Текст книги "Темные секреты Вэйстон-Дай (СИ)"

Автор книги: Теона Рэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 12 (всего у книги 15 страниц)

Я даже не поела, аппетита не было. Поэтому, передав дела Геворку, поспешила в свою комнату. Там я предпочла поскорее заснуть, чтобы не думать о том, что мы с Вэйтером могли бы… Ничего бы у нас не было и быть не могло, все, точка.

Но как только я закрывала глаза, перед внутренним взором появлялся военачальник. Он улыбался мне так, что сердце щемило, и я предпочитала пялиться в потолок, чтобы не зайти в своих фантазиях слишком далеко.

Тихий стук в дверь раздался спустя час после того, как я ушла из столовой. Кто бы ни пришел, он выбрал не лучшее время для беседы!

– Ася, спишь?

Я подскочила на постели, услышав Вэйтера.

Пока я решалась ответить, послышались удаляющиеся шаги. Сама не понимая, зачем, рванула к двери, дернула ее на себя и шикнула в темноту коридора:

– Не сплю я!

Темный силуэт повернулся в мою сторону. Лицо мужчины я не видела, но чувствовала, что Вэйтер улыбается.

– Мне что-то не спится, – негромко сказал он. – А тебе?

– Тоже не могу заснуть. Все думаю о вас.

– Обо мне?..

– В смысле, о том, что вы скоро станете тут главным, – поспешила оправдаться я.

– Не стоит обсуждать это здесь. Я хочу пригласить тебя на прогулку, если ты не возражаешь. Мне на самом деле нужно поговорить о своем будущем, а кто, как не ты, выслушает и поймет.

– Рита, например, – я старалась произнести это спокойно, но голос дрогнул.

Вэйтер молчал с минуту, обдумывая.

– Одевайся, я подожду тебя у выхода.

Он ушел, а я принялась быстро натягивать на себя комбинезон. Лямки застегивала уже на ходу, а когда вышла на улицу, осторожно прикрыла за собой дверь и огляделась.

– Вэйтер?

– Иди сюда, – послышалось из-за деревьев.

– Где мы будем гулять? – я двинулась за угол, где находился мужчина.

– По крыше. Там нас точно никто не услышит.

Вэйтер провел меня к неприметной двери в стене, отворил ее и двинулся в темноту первым, ведя меня за собой под руку.

– Здесь крутая лестница, ступеньки все ровные, иди, считая.

– Считать-то зачем?

– Чтобы не оступиться.

С этими его словами моя правая нога соскользнула с края ступеньки. Я стойко выдержала неприятные ощущения в лодыжке и дальше шла, считая каждый шаг. По десять ступеней в пролете, всего двадцать пролетов. Не скоро, но мы наконец вышли на крышу. Отсюда, наверное, открывался чудесный вид на сад, вот только небо было пасмурным, тучи закрывали луну и ничего не было видно.

Впереди виднелись очертания предметов. Лавочка, стол, два стула. Вэйтер провел меня к лавке, помог сесть и опустился рядом.

– Здесь нас никто не услышит.

– Если кто-нибудь не выйдет подышать свежим воздухом, – хмыкнула я. – Вы знали, что Эби видела нас той ночью? Она хотела рассказать это всем, но не успела.

– Это уже неважно. Ася, – Вэйтер повернулся ко мне и взял мои руки в свои. – Завтра мы с Ритой поедем к главнокомандующему королевской стражей. Я объясняю ему все и скажу, что ему нужно приехать через два дня. К этому времени ты должна разговорить Элли.

– К чему такая спешка? Мы ведь решили делать все постепенно.

– Да, но это было до того, как отряд воинов, который послал отец Виоленны в Траорию, оказался разгромлен. Мне пришло письмо пару часов назад. Моя армия должна вернуться на границу, и если это случится, то на ближайшие три года наше расследование остановится.

– Нельзя этого допустить. За три года Виоленна еще что-нибудь удумает…

– Или родит ребенка, и тогда мне графство не вернуть. По закону Вэйстон будет принадлежать ее сыну, ну или дочери.

– А вы ведь должны будете жениться, – я тяжело сглотнула, произнеся это, и тут же вздохнула, беззаботно добавив: – Есть уже кто-то на примете? У вас будет всего месяц, так?

– Да, всего месяц, – ответил Вэйтер всего на один вопрос, грустно усмехнувшись. – Не думал, что мне придется принять наследство, но я боюсь, что Виоленна не оставит от графства и следа. Сколько ее помню, она всегда была лидером, все ее решения должны были приниматься беспрекословно. Мой брат любит ее и не перечит, но за эти три года, что они стоят во главе. Вэйстон и Вэйстон-Дай потерпели не лучшие изменения. Я еще не видел документов, но поговаривают, что в этом году пшеничные поля не были засеяны, а чайная плантация выгорела еще два года назад, и никто о ней не позаботился. Слуги, опять же, уволились из замка. При моем отце этот дом был полон гостей и веселья. Та столовая, где вы все едите, была намного больше. Видела свежие доски на стене? Это Сэн забил проход во вторую столовую, потому что она больше не нужна.

Вэйтер, выговорившись, замолчал. Мне, наверное, нужно было как-то поддержать его, но слова никак не шли с языка, я все думала о женитьбе будущего графа. Он не ответил на этот вопрос, что только укоренило во мне уверенность в том, что Рита будет его избранной.

Я поежилась от внезапного порыва ветра, и не успела опомниться, как оказалась закутана в пиджак Вэйтера.

– Погода испортилась, – сказал он, не разжимая объятий. – Скоро осень, а наступает она всегда слишком резко.

– А что, если Элли не заговорит? Вы приведете стражей, а она не скажет ни слова о том, что видела. Может быть, она уже все забыла? Ей было всего два года, когда погиб Его Светлость.

– Она все помнит, я в этом уверен. Если бы не помнила, Виоленна не стала бы поить ее отравой. Но ты должна выяснить. Приступаешь завтра?

– Да. Я пока не знаю, что входит в мои обязанности… Вэйтер, а что станет с Элли, когда ее сестру отправят на Север?

– Я удочерю ее, разумеется. Элли была внебрачным ребенком матери Виоленны, но та погибла при ее рождении. Отец Виоленны знать ее не хочет, так что вернуть Элли родным не выйдет.

– Удочерите? А что, если ваша новая жена не захочет этого?

– У нее будет выбор.

– Какой?

– Принять мое предложение и стать мачехой маленькой девочки, или не принимать и выйти замуж за другого человека.

– Как все сложно у вас.

– У кого “нас”?

– У аристократов. Простые люди не вынуждены жениться немедленно, чтобы не потерять дом, а вы… Рита захочет взвалить на себя такую ответственность?

Я выпуталась из кольца рук Вэйтера и вернула мужчине пиджак.

– Рита? О чем ты?

– Мне казалось, вы собрались жениться на ней. Я слышала кое-что… Неважно, простите. Я бы хотела пойти спать. Завтра обязательно разговорю Элли, и обо всем сообщу вам.

И снова Вэйтер не стал рассеивать мои догадки. Я даже не видела его лица, чтобы понять, угадала ли я. Мужчина помог мне спуститься с крыши, проводил до комнаты и ушел. Я рухнула на кровать, раз и навсегда решив потушить в себе то слабенькое чувство, проснувшееся к Вэйтеру, и этой ночью грозившееся разгореться еще сильнее.

Глава 21

– Поторапливайтесь, девочки! – Луиса носилась по столовой, пока мы наспех глотали еле теплую кашу. – Рита с рассветом уехала с господином Вэйтером, Эби пока не готова к работе. Мы ничего без них не успеем! Ася, доктор Майл сказал, что сегодня Элли отпустят. Вот это тебе, – экономка положила передо мной исписанный пергамент. – Расписание дня Элли. Надеюсь, разберешься? Если что-то будет непонятно, сразу ко мне!

Я не успела и слова сказать, как Луиса уже умчалась на кухню. С самого утра в замке творился какой-то хаос, причины которого были мне неизвестны. Конюх и возничий поели быстро и убежали в конюшню, лакеи на завтрак не приходили, из-за чего Сэн не переставая ворчал что-то себе под нос. Только потом я расслышала его недовольное “Гуляют всю ночь, а работать кто будет?”

– Так мне идти в лекарскую? – спросила я Лейлу, которая собиралась уже покинуть столовую.

– Да, идем со мной. Я сейчас должна помочь Ее Светлости подготовиться к завтраку, заодно провожу тебя.

Я поспешила за камеристкой, приглаживая юбку нового платья. Луиса выдала мне его перед завтраком, сказала, что нового мне не видать, а форма Веллы мне будет в самый раз.

– Камеристки всегда должны носить платья? – ворчала я, торопясь по лестнице за Лейлой.

– Да. Мы личные служанки господ, и должны выглядеть соответствующе. Да ты не волнуйся, тебе понравится эта работа. Ты не представляешь, на каких приемах я была! Когда графа и графиню приглашали во дворец короля, мне и Велле были выделены покои в башне, откуда открывался умопомрачительный вид на море! А какие там были простыни на кроватях, а завтрак!

Лейла всю дорогу восхищенно рассказывала мне обо всех прелестях работы камеристкой, что я не могла не перенять ее воодушевленное настроение.

– Здорово, – улыбнулась я. – Жду не дождусь, когда нас еще куда-нибудь пригласят.

– Ой, Ее Светлость все время ездит на приемы и балы. Мы недавно были у герцогов, где принцесса позвала ее на ужин. Кажется, через неделю уже нужно будет ехать. А это, между прочим, совсем не близко. Ее Высочество живет в столице, до Выдорга четыре дня пути.

– Четыре дня? – я замерла на последней ступеньке, вытаращив глаза. – А как же ехать так далеко в карете?

– Что в этом такого необычного, Ася? Слуги едут не в одном экипаже с господами, так что мы можем хоть спать, хоть читать, все, что душе угодно. На ночь мы всегда останавливаемся в лучших гостиницах, завтракаем в роскошных ресторанах. Не работа – мечта!

“Да уж”, – подумала я. – “Действительно, мечта”

Лейла скрылась в покоях графьев, а я побрела в лекарское крыло, по пути обдумывая плюсы и минусы новой должности. Вообще-то минусов я пока не видела, разве что не очень понимала, как я буду работать, когда Вэйтер станет главным. Будет ли он брать Элли на приемы и балы, и удастся ли мне хоть разочек побывать во дворце короля? Наверное, будет. Насколько мне известно, знатные семьи ездят на ужины к другим знатным семьям в полном составе, а Элли вроде как будет падчерицей Вэйтера.

Эта мысль меня немного успокоила, и я стала мечтательно обдумывать свое будущее в роли камеристки приемной дочери графа.

– Ася, проходи, – доктор Майл махнул мне рукой, заметив, что я мнусь у приоткрытой двери.

– Доброе утро, – шагнула в кабинет, бросила взгляд на спящую Элли, и обратилась к лекарю. – Луиса сказала, что сегодня Элли может вернуться в свою комнату, так?

– Совершенно верно. Девочка чувствует себя намного лучше, синяки прошли, рана на бровке зажила. Как только Элли проснется, можешь отвести ее в покои. Завтрак для нее принесет Луиса и тогда уже все тебе объяснит.

Доктор Майл отложил стопку бумаг и глянул на меня из-под очков.

– Так… Ну, я должен уехать, а ты тут сама справишься. Еще кое-что, – старик вытащил из кармана уже знакомый мне бутылек с черной жидкостью. – Элли должна пить это дважды в день. Пять капель на стакан воды. Утром, как только проснется, и вечером перед сном. Запомнила?

– Запомнила, – глухо отозвалась я и поспешно улыбнулась.

– Тогда я оставляю тебя со спокойной душой, – старик, проходя мимо, ободряюще пожал мою руку.

Бутылек я сунула в карман, стараясь не думать о том, что мне снова придется обманывать малышку, чтобы она выпила эту настойку.

Элли зашевелилась и распахнула глаза. Уставилась на меня с любопытством, не страхом.

– Привет, – поздоровалась я, как можно радостнее. В надежде ждала ответ, но девочка молчала. Видимо, доктор Майл уже успел напоить ее. – Я твоя новая служанка, ты рада?

Элли села на постели, отбросила одеяло и спустилась на пол. Многозначительно посмотрела на дверь, потом на меня.

– Да, мы с тобой сейчас пойдем в твои покои. Тебя отпустили, правда здорово?

Малышка, даже не кивнув в ответ, потопала к двери. Я двинулась следом за ней, стараясь вспомнить, где располагаются ее покои, но девочка сама привела меня к ним. Камины я не топила уже несколько дней, но всем будто бы было все равно на это. Ее Светлость ни разу не обратилась ко мне с вопросом, почему не натоплены комнаты, а я об этом благополучно забыла, погрязшая в выяснении ее виновности. Что-то мне подсказывало, что и сама графиня Бронт была замучена чем-то важным, таким, что напрочь выбило из ее головы мысль о каминах.

– Смотри! – обрадованно воскликнула я, заметив под кроватью щеночка.

Птитим потявкал, увидев хозяйку, и радостно виляя пушистым хвостиком, бросился к Элли. Девочка заулыбалась, схватила щеночка и крепко прижала к себе. Я устало вздохнула, стискивая пальцами пузырек с настойкой в кармане. Тяжело мне будет подружиться с ребенком, который не может говорить. Главное, продержаться два дня, если все случится так, как задумал Вэйтер.

Птитим был выпущен из плена нескоро. Элли или скучала по нему так сильно, что не хотела расставаться, или же старалась показать мне, что я ей неприятна.

– Элли, хочешь расскажу секрет?

Девочка недоверчиво взглянула на меня из-под полуопущенных ресниц. Забралась на диван у камина, обложилась маленькими подушечками и уставилась на угли.

Я подсела к ней, и сказала тихо-тихо, чтобы никто не услышал:

– Сегодня ночью я не буду давать тебе лекарство.

Маленькие пальчики застыли, стиснув уголок подушки. Синие глаза распахнулись в неверии.

– Правда, только если ты никому об этом не скажешь. Доктор Майл меня наругает, если узнает, что я этого не сделала.

Девочка быстро-быстро закивала и, не успела я опомниться, как была заключена в ее крепкие объятия.

– Вот и хорошо. Будем дружить, да?

Элли спрыгнула с дивана, побежала к ванной комнате, но увидев, что я за ней не иду, приглашающе помахала ручкой.

Малышка была одета в ночное платье с длинными рукавами, волосики растрепанные и грязные. Несколько дней ребенка не купали, и я не сразу сообразила, что эта обязанность теперь на мне. Я была не сильно осведомлена в вопросах купания детей, и боялась сделать что-нибудь не так. Но вместе мы справились.

Элли помогла мне наполнить ванну, развести под ней огонь, а когда вода нагрелась, беспрекословно забралась в нее и терпеливо ждала, пока я разберусь в десятках бутылочек. В конце концов я сдалась, и Элли пришлось показывать мне, в каком пузырьке шампунь, а в каком мыло.

Я не могла не улыбаться, глядя на совершенно счастливое личико маленькой девочки. Элли беззвучно смеялась, когда мыльные пузыри лопались, и все время поглядывала на меня. Даже мне, не знакомой с детскими причудами было понятно, что девочке катастрофически не хватает внимания.

– Волосики мы помыли, – сказала я ласково, сооружая на голове девочки башню из волос и пены.

Я поднесла зеркало и Элли снова рассмеялась, все так же не издав ни звука.

Когда купание было закончено, мы долго выбирали платье. Гардероб этой пятилетней девочки мог бы потягаться с любым бутиком на Земле. Столько разных одежд для одного человека я никогда в жизни не видела! Десятки платьев, еще больше костюмчиков, юбок, жакетов, а обуви и вовсе три стеллажа!

– Знаешь, мы могли бы стать жутко богатыми людьми, если бы продали все это, – хохотнула я, натягивая на Элли через голову шелковое зеленое платьице. Но, взглянув на девочку, тут же ее снова раздела. – А давай-ка мы с тобой наденем костюм?

Элли радостно закивала, и выбор наряда был определен.

Спустя час, когда ребенок оделся в бархатный брючный костюм, и я заплела ей волосы в косу, в двери покоев постучали.

– Войдите!

– Я принесла завтрак, – в проем просунулась голова Луисы, а после и вся она, вместе с подносом, полным угощений. – Смотрю, вы тут справляетесь?

– Мы быстро нашли общий язык, – кивнула я.

Мой взгляд зацепился за миску с сырым мясом, стоящую на подносе, и наверное, я выглядела такой ошарашенной, что Луиса поспешила объясниться.

– Это для Птитима. Щенок ест только утку и говядину, иногда каши, но не на завтрак.

– Так это ты следишь за щенком все время?

– Ну а кто же еще? Малышке не до него, а я все ж главная по хозяйству. Ася, я и тебе принесла тарелку. Вот, держи. Элли не любит есть в одиночестве.

– Спасибо, – я приняла тарелку из рук экономки, и женщина ушла.

Элли кушала с аппетитом, щенок и вовсе повизгивал от удовольствия, стараясь проглотить кусочки мяса, не жуя. И только мне кусок в горло не лез. Я все смотрела на девочку и пыталась представить, каково это – три года молчать не по своей воле?

Завтрак был окончен совсем скоро. Птитим завалился спать на том участке пола, который нагрелся солнцем, а мы отправились в сад. Элли сама меня туда потащила, буквально за руку.

– Чтобы не тратить время попусту, пойдем-ка мы с тобой проверим, как поживают черенки, которые я посадила после града.

Элли вопросительно взглянула на меня. Я чувствовала, как много всего она хочет спросить, но не может, поэтому старалась не замолкать и описывать едва ли не каждый свой шаг.

– Град побил не только нас с тобой, но и розы твоей старшей сестры, – говорила я, направляясь к беседке.

Элли быстро перебирала ножками, чтобы успеть за мной, но все время притормаживала, чтобы потрогать то травинку, то листик от дерева, то сорванный ветром цветок, оставшийся лежать на земле после урагана.

– Кусты я оставила на месте, а сломанные веточки посадила в землю… Вот, смотри! – я указала на несколько бугорков, из которых торчали черенки. – Прижились почти все, правда здорово?

Элли пожала плечами и улыбнулась.

– А теперь найдем нашего нового садовника и попросим его полить саженцы.

Еще около часа мы бегали по саду. То в оранжерею, то к розовым кустам, то в беседку. Геворк был найден в кладовых в замке. Садовник получил задание сделать отвар из ивовых веточек и полить розы, пообещал, что все сделает в лучшем виде, а потом стал выяснять, какими чудесными свойствами обладает такой отвар. А я и сама не очень понимала, просто помнила, что так делала моя соседка, и розы у нее всегда были на зависть всем.

– Ты, наверное, и писать не умеешь, да? – без какой-либо надежды спросила я у Элли, когда мы прилегли на полянке на берегу озера. Девочка отрицательно покачала головой. – Очень плохо. Все было бы куда проще… А давай учить буквы?

Элли прищурилась, и я не смогла понять, одобряет ли она мою идею, но настаивать не стала. Хотелось провести занятие так, чтобы Бронты ничего не заподозрили, но Элли ведь наверняка им все если не расскажет, то покажет.

В безмолвной тишине мы провели еще некоторое время. Я изнывала от скуки, совершенно не представляя, чем занять ребенка. Когда надоело слушать птиц и шум листьев, отправились в замок, там, как оказалось, в покоях Элли было много книг со сказками. Девочка увлеченно слушала, но недолго. После того, как книги вновь заняли свое законное место под кроватью, я попробовала научить Элли играть в “ладошки”. Но и это занятие ей радости не принесло.

Как же мне не хватало Веллы, чтобы она объяснила, как умудрялась проводить с маленьким ребенком так много времени и не сойти с ума!

– Чем ты любишь заниматься? – сдалась я, устало падая на пол.

Малышка подскочила на ноги и закружилась по комнате, без слов давая мне понять, что любит танцевать. До самого обеда мы танцевали, прыгали и бегали, и если маленькая девочка спустя несколько часов еще была полна энергии, то я к этому времени падала без сил. Первый рабочий день в качестве камеристки еще не был закончен, а я уже хотела проситься назад в оранжерею.

Вот только стоило мне об этом подумать, как сердце сжималось от жалости. Я смотрела в ясные глаза ребенка и улыбка сама собой появлялась на моих губах, а желание наказать тех, кто ее обидел, усиливалось стократно.

Дверь отворилась и в покои влетела запыхавшаяся Лейла.

– Ты расписание в столовой оставила! – выкрикнула девушка, бросая передо мной лист пергамента, и вновь выскочила за дверь.

– Пожар что-ли? – хмыкнула я, подбирая листок. – так, расписание… Лекарство, завтрак, прогулка, общение с Птитимом… Обед, дневной сон, чтение, свободное время, ужин, купание, сон… Элли, у тебя распорядок дня как у младенца.

Малышка надула губы, пожимая плечами.

– Тобой же совсем не занимаются… Знаешь, а давай мы все же будет что-нибудь учить, например, буквы или цифры, и это будет нашим секретом?

Девочка ожидаемо согласно закивала. Я протяжно вздохнула, молясь, чтобы поскорее наступила ночь. У меня уже у самой голосовые связки будто онемели!

Время, как назло, тянулось медленно, но наконец часы пробили час, когда мне пора было возвращать Элли ее сестре, а самой идти на обед. У меня было ровно два часа, после чего Элли нужно было забрать из столовой господ и отвести на дневной сон.

К счастью, на дневной сон Элли укладывалась с удовольствием, только опасливо косилась на меня, когда я наливала ей воду из графина в чашку. Девочка все же сделала пару глотков воды и почти сразу заснула.

– Вот и молодец. Я скоро вернусь, – прошептала я, задергивая полог.

В коридоре раздались шаги и голоса, я, прислушавшись, поняла, что вернулись Рита и Вэйтер. Поспешила к ним, но до двери бежала на цыпочках.

– Рита! – шепотом окликнула девушку, когда та уже заходила за Вэйтером в его покои.

Сыщица, увидев меня, махнула рукой приглашающе.

– Главнокомандующий приедет завтра утром, – сказал Вэйтер, не успела я войти в покои.

– Как это?

– Он вообще хотел приехать сегодня, – вздохнула Рита, опускаясь на диван. – Вэйтер его еле уговорил дождаться, пока Элли не будет способна говорить.

– А если она не заговорит? – паниковала я, кусая кончики пальцев. – Что, если она заговорит, но не вспомнит того, что видела три года назад?

– Тогда на Север отправимся мы, – резко оборвал меня Вэйтер, и я потеряла дар речи.

Теперь моя паника превратилась в ужас.

– Ася, мы обязаны ее разговорить, понимаешь? – жалобно спросила Рита.

– Обязаны, да, – кивнул Вэйтер. – Сделать такое заявление главнокомандующему королевской стражей и не предоставить доказательств…

– Там мужик в саду закопанный! – не выдержала я. – Чем не доказательство?

– И кто же его убил? – хмыкнул военачальник. – Сэн выступит свидетелем, скажет, что Жан ему рассказал о том, кто убил садовника. Лакея отправят в темницу, не более того. Я же заявил свои права на наследство в связи с тем, что обвиняю своего родного брата в убийстве графа!

– Это вы поторопились…

– Ася, – Рита подтянула меня к себе за руку. – Медлить было нельзя, тебе ведь Вэйтер уже говорил об этом, так?

– Говорил. Только что нам делать, если Элли ничего не расскажет?

– Она расскажет, – Вэйтер вытащил из-под дивана бутылку вина. – Ты будешь укладывать ее спать как раз тогда, когда действие капель, которые ей дали с утра, закончится. Поговори с ней, спроси, помнит ли она, когда ее стали поить “лекарством”.

– Я попробую. Но, вы… – я стиснула челюсти, чтобы не обозвать Вэйтера торопыгой. – Из-за вас меня могут упечь в темницу!

– Если ты не будешь присутствовать при аресте, то никто тебя никуда не посадит. Я заявитель, Рита исполнитель. Мы вдвоем будем отвечать за наше заявление.

Я бросила быстрый взгляд на Риту. Девушка откуда-то взяла вторую бутылку вина и теперь жадно пила из горла. От некогда веселого блеска в глазах сыщицы теперь и следа не осталось, а обычно румяные щеки были бледными. Да и Вэйтер больше не выглядел очаровательно-загадочным мужчиной. Его руки нервно подрагивали, взгляд рассеянно скользил по комнате, а бутылка, которую он вытащил из-под дивана первой, была уже наполовину пустой.

Обстановка накалялась. Я чувствовала, что вот-вот произойдут серьезные перемены, как в жизни замка, так и в моей. Но я даже предположить не могла, что именно перевернет всю мою жизнь с ног на голову.

Мы втроем сидели молча долгое время, потом я так же молча ушла к Элли. Малышка еще спала, так что я пристроилась на диване в ожидании.

Когда дверь отворилась, я подпрыгнула от неожиданности, мысленно проклиная день, когда решила войти через ворота в город. Жизнь в этом замке за полторы недели сделала меня если не заикой, то седой уж точно!

На пороге стоял граф. Я спешно сделала книксен так, как видела когда-то в фильмах, и вопросительно уставилась на мужчину. Его Светлость чинно прошествовал к постели ребенка, приоткрыл полог, заглянул и вновь закрыл.

– Как справляешься? – спросил мужчина, совсем не стараясь говорить тихо.

– Все хорошо, Ваша Светлость, – заверила я его шепотом.

– Луиса передала тебе расписание Элли?

– Да, передала.

– Есть вопросы?

Вопросы? Какие у меня могут быть вопросы к тому, кто это расписание и составлял? Но пока я думала эту мысль, в голове появилась другая: “Завтра на месте этого графа может быть уже другой”, и я осмелела.

– Да, Ваша Светлость. У Элли нет никаких занятий, кроме прогулок и игры со щенком. А я неплохо знаю… – я замялась, не зная, как в этом мире принято называть умение читать и писать. – Грамоту… и счет. Я могла бы научить Элли писать…

– Никакой грамоты! – граф Бронт побагровел, но быстро взял себя в руки. – На музыкальных инструментах играешь?

– Только на клавишных… – я выжидающе взглянула в глаза мужчины, пытаясь разглядеть в них ответ, правильно ли все говорю. – Пианино, например…

– Отлично. Научи Элли играть, а грамоту изучать ей еще рано.

– А пианино где взять?..

– Завтра закажу, привезут.

Граф направился на выход, и уже у двери бросил через плечо.

– Лекарство, что дал тебе доктор Майл, Элли жизненно необходимо. Не забудь ее напоить.

Он захлопнул за собой дверь, не беспокоясь о том, чтобы сделать это как можно тише.

Я изнывала от желания высказать графу все, что думаю о нем и его жене, но держалась из последних и страха за свою голову. Мне оставалось только молча проклинать их, и желать Элли счастливого будущего без участия этой семейки.

Малышка выглянула из-за полога, когда я уже и так направлялась к кровати, чтобы проверить, спит ли ребенок. На очередной стук в дверь даже внимания не обратила, так что Луисе пришлось войти, не дожидаясь разрешения.

– Ой, я уж думала вы обе спите, – улыбнулась экономка, оставляя поднос на столике. – Ася, пообедаете, погуляйте. Девочке нужен свежий воздух, столько времени в лекарской провела!

Остаток дня прошел словно в бреду. Я пыталась рассказывать Элли истории из моей земной жизни, но все время сбивалась и начинала рассказывать уже что-нибудь другое, потом вновь возвращалась к тому, что уже говорила. Девочка с интересом слушала и время от времени беззвучно хохотала.

Уже после ужина я собралась с мыслями, вспомнила свое детство и стала рассказывать Элли про него, чтобы не дать ей заснуть. Малышка лежала в постели, хлопая глазками, но когда я подала ей чашку воды, закричала.

– Ты же обещала!

Я вздрогнула от неожиданности, но тут же, отставив чашку, притянула девочку к себе и крепко сжала в объятиях.

– Обещание я свою держу, Элли! Только ты не кричи, пожалуйста, если кто-нибудь услышит, то сразу же придется выпить лекарство.

– Нет, не хочу, не буду!

– Милая, тише, – мне пришлось легонько зажать рот девочки пальцами. – Все, никакого лекарства я тебе не даю. В чашке простая вода, но если ты не хочешь пить, то и не нужно.

– Не хочу, – промычала Элли.

Я отняла руку и улыбнулась.

– Можно заберусь к тебе?

– Угу.

Я быстро залезла на кровать, приоткрыв полог, чтобы видеть дверь на случай, если кто-нибудь решит зайти.

– Давай поиграем? Я буду задавать вопросы, а ты отвечать, ладно?

– Я почти всегда молчу и не знаю такую игру. Только ночью моя сестренка разговаривает со мной совсем недолго…

– А мы можем говорить долго, – я чмокнула девочку в щеку, и она захихикала, наполняя мое сердце радостью.