Текст книги "Пропагандист (СИ)"

Автор книги: Ал Коруд

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Рожденные в СССР. Пропагандист

Глава 1
Преамбула

Судя по слышанным рассказам других попаданцев, путь в СССР образца 1973 года получался многообразным. Кому-то везло больше, с некоторыми попаданцами случались настоящие приключения. Но никто и никогда не напишет об этом залихватские романы. И не потому, что не хочет. Скорее происшествия эти происходили при такого рода странных обстоятельствах, что наводили на весьма прелюбопытные мысли. И далеко не всегда они были в духе сурового материализма. Ну и кто в здравом уме полез в такое?

Хотя какое дело Создателю до человеческих игр?

Анатолий Иванович Мерзликин слыл в некоторых кругах человеком достаточно известным, но к общей популярности особо не стремился. Зачем ему, уже опытному и прожженному журналисту светиться в лучах «желтых прожекторов»? Познавательный и поучительный этап бурной жизни в качестве работника массмедиа остался давно позади. В эпоху Перестройки и штормящих девяностых. Это в те времена журналисты отчего-то еще были уверены в том, что от них что-то зависит. И бросались наперегонки со смертью во все тяжкие.

Перевороты, митинги, войны, мятежи. Высокие кабинеты временщиков и раздутых от собственной важности сановников. Дешевая слава, заработанная буквально на одном горячем репортаже. Военные конфликты, коих случилось на просторах бывшего Союзам великое множество. Синие кишки видеооператора, что вылезли от удара осколком по животу наружу после и топорщились прямо перед его носом, вызывая своим видом и запахом тошноту. И при этом ты не мог ни на дюйм отодвинуться. Иначе очередной осколок прилетит по тебе.

Отрезанные головы русских солдатиков, аккуратно выложенные на камнях. Огромный рефрижератор с мерзлыми трупами неопознанных бойцов внутри. Солдатские матери снаружи, черные от горя и непонимания происходящего. Тыловики, сытые и холеные, с жаждой денег в глазах. Вот там его и накрыло. Глаза на окружающее дерьмо открылись и больше не закрывались. Ради чего они стараются и надрываются? Да никому их правда не нужна! И все чаще она становится опасной. Информация стремительно превращалась в обычный товар. Тогда зачем облекать её в морализаторские одежды? Столица жрет и пьет в кабаках, детки элиты валят в Лондон. И за эту мерзость умирать?

И ему сразу в тот момент полегчало. Он пересмотрел часть своих жизненных позиций, стал проще в общения, завел друзей и подруг.

Сейчас Анатолию было намного интересней увидеть новые цифры на счете в банковском приложении. А вся шелуха в виде «признания заслуг», самоотверженности и прочего словесного поноса ему давно не была интересна. Люди неблагодарны. Даже по отношению к тем, кому обязаны жизнью. И когда ты понимаешь эту прописную истину, то перестаешь заниматься ерундой. И столько у тебя внезапно появляется свободного времени, а плечи освобождаются от лишнего груза.

«Что идешь по жизни, смеясь».

Вот и эту субботу Анатолий, как обычно, неплохо провел время в загородном клубе. Конечно же, не за свои деньги. Есть же всемогущее «Наше достояние» в виде корпорации «Газпром», где он последние десять лет и подвизался. Его даже хотели поставить главой отдела работы со СМИ, но Мерзликин удачно соскочил. Это же вкалывать надо! Быть постоянно на виду перед высшим руководством. А будучи первым заместителем в отделе, ему получалось удачно сочетать видимость бурной работы и вполне вальяжный образ жизни.

В таком обороте дела нет ничего сложного. Находишь себе целеустремленных и нацеленных на карьеру подчиненных. Озадачиваешь означенных ворохом нужных и ненужных задач. Время от времени следишь за их выполнением. При его опыте работы во всевозможных Средствах Массовой Информации отслеживать деятельность «пчелок» совсем непроблематично. Важно все ниточки решений завязать именно на себя и собственного секретаря. По этой причине в секретарши Анатолий давно уже не брал длинноногих блондинок с накачанными губками. Котлеты отдельно, шлюхи отдельно.

Женщины за пятьдесят, уже вырастившие детишек, без излишних карьерных амбиций, но с неуёмной жаждой деятельности – вот лучшее решение кадровой проблемы. Вдобавок этим дамам льстила полученная в руки толика власти. Они, как сытые кошки, умели сполна ею насладиться. Правда, нынешние «Эйчеры» в таких психологических тонкостях ни фига не понимали. Приходилось искать верных и преданных самому. Зато опосля в его приемной воцарялась тишь да благодать. Нанятые на Газпромовскую зарплату дамы были преданы ему до кончиков ушей. И что самое важное – работать они умели. И никогда не жаловались на тяжелую жизнь. Вот что значит школа! За что их Мерзликин любил и берег.

Ему вообще нравилось быть щедрым человеком. Он по-царски награждал рвущегося вперед к победе в капиталистическом соревновании сотрудника бонусами. Спустя время находил заковыристую, но абсолютно законную причину для его увольнения. Потому что точно знал: вот именно эта барышня желает его подсидеть, а тот нанятый по блату глава направления постоянно строчит на него доносы в правление. Бизнес, ничего личного!

Все в их гнилой конторе прекрасно понимали правила игры. Обижались лишь редкие склочные индивидуумы, коим позже была заказана работа в больших учреждениях. Эдакий фильтр от неадекватов. Черные списки Эйчеры передавали друг другу регулярно. Уйдя же красиво, ты оставлял себе неплохой шанс получить работу в другом теплом местечке. Потому что Мерзликин старался не гадить людям понапрасну, отправляя на них задним числом прекрасные характеристики. Ну не получилось обойти его на полкорпуса, иди с миром в другую компанию. Попытай счастья там, любезный.

Кадровая политика опытного волчары, не кусавшего понапрасну конкурентов, обычно приносила благодатные плоды. Чаще всего его руководящую длань запоминали с хорошей стороны, что весьма способствовало непростому бизнесу пиарщика государственно образующей бизнес-структуры. Бывший подчиненный, которого он выпнул за излишнюю резвость, но которому оставил блестящие рекомендации, по мере карьерного роста рано или поздно пересекался с Анатолием и не держал на него зла. Наоборот, старался оплатить его уроки добром. Чего им делить на белом свете кроме чужих бабок?

И уже в данной сфере появлялось множество возможностей. И пилить их было лучше с проверенными в драке людьми.

Баня, конные прогулки, бассейн, компанейские посиделки за столом, доступные барышни. Загородный комплекс и за рубли мог предоставить своим дорогим клиентам очень многое. Анатолий не был любителем пострелушек, поэтому в лес на охоту не ездил. Ему приятней сыграть в теннис с хорошим партнером или попрактиковаться на траходромчике со свежей девочкой. Но сегодня его отчего-то изрядно разморило. Поэтому и домой Анатолий собрался относительно рано.

В этот августовский день было душно, как перед грозой, поэтому он попросил водителя сразу включить кондиционер. Правильно сделал, что поехал не на своей машине. Иначе пришлось бы остаться до утра. Но почему-то именно сейчас ему остро захотелось домой, к семье. Они уже подъезжали ко МКАДу, когда Мерзликин внезапно почувствовал резкую боль за грудиной. Затем стало невозможно дышать, и в один момент наступила тьма.

Далеко не всем людям дано понять, что они умирают. Но обычно человеческие сущности уходят из этого мира в полном неразумении, а то и вовсе во сне. Наверное, лишь обреченные на смертную казнь все происходящее с ними ощущают предельно чувствительно. Вплоть до самого момента отхождения души от тела. И обычный человек после смерти не перемещается куда-то еще.

– Где я?

Мерзликин выдохнул и открыл глаза

Глава 2
Трансфер Рай– Марьино

«Фу! Отпустило. Только почему я не в машине, а каком-то парке? Вот Слава, вот сволочь! Выволок из джипа и бросил прямо на улице! Или он оставил меня здесь проветриться, а сам метнулся за женой? Но почему не Скорую? Надо позвонить!»

Мерзликин постукал по карманам в поисках телефона. Тот был на месте, но позвонить не получилось. Это в какой глухой угол его занесло, чтобы в Подмосковье не оказалось сети? В первый раз Анатолия тряхнуло неясным предчувствием.

«Где я, черт подери?»

Внезапно подумалось, что это глупая шутка. И обморок произошёл не сам по себе. И водитель в сем действе участвует. И Мерзликин даже знает, от кого может исходить инициатива. Вот заразы! Нашли время и место для розыгрыша!

«Я вам устрою квест. Черти полосатые!»

Но если это квест, то надо отсюда выбираться. Уже начало смеркаться и оставаться в незнакомом лесу не хотелось. Только куда идти? Без интернета не работала навигация, МЕПС также не мог помочь по причине отсутствия точки нахождения. А навыки пешего туризма у Анатолия давно атрофировались, так как не нужна. Пусть приличная заграница из-за санкций закрыта, да и то не вся. Красная Поляна, Алтай, Курилы. Мест в России для отдыха хватало. Не хочешь русской дикости – Велком в Дубаи или Мальдивы.

И везде тебя довезут, вылижут, накормят-напоят и спать уложат. А что еще обеспеченному туристу и надо? А здесь самый настоящий лес, и черт ногу сломит! И почему-то штаны с задницы спадают, а часы болтаются на ослабшем ремешке. Да что такое происходит? Анатолий остановился и попытался затянуть ремень. Дырок не хватает! Но пиарщик Газпрома был опытным пользователем и частенько таскал с собой швейцарский нож. Мало ли там, где во внезапной командировке бутылку открыть, колбаски нарезать, подкрутить чего-нибудь. Показать начальству и компаньонам, что далеко глядишь и думаешь заранее.

Все, дырка готова, ремешок на часах также застегнут. Странно, как будто запястье стало меньше, и куда-то подевался животик. И в этот момент Мерзликин вдобавок отметил, что совсем нет одышки. А по лесу он бежит реально, как лось. Приятные такие ощущения! Уже давно позабытые. Что они ему вкололи, сволочи? Размышления прервал забор, в который Анатолий уперся лбом. Это уже лучше. Где забор, там обязательно чей-то дом или дача. Или нечто производственное. Хотя нет. Забор странный, винтажный из настоящих досок. Кто у нас тут такой богатый из дерева строиться?

Деревня в целом не впечатляла. Как будто привет из прошлого. Домишки из потемневших от времени бревен, даже без сайдинга или вагонки. Дорога – одно название. Рытвины и грязь со следами от проехавшей по буеракам техники. Его точно завезли куда-то в глубинку. Такую глушь можно еще найти в Тверской области.

Анатолий покрутил головой и двинулся в сторону замеченных линии электропередач. Где электричество, там обычно и цивилизация. Может, и мобильная связь заработает. Внезапно, повернув на перекрестке улиц, он оказался на небольшом пятачке около сельского магазина. Его, как водится, оккупировали мутные личности, что восседали на деревянных чурбанах вокруг самодельного «стола» с дешевой выпивкой и закусью. Но Мерзликина подобной картиной смутить было нельзя. И не такое видал в своих журналистских командировках.

– Мужики, где у вас тут связь ловится?

Деревенские уже находились в стадии «осознания», то есть первый удар по печени прошел успешно. На душе разлилось тепло и благодушие. Но странный вопрос их крепко озадачил.

– Сеня, где у нас связь?

– Знамо в правлении.

Некстати третий участник банкета, помятый мужичок в темном ватнике не по сезону выкатил претензию:

– А ты, откуда такой красивый, парниша? И одёжа не по тебе. Стибрил небось?

– Да мимо шел, сама налезла. Тебе чего с того? – попытался съязвить Анатолий, чем совершил ошибку.

– Эй, к тебе, вообще-то, с уважением.

Мерзликин осознал, что этот тип наверняка бывший урка со всеми вытекающими, и решил не нагнетать. Выставив вперед руки, он выпалил:

– Ладно, братаны, я тип того – пошел?

«Ноги в руки, мать его налево!»

Отбежав метров на сто дальше по грязной улице, Анатолий остановился. И вовсе не по причине нехватки воздуха в легких или усталости. Просто представшая перед ним картина здорово отдавала голимой фантасмагорией. На кирпичном здании висел кумачовый лозунг – «Пятилетке ударный труд!»

«Здрасьте, приехали! Я такого бреда с пионерского детства не видел. Если эти сволочи устроили мне квест, то урою!»

Он уже слыхал о подобных подставах. Могут во времена крепостного права погрузить с головой, или в эпоху викингов. Но советская эпоха как-то привычней и у многих вызывает ностальгию. Хотя какую сентиментальность может инспирировать окружающая его рухлядь и грязь? Еще и ханыг до кучи добавили. Для полного, так сказать, погружения. Молодцы, ничего не скажешь.

«Ну, я им еще припомню небо в алмазах!»

На блеклой вывеске висело название деревни «Марьино». Могли бы придумать что-нибудь поумней! «Скоропостижный путь к коммунизму» или «Заря до рассвета». Под лубок косят? Хотя чего ожидать от поколения ЕГЭ? Историю они знают по комиксам и дебильным сериалам Первого канала. Как Мерзликин люто ненавидел оба государственных телеканала. Превратить журналистику в низкопробную проституцию и убрать с экрана хоть какое-то подобие мыслительного процесса. Это же надо постараться! Продюсеры специально кастинг устраивали – Тупей и ежи тупее? Как бы то ни было, но у ниъх отлично получилось набрать цирк уродов с конями.

Но сейчас Анатолию желательно убраться из этой лубковой деревни куда подальше. Машина шумит! В той стороне дорога. Он поспешил по улице, уже не разбирая пути и топая прямо по лужам. Странно, вроде в Москве давно стояла сухая погода. Он обежал длинные здания коровников, вдыхая настоящий деревенский аромат. Еще успел подумать, что откуда тут может быть живая ферма, и коровы самые настоящие за забором стоят, жвачку жуют. Мужчина потряс головой, скидывая морок, и помчался дальше.

Мерзликин в запале даже не задумывался о том, что отмахав несколько километров с гаком, остается таким же бодрым. Голова у него как будто оцепенела, не концентрируя внимание на сущих мелочах, что портили благостную картинку. Вроде отсутствия профессорской бородки на подбородке и густой шевелюры на голове вместо старой залысины. Если бы еще не болтающийся на туловище костюм, то и вовсе пофиг. Много немало!

«Дорога! Родимая моя!»

Даже асфальт на ней имеется. И почти без выбоин, разве что обочина совсем маленькая. Потому лесок плотно придвинут к дорожному полотну.

«Остановка! Живем!»

Мерзликин шустро поспешил к стоящим рядом с павильоном людям. Раз они там, значит, скоро будет транспорт и можно хоть куда-то уехать. Деньги он проверить успел. Карточки, в том числе и золотая «Виза» на месте. Как и несколько тысяч наличности в разных купюрах. Это он, наученный горьким опытом командировок, всегда имеет нал с собой. А вот непутёвые коллеги в дальних поездках не раз попадали в неприятные ситуации. На севере и простой чай не всегда купишь за безнал или крипту. Мобильная связь может неожиданно пропасть, и все твои Гуглпэи окажутся никому не нужны.

– Народ, не подскажете, как в город попасть? В смысле автобус, когда пойдет?

Стоявшие под крышей остановки женщины попятились от странного гражданина назад, а худощавый мужчина в кепке уверенно шагнул вперед:

– Паря, одежда у тебя откуда? Она ведь явно не твоя.

– Тебе чего с того, мужик?

Дурацкий вопрос неизвестного типа нечаянно вывел Анатолия из равновесия. Чертовы устроители маскарада! А с виду люди как люди. Он не заметил, как от угла павильона показался еще один мужик. Но уже покрепче, с темными от масла и мазута руками.

– Да чего с ним разговаривать, Кондрат. Беглый это поц, а вещички, как пить дать краденые. Стоять, бояться, мурло!

Крепыш хотел, было лапануть за дорогущий пиджак от Армани, но тут же охнул, схватившись за лицо. Мерзликин же с удивлением уставился на свои руки. Сработал «двоечку» на отлично!

– Караул, убивают!

– Держи его!

– Где это видано, при белом свете урки людей бьют!

Тетки тут же подняли громкий хай, а хлипковатый, но упорный мужичок побежал к Анатолию. Тот, не будучи дураком, тут же сделал ноги, бросившись опрометью на ту сторону дороги. Пробежав пару сотен метров по лесу и уперевшись в болото, Мерзликин выдохнул. В крови горячим штормом разлилась кипучая энергия, резко захотелось приключений, драки и общей движухи. Что такое с ним? Неужели все-таки наркотик?

«Но как ловко я его!»

Анатолий еще раз осмотрел свои руки. Кулаки какие-то… Резкие, костяшки твердые. Как будто в те времена, когда он занимался боксом. Позже в жизни ему не раз эти умения пригодились. Хотя на рожон никогда не лез.

Кстати, о времени. Мерзликин глянул на часы. Половина девятого. Странно, почему так быстро темнеет? И куда идти дальше? Он прислушался и услышал шум проходящего мимо автомобиля. Примерно определившись со сторонами света, Анатолий решил идти по дороге направо. Сейчас только обойдет по лесу место остановки и выйдет на асфальт. Так он и проделал. Идти по хорошей дороге было намного легче, чем по лесным буеракам. Все бы ничего. Ноги не болели, ощущал он себя чудесно. Но внезапно захотелось пить и кушать. А ведь на обед так наелся, что еле из-за стола выбрался. Эта дурацкая привычка все доедать. И жена его постоянно ругает. Черт, Римма! Кто сообщит ей, где он находится. Опять скандала не избежать и справки от КВД. Надо же было тогда засветиться с той белобрысой курвой в довольно заметном месте столицы. Нет, шлюхи отдельно, семья отдельно! Золотое правило любого деятеля из крупных корпораций. Семейные склоки – это меньшее, что требуется в карьере.

Мерзликин не заметил, как понемногу сгустилась темнота и из-за поворота показалась машина. По причине бивших в глаза фар он не сразу понял, что это менты. Такие реликтовые полицаи на желто-синем Бобике. «Точно из квеста!»

Клацнули дверцы.

– Наш пассажир!

– Ага. Парень, стой. Пока прошу по-хорошему.

А бежать Анатолий вовсе и не собирался. Ему так не хотелось оставаться одному в темноте и в абсолютно странном месте. Полиция, как никак, представляет некий порядок. А уж он отблагодарит как сможет. Это Мерзликин умеет. Если к людям помягче, то и они…

– Ребята, я так долго вас искал. Заберите меня отсюда, пожалуйста.

Два постовых в старомодной форме переглянулись и осторожно потянули Анатолия к машине. Милиционер с лычками сержанта открыл дверцу сзади:

– Садитесь.

Тон голоса был нейтральный. Без показной и противной до приторности столичной вежливости и быдланской строгости.

– Благодарствую, любезнейший.

В задней камере было тесно, но зато Анатолий ехал, а не шел по ночной дороге черти куда.

– Ребята, куда меня увезут?

– В отделение, родимый.

«Культурная нынче полиция. Совсем не ругаются матом и прочими словами. А вы говорите, ничего в стране не меняется!»

Глава 3
Определение. Неизвестное место

В движении по дороге «хрен знает куда» Мерзликин проанализировал некие двойственные элементы идущего в данный момент действа. Вроде как, наконец, конкретизировалось его текущее место в квесте. Милиция – это явно другой этап, так сказать, следующий уровень испытания. Но он все равно ощущал себя не в своей тарелке. Чувства! Они как никогда обострены. Неужели устроителям шоу разрешают использование психотропных снадобий? Иначе как объяснить его обостренное обоняние, острое зрение, силу рук и физическую выносливость.

Анатолий хоть и не манкировал физическими занятиями, но тело мужчины за пятьдесят так или иначе никогда не станет таким же атлетичным, как в молодости. Но закончить самокопание он не успел. Огней на улице стало больше, а Бобик начал замедляться. Вскоре они тормозили перед трехэтажным зданием из силикатного кирпича. Выглядело оно относительно новым. Неужели в провинции подобные еще строят?

– На выход, гражданин!

Мерзликин попытался пошутить:

– Что, уже не товарищ?

Но сержант так полоснул задержанного взглядом, что спорить враз расхотелось. А вообще, актеров в квест хороших набрали. Играют лучше, чем многие из набивших оскомину шутов в сериалах. Ребята из провинциальных театров? Тогда с такими данными им надо в столицу, на съемки. Успех гарантирован. Мерзликин даже знал кое-кого из продюсеров, к кому можно обратиться. Как водится, нерусского происхождения, но зато со связями.

«Все у нас в стране через половые связи».

– Сюда.

Его все-таки «страховали». Сержант шел спереди, а рядовой, здоровенный парень сзади. От такого лучше не прыгать. Задавит как медведь.

«Точно актеры! Ну кто таких монстров нынче в полиции видел? Разве что в ОМОНе. Неужели ментовская самодеятельность?»

Идти оказалось не далече. «Дежурка» в полутемном зале светилась изнутри лампами накаливания. Никаких решеток, стойка, а за ней дежурный офицер в чине целого капитана. На столе ряд старомодных телефонов, компьютера не видно, зато на тумбочке, что стояла у стенки, лежит алюминиевый электрочайник в стиле ретро. Мерзликин сто лет таких не видел. И свет желтоватый, как от старых лампочек.

Дежурный скептически оглядел приведенного и, вздохнув, взялся за дело.

– Кто у вас?

– На трассе подобрали. Звонок был с Марьинки, что подозрительный тип по деревне бегает.

– Ага, помню, – капитан с подозрением глянул на Мерзликина. – Ну что, гражданин. Документы есть какие-нибудь?

– Разумеется.

– Доставайте. И остальное все так же из карманов вынимаем.

– Я задержан? – возмутился Анатолий. – Мне можно позвонить? По закону на один звонок имею право.

Дежурный усмехнулся уголками губ.

– Разберемся.

Прикинув возможные проблемы, Мерзликин решил не усугублять. Менты крайне не любят лишние геморрои. Это он по своей прошлой жизни знал. И даже если ты чем-то провинился, но не рыпаешься, то, возможно, будет снисхождение. В рамках законодательства, разумеется. Если вести себя правильно, то тебе просто намекнут, кому и сколько следует занести. Все мы люди!

– Пожалуйста. Вот паспорт. Это водительские права. Тут банковские карточки и деньги. Телефон. Нож. Больше с собой ничего нет. На отдых ехал.

– Ну-ну.

Сержант с любопытством взял в руки швейцарский ножик. Быстро разложил и сложил все его выкидывающиеся элементы и кинул в сторону Анатолия любопытствующий взгляд. Капитан тем временем достал толстый журнал и пододвинул к себе найденные в карманах вещи. Он открыл паспорт и тут же ошарашенно уставился на Мерзликина.

– Это что такое⁈ Николай, ты глянь!

Сержант моментально изучил первую страницу паспорта и сделал какой-то жест напарнику.

– Совсем страх потеряли! Орла на документ прилепили. Прописка у него есть?

– Москва. Но улица незнакомая. А это что?

Сержант взял золотую «Визу» в руки, повертев её туда-сюда, озадаченно хмыкнул:

– Без понятия.

Капитан быстро изучил содержимое бумажника, вытряхнул на стойку наличные и скидочные карты, затем взял в руки телефон. Молчание прервали постовой, что все это время наблюдал за действом.

– Не могли шпиона лучше подготовить. Совсем там в Америке страх потеряли.

Сержант тут же цыкнул на рядового:

– Не твоего ума дела! Васильич, что предпримем?

Капитан мудрствовать не стал и поднял трубку телефона:

– Ипатьев, подойди к дежурке. Быстрей давай, чай потом допьешь. Это вашего уголовного головная боль.

Анатолию же представление искренне понравилось, доставив даже некоторое удовольствие. Но каковы молодцы! Создать аутентичный антураж, найти правильные костюмы, набрать хороших актеров. В том числе телефоны той поры и форма точь-в-точь как в советскую эпоху. Интересно, в кобуре у сержанта пистолет или огурец.

– Ребята, ну хорош прикалываться! Вы еще НКВД вызовете. Все, квест закончен. Сдаюсь!

– Замолчите, задержанный! И стоять на месте, не двигаться!

У сержанта в кобуре оказался все-таки Макаров. ММГ или травматический непонятно. Но выглядел вполне натурально. А уж всякого оружия Мерзликин в девяностые повидал. Да и пострелял изрядно. В том числе из образцов старого вооружения. На Кавказе из ППШ, Мосинки, ТТ. На Балканах из Спрингфилда, MG 42 и MP 40, а также образцов Натовской стрелковки.

«Не переигрывают ли? Насколько далеко простираются возможности участников квеста? И почему мне не сообщили слово-стоп?»

Что-то происходящее напрочь перестало ему нравиться.

– Так в чем проблема, пацаны? Может мне кто-то хоть что-то объяснить.

Ответ пришел со стороны темного коридора:

– Что за шум, а драки нет? Коля, совсем дурак пистолетом размахивать? Иванов, что у тебя за бардак в «дежурке» творится?

Ипатьев оказался мужчиной среднего возраста, крепким, с короткой боксерской стрижкой, как и положено сотруднику уголовного розыска. Капитан обиженно заметил:

– Сам лучше глянь.

Оперативник сноровисто изучил содержимое карманов и кинул в сторону Анатолия пронзительный взгляд. Как будто увидел не человека, а незнаемую зверушку. По спине Мерзликина в очередной раз пробежал холодок тайного предчувствия. Никакой это не квест, а черт знает, что за заварушка.

«Где я? Кто я? Я русская идея?»

– Иванов, ты с недавним оповещением был ознакомлен?

У дежурного натурально отпала челюсть.

– А-а-а.

– Звони смежникам. Быстро! Это, – опер ловким движением достал пакет и засунул туда изъятое у Мерзликина, – в сейф. Отдашь все под подпись. В журнал ничего не заноси. Сержант, этого в Ленинскую и сторожи. Случится чего – шкуру спущу.

Анатолию резко не понравился тон оперативника. Сквозило в нем нечто такое забытое… казенное. После чего ты становишься в руках правосудия бессловесным винтиком. Тебя попросту сплющат под подходящую отвертку, а будешь возникать – без лишних разговоров снесут головку. Нигде больше Система так себя не регенерирует, как в органах.

– А звонок? Вы чего творите, черти?

– Какой тебе звонок, гражданин хороший?

Как этот коренастый колобок может быть стремителен! Только что был у стойки, а сейчас в упор зенки вылупил.

– Адвокату. У меня есть права. Вы, вообще, тут рамсы попутали!

Глаза у опера нехорошо сузились:

– Мил человек, откуда с понятиями знаком?

Мерзликин тут же дал стопаря. Мент явно из настоящих, такой и по печени зарядит без разговора. Не может быть в провинции подобных актеров мегакласса!

«Да что тут, млять, вообще, происходит⁉»

– Молчу, командир.

– Вот и ладненько! Николай, чего застыл? Головой отвечаешь!

Воды ему все-таки дали. Целый графин уже в помещении, куда привели. Анатолий сначала принюхался, а затем залпом выпил два стакана. То ли от жажды, то ли от натуральности, но водичка ему понравилась. Мужчина, наконец, смог выдохнуть и оглядеться. Он уже не знал, что и думать. Если квест, то очень уж странный. Если розыгрыш – жесткий донельзя. Или его так проверяют перед тем, как предложить нечто стоящее? Да ну! На главу направления он не метил, его и здесь неплохо кормят. Или… Э… да на фих…

В политику Мерзликин давно не лез, но был в курсе, что от сумы и от депутатского кресла не зарекаются. А в думском кресле именно что надо языком трепаться. И это он прекрасно делать умеет. Неужели партии власти потребовались новые организаторы массмедиа? Ну, точно! Тамошние совсем остатки разума потеряли. Как будто в стране за десять лет ничего не произошло. Да и работали нынче в СМИ или зубры времен Очаковских, которых из-за их тупости в приличные места не взяли. Или молодежь, умеющая искать новости лишь в Интернете, свято уверенная, что вот там чистая народная правда.

Сразу отпустило. Остается вопрос – как себя вести с ряжеными и какой линии держаться. Так-так. Мерзликин огляделся. А комната, как ей бишь…Ленинская оформлена по всем канонам. Бюст основателя и вождя, какая-то революционная картина – «Ильич с обществом пролетарских куртизанок» на стене. Ряд официальных лиц из Политбюро. Он узнал лишь второго Ильича, тусклого Суслова и унылого Громыко. Остальных по малолетству не запомнил. Судя по антуражу это еще семидесятые годы. Учтем!

Тут у нас что? Ага. Картинки из милицейского журнала. Социалистические обязательства. Да ладно? В милиции? То есть и у них имеется план по «палкам»? Или вообще отсюда ноги растут будущих проблем в МВД РФ. А что? План в СССР был на все. В том числе и на количество заключенных. Они же в тюрьмах не ваххабитские бородки отращивали, а вкалывали. На лесоповалах, стройках народного хозяйства. В мастерских и шахтах. Даже будто бы условно осужденные.

Мужик с их дома сидел на подобной… «химии». Хитро придумано! Столько халявных рабочих рук. Никаких мигрантов не требуется. Олигархи курят в сторонке. Нет, при социализме у людей от власти башка работала. Но молодцы ребята устроители! Наверняка и консультантами здесь настоящие менты прошлись. Вот тот резкий опер точно из таких. Денег дали роль сыграть. Хотя нет. Это, скорее всего, бывший мент из Службы Безопасности. Они и в жизни ведут себя так, не выходя из роли.

Мерзликин взял стакан с водой и подошел к окну. Настоящее деревянное со шпингалетами, и даже несколько слоев краски на дереве просматривается. Было душновато и, пододвинув стул, Анатолий полез открывать форточку и в этот момент глянул в стекло. За окном была темень, поэтому отлично было заметно отражение кого-то… иного.

– А-а-а-а!

Он чуть не упал, покачнулся, но удержался. Поставив дрожащей рукой стакан на подоконник, Мерзликин приблизил свою голову к стеклу.

«Кто это? Что мне вкололи? Может, я сплю?»

Он потрогал щеку, затем ущипнул. Нет, больно. Так, это стекло кривое, наверное?

– Эй, сержант. Мне в туалет надо.

Из-за двери послышалось:

– Не положено.

– Ну тогда я в цветок пописаю.

– Стоять!

Дверь приоткрылась, и показалась голова постового. Анатолий благоразумно отошел и поднял руки.

– Ну, честно надо.

– Пошли, но не баловать! Не посмотрю на приказ, шкурку продырявлю.

– Я дурной, что ли? Шкура у меня одна.

В туалете и в самом деле имелось зеркало, к которому сразу после кабинки подошел Мерзликин. Постовой караулил на выходе. Окна были благоразумно забраны решеткой.

«Ёлки моталки!»

Галлюциногены показывал в отражении симпатичного парня, который исчез более тридцати лет назад. Вернее, превратился в несколько обрюзгшего мужчину с желчным выражением на лице. Незамутненный взгляд, смело смотрящий в будущее, крепкие плечи, розовые щеки. Это он в возрасте лет двадцати пяти. Из-за профессии у Анатолия осталось множество хороших фотографий с той поры, даже видео. Только он рассматривал их редко. Жалко ему было того пацана, что вскорости с головой окунется в полное дерьмо.

«Что же это, черт побери, такое?»

– Задержанный, на выход! За тобой приехали.

Мерзликин оглянулся и ощупал одежду. Она стала на два размера больше, в талии еще сильнее разница. Эхма! Все совпадает. А если?

«Чудеса, да и только!»