Текст книги "Остров ветров (СИ)"

Автор книги: Алекс Рудин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– Прекрасная идея, – довольно кивнул Игорь Владимирович. – Что ж, господин ревизор, я предлагаю тост за взаимопонимание.

Он достал из походного набора пузатые коньячные бокалы.

– С удовольствием, – без улыбки согласился Благообразов. – Но сначала я хочу обсудить ещё один вопрос.

Он снова открыл папку и достал нужную бумагу.

– Александр Васильевич, я думаю, что это по вашей части. Здесь указано, что поставщиком магической энергии для портала является магическое существо, именуемое Стражем Магии.

– Где это написано? – изумился я. – Позвольте взглянуть.

– Пожалуйста, – чиновник протянул мне документ.

Именно так там и было написано, слово в слово. Демоны бы побрали этот казённый язык!

– И что вас не устраивает? – поинтересовался я.

– Здесь нет никаких данных об этом Страже Магии, – спокойно ответил Благообразов. – Только имя, а этого недостаточно. Да и договор поставки не оформлен. В частности, не указана сумма, которую вы заплатили этому магическому существу. Также меня интересует происхождение магической энергии. Я хочу быть уверен, что она получена законным путём.

И тут моё терпение лопнуло с таким оглушительным звоном, как будто магическое пространство разлетелось на куски.

Я поднялся из кресла и ледяным тоном произнёс:

– Господин старший ревизор, я хочу поговорить с вами наедине. Извольте следовать за мной.

Когда мы вышли на улицу, я невежливо ухватил Благообразова за отворот мундира и подтянул к себе:

– Кто приказал вам остановить строительство портала? Вм заплатили? Обещали продвижение по службе? Отвечайте немедленно!

– Отпустите меня! – обиженно дёрнулся чиновник. – Что вы себе позволяете?

Он здорово перепугался, но изо всех сил старался это скрыть.

– Никто меня не подкупал. Я просто выполняю свою работу.

– Перестаньте корчить из себя идиота, – строго сказал я. – Вы прекрасно знаете, кто такой Страж Магии. В конце концов, вы живёте в магическом мире.

– Это вы живёте в магическом мире, – неожиданно возразил чиновник. – А я живу в мире правил и предписаний. И ваша магия тоже должна подчиняться правилам!

Он перестал сопротивляться и смотрел мне прямо в глаза.

– Моя магия? – недоумённо переспросил я.

И тут в моей голове промелькнула догадка.

– У вас нет магического дара? – напрямик спросил я.

– Да! – с вызовом ответил Благообразов. – У меня нет магического дара. Я не умею управлять мобилем, я даже зов послать не могу. Но это не делает меня человеком второго сорта и не мешает добросовестно выполнять свою работу!

Он снова дёрнулся, и я наконец отпустил его.

Ревизор разгладил измятый мундир.

– Я прекрасно понимаю, что такое магическое существо, – обиженно сказал он. – Но у меня есть инструкции главного казначея, и я не могу их нарушить. Убедите меня в том, что ваша магическая затея надёжна, и я честно напишу это в своём отчёте. Всего хорошего, ваше сиятельство!

Глава 26

Игорь Владимирович вышел вслед за нами на крыльцо и отлично слышал наш разговор. Когда обиженный чиновник удалился, дед подошёл ко мне.

– Плетью обуха не перешибёшь, Саша, – сказал он. – Этот Благообразов ненавидит магию за то, что она его обошла. Ничего, построим портал проверенными способами. Главное, чтобы он подписал отчёт.

– Ещё не всё потеряно, – возразил я. – Господин чиновник хочет, чтобы я его убедил? Отлично, попробую устроить ему встречу со Стражем. Если он не верит в магию, так пусть скажет это ей прямо в глаза.

– Попробуй, – с сомнением кивнул Игорь Владимирович.

Не сходя с крыльца, я послал зов Стражу Магии и рассказал о неожиданной проблеме.

– Человек, который не верит в магию? – расхохоталась левая голова Стража. – Это изумительно! Непременно приведи его ко мне, Тайновидец, я очень хочу на него посмотреть.

– Тогда жди нас завтра утром, – улыбнулся я.

Савелий выстроил для нашей команды небольшие симпатичные домики на морском берегу, поодаль от рыбацкой деревни. В одном из таких домиков и поселили Благообразова.

На рассвете я постучал в его дверь:

– Господин старший ревизор!

В домика послышались шаги, затем дверь приоткрылась. Чиновник настороженно смотрел на меня:

– Что вам угодно?

– Доброе утро, Мефодий Андреевич, – улыбнулся я. – Страж Магии согласен встретиться с вами немедленно.

– Но я только что проснулся, – возразил ревизор.

– Это ненадолго. Вы же хотите как можно скорее вернуться в Столицу?

Правила приличия не позволили Благообразову оставить меня на крыльце, и он буркнул:

– Входите.

Именно на это я и рассчитывал.

Чиновник предложил мне присесть, быстро оделся и вышел в переднюю, держа в руке портфель.

– Я готов. Но если это какая-то неприличная шутка…

Я строго покачал головой.

– Больше никаких шуток. Дайте руку.

– Зачем? – запоздало спросил Благообразов.

Но я уже сжал его запястье, а другой рукой взялся за ручку двери. Зажмурился на секунду, шагнул вперёд, и мы оказались в сторожке лесничего. Пахло пылью, за окном качали длинными иголками корабельные сосны.

Такого чиновник не ожидал.

– Где мы? – растерялся он.

– Это Сосновский лес, – объяснил я. – Страж Магии живёт здесь. Я провёл вас через магическое пространство.

Благообразов мрачно уставился на меня.

– Вы применили магию?

– На корабле нам бы пришлось плыть несколько дней, – с улыбкой объяснил я. – Вы идёте, или хотите потратить ещё немного времени на обиды и упрёки?

На улице чиновника поджидал новый сюрприз.

Возле крыльца стоял открытый мобиль на огромных колёсах. На таком мобиле удобно ездить по лесным просекам и тропинкам.

За рулём мобиля сидел призрак. Он красиво переливался в лучах утреннего солнца.

– Знакомьтесь, – весело сказал я. – Это Акинфий Петрович, первый граф Сосновский. А это Мефодий Андреевич Благообразов, старший ревизор Имперского казначейства.

– Привет, Тайновидец! – весело отозвался призрак. – Давненько ты не заглядывал. Как там «Ворон»?

– Отлично выдержал плавание, – улыбнулся я.

– Садитесь, – Акинфий Петрович похлопал прозрачной ладонью по сиденью рядом с собой. – Прокачу с ветерком.

Благообразов попятился к двери, но я крепко взял его за плечо.

– Вы сами настаивали на встрече, так что теперь поздно отступать.

Чиновник надменно поджал губы и нехотя уселся на заднее сиденье. Весь его вид говорил о том, что он подчиняется против своей воли.

Но я не собирался любоваться его актерской игрой. Вместо этого сел рядом с Акинфием Петровичем, и мы дружески болтали всё время, пока мобиль пробирался по лесной просеке.

– Вы отлично водите, – улыбнулся я.

– Само собой, – гордо ответил призрак. – Хочешь оставаться живым, так живи на всю катушку.

Он остановил мобиль возле глубокого оврага, по краю которого змеилась узкая тропинка.

– Ступайте, а я вас подожду.

Сухая хвоя негромко похрустывала под ногами. Благообразов шёл молча, но я чувствовал, что напряжение постепенно отпускает его. Ничего удивительного, так действовала на людей магия Сосновского леса.

А магии здесь хватало. Она текла по толстым сосновым стволам, пряталась в мягкой лесной траве, подрагивала тонкими паутинками на летнем ветру. Из оврага тянуло сырой свежестью, и в этом ощущении тоже была магия.

– Нравится вам здесь, Мефодий Андреевич? – улыбнулся я.

– Нравится, – неохотно признал Благообразов. – Здесь воздух лёгкий, в нём чувствуется что-то особенное.

Чиновник с трудом наклонился и сорвал спелую ягоду земляники. Быстро закинул ягоду в рот и прикрыл глаза.

– С детства не был в лесу, – сказал он. – Даже забыл, как здесь хорошо.

Он вдруг остановился и посмотрел на меня.

– Признайтесь, Александр Васильевич, никакого Стража Магии здесь нет? Вы привели меня сюда только для того, чтобы поговорить без помех? Хорошо, давайте поговорим. Я понимаю, что для вас важно построить этот портал. Признаю, что был чересчур придирчив. Вы знаете, почему.

– Не любите магию за то, что она обошла вас стороной? – спросил я.

– Именно, – кивнул чиновник. – Но чувство справедливости у меня есть. Я не хочу вставлять вам палки в колёса только из личной неприязни. Давайте договоримся так: вы постараетесь не слишком увлекаться чудесами при строительстве, и аккуратно оформите положенные бумаги, а я напишу отчёт, который не вызовет вопросов у главного казначея. Договорились?

– Это прогулка так на вас повлияла? – улыбнулся я.

– Какая разница? – поморщился Благообразов. – Всё вместе на меня повлияло. Я не напыщенный идиот, что бы вы обо мне ни думали. И вижу, что вы стараетесь не только для себя.

– Рад, что вы это заметили, – кивнул я.

Чиновник говорил искренне, фальшь я бы почувствовал сразу. Надо же, как неожиданно иногда открываются люди.

– Если мы всё выяснили, давайте вернёмся на остров, – предложил Благообразов. – Это была прекрасная прогулка, ваше сиятельство.

– Пройдёмся ещё немного, – улыбнулся я. – Только не отставайте, здесь очень легко заблудиться.

Я почувствовал, что воздух передо мной сгущается. Мы подошли к границе магического пространства. Граница попыталась ускользнуть, затем лопнула с тихим хрустальным звоном.

Мы оказались на большой поляне, вокруг которой теснились высокие корабельные сосны. Поляна заросла иван-чаем, розовые цветки покачивались на ветру.

Посреди поляны нас дожидался трёхголовый золотой дракон. Лениво щуря рубиновые глаза, он смотрел прямо на нас.

Благообразов остановился как вкопанный.

– Что это? – внезапно охрипшим голосом спросил он.

– Страж Магии, – улыбнулся я. – Вы же хотели расспросить его по поводу магической энергии, помните?

– Я не хочу, – замотал головой чиновник. – Мне были нужны только бумаги.

Он беспомощно оглянулся, но вокруг был лес.

– Не бойтесь, господин старший ревизор, – мягко сказала средняя голова Стража. – Вы можете задать мне любые вопросы.

– Я не кусаюсь, – жизнерадостно добавила левая голова.

А правая печально вздохнула и закрыла глаза.

– А ещё лучше расскажите о себе, – предложила средняя голова. – Вы сказали, что у вас нет магического дара? Интересно, как так получилось?

– Я сгораю от любопытства, – кивнула левая голова и в доказательство своих слов выдохнула бледную струйку пламени.

Мефодий Андреевич нерешительно пошёл к Стражу.

А я пока решил навестить Снежника. Это забавное магическое существо, целиком состоящее из снега, зимовало в глубокой норе под корнями старой корабельной сосны. Подойдя к норе, я наклонился и заглянул в прохладную сырую темноту.

Разглядел округлый белый бок и послал Снежнику зов:

– Здравствуй, приятель! Как ты поживаешь?

Снежник ответил сонным дружелюбным импульсом. Магическое существо узнало меня, и я обрадовался этому как ребёнок.

– Погоди-ка! А это что такое?

Моего сознания коснулся ещё один ментальный импульс. Кольнул, словно ледяная иголка, и пропал, как только я его заметил.

– Кто это у нас тут такой любопытный? – заинтересовался я.

Незнакомый импульс был похож на зов Снежника, и догадка пришла сама собой

– Ты обзавёлся подружкой? Ну, ты даёшь, приятель! Когда только успел?

Снежник ответил горделивым импульсом.

– Я тоже тобой горжусь, – рассмеялся я. – Имей в виду, как только наступят холода, я жду тебя в гости со всем твоим семейством. Даже пришлю за тобой мобиль. Уверен, Игнат не откажется привезти тебя к нам, ему это не впервой.

Болтая со Снежником, я краем уха прислушивался к разговору Стража Магии и ревизора Благообразова. В основном, говорил ревизор, а Страж изредка задавал благодушные вопросы. Кстати, они уже перешли на «ты».

– Трудно пробиться в жизни без магического дара? – сочувственно спросила средняя голова Стража.

– Само собой, – печально кивнул Благообразов. – Поначалу каждую циферку в отчётах по сто раз проверял, чтобы ни единой ошибки, чтобы начальство ни к чему докопаться не могло. Да и характер у меня въедливый, мне нужно всё досконально понять, до последней мелочи. Если вижу ошибку, прямо зудит всё внутри.

Левая голова изумлённо вытаращила глаза, зато правая одобрительно кивнула.

– Ну, а было у тебя хоть раз так, чтобы ты со своей работой не справился? – спросила средняя голова. – Может, ошибки пропускал или не доделывал что-то?

– Нет, – подумав, ответил чиновник. – Если уж я взялся за работу, так доведу до конца. Говорю же, по-другому мне нельзя.

– Отличный пример скромности и трудолюбия, – наставительно сказала правая голова Стража.

Но тут не выдержала левая голова.

– Да причём тут трудолюбие? – завопила она. – Что вы ему голову морочите? Как бы он сюда прошёл, если у него дара нет?

– А ведь правда, – деланно удивилась средняя голова. – Мефодий Андреевич, а с чего ты взял, что тебя магия даром обделила?

– Я в детстве проверку не прошёл, – изумлённо пробормотал Благообразов. – Да меня и в гимназии бездарем дразнили.

– Так это когда было-то? – отмахнулась левая голова. – Есть у тебя дар, не сомневайся. Правда мне он не очень нравится, ну, так не мне с ним жить, а тебе.

– А какой у меня дар? – жадно спросил Благообразов.

Он даже привстал на цыпочки, чтобы не пропустить ответ Стража.

– У тебя дар видеть ошибки, – объяснила средняя голова.

– Зануда ты, короче говоря, – вставила левая. – Магический зануда.

– Как это? – не понял Благообразов.

– Проще показать, – хмыкнула левая голова. – Есть у тебя какой-нибудь неработающий артефакт?

Чиновник растерянно замотал головой.

– Я артефактами вообще не пользуюсь. Они же без магического дара не работают…

– А у тебя, Тайновидец?

Я подумал и вытащил из кармана серебряную пластину, которую дал мне Сева Пожарский.

– Вот.

– Ключ от магического портала? – одобрительно кивнула средняя голова. – Мефодий Андреевич, возьми-как вот эту штуку. Что нужно сделать, чтобы она заработала?

– Да я ничего не понимаю в артефактах, – изумился ревизор. – Я всю жизнь бумажки перебирал.

– Внимательно посмотри на пластину и почувствуй, чего не хватает, – нахмурился Страж. – Не пытайся понять умом, прислушайся к ощущениям.

Окончательно сбитый с толку Благообразов послушно уставился на пластину. Примерно, минуту ничего интересного не происходило.

– Закрой глаза, – посоветовала левая голова Стража.

Вот тут и началось интересное.

Почти сразу серебряная пластина в руках чиновника тускло засветилась. Видимо, этот свет не обжигал. Во всяком случае, Благообразов не выронил пластину и даже не вздрогнул. Он просто поморщился, как от зубной боли. Потом открыл глаза и спросил:

– Александр Васильевич, у вас есть иголка?

Голос чиновника меня насторожил – из него полностью исчезла горечь и привычное недовольство жизнью. Это был тон абсолютно сосредоточенного человека.

Иголки у меня не было, и я машинально покачал головой.

Благообразова это ничуть не расстроило. Он деловито огляделся, потом сорвал жёсткий лист осоки и словно бритвой полоснул себя по пальцу.

Капля крови упала на серебро и мгновенно впиталась в металл. Свечение погасло, а на пластине проступил витиеватый рисунок.

– Вот, – удовлетворенно сказал Благообразов.

Потом повернулся к Стражу и спросил:

– А что такое я сделал?

– Ты активировал ключ от портала и привязал его к своему магическому дару, – ухмыляясь, объяснила левая голова. – Что-нибудь чувствуешь?

– Сейчас ничего, – ответит чиновник. – А когда смотрел, в груди как-то странно загудело.

– Магический дар проявился, – довольно кивнула левая голова.

Благообразов протянул мне пластину.

– Я, наверное, её испортил. Простите, я не хотел, это само получилось…

– Оставьте себе, – улыбнулся я. – Теперь это ваш личный ключ от магического портала.

Мефодий Андреевич нерешительно посмотрел на меня, потом оглянулся на Стража:

– И что мне теперь делать?

– Знакомиться со своим даром, что же ещё, – усмехнулась средняя голова. – На твоём месте, Тайновидец, я бы отвёл его в библиотеку. Или хотя бы объяснил, как туда добраться.

– Придётся, – легко согласился я.

Правая голова Стража взглянула на небо.

– Нам пора, – напомнила она остальным. – Полдень.

– Точно, пока облететь Место Силы, – согласилась средняя голова. – Хорошо Северному Стражу, у него вокруг только море, там и без полётов всё видно. А тут, хочешь не хочешь, изволь подниматься в воздух. Спасибо, Тайновидец, что передал ему привет.

– Как он там? – поинтересовался я.

– Выздоравливает, – улыбнулась средняя голова. – Я потихоньку подпитываю его силой. Отойдите-ка подальше!

Мы с чиновником послушно отошли в сторону. Страж расправил крылья. Золотой силуэт задрожал, подёрнулся рябью и вдруг исчез с резким хлопком.

– Где он? – растерянно спросил Благообразов.

– В небе, – улыбнулся я и показал наверх.

Трёхголовый золотой дракон уже летел над Сосновским лесом, а рядом с ним кружила чёрная точка. До меня еле слышно донеслось знакомое карканье.

– Нам тоже пора, – сказал я.

* * *

Всю следующую неделю Мефодий Андреевич Благообразов знакомился со своим магическим даром.

Выглядело это забавно. Старший ревизор Имперского казначейства бродил по Внешнему острову и иногда замирал на месте, закрыв глаза. А потом принимался досаждать очередному бедолаге, объясняя, где именно тот сделал ошибку.

Например, он буквально заставил Савелия изменить форму окон в здании портала. Окна стали круглыми. По словам Севы, это улучшило циркуляцию магической энергии.

Князю Пожарскому Благообразов помог найти новый способ соединения магических линий.

– Ну, вот как он это сделал? – возмущался Сева. – Он же ничего не смыслит в в артефактах!

Наконец, чиновник научил местных рыбаков ловить рыбу! Он связал какую-то хитрую снасть и на зависть им вытаскивал сразу по две камбалы при каждом забросе.

Рыбаки угрюмо смотрели на бессовестного новичка.

Я понял, что с этим нужно что-то делать, и отозвал Благообразова в сторону.

– Очень рад, что ваш магический дар так силён, – сказал я. – Но не лишайте других людей права на собственные ошибки и открытия. Это и есть самая большая ошибка, которую только можно совершить.

– Правда? – покраснел Благообразов. – Я как-то не подумал. Просто хотел помочь…

– Когда-нибудь кто-нибудь непременно обратится к вам за советом, – проникновенно начал я. – Вот тогда действуйте! А лезть без спроса не нужно.

Больше на чиновника никто не жаловался, а отчёт он написал без единого замечания.

Так что через неделю магический портал был полностью готов.

– Готовы испытать портал, Мефодий Андреевич? – спросил я. – Всё-таки, первый ключ достался вам.

– А можно? – обрадовался чиновник.

Он рысью побежал к зданию портала, но на пороге обернулся:

– А вы, Александр Васильевич?

– Я поплыву на корабле, – рассмеялся я. – Не очень люблю все эти магические перемещения.

Глава 27

Утром я вышел на балкон своего особняка с чашкой кофе, прищурился на утреннее солнце и в который раз понял – жить хорошо!

Целую неделю после возвращения из экспедиции я отдыхал в своё удовольствие. Все неотложные дела терпеливо ждали, но теперь настало время заняться ими. Сегодня вечером я собирал всех преподавателей Императорской магической академии – нужно было определиться с планами на предстоящий учебный год.

А через два часа мне предстоял завтрак в доме отца.

Вместо того, чтобы прислать мне зов, Василий Игоревич отправил приглашение с курьером, так что от этого завтрака я не ожидал ничего хорошего.

Такое же приглашение отец отправил Игорю Владимировичу, дед сам рассказал мне об этом. Видимо, разговор предстоял очень серьёзный.

В дальнем углу сада Игнат и Федот занимались чем-то интересным. Они шебуршали в кустах и переговаривались шёпотом, словно заговорщики.

– Что это вы там делаете? – бдительно поинтересовался я.

– Место для ульев выбираем, ваше сиятельство, – вынырнув из кустов, ответил Игнат. – Пчёлок буду разводить.

– А если пчёлы кого-нибудь покусают? – нахмурился я.

– С чего бы это? – искренне удивился Игнат.

Рядом с ним появилась голова Федота.

– Не извольте беспокоиться, ваше сиятельство, – сказал он. – Это пчёлки смирные, я эту породу знаю. Мы их от господина Митрохина привезли.

– Зато какой мёд будет! – добавил Игнат. – Свой, сладкий! Да мы всего парочку ульев поставим.

– Ладно, – усмехнулся я.

В конце концов, у меня в саду уже жила доисторическая кистепёрая рыба. Она медленно шевелила плавниками в пруду и наслаждалась магическим фоном. Почему бы рядом с ней не поселиться мирным пчёлам, которые дают сладкий мёд?

Лиза тоже вышла на балкон. Я поставил чашку на перила и обнял супругу за плечи.

– Не выбраться ли нам с тобой сегодня в город? В два часа профессор Скороходов будет читать лекцию о нашей экспедиции в Публичном университете для всех желающих. Интуиция подсказывает мне, что там будет весело. Не то, что на завтраке у моего драгоценного батюшки.

– Поедем, – обрадовалась Лиза.

– Потом не спеша пообедаем в каком-нибудь ресторанчике на набережной, – улыбнулся я. – А оттуда поедем прямо в академию.

* * *

За пять минут до назначенного времени извозчик высадил меня у ворот отцовского особняка. Игорь Владимирович уже был здесь. Опираясь на трость, он стоял возле парапета набережной и любовался бликами солнца на мутной воде Мойки.

– Вы уже прибыли на экзекуцию, – обрадовался я.

– Не преувеличивай, – усмехнулся Игорь Владимирович. – Твой отец превосходно справился с рутиной, пока мы занимались интересными делами. Я очень благодарен ему за это, и безропотно выслушаю его упрёки.

– Тогда и я последую вашему примеру, – решил я.

– Пора, – сказал дед, взглянув на часы. – Иначе к упрёкам добавится ещё один.

В дверях нас встретила Анна Владимировна Гораздова.

– Как я рада вас видеть, – обрадовалась она. – Проходите.

На мгновение у меня мелькнула мысль, что отец образумился, и нам предстоит чинный семейный завтрак. Но Анна Владимировна тут же меня разочаровала:

– Стол накрыт в кабинете. Василий Игоревич сказал, что у вас будет серьёзный разговор.

– Надеюсь, он не затянется, – улыбнулся я. – Анна Владимировна, сегодня вечером я жду вас в академии. Будем готовиться к новому учебному году.

– Хорошо, Александр Васильевич, – улыбнулась Гораздова.

Мы с Игорем Владимировичем поднялись в кабинет отца.

Стол сверкал посудой. Среди приборов я заметил кастрюльку с овсяной кашей. Слуга в ливрее почтительно замер у стены.

Отец в парадном мундире с высоким воротом стоял возле окна, заложив руки за спину. Окно выходило на набережную. Значит, отец видел, как мы с Игорем Владимировичем разговаривали у ворот.

Когда мы вошли, отец повернулся и церемонно наклонил голову:

– Рад, что вы соизволили принять моё приглашение. Разговор серьёзный, и не терпит отлагательств. Прошу!

Он церемонным жестом указал на стол. Дождался, пока слуга разложит по тарелкам овсяную кашу, и коротко кивнул:

– Свободен. Понадобишься – позову.

Затем обвёл нас тяжёлым взглядом, как хищник, выбирающий первую жертву, и ожидаемо остановил выбор на мне.

– Начну с тебя, Александр. Вижу, что доверие императора не пошло тебе на пользу. Ты не хочешь серьёзнее относиться к своим поступкам. Ты увёз главу нашего рода из Столицы и оставил его в море! Это легкомысленно, безответственно и безрассудно!

Отец говорил так, словно репетировал заранее. Спорить с ним не имело смысла, это я усвоил ещё в детстве. Но и демонстрировать пренебрежение не стал. Просто сидел и слушал, доброжелательно глядя на отца.

Это его заметно нервировало. Пару раз он сбился, затем безнадёжно скомкал свою великолепную обвинительную речь. Устало вздохнул и спросил:

– Что ты скажешь в своё оправдание?

Я пожал плечами и коротко ответил:

– Ничего, ваше сиятельство.

Моё откровенное нежелание спорить окончательно выбило отца из колеи.

– Ты безнадёжен, – сухо обронил он и повернулся к Игорю Владимировичу.

– Я не вправе учить вас, как поступать. Но мне казалось, что глава рода не может просто взять и устроить себе отпуск посреди важных переговоров. Ваше отсутствие удивило не только меня, но и наших будущих партнёров. Конечно, я сделал всё возможное, чтобы наша репутация не пострадала, но кто знает, какие разговоры пойдут по Столице. Вы даже не оставили доверенность, которая дала бы мне право вести дела от вашего имени!

– И тем не менее, ты прекрасно справился, – негромко заметил дед.

– Я старался, – кивнул отец. – Но мне кажется, что Александр дурно влияет на вас.

– Это ещё неизвестно, кто на кого влияет, – рассмеялся дед.

– А ведь вам понравилось, – неожиданно сказал я.

Отец удивлённо уставился на меня:

– Что?

– Вам понравилось быть главой рода, – повторил я. – Понравилось самому принимать решения. А этот разговор нужен только для того, чтобы мы признали ваши заслуги. Но мы и без того охотно их признаём. Правда, Игорь Владимирович?

– Именно, – согласился дед. – В трудную минуту ты повёл себя как настоящий глава рода. Я горжусь тем, что у меня такой замечательный сын.

– Но…

Отец попытался возразить, но не смог. Ему мешал комок в горле.

– Думаю, это нужно отметить, – решил Игорь Владимирович.

Он взял со стола серебряный колокольчик и вызвал слуг:

– Уберите овсянку и принесите игристое. Будем праздновать!

* * *

– Насчёт доверенности ты совершенно прав, – кивнул дед, потягивая игристое. – Это моё упущение.

Он отставил бокал и сел за письменный стол.

– Где у тебя бумага?

Он быстро набросал на листе плотной дорогой бумаги несколько строк и размашисто подписал. Затем протянул документ отцу:

– Держи. Я хочу поручить тебе важное дело, Василий. Император одобрил строительство магических порталов по всей Империи, и строить их будешь ты. Дело непростое, но ты справишься. Хватит тебе ходить у меня в помощниках, пора действовать самостоятельно. Возьмёшься?

– Возьмусь, – радостно кивнул отец.

И не удержался – бросил на меня горделивый взгляд. Но я сделал вид, что ничего не заметил.

Когда мы снова вышли на набережную, Игорь Владимирович неожиданно спросил:

– Саша, а ты и мои эмоции читаешь так же ясно?

– Да, – честно ответил я. – Но ведь вам незачем их скрывать?

– Незачем, – с улыбкой согласился дед.

* * *

Лиза взяла с собой зонт.

– Думаешь, снова будет дождь? – удивился я.

– Уверена, – спокойно кивнул моя предусмотрительная супруга.

Хорошо, что мы пришли чуть раньше и заняли места в последнем ряду. Потому что народу в аудиторию Публичного университета набилось видимо-невидимо.

– Здесь бывают самые разные люди, – шепнула мне Лиза. – Большинство из них ходят на лекции для развлечения.

Публика громко переговаривалась, не обращая внимания на служителя, который безуспешно пытался навести порядок.

Как раз в эту минуту на скамью перед нами уселся длинноволосый юноша в студенческой тужурке. Первым делом он выудил из внутреннего кармана бутылку дешёвого вина, зубами вытащил пробку и сделал большой глоток. Довольно крякнул, затем поставил бутылку на пол и крепко прижал ботинками.

– Этот молодой человек здесь явно не впервые, – усмехнулся я.

Наконец, появился профессор Скороходов. Публика громко засвистела, но профессор оказался к этому готов. Он держал в руках увесистую папку, и так громко треснул этой папкой по кафедре, что на секунду в аудитории повисла заинтересованная тишина.

Профессор воспользовался этим и спокойно начал лекцию.

Он оказался отличным оратором – его слушали почти полчаса, и даже длинноволосый юноша перестал прикладываться к бутылке.

Но очень скоро слушатели заскучали, и им захотелось развлечься.

Профессор как раз рассказывал о том, как мы попали на остров Стража.

– Страж оказался огромным броненосцем в панцире из чистого золота, – сказал профессор.

– Враньё! – громко выкрикнул нетрезвый юноша и попытался запустить в профессора бутылкой.

Я оказался наготове и аккуратно вынул бутылку из его руки. Юноша этого даже не заметил.

– Враньё! – подхватила публика.

Слушатели свистели, кричали улюлюкали и громко топали ногами.

– Враньё! Враньё!

Скороходов нисколько не растерялся. Он знакомым жестом вскинул руки вверх. Под потолком аудитории мгновенно сгустилась туча, а из неё хлынул самый настоящий ливень!

Публика восторженно взревела, а затем поспешила к выходу. Видимо, дождь служил своеобразным сигналом, что лекция окончена.

В дверях возникла давка.

Щёлк!

Лиза спокойно раскрыла зонт, и он оказался достаточно большим, чтобы укрыть нас обоих. Капли забарабанили по плотной ткани.

– Какая же ты умница, – улыбнулся я. – Теперь нам не придётся толкаться у выхода.

Через минуту дождь прекратился. В аудитории остались только мы с Лизой и тот самый длинноволосый юноша. Когда началась суматоха, он прилёг на освободившуюся скамейку и спокойно уснул, укрывшись тужуркой.

– А где профессор? – удивился я.

– Он там, – Лиза показала на приоткрытую дверь за кафедрой.

Из-за двери слышались голоса.

Я вернул бутылку юноше, просто засунув её в карман тужурки, а затем мы с Лизой спустились и заглянули в дверь.

Профессор действительно был там. Он уже успел переодеться и теперь, рассеянно улыбаясь, слушал ректора университета, который поздравлял его с небывалым успехом лекции.

– Билеты разошлись по двойной цене! – ликовал ректор. – Публика платила даже за право постоять в проходах. Великолепная реклама нашему университету, Алексей Иванович!

Тут ректор быстрым движением достал из кармана кошелёк и втиснул его в руку профессора.

– Надеюсь, на следующей неделе вы повторите своё выступление?

– Непременно, – хмуро кивнул Скороходов.

– Вот и замечательно, – просиял ректор.

Он похлопал профессора по плечу, а затем ловко протиснулся мимо нас с Лизой:

– Моё почтение!

Профессор тоже нас заметил и невесело улыбнулся:

– Александр Васильевич, очень рад!

Затем вопросительно посмотрел на Лизу.

– Елизавета Фёдоровна, моя супруга, – представил я.

– Приятно познакомиться, – церемонно поклонился Скороходов. – Кажется, я вас уже где-то видел.

– Я бывала на ваших лекциях, – подсказала Лиза. – Сегодня вы выступили великолепно.

– Насколько это было возможно, – скептически покачал головой профессор. – Впрочем, ректор остался доволен, а мне удалось заработать на обед и оплату квартиры.

– Мы с Елизаветой Фёдоровной как раз собираемся пообедать, – улыбнулся я. – Позвольте вас пригласить.

– Вы, наверное, промокли, – забеспокоился Скороходов. – Тут уж ничего не поделать, от моих лекций публика ждёт непогоды.

– Елизавета Фёдоровна предусмотрительно захватила с собой зонт, – сказал я.

Скороходов с уважением посмотрел на Лизу.

В летнем кафе неподалёку от университета мы заказали лёгкий тыквенный суп и отбивные котлеты.

– Что вы собираетесь делать дальше? – спросил я профессора.

– В экспедиции я собрал немало материалов, – ответил Скороходов. – Вёл записи при любой возможности. Собираюсь сделать целый цикл лекций, буду выступать с ними в университете, да и в любом месте, куда пригласят. Если смогу заработать достаточно денег, зимой сяду за книгу. Это будет уже серьёзная работа. К весне деньги кончатся, тогда придумаю что-нибудь ещё.

Профессор легкомысленно пожал плечами.

– Вам нравится такая жизнь? – напрямик спросил я.

– Трудно сказать, – честно ответил Скороходов. – С одной стороны, я никогда не могу быть уверен в будущем. Бывают времена, когда мне нечем заплатить за квартиру. Хорошо, что хозяйка верит мне в долг. Чудесная женщина! С другой стороны, мне нравится выступать перед публикой. Я ведь не какой-нибудь ерундой её развлекаю. Когда я вижу, как у слушателей загораются глаза, мне кажется, что всё это не зря.