Текст книги "Мотив ветра (СИ)"

Автор книги: Ясная зоря

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 18 страниц)

Необычные змеиные глаза рассматривали предсказанное Оракулом существо. Лицо было полно сияющей красы, эту красоту не смог испортить и ожог на левой стороне. Оранжевый глаз смотрел на шамана с неподдельным удивлением и нарастающим смущением. Эхо чуть усмехнулся про себя, как могло это чудо с божественной красотой смущаться своих идеальных черт и изгибов?

Нет, мне определенно везет сегодня. Одного не пойму, на мне что, медом помазано что ли? Только улечу от одного, второй явился, не запылился. Самое главное, что момент выбрал самый подходящий. Теперь вот стою голышом перед демоном, красный, как боевая ипостась Блэда, стыдливо запахнувшись в крылья. В воздухе пахнуло общим напряжением.

Странное подобие клыкастого пего-единорога с красными глазами скалилось на Ворона, распушившего перья. А я стоял и пялился на новоявленного рогатого, не в силах отвести взгляд. С парнем кажется, было тоже самое.

Такого странного чувства у меня никогда не было. Опьянение безумным и непонятным счастьем, что дышать сложно. Это был сиропный, томительно-сладкий миг, когда мой глаз встретился с самыми необычными большими глазами – словно это рассвет застыл во взгляде. На общем золотистом оттенке мерцают красные и оранжевые искорки, а у самого зрачка редкое сиреневое вкрапление. Охринеть, заверните мне, пожалуйста, этого демона.

Удивительные лазурные волосы были заплетены в сложную косу с многочисленными бусинами, она достигала бедер. Рог у демона был один темно-сливовый, на лбу, направленный назад. На него парень надел золотое кольцо (?!). Приятные резковатые черты, высокие скулы, прямой нос с легкой горбинкой – да рогатый явно аристократ. Коралловые губы сложились в чувственную улыбку совсем уж поглотившую меня. Огибая левый глаз, у демона обнаружилась татуировка серой саламандры с красными полосами. Это точно демоническая фауна?

Крылья были не кожистыми, а эфемерными. Словно вытканные из серебристо-пепельных нитей, мне они напоминали крылья прозрачной ночной бабочки. Хотелось протянуть и пощупать, а не пройдет ли рука насквозь? Хвост был отдельным подпунктом. Кошачий хвост с голубенькой шерстью смотрелся м-м-м-м… миленько. Только огрейте меня энциклопедией рас, если это демон.

Но все равно, заверните!

====== Эхо, Осиррэ’Ора и смысл существования ======

Я – смерть и рождение;

Я – взлет и падение;

Я – мир и боренье, покой и движенье;

Я – то что ты ищешь, чего избегаешь.

Я – то, что ты жаждешь и что отвергаешь.

Такхизис

Опомнившись, я бегом кинулся к вещам, повернувшись к демону спиной и судорожно начал натягивать штаны. Ворон тут же закрыл меня собой. Хотелось забиться под крыло грифона и не вылазить, надеясь, что это чудо исчезнет. А что вы хотели? Как мне вести себя перед своим саюши (предназначенный судьбой, пара)? Я вообще до этого момента думал, что все эти песенки и баллады про саюши выдумка. Да, что саюши, в любовь первого взгляда не верю. А тут нате!

Смущенно дернул крыльями, горделиво распрямляясь. А чего это я? Это же моя пара. Застегнул ширинку, сглотнул и сам вышел к лазурному демону, не зная, куда себя деть. Боги, да я с Блэдраиром такого стыда не испытывал. Рогатенький успокаивающе улыбнулся мне так, что ноги подгибались. Короче, меня повело!

” Ну ты даешь, Тень. От одного мы ушли, а теперь сам чуть ли не в штаны лезешь этому демону?!” – Фоэдар не укорял, а ехидничал. Вот ведь, вредная железяка!

” Это я-то к нему за пояс лезу?!” – праведно возмутился и тут же заинтересованно покосился на высокую (на пару пальцев выше меня) и стройную однорожку. В принципе, не отказался бы. Но пока рановато. Посмотрел в рассветные глаза, поежился и дал себе мысленную пощечину, жалея, что саюши видит меня без маски. Если повернуть, увидит и шрамы от плети, черт, следы от удавки уже заметил.

– Как тебя зовут? – приятный низкий голос, взгляд – это вообще отдельная песня – любопытный, жадный и нежный. Дайте мне салфетки, скоро потеку! Нет, Тень, действительно хватит строить из себя недотрогу, надо же чем-то ответить демону. Тепло улыбнулся, подходя к рогатенькому совсем уж близко. С интересом заметил, как широко раздулись его ноздри, втягивая запах моей маны и меня самого.

– Эро Последняя Тень Надежды, – чуть игриво пропел я ему свое истинное имя (Красная Смерть довольно цокнул в голове), с разгона в прорубь, м-да, – Зови меня Тень.

– Черный Принц?! – у лазурного перехватило дух. А почему бы и нет? Кто-то же должен знать. А саюши никогда не бросит и не предаст. Друг без друга мы загнемся от тоски и боли. На самом деле огонек любви вложен в каждого из пары изначально, надо только сознаться самому себе. Пусть знает, что я единственный в своем роде и совсем уж далек от понятия айранитов. В конце концов, я – мастер-вор и обитатель ночной Таруука. Моих родственников и сородичей в нашем мире нет. Если подумать спасти-то они меня спасли, но теперь я изгой. Что мешает айраниту попасться на крючок к демону? Добровольно.

– Да, тебя это напрягает? – я склонил голову на бок и придвинулся совсем близко к голубому чуду, позволяя обнять себя, – Скажи же скорее свое имя.

– Н-е-е-е-т... – рогатенький медленно выдохнул и глядя на предвкушавшее улыбающегося меня, скользнул длинный языком прямо по губам, заставляя затрепетать в нежных объятиях и не менее игриво прошептал свое, – Шан Ньяль Сван Соловьиное Эхо Нхэ Реас’Шат.

– Мне нравится твое имя... – я немного запнулся, боясь обидеть его.

– Зови любым укороченным именем, Эро. Любым, но мне больше нравится Эхо, – понятливо улыбнулся демон.

– Эхо и Тень... Мы определенно друг другу подходим, – дернул за пояс на странном фиолетовом халате-камзоле голубенького.

– Какой ты шустрый, – хмыкнул Шан, не сопротивляясь.

– Ну не мне же одному ходить полуголому, – выкрикнул я, взвиваясь вверх и приземляясь на карниз. Серебристые крылья демоненка раскрылись за спиной, и он воспарил со мной.

– Уютненько ты устроился, – проронил Эхо, опускаясь следом за мной на импровизированную постель. Прижался потеснее и сбросил верхнюю одежду, оставшись в свободных черных штанах.

– Не убирай крылья, – попросил я, с интересом касаясь пепельной волшебной перепонки. На ощупь она оказалась приятно бархатистой и нежной, словно крыло у бабочки. Пальцы не проходили сквозь нее. Почувствовал и в своих перьях ласковые, любопытные руки саюши. Улыбнулся и поймал нервно подергивающийся хвост. Какая мягонькая шерстка! Потерся о явно чувствительную конечность щекой.

У нас начался узнавательно-тактильный ритуал, не стесняясь ничего, трогал и гладил потрясающее тело демона, в ответ получая не менее приятную ласку. За этим делом я и Ньяль вели долгий диалог, рассказывая друг дружке о своей жизни. Ворон заинтересованно наблюдал за нами, лениво развалившись на карнизе. Пегорог Эхо что-то делал внизу и не мешал никому. Фоэдар мутил что-то, рассматривая ауру моего партнера со всевозможных ракурсов, он никак не мог понять чья же кровь кроме демонической намешана в Шане.

Ответ на этот вопрос был просто обескураживающим и объясняющим необычную внешность лазурного демона. Но давайте по порядку...

– Я бастард Лорда Реас’Шата. Сам знаешь, что полукровок не очень-то и любят, права на наследство у меня нет. В этом княжестве меня ничего не держит. Да и от дома воспоминания совсем не светлые, – он не изменился в лице, но голос чуть дрогнул, – Что касается матери...

– Подожди, а что у тебя с родичами не так? – затревожился я, видя, как Шан убирает руки из моих перьев.

– Эро, это последнее что я хотел бы тебе рассказывать. Возможно, после этого стану тебе противен, – его острые ушки покраснели, а золотисто-красные глаза с лавандовыми крапинками грустно смотрели на меня.

– Давай выкладывай. Я тоже знаешь ли, не катаюсь блином в масле. Всякое бывало... За что мне теперь будет стыдно все последующую жизнь, – фыркнул я, залезая к Эхо на колени и обнимая крыльями. Он вздохнул в районе моего солнечного сплетения, обняв.

– В шестнадцать меня изнасиловал старший брат, – мы вместе вздрогнули, только крепче обнимаю свое дрожащие чудо, – А потом пустил по кругу. Из десяти демонов. И на протяжении десяти лет, пока я не встретил Заката и не смог войти в полную силу, они использовали меня как подстилку. Отцу и всем родичам было наплевать, когда я порванный и униженный прилетал домой, – на последнем слове мой демоненок захлебнулся отчаянием, пытаясь отстраниться.

– Ньяль, мой бедный Ньяль, – в моем голосе море нерастраченной грусти и сожаления, – Как бы я хотел встретить тебя раньше. Как бы хотел быть с тобой...

– Тень, тебе не противно? – моим ответом ему послужил жесткий уверенный поцелуй. Мой язык столкнулся с длинным пирсингованным языком. Шан продолжил меня целовать, одновременно с этим опрокидывая на постель и укладываясь сверху.

– Мне бы хотелось, чтобы все, кто делал тебе больно сдохли в тартарских муках, – зашипел я, возмущенно расправляя под Эхо крылья.

– Увы... – грустно выдохнул лазурный и поласкав мой сосок языком, вызывая приятные мурашки, – Теперь я буду с тобой до заката мира...

– М-м-м, не провоцируй, – выдохнул и продолжил, – Перелетим через Ранхарские горы, а там свободное парение. Делай, что хочу!

– От кого и куда ты бежишь? – тут же посерьезнел Шан Ньяль.

– От Блэдраира юшэ Аларго, – рассветные глаза наполнились гневом и удивлением, – Я расскажу все подробности позже. Закончи сначала ты.

– Хорошо, – медленно произнес демон и в лоб сказал мне, как в отместку за Аларго, – Моя мать – банши.

– Ты серьезно?! Ну шутишь?! – глядя на мое искренне недоверие на пополам с удивлением, Шан рассмеялся и отрицательно качнул головой.

– На самом деле это заблуждение, что плакальщицы бесплотные. Миф. Никто не рисковал заходить в Болота так далеко. А за туманами скрывается целая, пусть и небольшая страна банши. Выглядят они вполне симпатично (хитрый взгляд на меня). Но вот их магия... Даже я сам не до конца осведомлен о своих возможностях, хотя мне уже сто двадцать...

– Сколько?! – аж поперхнулся я, широко раскрыв глаз.

– Что тебя так удивляет? – приподнял Эхо голубые брови, – Я только двадцать лет назад перешагнул порог становления и совершеннолетия. Взрослая жизнь только началась, – он запнулся, в замешательстве смотря на сконфуженного меня, – Эро, что не так?

– Мне семьдесят два и по-твоему я малолетка? – ядовито спросил я.

– Ты самый обольстительный и эротичный, пернатый малыш. Мечта любого демона, – рассмеялся голубенький, вильнув хвостом, – Совратить айранита. Готовьтесь, Ваше Высочество к бурной половой жизни.

– Извини, развратник, но моя девственность тебя не дождалась, – хмыкнул я, выгибаясь, мне сжали ягодицы и прикусили кожу на шее, – А вот твоя меня даже очень.

– Да неужели? – съерничал демоненок.

– Сверху ты никогда не был! – уверенно заявил и тут же сменил эту тему, опасную тем, что ее развитие может заставить нас на долгие часы забыть обо всем, – Так что там с твоей магией?

– Я шаман Леса, – он ухмыльнулся, мое лицо снова стало удивленным. Демон с магией природы, охренеть!

– А магией Голоса и Миражами ты случаем не обладаешь? – насторожился я, припоминая способности банши.

– Обладаю... как и тобой теперь, – сказал демоненок глубоким приятным голосом. Сплошной секс! И так полу возбужденного меня, накрыло желанием.

– Эхо... Понятно, почему Эхо, – сглотнул я.

– Ты знал, что твоя мана становится пересыщенной, когда ты возбуждаешься, – не стерпев, Ньяль приник к моим губам, посасывая и одновременно слизывая мою ману. Сладко и так нежно слизывая, мана и магия бурлили во мне, с нетерпением ожидая, когда лазурное чудо выпьет ее всю. Нет, ну как они понимают, что, если мне понежить крылья – все бай-бай крыша.

– Так, тебе не кажется, что мы отошли от темы, – тяжело дыша сказал я, приподнимая бедра.

– Да, немного, – невозмутимо ответил Шан, стаскивая с меня штаны, – Без них тебе намного лучше.

– Ты рассказывай, а то оденусь обратно, – чуть раздвинул ноги, провоцируя. Эхо сглотнул и, положив голову на мой живот, глубоко вздохнул, успокаиваясь.

– Да, что тут рассказывать. До тебя моя жизнь была выжженной пустыней. Мы влачим жалкое существование без айранитов. Смысл постоянных поисков и засады на айри исчерпан. Можно сказать, что самая грозная раса Сато ведет мирную жизнь, не считая обычную грызню между княжествами за войны. Вайшины консервируют себя в объеденных землях, только Лорды изредка уходят в большой мир и то, за необходимостью – донором. Мы постоянно испытываем голод, который очень сложно утолить кристаллами-накопителями и человеческими донарами. Сейчас, лишь немного коснувшись тебя, я получил очень много маны, на неделю вперед. Впервые за всю жизнь я сыт, хотя я полукровка и много маны мне не надо. Спасибо, – Шан прижал губами к низу моего живота, немного лаская язычком, наслаждаясь дрожью моего тела.

– Всегда пожалуйста, голодающий. Эхо, а демонам нужна мана для магии? – спросил я. Этот вопрос давно мучил меня, только Блэду задавать его не решался.

– Не только. В нашем теле текут особые каналы, отвечающие за восприятие мира, напоминание о прежней жизни. Природа сделала нас энергетическими вампирами, хотя это понятие сильно отличается от вайшинов. Мы называем этот резерв Доэх. Когда-то он пополнялся не только за счет айранитов, но и наших биом, – грустно ответил лазурный.

– Что такое биомы? Разве вайшины жили где-то еще кроме Сато? – удивленно вскинулся.

– Эро, ты не знаешь? – вопросом на вопрос ответил не менее обескураженный Ньяль.

– Я последний, Шан. В Сато не осталось никого, кто мог бы объяснить мне что значит быть айранитом. Если скажу, что считал демонов страшной легендой, поверишь? – сжал кулаки, приподнимаясь.

– С трудом, но верю, – с задержкой ответил Эхо, – Тогда откуда ты знаешь свое родовое имя?

Я встал и взял ножны с недовольно заворчавшим Фоэдаром, который возмущался, что выдаю все секреты сразу. Демоненок прижал к голове острые ушки, вильнул хвостом. Вытаскиваю Красную Смерть из ножен. Хищно блеснуло красное лезвие с цветочным орнаментом. Вайшин не мог не узнать одного из Проклятых убийц-мечей.

Только у правящего рода были эти клинки. За всю историю айранитов существовало шесть правителей, мы живем очень долго, а наш народ хранит Черных Королей, как зеницу ока. Я седьмой Черный Король. Фоэдар создан для защиты и для передачи знаний, в него вживили больше информации и поселили в сталь самую настоящую душу, как, впрочем, и в других Проклятых. Но Красная Смерть превосходит своих предшественников по силе и разуму, магии и хранимым знаниям. Кузнец мечей знал к чему готовиться. Мой клинок дал мне новую жизнь. Польщённый меч смущенно запел, на это я улыбнулся.

– Это то, что я думаю? – восхищенно вытянул шею партнер, – Теперь у меня не возникает вопросов, как же ты смог удрать от Аларго.

– Давай рассказывай дальше про биомы, – хмыкнул я, опускаясь рядом. Меня перетянули на свои колени и обняли крыльями.

– Сато чужой для вайшинов и айранитов. Сейчас уже не осталось стариков, помнящих о прошлом мире – Осиррэ’Ора. Центр Вселенной, колыбель жизни. Наша родина отличается от твоего и моего представления о привычном облике мира. Осиррэ’Ора не поддается законам привычной для Сато физики, там царят другие порядки. Больше всего магические, – мечтательно подпер подборок кулаком Ньяль.

– И при чем тут биомы? – иронизируя, выгнул я бровь.

– А ты слушай дальше, – махнул на меня хвостом Шан Ньяль Сван Соловьиное Эхо, – Осиррэ’Ора делится на два мира. Изнанка и Вне. Изнанка – это Тартар с восемью демоническими биомами. Раньше мы были близки к понятию элементалей. Хаос, Огонь, Лед, Подземелье, Разум. О других биомах нам не известно. Рода и стихии перемешались, кровосмешение заставило магию утихнуть. Вайшины сохранили лишь крупицы маны, которую давала биома. Но и демоны отдавали свою верность и защиту биоме. Стихия Осиррэ’Ора живая. Наши историки считают, что вайшины произошли от высших элементалей, но это всего лишь предположение...

– А что с айранитами? – нетерпеливо.

– Не торопись, Тень. Вне – Эмпирей. Вне и Изнанка находятся в одном мире и неотрывно зависят друг от друга, но расположены в разных Измерениях или Реальностях. Есть и третья Реальность – барьер. Представь выжженный гигантский остров, который представляет собой пустыню. А еще он парит в воздухе... не спрашивай, как, Осиррэ’Ора – нереальное место. По краю острова находиться восемь алтарей, от них идут строгие линии-каналы, соединяющиеся в центре – Храме Ро’яара. Этот остров зовут край Забвения или Стена Шипов, он служил часами равновесия между Измерениями и не дает вайшинам и айри прорваться к друг другу. От Края Забвения тянется необычная магия, напоминающее разноцветное зарево над Льдами. Силовой Щит – граница, которую поддерживает Ро’яар. Кстати Стена Шипов обитаема. Стражи Пустоши ее коренные жители. Можно даже сказать, что весь Край Забвения – это одна демоническая биома. Пустынные демоны обладают даром связываться с Ноосферой. Мой род потомки этих самых Стражей Пустошей.

– Айр...

– Не перебивай, я понимаю твое нетерпение. Вне не менее удивительно, чем Тартар. Представь себе множество парящих островов, намного больше всех известных тебе земель. Главный самый масштабный остров и прилегающие к нему острова называются Громовым Гребнем. Там скрывается ваша столица. Над островами нависает Клетка Мирозданья, так твой народ зовет склеп Светлого Элементаля Воздуха. Он ваше божество. К Клетке можно попасть через Звездный Каньон, что это такое я не знаю. В хрониках мало что сохранилось о древних айранитах, не говоря уже о настоящих.

– В единственном экземпляре, – нахмурился я.

– Именно...

– Эхо, но почему наши народы ушли из родного мира?

– Кто бы ответил на этот вопрос, Эро. Прошло больше пятидесяти тысячелетий. Никто и не помнит. Мы знаем лишь самое элементарное. А вот традиции и истинный смысл существование Осиррэ’Ора и айранитов никто не помнит. Но знаешь, на примере нашей связи я думаю, что демоны и айраниты не созданы как две противостоящие друг другу расы. В Тартаре только четыре из шести стихий. Две других – Порядок и Воздух у айри. Никто уже не скажет точно, но вдруг айраниты – это те же самые вайшины произошедшие от элементалей двух своих стихий. Да и генофонды наши совпадают...

– Вот уж действительно, кто бы нам сказал...

====== Когда все пошло в Тартар ======

Жизнь вспорота розой ветров,

Свободным полет – лишь награда.

но только годы – как шрамы абордажных боев,

А больше ничего и не надо.

Дом Ветров.

В родовом замке Реас’Шата царил настоящий переполох. Шутка ли, к пустынным лично приезжает пятый Лорд юшэ Аларго со своей делегацией. Надо не упасть лицом в грязь и показать свое гостеприимство. Замок драили, повара готовили, а служанки готовили комнаты для гостей. И только сам восьмой Лорд был спокоен, как удав после сытого обеда. С Блэдраиром они собрались заключать договор о поставке медных руд и торговле. В Навэшннури огненный демон был на удивление холоден и расчетлив, только тлеющая ярость в красных глазах выдавала истинное состояние архидемона.

Бывшая фаворитка Блэдраира разнесла сплетню о якобы пленном Лордом айраните с черным оперением. Хоть этот слух взбудоражил остальных Князей и простых жителей столицы, но скорее это было выдумкой с горьким привкусом загадки и надежды на явь. Спрашивать напрямую у алого Аларго никто не рисковал. Не в том Лорд был настроении, на совете вел себя строго и говорил только по существу. Когда демон проходил по улице, все прятали глаза, лишь бы не столкнуться с рубиновым взглядом, обращающим в пепел. Блэдраир юше Аларго был раздосадован и разъярён, как драконица, у которой украли ее драгоценное яйцо, которое она стерегла не одно столетие. Ему был нанесен удар ниже пояса.

Нет, кто бы мог подумать, что Тень сможет разрезать путы и улететь в неизвестность. Так еще и свои “кандалы” оставил аккурат на столе Лорда. В его кабинете, оплетенном тысячами защитных заклинаний и смертельными проклятиями. А айри прошел, кокетливо махнув крылом на прощанье. Нет, Блэд готовился к попытке побега своего саю во время его отсутствия. Была выставлена охрана, усилены силовые линии охранных сигналок. Но черный просто испарился в воздухе. Так еще эта тартарова гроза! Огненный архидемон никак не мог пойти по свежему следу своего саю, всему вину совет. Да еще Дранара эта!

Блэдраир тихонько зарычал, хлестнув по ногам мощным хвостом. По возвращению в свое княжество Лорд просто озверел и лично высек охрану. После мощных ударов плетью в боевой трансформе Лорда его стражи забыли, что такое дышать. До сих пор восстанавливаются после шестисотого удара. Но это не дало Аларго облегчения. Голод и ярость пожирали изнутри. После сочной маны Тени и сладости его губ никто не мог утолить голода Блэда ни на час. Яростный потоп огня бушевал внутри, требуя выхода. Архидемон с трудом контролировал себя.

Огненный постукивал багровым когтем по краю подоконника, рассеяно слушая Циараимо Нхэ Реас’Шата. Этот договор будет очень важным для княжества, но Лорд не мог заставить себя сосредоточиться. Что-то мешало ему. Мучения архидемона прервал слуга, постучавшийся в кабинет к пустынному и позвавший на ужин.

Синеволосый Лорд степенно поднялся, согласно кивнув и прошествовал к двери. Блэдраир последовал за своим собеседником и вдруг ощутил на языке слабый, но знакомый и узнаваемый аромат айранита. Нотки гардении, смешанные с тяжелым терпким ароматом ландыша. Красные глаза впились в почти летящего по коридору молодого голубоволосого демоненка. Невероятно, какая удача!

У демона удлинились клыки, а зрачок резко вытянулся. Теперь Тень не уйдет. Это же надо было пролететь так далеко. Княжество Аларго очень далеко от Реас. Нет, это определенно сама судьба. Лорд незаметно накинул на уже скрывшегося из виду демона следилку и спокойно повернулся к Циараимо. Надо заключить договор, этот парень никуда от него не денется.

***

Мягкий шелест крыльев я скорее почувствовал, чем услышал. Наконец-то! Уже волноваться начал. Ньяль улетел еще в одиннадцать, а вернулся только под вечер, видно соблюдая конспирацию. Ворон уже был оседлан и загружен сумками с продуктами. Грифон лежал рядом со мной, меланхолично мурлыкая под нежными почесываниями. Зверюга шамана лежала в противоположной стороне пещерки и подозрительно смотрела на нас красным взглядом.

Кто тоже вывел такое существо? Аккар представлял собой помесь костяного дракона и лошади. Шестиногое, бронированное с демоническими крыльями... и нравом. Копыта заменяют драконьи пальцы с когтями. Драконий хвост с трещеткой (?!) на конце. Шея и голова лошадиные, но с несколькими поправками. Кошачьи клыки, глаза без белков, рог дракона и перепончатые уши. Красавец. Только непонятно зачем аккару нужна ало-золотая грива, подозрительно потрескивающая магией. Сам зверь был покрыт черно-серой чешуей. Одно лишь м-да (с уважением естественно).

Мои размышления о трансмутации прервал Эхо, плавно влетевший на карниз. Я не смог сдержать вздоха облегчения. Легко отстранил от себя Ворона и встал, почти бросившись к саюши. Меня осторожно поймали в нежные объятия и мягко поцеловали в губы, зачерпнув совсем немного маны.

– Давай улетим отсюда поскорее, – выпалил я, нетерпеливо разминая крылья. В последний час мне стало не по себе, а почему не знаю. Постоянно казалось, что кто-то наблюдает. Но никто из наших зверюг не проявлял беспокойства. Свалил все на паранойю и страх пережитых дней.

– Сам хотел сказать. Читаешь мои мысли, – пробормотал демоненок, рассеяно потянув меня к краю за собой. Тело легко изогнулось и ветер ударил в крылья. Укрытые вуалью ночной тени, мы двумя призраками понеслись ввысь. За нами бесшумно скользили аккар и грифон. Только когда обрыв приютивший нас с Вороном, скрылся внизу я легко коснулся рукой спины напряженного Шана.

– Что случилось? Ты такой хмурый.

– Не хотел заставлять тебя волноваться, но в родовой замок прибыл Лорд юшэ Аларго с целью заключения договора. Поэтому-то и волнуюсь. На меня он внимание не обратил, но уж больно Блэдраир озверевший. Так опасностью и веет. И знаешь, Аларго выглядит очень голодным. Хотя я видел его мельком... Но в том, что Лорд один из сильнейших и жестоких сомневаться не приходится. По замку ходят слухи о тебе. Отец взбудоражен. А слуги все обсуждают случай, произошедший после твоего побега, милый. Блэдраир до полусмерти избил свою стражу плетью от ярости. Вихри грозы! – прошипел Ньяль, со свистом вспоров гибким хвостом северный ветер, – Не бойся, Тень. Теперь все будет хорошо.

– Мне бы хотелось в это верить. Но Госпожа Удача – дама с характером. Знаешь, словно это людские боги судьбы подстраивают каверзы. Вот чует меня эта сволочь красная, помяни мое слово, Шан, чует! Ты не представляешь, с каким трудом мне удалось сбежать... – взволнованно вскрикнул я, замахав крыльями чаще, поднимаясь еще выше, под самые облака. Эхо через несколько томительных минут меня нагнал. Только недовольно сверкнул своими рассветными на то, что я его оставил. Но промолчал, понимая мою злость и испуг.

– Расскажи мне, как ты сбежал...

Лететь было долго, пришлось нехотя разговориться и рассказывать саюши о себе. Не то, чтобы я не хотел, чтобы Ньяль знал обо мне слишком много, в конце концов это моя пара! Но разодрать оковы и снять маску, которую кстати одел, не смотря на протесты Шана, оказалось труднее, чем я думал. Ну какой вор хочет рассказывать о себе? Тем более моя жизнь – это одна бездна лжи, подлости и боя с судьбой. Но сам шаман имел те же проблемы, через которые все же смог переступить. И я смогу ради своего ласкового и терпеливого саюши.

– ...Мой дом находиться в Шантарре, это людское королевство, в ее столице – Тарууке. Занимаюсь воровством. В Гильдии имею высший статус мастера-вора. За шестьдесят лет наработал, так сказать, – максимально кратко охарактеризовал свою жизнь.

– Откуда ты там вообще взялся? Почему именно вор?! Неужели для айранита не нашлось другого занятия? Ты же Черный Принц! – недоумевал саюши, взволнованно шевеля ушками.

– Если бы все было так просто, Шан. Мои родители забросили меня в мир людей в раннем детстве. Осознал я себя лет в пять. До этого темная прорва. Взрослая жизнь началась в лаборатории у подпольного психа-ученого. Как туда попал тоже не помню, наверное, работорговцы поймали. Но два года я провел как лабораторная крыса, – срываю с лица маску и поворачиваюсь к паре изуродованной стороной лица, – Это след от кислоты, которую эта блядская падаль в меня плеснула. Тогда-то моя усиленная регенерация и очнулась. Когда твоя обожжённая плоть гниет, а глаз остается только один сложно поверить в добродетель, да и вообще повзрослел я рано. Добрая Госпожа Судьба с малолетства отвесила мне хлесткую пощечину. Ортаош (так звали мага) что-то знал об айранитах и не гнушался проверять на мне свои настойки и яды. После такого эльфийский Наорэллу (яд из цветков столичного Иггдрасиля) покажется вкусной родниковой водичкой. Привели такие эксперименты к тому, что я не подвержен абсолютно никакой магии. Любую защиту могу обойти. Всех прелестей токсинов в своей крови не знаю. Но после лаборатории научился насылать проклятия и порчи, но только в состоянии сильнейшей ярости. Еще умею это.

– Что? – непонимающе нахмурился Эхо и ахнул, когда я стал невидимым. Моя аура пропала, только запах остался.

– С чем это связано даже архимаг объяснить не смог, – мрачно сообщил и продолжил автобиографию, – В той же лаборатории мы нашли друг друга (кивок на заурчавшего Ворона). На него тоже магия не действует. И хрен знает, что еще может мой грифон. Но одно умение у нас на двоих – слюна, как та же кислота...

– Серьезно? – золотисто-красные глаза стали размером с два чайных блюдца.

– Да, как-нибудь покажу. Вот здорово, наверное, когда знаешь, что айраниты могут разгрызать сталь, – хихикнул я, представив лицо Блэдраира, если бы он повесил на меня стальные оковы.

– Ладно, давай закроем тему лабораторий. Последний вопрос, как вы оттуда выбрались?

– Месть – страшная сила. А разозленный грифон – маленький апокалипсис. Ортаош сгорел в своей лаборатории спустя три года. Поджигателей так и не нашли... – моя садистская улыбка не давала усомниться в том, кто же именно стал поджигателем.

– А как ты стал вором?

– Вот окажешься один бездомным на улице – узнаешь, как там выживают. Есть и одеваться как-то надо было. Видишь ли, в Шантарре меня считают мутантом. Люди не слышали ничего об айранитах. А с мутантами в Тарууке разговор короткий. Но Ворон и особые способности дали мне возможность выжить и даже неплохо устроиться. Хотя в ранние годы все было очень херово. Не буду утомлять тебя слезливыми историями о голодном детстве проведенным в подвалах. В столице много всякого отрепья. Мне повезло, что на меня вышел один пожилой вор. Роиал – мой наставник и можно сказать второй отец, да прибудут с ним его боги. Он взял меня и Ворона к себе в дом и сделал из мальчишки-поберушки, того кем являюсь сейчас. Но давай пропустим и этот эпизод, прошло тридцать лет, а я все еще очень тоскую по старику...

– Эро, прости, что заставляю тебя рассказывать это, – мой голубенький шаман извернулся и мимолетно поцеловал мои губы. Я прикрыл глаз, наслаждаясь этой скоротечной лаской. А Шан огладил мое бедро хвостом, летя чуть выше надо мной. При его необычных крыльях можно было лететь и на спине. Магия...

– Да, ладно. Рано или поздно я бы все равно тебе это рассказал.

– Спасибо, за доверие, Тень, – мы неловко замолчали на какое-то время, разглядывая проплывающий внизу мир. Ранхарские горы почти нависли над нами. Может быть к утру долетим до подножья. В сумерках ночи земля внизу приобретала причудливые тени и зловещие образы. Только опечаленные моим рассказом рассветные глаза с вертикальным зрачком горели двумя солнцами во тьме. Как-то неожиданно саюши провел пальчиком по моей спине, спрашивая, – Откуда шрамы от плети и удавки? Кто такой самоубийца?

– Ах, это тоже одно из самых отвратительнейших моих воспоминаний. Своего рода стигмат. Это украшение получил в Лесу Лаванды. Один из моих самых серьезных... и неудавшихся заказов. Нет, я его выполнил, но сам заказчик всек мне. Неплохо, как видишь всек, – скривился я.

– Что, тебя высек эльф?! – прорычал мой демоненок и всплеск магии всколыхнул воздух. В обалдении пялюсь на боевую трансформу пары. Очень разозленной пары.

Одежда на нем просто исчезла, уступив место блестящей, гладкой чешуе сливового цвета. Ростом мой Ньяль стал выше, ноги выгнулись назад, как и у Блэда в его истинной форме. Только точенную ножку венчало раздвоенное остренькое копытце. Абзац. На изгибе скакательного сустава обнаружились шипы. Хвост не изменился, разве что шерстка потемнела и зажглась голубым огнем. Моего тролльего явно не хватит чтобы выразить всю гамму чувств. Спинного костяного гребня у Эхо не было. Черты лица тоже мало изменились, разве что нос стал отдаленно походить на кошачий, да брови исчезли. Рог вытянулся и почернел, на его кончике мерцал тот же голубой огонек, вызывая у меня странные абстрактные ассоциации. Крылья изменили цвет, став сине-фиолетовыми. Самым трэшовым зрелищем были длинные волосы полукровки, выдающие его родство с банши. Колыхающаяся (сама по себе) святящаяся масса длинных голубых волос, оглаживающих мое тело. Так!