Текст книги "Невольная ученица ректора-дракона. Вернуть любой ценой (СИ)"
Автор книги: Адриана Вайс
сообщить о нарушении
Текущая страница: 18 (всего у книги 21 страниц)
Глава 53
Мама смотрит на нас с непоколебимой уверенностью. Её глаза сияют мягким светом, а губы складываются в едва заметную улыбку.
Тем временем, хаос вокруг нас только нарастает: крики, звон стали, вспышки магии. Воздух пропитан запахом озона и раскаленного камня, а пол под ногами дрожит от ударов. Сердце бьётся так быстро, что кажется, будто готово вырваться из груди.
– Виктория, мне нужно избавиться от этих оков, – говорит она, протягивая вперед руки, стянутые магическими оковами.
– Я пыталась, но они не поддаются моей магии, – отвечаю я, ощущая нарастающую панику. Время словно сжимается, каждое мгновение может стать последним.
– Позвольте мне попробовать, – вмешивается Виррал, подходя ближе. Его лицо сосредоточено, а в глазах отражается решимость. Он проводит рукой над оковами и рунные символы на них вспыхивают, сопротивляясь его магии, – Думаю, я справлюсь, но мне понадобится немного времени.
– Мы выиграем его для тебя, – решительно заявляет отец, сжимая кулаки. Он оборачивается к воинам Саргалиса: – Держать оборону! Нельзя дать им прорваться!
Воины Саргалиса, измотанные и раненые, выстраиваются полукругом вокруг нас. Их доспехи поблекли от битвы, но глаза горят твердой уверенностью в своих силах.
А вот я чувствую, как паника подступает к горлу. Время будто замедляется. Каждая секунда кажется вечностью. Шум битвы сливается в глухой гул, и единственное, что я слышу, – это стук собственного сердца.
Я вижу как Виррал кладёт руки на оковы мамы, его пальцы слегка дрожат. Он закрывает глаза, сосредотачиваясь и тонкие магические нити обвивают металлические цепи на руках мамы, но процесс идет слишком медленно.
– Давай же, Виррал, – шепчу я, сжимая руки в кулаки так сильно, что ногти впиваются в ладони.
В этот момент проход заполняет оглушительный рев, и перед нами появляется разъяренный Кхаргосс. Его золотая чешуя сияет в магических всспышках, а глаза пылают неукротимой яростью.
– Никто не уйдет отсюда живым! – ревёт он, его голос грохочет, как гроза.
Не теряя ни секунды, к нему кидается Дариус.
– Я займусь им! – кричит он, оборачиваясь к нам через плечо. – Заканчивайте скорее!
Кхаргосс обрушивает на Дариуса всю свою мощь. Их столкновение сотрясает зал, вздымая облака пыли и обломков, едва не отбрасывая нас назад ударной волной. В груди снова щемит сердце от страха за жизнь Дариуса – даже не смотря на его обширные познания в магии, Кхаргосс все равно превосходит его по силе. Это видно даже невооруженным взглядом.
– Виррал! – кричу я, не в силах оторвать встревоженного взгляда от Дариуса, – Пожалуйста, поторопись!
– Почти готово! – отвечает он и я оборачиваюсь, чтобы увидеть это сама.
Магические символы на оковах мерцают быстрее и будто бы ожесточенней, явно сопротивляясь из последних сил. Я ощущаю, как напряжение нарастает и воздух становится тяжелым, будто свинец.
А, тем временем, воины Саргалиса отступают под напором стражников Кхаргосса. Кое кому даже удается прорваться сквозь нашу оборону, впрочем, их тут же вышыривают обратно.
– Мы больше не можем держать их! – кричит Саргалис, мощным пинком сбивая с ног одного из противников.
– Нет, нет, нет... – шепчу я, ощущая, как страх сжимает моё сердце холодными пальцами.
В тот самый миг, когда один из стражников бросается на нас с поднятым мечом, оковы с громким треском раскалываются и падают на пол. Виррал отшатывается, тяжело дыша.
– Готово! – выдыхает Виррал, отступая на шаг.
Мама расправляет плечи, вскидывает руки, и ее глаза вспыхивают ярким светом. В воздухе раздаётся мягкий звон, словно эхо далёкого колокольчика. Я ощущаю тёплую волну, исходящую от неё, обволакивающую нас мягким сиянием.
– Всем остановиться! – произносит она ровным спокойным голосом, в котором слышится неоспоримая власть.
Воины Кхаргосса моментально замирают на месте, а их лица застывают в странных гримасах, как если бы кто-то в середине какого-нибудь эпического фильма на моменте ответственного сражения, решил поставить все на паузу.
Я стою, пораженная, не в силах отвести восторженного взгляда от мамы. До этого момента я могла лишь догадываться, насколько сильна моя мама, но то, что я сейчас вижу… это что-то недосягаемое. По крайней мере, теперь понятно почему все так хотели обладать ее силой.
На несколько секунд мне кажется, будто бы зал накрыла оглушительная тишина. Но потом его снова наполняет разгневанный рев Кхаргосса. Мощным заклинанием от отшвыривает от себя Дариуса и снова кидается к нам.
– Думаешь, тебе это поможет?! – реве он, —Для вас хватит и меня одного!
Удивительно, что Кхаргоссу удается не попасть под контроль маминой ментальной магии. Видимо, его силы и правда находятся на совершенно другом, недосягаемом для нас уровне.
Он направляет на нас мощный поток энергии, но я не успеваю даже испугаться. Глаза мамы снова вспыхивают ярким светом.
– Задержите его! – вскинув руку, приказывает она взятым под контроль стражникам.
Воины Кхаргосса, словно марионетки, поворачиваются к своему повелителю и без промедления бросаются на него. Их атака заставляет его отступить, и в его глазах мелькает раздражение.
– Слабаки! Ни на что не годные ничтожества! – орет он, отбиваясь от них.
– Теперь снимите магическую завесу! – командует мама.
Несколько стражников, попавших под мамин контроль, синхронно склоняются и начинают чертить магические знаки прямо на полу. Потолок зала озаряется вспышкой, и я чувствую, как магия возвращается, снова откликаясь на моё прикосновение.
Отец, не теряя времени, поднимает руки и начинает формировать портал. Мерцание синеватого света становится всё ярче, и вот он открывается – спиральный вихрь, уводящий нас прочь из этого проклятого места.
– Теперь! – кричит отец. – Уходим!
Мы по очереди кидаемся в портал: сначала Саргалис со своими бойцами, затем Виррал и Дариус. Я хватаю маму за руку и тяну её за собой, оборачиваясь на мгновение, чтобы увидеть, как Кхаргосс, расшвыряв по сторонам своих же стражников, бросается в нашу сторону.
Прыжок.
Всего секунда, и мы уже оказываемся в совершенно другом месте. Не сразу я понимаю, что мы стоим на вершине высокого утеса. Свежий ветер бьёт в лицо, принося с собой запах свежести. Перед нами открывается захватывающий вид на замок Кхаргосса, раскинувшийся внизу как на ладони. Его темные башни устремлены в небо, а стены кажутся неприступными. Внизу простираются леса, скованные туманом, а вдалеке виднеются огни войск, окруживших замок.
Но, судя по цветам, эти войска не принадлежат ни Кхаргоссу, ни Ашгарису. Тогда, получается, это воины Зартана?
Хочу спросить это у отца, но не сразу замечаю, что его нет рядом. В панике ищу его глазами, изо всех сил заталкивая внутрь вспыхнувшие с новой силой опасения, что он опять куда-нибудь исчезнет и я его больше не увижу.
Но отец оказывается совсем рядом. В нескольких метрах за моей спиной от разговаривает о чем-то с новым действующим лицом, которого я вижу впервые. Это высокий мужчина с длинными серебристыми волосами, собранными в хвост. Его глаза холодны и проницательны, а от крепкой фигуры веет мощью. Он одет в тёмно-синие одежды, расшитые золотыми нитями, а на плечах лежит плащ из черного меха.
– У тебя получилось сделать то, что мы задумали? – глубоким голосом обращается он к отцу.
– Да, Зартан. Мы столкнулись с некоторыми трудностями, но в итоге, все прошло именно так, как мы планировали, – отвечает ему отец.
– В таком случае, вперед! – зловеще ухмыляется он и командует непонятно кому.
Однако, в тот же момент войска, которые окружали замок Кхаргосса, моментально приходят в движение. Словно горная река, мощным потоком они направляются к к замку.
Окинув быстрым взглядом разворачивающееся далеко внизу действие, Зартан снова переводит взгляд на отца. И, не смотря на то, что тот ничего ему не сказал, его лицо становится напряженным, а в глазах мелькает настороженность.
– Я так понимаю, ты хотел получить от меня что-то еще?
– Да, – кивает отец, – Ситуация сильно изменилась. Поэтому, мы с Амелией хотели бы вернуться обратно в Фариантис. Я понимаю, что мы договаривались на другие условия, и все же я надеюсь, что ты согласишься отпустить нас добровольно.
Глава 54
Зартан смотрит на отца долгим, пронзительным взглядом. Его серебристые глаза, холодные и бездонные, будто видят насквозь, выискивая любую тень лжи или сомнения. Я ощущаю, как у меня внутри все сжимается, а ноги наливаются тяжестью, и невольно переступаю с одной на другую.
– И что же изменилось? – негромко спрашивает он, однако его голос все равно звучит как раскат грома, что разносится над долиной.
– Моя дочь, – выдерживая пронзительный взгляд Зартана, отвечает отец, – Она пришла за нами сюда, в Драконью Колыбель. Она пришла ради нас. И если уж у нас появилась возможность начать все сначала как полноценная семья, с чистого листа, мы обязаны ею воспользоваться.
От этих слов у меня разом перехватывает дыхание. Сердце словно замирает на мгновение, а потом срывается в бешеный галоп.
"Начать все сначала… полноценная семья…"
Он произнес это так легко, но для меня эти слова – музыка, которую я так долго хотела услышать. Радость разливается по всему телу, как солнечный свет после затяжного дождя. Я чувствую, как в груди разливается тепло, от которого хочется и смеяться, и плакать.
Но радость быстро сменяется напряжением, когда Зартан поворачивается ко мне.
Всего одно движение и его фигура кажется даже больше, чем она есть на самом деле. Зартан будто заполняет собой все пространство, а сила, которая исходит от него давит как мешок цемента, который закинули на плечи. Его глаза – ледяные озера, в которых отражается абсолютная власть, а он сам, в отличие от того же Ашгариса и Кхаргосса, хоть и выглядит благородно и возвышенно, но это скорее благородство хищника.
– Это она? – спрашивает он, глядя на меня, – Ваша дочь, которую вы спрятали в другом мире?
И хоть его голос абсолютно спокойный и в нем нет угрозы, я кожей чувствую, что это обманчивое впечатление. Не так просто Зартан был тем, кто защищал моих родителей. Хоть Ащгарис в итоге и смог выкрасть мою маму, но если бы Родерик и Амели изначально были с ним, против Зартана у них не было бы ни единого шанса.
– Да, – отвечаю ему, не смотря на то, что он обращался к отцу, – Это я.
Зартан долго смотрит на меня, словно взвешивает что-то на невидимых весах. Каждая секунда его молчания – словно вечность. Я ощущаю, как напряжение вокруг становится почти осязаемым. Воздух будто густеет, затрудняя дыхание.
"Что если он скажет 'нет'?" – мелькает в голове тревожная мысль. – "Что если он решит оставить их здесь?"
Я заставляю себя глубоко вдохнуть, сжимая кулаки. Если понадобится, я сражусь за их свободу. Пусть Зартан поистине могущественный противник, по сравнению с которым даже Кхаргосс – ничто, но даже ему я не позволю разлучить нас снова.
Тем временем, Зартан медленно переводит взгляд на Амелию, затем на Виррала и Дариуса. Кажется, будто он прощупывает каждого из нас, пытаясь определить представляем ли мы для него хоть какую-то опасность и что для него будет выгодней.
– Ваш вклад в наше дело был неоценим, поэтому мне не по душе расставаться с такими ценным исоюзниками, – наконец, роняет он и мое сердце испуганно замирает,
Но быстрее, чем я успеваю хоть что-то подумать, он продолжает:
– Однако, я так же понимаю, что теперь уже не могу вас удержать. Если раньше сражались ради меня, то сейчас вы будете сражаться друг за друга. За это я вам благодарен и никогда не забуду вашей помощи.
Эти слова будто молния разрывают напряжение вокруг. Я слышу, как мама вздыхает с облегчением, отец расслабляет плечи, а у меня внутри всё переворачивается от радости.
Мои родители полностью свободны! Теперь, мы сможем быть вместе, как настоящая семья!
– Благодарю вас, Зартан, – произносит отец, слегка кланяясь.
– И все же… – делает паузу Зартан, обводя нас всех пристальным взглядом, – …я надеюсь, что вы будете помнить, кому обязаны этой свободой.
– Конечно, – откликается мама, – Как мы с Родериком уже говорили, если вы окажетесь в такой ситуации, что без нашей помощи будет не обойтись, вы можете на нее рассчитывать.
Зартан мягко кивает и поворачивается в ту сторону, где его войска вовсю штурмуют замок Кхаргосса. Он будто бы теряет к нам всякий интерес. Лишь бросает на последок:
– В таком случае, я надеюсь, что мы больше никогда не увидимся и вы сможете насладиться спокойной семейной жизнью. Прощайте.
Я замираю, не веря своим ушам.
Неужели?
Все кончено. Мы свободны.
По-настоящему свободны!
И, кажется, я впервые осознаю это не как бесплотную мечту, а как новую реальность. Я делаю глубокий вдох: воздух Драконьей Колыбели по-прежнему горячий, он пахнет пылью сражений и опасности, но теперь этот аромат не несет угрозы. В нем будто бы даже чувствуется странная сладость освобождения.
Моя мама – рядом.
Я поворачиваюсь к ней и, не в силах сдержать радости, обнимаю так крепко, что чувствую, как она чуть вздрагивает от неожиданности. Но тут же смеется, и мы смеемся вместе, наслаждаясь пьянящим чувством радости. Ощущения того, что долгие годы разлуки, страха и боли остались позади.
Отец осторожно подходит к нам, его глаза блестят от слез и я, захлебываясь счастьем, тяну его к нам с мамой, вовлекая в объятия.
некоторое время мы просто стоим втроем, прижавшись друг к другу, как семья, наконец-то нашедшая друг друга и свой дом.
– Наконец-то, – выдыхаю я сквозь смех и слезы, – Я так долго вас искала, – говорю я, обнимая обоих, – И теперь я вас ни за что не отпущу.
– И тебе не придётся, – говорит отец с лёгкой улыбкой, его голос звучит тепло и уверенно.
– Поздравляю, Вика, – раздается рядом полный заботы и нежности голос Виррала, – Ты действительно заслужила это.
Я поднимаю на него взгляд, полный искренней благодарности.
Не передать словами что я чувствую к нему. Виррал был рядом, когда я даже не думала о том, что когда-нибудь этот день настанет. Он поддерживал меня и в том, что я добилась своего – его огромная заслуга.
А потому, я подхожу к нему с Дариусом тоже обнимаю обоих. Виррал замирают на мгновение, но затем обнимают меня в ответ. А Дариус, хоть и с явным замешательством, хлопает меня по плечу.
– Спасибо вам, – шепчу я, – Без вас я бы не справилась.
Виррал легонько ухмыляется и отвечает:
– Ты явно себя недооцениваешь. Я с самого начала знал, что так будет. С самого первого дня, когда оказался в твоем мире.
– Я тоже в тебе нисколько не сомневался, дорогая моя, – проникновенно добавляет Дариус.
От этого моя грудь наливается теплом и искренней признательностью.
– А теперь, если все готовы, давайте вернемся домой. В Фариантис, – предлагает отец.
И хоть меня так и подмывает согласиться, но я запоздало вспоминаю кое о чем очень важном.
– Подождите! – нехотя отстраняюсь от Виррала я и поворачиваюсь к отцу, – Я пообещала Аэлине и другим девушкам, которых Ашгарис держал в плену, что как только найду вас, то заберу их с собой. Я не могу уйти без них.
Мама и отец обмениваются теплыми взглядами, в готовых отражается гордость. ЗА меня, за мое решение.
– Что ж, тогда давай сделаем это, – кивает с пониманием отец.
Он открывает портал и мы снова возвращаемся во дворец Ашгариса, погруженный в тишину после битвы, которая развернулась во внутреннем дворе. Дворец контролируют драконы Зартана, которые узнают отца и всячески ему содействуют.
Они рассказывают, что девушек, которых держали в плену в подвале, они собрали в отдельном зале и проводят нас к ним.
Как только я захожу в зал, где они сидят все перепуганные, даже не подозревающие что их ждет дальше, первой кто вскакивает на ноги и кидается ко мне, оказывается Аэлина.
– Я знала, что ты вернешься! – восклицает она.
Ее лицо светится радостью.
А вот остальные пленницы, которым я когда-то обещала спасение, робкие и подавленные, теперь смотрят на нас с безмерным удивлением. Вокруг слышатся вздохи недоверия, а рыжая – та самая, что советовала мне никого не обнадеживать – выглядит так, словно сейчас рухнет в обморок от шока.
Но когда отец, приглашает их следовать за нами, недоверие сменяется слезами радости и возгласами благодарности. Мы выходим из дворца целой группой: родители, я, мои друзья и эти девушки, так долго томившиеся в чужом плену. Теперь они все свободны. И они верят мне.
– Готовы? – спрашивает отец, останавливаясь на открытой каменной площадке во внутреннем саду. Той самой, где меня хотели превратить в статую.
Все радостно откликаются и я жду, что сейчас отец откроет портал в жерло вулкана, через который мы с Вирралом и Дариусом попали сюда. Я даже запоздало пугаюсь – а смогут ли Виррал и Дариус защитить от испепеляющего жара так много людей.
Но этого не требуется.
Отец взмахивает рукой, и воздух перед нами расходится волной сияющего света, формируя ровную, чуть колышущуюся арку портала. Но ведет она не в жерло вулкана, а на скалистое плато. Судя по всему, расположенное где-то неподалеку от него. Но, тем не менее, судя по привычным облакам и небу, это все-таки ни что иное, как Фариантис. Мир, к которому я успела привыкнуть как к родному.
– Ого... – я выдыхаю, и меня накрывает восторг. Я даже не знала, что отец способен на такое.
Выходит, его сила намного больше, чем моя и даже больше, чем мне казалось до этого. Горячая волна гордости и уверенности наполняет мое сердце.
Стоя возле портала, я ловлю себя на странном ощущении, что мне тревожно оттого, что я не знаю как теперь сложится моя жизнь. Вернувшись, я уже буду не одинока: со мной будут мои родители, с которыми придется заново познакомить Виррала, и мы все сможем начать заново – без страха и потерь. Но, вместе с тем, я боюсь, что мои мечты, которыми я жила все это время, не будут соответствовать реальности.
И все же, я делаю решительный шаг вперед.
Яркая вспышка бьет по глазам и вместо чужого, враждебного окружения Драконьей Колыбели перед нами открываются родные просторы Фариантиса. Сердце подпрыгивает от радости, но я не успеваю даже в полной мере насладиться им, как внезапно все резко меняется.
Слева раздается испуганный девичий взвизг, справа звякает металл. Я запоздало вскидываю голову, обвожу все окружающее пространство взглядом и вижу то, от чего волосы на моем затылке начинают шевелиться.
Вокруг нас стоят люди в железных доспехах, с суровыми лицами и оружием наготове. Никого из них я прежде никогда не видела. Они окружают нас плотным кольцом, и я ощущаю, как меня сковывает паника.
– Стоять! Не двигаться! – гремит чей-то зычный громогласный голос. Он отдается эхом и кажется смутно знакомым, но я не могу понять кому он принадлежит.
Девушки что-то испуганно шепчут, папа кладет мне руку на плечо, а Виррал делает шаг вперед, закрывая нас своим мощным телом.
Мой мозг лихорадочно работает в поиске ответов на внезапные вопросы: кто это, откуда они взялись в таком месте? И почему ведут себя с нами так, будто мы враги?
– Ну вот мы и встретились… снова… – доносится до меня все тот же грубый голос и на этот раз я вспоминаю кому он принадлежит.
И, вспомнив, я моментально цепенею от ужаса.
Нет! Этого просто не может быть!
Глава 55
«Нет! Этого просто не может быть!» – мысль громко стучит в моей голове, и я стою как громом пораженная, уставившись на того, кто появляется из-за спин солдат. У меня перехватывает дыхание и на миг я даже не могу понять, не мерещится ли мне это?
Кто знает, может, подействовали какие-нибудь магические перегрузки и теперь я вижу то, чего на самом деле нет.
Но реальность куда более сурова. Как бы я ни отгоняла от себя это, но я понимаю, что тот, кто сейчас стоит перед нами – тот самый, кого я так опасалась. Кто угрожал Лине и пытался шантажировать Рэйвена.
Человек с трубным голосом.
И просто до жути опасный тип, который гонялся за мной по всей академии Виррала! Именно от него я удирала когда угодила в тот жуткий мир гримов, где чуть не стала там кормом для местных "хищных достопримечательностей".
Он выходит вперед в полном боевом облачении: высокие сапоги из черной кожи с металлическими вставками, тяжелый полусферический наплечник, украшенный чем-то вроде чешуи дракона, и длинный, до пят, плащ глубокого фиолетового цвета, отороченный шерстью.
У него острое лицо с длинным прямым носом, темные, слегка вьющиеся волосы, собранные в короткий хвост, и тонкие, хищные губы, изогнутые в презрительной усмешке. Взгляд зеленых глаз жесткий и цепкий, как у зверя, который загнал свою добычу в угол.
Пока я стою, захваченная врасплох, Виррал вскидывает голову и, вонзив в него ненавистный взгляд, рычит, едва сдерживая ярость:
– Хартейн! Снова ты… Откуда ты здесь взялся и что тебе нужно?
Виррал явно не в восторге от его появления, да еще и говорит как о старом заклятом враге.
При этом, как только Виррал называет этого типа по имени, стоящий рядом со мной Дариус, вполголоса бросает:
– Что? Хартейн? Вот же мерзавец…
Перевожу на Дариуса недоуменный взгляд и шепотом интересуюсь:
– А кто это вообще такой?
Не сводя напряженного взгляда с Хартейна, Дариус недовольно бросает:
– Это драконий владыка Роллейда. Тех земель, на которых стоит наша Академия. Хартейн уже долго точит зуб как на Виррала, так и на академию, потому что она как бы вне его прямой власти. Как ты помнишь, в Академии скрыты врата в мир гримов, которые обладают безумной мощью. Из-за того, что она может быть использована против самих драконьих владык, они решили не доверять власть над таким опасным инструментом одному из своих и выбрали в качестве хранителя не заинтересованного в политических сворах дракона. Им и оказался Виррал. Так что, вместе с вратами и Академией он получил и неприкосновенность, с чем Хартейн смириться не смог. А тот факт, что Виррал не раз укрывал у себя учеников, насоливших Хартейну, и отказывался их выдавать, вообще вызвал у владыки натуральное бешенство.
Чем дольше я слушаю объяснения Дариуса, тем сильнее хмурюсь.
Выходит, этот Хартейн хочет заполучить Академию Виррала во что бы то ни стало. И когда у него не получилось это сделать при помощи Рэйвена, он решил подловить нас здесь, с целой армией в придачу.
Хорошенькое "возвращение домой", блин! Мама, папа, толпа освобожденных девушек, счастливые воссоединения – все под откос. Кто бы мог подумать, что, стоило нам выбраться из одной передряги, мы сразу же ввалимся в новую?!
Хартейн ухмыляется и с удовлетворением скрещивает руки на груди, гремя латными накладками:
– Чего мне нужно, Виррал? Ты и сам прекрасно знаешь. Твоя Академия. Она стоит на моей земле и должна принадлежать мне. Я слишком долго терпел твою наглость. Но теперь у тебя нет за спиной ее стен. Нет тех магических защит, которые ты выстраивал годами. Мы здесь, на нейтральной территории, и поверь мне, сейчас может случиться что угодно.
Едва он произносит эти слова, как воздух будто густеет. Его солдаты надвигаются на нас, сужая кольцо, в которое они же нас и загнали. Они двигаются плавно, слаженно, как стая волков на охоте, и я чувствую, как сердце подскакивает куда-то к самому горлу.
Девушки за моей спиной беспомощно перешептываются. Мама делает шаг вперед и вскидывает руку – явно хочет применить свою ментальную магию, чтобы снова подчинить себе войска – но попросту не успевает.
Внезапно с трех сторон на нас набрасывается странная сеть. Она потрескивает голубовато-белым свечением и пахнет чем-то электрическим. Я пытаюсь отшатнуться, но сеть накрывает нас с головой, сразу после чего все, кто оказывается под ней, летит на землю.
"Что за чертовщина?!" – единственное, что я успеваю подумать.
Любая попытка попытка шевельнуться обречена на провал. Тело будто парализовано, как после электрического разряда. Я пытаюсь хотя бы поднять руку, но мышцы не слушаются, а в голове странно шумит, мысли путаются, словно их кто-то перемешал в огромной ложкой в моей черепушке.
"Ну почему именно сейчас… когда я думала, что все закончится хорошо!"
Это ужасно: я вижу, как папа дергается, но не может пошевелить рукой, как мама с ужасом смотрит на меня, явно стараясь что-то сказать, но слова не выходят. Виррал единственный остался стоять – видимо, его сеть не задела или он оказался менее восприимчив к этому заклинанию.
Он стоит, сжав кулаки и не сводит с Хартейна яростного взгляда.
– Отпусти их! – рычит он, едва сдерживая себя.
Кажется, Виррал готов броситься в бой, но слишком много врагов. Их так много, что я точно уверена: нас просто задавят числом, даже если Виррал сейчас обернется драконом.
Хартейн лишь ухмыляется, проводя рукой по своему плащу.
– Я слишком долго ждал этого момента, Виррал. Сначала я надеялся подмять Академию под себя через Рэйвена. Думал, твой брат окажется более сговорчивым. Но этот недоносок оказался настоящим даже непредсказуемым, чем ты. Но меня это не остановит.
Я вздрагиваю при упоминании Рэйвена. Ну конечно, этот новоявленный владыка мог надеяться захватить академию руками Рэйвена, а когда тот облажался, нашел другой путь.
Виррал поднимает бровь:
– Откуда ты вообще узнал, что мы будем здесь?
И вдруг вперед выходит кто-то, от чьего появления у меня самой чуть глаза из орбит не вылетают.
– Корнелия?! – мысленно ору я. "Что здесь делает эта истеричная подлая лиса!"
Она появляется из-за спин солдат, поправляя свои роскошные, тщательно уложенные волосы, словно только что вышла из салона красоты, а не из самой задницы мира. На ней облегающее платье с длинными рукавами, расшитое золотой нитью, и на лице, как всегда, это выражение приторной самовлюбленности.
Могу поклясться, я слышу, как Виррал тихо рычит.
– Корнелия, – произносит он холодным голосом, – я должен был догадаться, что, когда Рэйвен проиграет, ты побежишь к единственному, кто захочет использовать тебя дальше.
Корнелия жеманно вздыхает, изображая оскорбленную невинность:
– Я думала лишь о твоем благе, Виррал. Академия – это обуза! Она тебе не нужна. Ты заслуживаешь быть свободным от этих обязанностей и проблем. Я хотела облегчить твою участь. Ведь я испытываю к тебе самые нежные чувства…
"Пф-ф!" – я чуть не захлебываюсь от возмущения, хоть мое тело сковано сетью. Кто дал ей право судить, что там для Виррала будет лучше?!
Кровь у меня приливает к щекам. Если бы я только могла пошевелиться, я бы ей высказала все что я думаю, все что у меня накопилось к ней за это долгое время.
– Бред! – фыркает Виррал. – Все это звучит как полный бред, Корнелия.
Она приподнимает подбородок, ее глаза сверкают обидой и ревностью:
– Бред – это рисковать жизнью ради этой… этой… – она тычет взглядом в мою сторону, – нищенки, которой до тебя нет никакого дела!
"Да я тебе сейчас…" – мысленно взрываюсь я.
Но тело немеет под сетью, ощущение будто меня заморозили. И мысли скачут, путаются. Нужно собраться. Мой взгляд мечется к Вирралу. Тот сжимает кулаки так, что костяшки белеют. Кажется, он готов ее придушить, но удерживается – ведь мы окружены.
Корнелия вздыхает театрально:
– Ради тебя, Виррал, я готова на все. Я уговорила владыку, что если ты откажешься от прав на академию и уйдешь со мной, то он отпустит всех. Разве это не благородное предложение? Отдай ему академию, и мы будем свободны. Да и ему не придется прибегать к грубой силе.
Хартейн громко смеется, показывая ровные зубы:
– Представляешь, Виррал, какие у тебя верные поклонницы? Я даже завидую. Девки готовы рискнуть всем ради тебя. Хорошо. Я подтверждаю: если ты откажешься от своих прав на Академию, я отпущу всех, кто пришел с тобой. Даже эту… – он оглядывает нас с небрежной ухмылкой, – "нищенку".
Мои ноздри раздуваются от ярости, но я по-прежнему не могу пошевелиться. Отец смотрит на меня умоляюще – глаза говорят: "Все будет хорошо". Мама пытается сосредоточиться, но сеть блокирует наши способности.
– Ну что скажешь, Виррал? – спрашивает Хартейн, наклоняясь вперед. Его зеленые глаза сверкают хищно, одежда шуршит при движении, а меч у пояса угрожающе блестит. Солдаты приближаются еще на шаг.
Я пытаюсь встретиться взглядом с Вирралом, чтобы показать ему, что как бы ни было страшно, я не хочу, чтобы он жертвовал Академией ради меня. Но меня держит эта чертова сеть, и мне остается только взывать к его сердцу мысленно. Он – тот, кто никогда не поступал против своей совести. Отдаст ли он Академию? Станет ли соглашаться на этот шантаж?
