Текст книги "Отдел К9: Убийство с привкусом феромонов (СИ)"
Автор книги: А. Морале
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 14 страниц)
Annotation
Чёрт! Что здесь вообще происходит?
Почему я очнулся в какой-то подворотне, а мутный тип в чёрном пальто, словно из учебника по извращенцам, настойчиво произносит в третий раз подряд:
"Ну что, парень? Будешь брать товар или как?"
Почему этот мир кажется странным? Почему солнце бьёт в глаза, хотя на небе тучи? Почему всё вокруг будто из дурного сна: звуки слишком резкие, краски слишком яркие, а голова гудит, как после студенческой пьянки?
Почему я дёргаюсь, услышав резкий, произнесённый хоть и строгим, но приятным мелодичным женским голосом окрик:
"Стоять! Работает отдел К9!"
И почему я начинаю бежать хитрыми переулками, следом за типом в пальто?
Я сделал что-то незаконное?
Почему я вообще убегаю от полиции? И почему у них такая странная форма?
Почему этот чудак на букву «М» разворачивается и пшикает мне в морду каким-то спреем из баллончика?
Чёрт! Кх... Кх...
"Полиция! Не двигаться!"
Серьёзно?! Это вообще срабатывает хоть когда-нибудь?
Чёрт!
ЧТО ЗДЕСЬ ВООБЩЕ ПРОИСХОДИТ?!
Какого х...
Отдел К9: Убийство с привкусом феромонов
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Отдел К9: Убийство с привкусом феромонов
Глава 1
Стоять! Работает отдел К9!
– Ну что, парнишка? Будешь брать или как? – щуплый мужичок с бегающими глазками недовольно нахмурился и запахнул свой серо-коричневый плащ. – У меня лучший товар! Такого больше нигде не найдёшь. Ну⁈ – нукнул он, заметив сомнение, промелькнувшее на моём лице.
Чёрт! Брать? Знать бы ещё, что брать? Да и вообще – что я тут делаю? И как я здесь оказался… Ну и вопрос на миллион – где это «здесь»? Хм… И парнишкой меня никто не называл уже как минимум четверть века. Забавно.
Я покрутил головой, наткнулся взглядом на кирпичные стены с обеих сторон этого симпатичного переулка, яркое небо над головой, затянутое тучами, и почему-то глянул на свои руки… Это явно не мои руки!
Мои руки – это руки сорокалетнего следака, слегка уставшего от жизни, перевитые венами, с мозолями на ладонях и грубой загорелой кожей. А это руки… Руки какого-то конторского служащего или коммерсанта из кооператива, который ни дня в своей жизни не работал руками, максимум – считал рубли и ставил подписи на бланках. Причём, какого-то достаточно молодого коммерсанта – годков эдак двадцати, двадцати пяти от силы. Я в чужом теле? Как?
– Эй, парень! У тебя наличка вообще есть? Учти, я в долг не даю и оплаты картой не принимаю! Или ты передумал? Слушай, у меня так-то кроме тебя ещё клиенты есть. Последний раз спрашиваю, берёшь или как? – незнакомец снова распахнул плащ, и я мысленно порадовался тому, что под плащом у него имелась ещё и самая обычная одежда, а не только волосатая сморщенная писька.
Хотя баночки, пробирки, колбочки и таблетки, развешанные на внутренней стороне подкладки, словно гирлянды на новогодней ёлке, меня всё же немного смущали и заставляли недоумённо хмуриться. Что он пытается впарить мне? Наркотики? Экстази? Сраные америкашки, понавезли в страну мусора!
– Сомневаешься? – снисходительно ухмыльнулся мужик в плаще, вылепленный словно по лекалам методички по извращенцам и педофилам. – Понимаю. Первый раз, наверное? Ладно, проведу тебе краткий ликбез…
Мой новый знакомый дёрнул из закреплённой петельки стеклянную баночку с пипеткой-дозатором и продемонстрировал мне пузырёк на вытянутой руке.
– Это капли – незаметные, без вкуса и запаха. Действуют минут через пятнадцать. Накрывают не сразу, а по нарастающей, но продолжительность действия часа три – этого более чем достаточно. Удобно добавлять в еду или напитки…
Хм… Значит, всё же наркотики…
– А вот таблетки, – продемонстрировал он мне фольгированную запаянную упаковку на пять капсул, – но сам понимаешь – эффект хуже, погрешность выше, нужно точно рассчитать дозировку, сопоставить с весом, да и добавить незаметно сложнее. Но зато – в два раза дешевле. Побочки и от капель, и от таблеток – это головная боль после, сухость во рту, ну и учащённое сердцебиение. Ничего серьёзного – как после самого обычного похмелья…
Как я вообще очутился в этом переулке? Последнее что помню – это промзона, тёмное морозное ночное небо над головой и пар изо рта…
Помню, как мы с парнями сидели в засаде, отогревая замёрзшие кончики пальцев своим дыханием, и ожидали стрелку между цеховиками и бывшими спортсменами. Как в темноте заурчали движки жигулей, и на пустырь с одной стороны выкатили две Нивы, а с другой «Копейка», «Тройка» и новенькая, вишнёвая «Восьмёрка». А потом воздух прорезала автоматная очередь, звякнул свинец по металлу и что-то горячее обожгло мне плечо и грудь…
Откуда у бывших спортсменов автоматы, интересно? Может самопал? Или прикупили на распродаже на армейской базе. Солдатики сейчас голодные, продают всё, что не прикручено и что плохо лежит…
– А это – новинка на рынке! – с гордостью произнёс барыга, спрятав пузырёк и блистер с розовыми таблетками и достав небольшой баллончик без надписей и опознавательных знаков, компактно помещающийся в его ладони и похожий на обычный дезодорант. – Спрей! Но с ним нужно быть осторожнее – действует как оружие массового поражения, а не точечно, в отличие от таблеток и капель.
До чего только барыги не додумаются! Уже и спрей наркоманский придумали…
– Можно распылить прямо в воздухе или на одежду. После распыления аэрозоль активен десять-пятнадцать минут, потом распадается на безобидные алкалоиды – ни одна экспертиза не найдёт. Действие схожее с каплями, но в отличие от капель, поражает всех, кто вдохнёт. В общем – массово, дорого и сердито. Есть с клубничным, банановым и арбузным ароматом. Как говорится – всё для клиента!
– А что ещё есть? – всё же заинтересовался я ассортиментом, впервые услышав свой новый, непривычный мне молодой голос.
– Да много чего… – пожал мой новый знакомый плечами. – Вот это например – действует две недели, а не жалкие три часа. Это, – ткнул он в очередную коробочку на подкладке плаща, – действует мягко и незаметно, естественно, без побочек. А это… Хм… Это тебе ещё рано, парнишка. Так что? На чём остановился? Если хочешь попробовать первый раз, то советую капли «Мисс Дейзи». А если хочешь уложить наверняка, то лучше воспользоваться «Мадам Баттерфляй» – действует даже на тех, у кого повышен естественный порог чувствительности. Гарантирую!
– Значит, капли?.. – задумчиво пробормотал я и растерянно похлопал себя по карманам непривычной мне одежды в поисках денег, пытаясь потянуть время и хоть как-то въехать в ситуацию.
– Капли, капли… Чёрт, парень! Ты не в себе? Дерьмо! – замер мой собеседник, уставившись куда-то мне за спину. – Копы! Ты, с-с-сука! Ты меня подставил!
– Я? – удивлённо нахмурил я брови, на миг обернувшись и заметив в конце длинного переулка две стройные девичьи фигурки в синей форме. – Я не…
Закончить мысль он мне не дал. До моих ушей донеслось противное «п-ш-ш-ш…», а в глаза и рот ударила вонючая струя со сладким привкусом и ароматом клубники, заставив меня непроизвольно закашляться, зажмуриться и резко дёрнуться в бок, поддавшись рефлексам…
Чёрт! Вот что за чудак на букву «м»⁈ Не очень вежливо начинать знакомство с «черёмухи» в глаза. Хотя ладно, на «черёмуху» это походило лишь отдалённо, но глаза всё равно жгло, будто от перцовки…
Э, стой! Ты куда это? Пшикнул в морду – и тикать? А поговорить?
– Стоять! Полиция! – подтвердил мою мысль громкий женский окрик в спину убегающему по длинному переулку мужичку в плаще. – Стоять! Работает отдел К9!
Отдел «К9»? Не слышал о таком.
Я мысленно прикинул варианты, оценил перспективы, разодрал глаза, проморгался и сделал то же, что сделал бы любой здравомыслящий человек в такой ситуации – последовал примеру своего старого нового знакомого и рванул следом за ним, стараясь избежать тесного знакомства с представителями закона. А то мало ли что – упекут в каталажку, и разбираться особо не станут. Знаю я их…
Рывок в сторону… Обманный манёвр… Толчок руками от кирпичной стены…
Приятное ощущение кстати – шершавая прохладная поверхность, лёгкая боль от острых крупинок застывшего цементного раствора и слегка оцарапанная кожа… Боль – это хорошо. Это значит, я не сплю и мне это точно не снится…
– Стоять! – донёсся мне в спину новый окрик, заставивший меня лишь ещё больше ускориться…
Поворот… Какие-то коробки, мусорные баки… Тупик… А нет – не тупик… Нырок в узкий проём и снова бег…
Чёрт! Куда этот хмырь свернул – направо или налево? Ладно, попробуем налево…
– Стоять! Полиция!
Серьёзно? Это вообще срабатывает хоть когда-нибудь?
Кстати, форма у дамочек странная. И дубинки… Зачем им дубинки? Они же не демонстрацию прибыли разгонять… Хм… Странно.
Чёрт! Теперь точно тупик…
«Вж-ж-жу-у-ух!» – просвистело сбоку в сантиметре от моего виска.
Чёрт! Как грубо!
«Вж-ж-жу-у-ух!»
Уворот от летящего мне в лицо обрезка трубы, рывок вперёд и быстрый удар в челюсть.
Хм… А рефлексы у этого тела неплохие. Прям, как у меня в молодости…
Мужик в плаще ударился затылком о кирпичную стену, поплыл, выпустил обрезок металлической трубы из рук и уставился на меня каким-то детским, обиженным взглядом.
Вот только давай без этого! Ты первый начал в живых людей тыкать ржавой железякой. Так что не строй из себя обиженку! Тут у нас, кстати, налицо Статья 206 часть вторая – хулиганство с применением предметов, используемых как оружие. До пяти лет лишения свободы, между прочим, гражданин…
– Так! Вот вы и попались, голубки! – раздался у меня за спиной мелодичный, совсем не запыхавшийся женский голосок, с плохо скрываемой усмешкой. – Эля, пакуй этого, в плаще, хватит с ним церемониться. А я заберу парнишку.
– Эй! Почему мне снова тип в плаще? – произнёс слегка капризный второй женский голос, заставивший меня обернуться и удивлённо посмотреть в сторону двух стройных представительниц закона в синей форме, перекрывших мне единственный путь к побегу.
Да уж… Отбегался, голубчик. Пора сдаваться коллегам. Правда, что я им скажу и как объясню эту всю катавасию, я и сам не знаю.
– Потому, как я старшая по званию, – резонно заметила обладательница первого голоса, угрожающе похлопав тяжёлой резиновой дубинкой по своей раскрытой ладони, не спуская с меня пристально взгляда ярко-голубых глаз. – Всё ясно?
– Так точно, госпожа сержант, – вздохнула вторая девушка.
– Вот и славно. Так, мордой к стене, руки за спину, – сделала шаг в мою сторону сержант и бесцеремонно дёрнула за плечо, разворачивая лицом к кирпичной кладке. – Напомню, вы задержаны отделом «К9» по подозрению в скупке и продаже незаконных стимуляторов. Всё, что от вас требуется – это чётко следовать моим инструкциям и приказам. Не заставляйте нас применять спецметоды. Всё ясно? Ну! – больно ткнула она меня в спину кончиком дубинки.
– Всё, – подтвердил я.
– Ну и отлично. Значит, в отдел доставим без переломов и увечий. Капитан последнее время не очень любит, когда мы привозим ваших дружков слегка помятыми и с неполным комплектом зубов.
На моих запястьях клацнул холодный металл, меня бесцеремонно развернули, похлопали по карманам и коротко резюмировали:
– Чисто! У тебя что, Эль?
– У меня целый набор! – хвастливо произнесла стройная блондинка с дерзко болтающимся, тугим хвостом светлых волос за плечами, демонстративно распахнув полы плаща барыги на обозрение напарницы.
– Ого! – восхищённо покачала головой брюнетка, придерживая меня за шкирку и с интересом поглядывая в сторону коллеги. – Неплохой улов. Попали вы ребятки!
– Не дёргайся! – прорычала девушка в форме мужичку.
– Вы чё творите, сучки? – завопил мой знакомый, придавленный к асфальту женским, но от этого не менее грубым и жёстким коленом. – Это не моё! Это всё его! – кивнул он в мою сторону. – Это он подставил меня!
– Ну да, не твоё… – лениво протянула блондинка, обыскивая карманы барыги. – Тебе подбросили, друг попросил подержать, пока в туалет сбегает, да?
– Именно! Я просто…
– Заткнись, – рявкнула сержант. – Пункт 51 Кодекса, подпункт 3.1. Хранение и сбыт стимуляторов РОСТа в общественном месте. До десяти лет на руднике, без пересмотра.
– Десять⁈ – растерянно пробормотал мужик в плаще, глянув на блондинку и получив от той утвердительный кивок в ответ. – Но… но как так? Каких десять⁈
– А нужно было раньше об этом думать, – равнодушно произнесла брюнетка, всё ещё придерживая меня цепкими пальцами за локоть, будто я мог куда-то деться с браслетами на запястьях, – до того, как ты взялся толкать стимуляторы по переулкам, идиот!
– Это не моё! Это его! – остервенело замотал головой барыга, злым взглядом глянув в мою сторону. – Сука! Вы… Вы заодно! Это вы всё подстроили! Это подстава! Суки!
– Да, да… – равнодушно отмахнулась блондинка, рывком подняла арестанта с асфальта и небрежно толкнула его в спину в направлении выхода. – Давай! Иди! И под ноги смотри! Не хватало мне потом ещё отчёты писать – почему у тебя вся рожа в крови, почему я опять задержанных избиваю, и почему они у меня вечно падают мордой в асфальт…
– Ты тоже, красавчик! Или тебе особое приглашение? – слегка подтолкнула меня брюнетка, широко улыбнувшись и незаметно подмигнув.
Что здесь происходит? И почему меня не покидает странное чувство нереальности происходящего? Почему мне кажется, что всё это неправильно? Да и вообще, с каких пор в патруль набирают таких симпатичных девчат? Они же сунутся в первую подворотню и там же и останутся. Народ нынче у нас недобрый…
Из переулка мы вышли минут через пять, немного попетляв по его кирпичным джунглям. Я получил ещё один лёгкий тычок дубинки между седьмым и восьмым позвонком, и обречённым шагом побрел следом за мужичком в плаще в сторону двух припаркованных у тротуара… нет, милицейскими машинами у меня бы язык не повернулся их назвать.
Какая-то помесь обычного советского милицейского «бобика» и старенького, потрёпанного, побитого жизнью и временем четырёхместного багги. Эдакий транспорт позднего апокалипсиса. Хотя, даже не апокалипсиса, а чего-то из фильма «Безумный Макс» – явно самодельные, без стёкол, с дугами безопасности, неровными сварочными швами, вмятинами по кое-где изъеденному ржавчиной корпусу, заклёпками и ободранной надписью «Police» на дверях…
– Эля, пакуй продавца к себе, а покупатель со мной поедет, – бросила напарнице сопровождающая меня брюнетка.
– Принято, сержант! – отрапортовала блондинка, распахнула боковую дверь своего автомобиля и ловко запихнула барыгу внутрь, не особо с ним церемонясь.
Хлопнула дверью, обошла авто слева, кивнула напарнице, прыгнула на переднее сиденье, и её полицейский багги с заметным ускорением рванул с места…
– Отлично справился, Грабовский! – ободряюще похлопала меня по плечу девушка в форме, едва мы остались с ней одни на пустынной улице какой-то промзоны, судя по кирпичным стенам и большому зданию с трубами, виднеющимся за высоким забором.
– Я? – осторожно посмотрел я на служительницу закона, прикидывая, шутит она или нет, и вообще, разговаривает со мной, или с кем-то по рации.
– Ну не я же! – усмехнулась брюнетка. – Даже я поверила. А почему ты убегал, кстати?
– Я? – снова повторил я свой коронный вопрос.
– Ты! – подтвердила сержант. – Повернись.
На моих руках щелкнули отмыкаемые наручники, и я механически потёр свои освобождённые запястья.
– Да так… – красноречиво пожал я плечами. – Все побежали, и я побежал.
– Ясно, – усмехнулась девушка. – Ладно, садись – поедем в отделение…
– Назад? – на всякий случай уточнил я, кивнув на заднее зарешёченное мелкой ячеистой сеткой окно.
– Зачем назад? Наперёд.
– Наперёд… – задумчиво повторил я, проводив по-спортивному крепкую фигурку девушки в облегающей форме внимательным взглядом, вздохнул, дёрнул ручку двери и забрался на переднее пассажирское, утонув в мягком кожаном сидении.
Хм… Очень даже ничего. Комфортно…
– От тебя приятно пахнет… – наклонилась ко мне сотрудница полиции, на миг прикрыв глаза и втянув воздух своим симпатичным женским носиком. – Земляника?
– Клубника… – зачем-то поправил я девушку. – Наверное. Не уверен…
– Ну, пусть будет клубника… – не стала спорить она со мной, и я на секунду засмотрелся на её симпатичное юное лицо. Сколько ей? Лет двадцать, двадцать пять? Явно не больше. – Ладно, погнали в отдел… Нужно ещё бумаги заполнить… Отчёты… А у тебя самого ещё работы выше крыши, наверное. Капитан и так будет недовольна, что мы тебя от твоих прямых обязанностей отвлекаем и дёргаем по своим делам. Но тут сам понимаешь – на живца ловить всяко проще.
Отдел? Бумаги? На живца? Так я что, действительно работал под прикрытием? И судя по её словам, это не моя работа – а так, подработка в свободное от работы время.
Всё чуднее и чуднее… Ещё от этой клубники в носу печёт до сих пор, и одежда вся провонялась, будто я клубничный диллер.
Кстати о клубнике…
Этот мудак пшикнул мне в морду дрянью из баллончика, но я пока ничего не ощущаю, кроме надоедливого клубничного аромата. Да и что я должен ощущать? Головокружение? Эйфорию? Как там девчонки сказали?
«Вы задержаны по подозрению в скупке и продаже незаконных стимуляторов…»
То есть, это не наркотик? Но что тогда стимулируют эти стимуляторы? Непонятно… Но следить за своим состоянием всё же стоит – вдруг глюки какие начнутся.
Да уж… Мне бы чая сейчас горячего. С лимоном. А потом в душ и переодеться… И переварить где-нибудь в спокойной обстановке всю полученную информацию… Эх! Мечты, мечты…
Я с интересом посмотрел, как девушка в форме нажала кнопку под рулём, ощутил, как мы бесшумно и плавно тронулись с места, почему-то подсознательно ожидая услышать рокот двигателей, рёв выхлопной трубы и скрежет амортизаторов, удивлённо хмыкнул про себя и задумчиво повернулся к боковому окну…
Вопросов к этому месту у меня становилось всё больше и больше…
Погодите! Полиция⁈ И почему я такой тугодум? У неё на спине большими буквами написано «Police», а до меня только сейчас дошло⁈ И на машине… И сотрудницы постоянно кричали мне в спину «Полиция, полиция…».
Я что, в Штатах? Хотя, общаются со мной, вроде, на русском, хоть и на каком-то слегка непривычном и не совсем родном. Значит, это не Америка. Но почему тогда полиция? Что за бред⁈ Где я? Где может одновременно быть в ходу русский язык и по улицам ходить полиция? Точно ни в одной из союзных республик – у нас нет полиции. Может Югославия? Или Польша, например… Хотя, нет – не похоже…
Тогда что? Русский язык, полиция, новое тело, которое моложе моего прошлого лет на двадцать, странные стимуляторы… Я попал в прошлое? В Царскую Россию 1917 года? Не сходится – в то время точно не было такой формы и таких автомобилей. Но если это не прошлое, то…
Я в будущем? В каком-то неправильном будущем, судя по всему. Если это будущее… Оно мне явно не по душе! Полиция… Это же надо додуматься! Вы тут совсем охренели, товарищи⁈ Верните мне мой 1987 год!
Интересно, когда это в СССР родную милицию переименовали в заморскую полицию? И зачем? Мой отец в гробу бы перевернулся, узнав, что по городу полицаи разгуливают. Пусть даже такие симпатичные полицаи… Или полицайки…
Я задумчиво покосился на сидящую слева от меня девушку, вздохнул и едва заметно покачал головой. Да уж… Будущее… Кто бы мог подумать!
Глава 2
Отдел
В отдел мы прибыли минут через пятнадцать. Самое обычное, я бы сказал – типичное здание. Два этажа, высокие потолки, из-под земли виднелись зарешёченные окна полуподвальных помещений, на парковке стояло несколько полицейских багги, а на крыльце топтались люди в форме, что-то оживлённо обсуждающее между собой. Хотя, я бы даже сказал, не люди, а девушки. В этом отделе явно не хватает мужиков – не удивлюсь, если тут и начальница женщина…
– Хай, Земская! – поздоровались с моей сопровождающей девчонки в форме.
– Хай, девочки! – кивнула брюнетка.
– Халло, Ник! – улыбнулась мне тёмненькая шатенка с большими васильковыми глазами и короткой стрижкой. – Я к тебе на десять записана?
– Привет! Да, наверное… – отстранённо буркнул я и неопределённо пожал плечами.
Надеюсь, я тут не маникюр делаю, а то прозвучало как-то не сильно многообещающе. Чёрт! Как же сложно вот так сходу въехать в ситуацию. Остаётся просто соглашаться со всеми и надеяться, что никто ничего не заподозрит…
По пути в участок я как раз успел слегка отойти от первого шока и привести мысли в порядок. Мы выехали из промзоны, пересекли заброшенный пустырь, выбрались на широкую и ровную, без единой ямочки дорогу, и на всех парах понеслись сквозь оживлённый город. Даже не город, а скорее городок. Но сути это не меняло…
Симпатичный, скромный, ухоженный и ровный, словно выстроенный по линеечке. Кирпичные трёхэтажные дома, не привычные мне хрущёвки, но что-то похожее, высокие деревья вдоль бульвара, самые обычные люди вокруг… Но словно чего-то не хватало…
Нет троллейбусов, нет проводов, нет привычного запаха бензина, нет рёва машин, да и самих машин как таковых – только бесшумные автомобили на электрических двигателях. Нет плакатов с надписями «Перестройка. Гласность. Демократия» или «70 лет Октября – 1917–1987». Нет мусора, грязи и серости, к которой я успел привыкнуть в своём 1987-м.
Климат был каким-то непривычным – воздух горячий и сухой, полное отсутствие ветра, будто затишье перед бурей, и слишком яркое солнце. Да и земля какая-то странная… То ли земля, то ли песок…
Может я где-то в средней Азии? Или вообще в Австралии? После смены тела меня уже ничего не удивит. Наверное…
– Грабовский! – окликнула меня девушка на проходной. – Тебя госпожа капитан уже три раза спрашивала. Сказала, чтобы зашёл к ней, как объявишься.
Ну вот – накаркал…
– Хорошо, зайду… – кивнул я очередной незнакомке, просочился через вертушку и замер на развилке. Ну и куда дальше – направо или налево?
– Шайсэ! – выругалась моя сопровождающая слева от меня. – Похоже, нам влетит… Пойдём, я скажу, что это мы тебя попросили провести операцию… – вздохнула она, повернула по коридору направо и уверенным шагом двинулась куда-то вглубь здания.
Ну и славно! Проводник до кабинета капитанши у меня теперь есть…
Поворот направо, поворот налево, пару встреченных по пути сотрудниц, обменявшихся приветствиями с моей спутницей – и мы остановились у широкой двустворчатой двери с красноречивой табличкой «Капитан полиции Соколова Светлана».
Моя новая знакомая вздохнула, набираясь смелости, глянула на меня и решительно постучала костяшками по дереву, дёрнув ручку и толкнув правую створку от себя.
– Госпожа капитан… – робко произнесла девушка, просунув голову в широкую щель. – Можно?
– Заходи, Земская, – донёсся до меня слегка уставший, но приятный и властный женский голос. – Что ты опять натворила?
– Мы Ника брали на одно мероприятие… – пропустив меня внутрь и протиснувшись следом за мной, нерешительно замерла у двери брюнетка.
– Опять ловлю на живца устраивали? – глянула на нас симпатичная блондинка в строго выглаженной белой блузке, сидящая у стены за большим, массивным столом.
– Угу… – виновато пробормотала моя спутница.
– Я же запретила.
– Простите, госпожа капитан… – потупилась брюнетка.
– Ладно, иди… А ты, Ник… Тебя я попрошу остаться, – мимоходом бросила хозяйка кабинета, уткнувшись в бумаги на своём столе и словно потеряв к нашей парочке всякий интерес.
Сержант Земская подбадривающе сжала кулачки, подмигнула мне и пулей вылетела из кабинета, торопливо хлопнув дверью на прощание.
– Присаживайся, Грабовский… – донеслось до меня.
Да уж… Как говорится, Штирлиц никогда ещё не был так близок к провалу…
Я вздохнул и неторопливой походкой тронулся к столу капитанши, попутно оглядывая помещение и пытаясь выстроить хоть какую-то логическую цепочку и сформировать более-менее цельное представление об этом мире…
Простой, просторный кабинет. Белые стены, большое светлое окно с деревянной рамой. На стене большие круглые часы с арабскими цифрами, а сразу под ними портрет женщины в строгом деловом костюме. Широкий, массивный рабочий стол с разбросанными на нём в хаотичном беспорядке бумагами и жёлтыми папками, скрепки, кнопки, карандаши, телефон и графин с водой.
На углу стола примостился новенький, современный компьютер, какие я видел всего пару раз в жизни, да и то, на кафедре НИИ, куда меня заносило по службе. Справа у стены – большой металлический сейф с замочной скважиной и массивной ручкой.
И сама хозяйка кабинета, в сторону которой я бросил быстрый изучающий взгляд. Годков эдак тридцати, правильные, я бы даже сказал, скандинавские черты лица, густые светлые брови, длинные ресницы, бледно-розовые пухлые губы и слегка впалые щёки, высокий лоб, острые скулы, подбородок с едва заметной ямочкой и светлая коса за плечами.
Я осторожно опустился на край свободного стула, стоящего перед столом, и скромно сложил руки в замок, скрестив пальцы.
– Ник… – произнесла хозяйка кабинета моё имя, глянула на меня и откинулась на спинку своего кресла, задумчиво повертев карандаш между пальцев. – Я же сотню раз тебе говорила, не нужно им помогать! У тебя своя работа, у них своя!
– Да, знаю… – осторожно произнёс я, пытаясь поймать нужное настроение и не выдать себя каким-то лишним, нехарактерным мне движением или словом.
– Они пользуются твоей безотказностью…
– Знаю… – виновато вздохнул я.
– Ну раз знаешь, то зачем идёшь у них на поводу? И ты не смотри, что они девушки! Они этим пользуются – пользуются своим положением, а ты им потакаешь! – отчитала меня начальница отдела. – Ладно… – вздохнула она через секунду. – Сегодня у тебя много человек на приёме?
– Да… Не больше обычного, – пожал я плечами, внимательно наблюдая за реакцией на её лице.
Вроде, ответил верно. Угадал.
– Хорошо, – кивнула капитан Соколова. – Иди работай…
– Ещё одно… – набрался я смелости и пошёл ва-банк. Терпеть этот клубничный запах не было уже никаких сил.
– Да?
– Могу я принять душ?
– Душ? – удивилась моя начальница.
– Да… Пришлось побегать по подворотням с утра. Вспотел…
– Да, конечно, – равнодушно пожала плечами това… госпожа капитан. – Если время позволяет – принимай.
– Отлично. Спасибо! – поблагодарил я, поднимаясь со своего места. – А то один дебил окатил меня какой-то гадостью из баллончика, теперь от меня несёт каким-то тройным клубничным одеколоном…
– Что⁈ – в ужасе отшатнулась от меня капитанша, словно от прокажённого, побледнела и торопливо прижила к лицу неизвестно откуда взявшийся платок.
Едрёна мать! Вот нахрена я это брякнул⁈ Прокололся на самом простом…
– Ты почему сразу не сказал, идиот⁈ – невнятно пробормотала Соколова сквозь слой ткани.
– Что не сказал? – включил я дурачка.
– Что тебя из баллончика обрызгали!
– А что? Ты думаешь, это яд? Я отравлен? – в ужасе округлил я свои самые честные и наивные глаза.
– Ты, мать твою, с ума сошёл, Грабовский⁈ Хватит дурачиться! – заметно успокоилась хозяйка кабинета, видимо решив, раз я ничего не сказал, то и опасности нет. – Давно это было?
– Да уже с полчаса прошло точно.
– Хм… Ладно… – облегчённо выдохнула девушка, убрала от лица платок и кинула его на стол. – Но если я начну чесаться через пять минут, я тебя точно уволю! – строгим тоном произнесла она.
– Чесаться? Да он, вроде, не перцовый был… – пожал я плечами. – Клубничный, я ж говорю…
– Не смешно! – слегка порозовела блондинка и осуждающе покачала головой. – Чувство юмора у тебя, конечно… идиотское. Иди уже в душ, нечего мне тут гадость всякую по отделу разносить.
– Понял, госпожа капитан! – едва не отсалютовал я, сдержался, поднялся со стула и двинулся к выходу.
Знать бы ещё, где у нас этот самый душ… Спрашивать у начальницы я не решился, и так едва не прокололся на мелочах… Поэтому, будем использовать старые дедовские методы и обыщем здание тщательно, методично и неторопливо…
Я вернулся в фойе, или как оно тут называется, потолкался возле стенда «Разыскивается», понаблюдал немного за сотрудниками, ничего нового для себя не почерпнул и двинулся по длинному коридору дальше.
Сшиб с ног выскочившую мне навстречу из-за поворота и не смотревшую под ноги худенькую девчонку в короткой расклешённой клетчатой юбке и чёрной кожанке, накинутой на белую кофточку, и едва успел увернуться от брызг разлетевшегося по всем сторонам кофе из маленького бумажного стаканчика. Ну как сшиб… Не сшиб, а просто остановился, заметив её и надеясь, что она поступит так же, ну или как минимум обойдёт меня. Но получилось, как получилось.
– Чёрт! Смотреть под ноги не учили⁈ – гневно прошипела сидящая задницей на полу девушка с удлинённым каре и разноцветными локонами волос на голове. – Всю кофту мне заляпал. Вот дерьмо! Ну⁈ Чего уставился? Помоги встать!
– Прости, красавица! – виновато пробормотал я, протянув руку, помогая ей подняться и стараясь не смотреть на бесстыдно задравшуюся юбку и уголок белоснежных трусиков, показавшихся из-под неё. – Я не специально.
– Своё прощение можешь засунуть себе в задницу, урод! Дай пройти! Стал он тут…
– Да пожалуйста, – сделал я шаг в сторону.
– Где здесь лаборатория? – раздражённо фыркнула и смерила меня ненавидящим взглядом.
– Не знаю, – пожал я плечами. – Но, наверное, где-то в подвале.
– Спасибо! – язвительно скривилась незнакомка с цветными волосами. – Это я и без тебя поняла бы!..
Я задумчиво посмотрел вслед удаляющейся по коридору девушки, покачал головой, поднял стаканчик с пола, отправил его в мусорную корзину у кофейного аппарата и побрёл дальше.
Изучение полицейского участка отняло у меня ещё минут пятнадцать, но зато я узнал, где находится пожарный выход, где кабинеты оперативников, куда ведут две боковые лестницы, как пройти к комнате отдыха и найти туалет…
Душевая оказалась на втором этаже, возле спортзала. Логично. Знал бы я, где спортзал, нашел бы душевую гораздо раньше.
Единственная дверь не блистала информативностью, хотя я на всякий случай и поискал классические таблички с мальчиком или девочкой под душевой лейкой. Не нашёл, глянул по сторонам и уверенно шагнул внутрь, через мгновение оказавшись в самой обычной раздевалке с белыми кафельными стенами, полом, двумя десятками шкафчиков и парочкой длинных деревянных лавок в проходе.
Неторопливо разделся, скинул вещи, которые, кстати, вонять стали заметно меньше, сложил их в стопочку, взял с полки одно из белых полотенец, пузырёк с шампунем, судя по запаху и консистенции, и двинулся на звук капающей воды…
Большая душевая без перегородок и кабинок, встретила меня тишиной, безлюдностью, лёгким паром и двумя десятками душей по обе стороны стены.
Я выбрал ближайшую стойку и крутанул блестящий хромированный вентиль. Тщательно намылился, стал под горячие струи и подставил лицо льющемуся с потолка потоку воды…
