Текст книги "Отдел К9: Убийство с привкусом феромонов (СИ)"
Автор книги: А. Морале
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 14 страниц)
Да уж… И что мы имеем?
А имеем мы непонятный мир, непонятное время, непонятное сообщество, в котором родная милиция сменилась на заморскую полицию. А ещё автомобили на электродвигателях, сухой климат и господ, сменивших товарищей…
Что мы имеем в сухом остатке, товарищ Грабовский? Пока непонятно. Ясно лишь одно – нужно больше информации для анализа. Ещё и эта странная фамилия – Грабовский. Ник Грабовский… Где я мог слышать её?
– Грабовский! – прервал мои размышления знакомый, томный женский голос, хозяйка которого стала рядом со мной, включила соседний душ и без стеснения оглядела мой голый торс, ничуть не смутившись и облизнув сухие губы длинным гибким язычком…
Да уж… Бабы в наше время были поскромнее…
– Не потрёшь мне спинку, Грабовский? Мр-р-р… – промурчала она.
– Мур? Серьёзно? – удивился я, не став скромничать в ответ, глянул на ладную, хорошо сбитую, атлетически сложенную фигурку девушки, стройные ноги, округлые бёдра, упругие, подтянутые ягодицы, рельефный живот и симпатичную, пышную грудь как минимум третьего размера, запнувшись лишь на каком-то отрешённом, немного безумном выражении её глаз.
Хм… Что-то не то… С ней что-то не то…
Расширенные зрачки, учащённое дыхание, торчащие от возбуждения соски и мурашки по коже, хотя в душевой совсем не холодно.
– Ты пьяна, сержант? Или под каким-то препаратом? – на всякий случай поинтересовался я. – Выглядишь странно…
Гибкое, крепкое женское тело молча прильнуло ко мне, руки обвили шею, стройная ножка оплела мои бёдра, и её лобок с легкой кучерявой порослью крепко прижался к моему. В мои губы впились горячие женские губки, а шустрый язычок ворвался в мой рот и устроил там настоящий кордебалет. Мой член встал по стойке смирно, словно солдат-новобранец на плацу перед генералом, а его головка упёрлась в жаркую женскую промежность.
Я прям ощущал, как её губки ласково касаются головки моего органа, поигрывая с ним, как они словно не пускают его, подразнивая, и как напряжённое мокрое женское тело в моих объятиях едва сдерживает желание отдаться…
– М-р-р-р… – промурлыкала брюнетка мне на ухо и подалась вперёд.
Я почувствовал, как мой член нагло расталкивает горячие половые губки в стороны, как дерзко врывается в её пещерку, и как девушка насаживается на мой орган, повиливая бёдрами и потираясь твёрдыми сосками о мою грудь…
Брюнетка легко оттолкнулась от пола, запрыгнула на меня, обвив бёдра, тихонько заурчала на ухо от удовольствия и больно впилась острыми ноготочками в мою спину, будто вонзила хищные когти…
Я обхватил её упругие ягодицы и крепко сжал в своих ладонях, заставив девушку застонать то ли от боли, то ли от наслаждения. Прижал её к себе, вогнал член поглубже, выждал несколько секунд, наслаждаясь моментом, и начал неторопливые, мерные движения в её вагине, чувствуя, как она каждый раз крепко сжимает меня внутри себя, словно не желая отпускать…
Хлюп-хлюп…
Хлюп-хлюп…
Хлюп-хлюп…
Хлюп…
Хлюп…
Хлюп…
Хлюп… Хлюп… Хлюп…
Вынуть я не успел. Да и не смог бы при всём своём желании.
Словно почувствовав в себе мой раздавшийся в размерах член, она крепко обхватила меня ногами, не давая вырваться, прижалась лобком и быстро задвигала бёдрами, глядя мне глаза в глаза осоловевшим взглядом и хитро улыбаясь.
Задрожала в такт мне, тяжело задышала, приоткрыв ротик и округлив глаза, выгнулась дугой назад, выставив на обозрение свои тяжёлые полушария груди с коричневыми сосками, и ненадолго замерла в таком положении, лишь изредка подрагивая телом, словно в конвульсиях…
«Тук-тук… Тук-тук… Тук-тук…» – громко отстукивало её сердце, а я любовался её стройным мокрым телом, всё ещё ощущая, как девушка-полицейская мягко и упрямо сжимает мой член в себе…
Отдышалась она через несколько секунд – легко спрыгнула, быстро ополоснулась и как ни в чём не бывало двинулась на слегка подкашивающихся ногах в сторону раздевалки, повиливая симпатичным задом и мурлыкая себе под нос незнакомую мне мелодию…
И что это только что было? Хотя, мне точно грех жаловаться…
И ещё одна странность. На какой-то миг мне показалось, будто её зрачки стали вертикальными, как у кошки… Хотя, может и правду показалось… Я потом специально всматривался ещё несколько раз, но так больше ничего и не увидел.
Я постоял ещё пару минут, оперевшись ладонями о стену и подставив макушку под тяжёлые струи, выключил воду, тщательно обтёрся полотенцем и вернулся в опустевшую раздевалку. Земской здесь уже не было.
Оделся, раздражённо поморщившись от лёгкого клубничного аромата, так до конца и не выветрившегося с одежды, и вышел в коридор…
В общем, можно сказать – план минимум я успешно выполнил.
Изучил здание, с сотрудниками, вернее сотрудницами, познакомился поближе, если можно так сказать. Да, не стоило этого делать на рабочем месте, как-то это не этично. Но что если это здесь в порядке вещей? Или мы встречаемся с товарищем сержантом? Мог я отказать, не сильно портя свою легенду? В теории, мог конечно. Но на практике, когда на тебя в душе вешается обнажённая симпатичная девушка, устоять практически невозможно. Особенно, если у тебя молодое и готовое к размножению тело.
Осталась лишь одна маленькая загвоздка – среди всех этих блужданий, дверей и коридоров я так и не нашёл свой кабинет, если он у меня был, конечно. И я до сих пор даже не представлял, кем я здесь работаю и кем числюсь по штатному расписанию.
Хотя, капитан обмолвилась о приёме. Приём пациентов? Может я здешний врач?
– Грабовский! – разнёсся громкий выкрик по коридору, прокатившийся эхом от стены к стене и заставивший меня непроизвольно вздрогнуть. – Тебя капитан вызывает! Что ты там такого натворил? – торопливо приблизилась ко мне дежурная с проходной и с живым интересом заглянула в мои глаза.
– Я? Да ничего, вроде… – задумчиво нахмурился я, пытаясь вспомнить все свои последние косяки. Может зашёл куда-то не туда? Не в ту дверь, например. – Только в душ и успел сходить, – честно признался я, так и не вспомнив за собой ничего криминального.
– Ну не знаю… – с сомнением протянула дежурная. – Она злая, как чёрт! По её виду – ты как минимум осквернил могилу её родителей и предал родину на сдачу. В общем, я тебе не завидую…
– Да я сам себе не завидую, – вздохнул я, мысленно проложив маршрут к кабинету начальства и двинувшись по коридору в сопровождении хитро поглядывающей в мою сторону полицейской…
Глава 3
Личный кабинет
Я свернул за угол, остановился у аппарата с водой, нажал кнопку, дождался, пока дозатор с фырканьем выплюнет мне в стакан порцию воды с пузыриками и сделал пробный глоток под пристальным взглядом дежурной. Хм… Холодненькая.
А тонкие стаканчики из прозрачной пластмассы – это они ловко придумали. Мыть не нужно, вода экономится. Да и просто приятно то, что до тебя у этого стаканчика никого не было и ты у него первый. Лепота!
– Ник! Капитан ждёт! – нетерпеливо поторопила меня девушка.
– Знаю. Дай хоть горло промочить, – сделал я неторопливый глоток колючей воды, не убирая стаканчик ото рта, и ненадолго задумался.
Интересно, по какому поводу меня может вызывать капитан? Мы с ней виделись всего полчаса назад. Что могло произойти за эти полчаса? Или она узнала о моих бесцельных блужданиях по участку, и ей это не понравилось, или вскрылось что-то старое, к чему причастен старый Ник, не я…
– Ник!
– Да иду, иду… – вздохнул, одним махом допив воду и отправив стаканчик в мусорное ведро.
Ладно, скоро узнаем, что именно нужно от меня Соколовой…
Дежурная довела меня до кабинета начальства, будто боясь, что я могу улизнуть, постучала, распахнула передо мной дверь, дождалась, когда я переступлю порог и лишь после этого оставила меня в покое.
Дверь за моей спиной тихонько хлопнула, и я легонько покашлял, привлекая внимание к своей скромной фигуре.
– Ник! Ты идиот⁈ – хозяйка кабинета оторвала взгляд от выпуклого монитора на своём столе и пристально посмотрела на меня. – Ты нахрена занимался соитием с Земской?
– Я? – удивлённо пробормотал я. – Соитием?
– Ты! – поиграв желвакам и померявшись со мной взглядами, госпожа капитан резко крутанула монитор в мою сторону.
«Хм… А растяжка у брюнетки ничто так…» – задумчиво склонил я голову набок, разглядев на голубом экране чёрно-белую запись того, что мы вытворяли с товарищем сержантом в душевой, во всей красе и без цензуры, и пытаясь понять, как это она так выгнулась и умудрилась не упасть. Хотя, стоит признать, тут и моя заслуга была – не зря же я её крепко фиксировал за задницу в процессе…
– А это законно? – нахмурился я.
– Заниматься спариванием на рабочем месте с сотрудником отделения? – с сарказмом хмыкнула блондинка.
– Камеры в душевой, – пояснил я, удивлённо отметив странные и непривычные обозначения для простого слова «секс» и сделав пометку у себя в голове – разобраться с этим позже. – Это законно?
– Опять этот твой идиотский юмор, – недовольно поморщилась госпожа капитан. – Я тебя не узнаю – обычно ты тихий, молчаливый, застенчивый… А сегодня, будто подменили. Что с тобой, Ник?
– Всё нормально, – отмахнулся я, без приглашения присаживаясь напротив капитана.
– Ничего не нормально! Это соитие без согласия, Ник!
– Да я не буду на неё заявлять, – пожал я плечами. – Ну выпустили пар, по обоюдному согласию – прошу заметить… У меня нет претензий. Взрослые же люди…
– Грабовский! – рыкнула моя начальница, привстав с места, уперевшись кулаками в стол, нависнув надо мной и побагровев от гнева. – Ты идиот⁈ Сейчас и правда не до шуток! Прекращай!
– Прости, – виновато произнёс я.
– Что на тебя вообще нашло⁈ Ты зачем к ней полез?
– Я? Погоди! Так ты меня хочешь виноватым сделать? – удивился я. – Она сама на меня запрыгнула. Видно же по записи.
– Ты идиот⁈ Конечно она сама запрыгнула. У неё пиковая фаза РОСТа. Наверное, надышалась стимулятора, когда везла тебя в отделение. Тебя же как раз прямо перед этим опрыскали из баллончика?
– Опрыскали? – переспросил я, пытаясь потянуть время и начиная потихоньку догадываться, что произошло и на кого должен действовать препарат барыги. Не на меня… Чёрт! – Ну да…
– Манда! Нахрена ты с ней в машину сел?
– Тупанул, – честно признался я.
– Зрачки у неё долго в изменённом состоянии были во время вашего соития? – продолжала допрос капитанша.
– В изменённом? – снова как попугай повторил я.
– Вертикальные, Грабовский!
– Не долго, – вспомнил я лицо девушки. – Когда она уходила, уже были нормальные.
– Это хорошо, – кивнула своим мыслям хозяйка кабинета. – Значит, действие стимулятора прошло. Тебе повезло, Ник! И это опять же вопрос к тебе – почему ты не доглядел? Это твоя прямая обязанность! А если бы мы её потеряли? Пошла бы она в патруль и не вернулась. Ты понимаешь, чем это грозит тебе?
– Увольнением? – робко предположил я.
– Если бы, – вздохнула капитан Соколова, тяжело опустившись на своё место. – Голова с плеч, – провела она пальцем по горлу. – А следом за твоей и моя. Ладно, Грабовский… В этот раз я тебя прикрою. Всё! Свободен!
– Свободен? – недоверчиво переспросил я. – Отделался только выговором в личное дело?
– Не беси меня, Ник! Я вот прямо на грани сейчас! Иди работай!
– А что с записью? – кивнул я на монитор, всё ещё проигрывающий сцену нашего секса в душевой.
Хм… Странно, мне казалось, мы справились быстрее. Или это повтор пошёл?
– Не переживай. Видео никто не увидит – я позабочусь. А Земская ничего не вспомнит…
– Не вспомнит?
– Да что с тобой сегодня? – нахмурилась хозяйка кабинета. – Постоянно всё переспрашиваешь. Не выспался?
– Неважно себя чувствую, – поморщился я. – И голова болит, как будто в неё ваты набили… Ещё один вопрос можно?
– Что ещё, Грабовский? – устало вздохнула блондинка.
– А где мой кабинет, не подскажешь? – пользуясь моментом и собираясь свалить частичную потерю памяти на своё плохое самочувствие, произнёс я.
– Ты сейчас серьёзно? – удивлённо уставилась она на меня.
– Ну… Я же говорю, голова не соображает. Может это из-за того спрея.
– Ты же не девушка, с чего он на тебя должен действовать?
– А с чего этот идиот мне его в рожу распылил? Может в том баллончике ещё какая-то гадость была намешана.
– Хм… Ну может… – задумчиво произнесла Соколова. – Сейчас как себя чувствуешь?
– После душа полегче, но мысли всё ещё путаются…
– Я распоряжусь, чтобы лаборатория тщательно проверила все изъятые сегодня стимуляторы. Может и правда эти твари новую формулу придумали… Шайсэ!
– Так, а что с моим кабинетом? – напомнил я.
– По коридору прямо до конца, потом направо – дверь с матовым стеклом… – неопределённо махнула она рукой куда-то в сторону. – Если будешь хуже чувствовать себя – дай знать. Это не шутки, Ник!
– Хорошо…
– Всё, иди!
«Тук-тук» – прозвучал глухой стук и в дверную щель протиснулась темноволосая женская головка.
– Можно, госпожа Капитан? – робко произнесла девушка, и я торопливо развернул монитор экраном от себя.
– Сержант? Заходи… – кивнула Соколова, обменявшись со мной многозначительным взглядом. – Что-то случилось?
– Кажется, у меня первая фаза цикла началась, – прикрыв дверь и войдя в кабинет, растерянно пробормотала брюнетка.
– Почему ты так решила? – участливо поинтересовалась Соколова.
– Да… Какие-то провалы в памяти… Помню, как приехала с задания, потом в душ зачем-то пошла… Потом уже очнулась на лавочке в раздевалке, быстро оделась и пошла в оружейную. Ещё и слабость во всем теле – ноги дрожат, голова не соображает… Может пусть Ник меня посмотрит? – кивнула брюнетка на меня.
– Нет! – слишком резко отреагировала хозяйка кабинета и тут же торопливо взяла себя в руки. – В смысле – лучше я! Садись. У Ника и так много работы.
– Хорошо… – покорно согласилась Земская, усаживаясь на пустой стул рядом со мной.
– Молоко будешь?
– Молоко? – повторила девушка.
– Оно облегчает симптомы.
– Тогда буду…
– Ник, принеси из комнаты отдыха пакет молока… – отдала распоряжение госпожа капитан.
– А где у нас комната отдыха? – нахмурился я, старательно изображая на лице напряжённый мыслительный процесс.
– Да вашу мать! – выругалась Соколова. – Детский сад какой-то, а не отдел полиции! Ладно, иди. Я сама разберусь…
– Есть! – коротко отрапортовал я, поднялся со своего места и двинулся в сторону выхода…
Дверь за моей спиной тихонько хлопнула, отрезав меня от кабинета начальницы, и я облегчённо выдохнул. Да уж… Выкрутился. Хотя, дров наломал – мама не горюй! Штирлиц в этот раз был близок к провалу, как никогда…
Ладно, куда там дальше?
«По коридору прямо до конца, потом направо – дверь с матовым стеклом…» – вспомнил я слова блондинки, развернулся и уверенным шагом направился по длинному коридору в дальний конец здания…
* * *
Мой кабинет… вернее, кабинет настоящего Ника Грабовского, тихого и скромного парня, чьё тело я каким-то макаром занял, выглядел как типичный кабинет мозгоправа – диван у окна, кресло, журнальный столик, на полу комнатные цветы с большими листьями в больших горшках, рабочий стол и рабочее кресло на колёсиках.
Значит, я штатный психолог полиции? Или что-то в этом духе? Хм… Ну, чего-то подобного я и ожидал…
Из окна пробивался яркий солнечный свет, подсвечивая плавно взлетевшие в воздухе пылинки, на столике тихо тикал механический будильник, отсчитывая секунды.
Стены увешаны красивыми сертификатами и грамотами в рамочках. Пара вымпелов за участие в марафоне и почётное третье место, грамота за участие в чемпионате по настольному теннису.
На рабочем столе в строгом педантичном порядке лежали тетрадки, блокноты и книги по философии и психологии. Справа у стены примостился большой шкаф со стеклянными дверцами и ровно расставленными по полкам папками…
Хм… Картотека? Досье на сотрудников или пациентов? Да ещё и в алфавитном порядке. Да ты был дотошным парнем, Ник Грабовский.
Я подошёл ближе, настежь распахнул стеклянные дверки и пробежался пальцами по подписанным корешкам…
Аниськина Ю., Андросова М., Бауман С., Волошина А., Грязева Ж., Дёмина… Донцова… Дрозд… Земская… Земская… Ага, вот! Земская А.
– Анна? – вытащив папку и прочитав полное имя брюнетки на обложке, задумчиво пробормотал я. – Ну, теперь я хоть знаю, как тебя зовут, товарищ сержант…
И её напарница – Эля, кажется… Ага, вот! Рощина Элеонора…. Так, хорошо… Возьму ещё несколько наугад и… О! Соколова? У него даже на начальницу досье есть? Интересно…
Я прикрыл дверки шкафа, подошёл к рабочему месту Ника, уселся в его кресло и поставил на стол перед собой стопку папок. Откинулся на спинку и тяжело вздохнул.
– Психолог, значит… Черт! Где я и где психология? Я вообще о психологии ничего не знаю. Ладно, полистаем пока досье на сотрудниц, может чего умного или полезного подчерпнём…
Я положил первую папку из стопки перед собой и перевернул страницу, задумчиво уставившись на чёрно-белое фото моей недавней знакомой по душевой…
'Земская Анна.
Звание: Сержант
Возраст: 24 года
Рост/вес: 168 см / 56 кг
Цвет глаз: карий
Группа крови: 0(I)Rh+
Стаж службы: 2 года, патрульное подразделение «К13»; 1 год, Отдел «К9».
Навыки: рукопашный бой – базовый уровень; стрельба – высокий уровень; вождение – средний уровень.
Характеристика: эмоционально лабильна, импульсивна, склонна к риску. Имеет аналитический склад ума.
Проблемы: заниженная самооценка; склонность ориентироваться на внешнюю оценку и мнение окружающих.
Рекомендации: 4–6 сеансов наблюдения у психолога в течение месяца; коррекция самооценки; развитие уверенности в собственных решениях.
В партнёрских отношениях не состоит…
Последние фазы Р. О. С. Т. а: 21 мая – 04 июня, 16–30 ноября.'
Хм… Информативно. Я перелистнул несколько страниц, пробежался по записям о прошлых сеансах, закрыл папку и взял со стопки следующую.
'Рощина Элеонора.
Звание: младший сержант
Возраст: 22 года
Рост/вес: 172 см / 53 кг
Цвет глаз: карий
Группа крови: A (II)Rh+
Стаж службы: 1 год, Отдел «К9».
Навыки: рукопашный бой – средний уровень; стрельба – высокий уровень; тактическое вождение – высокий уровень.
Характеристика: ответственна, дисциплинирована, склонна к контролю над ситуацией.
Проблемы: повышенная тревожность; склонность брать на себя чрезмерную ответственность за напарницу; трудности с эмоциональной разгрузкой.
Рекомендации: 3–4 сеанса психологических бесед в течение месяца; работа над снижением уровня тревожности; обучение методикам саморегуляции; рекомендовано чередовать нагрузку и отдых.
В партнёрских отношениях не состоит.
Последние фазы Р. О. С. Т. а: 22 мая–5 июня, 25 ноября – 8 декабря.'
Хм… Самое обычное досье на рядового сотрудника.
Я отложил папку в сторону, порылся в стопке и извлёк из неё досье капитана…
'Соколова Светлана.
Звание: Капитан. Руководитель отдела полиции, командир подразделения «К9»
Возраст: 29 лет
Рост/вес: 175 см / 55 кг
Цвет глаз: тёмно-голубой
Группа крови: B (III)Rh−
Стаж службы: 8 лет, из них 3 года – в должности капитана, руководитель отделения.
Навыки: управление подразделением – высокий уровень; огневая подготовка – высокий уровень; тактическое планирование – высокий уровень.
Характеристика: властная, требовательная, дисциплинированная; склонна к жёсткому контролю подчинённых.
Проблемы: высокий уровень стресса, вызванный постоянной ответственностью за коллектив; трудности с делегированием полномочий; эпизодические вспышки раздражительности при перегрузке.
Рекомендации: 2–3 консультации в течение квартала; работа над управлением стрессом; упражнения на эмоциональную разгрузку; рекомендовано временное распределение части обязанностей на заместителей.
В партнёрских отношениях не состоит/не состояла
Последние фазы Р. О. С. Т. а: н/д. Цикл нерегулярный. Хаотичный.
Примечание: наблюдаются нестабильные проявления.
Рекомендации: пока отложить медикаментозное вмешательство. Продолжить наблюдение.'
Странно, что у всех указан возраст, но ни у кого не указана дата рождения. Что если этому досье три, пять лет? Как понять, сколько сотрудницам лет на данный момент?
Хотя, судя по состоянию исписанных вручную ровным, каллиграфическим почерком листов, досье свежие и собраны совсем недавно…
Ладно, продолжим. Но текущий год, город, страну и часовой пояс всё равно неплохо было бы найти…
– Роджер Грин… – задумчиво прочитал я вслух мужское имя на обложке.
Что? Мужик? Ну наконец-то! Я уж думал, что попал в какое-то бабье царство… Так, получается, Ник и по мужикам тоже? В смысле, специализируется. Хотя, если он штатный психолог, то почему нет? У мужиков же нет этой стадии Р. О. С. Т. а, я надеюсь? Если я правильно понял из отрывочных сведений, это они так старый добрый ПМС переименовали, что ли. Ну или нет… Тут бабка надвое сказал – что-то не складывается… Нужно найти больше информации по этой теме…
Итак…
'Грин Роджер.
Звание: Старший лейтенант полиции. Заместитель начальника отделения.
Возраст: 35 лет
Рост/вес: 182 см / 88 кг
Цвет глаз: серо-зелёные
Группа крови: AB (IV)Rh+
Стаж службы: 12 лет, из них 2 года – в должности заместителя начальника.
Навыки: управление подразделением – высокий уровень; ведение допросов – высокий уровень; тактическое планирование – средний уровень; огневая подготовка – средний уровень.
Характеристика: амбициозен, склонен к соперничеству; с женщинами учтив и вежлив, с мужчинами – недоверчив и агрессивно настроен, видит в них конкурентов.
Проблемы: выраженная антипатия к коллегам мужского пола; склонность к придиркам и формальному применению дисциплинарных мер; конфликтность в мужском коллективе; избегает посещения психолога.
Рекомендации: УВОЛИТЬ НАХРЕН!!! Какие ещё могут быть рекомендации⁈ Непонятно, почему Светка его держит при себе.
(так, это потом не забыть исправить)
В партнёрских отношениях состоял восемнадцать раз.
Примечание: сеансы не посещает.'
Хм… Американец, что ли? И судя по заметкам Ника, они были не в ладах с Роджером. И это ещё мягко сказано. Если остальные досье были заполнены профессионально и аккуратно, то в досье Грина парень явно отошёл от привычного шаблона и выпустил на волю эмоции. Интересно…
И, кстати! В мужском досье нет ни слова о Р. О. С. Т. е! Выходит, я был прав – это именно женская особенность…
– О! А эту я тоже знаю, – радостно хмыкнул я, словно встретил старую знакомую. – Это же та подруга с цветными волосами, которая сшибла меня в коридоре и едва кофе не облила…
'Мельник Ольга.
Возраст: 21 год
Рост/вес: 164 см / 52 кг
Цвет глаз: серо-зелёные
Должность: Криминалист лаборатории.
Группа крови: A (II)Rh+
Стаж службы: 1 год, лаборатория отдела полиции.
Навыки: работа с лабораторным оборудованием – высокий уровень; криминалистическая экспертиза – средний уровень; аналитическое мышление – высокий уровень.
Характеристика: тихая, замкнутая, не склонна к общению; усидчивая, дисциплинированная; в работе – исполнительна и изобретательна, склонна к нестандартным решениям.
Проблемы: избегает общения, неохотно идёт на контакт с коллегами; на психологических сессиях отмалчивается, предпочитает «пересидеть» положенное время; трудности с установлением доверительных связей.
Рекомендации: продолжить наблюдение; 6–8 сеансов в течение квартала с акцентом на развитие коммуникативных навыков; рекомендуется групповая терапия для включения в коллектив.
В партнёрских отношениях не состоит.
Последние фазы Р. О. С. Т. а: 18–30 мая, 18–30 ноября.'
– Тихая и замкнутая? – удивлённо пробормотал я, захлопнув папку криминалистки.
Эта тихоня в коридоре меня чуть ли не трёхэтажным матом обложила. Это точно её досье? Хм… И она уже год здесь работает. Странно, что она не знала, где её рабочее место. Очень странно! Нужно приглядеться к ней получше. Что-то здесь не чисто…
А теперь вопрос на миллион. Какой сейчас год? Я повертел головой и ещё раз внимательно оглядел кабинет. Ни настенного календаря, ни подсказок, ни журналов, ни газет. Перебрал бумаги на столе, проверил выдвижные ящики, пощупал дно столешницы… Тщательно проверил канцелярию, карандаши и ручки на предмет наличия даты выпуска…
Должен же быть год и дата хоть на каком-то бланке или еженедельнике? Должен… Но его нет. Да уж…
Точно!
Я резко поднялся с места и похлопал по карманам лёгкой курточки, которую так до сих пор и не снял. Не знаю, что за материал они тут используют, но ветровка была лёгкой и совсем не жаркой. Ладно, что-то я отвлёкся…
На стол легла связка из трёх ключей, какая-то квадратная металлическая карточка с именем «Ник Грабовский», фантик от жевательной резинки и смятый, выгоревший чек с полустёртыми надписями. Всё что удалось разобрать – это время покупки, наименование самых обычных продуктов и, видимо, цену в «18 рублей». Не густо.
Ни документов, ни квитанций по оплате за квартиру, газ или радио, ни даже за телеграммку или отправку посылки… Ни-че-го!
Я опустился обратно на стул, задумчиво погладил полированную столешницу ладонями и заглянул под стол. Бинго!
Небольшой, металлический квадратный сейф, прикреплённый к задней стенке стола, призывно смотрел на меня из полумрака.
Я торопливо отодвинул стул в сторону, опустился на колени и с интересом провёл пальцами по панели с выпуклыми механическими кнопками. Десять клавиш от нуля до девяти… Если шифр из четырёх цифр… это десять тысяч комбинаций, если из шести – уже миллион. Пытаться подобрать правильный – смысла практически нет.
Просто ради спортивного интереса, я наугад набрал несколько цифр, дёрнул за ручку… и через секунду попробовал ещё раз. Хм… Чуда не произошло…
Знавал я одного старого медвежатника, который вскрывал сейфы, как грецкие орехи.
– Люди тупы и ленивы, – говорил он, сидя на допросе в моём кабинете и попивая свежезаваренный чифир. – Очень часто в качестве шифра они используют самые привычные для них числа – дни рождения, памятные даты, иногда даже оставляют заводские четыре нуля…
Да уж… На словах легко. Вот только я не знаю, какие числа привычны для Ника. Когда у него день рождения, когда дата смерти любимой собачки…
Хм… Я приблизился к дверке сейфа и вгляделся в матовую панель. Четыре кнопки выглядели более стёртыми, а значит, ими пользовались гораздо чаще… Сколько комбинаций это нам даёт? Всего двадцать четыре! Это заметно упрощает дело. Но при условии, что шифр действительно состоит из четырёх цифр. Если какие-то кнопки использовались дважды и шифр состоит из шести цифр, то комбинаций может быть… хм… тысячи полторы-две, если я не разучился считать. Да уж… Ну хотя бы не миллион – это радует.
– У всякой защиты есть слабые места, – всплыл в моей голове голос старого медвежатника. – А каждый сейф, даже самый надёжный, имеет свои конструктивные слабости… Где-то нужно стукнуть, где-то магнитиком поводить, а где-то и добрым словом приласкать, – хитро улыбался мне дед. – А иногда… иногда сами производители оставляют себе лазейки, чтобы в случае чего, можно было отворить нужную коробочку без шума и пыли. Моя работа – знать все эти лазейки и слабые места, начальник…
Много чего он мне тогда рассказывал и показывал. Решил, видно, поделиться мудростью на старости лет. А может ему просто мой чай нравился. Не важно. Но кое-что из его уроков я запомнил, осталось найти подходящий инструмент… Молоточек, магнит помощнее, дрель на крайний случай и кусок стальной проволоки. Ничего сверхсложного.
Хотя, не думаю, что овчина будет стоить выделки. Вряд ли парень хранил там что-то важное для меня, скорее закрытую для посторонних информацию или досье на важных пациентов. Но заняться вскрытием всё же нужно. Но, как-нибудь потом. На досуге…
«Тук-тук» – прервал мои размышления осторожный стук по стеклу двери моего кабинета.
– Да? – откликнулся я.
– Можно? – робко просунулась в дверную щель головка незнакомой мне девушки. – У меня сеанс на десять. Я же не рано пришла?
– Нет, конечно! В самый раз. Заходи, присаживайся, – указал я своей первой пациентке рукой на кушетку у окна и окинул взглядом симпатичную худенькую девушку в полицейской форме и буквой «К» на погонах.
– Сюда? – на всякий случай уточнила незнакомка, присаживаясь на край и скромно сложив руки на коленках.
– Сюда, – подтвердил я. – Ложись, не бойся…. Ну-с? Рассказывай. Что у тебя? – забросил я ногу на ногу, взял в руки блокнот с ручкой и приготовился записывать. Видел в каком-то американском фильме, как работают психологи – слушают, кивают, делают заметки. Думаю, я как-нибудь справлюсь с этим.
– Последнее время я…
– Погоди, – перебил я девушку. – А давай поступим иначе… – медленно проговорил я, словно переваривая только что пришедшую мне в голову, гениальную мысль. – Я задам тебе несколько простых вопросов, а ты ответишь на них. Попробуем новую методику разминки перед сеансом, чтобы разгрузить мозг. Говорят, помогает.
– Хм… Давай, – не стала спорить со мной моя гостья.
– Отлично, – поудобнее уселся я в кресле. – Только отвечай быстро и не задумываясь. Готова?
– Да.
– Хорошо. Какой сегодня день недели?
– Вторник.
– Число?
– Пятнадцатое.
– Имя твоего начальника?
– Здесь или в академии? Я просто у вас на стажировке, а мой непосредственный начальник…
– Не важно. Я же сказал – отвечать, не задумываясь. Первое, что придёт в голову.
– А! Хорошо. Тогда, Светлана.
– Что тяжелее – килограмм ваты или килограмм гвоздей?
– Одинаково, – усмехнулась девушка, заметно расслабившись.
– Какой сейчас месяц?
– Май.
– Твой любимый цвет?
– Бирюзовый.
– Сколько планет в Солнечной системе?
– Восемь.
– Восемь? – удивился я.
– Да.
– Хорошо.
– Расшифруй мне аббревиатуру Р. О. С. Т.
– Репродуктивно-овуляционный синдром трансформации.
– Какой сейчас год?
– 2734-й.
– Отлично. Разминка окончена. Теперь рассказывай, с чем ты пришла… – произнёс я, стараясь не выдать своего волнения.
– Последнее время я…
2734-й год и восемь планет в Солнечной системе… Интересно, куда они дели девятую? Хотя, хрен с ней, с этой планетой. 2734-й год! Меня занесло на 750 лет вперёд? В будущее? Как это вообще возможно?
– Господин Грабовский! – окликнула меня девушка.
– Что?
– Я говорю, что вы посоветуете мне делать?
– Делать с чем?
– Ну, с тем, о чём я вам только что говорила?
– А ты знаешь, есть одна интересная техника… Чтобы разобраться с проблемой, нужно два-три раза проговорить её вслух. Давай попробуем?
– Ну давай, – неуверенно произнесла моя пациентка, поёрзала на кушетке и заговорила: – Последнее время я часто…
Первую в своей жизни пациентку я отпустил через час. Дал пару советов и отцовских наставлений с высоты своего опыта, переварил полученную информацию и пару минут просто сидел в кресле, глядя в стену, размышляя что делать дальше и как быть…
А потом ко мне в кабинет потянулась нескончаемая вереница новых пациенток, каждая со своими проблемами и переживаниями, и думать мне банально стало некогда…
У одной сдохла комнатная ящерка…
У второй съехала подруга и теперь она была в жуткой депрессии…
