Текст книги "Его (не) родные малыши. Скандальный развод (СИ)"

Автор книги: Виктория Вишневская

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

Глава 44

– Чёрт, я в тебя…

Огромный ком вины повисает на душе. Нет, моя ошибка спокойно решается таблеткой, но я не хочу, чтобы у Мари были из-за меня проблемы.

– Всё нормально, – выдыхая, впивается ногтями в мои плечи. – Я на противозачаточных. Цикл там нерегулярный был, и…

Она тут же мотает головой, как будто останавливает себя, чтобы не нести бред. А мне нормально. Я, наоборот, хочу узнать больше мелочей об этой девушке. Вот таких маленьких, интимных моментов.

Я почти ничего не знаю о ней. Только о наших детях.

О наших.

Самое время признаться? А здесь ли? Разве её не надо подготовить? Дать выпить ещё пару бокалов шампанского?

Нет, сейчас точно не время. Особенно когда продолжаю находиться в ней, вжимая в стену душевой кабины.

– Хорошо, – чувствую облегчение. С трудом отрываюсь от неё, делаю шаг назад под всё ещё струящуюся воду и тяну к себе Бессонову за талию. Слегка оступается от бессилия и придерживается за меня.

– А я думала, будет все по-другому, – наконец-то начинает говорить. Вернулась болтушка. Я успел соскучиться. – Ты попросишь меня показать справку о венерологических заболеваниях. Или если её не было бы, повёз бы в больницу сдавать анализы. У меня, кстати, они были. Проверялась на всякий случай после мужа. Эй, ты чего улыбаешься?

– Рад тебя слышать.

– Ой, я обычно во время этого молчу, – отмахивается, отчего-то старательно начиная намывать меня. – Я как ляпну, весь настрой улетучится. А я ж могу, ты знаешь.

Вновь усмехаюсь, запрокидываю голову и пытаюсь стереть улыбку с лица хотя бы водой. Чудачка – я же говорил.

– Блин, мне тут жарко, выпусти меня, а?

Прихожу в себя. Вспоминаю, при каких градусах купаюсь, и тут же отпускаю Марину.

Она галопом выпрыгивает из душевой кабины, демонстрируя раскрасневшуюся кожу.

– Я думала, что люблю купаться в горячей воде, а у меня появился конкурент, – смахивает невидимый пот со лба. – Сойти с ума можно.

Заостряю взгляд на её стройном теле и опять чувствую, что готов.

Гребаный ходячий возбудитель.

– Возьми майку в шкафчике.

Судя по тому, как она беспрекословно подбегает к нему, распахивает дверь и быстро хватает вещь, кто-то смущается.

Эта реакция ожидаема. Сейчас она наверняка жалеет о содеянном.

А я козёл. Воспользовался моментом, пошёл на поводу у своих эмоций.

– Очень хочу чая, – заявляет она. – Давай попьём?

– Я думал, ты засобираешься домой, – выхожу следом из кабины, хватая белое полотенце и наматывая его на бедра.

– Ты меня уже прогоняешь? – оборачивается, выжимая волосы на пол.

– Нет. Просто думал, что ты убежишь.

– Из-за девятого пункта? – мягко улыбается.

– Ты даже секс не можешь назвать сексом.

– Да с детьми половину слов забудешь! А так… Я взрослая женщина, которая думает мозгами. И если я переспала с мужчиной, значит, сделала это обдуманно. Бегут малолетки, думая, что совершили ошибку. А у меня её не было. Поэтому…

Интересная позиция.

Пора перестать думать о ней в банальном ключе. Вечно выкидывает сюрпризы.

– А у тебя есть ещё второе полотенце? – вместо продолжения спрашивает она. Стреляет взглядом на мои бёдра.

– Всё в том же шкафу.

– Я пока волосы подсушу, а ты чай сделай.

– Обычно после этого курят.

– А я люблю чай!

– Хорошо, хорошо, иду.

Выхожу из ванной, качая головой.

Всё ещё не верю, что мой мир за какие-то полдня перевернулся с ног на голову.

Раньше терпеть не мог кого-то в своём доме. А сейчас с нетерпением ожидаю, когда Марина выйдет следом.

Ставлю чайник и, пока он кипит, поднимаюсь в спальню. Переодеваюсь, спускаюсь обратно, заливаю заварку кипятком. Выжидаю пять минут. А её всё нет и нет.

Но вспомнишь солнце – вот и лучик.

Выпрыгивает в гостиную, шлёпая босыми ногами по холодному полу.

– Получить от тебя футболку – это как забрать Оскар, – поправляет съехавшую ткань с плеча. Влажные волосы слегка подсохли, распушились, и теперь она похожа на растрёпанного домовёнка. Заметив мою улыбку, сразу ощупывает себя. – Что? Мне не идёт?

– Идёт, – киваю, делая чай. – Держи.

Пододвигаю кружку на место, где она обычно сидит. Марина быстро запрыгивает за барную стойку, хватается за ручку.

Нет, я после секса многое видел, но чтобы так хотеть чай… Без комментариев.

– А всё же где ты это делал до этого? Тоже в душе? Тут? Мне казалось, ты сюда никого не пускал.

– В квартире.

– А, тогда понятно. А вот…

Наконец-то любопытная Варвара озвучивает все вопросы, терзающие её до этого. Но хотя бы расслабляется, делая глоток за глотком и без умолку болтая.

Через полчаса переводит взгляд на настенные часы и чуть не опрокидывает очередную чашку на себя.

– Мне же за детьми надо, – выпаливает, испугавшись. Подрывается с места и уже мысленно паникует, не зная, за что хвататься сначала.

– Отвезти тебя? Ты же выпила.

– Нет-нет, уже всё выветрилось, – бьёт себя по телу, явно думая, где её трусы. А нет их. Они всё ещё лежат в душевой кабине.

– Могу одолжить тебе свои штаны на завязках, – усмехаюсь. – Только езжай сразу домой и переодевайся. А то спадут.

– Будет здорово, – тихо хихикает она.

Приношу ей одежду, жду, когда переоденется, найдёт свою сумку и телефон. Перед выходом проверяет, всё ли взяла.

– Ну, ещё увидимся, – произносит, а следом хватает меня за воротник, тянет на себя. – Слышь, если ещё раз сорвёшься, мы поедем на один грязный пруд. И будем купаться там весь день. Поверь мне, там тебе не понравится!

– Воу-воу, тише, – поднимаю руки, даже не почувствовав страха при представлении этого ужасного места. Знаю, что она шутит. Наверное. – После сегодняшней терапии я ещё долго буду оставаться не мизофобом. У меня было очень эффективное лечение.

Всё же хоть на мгновение хочу её смутить. И у меня выходит.

Вижу, как взгляд её теряется. Она отскакивает от меня и, кашлянув в кулак, прикрывает глаза. Эй, это моя фишка, плагиатчица.

– Я тебя предупредила. Ладно, пиши, не пропадай. Ну и для профилактики…

Чмокает меня неожиданно в щёчку.

– Держи микробов! И не мой их до вечера!

Не могу всерьёз воспринять эту фразу. Стою, улыбаюсь, провожая непредсказуемую девушку взглядом.

И всё. Стоит ей покинуть дом, всё вокруг становится мрачным, бесцветным настолько, что хочется выть.

Пора вернуться в реальность, Нестеров.

Глава 45

Марина

Смотрю на сообщение, которое вчера днем отправила Савве. На экране телефона – наша с двойняшками фотография на фоне яркой зелени городского парка. Под снимком короткая подпись-приглашение:

«Приезжай, повторим всё до седьмого пункта».

Он даже не прочитал. Уже несколько дней Савва не выходит на связь.

С момента нашей последней встречи прошло четыре дня. Он замкнулся в себе из-за Аглаи? Или причина во мне?

Я не жалею о том, что сделала тогда, пытаясь помочь ему прийти в себя. Но теперь сомневаюсь: если бы не та ситуация в душе, он бы сейчас не игнорировал меня?

Чёрт, не знаю.

Нужно думать о другом. Скоро у малышей третий день рождения, а я до сих пор ничего не подготовила. Нужно срочно определиться с количеством гостей. Двойняшки очень хотят видеть Савву на празднике. Значит, мне придётся узнать, придёт ли он.

Хотя, может, это просто удобный повод, чтобы позвонить ему?

Да и пусть так.

Нажимаю кнопку вызова, слушаю длинные, раздражающие гудки. Первый звонок остаётся без ответа. Второй – тоже.

Что-то случилось? Может, стоит поехать к нему домой?

Нет, не поеду. Если он не хочет общаться – заставлять не собираюсь.

Принять это легко, но почему тогда на душе такое неприятное, скребущее чувство? Будто меня предали.

А чего я вообще ожидала? Что после того, что мы совершили, мы станем кем-то большим, чем просто клиент и юрист? Я даже не задумывалась об этом.

Обиженно откладываю телефон и начинаю заниматься подготовкой к празднику. Но взгляд постоянно возвращается к экрану в надежде увидеть сообщение от Саввы.

Проходят сутки. Он так и не отвечает. Я начинаю волноваться всерьёз. Набираю номер приёмной его компании. Там сообщают, что Савва уже несколько дней не появляется на работе. Его сестра тоже не может до него дозвониться. Дома его нет – это я тоже узнала у сестры.

Тревога нарастает.

Что с ним могло произойти? Может, он снова сорвался и утонул в антисептике?

– Ну отвечай же ты, – раздражённо шепчу я, подходя к магазину.

От волнения не замечаю привычную ступеньку, спотыкаюсь и чуть не падаю. Сердце резко уходит в пятки, но чьи-то сильные руки успевают подхватить меня за плечи. Судя по рукавам рубашки, это мужчина.

Резко поднимаю взгляд, надеясь увидеть Савву.

Нет, не он. Передо мной стоит мой бывший, пока ещё официальный муж.

Я быстро выпрямляюсь и сбрасываю его руки со своих плеч.

– Что ты здесь делаешь? – холодно спрашиваю, не ожидая его увидеть. Вот к чему было то затишье.

– Могла бы и спасибо сказать, – усмехается он. – Я пришёл поговорить. Хотел позвонить, но ты заблокировала мой номер. А где ты сейчас живёшь, я не знаю.

И слава богу. Я слишком боюсь за своих детей, чтобы подпускать его ближе.

– Если ты по поводу развода, то мы решим всё честно. По закону.

– Да, я именно по поводу развода, – кивает, не скрывая цель своего визита. – Давай зайдём в кафе, на улице слишком жарко. Поверь, тебе стоит меня выслушать.

Молчу, обдумывая. Если откажу – он ведь не отстанет? Я всё ещё помню шкаф в своей мастерской. Не хватало мне, чтобы он вытворил что-то ещё.

Например… выкрал детей?

– Ладно, чёрт с тобой.

Направляюсь за ним. Заходим в небольшое кафе напротив.

Внутри прохладно, тихо играет музыка, пахнет свежесваренным кофе и выпечкой. Я пытаюсь выбросить из головы мысли о Савве, но они снова и снова возвращаются.

Сажусь за столик у окна и заказываю стакан холодной воды. Подонок-муж садится напротив, внимательно смотрит на меня и начинает разговор:

– Я предлагаю решить всё мирно, без суда.

– Я не удивлена, – усмехаюсь я. – Ты просто не хочешь делить со мной бизнес. Но тебе придётся.

Он слегка наклоняется вперёд и понижает голос:

– Именно поэтому я и предлагаю сделку. Ты подписываешь соглашение, по которому весь бизнес остаётся мне. Тебе – дом и машина.

Я смотрю на него с недоверием:

– Но дом записан на твою мать.

– Я перепишу его на тебя, – решительно отвечает он. – Мне он не нужен. А вот бизнес – другое дело. Подумай сама, Марин, зачем он тебе? Ты в нём ничего не понимаешь, и он быстро пойдёт ко дну. Я же три года собирал его буквально по кусочкам. Только я могу дальше его развивать.

Молчу, смотрю на стакан с водой и пытаюсь собраться с мыслями.

В чём-то он прав. Я действительно не разбираюсь в бизнесе, и, скорее всего, он быстро развалится, если я получу свою половину. Дом и машина сейчас важнее. Дом можно продать, а машину оставить себе.

Но ведь и бизнес можно продать. Только кому? Кто захочет купить половину компании?

В любом случае есть вариант, что Антон выкупит вторую половину у нового владельца.

А я потеряю только нервы.

Не знаю, как поступить.

Он замечает моё замешательство и достаёт из сумки бумаги, кладёт их передо мной на стол:

– Если согласна, подпиши.

Смотрю на документы с опаской и отодвигаю их в сторону:

– Без своего юриста я ничего подписывать не буду.

Он усмехается, словно ожидал такого ответа:

– Так и думал. Ладно, обсуди это с Нестеровым. Потом вытащи меня из чёрного списка и назначь встречу. Если нет – встретимся в суде, и тогда разговор уже не будет таким дружелюбным.

– Даже сейчас ты мне угрожаешь, – раздражённо бросаю, поднимаясь из-за стола.

– Это ещё не угрозы, – выплёвывает муж. – Но выиграть суд и получить право видеть детей каждые выходные – легко. Как думаешь, это хорошо на них повлияет?

Я сжимаю кулаки, чувствуя, как внутри закипает злость. Ну что за гад!

– Дай мне несколько дней, – говорю, стараясь сохранить спокойствие. Давит на самую уязвимую точку – детей.

– Хорошо, – кивает он. – Только не затягивай. Второе слушание уже скоро.

Он прав, следующее заседание через неделю.

– У Вики с Витей ведь скоро день рождения? – неожиданно спрашивает он.

– Да. И имей совесть, не приходи. Не порти нам праздник, – резко отвечаю и, не дожидаясь его реакции, быстро выхожу из кафе.

На улице снова обжигает жарой. Я достаю телефон, проверяю сообщения от горе-мизофоба. Пусто.

Нестеров, где тебя черти носят именно тогда, когда ты мне так нужен?

Глава 46

– Ой, как же хорошо! – Славка с облегчением откидывается на спинку стула и поправляет съехавший набок детский колпачок. Щёки её порозовели, глаза блестят от удовольствия. – Я уже объелась.

– Ещё даже торт не принесли, а она уже объелась! – укоризненно бросаю я, пробегая мимо и контролируя каждую мелочь праздника.

Подруга ловит меня за руку и настойчиво тянет к столу.

– Потому что мне не с кем поговорить! Ты постоянно где-то бегаешь, только не со мной! Хватит уже всё контролировать. Ты для чего вообще нанимала организатора?

Я останавливаюсь и растерянно оглядываюсь вокруг.

И правда, зачем я бегаю, словно заведённая? Ведь специально наняла агентство, забронировала уютное детское кафе, пригласила аниматоров, заказала огромный красивый торт.

Всё давно готово и идёт по плану. Но я так сильно хочу, чтобы этот праздник запомнился детям, что никак не могу расслабиться.

А вдруг кто-то всё испортит?

Вдруг появится Антон с любовницей и объявит, что теперь она их новая мама?

Конечно, это всего лишь мои фантазии, но после всего случившегося я уже не знаю, чего ожидать.

Савва так и не появился. Антон постоянно давит на меня с документами. Я чувствую себя выбитой из колеи и совершенно потерянной.

– Прости, – виновато говорю подруге. – Я действительно перестаралась. Всё, теперь я сяду и буду спокойно праздновать день рождения своих детей!

– Вот именно! – подруга удовлетворённо кивает и тут же, несмотря на жалобы о том, что уже объелась, хватает со стола кусочек колбаски и отправляет его в рот.

Я смеюсь, глядя на неё, и она тут же оправдывается:

– Я беременная, мне можно!

– Знаю-знаю, лопай на здоровье.

Подруга внимательно смотрит на меня и осторожно спрашивает:

– А с Нестеровым что? Он так и не объявился?

Конечно, она в курсе всех событий. Именно к ней я первой прибежала плакаться, не понимая, что натворила, раз от меня сбежал мужик.

– Нет, – раздражённо отвечаю я, закидывая ногу на ногу и нервно покачивая ступнёй. – Как пропал, так и пропал. Сообщение даже не прочитал. Просто сбежал после секса, вот и всё.

– Ну, успокойся, – мягко говорит подруга, поглаживая меня по плечу. – У него сейчас стадия принятия. Два шока за один день: сначала нормальный секс, а потом ещё и появление бывшей жены с её заразой. У него стресс, дай ему время.

– Я понимаю, – вздыхаю я, пытаясь войти в его положение.

Возможно, она права. Но сама мысль о том, что он исчез именно после нашей близости в душе, унижает меня до глубины души.

Мало мне измен мужа, так теперь ещё и мужчина сбегает сразу после секса.

– Мам, мам! – ко мне подбегает дочурка и крепко обнимает мои ноги. – А тотик? Ката кусять буем?

– Тортик! – радостно восклицаю я, мгновенно переключаясь на ребёнка и забывая о своих переживаниях. – Конечно, будем кушать! Пора задувать свечки!

Я вскакиваю со стула, беру Вику за маленькую ладошку и оборачиваюсь к подруге, виновато пожимая плечами:

– Я за тортиком, извини.

– Да иди уже, – отмахивается она и с улыбкой похлопывает себя по ещё плоскому животику. – Я как раз место оставила.

Улыбаюсь и быстро собираю всех гостей вокруг стола. Дети с восторгом занимают первые ряды.

Я выкатываю на столике большой, яркий торт, украшенный любимыми героями мультиков моих двойняшек. Дети радостно визжат, показывают друг другу пальчиками на знакомых персонажей и нетерпеливо подпрыгивают на месте.

– Ну что, свечки задувать будем? – весело спрашиваю я, и в ответ слышу дружный, оглушительный крик детей: «Да-а-а!»

Зажигаю три разноцветные свечки.

Двойняшки забираются на стульчики, зажмуривают глаза и одновременно задувают огоньки.

Родители других детей хлопают в ладоши и запускают хлопушки.

Я разрезаю торт на аккуратные кусочки и раздаю гостям. Один кусочек откладываю в сторону, всё ещё надеясь, что один особенный гость хоть и задерживается, но всё же придёт.

Стараюсь веселиться. Вместе со Славкой и детьми с удовольствием уплетаю сладости. Вокруг звучит весёлая музыка и я опять забываю о своих проблемах.

После сладкого начинаются танцы и игры. Я присоединяюсь к детям, смеюсь и кружусь вместе с ними. Хорошо, что на празднике, кроме сока, есть ещё и шампанское. Именно оно помогает мне выдержать шум и весёлый визг десяти ребятишек.

К вечеру провожаю половину гостей. Мы с подругой остаёмся вдвоём, но ненадолго. Вскоре за ней и её детьми приезжает муж.

И в кафе остаёмся только мы с двойняшками.

В углу зала стоит бедный аниматор в ярком костюме клоуна. Он устало поправляет свой красный нос, а малыши, окружив его, весело смеются и тянут к нему руки.

– Нам пора домой, – мягко говорю я, не желая расстраивать детей. Мы должны были уйти ещё час назад, но так увлеклись праздником, что теперь уходим последними.

– Ну ма! – в один голос протестуют дети.

– Пять минут, – строго отвечаю я и открываю приложение такси. Только собираюсь нажать кнопку «найти машину», как меня отвлекает официант.

– Вам тут посылку принесли.

– Нам? – удивлённо переспрашиваю я, указывая на себя пальцем. Странно, я ничего не жду.

– Да, именно вам, – кивает официант и протягивает коробку.

– А кто принёс? – хмурюсь.

– Кто-то, – пожимает он плечами и уходит.

Надеюсь, это не очередная выходка Антона. Отхожу подальше от детей и осторожно ставлю коробку на стол. Бережно, но быстро открываю её, чувствуя, как сердце начинает волноваться. В голову лезут тревожные мысли.

Внутри лежит упаковочная бумага. Пока ничего страшного.

Разворачиваю её и вижу знакомые цвета ткани. Моё недоумение усиливается.

Что здесь делают костюмы, которые я шила для крестников Саввы? Он передумал? Не понравились?

Стоп. Эти костюмы были в его доме. Значит, Савва вернулся?

Но зачем он прислал их нам?

Голова начинает болеть от множества вопросов.

Вдруг замечаю сверху листок бумаги. Беру его в руки и внимательно читаю каждое слово.

Тест на отцовство?

Нестеров Савва Юрьевич, Романов Виктор Антонович.

Что это значит?

Сжимаю бумагу в руках, думая, что это какая-то глупая шутка. Но почему тогда тест утверждает, что Витя – сын Саввы?..

Что это вообще значит?

Я снова всматриваюсь в буквы на листке. Сердце начинает биться чаще, а пальцы нервно сжимают бумагу. Может, это какая-то глупая шутка?

– Ничего не понимаешь? – раздаётся за моей спиной низкий, знакомый голос.

Я вздрагиваю и резко оборачиваюсь.

В нескольких шагах от меня стоит Савва. Его взгляд усталый, плечи слегка опущены. Он выглядит так, словно его переехал трактор.

Сколько раз за эту неделю я мечтала услышать его голос! И вот он здесь, прямо передо мной. Только сил обрадоваться нет. Ни желания треснуть, ни обнять.

– Ничего, – растерянно отвечаю я, качая головой и ещё сильнее сжимая листок.

– Саа! – радостно кричат двойняшки в унисон. Они тут же бросают бедного замученного клоуна и бегут навстречу… отцу?

Как такое вообще возможно? Что происходит? Может, это его странный способ сделать мне предложение? Переспали, а теперь он решил стать отцом моих детей и жениться?

Полный бред.

– Какие вы нарядные! – восхищённо произносит Савва, приседая на корточки и широко раскрывая руки навстречу малышам.

Дети с разбегу врезаются в него, крепко обнимают и повисают на шее. Их лица светятся счастьем и восторгом. Они наперебой начинают рассказывать ему о празднике, вставляя по свои пять копеек.

– Тут супемен был! – гордо сообщает Витя, вытягивая вверх ручки и показывая рост героя. – От такой!

– Я видел, – улыбается Савва, внимательно слушая сыночка. – Он и на меня произвёл большое впечатление.

Я вспоминаю двухметрового аниматора в костюме Железного человека. Высокий парень, явно волейболист на подработке. Но как Савва мог его видеть?

– Объяснишь? – резко спрашиваю я, не выдерживая потока новой информации.

– Я узнал у Славы название кафе, где вы будете праздновать, – спокойно отвечает он, поднимаясь и глядя мне прямо в глаза. – Попросил администратора включить трансляцию с камеры. Так что, считай, я видел всё происходящее, пока стоял в трёхчасовой пробке.

Да вы что!

– А самому прийти смелости не хватило? – выпаливаю я в гневе. Он исчез почти на неделю, а теперь появляется с громкими заявлениями и непонятными шутливыми бумажками.

– Давай обсудим это позже, – устало вздыхает Савва. – Я только с самолёта, ужасно устал и мечтаю о душе.

– С самолёта? – удивлённо переспрашиваю.

– Я всё ещё твой юрист, – терпеливо объясняет он. – И решал вопросы по твоему делу. Напоминаю, что через четыре дня у тебя слушание. Нам нужно доказательство твоей невиновности, а оно живёт за границей.

– Ты летал к тому врачу? – спрашиваю опять, чувствуя, как злость постепенно сменяется удивлением и облегчением.

– Да.

Фух, то есть он сбежал не из-за секса… И не из-за срыва. Слава богу!

– А позвонить нельзя было? Я же волновалась!

Что он там со своими микробами уже разговаривать начал!

– Мой косяк. Но, кажется, у меня сломался телефон. Я не мог дозвониться ни до тебя, ни до сестры и родных.

– Как неожиданно, – фыркаю я и нервно оглядываюсь по сторонам.

Мой взгляд цепляется за бутылку шампанского на столе.

Кажется, там ещё что-то осталось. О, мне повезло! Половина точно есть.

Пытаюсь найти стакан, но безуспешно. Вздыхаю, хватаю бутылку и делаю большой глоток прямо из горлышка.

В голове полный хаос, и я не знаю, как реагировать на происходящее.

Хорошо, он пропал по делу. Допустим, у него действительно сломался телефон. Но откуда взялся этот тест на отцовство? Зачем он вообще его сделал?

– У тебя много вопросов, – спокойно произносит Савва, внимательно наблюдая за мной. – Я всё объясню.

– Хорошо, – соглашаюсь только потому, что кафе явно не лучшее место для такого разговора. Если останусь здесь, то точно сопьюсь. Да и детям давно пора спать. – Ты на машине?

– Да, – коротко отвечает.

– Тогда поехали, – решительно говорю я, закидывая сумку на плечо. Быстро вытираю слезинку, неожиданно появившуюся в уголке глаза. Не забываю и про коробку с тестом. Эту роковую, чёртову коробку. – Ко мне домой. Детям пора ложиться. Пока я буду их укладывать, можешь принять душ.

Он молча кивает, не возражая.

Подхожу к детям, беру их за руки и направляюсь к выходу из кафе. Шаги Саввы отдалённо слышатся за спиной. Ничего, сам до своей машины доберется, не маленький.

Возможно, я веду себя не совсем красиво, но сейчас мне не до приличий. В голове полная каша. Я с трудом понимаю, что вообще происходит.

Как так вышло, что Нестеров оказался отцом моих детей? Его биоматериал использовали при подсадке? Но как он вообще оказался в клинике? Сдавал его? Зачем?

Всё это звучит настолько дико и нереально, что я никак не могу сложить пазл в голове. И когда он успел сделать этот тест ДНК?

Мысли мечутся, не складываясь в единую картину.

– У меня нет двух детских кресел, – предупреждает Савва, открывая дверь машины и помогая детям забраться внутрь.

Двойняшки, активные и неугомонные, сами запрыгивают на заднее сиденье и тут же начинают болтать без умолку. Мои гены, ничего не скажешь.

– Ничего страшного, – отрешённо отвечаю я и сажусь между именинниками, надеясь, что они устали и скоро уснут у меня на коленях.

Но дети, наоборот, начинают прыгать по салону и задавать Савве вопросы:

– А ты де был?

– На самолёте летал, – отвечает вскользь, следя за дорогой.

– Вау! А это стласно? – широко раскрывает глаза дочь.

– Только в первый раз. Вы ещё ни разу не летали?

– Неть, – дружно отвечают двойняшки.

– Как-нибудь исправим, – улыбается Савва, уверенно ведя машину по ночным улицам.

До дома ехать недалеко. Я специально выбирала кафе поближе к дому, поэтому уже через пятнадцать минут мы останавливаемся возле моего подъезда.

Савва выходит первым и помогает детям выбраться из машины. Пока я собираю уже начинающих засыпать двойняшек, он достаёт из багажника небольшую сумку. Наверное, там сменная одежда, зубная щётка и средства гигиены.

Мы все вместе заходим в квартиру.

– Я какать хотю! – громко объявляет сын и тут же несётся в туалет.

Слышу тихий смешок Саввы.

Он явно не привык к таким бытовым сценам и находит их забавными.

– Вик, иди пока в ванную, раздевайся, – мягко подталкиваю я дочку в сторону ванной комнаты.

Она кивает и быстро убегает. Я резко поворачиваюсь и неожиданно сталкиваюсь с широкой мужской грудью.

Поднимаю глаза и встречаюсь взглядом с человеком, который сегодня потрепал мне все нервы.

Угрожающе поднимаю палец и тихо, но твёрдо говорю:

– А ты пока ждёшь своей очереди и готовишься мне всё объяснить.

Не дожидаясь ответа, я спешно проскальзываю в ванную к дочери. Ставлю её в ванну, включаю воду и только сейчас, глядя на её кудрявую макушку, понимаю, что у моих детей есть отец.

Теперь я знаю, кто он. Савва. Нестеров.

Мизофоб-юрист. Тот самый, который за этот месяц стал мне ближе, чем бывший муж в своё время.

Но принять это пока не могу.