Текст книги "С другой стороны (СИ)"

Автор книги: Tikhon Post

Соавторы: Маня Пост
сообщить о нарушении

Текущая страница: 22 (всего у книги 33 страниц)

Глава 15.4

Под точным и скупо выверенными движениями сварочного аппарата край металлической пластины, раскалилившись докрасна, соединился со стеной. Робот с красным отпечатком ладони на спине потянулся за следующей и замер: больше панелей не было.

Ванг, дремавший прямо за пультом управления, дёрнулся и начал ожесточённо тереть глаза. Он и сам не заметил, как уснул. Последнее, что инженер помнил, это как он раздал приказы всем рабочим группам и наблюдал за их выполнением.

На пульте сейчас мигала иконка одного из отрядов – видимо, возникла какая-то проблема. Ванг устало сдавил переносицу. Он уже начал жалеть, что настроил звуковые уведомления. Из-за этих писков совсем не получалось выспаться – он подскакивал и среди ночи для решения крабьих проблем.

Да, работа шла практически непрерывно, и узким местом в ней оказался именно человек.

– Что на этот раз. Опять провода замкнули? Или кто-то оторвался от стены и полетел по коридору? – Пробормота он, вглядываясь в отчёт.

– О, А-Фу, посмотрим, что у нас там… Понятно, снова закончились материалы.

Ванг со вздохом опустил голову и начал разминать виски. Материалов катастрофически не хватало. Он уже отказался от капитального ремонта шлюза – повреждённые панели крабы вырезали, отправив их сразу на переплавку, и сейчас постройка зияла дырами, будто изъеденное жуками дерево.

Строительство солнечных панелей, которое не останавливалось ни на секунду, пришлось сильно замедлить – банально не хватало компонентов. А промышленный сборщик, который был бы рад обеспечить деталями всю стройку, простаивал – не достаточно исходных материалов.

Все склады корабля, а также комната с очистителем, которую Ванг решил временно превратить в склад, была забита разнообразным мусором на переплавку и разборку. Увы, базовый очиститель не справлялся с потоком металлического лома.

А ведь когда перестало хватать компонентов, Ванг самолично направил всех незанятых крабов на сбор мусора и демонтаж ненужных больше частей, тем самым ещё сильнее захламив “склад”.

– Оох. – Простонал Ванг. Тогда, посреди ночи, принятое решение казалось ему верхом рациональности. Ведь зачем роботам простаивать, если они могут разобрать торговый модуль?

В очередной раз он с тоской вспомнил путешествие в команде, когда, даже несмотря на напряжённую обстановку, было чувство плеча. Можно было довериться следующей смене и спокойно пойти спать.

– Интересно, как у них там дела? – Подумал Ванг.

* * *

– Насколько всё плохо?

– Мы ведь не упадём? – Перебил австрийца Фёдор, но тот лишь отмахнулся, вернувшись к Мириам.

Девушка несколько секунд изучала планшет, после чего ответила:

– Мы оторвались от земли и самолет лег на маршрут.

В салоне раздался вздох облегчения, впрочем, тишину быстро нарушил неуёмный Фёдор:

– А камеры? Что у нас с левым крылом? Все картинки отключились! – В конце он обвинительно наставил на девушку палец, как будто это она во всём виновата.

Впрочем, поняв свою ошибку, он начал мямлить какие-то извинения.

– Камеры не отвечают, в списке оборудования их тоже нет. – Сверилась с планшетом Мириам. – Впрочем, если бы у нас отвалилось крыло, мы бы это уже почувствовали.

В этот момент по всему самолёту опять раздался скрип, больше похожий на стон умирающего кита.

– Нет, ну это точно не оно. Это просто… – девушка замялась, – металл кое-где просел от времени, а сейчас расправляется и встает на свои места… я думаю. Скорее всего провода, ведущие к камерам, просто передавило.

– Зря мы вообще решили лететь. – Буркнул Фёдор и, под взглядом австрийца, и сложив руки на груди, начал всем своим видом выражать несогласие.

– Вообще-то именно ты хотел восстановить самолёт. – Напомнил ему Герман.

– Восстановить! На сто процентов. А мы довели до семидесяти, сели и полетели.

– Друг мой, успокойся. Помни, что каждый из нас здесь по воле Божьей, и ни один винтик на этом самолёте не повернётся без Его ведома.

Герман вздохнул и отпустил перекладину, в которую он вцепился, стоило древней машине набрать скорость. Раньше он никогда не боялся летать, но старый самолёт, казалось, специально делал всё, чтобы заставить астронавтов хвататься за поручни до побелевших рук.

Он покачал головой. После первых испытаний и небольшого ремонта Фёдору удалось убедить австрийца, а австрийцу – всех остальных, что это – лучший способ добраться до цели. Ведь семьдесят четыре процента целостности, а выше процент уже не рос, что бы они не делали, это самое оно для безопасного полёта.

Первые сомнения начались, когда самолёт, долго прыгая по ямам, а потом с трудом оторвавшись от взлётной полосы, заскрипел. Вместе со скрипом отключилась картинка от камер с левого крыла, а также выпала внутренняя панель, ударив Фёдора по голове и напугав его до ужаса. Герман бы посмеялся над инженером, подумавшим, будто они падают, если бы сам в этот момент не пытался дотянуться до парашюта. Мешала рука, до сих пор державшая поручень.

Впрочем, адекватнее всех тогда выглядел двенадцатый, который начал просто молиться. Остальные просто паниковали, добавляя в общий котёл шум.

И вот сейчас, когда первая тряска прошла, экипаж пытался разобраться, что же случилось с их транспортным средством и стоит ли продолжать паниковать или уже поздно дергаться.

Шестеро астронавтов кучно сидели в коридоре, по трое с каждой стороны, пристегнутые к амортизирующим креслам. Артуру с Полом места уже не хватило, но даже без них тут было не развернуться. Парни забрались глубже в недра летающей крепости и сейчас тряслись в технических помещениях. Впрочем, они как раз, наверняка, ехали с комфортом – ведь им никто не сказал про отключившиеся камеры.

Герман ещё раз осмотрелся. По центру коридора зачем-то пролегали рельсы и какие-то механизмы, из-за чего приходилось пригибать голову, перемещаясь по салону при посадке. Дальше была только закрытая кабина, представляющая собой бронированную капсулу со всеми органами управления. Увы, туда они попасть так и не смогли – летающая крепость не пускала никого в святая святых – самое безопасное место на борту.

Впрочем, этого и не требовалось. Используя коды доступа они убедили примитивный интеллект базы в необходимости провести операцию по переброски войск. Дальше автоматика всё сделала сама, и вот, несколько минут тряски и они в небе, на пути к цели.

Парень поёрзал на неудобном металлическом сидении. Возможно, когда-то оно было обшито чем-то мягким, но за два века осталась лишь жёсткая металлическая часть. И на том спасибо. Внутри самолёта оказалось на удивление мало места – почти весь объём занимала броня, контейнеры с боеприпасами, куда у астронавтов также не было доступа, различные внутренние системы и… бомбы. Четыре здоровенные бомбы, своими размерами практически превышая двигатель, крепящиеся прямо посередине корпуса, надёжно укрытые с боков, тем не менее пугали.

Как Мириам ни старалась, она так и не смогла заставить самолёт лететь без них. Автоматика отказывалась отправлять на операцию не снаряженную боевую единицу. А разоружать его вручную люди побоялись. Кто знает, как самолёт на это среагирует, и что зашито в его электронных мозгах?

Самолёт в очередной раз тряхнуло, отвлекая Германа от раздумий.

– Всё в порядке, все системы работают. – Громко проговорила Мириам.

Герману показалось, что она делает это больше для себя, чем для других.

Он в очередной раз пожалел, что не взял с собой скафандр. Лететь пришлось налегке – винтовка, патроны, несколько пайков, вот и всё, что у них с собой было. Лишь у Мириам был планшет, снятый с машины.

– Мы набираем высоту. Три тысячи метров и растёт. – Громко зачитала девушка с планшета. – Скорость – шесть сотен километров в час. Через четыре часа мы уже будем заходить на посадку. – Улыбнулась она остальным.

Герман расслабился, улыбнувшись в ответ. Наконец-то эта бешеная гонка закончится. Никто не сомневался, что это их последняя точка. А если нет, что ж, значит Вангу снова придётся собирать им машину.

Крупное тело летающей крепости неожиданно вздрогнуло, отчего расслабившийся Герман, взмахнув рукой, больно ударился о перекладину, не успев за неё схватиться с первого раза. Размеренные гул двигателей сменился, парень не мог сказать, что именно поменялось, но если раньше они сердито гудели, то теперь, как будто бы выли с надрывом.

– Всем зафиксироваться – Прикрикнул Кристофер. – Мириам, что случилось.

– Сейчас… – Девушка, прикусив губу, уткнулась в планшет, быстро водя туда-сюда глазами.

Герман, ожидающий, что она сейчас скажет что-нибудь вроде “просто воздушная яма” сильно напрягся, увидев, как побелело её лицо.

– Критическое падение тяги. – С отчаянием выкрикнула она. – Остановился один из двигателей.

– Мы можем что-нибудь сделать? – Быстро спросил австриец, собравшись, как зверь, перед прыжком.

– Нет, я уже пыталась, но он не слушает пассажиров! Пишет только, что послан запрос к пилоту. Высота четыре тысячи и падает!

– Сколько у нас осталось двигателей? – Пока остальные осознавали масштаб проблемы, Кристофер принялся собирать информацию.

– Всего три. – Испуганно посмотрела на него Мириам.

– Как три, их же было шесть? – Воскликнул Фёдор.

Герман тоже удивился, ведь он самолично их все перебирал.

– Остальные два не запустились, и всё это время мы летели на четырёх.

– Тихо всем! Вопросы потом. Герман – вскрывай дверь. – Кивнул австриец на вход в кабину пилота.

Глава 16.1

Крепко сжав цилиндр и стараясь не дышать, Герман резал бронированную дверь. Параллельно, Мириам, по просьбе Австрийца, продолжала вслух зачитывать доклады от автоматической системы управления. Увы, это была односторонняя связь: повлиять на что-либо девушка не могла, по крайней мере с планшета.

По уму дверь в кабину пилота надо было вскрывать еще до того, как они взлетели, и на этот счет тогда разгорелся не шуточный спор, голоса разделились примерно пополам, часть людей считала, что насильственное вскрытие кабины приведет к активации какой-нибудь системы безопасности, и не известно чем еще это закончится. Поэтому приняли решение: вскрывать только в случае проблем в полете, когда уже нечего терять. Вот как сейчас.

К счастью, самолёт никак не реагировал на откровенно враждебные действия одного из пассажиров – ни внутренних турелей, ни газа астронавты, с опаской поглядывающие по сторонам, так и не дождались. Впрочем, возможно потому, что системам самолёта было чем заняться – он терял высоту, медленно, но неумолимо.

– У нас возгорание в пятом двигателе. – Наконец-то Мириам назвала причину всей котовасии. Видимо, автоматика только сейчас смогла определить, что же произошло. – Отказ системы флюгирования воздушного винта.

Герман навалился на дверь с новой силой. Увы, бронированная сталь, которая бы лучше смотрелась на космической станции, поддавалась с большой неохотой.

– Отказ системы пожаротушения. – С нотками паники прочитала очередной доклад девушка.

– О, у нас была система пожаротушения. – До странного флегматично удивился Фёдор.

Инженер смотрел, как у Германа обстоят дела с дверью, механически поглаживая лямки от надежно зафиксированного за спиной упакованного парашюта. Ещё на базе Кристофер предположил, что у них будут проблемы, поэтому они подготовили план “Б”. Австриец понимал, что они могут и не приземлиться в Женеве, но все-таки не ожидал, что они упадут практически сразу.

– Что делает автопилот? – Спросил Кристофер. Тряска усиливалась, и самолёт уже ощутимо раскачивало в воздухе. Было видно, что автоматика пытается хоть как-то стабилизировать полёт древней крепости.

– Запрашивает пилота о дальнейших действиях.

После слов девушки все посмотрели на Германа.

– Сейчас. Почти готово. – Прошипел парень, стараясь не вдыхать бьющие во все стороны клубы дыма.

Сварка медленно двигалась снизу-вверх. Герман торопился, разменивая заряд батареи устройства на жизни экипажа. Он чувствовал, как время уходит. Впрочем, не он один. По возне, доносившейся за спиной, стало понятно, что люди готовятся к худшему.

Как бы парень не старался, на такой скорости прорезать дверь насквозь получалось не везде. Будто этого было мало, из уже прорезанных щелей лез металл, напоминая живой организм, который пытается зарастить свою рану. Впрочем, Герман надеялся, что это не чудо-технологии латают дверь, а обычное расширение от нагревания – мощность резака стояла на максимуме, больше напоминая лазерный меч.

Самолёт накренился на левый бок, отчего Герман, практически замкнувший контур, отлетел на скамейку. Впрочем, так было даже лучше. Вырезанный в двери овал, который держался на раскалённом куске металла, медленно осел и выпал плашмя.

Кристофер быстро среагировал, и схватив под локоть, слегка тормозившую, Мириам, бросился в кабину пилота. Герман последовал за ними. Прошипев пару ласковых он протиснулся сквозь раскалённый металл, оставляя на рабочем комбинезоне подпалины. Подумалось, что Фёдор опять будет ругаться, ведь этот был уже из его запасов. А потом вспомнилось, что и запасы остались в машине, и новый он врядли получит. Впрочем, может он ему уже и не понадобится.

Тряхнув головой, он сосредоточился на мониторах висевших по кругу. В нормальное время они явно показывали всю картину вокруг самолёта, но сейчас работало только три. Около них, сложившись в три погибели и занимая практически всё место, суетился австриец, периодически дёргая Мириам, подключившую планшет к одному из экранов.

– Помоги, нужно его убрать. – Крикнул ему австриец, бросив попытки что-то добиться от Мириам.

– Кого? – Глупо спросил Герман, загипнотизированный датчиком высоты.

– Пилота! Глаза разуй. – Рявкнул австриец.

Только тут парень осознал, что постамент в виде железной капсулы, стоящий посередине рубки, это не какой-то компьютер или яйцеобразная перегородка – это кресло пилота. И оно было занято.

* * *

С едва слышным металлическим звуком лента конвейера встала на своё место. Полуразобранная груда металлолома, на которую Ванг возлагал большие надежды, наконец-то ожила. Замигали лампочки, двинулись манипуляторы.

– В этот раз заметно лучше. – Обратился он к стоящему рядом А-Фу.

Система, обнаружив новое устройство, незамедлительно подключилась к нему, заставляя агрегат прогонять тесты. В предыдущий раз это кончилось замыканием одного из манипуляторов и небольшим пожаром – видимо моторы, которые крабы достали, разобрав лифт, были в не очень хорошем состоянии.

Поэтому в этот запуск из комнаты заблаговременно был откачан практически весь воздух – если что-то и замкнёт, то хотя бы не загорится.

– Смотри, А-Фу, работает! – Обрадовался китаец, глядя на то, как из трубы конвейера стал поступать металлический лом.

Промышленный очиститель неторопливо приступил к задаче, сортируя, трамбуя и нарезая лом, который потом направлялся во внутренние камеры-плавильни. Что происходит с ним там дальше, было уже не рассмотреть из-за внутренней обшивки.

Впрочем, Ванг и первичную сортировку не должен был видеть, но из-за дефицита запчастей агрегат был собран лишь частично – только, чтобы работало.

“Новые”, только что напечатанные компоненты пошли на самые критически важные узлы, вроде плавилен, где под высоким давлением и температурой металл плавился обратно в слитки.

Увы, напечатать удалось немного. Большая часть сборщика состояла из частей других, не сильно важных устройств, которые роботы аккуратно разобрали, пройдя по станции отрядами промразверстки*. Под нож пошли лифты, насосы, конвейеры и большая часть электроники из торговой секции.

И даже так работающий очиститель выглядел как помесь франкенштейна и т-800 после встречи с жидким терминатором – внешняя обшивка отсутствовала, кое-где нарушая технику безопасности, а второстепенные агрегаты внушали опасения не только ему, но и системе, которая постоянно выводила на экран предупреждения о низком ресурсе узлов. Выводила, но пока работала.

Результаты не заставили себя долго ждать – лента конвейера выплюнула первый слиток, всё ещё красноватый от температуры. Он покинул очиститель и поплыл по комнате.

Да, задняя часть устройства, охлаждение, камера хранения, выходное подключение конвейера – этого ничего не было. Ресурсы требовались здесь и сейчас, поэтому Ванг замкнул датчики, обманывая очиститель. Всё, чтобы заставить его работать как можно раньше.

Повинуясь команде краб подхватил слиток и скормил его конвейеру. Ванг с улыбкой потёр руки – вот теперь процесс пойдёт намного быстрее. Можно будет возвращаться к ремонту с новыми силами.

Всё-таки хорошо, что он нашёл в своём графике время для сна. На отдохнувшую голову планировалось намного легче. Эх, сколько бы можно было уже сделать, сообрази он поставить очиститель пораньше. Но нет, рутина и решение мелких задач поглотило его целиком. И некому было отвлечь инженера, чтобы показать ему всю картину. Ванг ещё раз вздохнул, думая о напарниках. Как они там?

Глава 16.2

В кресле, огороженном овальными железными перегородками, сидела фигура в тяжелом скафандре. Подобное Герман видел в документальных фильмах про первых водолазов – массивная, даже громоздкая одежда, какие-то трубки, грудь закрыта бронированной пластиной.

Под массивным шлемом с круглым стеклом – человеческий череп, шатающийся в такт с маневрами самолета. Теперь понятно, какого пилота спрашивала система, и почему она не пустила их сюда с самого начала, охраняя покой мертвеца.

– Да что ты встал, помоги! – Пропыхтел Кристофер.

Увы, пилот был надёжно зафиксирован в кресле. И даже вдвоём они не смогли его снять. Такое чувство, что его намертво приварили к самолёту, что, впрочем, могло быть недалеко от истины – Герман заметил несколько трубок и проводов, соединяющих мертвеца с самолётом.

– Кристофер, Кристофер! – Попытался он схватить австрийца за плечо, – нам нужно уходить! Высота уже девятьсот метров, мы падаем.

– Подожди, ещё не всё потеряно. Мириам, ты подключилась?! – Отмахнулся австриец, обернувшись к девушке.

Та, закусив губу, что-то быстро набирала на планшете.

– Секунду. Нужно подтверждение от пилота. Систему не обойти.

Герман увидел, как на одном из мониторов вылез запрос подтверждения действия.

Протиснувшись между пилотским креслом и Кристофером, парень ткнул прямо в надпись. “ОТКАЗ” – ругнулась система.

Тогда он, мысленно извинившись перед пилотом, схватил того за руку и, потянув на себя, нажал на кнопку уже рукой пилота. К сожалению, это не сильно изменило ситуацию.

– Герман, Кристофер, Что у вас? О, нифига себе. – В оплавленном проёме двери показалась голова Фёдора.

Инженер обвёл взглядом маленькую рубку, при этом взгляд у него как будто бы искал, что там плохо лежит, и задержался на скафандре пилота.

Потом, когда самолёт в очередной раз качнуло, он с надеждой посмотрел на Германа. Тот лишь едва заметно качнул головой. Между ними, как будто бы, произошёл диалог:

– “У вас получилось?”

– “Нет”

– “Жаль. Нужно идти”.

– Нужно идти. – Повторил вслух Фёдор.

– Ты можешь заставить его набрать высоту? Подать больше энергии на двигатели или, может, скинуть балласт? – С надеждой посмотрел австриец на Мириам. – Мы же смогли прилететь сюда аж с Луны. Ты же целый крейсер пилотировала…”

В последнем предложении Кристофера потянуло тоской, видимо, он уже и сам знал ответ, но всё ещё не мог смириться с тем, что миссию вот так просто и быстро не закончить.

– Хорошо, дай мне еще пару минут. – Со вздохом попросила девушка, впрочем, по её голосу даже глухой бы понял, что особой надежды нет. Скорее уж она постарается сделать всё из чистого упрямства.

– Я предупрежу остальных. – Исчез в коридоре Фёдор, также понявший это.

– Нет, тут без вариантов. Коррекция высоты невозможна. – Покачала Мириам головой, через небольшой промежуток времени. – Даже если бы тут был пилот, сомневаюсь, что я бы смогла что-то исправить. Я перебрала и перепробовала все варианты, надо уходить.

Герман перевёл взгляд на экран, отсчитывающий расстояние до земли. Пять сотен метров. Это много или мало? Стоит им уже выпрыгивать? Окон в летающей крепости предусмотрено не было, но и с ними Герман бы ничего не понял – его опыт прыжков с парашютом заканчивался выкидыванием в окно привязанного к пакету хомяка в сопливом детстве. Для хомяка тогда все закончилось достаточно успешно: пакет застрял в ветвях, и зверька сняли живого, хоть и перепуганного. Это был тот самый поворотный момент в судьбе Германа, когда отец доходчиво объяснил ему ценность чужой жизни через пятую точку и ремень.

– Отключайся, уходим. – Горько бросил Кристофер девушке, двинувшись наружу.

Экран, гипнотизировавший Германа ползущими вниз цифрами высоты неожиданно привлёк к себе всеобщее внимание.

На весь экран высветилось – “Приоритет – спасение жизни пилота”. После чего цифры, да и всё остальное исчезло, сменившись крупной надписью: “СБРОС АВАРИЙНО-СПАСАТЕЛЬНОЙ КАПСУЛЫ”.

– Эээ. Кристофер… – Только и успел протянуть Герман, как колонны вокруг кресла пилота дрогнули. Внутренняя часть пришла в движение, со скрипом сдвигаясь по часовой стрелке и вставая в пазы, полностью отрезая пилота от остальной рубки.

Несколько секунд троица растерянно рассматривала получившееся стальное яйцо с единственным иллюминатором по центру.

На мгновенье, казалось, всё замерло, и даже двигатели самолёта стали работать тише. А потом капсула, выбив остатки двери, пронеслась по коридору и, подпрыгнув, вылетела через крышу, оставив за собой отверстие в броне.

Герман, был готов поклясться, что, пока капсула ехала по рельсам, он разглядел в иллюминаторе ехидно улыбающийся череп пилота.

– Какого чёрта тут происходит? – Перекрикивая шум показался в конце коридора Фёдор.

“Фуф, живы”. – Запоздало понял Герман. Он как-то не сразу осознал тот факт, что капсула, проезжая по коридору, вполне могла кого-нибудь прибить.

– Мы вас ждём, давайте! Артур уже почти вытащил груз! – Поторопил их инженер, активно жестикулируя.

Походкой пьяного моряка, а с отбытием пилота качка как будто бы усилилась, троица добежала до конца коридора. Там, у выходного люка, вовсю суетились астронавты, поправляя парашюты, любезно выданные интеллектом военной базы при отбытии.

– Все здесь? Где Артур и Пол? – Быстро осмотрел всех Кристофер, убеждаясь, что всё в порядке и все готовы.

– Они с другого входа, выталкивают контейнер с антенной. – Ответил слегка побледневший Двенадцатый, нервно глядя на дверь. – А точно без этого никак? Может удастся аварийно посадить самолёт?

– Удастся, – кивнул Фёдор, чем явно всех удивил, – но нам лучше в этот момент быть от него подальше.

Шутку никто не поддержал, и, в последний раз проверив всех, австриец кивнул Мартине, стоящей у двери. Та вдавила кнопку открытия дверей, и бронированные створки распахнулись.

В уши ударил рёв оставшихся двигателей, которого, оказывается, из-за брони почти не было слышно. Вздогнувший от неожиданности Герман заметил, что остальные также отшатнулись от двери. Впрочем, их могло снести холодным потоком воздуха, который с яростью вломился внутрь, принеся с собой запах топлива, гари и металлической пыли.

– Винтовки крепче держите! Пошли, пошли, пошли! – услышал Герман окрик австрийца.

Не успел он осознать, что нужно делать, как крепкие руки, стиснув его за плечи, толкнули в сторону двери. Всё, что он успел, это посмотреть в глаза всё также стоявшей у двери Мартине непонимающим взглядом.

– Второй! – крикнул австриец.

– Отпусти меняяяяаааа. – сквозь вой ударившего по ушам ветра успел услышать Герман крик Фёдора.

Рёв двигателей сменился свистом ветра. Не ожидавшего такого астронавта закрутило в воздухе. Пальцы, всё ещё державшие винтовку, онемели от внезапного мороза. Не такая уж и далёкая земля стремительно приближалась. Герман панически пытался вспомнить хоть что-то из инструкций, но в голове стояла каша.

Несколько секунд неразберихи и глухой хлопок раскрывшегося парашюта затмил свист ветра. Рывок вверх, и мир замедлился. "Хвала автоматике," – Герман почувствовал, как его тело зависло в пространстве, став лёгким, как будто он вернулся в невесомость.

Приближение к земле шло стремительно. Под ногами проступили детали местности: деревья, овраги, кусты. Герман, впервые оказавшись в такой ситуации, судорожно пытался вспомнить, что они обсуждали перед вылетом и что он видел по телевизору. Согнуть ноги? Перекатиться?

Земля приближалась слишком быстро. В последний момент Герман инстинктивно сгруппировался. Легкий удар, потом более сильный. Он почувствовал, как его тело катится по земле, боль пронзила бок и плечо. "Могло быть и хуже," – мысленно простонал он, остановившись и несмело ощупывая себя здоровой рукой. "Вроде ничего не сломал."

Парашют тихо шуршал на ветру, и больше никого не было слышно. Герман, болезненно поморщившись и, припав на правую ногу, поднялся, оглядевшись. Он оказался на краю неглубокой ямы, заросшей кустами, которые и смягчили удар. Вокруг был лес, в ветвях одного из деревьев умирающей медузой трепыхался его парашют. Герман рефлекторно потёр руку – первый удар явно пришёлся о ветку. Впрочем, если бы не она, скорость при приземлении была бы выше.

В лесу что-то заухало. Парень, затравленно обернувшись, стиснул чудом не выроненный при падении автомат. Страх сковывал его, но надо было двигаться. Понемногу приходя в себя, он сделал первый шаг, потом второй. Лес окружал его со всех сторон, и путь предстоял долгий.