём? Все они сейчас в реальности и заняты очень важными делами.

Проходя мимо кабинета Зотова, я с трудом удержался от того, чтобы заглянуть внутрь и посмотреть на себя спящего. Не то, чтобы удержался – просто почувствовал, что делать этого не стоит.

Мы вышли на улицу.

Здесь тоже было безлюдно. Только немногие чудаки спят днём, но зато делают они это на всю катушку, и сны им снятся поистине удивительные.

Мимо нас неторопливо прошествовал важный аристократ в старинной одежде, на его бедре висела тяжёлая шпага. Аристократ окинул нас высокомерным взглядом и удостоил снисходительного кивка.

Следом четверо мускулистых носильщиков несли красотку в лёгком паланкине. Паланкин был украшен шёлком и кружевами, а красотка загадочно улыбалась.

В небе послышался шелест огромных крыльев. Я поднял голову и увидел когтистого дракона, который летел прямо над крышами Столицы. На длинной шее чудовища сидела девочка лет восьми, не старше. Она счастливо смеялась и махала нам рукой.

– Что происходит? – удивлённо спросил призрак Долгорукова.

– Это мир снов, Михаил Александрович, – объяснил я. – В этом мире сны всех живых существ сплетаются самым причудливым образом.

Волчок неторопливо трусил по булыжной мостовой, мы с призраком шагали за ним. Без малейшего труда мы переходили из одного сна в другой. Некоторые из этих снов были настолько удивительны, что никак не могли сниться людям. Может быть, это были сны домов или уличных фонарей – кто знает?

Мы шли совсем недолго и в конце концов оказались возле дома князя Долгорукова.

– Так вот куда ты нас привёл, – улыбнулся я, потрепав Волчка по голове.

Княжеский особняк тоже спал. Во сне он видел себя новеньким дворцом, который только что возвели на берегу широкого Галерного канала. По каналу, чернея смолёными боками, скользили узкие гребные суда. Слышался мерный плеск вёсел и торопливый стук плотничьих топоров неподалёку.

Гранитной набережной не было и в помине, берега канала были илистыми и топкими, как в первые дни существования Столицы.

Похоже, княжескому особняку снились времена его молодости.

Видимо, особняк Долгоруковых был старше всех других домов в этом квартале, потому что сейчас он стоял на берегу канала совершенно один. Со всех сторон его окружал просторный сад. А в этом саду хищно извивались ядовито‑зелёные лианы с длинными шипами на толстых стеблях. Я догадался, что это и есть заклинания магической защиты, о которых говорили кладовики. Лианы росли очень густо, никто не смог бы пробраться через них к дому.

– Зачем мы здесь? – настороженно спросил Долгоруков. – Что вы собираетесь делать?

Я пожал плечами.

– Я ведь уже говорил, что пытаюсь вас спасти. Для этого нам нужно пробраться в дом и найти описание обряда, при помощи которого ваш дядя превратил вас в призрака.

Михаил Александрович испуганно попятился.

– Как вы собираетесь это сделать? Я не полезу в эти кусты, они убьют кого угодно.

– Попробуем договориться с домом, – решил я. – Это наш единственный шанс.

Когда‑то домовой Семён научил меня разговаривать с магическими зданиями Столицы. И сейчас я послал к княжескому особняку зов:

– Привет. Меня зовут Тайновидец, и я хочу с тобой поговорить.

Ответный ментальный импульс коснулся моего лица, и я почувствовал, что здание насторожилось. Сон вокруг нас побледнел и съёжился. Ядовито‑зелёные лианы кровожадно потянулись к нам.

Я строго покачал головой.

– Не стоит так волноваться, я не враг тебе и твоим владельцам. Вижу, ты скучаешь по старым добрым временам, когда Столица только строилась на здешних болотах? Мне это время тоже нравится. Тогда здесь происходили настоящие чудеса, и среди них не было места жадности, зависти или подлости. Наши предки работали сообща. Они трудились вместе, чтобы однажды здесь возник удивительный город. Вражда началась много позже. И сейчас я пришёл, чтобы положить ей конец.

Я чувствовал, что дом внимательно прислушивается к моим словам. Но он не доверял мне. Хищные лианы по‑прежнему извивались за оградой.

– Ты служишь роду Долгоруковых, – сказал я. – Верно исполняешь свой долг. Поэтому я не прошу тебя помогать мне. Помоги ему.

Я указал на призрака, который беспокойно колыхался рядом со мной.

– Знаешь, кто это? Это законный наследник Долгоруковых. Он должен был стать главой рода, но собственный дядя занял его тело, чтобы не расставаться с местом главы. Этот призрак выжил чудом, его спасла магия. И сейчас магия хочет, чтобы законный наследник вернулся в свой дом. Впусти его.

Кажется, мне удалось подобрать нужные слова, потому что княжеский особняк послушался. Ядовитые лианы раздвинулись и образовали широкий проход, который вёл прямо к крыльцу.

– Нас приглашают войти, Михаил Александрович, – сказал я призраку. – На правах хозяина вы должны идти первым.

Призрак испуганно замотал головой:

– Я не пойду туда. Что, если это ловушка? Вы не в своём уме, господин Тайновидец. Нам оттуда не выбраться!

– Вы хотите вернуть своё тело? – спросил я. – Хотите получить титул, который принадлежит вам по праву, и стать главой рода? Тогда идите вперёд.

– Ни за что, – попятился призрак.

– Значит, ваш дядя окончательно победил, – кивнул я. – Что ж, это ваш выбор. По крайней мере, вы не умерли окончательно и сможете увидеть, как ваш родственник в вашем теле снова будет править вашим родом.

– Это неправда, – замотал головой Долгоруков. – Дядя не может так со мной поступить.

– Вы ещё не устали твердить одно и то же? – спросил я. – Посмотрите на эти ядовитые кусты. Как вы думаете, от кого они защищают вашего дядю? Это ваш последний шанс, Михаил Александрович. Если вы им не воспользуетесь, потом вините только себя.

Призрак закрыл лицо руками и замер на несколько секунд. Потом посмотрел на меня.

– Хорошо, господин Тайновидец, я поверю вам. Вы привели ко мне целителя, сняли с меня кандалы и выпустили из камеры. Я пойду.

Не давая себе времени испугаться, он быстро подплыл к воротам.

– Не забудьте пригласить нас с Волчком, – напомнил я. – Дом должен услышать ваше приглашение.

Призрак Михаила Александровича замер, затем отчётливо произнёс:

– Я разрешаю господину Тайновидцу и Лунному волку войти в мой дом. Они мои гости.

* * *

Внутри дом оказался абсолютно пуст. Ни шагов, ни голосов, ни единого человека.

– Где все? – испуганным шёпотом спросил меня Михаил Александрович. – Почему здесь никого нет?

– Все очень заняты, – усмехнулся я. – Готовятся к церемонии признания. Куда нам идти?

– Нам нужен рабочий кабинет моего дяди, – сказал призрак. – Там он хранит все свои бумаги.

– Показывайте дорогу.

– Это в дальнем крыле. Нам сюда.

Нам пришлось идти бесконечной чередой комнат. Когти Лунного волка звонко цокали по разноцветной каменной плитке. Мои шаги гулко отдавались в тишине, а призрак двигался абсолютно бесшумно.

За толстыми стёклами буфетов сверкала дорогая посуда. Блестела позолотой тяжёлая дубовая мебель. Сквозняк шевелил тяжёлые портьеры.

Вдруг Волчок тихо зарычал и неуловимым движением скользнул за диван. Я замер и услышал в коридоре чьи‑то шаги.

– Прячьтесь, – шепнул я призраку. – За портьеру, быстро!

Призрак спрятался за портьерой. А я пробормотал заклинание магии домовых и стал невидимым. Вовремя: шаги уже приближались к двери.