Текст книги "Темные секреты Вэйстон-Дай (СИ)"

Автор книги: Теона Рэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

– А что ты предлагаешь?

– Ничего, совсем ничего. Вообще я зря вам все рассказала, не стоило этого делать.

– Хорошо, я понимаю. Постараюсь что-нибудь придумать.

– Давайте лучше думать, что делать с находкой, – я кивнула в сторону могилки. – Скоро там вырастут хурминстирии, сложно будет откопать Гая и показать полиции… тьфу, констеблям.

– Они все равно ничего не сделают, дело замнут, а вот за тобой будет пристальная слежка. Ты потеряешь работу, Ее Светлость непременно прогонит тебя, а в другие дома не возьмут.

– Это еще почему?

– Потому что никому не нужен работник, который вытаскивает грязные делишки семьи на всеобщее обозрение.

– Это убийство, господин Вэйтер! Это не “грязные делишки”, человека убили!

– Я разберусь, – уже тверже сказал мужчина.

Я вздрогнула от зазвеневшей стали в его голосе. Жуткое подозрение сковало мое горло, не позволяя больше произнести ни звука. Я больше не хотела обсуждать с господином Вэйтером смерть Гая. Мне показалось, пусть и всего на миг, что он к ней причастен.

– Доброго вечера, господин Вэйтер. Мне еще нужно закончить дела в замке, на ужине меня не будет, я слишком устала.

Зачем-то сделала книксен и поспешила в замок. В голове билась настойчивая мысль следить за военачальником, или даже подслушать его разговоры с кем-нибудь… Должен же он сообщить графине о том, что я нашла Гая?

Убийцы всегда возвращаются на место преступления, вот что я точно знала. Из детективов, разумеется…

Детективы. Эта мысль заставила меня замереть у двери в в мою комнату.

Гай читал записки сыщиков не просто так, он что-то искал. Он хотел отыскать убийцу графа? Почти уверена, что так оно и есть. Но что, если он был так близок к правде, что его за это убили?

Я судорожно прикрыла рот ладонями, чтобы не завопить. Во мне бурлила смесь негодования, злости и паники, а помочь мне было некому.

Никому в этом замке доверять нельзя. Никому, и в особенности господину Вэйтеру!

Камины я растопила во всех комнатах, где требовалось, еще до приезда господ. Так посоветовал Сэн, сказал, что графу и графине после поездки будет нужен отдых и что ужинать они будут в покоях, после чего примут ванну и лягут спать, а значит, комнаты к тому времени должны быть натоплены.

Графская чета прибыла около семи часов вечера. Действительно уставшие, они добрались до своих покоев в сопровождении Лейлы, а малышку Элли в ее комнаты провожала Велла.

Я мыла лестницу, когда они приехали, но так как заниматься уборкой при них нельзя, то мне пришлось спрятаться в нише на втором этаже. Но даже не только для того, чтобы меня не заметили господа, сколько для того, чтобы проследить, придет ли господин Вэйтер к своему брату. Видела, как выходит из покоев Лейла, как спускается вниз, от усталости едва переставляя ноги. Как потом Сэн приносит поднос в комнаты господам и уходит.

Господин Вэйтер появился поздно, около десяти часов. Я уже домыла последнюю лестницу, когда на этаже послышались шаги. Снова спряталась в уже знакомую мне нишу и замерла, не дыша.

Глава 11

Господин Вэйтер остановился напротив двери в покои своего брата, воровато оглянулся по сторонам и постучал негромко. Спустя пару минут граф впустил его, и я тут же бросилась к двери.

Прижалась ухом к гладкой деревянной поверхности, прикрыв второе ухо ладонью, чтобы лучше слышать. К счастью, беседа происходила в гостиной, и я все слышала, хотя мужчины говорили негромко.

– Как прием? Достаточно ли отдохнул, брат?

– Не спрашивай, – ответил Фрозес, и послышался звон стекла, а следом звук льющейся в бокал жидкости. – Маркиз Де’Гуер понемногу сходит с ума, но никто не желает замечать этого.

– Вот как? Я помню Джойера в здравом уме, он, кажется, даже простудой никогда не болел.

– Многое произошло за последние три года. Когда погиб наш отец королевство выдержало траур два месяца. Да ты и так это знаешь… После того, как все произошло, маркиз и свихнулся.

– Жаль его, но не от старости ли у него помутнение рассудка?

– Может быть, и так, Вэйтер, может и так. Но ты ведь не о приеме пришел спросить, верно?

Я еще сильнее прижалась к двери и с минуту слушала тишину. Потом военачальник заговорил.

– Что произошло такого, из-за чего Виоленна наняла на работу в саду девушку? Мы первая семья в Орандоне, а может, даже во всем Аберголе, у которой в саду работает женщина.

– Других кандидатов не было, а оранжерее необходим постоянный уход, ты ведь знаешь. Гай сбежал и целую неделю Сэну приходилось заниматься садом.

– Насчет Гая… Что послужило причиной его побега?

За дверью снова повисло молчание, а я уже буквально вросла ухом в дверь. В голосе графа не было ни тревоги, ни подозрительности, и это меня насторожило.

– Помню, что он был тебе другом, – произнес Его Светлость с тяжелым вздохом. – Печально, что он не оставил для тебя никакой записки. Но я на самом деле не могу даже представить почему он уехал так спешно. Все, что я знаю – я знаю со слов Виоленны, так что тебе лучше спросить у нее.

– Да, я поговорю с ней. Странно все это… Я пойду, доброй тебе ночи.

Я отскочила от двери как ужаленная и бросилась в нишу. Там застыла каменным изваянием до тех пор, пока господин Вэйтер не ушел в свои покои. Из того, что я услышала, можно сделать два вывода: господин Вэйтер не принимал участия ни прямого ни косвенного в убийстве Гая, или же он хотел узнать у Фрозеса, нет ли каких слухов по поводу исчезновения садовника. Почему-то я склонялась ко второму, наверное, из-за слишком спокойного отношения военачальника к смерти Гая.

Ну не верю я, что обнаружив труп друга в саду, можно остаться таким равнодушным! Господин Вэйтер и бровью не повел, когда увидел лицо мертвеца.

Пока брела до кладовых, чтобы вернуть на место тряпки и ведро, размышляла, не наплевать ли на дела, творящиеся в этом замке? Ну, подумаешь, мужик, закопанный в саду! Хурминстирии вызреют и скроют мертвеца. Все умирают, многих убивают, так что теперь, о каждом волноваться? Я и сама умерла, никто же по мне не плачет.

В комнату вошла в задумчивости, заперла дверь на ключ и села на кровати. Бесцельно скользила взглядом по стенам, тумбе, столу… Что это за листок?

Я взяла со стола кусок желтой плотной бумаги, смутно припоминая, что уже видела его. Да, точно, еще в первый день я нашла этот лист на полу и бросила на стол.

Сейчас что-то удержало меня от того, чтобы выбросить его в мусорку, и я невольно взглянула на строчки. Кто-то писал торопливо, размазывая чернила, так что почти ничего невозможно было разобрать. Только некоторые отдельные слова.

“Графиня… доктор Ма… отрава… Вина не Фрозеса… он не хотел… лакей, это все он… Не верьте Ее св… ”

Я склонила голову на бок, еще раз перечитывая фразу “лакей, это все он…” и, осознавая, что именно хотел сообщить Гай, испуганно прижала листок к груди.

Сообщение от садовника было не полным, куда-то делась вторая часть листка, а эту, судя по всему, не заметили. Но, что Гай хотел сообщить о докторе Майле?

Я вслух выругалась, когда осознание снова захлестнуло меня. Ну, конечно! В кабинете доктора Майла сотни разных бутылочек, среди них наверняка есть отрава, которую и подлили в воду графа.

Но который из лакеев был упомянут в записке? Три года назад в Вэйстон-Дай было не два лакея, а намного больше. Где теперь всех искать?

Я упала на кровать, застонав от бессилия. Мне срочно нужна чья-либо помощь, но кроме как к господину Вэйтеру я не могу ни к кому пойти со своими догадками. Но и к нему я не могу пойти, пока не выясню, что не он виновен в гибели садовника. Впрочем, совершенно точно ясно, что Гая убили за то, что он узнал, кто покусился на жизнь графа. Он точно знал, кто это сделал и за это его убили. Вот только господин Вэйтер не стал бы избавляться от Гая, сомневаюсь, что военачальнику была выгодна смерть отца.

Но кому она была выгодна? Фрозес не врал, когда говорил господину Вэйтеру, что не знает ничего о том, почему Гай исчез. А Виоленна?

Я должна узнать, что скажет Виоленна, и только тогда смогу выстроить свои догадки во что-то похожее на логическую цепочку.

– Дура ты, Ася, – буркнула себе под нос, скидывая туфли и забираясь под одеяло прямо в одежде.

Гая убили за то, что он сунул нос не в свое дело, теперь и я туда же лезу. Ну не дура ли?

Но почему-то я не могла оставить все как есть, мне совесть не позволяла спокойно работать в оранжерее, видя за стеклом могилу моего предшественника.

Половину ночи я не могла сомкнуть глаз. Все перечитывала записку Гая, в надежде разобрать еще хоть пару строк, но тщетно. Мужчина торопился, когда писал, возможно, он уже тогда знал, что за ним идут.

Я спрятала записку под матрас и сильно зажмурилась. Где-то читала, что если так сделать, то заснуть будет легче. Наверное, это сработало, потому что как я заснула не помню, а проснулась от стука в дверь.

– Ася! – радостным голосом звал Сэн. – Просыпайся, завтрак пропустишь.

Все-таки какой хороший будильник, думала я, пока плелась в ванную. Не отключишь!

В столовой уже было шумно, а все из-за того, что посреди стола стояли не тарелки с блинами и оладьями, а новенькие и роскошные ботинки.

– Я бы хотела на завтрак выпить чаю, а вот обувь еще не приходилось жевать, – зевнула я, плюхаясь на стул. – Что это?

– Разве не видишь? – проговорила Рози, с сияющими глазами. – Господину Вэйтеру пошили ботинки из драконьей кожи! Пресвятое мироздание, Ася, какая ты дремучая!

Рози рассмеялась по-доброму, подмигнув мне. Я только сейчас решила повнимательнее рассмотреть обувь и, надо сказать, немного разволновалась. Если все вокруг смотрят на эти ботинки с таким обожанием, то что-то с ними явно не так. Точнее, все так, может быть, они даже стоят целое состояние.

Ботинки были обычными, меня-то точно не удивить различными дизайнами. Толстая подошва была выполнена из грубой прочной кожи, а верх из более мягкой, молочного цвета. Дракон наверняка был жутко красивым, жаль, что продолжает свою жизнь на ногах военачальника.

– Думаю, все вдоволь налюбовались, – улыбнулся господин Вэйтер, убирая обувь под стол. – Луиса, можешь выносить еду.

Лакеи, конюхи и горничные, шумно переговариваясь, поспешили занять места за столом. Луиса вынесла несколько блюд и стопку тарелок, и мы принялись за завтрак.

– А вы будете носить их, господин Вэйтер? – с милой улыбкой спросила Эби.

– Разумеется. Надену сразу после завтрака.

– Вам все будут завидовать!

– Ну прям уж все, – рассмеялся мужчина. – Но вопросов от любопытствующим мне не избежать, это точно.

– Что в них такого? – не выдержала я. – Нет, ботинки безусловно красивые, но чему завидовать?

– Глупая Ася, – бросила Эби, морща носик.

Господин Вэйтер кинул на девушку грустный взгляд и со вздохом ответил мне.

– Драконья кожа не доступна для покупки, ее можно заполучить только на войне, и то редко. Драконы почти никогда не пересекают границу, так что шансов достать их кожу крайне мало. Ну а еще ботинки или, например, сумка из драконьей кожи никогда не испортится. Они долговечные и стоят невероятно дорого. Столько, что даже продай Вэйстон-Дай, не хватит денег купить подобную вещь.

– Примерно так я и думала, – кивнула я, засовывая в рот кусочек булочки. Не хватало мне еще чего-нибудь ляпнуть, и так глупой назвали.

После завтрака я проскочила в замок вслед за господином Вэйтером.

– А вы не хотите спросить у своего брата о причине пропажи Гая? – начала я издалека. – Вдруг он что-то знает?

– Я спрашивал.

– И… что он сказал?

– Сказал, что ничего об этом не знает, и что я должен спросить у Виоленны.

– Вы пойдете к ней?

– Нет.

– Почему же?

– У меня есть кое-какие мысли на этот счет, Ася. И если я спрошу у Виоленны прямо в лоб о том, почему Гай ушел, то боюсь, спугну ее.

– Спугнете? Не думаете же вы, что…

– Ася, – господин Вэйтер сверкнул глазами, крепко стискивая пальцы на ботинках, которые держал в руках. – Чем меньше ты знаешь, тем безопаснее будет твоя жизнь в Вэйстон-Дай. Мне бы не хотелось, чтобы ты пострадала. Я все выясню и со всем разберусь.

– Хорошо, – кивнула я и, откланявшись, вернулась в столовую.

У меня тоже появились некоторые мысли, как именно выяснить, кто причастен к смерти графа. Пока не знаю точно, как именно совершить задуманное, но я обязательно это сделаю.

Утро я потратила на мытье нескольких подоконников, тех, которые были видны всем, и лестниц, а потом отправилась в сад. Погода сегодня не баловала, на небе висели свинцовые тучи, грозящие вот-вот разразиться дождем. Как нельзя кстати пригодился шерстяной комбинезон, так что холода я не ощущала, лишь прохладный ветерок обдувал мое лицо. Роса на траве и не думала высыхать, так что довольно быстро мои тряпочные кеды промокли.

В саду для меня работы не было, что меня в какой-то степени начало волновать – кто-то ведь стрижет газон, вырывает сорняки в клумбах? Сомневаюсь, что все вокруг зачарованное, иначе бы и растения в оранжерее зачаровали от высыхания и вредителей.

В списке дел на сегодняшний день было ну очень странное задание. Я дважды перечитала строчку, а потом отправилась в оранжерею на поиски некого шарлея, чтобы… сжечь. Так было написано в задании, а кто я такая, чтобы его не выполнить?

Шарлеем оказалось пышное растение метра полтора в высоту. Его листья были высохшими, хотя я точно помнила, что видела это растение еще вчера и оно цвело и пахло. Сегодня от его белоснежных бутонов остались лишь сухоцветы, а зеленые мясистые листья были пожухлыми, словно сгорели под палящим солнцем.

Шарлей следовало вынести на улицу и там поджечь, потом вернуть кадку на место. Для чего такие манипуляции мне было неведомо, но я вытащила растение на улицу и отправилась в замок на поиски спичек.

На этаже прислуги было по обыкновению тихо. Конюх ухаживает за лошадьми, камеристки в покоях своих хозяек, горничные натирают полы или же стирают шторы, которых в этом замке бесконечное количество. Сэн наверняка гуляет по коридорам и ворчит, как много пыли повсюду, а Луиса сейчас должна быть на кухне, заниматься завтраком для господ. И только лакеи, как неприкаянные, шатаются по саду – я видела Стила у пруда, когда шла в замок.

В кладовых спичек не нашла, хотя точно видела их раньше на полках. Но когда двинулась в сторону столовой, чтобы спросить спички у Луисы, то из комнаты Жана донеслись голоса. Женский и мужской. Я-то была уверена, что Жан вместе со Стилом во дворе.

Я бы ни за что не стала подслушивать, но женщина говорила слишком громко. Даже внимания бы не обратила, но голос показался мне знакомым.

Застыла, когда до меня дошло, кто находится в комнате Лакея. Ее Светлость!

– Не стоит этого делать сейчас, – хихикала графиня.

Я вытаращила глаза, уставившись на закрытую дверь. вмиг забыла и про спички, и про несчастный шарлей.

– Фрозес уехал, он нам не помешает, – уговаривал ее Жан.

– Слуги вот-вот вернутся к обеду! Или кто-нибудь придет…

– Виоленна, моя комната заперта, и если ты будешь говорить чуть тише, о тебе никто не узнает.

– Извини, – снова захихикала графиня. – Но лучше я пойду, нехорошо получится, если кто-нибудь заметит меня выходящей из твоей комнаты.

Жан сказал ей что-то, послышался шорох одежд, стук каблучков, и я вихрем унеслась в столовую. У меня глаза на лоб лезли, стоило мне подумать о том, что я только что слышала! Ее Светлость и Жан?! Быть такого не может!

– Ася, что-то случилось? – из кухни выглянула Луиса.

Я не смогла ей ответить. Настолько была ошарашена, что дар речи пропал. Молча помотала головой, после чего быстро схватила коробок спичек, лежащий у канделябра на полке, и убежала на улицу.

Графиня спешила через сад к главному входу. Почему-то она не вернулась в замок через столовую… Хотя оно и понятно, не хотела столкнуться с Луисой.

Вот это точно не мое дело! Мне все равно кто с кем спит, а интрижка между Виоленной и Жаном вызывает лишь смех да и только. Но я все еще подозреваю графиню в убийстве Гая, значит ли, что раз Жан так близок с Ее Светлостью, то и он в курсе смерти садовника?

Я уже добралась до оранжереи, не разбирая дороги, когда из розовых кустов выскочил уже знакомый мне щенок.

– Эй, привет! – я обрадовалась возможности отвлечься мыслями и протянула руки к песику. – Да чей ты все-таки?

Не успела подхватить щенка, как из-за тех же кустов появилась Элли.

– Это твоя собачка? – с улыбкой спросила я ее.

Девочка смотрела на меня растерянно, как и в прошлый раз. Но теперь в ее глазах не было страха, только печаль.

– Как его зовут?

Элли поджала губки на миг и спрятала взгляд в землю.

– Ты совсем не говоришь, да?

Я не ожидала никакого ответа, но малышка вдруг отрицательно качнула головой.

– Что ж, ну и не обязательно разговаривать, – я снова улыбнулась. – Я сейчас буду жечь шарлей, хочешь посмотреть?

Девочка вскинула голову, глянула на меня с недоверием. Потом взяла щенка на руки и двинулась к оранжерее, а когда я не пошла за ней, то она повернулась, чтобы проверить, почему я отстала.

Ясно, поговорить нам не удастся, а вот жестами общаться я еще не научилась. Но теперь хотя бы точно знаю, что Элли не глухонемая, она просто почему-то не говорит.

К кадке с шарлеем мы подошли вместе. Элли держала песика на руках, чтобы он не мешал, и я обрадовалась тому, что щенок не побежит снова раскапывать трупы. Малышке такое видеть ни к чему.

Я поднесла зажженную спичку к одному из листьев и он тут же вспыхнул, словно бенгальский огонь. Я даже отскочила от испуга и рассмеялась, а Элли улыбнулась, лукаво посматривая на меня голубыми глазками. Пламя перекинулось на остальные листья и вскоре от растения не осталось ничего, кроме пепла. Вот уж не знаю, зачем было жечь бедный шарлей, но задание я на сегодня выполнила. В списке было что-то еще незначительное: полить некоторые из цветов, какие именно – были прописаны по названиям, и удобрить землю в пальмовидных растениях.

Все это мы проделали вместе с Элли. Малышка молча бродила за мной по всей оранжерее, терпеливо ждала, пока я принесу удобрения, и даже один раз сходила к пруду за водой. Я вспомнила рассказ господина Вэйтера о его детстве и почему-то решила, что Элли, так же как и ему, скучно и одиноко.

– Элли!

Я вскинула голову, услышав Веллу. Девушка бегала по саду, подхватив юбки.

– Элли, где ты?

– Милая, тебя потеряли, – усмехнулась я. – Думаю, тебе пора на завтрак.

Девочка кивнула, отыскала взглядом щенка и, забрав его, ушла. Я смотрела через стеклянную стену на то, как Велла, едва не падая в обморок от волнения, бежит к Элли, и как потом явно отчитывает ее за то, что та сбежала. Маленькая сестра графини обернулась на мгновение и, перехватив мой взгляд, потопала дальше.

Я бросила лейку у стола, села на скамейку и оперлась спиной о стену. В голове ураганом кружились мысли и работать было просто невозможно. На могилку Гая я старалась не смотреть. Пыталась вообще забыть о ее существовании, но перед внутренним взором то и дело появлялась серая безжизненная рука.

Глава 12

Сколько я так сидела, не знаю, но вскоре увидела, как отворяются ворота и во двор заезжает роскошная карета Его Светлости. Из замка в это время вышла графиня и зашагала к беседке. Я заметила в ее руках книгу и вспомнила, что мне можно попросить разрешение у Ее Светлости воспользоваться библиотекой. До сих пор я в ней еще не была и камин не топила и, вспомнив сейчас об этом, подскочила как ужаленная.

Нет, я не побежала в замок, я помчалась к графине – спрашивать разрешения.

– Ваша Светлость! – запыхавшаяся, остановилась у входа в беседку и отвесила поклон, не поднимая взгляд на женщину. Боюсь, увидь я ее глаза, сразу бы рассказала, что все знаю о ней и Жане. – Вы позволите мне взять книгу из библиотеки?

– Что ты читаешь? – бросила графиня, перелистнув страницу.

– Все, что называется книгой, Ваша Светлость, – ответила я, даже примерно не представляя, какие жанры существуют в Аберголе.

– В библиотеке на втором ярусе есть зеленый шкаф, ты его уже наверняка видела. В нем хранится литература, доступная для чтения слугам. Можешь взять из этого шкафа любую книгу, но только из него.

– Благодарю! – присев в реверансе, я поспешила в замок.

По дороге мне встретился Сэн, он нес на подносе чайник и чашку, видимо, в беседку. Мы обменялись с дворецким взглядами и разошлись. Я же теперь стала за всеми обитателями замка наблюдать с излишней подозрительностью, будто могла увидеть в их взглядах ответы на все свои вопросы.

Но, увы, ответов не было, а я запутывалась все больше, и в конце концов, решила плюнуть на все эти убийства и измены. Сделать мне этого не позволил господин Вэйтер.

В библиотеку я отправилась, прихватив с собой ведро для золы. Все-таки камин нужно было топить, и как я вообще могла забыть про него, ума не приложу.

Перед дверью немного занервничала от охватившего меня чувства восторга, ведь вот-вот я войду в помещение, где хранятся все знания о незнакомом мне мире!

В библиотеке было ощутимо прохладнее, чем в остальных комнатах, а еще здесь было всего одно окно. Само помещение оказалось не таким большим, как я себе его представляла, но для меня, никогда не имеющей собственной библиотеки, оно показалось огромным.

Пока я, стоя в начале комнаты, разглядывала двухуровневые стеллажи и узкую лестницу, с помощью которой можно было подняться на второй уровень, господин Вэйтер рассматривал меня. Я его не видела и даже не обратила внимание на то, что камин затоплен, а за читальным столом горит фонарь.

– Ася? – тихонько позвал он, и я вздрогнула от неожиданности.

– Вы меня напугали. – Я двинулась к камину, чтобы оставить возле него ведро и потом воспользоваться при необходимости. – Что вы здесь делаете?

– Читаю, – пожал плечами мужчина, кивая на толстую книгу, лежащую перед ним на столе. – А ты?

– Пришла затопить камин. И Ее Светлость позволила мне выбрать любую книгу из зеленого шкафа.

– Он вон там, – военачальник указал рукой рукой на второй уровень стеллажа, располагавшегося в углу возле выхода. – Какие романы тебе нравятся?

– Всякие, – уклончиво ответила я. – А вам?

– Читаю дневники, чаще всего. На данный момент меня интересует дневник великого доктора Килла, он первый из лекарей стал изучать вскрытие трупов.

– Это вам зачем? Вы же не собираетесь раскапывать несчастного Гая? – ужаснулась я.

– Ни в коем случае. Я лишь укрепляю свои знания, не более того.

– Как вы думаете, как именно убили Гая? Его задушили или отравили?

Господин Вэйтер взглянул на меня скептически, но тут же вернулся к чтению.

– Не представляю. Я видел лишь его лицо, сложно по нему понять хоть что-то.

Я ничего не стала больше говорить, хотя сказать хотелось многое. И про Виоленну с Жаном, и про записку садовника, и про то, что он, скорее всего, догадался, кто убил графа. Но я молчала изо всех сил, и мое молчание было вознаграждено. Правда, нескоро.

Перед зеленым стеллажом я стояла неприлично долго. Во-первых, пыталась разобраться, что за истории могут скрываться под названиями вроде “Шмель, пчела и цветы”. Во-вторых, я искала записки и дневники сыщиков, но их здесь не было. Что-то мне подсказывало, что графиня убрала все подобные книги после того, как Гай “спалился”.

Подошедшего ко мне господина Вэйтера я снова не заметила, мужчина, будто приведение, передвигался бесшумно.

– Хочешь, помогу тебе выбрать?

– Да, пожалуйста.

– Романы про любовь? – улыбнулся военачальник, трогая корешки нескольких книг в красных обложках.

– Только не их.

– Не нравятся истории о возрождении чувств между людьми?

– Не нравятся сказки, – фыркнула я.

– По-твоему, любовь – это сказки?

– Уверена в этом.

– Почему же?

– Не верю в то, чего никогда не видела, – бросила я, хватая с полки первую попавшуюся книгу. – Я возьму эту, спасибо.

Сбежала с лестницы прежде, чем господин Вэйтер успел сказать что-то еще и, уже выходя из библиотеки, взглянула на название томика, который держала в руках. “Любовь среди звезд” – называлась история, и я поняла, как глупо выглядела перед военачальником. В любовь не верю, но выбрала романтическую историю.

Я брела до своей комнаты, пребывая в смешанных чувствах. Почему-то пару минут назад, стоя близко к господину Вэйтеру, была слегка взволнована и о романтике говорить с ним мне не хотелось. Он-то наверняка много раз влюблялся. В его возрасте и женщин у него было уже много, может быть, даже не один десяток. Я же не была искушенной в любовных делах, со мной на такие темы говорить неинтересно, и я побоялась выглядеть в глазах красивого мужчины наивной дурочкой.

Обед пропустила по похожей причине – не хотела встречаться с военачальником. Уже потом я узнала, что обедал он со своей семьей, а у нас на столе была икра и поджаренный хлеб с маслом. В общем, зря я не вышла в столовую.

Но зато книга оказалась такой интересной! Я уже давно перестала думать о том, что с легкостью понимаю чужой мне язык. Многие слова мне были непонятны, но лишь по тому, что они обозначали что-то, чего я ранее не встречала в жизни. Приходилось додумывать по ходу чтения.

История была интересной. Про дракона и юную девушку из некого Пренстоля. Девушка – ее звали Нира, влюбилась в дракона, а он в нее. Зверь брал ее с собой в полеты, они путешествовали по миру, а умерла Нира от старости, на спине дракона, когда они оба были в облаках.

Я даже немного всплакнула в конце, честно признаться. Любовь в книжках всегда описывалась как что-то само собой разумеющееся, будто только пальцами щелкни, и она тут же тебя найдет. Вот только в жизни так не бывает. За мои тридцать два года я даже не встречала никого, кто был бы влюблен в кого-либо так сильно, чтобы их любовь не подвергалась сомнениям.

Я отложила книжку со вздохом. Хотелось бы и мне, подобно Нире, влюбиться и умереть рядом с любимым от старости. Хмыкнула, подумав о том, что и так уже умерла рядом с любимыми помидорами и цветами.

На улице стало совсем темно, почти как ночью. Грозовые тучи почернели и разразились ливнем, но по стеклу что-то било так сильно, что я заглянула за штору, чтобы проверить, что именно. Град! И не просто град, а крупный, размером с куриное яйцо!

В коридоре раздались бегущие шаги, и почти сразу в мою дверь принялся тарабанить кто-то очень сильный.

– Ася! Ася! – кричал дворецкий, будто пожар случился.

Я поспешила открыть дверь паникующему старику.

– В чем дело?

– Град пошел, побьет ведь все в саду!

– А что я могу сделать? – оторопела я.

– Надо срочно закрыть две клумбы с редкими розами, они находятся возле беседки. Розы синие и черные, ты же их видела?

– Сэн, на улице град, как ты и сказал, а я видела какого он размера. Меня убьет, едва я выйду на улицу.

– Розы нужно спасти! – верещал дворецкий. В его глазах плескалась смесь ужаса и паники.

– Я не выйду из замка.

– Я с тобой пойду! Давай, скорее!

Я выругалась, а Сэн в это время уже бежал к кладовым. Пришлось бежать за ним, а что происходило дальше – выше моего понимания. Дворецкий надел на свою голову железное ведро, придерживая его одной рукой, другой протянул мне такое же. Я, чувствуя себя словно в розыгрыше, осторожно проделала с ведром то же самое. Сэн быстро хватал с полок деревянные рейки и моток ткани, а когда все повалилось из его руки, то мне пришлось ему помочь.

Розы было уже не спасти, я это точно знала. Сколько времени идет град, минут пять? За то время он прибил все посадки в саду, а розы – цветы хрупкие.

Дворецкий уже мчался на выход, я следом за ним. Мы одновременно выскочили на улицу и я тут же об этом пожалела. Одна градина упала на мой необычный головной убор и от получившегося звона я едва не оглохла. Но удары по ведру еще полбеды, град хлестал меня по плечам, рукам и ногам. Сказать, что было больно – не сказать ничего. Из глаз брызнули слезы, но я упорно бежала вслед за Сэном, ведь и ему приходилось не легко.

До беседки мы добрались кое-как, я дважды подскальзывалась и падала, а когда нашему взору предстали заваленные градом клумбы с розовыми кустами, я, не желая горевать в моменте, когда меня может убить, заторопилась назад.

– Ася?

– Сэн, их не спасти! – крикнула я, хватая дворецкого за рукав.

До замка было далеко, а вот до оранжереи рукой подать, поэтому я потащила старика к ней. Вот уж не знаю, из какого стекла были сделаны стены и крыша, но оранжерея уцелела.

Когда мы заскочили внутрь, Сэн едва ли не рыдал. Он отбросил ведро и прижался всем телом к стеклянной стене лицом к саду.

– Да перестань! Ее Светлость знает же, что мы не способны повлиять на погодные условия. Град никто не ждал.

– А должны были! – взвизгнул дворецкий. – Ты ведь видела, какие тучи повисли над городом? Градовые тучи!

– Я не разбираюсь в тучах, Сэн.

– Розы… Пресвятой Создатель, помоги мне…

– Так, стоп! От штрафов еще никто не умирал, подумаешь, пару золотых снимут.

– Головы с плеч наших снимут, Ася!

Я вздрогнула, ужаснувшись тому, с какой обреченностью в голосе Сэн это произнес.

– За розы?..

– За редкие розы!

– Ее Светлость… она правда нас… того? Тебя-то за что?

– За то, что не уследил. Ты под моей ответственностью, к несчастью.

– Ну прости. Понятия не имела, что пойдет град. Что хоть за розы-то были?

– Из другого мира, – зашептал Сэн, вытаращив глаза. – Графине Бронт их принесли в дар, когда она была совсем маленькой. Я помню тот день, прием был большой и громкий, молва о редких цветах пронеслась по всему Орандону. Да и они не просто редкие – таких больше нет.

– Не существует других миров, – пробормотала я, подозрительно покосившись на старика.

– Еще как существуют! Правда, никто в них не верит. Графине Бронт эти розы преподнес мужчина, но кто он, никто не знает. Он был одет в длинный черный плащ с широким капюшоном, который скрывал его лицо. Незнакомец исчез так же быстро, как и появился, ну а его визит обрастал легендами не один год.

– Обманули вашу Виоленну, – фыркнула я. – Это обычные розы, просто выращивают их где-нибудь далеко отсюда.

– Это уже неважно, – всхлипнул Сэн. – Ее Светлость уверена, что их принесли ей из другого мира. Она за гибель этих роз может сделать с нами все, что угодно.

– Да не погибли же они! Соцветия уничтожены, но черенки-то остались. Я порежу их и высажу, и будет у твоей графини еще больше кустов.

– Правда? – дворецкий глянул на меня с надеждой.

– Правда. Успокойся, – вздохнула я, опускаясь на тропинку. – Переждем град здесь, потом вернемся в замок и я схожу к Ее Светлости.

Ноги и руки жутко болели, я кряхтела, как старуха, когда приходилось шевелиться. От ладони до локтя кожа покрылась фиолетовыми синяками и, судя по ощущениям, ноги были в таком же состоянии. Да и в ушах все еще звенело аж до головной боли.

– Доктор Майл даст какие нибудь мази? – спросила я без надежды.

– Если господин Вэйтер попросит у него.

– Ее Светлости совсем не жаль нас?

– Нет, что ты, – Сэн спрятал взгляд в пол. – У нее просто нет времени на всех слуг. Так-то она добрая… бывает иногда. Помню, как-то раз Луиса подвернула ногу, так графиня позволила ей взять старенькую повозку, которой пользуются для перевозки овса, чтобы съездить в город к лекарю. Доктор Майл тогда уехал на два дня, так бы он, конечно, осмотрел Луису.