Текст книги "Возвращение наследника (СИ)"
Автор книги: Веден
Жанры:
Боевое фэнтези
,сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)
Глава 9
Глаза Иринг расширились.
– Ты… Ты все еще жив. Значит, ты действительно в это веришь.
– И не только я.
– Да-вир?
– Да, – я кивнул. – И Семарес.
– Посланник, – повторила она растерянно. Но потом встряхнулась, и ее взгляд стал пронизывающим. – Какие у тебя основания это заявлять?
Пока я перечислял, Иринг слушала молча.
– Пятнадцать камней или больше, – повторила она, когда я закончил говорить. – Явление божественной небесной обители. Глас богини. Видение будущей гибели столицы. Дар этера уровня иртос. Общение с Госпожой Магией и с душами усопших. А еще способность разрушать противомагические оковы…
Она замолчала, прижала ладонь к лицу, прикрыв глаза, и сидела так несколько долгих мгновений.
– Я должна была догадаться, – проговорила глухо. – Даже того, что известно всем, уже достаточно. – Она убрала ладонь. – Но ты… Ты слишком не такой, каким должен быть посланник! Ты молодой и неопытный, но при этом нахальный, упрямый, самоуверенный! Почему в тебе нет мудрости, благости и кротости⁈
– Семарес тоже из-за всего этого сперва возмущался, – согласился я. – Но Теаган раскопал в архивах свидетельства того, какими на самом деле были прежние посланники. Судя по ним, я далеко не худший вариант. А то, что вы изучали, это, гм, отшлифованные версии.
Иринг вновь прикрыла ладонью глаза.
– Допустим, – проговорила она. – Но почему ты хранишь свое предназначение в тайне? Ты хоть представляешь, сколько у тебя уже появилось врагов? И это лишь в Обители! А в иных местах?
– Догадываюсь, что много, – отозвался я. – Но все же с людьми мне будет справиться куда легче, чем с высшими демонами и Костяным Королем, когда они обо мне узнают и придут меня убивать.
Иринг нахмурилась, однако спорить с моим утверждением не стала.
– Тогда почему бы не заставить всех старших магистров дать такую же клятву молчания, какую дала я? – предложила она. – Никто из нас не посмеет причинить вред посланнику, но для этого мы должны хотя бы знать, кто он!
Я поморщился.
– Есть еще одна причина. Я не хочу превратиться в вашу марионетку.
– Что? Мою марионетку?
– Вашу – в смысле, старших магистров. Я слишком мало знаю, чтобы вовремя распознать ловушку. Вот как ту, в которую вы сегодня меня заманили.
– Но… – она замолчала. Потом потрясла головой. – Ты сам решил мне все рассказать.
– Да, чтобы не пришлось рассказывать Таллису. Он еще больший интриган, чем вы.
Иринг покачала головой.
– Посланник Пресветлой Хеймы не верит ее же Церкви, – проговорила она печально. Даже слишком печально.
– Пытаетесь пробудить во мне угрызения совести? – я скептически хмыкнул.
– Ты во всем видишь манипуляции, – Иринг вздохнула.
– Стало быть, вы произнесли эту фразу от чистого сердца?
Иринг не ответила, только молча отвела взгляд в сторону.
– Что и требовалось доказать, – я пожал плечами. – Мой долг, как посланника, оздоровить Церковь, вернуть ей праведность и вновь сделать опорой человечества. Поэтому, когда вы укорили меня за недоверие, вы были правы. Я не верю такой Церкви, какая она сейчас. И вы тоже не верите, иначе не попали бы к белым сектантам. Итак, старший магистр Иринг, теперь, когда вы знаете, кто я, будете ли вы моим верным союзником? Станете ли искренне помогать мне во всех делах?
Она слабо улыбнулась:
– Разве я могу отказаться?
Я вздохнул.
– Как же вы любите избегать прямых ответов. Скажите только «да» или «нет».
Несколько мгновений Иринг изучала свои руки, сложенные на коленях, потом подняла голову.
– Мне нужно все обдумать. Я отвечу позднее.
Я нахмурился – я ожидал большего, чем такая уклончивость.
– Стало быть, вы, несмотря на все доказательства, не признаете меня посланником Пресветлой Хеймы и считаете самозванцем?
– Нет, вовсе нет, – она мотнула головой. – Я признаю тебя посланником.
– Тогда вы, как старший магистр Церкви, обязаны помогать мне во всех моих начинаниях. Почему колеблетесь?
Иринг вновь отвела взгляд.
– Помнишь, как в начале нашего разговора я пообещала отвечать на твои вопросы только в том случае, если они не будут противоречить моим уже существующим клятвам и обязательствам?
– Помню. Стало быть, они противоречат?
Она кивнула.
– Ответьте словами, пожалуйста, – сказал я, поскольку на жесты моя способность различать ложь пока не распространялась.
– Да, противоречат.
Уперевшись локтями о подлокотники кресла, я наклонился вперед, задумчиво ее разглядывая. Что же за обязательства или клятвы могли помешать старшему магистру?
– Как долго вы собираетесь думать?
– Я дам ответ по окончании инспекции крепости.
– Вы ведь понимаете, что это звучит на редкость подозрительно?
– Понимаю.
– В таком случае я хочу получить от вас хотя бы клятву именем Пресветлой Хеймы не пытаться меня убить или же вредить мне как-то иначе, прямо или косвенно. Надеюсь, вы не планируете и дальше размышлять о необходимости от меня избавиться?
– Нет, вовсе нет, – она торопливо мотнула головой. – Такую клятву я дам.
Ну, хоть что-то полезное.
* * *
На следующий день я пересказал разговор с Иринг Теагану.
– Это действительно странно, – сказал он, хмурясь. – Чего она ждет? Быть посланником ты ведь не перестанешь.
– Какая-то проверка? – предположил я. – Ты говорил, что эта крепость – одна из главных твердынь Сестер. Может, там есть некие древние артефакты, и она хочет проверить меня ими? Или, не знаю…
– Проверка? – повторил Теаган. – Ни в одном из свитков, описывающих жизнь посланников – я имею в виду реальную жизнь, а не приглаженную версию, – нет даже намека на подобное. И Благие Сестры всегда безоговорочно исполняли волю богини. Никаких проверок они не устраивали.
– Но последний посланник приходил больше трехсот лет назад – мало ли что сестринство могло за прошедшее время придумать?
– Не нравится мне это, – пробормотал Теаган. – Жаль, что не получилось взять с собой дядю.
Планировалось, что в крепость Сестер с нами отправится и Семарес, но за несколько часов до отъезда ему пришел зов о помощи с северной Границы. Там возникли проблемы, справиться с которыми его подчиненные сами не смогли. Семарес колебался, но Таллис, узнав о случившемся, велел ему ехать в пограничный форпост.
Изучение ментального давления я пока отложил и время в дороге тратил, расспрашивая Иринг о том, что и как было устроено в ее сестринстве.
По своей структуре и функциям этот женский орден боевых магов очень походил на орден Достойных Братьев. Сестры тоже защищали Границы, тоже занимались убийствами демонов и монстров, тоже искореняли ереси. У них тоже имелись свои крепости по всей стране. Например, та, в которую мы ехали, была построена почти две тысячи лет назад, и защит на ней было не меньше, чем на крепостях самых сильных Старших кланов.
– А что насчет заказных убийств? – спросил я.
– Убийств? – Иринг посмотрела на меня с вроде бы искренним недоумением – способности к лицедейству у нее были не хуже, чем у Таллиса или Теагана.
– Только не надо притворяться, будто не знаете, о чем я говорю, – сказал я укоризненно. – Ваши Сестры несколько раз пытались меня убить, так что отрицать это будет просто смешно.
– У нас есть крыло, которое занимается борьбой с ересью, – проговорила Иринг неохотно.
– С ересью? – повторил я, приподняв брови. – Ну первое покушение ладно, тогда я был всего лишь непонятным чужаком, забредшим в Обитель. Если очень постараться, то притянуть за уши можно. Но ко времени второго покушения все уже знали, что у меня дар этера, а значит, я благословлен богиней. При чем тут борьба с ересью?
Теперь Иринг ответила не сразу.
– Я стала главой ордена совсем недавно, а некоторые вещи укоренялись в нем столетиями. Порой требуется воля богини, чтобы вырвать корни, ушедшие настолько глубоко.
Я нахмурился – что Иринг имела в виду, интонацией выделив эти слова? Что только я, посланник Пресветлой Хеймы, буду способен изменить то, как живет ее орден? Что у нее такой власти нет? Вероятно.
Вот только мне показалось, что тут прятался еще и иной смысл.
Но когда я попытался получить от нее более детальные объяснения, Иринг лишь улыбнулась и сделала вид, будто не понимает, о чем я спрашиваю.
Остаток пути до крепости Сестер прошел без каких-либо происшествий или судьбоносных разговоров.
Когда перед нами распахнули ворота, я ожидал увидеть там Гонджи с его отрядом и, конечно, Бинжи. Подросток наверняка весь извелся…
Но встречали нас только Благие Сестры – комендант крепости и ее старшие офицеры. А еще среди встречающих оказалась девочка-подросток с такими же каштановыми, как у Иринг, волосами, только заплетенными в две длинные косички, и такими же серыми глазами. Заметив ее, Иринг бросила быстрый опасливый взгляд в сторону Теагана. Похоже, детям было запрещено находиться на территории воинских крепостей. Первый день инспекции – и сразу же нарушение.
Спешившись, Теаган, впрочем, по девочке лишь скользнул мимолетным взглядом и тут же обратился к коменданту:
– Нас должен был встречать отряд Достойных Братьев. Где он?
Комендант развела руками.
– Неудачное стечение обстоятельств. По дороге к нам Братья попали в засаду, устроенную берингарами, и сильно пострадали. Когда наш патруль их нашел, многие были уже без сознания. Погибших, к счастью, не оказалось.
Берингары, как я помнил, появлялись на территории Империи редко. Они в принципе были немногочисленным видом демонов. Долгоживущие существа, но медленно размножающиеся. Их главным оружием были звуковые волны, сопровождающиеся вибрациями. И если звуковой щит эти волны останавливал, то от вибраций спрятаться было куда сложнее. Они рвали сосуды, вызывая кровоизлияния, повреждали внутренние органы и суставы. Те, кто выживал в таких атаках, нуждались в длительной помощи целителей, поскольку демонические вибрации нарушали еще и течение магии внутри и вокруг пострадавших.
Другими словами, все в отряде Гонджи выбыли из строя как минимум на пару недель, причем первые пять дней они будут способны, самое большее, повернуться с одного бока на другой.
– И где эти Братья сейчас? – тут же спросил Теаган.
– В нашем госпитале.
– Проводите нас туда.
До прибытия моей охраны госпиталь, похоже, пустовал, поскольку Братья оказались его единственными обитателями. Братья, и, естественно, работавшие там Сестры-целительницы.
– Оставьте нас, – велел Теаган сопровождению, когда мы перешагнули порог первой палаты.
Внутри находилось шесть Братьев, все без сознания, так что поговорить с ними не было никакой возможности. Сестры, тоже вошедшие внутрь, посмотрели на Теагана с недоумением, но подчинились.
Когда все вышли, он тщательно закрыл дверь и прижал к ней одноразовый амулет от подслушивания, потом сделал то же самое с окном и развернулся ко мне.
– То, что с нами не смог поехать Семарес, можно было счесть совпадением. Но с твоими охранниками, попавшими в засаду, ситуация выглядит уже как закономерность. Здесь, в крепости, готовится ловушка; не знаю только, против тебя, против меня или против нас обоих. Предлагаю вернуться, пока еще есть такая возможность.
Приехали мы, естественно, не втроем с Иринг. Семарес выделил нам в отряд сопровождения самых сильных боевых магов, какие у него на тот момент были, но все же никто из них до самого Семареса не дотягивал. Кроме того, раз мы сами не знали, какой именно ловушки ожидать, то и их предупредить не могли. Могли только велеть быть настороже, что не особенно полезно против опытных убийц на их же территории.
– Со стороны такое внезапное возвращение будет выглядеть странно, – все же счел нужным сказать я.
Теаган пожал плечами.
– Тут есть своя точка воздуха. Поднимемся туда, я отправлю письмо Таллису, а потом притворюсь, будто получил от него ответ – срочный приказ возвращаться. Поверят или нет – неважно. А Таллису я сам объясню.
– Но Иринг дала мне клятву, – напомнил я.
– Она да, а вот ее подчиненные – нет. Кроме того, она стала главой ордена слишком недавно и вряд ли успела упрочить власть.
– В речи коменданта лжи я не уловил, – сказал я, но тут же, подумав, сам и добавил: – Хотя это может значить лишь то, что лично она в заговоре не замешана и просто повторяет суть полученного донесения, веря в его правдивость. Но неужели мы оставим тут мою охрану?
– С ними ничего не случится. У Сестер всегда были хорошие отношения с Достойными Братьями, и в данном случае им нет никакого смысла убивать рядовых воинов.
– Ладно. Но Бинжи заберем с собой – его я им не доверю.
– Хорошо, – Теаган коротко кивнул, после чего снял и убрал амулеты от подслушивания.
Впрочем, перед тем, как идти к точке воздуха, мы прошли и по остальным палатам. Бинжи оказался в самой последней, и выглядел он таким же бледным и несчастным, как и остальные, и так же лежал без сознания. Бедняга. Я мысленно покачал головой. Вряд ли после подобного опыта он захочет и дальше ездить со мной по всей стране.
С точкой воздуха никаких сюрпризов не было, но, когда мы оттуда вышли и Теаган объявил о необходимости немедленно возвращаться, стоящие поблизости Сестры со значением переглянулись.
Следовало лишь забрать Бинжи из госпиталя, но времени на это ушло совсем немного. В отряде, который прибыл с нами, имелись свои хорошие целители, так что за его здоровье в пути я не беспокоился.
Иринг, хмурясь, наблюдала за нашей спешной подготовкой к отъезду, но ни о чем не спрашивала. Скорее всего, настоящую причину она уже поняла.
На лице коменданта сперва отражалось недоумение, но потом она, видимо, мысленно пожала плечами и решила не обращать внимания на чужие странности. Ну приехали, ну уехали… Значит, так надо. В дела старших магистров людям попроще лучше не лезть.
Нам уже вывели оседланных лошадей, когда по крепости разнесся звук тревожного гонга, а над нашими головами начал проявляться рисунок защитного купола. А еще через мгновение мы увидели бегущую от ворот Сестру – одну из стражниц.
– Нападение! – крикнула она еще издали. – Старшая наставница, из леса только что появилось множество тварей!
Кто-то определенно решил не позволить нам покинуть крепость.
Глава 10
Я посмотрел на Теагана, на его разом помрачневшее лицо. Он понял то же, что и я – ловушка захлопнулась. А внешне все продолжало выглядеть как цепь неприятных совпадений, и найти виновников не было никакой возможности.
Или было?
Я вновь вспомнил Благих Сестер, так многозначительно переглянувшихся. Они вовсе не казались удивленными, когда Теаган объявил о нашем возвращении. Скорее у них был вид людей, получивших не особо приятную, но ожидаемую новость. Как если бы они, будучи заговорщиками, понимали, что мы можем почуять неладное и попытаться уехать.
А еще это значило, что люди, участвующие в заговоре, умели управлять демоническими тварями, то есть использовали магию, запрещенную как светскими властями, так и Церковью. Сам я об этой магии знал только то, что она существует. В Академии ее, естественно, не изучали и даже о ней не упоминали; и я все забывал попросить Теагана, чтобы он мне про нее объяснил. Или же, если он не знал сам, чтобы велел найти по ней информацию в архивах Обители.
– Вам не стоит беспокоиться, да-вир, – между тем обратилась к Теагану комендант. – Защиты здесь выдержат любое нападение. Нашу крепость не смог взять даже сам Костяной Король! Четыре века назад он пытался, но обломал зубы!
Это впечатляло. И даже могло бы успокоить, переживай я о том, что твари крепость захватят. Вот только комендант не знала, что нападение было лишь средством запереть нас внутри.
И, кстати, а куда делись те подозрительные Сестры? Еще четверть часа назад они крутились возле нас, но сейчас на их месте я видел совсем другие лица.
– Мне нужно побеседовать с парой ваших подчиненных, – обратился я к коменданту, которая изумленно на меня уставилась. Кто я такой она, конечно, уже знала, но моя просьба застала ее врасплох.
– Они были здесь совсем недавно, – продолжил я. – Одна на вид лет тридцати, с длинными темными волосами и необычно белой, будто прозрачной, кожей. Вторая – постарше, лет сорока, с седеющими висками и небольшим шрамом на подбородке.
Шрамы, кстати, среди магов были редкой приметой. Обычно у таких, как мы, любые раны затягивались, не оставляя следов. Исключения, как я помнил из уроков по целительству, касались ранений, нанесенных либо особым проклятым оружием, либо когтями и зубами некоторых тварей, особенно если те истекали демонической скверной.
– Боюсь, господин аль-Ифрит, ситуация сейчас не располагает к беседам, – проговорила комендант извиняющимся тоном, хотя выражение ее лица выдавало: мою просьбу она сочла странной и ответила так лишь из вежливости – все же приближенным да-вира нельзя приказать не маяться ерундой.
А вот сам да-вир к моим словам отнесся куда серьезней.
– Ты уверен? – спросил он отрывисто.
– Не особо, – отозвался я честно. – Но других зацепок у меня нет.
Теаган развернулся к коменданту.
– Немедленно найдите этих двух Сестер и приведите сюда. Если потребуется, используйте силу.
– Они в чем-то виноваты? – растерянно спросила комендант.
– Вот это мы как раз и узнаем.
Нужных Сестер удалось определить быстро. Темноволосую звали Раскива, а ту, что со шрамом, – Санда; обе являлись младшими командирами подразделений и, по заведенному распорядку, в случае тревоги должны были находиться на определенных участках стен крепости. Их отряды на месте нашлись, а вот сами Сестры – нет.
– Продолжайте искать, – велел Теаган жестким тоном, когда стражницы вернулись и сообщили о результате. – Выделите на это всех воинов, которые не задействованы в обороне, и прочешите крепость целиком, от башен до подземелий. И передайте – если кто-то этих Сестер обнаружит, но промолчит, будет отвечать как за измену Церкви!
Сестры, слышавшие его слова, переменились в лице – все, кроме Иринг. Она, похоже, слишком хорошо Теагана знала, чтобы удивляться. И, кстати, за всем происходящим она следила молча и спокойно, будто бы ожидала как то, что нас запрут в крепости, так и нашу реакцию на это.
Про себя я решил, что, если подозрительные Сестры достаточно быстро не найдутся, на вопросы придется отвечать уже самой Иринг, причем отвечать не мне, а Братьям Вопрошающим. Если она действительно знала о ловушке и не предупредила нас, это уже попахивало изменой. И даже клятва не вредить помехой тут не являлась, при условии, что лично Иринг никакого отношения к ловушке не имела.
Правда, я не был уверен, хватит ли власти да-вира, чтобы арестовать и допросить старшего магистра одного из самых влиятельных церковных орденов, да еще в крепости этого самого ордена.
– Пока ждем, поднимемся на стены, – предложил я Теагану. – Посмотрим хоть, что там за твари.
Тот большого энтузиазма не проявил, но спорить не стал и пошел вместе со мной к ближайшей лестнице.
– Ты ведь уже видел массовую атаку тварей? – спросил он по пути.
– Да, даже дважды. В обоих случаях они лезли из разрывов Бездны, – отозвался я.
– Разрывы – это другое дело. Когда твари выходят сами, без направляющей воли, они действуют хаотично. Иногда нападают на все живое подряд, а иногда могут проигнорировать человека и пройти мимо. Их можно отвлечь или заманить в ловушку. Если повезет, то даже получится натравить друг на друга.
Говорил он со знанием дела. Да, я помнил, что свое детство Теаган провел на Границе и тварей этих видел бессчетное множество.
– А вот когда тварями управляют, справиться с ними куда сложнее, – продолжил он. – Чужая воля превращает хаотичную орду чудовищ в армию. Более того, у них у самих словно пробуждается разум. Они действуют слаженно и осмотрительно, соблюдают дисциплину. На Границе, к счастью, такое бывает редко. Наши люди всегда держат барьеры, а половина воинов занята патрулированием подходов, чтобы не пропустить к тварям демонов, которые смогут ими управлять.
Мы поднялись на стену. При дневном свете, на фоне снега, тварей внизу было прекрасно видно. И оказалось их там столько, что местами они напоминали живой шевелящийся ковер.
Больше всего неведомые заговорщики пригнали костяных пауков.
К белым паукам-амранам никакого отношения они не имели, индивидуальным разумом не обладали, хотя в бестиариях упоминалось, что при определенных условиях у них пробуждался разум роевой, как у пчел или муравьев. Самые мелкие костяные пауки были размером с кулак, самые крупные вырастали человеку где-то до бедра.
Магией как таковой они не владели, при нападении пользовались в основном своей способностью перемещаться мощными прыжками, покрывающими за раз расстояние до двадцати футов, и выпускать нити паутины, липучая жидкость на которых вызывала парализующий и снотворный эффект. Охотились они группами. Как только жертва теряла сознание, пауки набрасывались на нее и за считанные минуты вытягивали все питательные соки, оставляя высохшую мумию. Иллюстрации всего этого в бестиариях выглядели на редкость неаппетитно.
Помимо пауков я заметил летающих тварей со светящимися прожилками на перепончатых крыльях. Бьюны – так они назывались в бестиариях. Сейчас бьюны во множестве облепили голые ветви деревьев, издали напоминая эдакие живые праздничные гирлянды.
Эти твари немного походили на летучих мышей, только морды их были более вытянутыми, волчьими, а пульсирующий рисунок на крыльях постоянно менялся и, если вовремя не отвести взгляд, гипнотизировал. Главная их способность заключалась в умении управлять потоками воздуха, создавая вихри и даже ураганы. В отличие от костяных пауков, бьюны относились к тварям редким и даже, как некоторые авторы бестиариев надеялись, вымирающим. Впрочем, сейчас они вымирающими никак не выглядели. Увы.
Еще в стороне от пауков я заметил стаю варгов. Огромные волки какое-то время стояли неподвижно, потом рассредоточились и разошлись. Часть исчезла в лесу, несколько осталось на месте, остальные затрусили вдоль магического барьера, окружающего крепость, и вскоре пропали из вида.
– Получили ментальный приказ, – вполголоса прокомментировал Теаган.
– Монстрами могут управлять и люди, верно? – спросил я так же негромко. – Ты с таким сталкивался?
Теаган ответил не сразу. Сперва со значением посмотрел в сторону нашей охраны, которая тоже поднялась на стену, но стояла поодаль. Будь они обычными людьми, то наш разговор не расслышали бы вовсе, но у магов все чувства обострены.
Похоже, даже да-виру не следовало говорить об этой теме открыто.
– Нет, лично я никогда с подобным не сталкивался, – нейтральным тоном произнес Теаган, и тут же добавил: – Думаю, нам стоит вернуться.
Хм, ну ладно…
К лестнице он направился первым. Я пошел было следом, но остановился, чтобы еще раз взглянуть на тварей.
И нахмурился. Те перемещались, расступаясь, образуя своего рода коридор, будто освобождая проход для кого-то, кто должен был выйти из леса.
– Теаган, – позвал я, – глянь на это.
Он молча вернулся – и нахмурился тоже, изучая движение тварей.
– Они ждут того, кто их призвал? – предположил я.
– Возможно, – после паузы отозвался Теаган. – Или ощущают приближение очень сильного демона. Предупреждая твой вопрос, сразу скажу – нет, раньше я такого поведения не видел.
Снова уйти со стены он пока не предлагал – должно быть, не меньше меня хотел понять причину волнения тварей.
А пауки все дальше отступали от предполагаемой тропы пока неизвестного существа. Причем так торопились, что даже сбивали друг друга с ног.
Наша охрана тоже заметила, что происходит внизу, и явно сделала похожие выводы.
– Да-вир, – обратился к Теагану главный в отряде, – не стоит здесь находиться. Будет лучше…
– Полагаешь, то, что там приближается, опасней Костяного Короля? – Теаган приподнял брови, явно намекая на слова коменданта, что Король эту крепость захватить не смог.
– Предполагать – не мое дело, – упрямым тоном отозвался командир охраны. – Мое дело – обеспечить вашу безопасность.
– Если то, что там идет, страшнее самого сильного высшего демона, то уход со стены не поможет, – с легкой усмешкой отозвался Теаган и отвернулся от Достойного Брата, вновь глядя на уже полностью опустевшее пространство внизу. Начиная от внешнего слоя защитного барьера крепости и заканчивая кромкой леса мы видели лишь утоптанный лапами снег.
Бьюны, кстати, с ветвей деревьев тоже слетели, а варги сбежали одновременно с пауками.
Мы ждали. И ждали. А потом где-то далеко в лесу запели птицы.
Это было настолько неправильно, что я несколько раз встряхнул головой. Когда птицы ощущают приближение большого хищника, они или начинают истошно кричать, или замолкают и прячутся. Но они не поют вот так, томительно нежно, выводя мелодии, куда больше похожие на грустные лиричные песни людей…
Верно, птицы так не поют. Да и какие птицы в этом лесу могли остаться после такого количества наводнивших его демонических летающих тварей?
Однако неведомые певцы продолжали петь. А потом из леса вышла женщина. По крайней мере, силуэт выглядел женским. Высокая фигура в сером, подбитом мехом зимнем плаще, и с лицом, закрытым капюшоном. Двигалась она неспешно, не обращая внимания на прячущихся от нее тварей. А еще снег под ее ногами не проминался. Пожалуй, она не столько шла, сколько скользила над поверхностью.
Призрак? Но разве призрак способен напугать полуразумных монстров?
Вряд ли она была всего лишь призраком. И еще менее вероятным было то, что это существо являлось человеческой женщиной.
Скорее всего к нам двигалась иллюзия, скрывающая настоящую внешность могущественного демона. По крайней мере я предполагал, что это был демон. Вероятно, высший. Вот только, в отличие от Костяного Короля, остановленного защитой крепости, этот демон рассчитывал на предателей внутри и потому шел так уверенно.
Или не демон, а демоница – среди высших они тоже были.
Пение изменилось, стало еще более нежным и будто мурлыкающим. И звук теперь шел не из дальней части леса, как мне поначалу показалось, а будто со всех сторон. Он обволакивал меня невесомой паутиной, снимая накопившееся напряжение, расслаблял мышцы, приятной вибрацией отзывался во всем теле…
Я встряхнулся, сбрасывая наваждение, и на всякий случай ткнул локтем в бок стоящего рядом Теагана. Тот вздрогнул, часто заморгал и тоже пришел в себя.
Тут же развернулся к охранникам, на лицах которых, как оказалось, отражалась одинаковая мечтательная задумчивость, и рявкнул:
– Тревога! Ментальная опасность высшей степени! – И одновременно с этим активировал свое кольцо. Камень в оправе вспыхнул, и у меня в голове возник тот самый женский силуэт, который мы видели внизу, а в уши ударил оглушающий звук непрерывных частых ударов в большой колокол. Естественно, нежную музыку эти удары заглушили напрочь.
Женский силуэт, продолжавший идти к крепости, остановился. Существо повернулось и запрокинуло голову, глядя в нашу сторону. Капюшон упал, открыв лицо.
Ну, лицо выглядело без сомнения женским. Даже девичьим – юным, нежным, с безупречными чертами и застывшим на нем невероятно печальным выражением. Мне даже показалось, будто на ресницах у нее блестели слезы, хотя разглядеть их с подобного расстояния было невозможно. Будто, очнувшись от морока и уничтожив его для других обитателей крепости, мы тем самым разбили ей сердце…
Я смотрел на нее, не в силах избавиться от ощущения, будто когда-то ее уже видел.
Теаган между тем деактивировал магию кольца, и звон колокола у меня в голове прекратился. Тишина после него казалась почти осязаемой. И да, чарующая музыка тоже стихла.
Демоница – для себя я решил именовать ее именно так – между тем продолжила двигаться и в этот раз остановилась, лишь дойдя до первого защитного барьера. Медленно подняла руку и коснулась его кончиками пальцев. Тот вспыхнул в месте касания ярким светом и оттолкнул незваную гостью. Та убрала руку и склонила голову набок, будто озадаченная. Будто она ожидала совсем другого. Потом сделала несколько шагов вправо, продолжая изучать внешний барьер.
– Я усилил защиту крепости и перевел ее на себя, – тихо сказал мне Теаган. Я кивнул, с удивлением отметив, что такое, оказывается, возможно. А еще мне подумалось, что если бы Теаган этого не сделал, то демоница уже проникла бы внутрь.
Вот только к какому виду демонов она относилась? Я напряг память, но не смог вспомнить, кто из них, способный настолько точно копировать человеческие черты, при этом обладал даром ментального воздействия, завязанного на музыке, а еще двигался, не оставляя следов.
Демоница какое-то время шла вдоль барьера – твари, толпившиеся в той стороне, торопливо убегали с ее пути, – потом остановилась, развернулась и направилась в лес.
Похоже, задуманное у нее не получилось.
– Если комендант или старший магистр этого еще не сделали, то надо отправить новое письмо и вызвать подкрепление, – сказал Теаган, провожая незваную гостью взглядом. – Сидение в осаде никак не относится к моим любимым занятиям.
Я тоже смотрел демонице вслед.
Мог ли я ее уничтожить? Воспоминания о схватке с фальшивым Ирданом подсказывали, что только с большим трудом и еще большей долей удачи. Если бы Кащи тогда не привел существ из своего родного мира, я бы не справился. Или справился бы, только демонически переродившись.
– Пойдем, – сказал Теаган. – Тут больше нет ничего интересного.
Спустились с лестницы мы как раз к тому моменту, когда стражницы привели младшую из тех двух подозрительных Сестер, Раскиву. На лице ее застыло должной степени недоумение, мол, понятия не имею, в чем меня обвиняют и что вообще стряслось.
Она поклонилась Теагану, потом развернулась в мою сторону.
– Мне сказали, что вам срочно потребовалось со мной побеседовать, господин аль-Ифрит?
– Так и есть, – согласился я. – Вам известно, кто или что призвало демонических тварей к крепости? Отвечайте только «да» или «нет».
Раскива посмотрела удивленно.
– Как я могу об этом что-то знать?
– Только «да» или «нет», – повторил я с силой.
– Конечно же «нет»! – воскликнула она.
– Неправда, – сказал я. Ощущение лжи, исходящее от ее слов, было ярким, абсолютным. Она знала.
Я повернулся к Теагану.
– В нашем отряде ведь есть Братья Вопрошающие? Пусть… – договорить я не успел.
Рука Раскивы взлетела к ее горлу, ухватилась за висящую на шее цепочку и рванула ее, бросив мне под ноги прежде спрятанный под одеждой кулон. На все это потребовалось едва мгновение, и остановить ее никто не успел.
Что кулон из себя представлял я не понял, лишь перед глазами блеснуло что-то яркое. Блеснуло, ударилось о землю, раскололось…
Я успел подумать – как хорошо, что на мне щиты, – когда все вокруг засияло серебристым огнем. И огонь этот, как и прежде демоница, показался мне смутно знакомым. Он окружил меня, не касаясь, не в силах проникнуть через щиты, но сквозь просветы в языках его пламени я больше не видел ни двора крепости, ни людей там, ни Теагана. Только смутные очертания множества высоких гладких колонн…




























