444 000 произведений, 109 000 авторов.

Электронная библиотека книг » Веден » Возвращение наследника (СИ) » Текст книги (страница 2)
Возвращение наследника (СИ)
  • Текст добавлен: 16 ноября 2026, 09:30

Текст книги "Возвращение наследника (СИ)"


Автор книги: Веден



сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

Глава 3

Теперь скрипнул зубами уже я.

Как «чудесно»! Еще к самоубийству меня не склоняли!

– И каким же образом мое «предназначение» связано вот с этим? – я кивком показал на свои руки, прикованные к подлокотникам кресла.

– Мы не можем отпустить тебя, – почти с сочувствием объяснил сектант. – Судьба мира куда важнее, чем твоя свобода или твоя жизнь.

Я на мгновение прикрыл глаза, стараясь скрыть свои чувства – гнев и разгорающуюся ненависть. Я все еще был прикован к месту обвиняемого, на моих руках все еще были браслеты, блокирующие магию, и вся моя сила, какой бы уникальной она ни была, не могла меня освободить. Если я здесь погибну, то Бинжи, чтобы меня воскресить, рядом не будет. И как бы мне ни хотелось высказать все, что я на самом деле об идее сектанта думал, делать этого было пока нельзя.

– Пресветлая Хейма дала мне дар различать в словах людей ложь, – проговорил я медленно, одновременно обдумывая то, что мне следовало сказать и сделать дальше. – И я вижу, что вы действительно верите в истинность данного пророчества. Однако вы не можете не знать, что богиня не одобряла, когда люди пытались предсказывать будущее и тем более – когда пытались такие предсказания толковать. Она лишила своей защиты пророков из Звездного Дома с острова Древних Лекен. И вы тоже идете по их пути… Скажите, вы не боитесь за свою душу? Не страшит вас мысль долгими столетиями скитаться по миру в бестелесном виде, неспособным ни жить, ни умереть – так, как неспособны были ни жить, ни умереть они?

Похоже, до моих слов подобная идея не приходила сектанту в голову. Он заметно вздрогнул.

– Я не пророк, – проговорил он уверенным тоном, который не слишком соответствовал тому, как судорожно его пальцы сжали посох. – Ко мне это не относится.

– Но вы смеете толковать пророчество еретика, – я наклонился вперед, насколько позволили мои прикованные к подлокотникам руки, и вгляделся ему в глаза, видимые в прорезях маски. – Вы даже назвали того, кого богиня отвергла, величайшим! Думаете, Пресветлая Хейма простит вам пренебрежение ее волей?

– Не тебе определять ее волю!

– Конечно нет, – согласился я. – Только она сама может это делать. А я всего лишь задал вопрос. Но я припоминаю, что еретикам из Звездного Дома богиня обещала прощение, если они перестанут упорствовать. Пресветлая Хейма милосердна – быть может, она простит и вас, если вы сойдете с неверной тропы.

Сложно понять, какие эмоции испытывает человек, чье лицо почти полностью закрыто, но все же, судя по глазам сектанта, он растерялся.

– Я не… – пробормотал он, но потом встряхнулся и взял себя в руки.

– Достаточно! Пресветлая Хейма издала свой эдикт о запрете прорицаний в совсем иную эпоху. С тех пор многое изменилось. Церковь расколота, иерархи погрязли в грехах и, хуже того, соблазнились посулами самых опасных демонов! Богиня милосердна и мудра, и она, конечно, видит, что наш путь праведен – единственно праведен! Только мы можем спасти человечество!

Я заметил, что, по мере того как сектант говорил, позы у остальных собравшихся из напряженных стали более расслабленными, а некоторые начали кивать в такт его словам. Ну да, всегда приятно слушать утверждения, которые совпадают с тем, во что и так веришь.

– Согласно этому вашему еретическому пророчеству, некий генерал мертвой армии должен заступить мне дорогу прежде, чем будет принесена жертва, – снова заговорил я, вклинившись в тот момент, когда сектант остановился перевести дыхание. – Но никаких генералов мертвых армий я не встречал!

– Тебе и не нужно было встречать его лично, – тут же отозвался сектант. – Пророчество этого не требовало. Однако мы точно знаем, что дорогу он тебе заступал неоднократно. Генералом мертвой армии в старину именовали Костяного Короля. Или будешь спорить, что это не он пытался уничтожить твой, так сказать, приемный клан, а ты его попытки останавливал?

– Тогда получается, что это я заступал ему дорогу, а не он мне, – возразил я.

– Игра слов, – сектант небрежно махнул рукой.

– А если нет? Если, пытаясь толковать пророчество так, как вам удобно, вы нарушите его условия – и только зря обречете все ваши души на посмертные мучения? – я вновь обвел взглядом сектантов. – Убить носителя дара этера – большой грех! Или вы и это повеление богини объявите недействительным?

Рядовые сектанты опять заметно напряглись, но мой оппонент лишь мягко рассмеялся.

– Мы не собираемся тебя убивать – иначе какая это великая жертва? Ты должен будешь сделать это сам.

– И вы думаете, будто сможете меня убедить? – спросил я недоверчиво.

– Попытаемся, – сектант кивнул. – А если не получится по-хорошему, что ж… Сильная боль способна заставить многих людей изменить свои решения.

Он что, угрожал пытать меня до тех пор, пока я не соглашусь себя убить⁈

– Из вас получился бы отличный паладин, – выдохнул я, ощущая, как ярость, и так ярко горевшая, начинает во мне буквально полыхать. – Из тех, которые убили второе воплощение Пресветлой Хеймы, думая, будто тоже спасают человечество!

Во взгляде сектанта блеснула злость.

– Думаю, ты сказал достаточно. – Он повернулся к охранникам в светло-серых масках, которые до сих пор стояли со мной рядом. – Отведите его назад в подземелье. Пусть остынет и подумает.

Ярости во мне стало еще больше, хотя, казалось, больше было некуда. Теперь я словно весь состоял из нее. Кожу под браслетами зажгло, и почти моментально боль стала почти нестерпимой. А потом раздался тихий, едва различимый треск. Я бросил взгляд на свои запястья – на поверхности левого браслета появилась тонкая трещина, расширилась, и тут же подобная ей появилась на правом. А потом оба браслета одновременно раскрылись.

Металлические крепления, прижимающие мои руки к подлокотникам кресла, я разорвал так легко, будто они были сделаны из старых, давно истлевших веревок. Краем сознания, без удивления – ярость разом выжгла все остальные эмоции – я отметил, что кожа моих рук сияет серебром.

Все это случилось почти мгновенно. А потом моя сила, до того зажатая внутри резерва, вырвалась наружу давящими волнами.

Все в зале замерли, не в силах пошевелиться. У одних сектантов заклинания и руны застыли в момент формирования, у других – почти активированные амулеты не смогли сработать из-за появившихся вокруг них коконов силы.

Моя магия продолжала изливаться, будто горная река, прорвавшая дамбу, накрывая всех тут новыми и новыми давящими слоями.

Я поднялся на ноги. Тело неожиданно показалось легким, почти невесомым, а сияние, исходящее от моей кожи, стало будто ярче.

И меня все еще заполняла ярость.

Подойдя к тому сектанту, который собирался меня пытать, я резким движением сорвал с него маску. Он был так же обездвижен, как и остальные, и помешать мне не мог.

Его лицо показалось мне смутно знакомым. Хм, да, помощник кого-то из старших иерархов – я видел его во время суда над Сантори.

Я мог убить его одним прикосновением. Но перед моим мысленным взором промелькнули надписи на стенах в подземной камере – последнее, что осталось от многих несчастных. Нет, этот сектант не заслуживал такой же быстрой и легкой смерти, как та, что досталась Янли. Чего он заслуживал, так это Залов Бьяра пожизненно!

Однако мысль просто оставить его дожидаться правосудия показалось мне – моей ярости – невыносимой. Ярость желала покарать его прямо сейчас. Ярость напомнила, что я сумел заставить Семареса пережить мою смерть.

Так же, как прежде с Семаресом, я протянул руку и коснулся шеи сектанта, одновременно вызвав в памяти подземную камеру и надписи обреченных узников на ее стенах.

Они горели…

Тонули…

Их тела использовали для алхимических экспериментов…

Их разрывали на части…

Образы чужих смертей всё приходили и приходили. А потом, в моментальной вспышке, сдвинувшей мое зрение и позволившей видеть в слоях этера, я различил полупрозрачные силуэты мужчин, женщин, подростков, даже детей. Вокруг меня толпились призраки тех, кто здесь погиб, и теперь они знали, что я их вижу.

– Видящий! Отомсти за нас! – Один из призраков, мужчина, выправка которого выдавала профессионального воина, и чьи виски были выбриты, смотрел на меня горящими глазами. – Отомсти! Уничтожь их!

– Найди мою маму! – сквозь толпу пробился щуплый призрачный подросток. – Скажи ей, что я умер, скажи, чтобы она перестала меня искать!

– Расскажи моим правнукам, что я зарыл семейные драгоценности между корнями старого дуба – того, который растет над дровяным сараем! – потребовал от меня старик с наполовину поседевшей рыжей бородой.

А потом в поднявшейся какофонии голосов я вообще перестал что-либо различать.

– Хорош! – отступив от застывшего сектанта, я вскинул руку, и голоса призраков начали стихать. – Сперва я разберусь с теми, кто вас убил, а уже потом с вашими посмертными просьбами.

Призраки торопливо закивали, выглядя малость пристыженными. Забавно, что в своем поведении души мертвых ничем не отличались от живых людей.

Впрочем, пристыженными выглядели не все. Передо мной оказалась женщина лет сорока с воинской выправкой и суровым лицом.

– Отдай нам наших убийц! – потребовала она. – Насыти нас своей силой, и мы разорвем их на части!

– Нет! – тут же воспротивился призрак Достойного Брата, который прежде призывал меня за их смерти отомстить. – Если мы начнем убивать живых сами, то станем мороками, и путь к Небесам Пресветлой Хеймы будет для нас закрыт.

Судя по лицу женщины, она на такой размен была согласна, но другие призраки заволновались. Что бы это превращение в «мороков» ни означало, такая перспектива им не понравилась.

Вперед выступил призрак пожилого мужчины в мантии жреца.

– Белые секты связаны между собой. Видящий, ты не должен позволить главным сектантам умереть прежде, чем они расскажут тебе о других. Уничтожь все белые секты. Все!

Ярость внутри меня шевельнулась в предвкушении – эта идея ей определенно нравилась.

Я обвел взглядом зал с застывшими в нем фигурами живых и обратился к призракам.

– Найдите ваших убийц и заставьте их пережить все ваши муки. Но следите, чтобы они не погибли и не сошли с ума – особенно это касается белых масок. Ментальный допрос ни безумных, ни мертвых невозможен.

– Да, Видящий, да! Дай нам силу! Дай нам свою силу!!

Призраки вновь придвинулись ко мне, протягивая руки, и их прикосновения я ощущал как порывы холодного ветра. Щедро зачерпнув в резерве, я дал им свою магию. И еще, и еще…

Мелькнула мысль, что сектанты, не способные пошевелиться, но все еще способные смотреть, вряд ли понимают, что происходит и с кем я говорю – голоса призраков слышал ведь только я, так же как единственный мог их видеть. Что ж, очень скоро никакие вопросы сектантов волновать уже не будут.

Набрав моей силы, призраки начали расходиться по залу – привычки материальных тел все еще с ними остались, и они, как живые, перебирали ногами, хотя их ступни скользили над полом.

Я развернулся к тому сектанту, который собирался меня пытать, и заметил, что к нему же устремились призраки Достойного Брата и той женщины с воинской выправкой.

– Подождите, – велел им я. – Сперва я задам ему один вопрос.

Так же, как я делал с Семаресом, я создал над сектантом купол, рассеивающий любые заклинания. Такой купол был способен какое-то время продержаться даже против боевого мага с десятью камнями.

– Сейчас я задам вам вопрос, – сказал я сектанту, – и либо вы дадите на него ответ добровольно, либо я использую ментальное давление. Вот только имейте в виду – хотя теорию я знаю, практики у меня еще не было. Боюсь, от моей попытки вам станет очень и очень плохо.

В устремленных на меня глазах сектанта появился ужас – ага, значит, он знал, чем грозит ментальный допрос, проведенный недоучкой. Ну и отлично.

– У меня на руке был серебряный браслет в виде кролика. Где он? – спросил я и отозвал держащие сектанта волны силы.

Тот сильно дернулся, едва не упал, и безумным взглядом уставился на меня.

– Что ты… Что ты такое?!!

– Я вас предупредил, – я нахмурился.

– Он… Он в моих покоях. Наверху. Тут. В специальной сфере. Спит.

Отвечая, сектант не солгал.

Я вернул давящие волны силы на место, вновь полностью обездвижив сектанта и лишив его возможности говорить. Повернулся к призракам.

– Он ваш.

Потом оглядел зал.

В качестве целей призраки выбирали в основном сектантов в белых и, реже, светло-серых масках. Те, кто был в темно-серых, послушники, как я понял, удостаивались их внимания куда реже. Очевидно, они еще не успели запятнать себя убийствами.

Сперва я снял маски с тех сектантов, которые стояли ближе ко мне – они, все до единого, оказались незнакомы. Потом пошел к остальным. Моя сила так и держала всех в неподвижности, достаточно было лишь краем сознания контролировать постоянный поток магии.

Я снимал маску, вглядывался в лицо и переходил к следующему сектанту. Лишь пару раз попались те, кого я немного знал. Так, под светло-серой маской обнаружилась Благая Сестра – я видел ее в свите прежнего старшего магистра их ордена. А под еще одной белой маской оказался младший магистр, с которым я однажды перекинулся парой слов.

Потом я подошел к тем сектантам, которые стояли ближе к двери, и в памяти у меня всплыло, что именно сюда время от времени поглядывал один из главных сектантов. Любопытно.

Первая, вторая, третья маски – никого знакомого.

Четвертая – и тут уже застыл я сам, от удивления.

Под четвертой маской оказался Теаган.

Глава 4

– А ты что здесь делаешь? – вырвалось у меня, и только через мгновение я вспомнил про волны силы, держащие Теагана вместе со всеми остальными и не позволяющие ему на мой вопрос ответить.

Я хотел было эти волны убрать, но в последнее мгновение засомневался.

Во-первых, откуда тут было взяться настоящему Теагану? От столицы до места, где меня похитили, пять дней пути. Когда бы он успел преодолеть такое расстояние?

Во-вторых, если это действительно настоящий Теаган, то что он делал тут в маске? И главные сектанты про его присутствие явно знали – или, как минимум, один из главных.

Нет уж, торопиться его освобождать не стоило.

Купол над вроде-бы-Теаганом я поставил еще более насыщенный силой, чем тот, который когда-то делал для Семареса. Сам Теаган магом не был, но я понятия не имел, на что способны его кольцо да-вира и магия его крови. Так что я убрал держащие вроде-бы-Теагана волны силы только после того, как купол ярко засиял.

Тот пошатнулся. Потом встряхнулся всем телом, выпрямился. Посмотрел наверх.

– Не доверяешь? – спросил он с кривой усмешкой.

– Можно подумать, ты бы на моем месте был более доверчив, – отозвался я и на мгновение задумался, решая, о чем спросить.

– Как звали то ли демона, то ли шибина, который, выйдя в отставку, женился, и чья молодая жена умерла через два года после свадьбы?

Мой вопрос был сформулирован не совсем верно, но настоящий Теаган должен был понять, что я говорю о его фальшивом наставнике. И действительно, уже через мгновение он отозвался.

– Андор. Андор Кресови.

Но про Андора могло быть известно и другим людям. Нужен был вопрос, ответа на который не знал никто, кроме нас двоих.

– Имя «хорошей женщины шибинки»?

Так между собой мы называли хозяйку дома, в котором ночевали после того, как Кащи случайно перенес нас на Темный Юг.

В этот раз вроде-бы-Теаган отреагировал с едва заметным запозданием, тоже логичным – ее имя он вряд ли часто вспоминал.

– Карисса.

Да, это действительно был Теаган.

Конечно, я мог прямо спросить, кто он, но вдруг бы передо мной стоял двойник, при этом искренне убежденный в том, что является оригиналом. В этом мире было слишком много странной, забытой и запретной магии, чтобы с ходу отвергать подобную возможность.

Теперь оставалось понять, как Теаган тут очутился.

Когда я второй раз задал этот вопрос вслух, он снова с задумчивым видом посмотрел на магический купол над своей головой, но больше его присутствие не комментировал.

– Ты пропал двенадцать дней назад… – начал он.

– Двенадцать? – перебил я. – Как такое возможно?

Теаган не лгал, но тогда получалось, что для меня эти двенадцать суток слились в одну ночь.

– Думаю, похитители держали тебя в магической коме, – пояснил он. – Если интересно, спроси потом у целителей, как она работает.

Магическая кома… Пожалуй, это объясняло, почему, проснувшись сегодня, первые мгновения я ощущал себя настолько тяжелым и неуклюжим.

– Так вот, – продолжил Теаган. – Сразу после твоего похищения Гонджи отправил летающего голема в ближайший форт ордена Достойных Братьев, а они уже сообщили в Обитель через точку воздуха…

– В последний вечер мне показалось, что двое моих охранников вели себя подозрительно, – сказал я. – Они были как-то связаны с похищением?

– Тебе не показалось – двух Достойных Братьев действительно подменили сектанты. Оказывается, белые секты научились изготовлять личины, равные по качеству личинам демонов-мимиков, и имитировать голоса.

Мне вспомнился подозрительный пожар на кухне трактира и то, как мои охранники заходили туда по одному и задерживались там подозрительно долго. Значит, замена произошла именно тогда.

– Таяние снега и последовавший разлив воды на императорском тракте тоже был диверсией сектантов, – продолжил объяснять Теаган. – Им нужно было заставить вас двигаться по обходной дороге и остановиться в той самой деревне и в том самом трактире, где они все заранее подготовили. Они знали, что других подходящих мест для ночевки в округе просто нет. Твой отряд охраны как раз отражал нападение демонических тварей, натравленных, вероятно, тоже сектантами, когда двое фальшивых Братьев вынесли тебя из трактира по заранее прорытому подземному ходу. А в еду тебе подмешали натуральное снотворное – оно не яд, поэтому руны на него не отреагировали.

Какое тщательное планирование! Я почти с восхищением покачал головой. Энергию сектантов – да в благое бы русло!

– Через несколько дней после того, как ты исчез, я получил анонимное послание, – продолжил Теаган. – Выглядело оно один в один как мое самое первое приглашение в белую секту полтора года назад. С единственной разницей, что тут была приписка: мне обещали предоставить доказательства, что мерзкий демон проник в Обитель, втерся в доверие высших иерархов и продолжал бы творить невообразимое зло, если бы не бдительность Истинных служителей Света. Естественно, я не мог не соотнести твое похищение и появление письма. Я дал согласие – и меня доставили сюда. Впрочем, эти сектанты были куда более осторожны, чем те, первые, и позаботились, чтобы я не знал, где нахожусь.

– Хм, – сказал я глубокомысленно. Пока что в рассказе Теагана не было ничего инкриминирующего. – И что ты собирался делать дальше?

– Ждать, пока здесь не появится дядя со своими людьми, чтобы тебя освободить. На мне что-то вроде маяка, который должен его сюда привести.

– Хм, – повторил я снова. Стало быть, Семарес был где-то на подходе. – А что там насчет «мерзкого демона»?

Теаган пожал плечами.

– В тебе всегда были странности, которые наследием аль-Ифрит никак не объяснялись. Понятно, что чистокровным демоном ты быть не мог, а вот полукровкой – вполне.

Он замолчал, потом кривовато усмехнулся.

– Так что потомку амрана я бы не особо удивился. А вот увидеть наследника Энхард не ожидал.

– И что бы ты сделал, если бы я действительно оказался Белым Пауком-полукровкой? – спросил я больше из любопытства, поскольку свою актуальность вопрос уже потерял.

– Распотрошил бы наше хранилище в поисках амулетов, которые стабилизируют двойственную природу и подавляют демоническую часть. И добавил бы тебе еще пару амулетов с черными нихарнами. Впрочем, дополнительные черные нихарны тебе стоит носить в любом случае – с демонической одержимостью не шутят.

Все было правдой.

Я убрал купол.

Теаган посмотрел на теперь пустое пространство над своей головой и облегченно выдохнул.

– Недавно ты разговаривал будто с невидимками, – произнес он. – Кто это был?

– Призраки людей, убитых сектантами, – пояснил я. – И да, кстати, у каждого из этих призраков осталось тут, на земле, незавершенное дело, и я пообещал помочь. Нужно будет выделить надежных людей, которые этими делами займутся, потому как лично у меня времени на это нет. Я лишь запишу то, что призраки расскажут.

– Еще и призраки, – пробормотал Теаган. – Таллису это вряд ли понравится.

Я поморщился. Верховный иерарх и без того подозревал меня во всяком-разном, а каждая моя новая способность его подозрительность лишь усиливала.

Если бы я мог сектантов просто убить, а призраков отправить восвояси, ситуация с Таллисом не осложнилась бы. Но я не мог.

Во-первых, если судить по поведению призраков, сектанты-послушники не успели сотворить ничего, достойного смерти.

Во-вторых, «белые маски» было необходимо допросить под ментальным давлением, чтобы вытащить из них всю информацию о других белых сектах, а сам я такие допросы проводить пока не умел.

И, в-третьих, я не собирался нарушать свое обещание, данное призракам.

Ну что ж, чуть больше у Таллиса подозрений, чуть меньше – на мою ситуацию это не слишком влияло.

– Когда тут появится Семарес? – спросил я.

Теаган поднял руку и на его пальце проявился перстень. Несколько мгновений он смотрел на него с таким видом, будто внутри камня были видимые только ему математические расчеты.

– В течении часа, – сказал наконец.

– Ну что ж, – я оглядел сектантов, всё таких же неподвижных и, в большинстве своем, всё так же мучаемых призраками, – тогда пойдем поищем Кащи.

* * *

Сектанты, похоже, давно уже использовали это заброшенное поместье в качестве своей «основы» – помещения наверху, над залом для приемов, выглядели относительно чистыми и обжитыми. А некоторые комнаты, принадлежащие, очевидно, «белым маскам», еще и были пропитаны защитной магией – я слышал ее шелест, едва мы к таким комнатам приближались.

Впрочем, защита была, как выяснилось, довольно простая, без каких-либо встроенных ловушек, и я мог снять ее сырой силой. Я просто бил по видимым в слоях этера плетениям магии до тех пор, пока шелест полностью не стихал, после чего мы входили внутрь и комнату обыскивали. Сфера с Кащи – крупная, сделанная из прозрачного хрусталя, – нашлась в третьей по счету такой вот защищенной комнате.

Кащи, принявший форму фиолетового кролика, свернулся внутри этой сферы в комочек и действительно спал.

– Я правильно понимаю, что белые секты владеют тайной магией? – спросил я Теагана, обходя сферу по кругу и рассматривая ее то обычным зрением, то в слоях этера. Выглядела она везде абсолютно одинаково.

– Да, понимаешь правильно, – согласился Теаган. – В белые секты обычно попадают люди, так или иначе связанные с Церковью, в том числе имеющие доступ к архивам. Были зафиксированы случаи, когда свитки с экспериментальными разработками, существовавшие только в одном экземпляре, из архивов исчезали.

– Даже так? А виновников находили?

– Иногда.

Я покачал головой.

– У меня появляется опасение, что, когда мы вычистим всех сектантов, Церковь обезлюдеет.

– В древние времена некоторые болезни лечили кровопусканием, – нейтральным тоном проговорил Теаган.

Да, при чистке крови явно прольется немало. Но возможностей этого избежать я пока не видел.

Сферу с Кащи разбить физической силой не получилось. Магией я тоже попробовал, осторожно, но результата это не принесло, а бить во всю силу я опасался – не хотел повредить своему Теневому Компаньону. Так что сферу я в итоге забрал с собой, благо что та была невелика.

– Странное это место, – проговорил я, когда мы спускались по лестнице в зал для приемов, где остались сектанты. – Почему настоящие хозяева его забросили и не используют? Тут ведь пустует не только сам дом, но и окружающие земли.

– Скорее всего мы в корневых землях какого-то из погибших кланов, – отозвался Теаган. – У таких мест дурная слава, причем обычно заслуженная. Может, духи предков этого рода не ушли на перерождение, как им следовало, а озлобились на живых и убивают всех, кто приходит. Может, тут истончились барьеры, отделяющие нас от Теневых Королевств – пусть их обитатели не так ужасны, как твари Бездны, но тоже ничего хорошего. Может, тут много мест с сильной демонической скверной, быстро приводящей к перерождениям. Всякое может быть. Кланам, живущим по соседству с такими местами, порой выгоднее поднять магические барьеры и поставить стражу, чем заниматься полноценной очисткой.

– Но сектанты как-то сумели тут освоиться… – я задумчиво огляделся, но, естественно, ни озлобленных духов предков, ни теневиков не увидел. – Еще один вопрос, который им стоит задать на допросе.

* * *

Семарес выглядел искренне обескураженным. Бедняга явно настроился на хорошее сражение, но вместо того получил несколько десятков уже готовых пленников, на которых лишь требовалось надеть браслеты, блокирующие магию, а самих их связать.

А еще на каждого из сектантов я накинул по звуковому щиту – чтобы никто из них, случайно или намеренно, не смог упомянуть ничего лишнего в присутствии конвоиров.

Пожалуй, с большинством сектантов такая предосторожность была не нужна – после видений, созданных для них призраками, они еле стояли на ногах, передвигаться могли лишь с чужой поддержкой, их лица до сих пор были искажены страхом и страданием, а вместо слов они казались способны издавать лишь стоны. Так что реально проговориться могли лишь сектанты-послушники. Но все же рисковать, даже самую малость, я не стал.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю