Текст книги "Механик (СИ)"

Автор книги: Алекс Любич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 16 страниц)

Глава 6

-Рота, подъем!!!

Утро начиналось отвратительно. Пришлось выползать из-под одеяла в утреннюю свежесть, которая была определенно не выше 5 градусов выше точки замерзания воды, облачаться в тот минимум одежды, который позволяло скудное выделенное на это время, и бежать на тренировочную площадку.

Свен только успел влезть в ботинки, как роту погнали на разминку. Дальше началось стандартное «дружно сделаем сотню отжиманий», затем «теперь сотню раз пресс качаем» и так далее. Новое тело Свена без особых усилий выполнило все требования, для Марса это также не составило ни малейших затруднений. С человеками было сложнее. Нормативы они всё же выполнили, пусть и не обошлось без затруднений. Ну, дохлые человеки по сравнению с орками, это научный факт, против которого не попрёшь!

После разминки всех погнали умываться, затем был завтрак, после которого десяток солдат, включая Свена и Марса, погнали на плац, где они до самого обеда занимались строевой подготовкой под руководством лично самого капитана. Улучив момент, когда человеки попадали от усталости, Свен подошел к капитану и спросил:

–Господин капитан, объясните, пожалуйста, смысл того, чем мы занимаемся. На параде нам выступать не грозит, так зачем заниматься этой шагистикой?

–Эта самая шагистика, – ответил капитан, охотно объясняя воинскую премудрость новобранцу, – является основой всего в пехоте. Вот ты думаешь, что это бессмысленно, однако, шагистика учит беспрекословно моментально подчиняться командам, не задавая вопросов, зачем какое действие нужно. В бою не будет времени думать! Кто над командами задумывается, тот и сам погибнет, и товарищей своих погубит. Шагистика – это фундамент, на котором строится всё, что делает пехота. Просто поверь мне, сынок!

Свен кивнул и пошел осмыслять сказанное. В прошлой жизни на Земле он успел усвоить, что далеко не всё, что кажется глупым и неразумным действительно таковым является. Так-то все противопожарные нормативы с техникой безопасности можно у глупости записать, ведь неприятности случаются не чаще одного раза из тысячи…

В казарму Свен вернулся одновременно с другими легионерами, будучи в совершенно убитом состоянии. Целый день под палящим солнцем раз за разом повторять одни и те же движения… Проще сдохнуть!

Он лежал на койке, когда осознал, что за ужином выпил слишком много компота. Не спеша поднялся с койки, всунул ноги в ботинки, да двинулся в сторону отхожего места, когда трое человеков преградили ему дорогу. Заводила по центру, «поддержка» чуть позади него по обе стороны. Первый попытался ударить кулаком в лицо. Так медленно и неуклюже двигаться – это оскорбление для воина Урук-Хай! Свен чуть склонил голову влево, чтобы кулак пролетел над его правым ухом и от души запястьем правой руки рубанул снизу вверх по бедру противника, отсушив его на ближайшие час-полтора. Продолжая восходящее движение, он локтем врезал по челюсти, чтобы этот больше не беспокоил. Схватить за затылки оставшихся двух противников и приложить их головами друг об друга – это еще секунда. Оттолкнув безвольные тела в стороны, Свен спокойно прошел на выход. С момента нападения прошло не больше пяти секунд. Если у кого-то и остались претензии к нему, быстрота и жестокость схватки охладила горячие головы.

Возвращаясь из туалета, он отметил лужу крови, перешагнул через нее и спокойно лег на койку. Невозможно приблизиться к орку-охотнику, не потревожив его чуткий сон, уж это он знал абсолютно точно. Особенно, если рядом его названный брат.

Три недели «учебки» пролетели, будто один день. Основные команды были накрепко вбиты в голову, правила поведения усвоены, базовые навыки обращения с ранее незнакомым оружием получены. Из новобранца Свен стал рядовым и тянул лямку наравне с остальными.Попытки затрюмить новобранца прекратились на пятый день, когда лейтенант Ридж вооружил Свена парой ассагаев и выставил против него двух наиболее наглых старослужащих с мечами и щитами, приказав убить друг друга. Буквально через минуту одного из противников унесли в санчасть, другого же за ноги потащили в сторону ворот: зачем хоронить, если можно труп просто кинуть в реку? Рыбки и крокодилы порадуются, они живые и тоже кушать хотят.

Лейтенант потом длинную речь задвинул на тему того, что не надо борзеть и недооценивать противника. Свена же после он отозвал в сторону и неофициально выразил благодарность, намекнув, что с его помощью решилась проблема с парой самых противных смутьянов, типа, «вот тебе спасибо, но не зарывайся». Главное, что нафиг не потребовалось в казарме свои порядки устанавливать, всех устроило, что когда не лезут к нему, Свен никого не трогает. И брат его тоже никого не трогает.

Учиться пришлось многому: тут и новые виды оружия, и новые приемы обращения с уже знакомым, и тактическое взаимодействие, и много еще чего. Также он в авральном порядке учил человеческий язык, который именовали «зунландским». Лейтенант Ридж трижды в неделю проводил уроки грамоты и чистописания для тех, кому это было интересно. Свену было очень интересно, более того, он уговорил Марса также их посещать. Язык был с очевидными германскими корнями, правила чтения простые, грамматика не сложнее, чем в нидерландском. С названным братом они сдружились, лейтенант это отметил и определил их в одно отделение под команду сержанта Тео, невзрачного жилистого человека в треть от нормального орка. Впрочем, Тео оказался свойским парнем, не стеснявшимся учить Свена разговорной речи на зунландском вечерами, а днем не давая обоим названным братьям ни малейшего спуска на тренировках. Хотя выглядела их тройка комично: два зеленокожих верзилы и человек ростом максимум им по грудь.

Дважды в неделю капитан давал для личного состава уроки математики. Посещали их, в основном, артиллеристы. На Свена поначалу смотрели как на дикаря посреди музея современного искусства, однако, уже со второго занятия относились к нему с уважением: то, что капитан преподавал, Свен ещё не успел забыть с первого класса старшей школы*. Капитан быстро выделил Свена и начал заниматься с ним в индивидуальном порядке: гарнизонная скука – страшная вещь. Если солдату скучать не дает начальство, то самому начальству для себя приходится выдумывать занятия, вот офицеры и занимались повышением уровня знаний среди солдат.

***

Примерно соответствует 6-7 классу российской школы.

***

Прошло ещё два месяца, дурдом первых недель закончился, Свен втянулся в службу, ходил в караулы, стоял дневальным, днями осваивал воинскую профессию и вечерами учил устав, когда поломалось водяное колесо, качавшее воду в купальню и на кухню. Эта гигантская конструкция в полтора орочьих роста, приводимая в действие течением речки, что текла вдоль заднего вала военного лагеря была создана лет пять назад, никто не помнил не то, что создателя, но даже имени капитана, который тогда возглавлял этот пункт временной дислокации. Короче, вот проблема, кто и как её решать должен – неизвестно. Какой-никакой, а это был шанс выделиться из общей массы. Свен подошел к лейтенанту и спросил разрешения посмотреть на проблему.

–Ну ты-то что в этом можешь понимать?! – безнадежно отмахнулся командир.

–Хуже ведь не будет? – философски ответил Свен.

–Демон с тобой! Посмотри. Если кто будет спрашивать, скажешь, я разрешил.

–Так точно! – отдав воинское приветствие, Свен развернулся и строевым шагом направился к аварийному сооружению.

Здоровенное колесо, сбитое из массивного деревянного бруса и толстых досок, вращалось на оси из бревна толщиной в три свеновых ладони. Течение бодрой речушки вращало колесо, при этом закрепленные на его ободе обрезки толстых бамбуковых стволов подхватывали воду и выливали ее в желоб вблизи верхней точки этого самого колеса. По крайней мере, в теории. На практике, последние много месяцев никто не удосужился ни менять смазку, ни вообще смазывать эту самую ось, в результате чего бревно с одной стороны полностью источилось и обломилось. Разумеется, колесо тут же слетело и заклинилось в перекошенном состоянии. Для починки нужно было, всего-то, поднять колесо, заменить бревно оси, сменить вкладыши опоры, ну и по мелочи подновить. Работы на полчаса, если у вас есть подъемный кран минимум на пару тонн. Свен не поленился залезть в ледяную воду, чтобы оценить прочность конструкции, осмотрел каждую мелкую деталь и направился на доклад. Только сначала на склад завернул.

-Итого, господин капитан, помимо приложенного списка материалов и вспомогательного оборудования, требуется задействовать отделение солдат, иначе никак, – закончил свой доклад Свен.

–На схеме указаны 10 человек, зачем тебе ещё двое? – уточнил капитан, внимательно рассматривая сделанный Свеном чертеж.

–Лучше пусть они не понадобятся, но будут, чем понадобятся, но не будут – ответил лейтенант Ридж. – Уж вам ли не знать?

–Да понятно это всё, – капитан махнул рукой. Подумав, он повернулся к Свену и спросил: – Уверен, что вы вдвоем сможете вытащить колесо?

–Мы не совсем вдвоем, господин капитан. Две пары солдат будут наращивать подпорки, ещё двое будут вытягивать тали по мере необходимости. А так-то чего в том колесе весу-то? Не больше пары тонн, вдвоем с Марсом вполне осилим!

–Ну добро, действуйте! – решил капитан. – Свен, ты назначаешься ответственным за операцию. Принимай командование!

Когда ты много лет подряд руководил участком дорожных работ, нет ничего проще, чем организовать дюжину приданных тебе работников во что-то разумное. Особенно, если тебе приходилось координировать работу нескольких автомобильных кранов, например, для извлечения двенадцатитонного асфальтового катка из кювета.

При строительстве вот этого вот всего от речки была отделена узкая протока, в которой и располагалось колесо, с одной ее стороны был берег под стеной форта, с другой стороны скалистый островок. И там, и там стояли деревянные подпорки, на которых колесо должно было вертеться.

–Внимательно запомнили? По команде «первые» вы, первые номера, подкладываете доски под брусья. По команде «вторые» вы, вторые номера, делаете то же самое. Уточняю: когда первые номера подкладывают доски, вторые номера следят, чтобы эти самые доски легли ровно. Когда вторые номера подкладывают доски, первые номера следят, чтобы ничего не перекосило. Всё понятно? Уточняю: если по недосмотру доски перекосит или, упаси Создатель, всё это рухнет, я лично вставлю виновному эти самые доски… Ну, вы поняли?! – Свен грозно оглядел всех присутствующих. Присутствующие представили себе исполнение угрозы, им стало крайне неуютно. – А раз все всё поняли, приступаем к работе! Пальцы никуда не совать, рукавицы не снимать!

Большую проблему создавало то, что строители этого чудесного сооружения не озаботились постройкой шлюза или заслонки на входе протоки. Поэтому, для ремонта колеса было необходимо поднять его выше уровня воды, то есть, примерно на метр. Вроде бы, невеликая высота, да только течение постоянно пытается выдернуть колесо, провернуть его и, при малейшей возможности, покалечить ремонтников. Свен установил целую систему талей и блоков, за которой надзирали два крепких легионера, остальные должны были обеспечивать постепенный подъем оси колеса.

Да, дружеские отношения с начальником склада способны горы свернуть, без них не нашлись бы ни блоки, ни доски, ни брусья, ни прочее необходимое. Попутно Свен познакомился с ротным кузнецом, который по его эскизам отлил из бронзы вкладыши подшипника водяного колеса. Пусть после этого кузнец заявил: «раз такой умный, сам их до ума доводи, вот тебе напильник», но это были мелочи. Свен даже взял со склада собственный инструмент, который сдал туда при вступлении на службу. Главное, что результат был достигнут.

Ремонт колеса выглядел гораздо скучнее, чем можно было бы представить. Между толстенными спицами (тоже брусьями пятидюймового размера) просовывался брус. Со стороны берега его на плечо клал Свен, с другой стороны Марс. Брус приподнимали, с обеих сторон солдаты подсовывали под него доску толщиной примерно в два дюйма. Орки отходили ко второму брусу (по другую сторону от оси), и операция повторялась. Стоявшая выше по течению пара солдат по команде подтягивала или ослабляла тали, не давая течению сдернуть колесо. И так пока нижняя часть обода не замерла над текущей водой. Хорошо, что выбивать клинья, которыми бревно оси крепилось к колесу, не потребовалось, их просто спилили.

Разумеется, не обошлось без накладок, то бревно, которое должно было стать новой осью, было плохо обточено. Свену пришлось оперативно браться за рубанок и срезать чуть не дюйм дерева. Пришлось также подтачивать бронзовые вкладыши на оси колеса. Хорошо, догадался вставить между опорой и осью лист свинцово-оловянно-медного сплава, принявшего на себя все нагрузки. Главное – колесо вновь завертелось, а вода полилась по желобу в бочки купальни Пункта Временной Дислокации. Ну и на кухню, не будем о ней забывать…

Через три дня Свена вызвали к капитану. Зайдя в полутемную палатку, он обнаружил всех трех офицеров за столом пристально и подозрительно глядящих на него.

–Рядовой Свен по вашему приказанию прибыл, господин капитан! – проорал он, отдав уставное приветствие.

–Присаживайся, разговор есть, – ответил хозяин палатки. – Есть мнение, что ты в рядовых засиделся, что ты по этому поводу думаешь?

–Ничего не думаю, вам виднее, господин капитан! – Свен старательно изображал тот самый «вид лихой и придурковатый», что, по мнению многих гражданских, описан в уставах.

–Хорош слабоумного из себя строить, – сморщился лейтенант Ридж. – Мы тебя в деле видели. Починкой водяного колеса командовал? Командовал. Пострадавших при ремонтных работах не было? Не было. Работы в срок выполнены? Выполнены. Качество работ удовлетворительное? Определенно! Вот мы посовещались и решили произвести тебя в сержанты!

–Ээээээ… – выдавил из себя Свен.

–Не дрейфь, – продолжил капитан, – В артиллерию тебя определили. Там соображающие и рукастые нужны. Неделя тебе на изучение материальной части, Ридж тебя подтянет. Математику ты уже лучше любого канонира знаешь. Через неделю сдашь зачеты, будешь командиром второго расчета первой батареи, это которая к востоку от северных ворот.

–Господа офицеры, не надо так шутить над бедным орком, – Свен никак не мог подобрать правильные слова, – Я ведь эти ваши громовые палки с бревнами даже вблизи не видел! За что мне это?!

–За то, что мне командиры нужны! – отрезал капитан. – Тут на две сотни дармоедов всего трое офицеров, три мастер-сержанта и шесть сержантов. По уставу, сколько должно быть?

–Офицеров столько же и втрое больше сержантов и мастер-сержантов, господин капитан!

–Правильно! И взять мне их неоткуда, кроме как из личного состава. Поэтому отставить препираться! Тебе командир задачу поставил? Вот и выполняй! Ты парень умный, хоть и прикидываешься дурачком. Короче, свободен! Кругом, шагом марш!

Свен выскочил из палатки, осмысливая сказанное. Уже въевшаяся в кровь армейская мудрость, что надо быть ближе к кухне и дальше от начальства в голос вопила, что повышение – это не к добру. Волей-неволей окажешься ближе к начальству. Опять же, батарея – место особое. На виду, незаметно не сбежишь, да и пушки эти… С огнестрельным оружием Свен был знаком хорошо, но с современным, по дульнозарядному разве что базовый инструктаж прошел лет десять назад. С другой стороны, он ведь именно на что-то подобное и рассчитывал, когда вызвался починять злосчастное колесо, так что отставить сомнения!

Всё оказалось не так страшно, как думалось сначала. К этому моменту зунландский язык был им освоен в достаточной мере, чтобы читать наставления к орудиям и мушкетам. Впрочем, наставления больше походили на инструкции класса «поздравляем с приобретением кофейного аппарата нашего производства, неукоснительное соблюдение данной инструкции обеспечит долгую и бесперебойную работу…», но хотя бы так. Несколько смущала сложная и путаная процедура зарядки пушек, только он по опыту знал, что подобные инструкции написаны кровью, и каждый их пункт должен неукоснительно исполняться, если не хочешь больших неприятностей. Наставления и артиллерийские баллистические таблицы он заучил наизусть, сдал на третий день зачет лейтенанту Риджу, не ошибившись ни в едином ответе. Зачет по тактике ружейного боя также был сдан на отлично. Пришло время претворять теорию в практику: лейтенант потащил его на стрельбище, сдавать зачет по стрельбе из мушкета.

В принципе, если умеешь стрелять из лука, да ещё и попадать при этом, проблем со стрельбой из длинноствольного оружия быть не должно: нужные мышцы рук в наличии, глазомер присутствует. Особенно, если в прошлой жизни ты неплохо стрелял из современного оружия. Так и получилось. Свену выдали мушкет, несколько патронов из промасленной бумаги и принадлежности.

Повозившись несколько минут и прикидывая выученную теорию к конкретному железу, ему удалось зарядить эту вершину гномьего оружейного мастерства и произвести выстрел. Ружье было гладкоствольным монструозного восьмого калибра, то есть, что-то около двадцати миллиметров, приклад оказался слишком коротким для Свена (делали его для низкорослых гномов), но в целом, оружие выглядело качественным и, судя по янтарному прозрачному лаку, очень дорогим.

Выстрел тяжко ударил по ушам. Отдача показалась слишком слабой для такого калибра. Когда облако порохового дыма сдуло в сторону ветром, Свен с удовлетворением рассмотрел круглое отверстие точно в центре ростовой мишени, что стояла в тридцати шагах от огневого рубежа. Снова зарядить мушкет: вставляем иглу в затравочное отверстие, рвем зубами патрон, высыпаем порох в ствол, туда же сам патрон, удар круглой колотушкой, чтобы забить пулю, рукояткой той же колотушки проталкиваем ее в ствол, двумя движениями шомпола дослать пулю до конца, чтобы порох был плотно утрамбован, вынимаем иглу, насыпаем на полку мелкомолотого пороха, закрываем полку, взводим курок… Выстрел! Второе отверстие в мишени появилось точно в центре головы. Снова долгая процедура зарядки мушкета и выстрел. Третья пуля пришлась рядом с первой.

–Да ты прирожденный стрелок! – восхитился лейтенант Ридж, осмотрев мишень. – Зачет сдан!

–Делов-то, – пробормотал Свен. – Из лука и то попадать сложнее…

С пушкой всё оказалось куда замороченней. Там и разные боеприпасы, и разные навески пороха, и много ещё чего. Одно дело заучивать теорию, совсем другое дело практика. К счастью, а может, и к несчастью, пороха в части было много, на обучение его не жалели. Внешне это гномовское изделие было похоже на французскую восьмифунтовую пушку конца 18 века: примерно те же размеры, сходный калибр и прочее. Короче, бронзовая хреновина длиной в человеческий рост, тяжелая, зачем-то отполированная до блеска. На первый взгляд, сделана качественно. Единственная проблема – в уставах ни слова о том, как это чудо в принципе положено использовать. Неразберихи добавлял тот факт, что на других батареях стояли также пушки лундийского и эльфийского производства, которые отличались от гномьих, пусть и не слишком заметно.

Сделав полтора десятка выстрелов, просто чтобы проверить, правильно ли он понял написанное в наставлении, Свен отправился к командованию, сопровождаемый кислыми взглядами обоих орудийных расчетов. Кончилась легкая жизнь, сейчас эта зеленая орочья морда наведет шороху!

Глава 7

-Разрешите обратиться, господин лейтенант! – гаркнул он почти в ухо дремавшему в раскладном кресле Риджу, бесшумно подкравшись к нему сзади.

–Что?! Где?! Враг у ворот?! – Ридж вскочил, пытаясь вытащить из ножен саблю, зацепившуюся эфесом за портупею.

–Никак нет, господин лейтенант! – Свен сделал морду чемоданом, вытянувшись по стойке «смирно», старательно изображая тупого служаку.

–Чтоб тебя демоны забрали, орчина проклятый! – выругался лейтенант. – Какая нелегкая тебя принесла в сей недобрый час?

–Докладываю: орудие освоил, как применять, не знаю!

–Что значит «не знаю»? Мало тебе того, что любимого командира чуть до приступа сердечного не довел?

–Так точно, мало! – гаркнул Свен и продолжил нормальным голосом, – извини, Ридж, ты так забавно дрых, что я просто не смог удержаться!

–Ладно, проехали, – буркнул с усмешкой лейтенант, – что хотел-то?

–Надо тактику для артиллерии строить, помощь твоя нужна.

–А сам что?

–А сам я ничего про вашу войну не знаю и знать не могу.

–И что, не мог до вечера подождать?

–Так сам посуди: вот спросил бы я тебя вечером, ты бы меня до поздней ночи дрючил, а спать когда? А тут тебе самому всё надоест прежде, чем ужин объявят!

–Вот ты жук! – восхитился Ридж безупречной логике подчиненного.

–Не жук, а мудро и обдуманно действующий военнослужащий, – Свен воздел указующий перст к небесам.

–Давай тогда короче, в чём твоя проблема?

–В том, что в уставе три главы про катапульты, баллисты и требушеты, но ни слова про пушки. А вот этого вот всего метательно-кидательного я здесь не наблюдаю. Как быть и кто виноват?

–Свои соображения у тебя имеются? – с тоской в голосе спросил лейтенант.

–Разумеется, только я не знаю, насколько они применимы.

–Тогда берешь бумагу с ручкой и представляешь мне эти соображения в письменной форме. А сейчас отвали, – Ридж явно собрался продолжить сиесту.

–Господин лейтенант, вы так шутить изволите? – Свен скроил максимально удивленную рожу. – Нет, если вас удовлетворит «мама мыла раму»… Так-то я и язык-то ваш только учу, да и алфавит не до конца освоил…

–Тьфу на тебя, наглая орочья рожа! – скривился лейтенант. – Поспать спокойно не дашь! Ладно, так и быть, помогу.

Широко улыбнувшись, демонстрируя чуть длинноватые клыки, Свен проследовал за лейтенантом в палатку.

–Гордись, морда, целый лейтенант у тебя писарем работать будет! – буркнул Ридж, достав из сундука подобие блокнота и карандаши. – С чего начнем?

–Лучше всего с самого начала. Кто у нас враги, какое у них вооружение, численность, тактика?

Импровизированное совещание затянулось до самого отбоя. Вернее, лекция. Лейтенант даже послал ординарца за ужином, чтобы не отвлекаться от темы. Дело в том, что в части, а то и во всём Легионе, никто толком не понимал ничего в современной артиллерии. Пушки здесь появились чуть больше года назад вместе с очередной ротацией личного состава: привезли дюжину орудий и целый воз боеприпасов к ним. Логика командования была проста: вот вам оружие, вот инструкции по обращению с ним, чем вы ещё недовольны? Осваивайте матчасть и не делайте начальству нервы. Тем более, что вот вам ещё приказ о реконструкции стен, чтобы появились бастионы. Выполняйте бегом и молча!

Старые стены и частоколы снесли, новые рвы выкопали, валы насыпали, и хватит. Тогдашний капитан расставил орудия, от балды назначил орудийные расчеты и успокоился. Сделав из пушек по несколько выстрелов, просто чтобы убедиться, что они исправны, в дальнейшем личный состав ограничивался исключительно никому не нужной полировкой их до зеркального блеска. Да, нынешний капитан учил артиллеристов основам тригонометрии, только легионеры не горели желанием применять эти знания в реальности. В самом деле, нафига разбираться с новым вооружением, если враг не стоит у ворот? И вообще, инициатива наказуема. Короче, отцы-командиры про пушки забыли, подчиненные на пушки забили.

Свена такая ситуация никоим образом не устраивала. Он любил огнестрельное оружие и считал позором не уметь им в полной мере пользоваться, о чём он и доложил начальству, не стесняясь в выражениях. Ответом было: «тебя на эту должность именно для того и поставили, чтобы порядок навести». Да, лейтенант обещал полное содействие, но давай-ка ты дружок сам нормативы составляй, планы рисуй, тренировки проводи и свой расчет дрючь. Сможешь показать результат – распространим на остальные расчеты, а тебе благодарность. Не сможешь, объявим взыскание и в увольнение не отпустим. Почему спрашиваешь «что такое увольнение»? Откуда такие вопросы, солдат?!

По итогам совещания ни малейшей ясности по артиллерийской тактике у Свена не появилось, зато лейтенант просветил по всем возможным и невозможным врагам. Теперь было о чем подумать. С другой стороны, зачем думать? Надо начать дрючить вверенный ему личный состав, глядишь, в процессе ясность какая-то появится и по возможностям допотопных стрелядл, и по тактике. С этой мыслью Свен заснул, и снилось ему сражение при Ватерлоо…

Сразу после построения, поднятия флага, разминки и завтрака Свен погнал свою команду на бастион. Вручив самому смышленому полученные со склада песочные часы с приказом фиксировать время, он раз за разом единолично заряжал пушку и стрелял из нее. После десятка выстрелов он решил, что необходимая статистика набрана, и пора начинать расписывать нормативы. Затем у пушечного расчета начался ад: Свен заставлял их отрабатывать каждую операцию по сотне раз подряд, переставляя подчиненных с места на место и выстраивая наиболее эффективную схему работы расчета. Надо было предусмотреть и все возможные косяки, например, когда забыли положить пороховой заряд, а ядро забили. К счастью для расчета, магические принадлежности сильно упрощали жизнь, взять тот же банник: одно движение туда-сюда – и любые искры и тлеющие остатки пороха от предыдущего выстрела погасли, а пороховой нагар вылетел наружу черным облаком. Не надо возиться с чисткой ствола. Или тем же банником тычешь в забитое ядро, да вытаскиваешь наружу: к нему, как к магниту, насмерть прилипает любой предмет, если повернуть рычажок на пятке.

После обеда артиллеристов от начальственных затей спасло прибытие каравана из племени Аллигаторов. Впервые с момента вступления в Легион у него появилось время встретиться со старыми знакомыми. С наглым видом, будто так и надо, Свен прошел через калитку во внутренних воротах. Дежуривший у нее рядовой было дернулся его остановить, но тут же задавил свой порыв. Ведь если в армии кто-то идет с уверенным видом, то он точно имеет на это право! Особенно, если этот кто-то в звании сержанта и вообще здоровенный злобный орк. На том стоим!

Среди охранявших караван воинов был Шовин, с которым Свен тепло обнялся, после чего они отошли в тень под стену, чтобы поговорить. Рассказали друг другу новости, обсудили общих знакомых, да перешли к основной части. Ведь надо строить деловые отношения, чтобы кругом исключительно личное обаяние и никакого кумовства, коррупции и прочих ругательных слов. Шовин обозначил, что хотел бы приобрести неофициально, и что предлагал взамен. Свен тщательно записал всё в блокнот и пошел обратно, попутно, чисто на всякий случай, застроив стоявшего на карауле рядового.

Вот торговый дворик, вот основная территория базы, вот ворота. Как пронести что-то с дворика на территорию и обратно, чтобы начальство не спалило? Элементарно: у всех на виду. Главное здесь – отвлечение внимания. Вот учения, отработка перемещения орудия на позицию в полусотне шагов в стороне, вот здоровенный орк-сержант, орущий на подчиненных и распекающий их последними словами, вот толпа зрителей, как от Легиона, так и от заезжих орков. А вот, прямо на внутренней стене бастиона, шустрый артиллерист, маскируясь в тени навеса, быстро спускает вниз мешки с заказанным и поднимает обратно другие мешки, уже с оплатой. Никто ничего не заметил и не заметит.

Перед отбоем Свен собрал своих подчиненных и объявил:

–Ребята, вы молодцы, я горжусь вами! Только на сухую гордость плохо заходит, – он вытащил из-за спины флягу с орочьим самогоном и лихо разлил содержимое по стаканам. – Так выпьем же за нас, второй расчет первой батареи, лучших артиллеристов на сотни лиг в округе!

Трое человеков схватили стаканы и дружно сдвинули их с радостным возгласом. Свен поднял руку, призывая к тишине, и продолжил.

–Вот вы думаете, «какого демона этот долбанный орк гоняет нас, как позорных шакалов?», – троица артиллеристов что-то смущенно забормотала, но Свен продолжил: – Да ладно вам из себя невинность строить, именно это вы и думаете! А теперь давайте взглянем на это с другой стороны. Скоро полтора года, как пушки здесь собирают пыль, а никто из них толком стрелять не умеет, так?

Артиллеристы согласно закивали.

–А всё почему? Да потому, что никто не знает, как ими пользоваться! В уставе про них ни слова, наставлений нет, инструкции путанные. Я же хочу и сам научиться, и вас научить. А что это значит? – Свен сделал драматическую паузу, подняв указующий перст к небу. – А значит это то, что после ротации каждый из вас уже будет опытным канониром и сможет получить сержантский патент! Только не рассказывайте мне, что вам не нужны сержантские доплаты к жалованию или вы мечтаете до конца службы кантоваться в солдатской казарме!

Солдаты дружно заржали. Один из них, Калуд, сказал:

–Извини, сарж, с этой стороны мы ситуацию не рассматривали.

–А напрасно, – продолжил Свен. – Понятно, что сейчас на батарее тишина, далеко от начальства и вот это вот всё. Только ведь начальство тоже свой хлеб не даром ест, то есть, вопрос только в том, когда вас прижучат. Заметьте, не «если», а именно «когда»! Зато если заранее к этому подготовиться, показать свои умения и полезность, тут вам и благодарности, и отстанут надолго. Сами же понимаете, меня сюда поставили не просто так, командование про вас вспомнило.

–Тебе легко говорить, ты сержант, – пробормотал рядовой Лук.

–Так с меня и спрос больше, чем с тебя, – возразил Свен, разливая ещё одну порцию по стаканам. – Давайте ещё по одной и спать!

Караван племени Аллигаторов уже неделю, как ушел, когда Свен вновь предстал пред светлы очи Риджа с отчетом о проделанной работе.

–Отличная работа, сержант, – сдержанно поблагодарил его лейтенант, бегло просматривая записи. – Я это перепишу уставным языком, потом вместе проверим. Вопросы, предложения, пожелания имеешь?

–Мне бы кой-чего начертить, – ответил Свен, – а потом по чертежам сделать.

–Чего это ты задумал?

–Да лафет у пушки неудобный. Не годится он для крепости.

–В чём именно проблема? – Ридж явно заинтересовался.

–В том, что он умеет только вперед-назад кататься. Колеса маленькие, любой камешек, даже песок мешает. Сам лафет тяжеленный. И почти весь вес посередине между колесами и задником, а там чуть не тысяча фунтов всё вместе. Мы вчетвером с трудом пушку поворачиваем. Для корабля лафет нормальный, для крепости переделывать надо.

–Для какого корабля? – удивился лейтенант.

–Мои говорят, что так очень большая лодка называется, – отбрехался Свен. – Вот для очень большой лодки конструкция подходит, наверное. Ну, так они говорят.

–Ага… – Ридж задумался. – Судя по твоей морде, ты уже сообразил, что и как надо поменять.