Текст книги "Темные секреты Вэйстон-Дай (СИ)"

Автор книги: Теона Рэй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

– А как же День Тьмы? Что, если он снова наступит?

– Наступит, конечно. Он всегда приходит неожиданно, но редко. Предпоследний День Тьмы был полвека назад.

– И что он означает? Это когда вместо дня ночь?

– Это когда мир затапливает Тьма. Не весь, частично. Она густая, вязкая, и если попадешь в нее, то не сумеешь выбраться до тех пор, пока не наступит светлый день.

– Но вы попали и выбрались, – напомнила я.

– Я воин, у нас свои секреты, – подмигнул мне господин Вэйтер.

– Подавайте свои тарелки! – крикнул Сэн от костра, и все засуетились.

Мясо съели быстро, запили его вишневым соком и разошлись по комнатам. Мне же предстояло растопить камины на втором этаже и в покоях военачальника.

Я сбегала в кладовую, потом на второй этаж. Камин я топила не впервые, так что понимала, как это делается, и справилась быстро. После отправилась на поиски покоев старшего графского сына.

Но господин Вэйтер нашел меня сам.

– Ася? – позвал он через приоткрытую дверь. – Мои комнаты здесь.

– Я вам не помешаю? – спросила на всякий случай, Луиса говорила ведь, что топить камины нужно лишь тогда, когда господ нет в комнатах.

– Заходи, – раздался насмешливый голос.

Я отворила дверь пошире, но, еще не зайдя в покои, увидела гостиную и ахнула. Высокие потолки были украшены позолоченной лепниной, на стенах висели картины и гобелены, а холодный мраморный пол покрывал толстый синий ковер.

Глава 9

Господин Вэйтер полулежал на роскошном кожаном диване посреди комнаты, а чуть дальше, у окон, стояла широкая кровать под балдахином. Вся комната военачальника занимала не меньше сотни квадратных метров, в ней были размещены и гостиная, и спальня, и кабинет, и даже небольшая библиотека. В стене было еще две двери, которые, как мне подумалось, вели в ванную и в гардеробную.

– Сегодня тепло, – зачем-то сказала я, принимаясь вычищать золу из топки. Кинула взгляд на поленницу – полная.

– Достаточно тепло, но ближе к рассвету в комнатах становится прохладно и немного сыро. У вас разве не так?

– На этаже прислуги не холодно, а как бывает перед рассветом я не знаю, я в это время крепко сплю.

Господин Вэйтер перелистнул страницу книги, которую держал в руках. Но мужчина явно не читал ее в данный момент, потому что я чувствовала на спине его взгляд.

– Я уже давно не спал крепким сном, – сказал он.

Мне показалось, что мужчина хочет завести разговор, так что решила поддержать.

– Почему же?

– Не спится.

– Снятся плохие сны?

– Нет, я давно не видел снов. Наверное, привык за время военного похода всегда быть начеку. Но я стараюсь отвыкнуть от этого, ведь следующий поход еще не скоро.

– Вы ходите в них по какому-то графику?

– Именно так. В Аберголе восемьдесят королевств и в каждом из них есть своя армия. Обычно в походы идет королевский полк, но кто-то, вроде меня, ведет своих солдат. Все же, в мире спокойно, в отличии от границы с Траорией. И да, мы сменяем друг друга каждые несколько лет.

– Ужас какой-то, – поморщилась я, укладывая поленья в камин. – А как же семьи? Дети?

– Ждут. Не всегда, но ждут.

– А вы? – задавая этот вопрос, я напрягла слух, чтобы уловить малейшие изменения в голосе господина Вэйтера. Но их не было, мужчина отвечал спокойно.

– Что – я?

– Не хотели бы завести семью? Жену, деток…

– Увы, нет.

– А отношения у вас были?

– Был брачный договор с дочерью наших ближайших соседей. Я был помолвлен со старшей сестрой Виоленны сразу после своего рождения, но в восьмилетнем возрасте она погибла.

Пирамидка, в которую я сложила поленья, рухнула с грохотом. Военачальник не заметил этого и продолжил говорить.

– У озера мы обсуждали с тобой, почему я не принял наследство. Я сказал, что не желаю брать на себя такую ответственность и что даже жизнь отца не сумел сохранить.

– Я помню, да. Но разве вы могли защитить Его Светлость?

– Я ведь главнокомандующей его армией, Ася. Я был обязан защитить его жизнь, но в тот вечер меня не было дома.

– Где же вы были?

– Отправился на свидание с подругой Виоленны. Она познакомила нас, и так просила, чтобы я дал шанс нашим отношениям, что я не смог отказать. Я ушел ненадолго, а когда вернулся, узнал, что в покои отца забрался грабитель. Его не поймали, он успел забрать драгоценности мамы из шкатулки, которые отец бережно хранил все годы, и… отравить отца. Он отравил воду в графине, не знаю зачем, ведь проще было задушить или… Я не знаю, чем руководствовался грабитель.

Господин Вэйтер замолчал. Я разожгла огонь и треск поленьев нарушил тишину.

– В случае с моей невестой все было еще хуже. Мы гуляли у озера в нашем саду и захотели поплавать. Айза утонула, зацепившись за корягу подолом платья, а я не сумел ее спасти.

– У вас психологическая травма, – прошептала я, не в силах говорить громче. От жалости к господину Вэйтеру мое сердце сжималось до боли.

– Что ты имеешь в виду?

– Вы оступились дважды и теперь боитесь ответственности, но вы не понимаете, что в смерти Айзы и графа нет вашей вины. Это лишь стечение обстоятельств, не более того. Не вы их убили, а случай.

Господин Вэйтер тихонько рассмеялся.

– Ты очень милая, Ася. Но ты не права, я был виновен в их гибели. Я не уследил.

– Знаете, до того, как Ее Светлость привела меня сюда, я тоже похоронила не одного близкого человека. – Я на миг замолчала, подкидывая бересту в огонь. Береста не требовалась, но я не хотела поворачиваться лицом к мужчине и делала вид, что занята. – Сначала погибли мои родители, мне тогда было всего десять. Потом и моя бабушка заболела, а спустя пять лет ее не стало. Меня воспитывал дедушка, но и он умер две недели назад. Они все оставили меня, но я никогда не винила себя в их смерти.

– Но ведь они болели, разве можно предугадать болезнь?

– Мои родители погибли из-за меня. Я была расстроена в тот день…

Я снова запнулась, вспоминая. Мы попали в аварию на машине, но не могла же я сказать этого господину Вэйтеру. Пришлось завуалировать ситуацию под реалии этого мира.

– Я вредничала, папа меня успокаивал, мама пыталась вести… вести повозку. Но я так всех отвлекла, что они не заметили обрыва в конце дороги. Они погибли сразу, а я пролежала в… в лекарской больше месяца.

– Ты не виновата, Ася.

– И вы не виновны, слышите? – я все же обернулась к мужчине и сквозь зубы добавила: – Все это лишь жуткое стечение обстоятельств, не более того. Простите, я должна идти. Нам с вами рано утром ехать в город.

Я подхватила ведро с золой и поспешила сбежать из покоев. Много лет не вспоминала тот страшный день, когда случилась авария, а теперь, вспомнив, мне захотелось забыть не только его, но и всю свою жизнь, что была на Земле. Она была яркой и радостной… временами. Но большую часть времени я старалась заглушить боль в душе бесконечными делами и изнуряющей работой.

Больше я так не хочу. У меня теперь новая жизнь, другая, и она будет лучше прежней.

В коридоре, где находились жилые комнаты прислуги, старалась не шуметь. Все уже наверняка спят, одна только я бренчу ведром. Осторожно поставила его в кладовой на пол, тихонько прикрыла за собой дверь и ушла в спальню. Там взяла нижнее белье, ночное платье, и мышкой проскользнула в ванную.

Воду следовало набирать из бочки, а костер, видимо, служил обогревателем. Мне было дико странно разводить огонь в помещении, но я это сделала и какое-то время пыталась понять, куда исчезает дым. Только потом увидела в полу дырку, в которую дым и затягивало, будто в воронку. Интересное приспособление, но водопровод был бы куда удобнее.

Ждать когда нагреется вода пришлось долго. Я задремала, удобно устроившись на скамье в углу, а когда проснулась, то от воды валил пар. Пришлось долить холодной, чтобы разбавить.

Но какое же блаженство – лежать в ванне! Я даже замурлыкала от удовольствия, потягиваясь. Мыть голову мылом мне совершенно не понравилось, а вот пенящиеся гели для тела были чудесными. Запах земляники наверняка разнесся по всему замку, таким он был сильным. Но не приторным и от него не мутило, наоборот, аромат геля отправил меня в какое-то состояние эйфории. Подозреваю, что в него было добавлено что-то успокаивающее, но что – все равно. Главное, что это работало.

Помывшись, переоделась в чистую свежую одежду и на полусогнутых ногах добралась до спальни, решив с утра узнать у Сэна куда и как выливать грязную воду.

Заснула, едва коснулась головой подушки. А проснулась от скрипа двери.

Когда открыла глаза, то и вскрикнуть не успела, Эби плотно зажала мне рот ладошкой. Горничная была одета в длинное белое ночное платье, синие волосы разметались и делали девушку похожей на кикимору. Я испугалась! И только поэтому стала вырываться, царапать руку, сжимающую мою шею, но когда это не помогло, пихнула Эби ногой в живот.

Девушка отскочила, я собиралась было уже позвать на помощь, но Эби заплакала, чем повергла меня в ступор.

– Что ты, мать твою, творишь?! – зашипела я. Сон мгновенно слетел, и теперь я вся тряслась от гнева.

– Нет, это что ТЫ творишь? – сквозь рыдания спросила она, ткнув в мою сторону пальцем. – Только появилась в этом доме, а уже крутишь хвостом перед Вэйтером! Зачем он тебе? Что ты от него хочешь?

– Тебе лечиться надо, идиотка. – Я не собиралась переходить на грубости, но какой здоровый человек придет к другому и станет его душить среди ночи? Никакой! – Не нужен мне твой Вэйтер, и зачем он тебе, тоже не понимаю.

– Я знаю его всю свою жизнь, – девушка сплюнула на пол, зло вытирая мокрые щеки. – И он никогда не проявлял ко мне столько внимания, как к тебе! Рози он подарил обучение, а мне безделушку!

– Господин Вэйтер сам появился в этом доме недавно, если ты забыла.

– Вот только он жил здесь и раньше! Мы всю жизнь знакомы, но он не обращал на меня внимания больше, чем просто на человека. Никогда не смотрел как на женщину!

– Тебе сколько лет-то было, ненормальная? – фыркнула я, вновь забираясь под одеяло.

Эби скрючилась в углу, обхватила свои колени руками и сидела так, содрогаясь от плача.

– Девятнадцать! Мне было девятнадцать, когда он ушел в военный поход. Но кому-то на совершеннолетие он дарит дорогое обучение, а кому-то… – Девушка со злостью дернула цепочку на своей шее и кинула ее мне. – Кулон бесполезный!

Я перехватила кулон в полете и присмотрелась. Захотелось хлопнуть по лбу или себя, или эту отчаянно-влюбленную дуру.

– Даже мой непрофессиональный взгляд увидел в этом кулоне настоящий драгоценный камень, – я кинула украшение Эби. – И не знаю, сколько он здесь стоит, но подозреваю, что продав его, ты оплатишь себе не только обучение. А теперь уходи отсюда, и советую больше не врываться среди ночи с истерикой к людям в комнаты.

Горничная захлопала ресницами, всматриваясь в кулон. Подняла на меня взгляд, всхлипнула и поднялась на ноги.

– Рубин?

– А сама-то не видишь?

– Я думала, что это красное стекло… Разве мог Вэйтер подарить мне такую дорогую вещь на самом деле?

– Уходи вон, – я села на постели, нервно указав на дверь. – Ты разозлила меня.

– Извиняться я не стану, – Эби надела украшение. – И если ты станешь флиртовать с Вэйтером, я вновь приду. Даже не думай, что сможешь кому-то нажаловаться и тебя защитят, в Вейстон-Дай ни у кого нет защиты.

Эби вышла прежде, чем я подсказала ей, что могу рассказать самому господину Вэйтеру. Разумеется, я не стала бы ему ничего говорить, но припугнуть горничную стоило. Впрочем, она явно ничего не боится, и любит военачальника слепой бездумной любовью. А от таких чувств у людей сносит крышу, уж я-то знаю.

Легла, закутавшись в одеяло, и отвернулась к окну. Заснуть снова мне не удалось, слишком я была напугана и зла.

Утро наступило внезапно. От усталости и пережитого легкого шока я была сама не своя. Лениво добралась до ванной, умылась ледяной водой и какое-то время просто смотрела на свое отражение в зеркале. Под глазами залегли темные круги, лицо осунулось, а каштановая шевелюра походила на комок пакли. Но, надо сказать, чистой и мягкой пакли. Не знаю, что за мыло в этом мире, но после мытья головы им мои волосы были мягче, чем после использования дорогих профессиональных шампуней. Кожа тоже все еще пахла земляникой, будто гель впитался в мое тело.

Замок потихоньку просыпался, когда я уже вернулась в спальню и переоделась. Платье, которое мне любезно одолжила Лейла, оказалось впору. Оно струилось по телу до самого пола, и когда из приоткрытой форточки дул ветерок, голубенькая ткань колыхалась, настолько она была легкой, почти невесомой.

Из коридора донеслись голоса Сэна и Шайера, но после стихли. Следом хлопнула дверь, раздались шаги и стук в мою дверь.

– Ты проснулась? Вставай, господин Вэйтер уже ждет в столовой.

– Иду, Рози, – ответила я, спешно заправляя постель.

В столовой были только господин Вэйтер, Шайер, Сэн и Эби. Остальные решили поспать подольше, как им и предлагал военачальник. Господа ведь приедут только к вечеру, так что торопиться слугам некуда.

– Сегодня завтрак скудный, – выглянула из кухни Луиса. – Но осталось мясо с вечера, и к нему я сварила макароны и соус.

– Спасибо Луиса, – отозвался господин Вэйтер.

– А вы разве не должны завтракать в большой столовой? – спросила я, осознавая, что мужчина вот уже который раз составляет нам компанию.

– Нет, если не хочу. Сегодня мне там было бы скучно в одиночестве.

– А вчера?

– Вчера я хотел провести время с вами, все же три года не виделись.

Я больше ничего не стала спрашивать, но покосилась на Эби и увидела, что она сидит, понурив голову. Девушка лениво помешивала сахар в чае, ни на что не обращая внимания.

Я лишь выпила чай с булочкой, оставшейся с ужина. После завтрака господин Вэйтер повел меня и Эби на улицу, где нас уже ждал роскошный экипаж.

Я нервничала. Жутко нервничала! Мой первый выход в чужой незнакомый город, где мне нужно будет общаться, как минимум, с продавцом в лавке.

– Сэн выписал чек, – сказал господин Вэйтер, протягивая мне листок. – Этого должно хватить по его словам.

Я взглянула на строчку, аккуратным почерком выведенную в чеке. “Двадцать золотых со счета графа Фрозеса Бронта”. Двадцать золотых были огромной суммой, я это уже знала, поэтому полезла в карман платья, чтобы достать список дел и узнать, что мне нужно купить.

Не знаю, что за растение, эта их хурменстирия, но стоили ее семена невероятно дорого.

– Ася?

Я вскинула голову, услышав голос военачальника. Эби уже сидела в карете, мужчина же ждал меня.

– Иду, иду.

Мы разместились в карете и возничий легонько щелкнул лошадей по крупу вожжами. Экипаж тронулся, а я прилипла к окошечку, чтобы ничего не упустить из виду.

За стеклом мелькали желтые поля, но недолго. Минут через десять наш экипаж выкатился на оживленную городскую улочку и, пусть я уже видела местных жителей, сейчас стала рассматривать их более внимательно. Тогда-то мне казалось, что меня одолели галлюцинации, а теперь точно знаю, что это не так.

Невысокие каменные строения были испещрены арками, площадь в городе оказалась не одна – мы проехали уже три, но все они были разными. Экипаж затормозил у белого деревянного домишки, у которого над входом висела вывеска: “Садоводческая лавка”.

– Тебе нужна помощь? – спросил господин Вэйтер, когда я уже собиралась вылезти из кареты.

Я отрицательно качнула головой и отправилась в лавку. Утренний прохладный воздух нагрелся за то время, что мы ехали от замка до города. Стало немного душно, из-за чего аромат множественных цветов на балконах разнесся по всем улочкам.

Я толкнула дверь и небольшое светлое помещение залил переливчатый звон. Из-за прилавка высунулся низкорослый мужичок, поглаживая пышные усы.

– Добрый день, – поздоровалась я как можно радостнее. – Мне нужны семена хур… – я подсмотрела в список дел, совершенно забыв трудновыговариваемое название. – Хурменстирии.

– Это вы вовремя, – кивнул продавец. – Как раз вчера вечером привезли пару ящиков. Много ли вам нужно?

Я снова заглянула в список.

– Один бумажный пакет размером в тридцать сантиметров.

– Двадцать золотых с вас.

Мужичок ушел через дверь, что была в стене, а вернулся с полным бумажным пакетом. Отдала ему чек и продавец заулыбался. Мы обменялись дружелюбными взглядами и я вышла на улицу, бережно прижимая к груди пакет, содержимое которого стоило больше, чем я зарабатываю за месяц.

– Это все? – с удивлением спросил господин Вэйтер, когда я залезла в карету.

– Ага. Эта хурминстирия невероятно дорогая.

– Хурминстирия? – нахмурился мужчина. – Зачем Виоленне это дерево?

– Мне не доложили. Погодите, как дерево? Это не растение?

– Нет. Из одного семечка вырастает дерево, а из всего этого пакета в саду можно вырастить целую рощу. И я искренне не понимаю, для чего Виоленне роща во дворе.

– Ну вы же знаете ее, господин Вэйтер, – слащаво улыбнулась Эби. – Ее Светлость любит… эксперименты.

– И то верно… Ладно, что же, – мужчина хлопнул себя по коленям и заговорщицки подмигнул мне. – Если у нас есть еще пара часов, то я бы хотел отвезти вас в одно из своих самых любимых мест в Вэйстоне. Я мечтал в него вернуться целых три года, и если вы не против…

– Мы не против! – воскликнули мы с Эби одновременно.

Глава 10

Любимым местом господина Вэйтера оказался… водопад! Я даже на Земле не видела такой красоты, так что, выскочив из кареты, встала напротив мощного потока воды с открытым ртом. А если обратить внимание на зеленую лужайку перед ним, множество деревьев и кустов с благоухающими цветами, то от восторга можно потерять дар речи.

– Как здесь красиво! – верещала Эби, бегая по кромке бассейна с кристально чистой лазурной водой.

От воды исходил пар, и когда я дотронулась до нее рукой, то поняла, что бассейн горячий. Сказать, что я готова была раздеться и прыгнуть в воду прямо сейчас – ничего не сказать. В своем мире я бы так и сделала, а здесь не знала, можно ли появляться перед мужчинами в нижнем белье.

– Хотите искупаться? – спросил господин Вэйтер, и мы не смогли сказать “нет”.

– Мне не в чем плавать, – пожала я плечами, вздыхая.

– Да брось, я видел ваши платья, которые вы надеваете под основное платье, они довольно приличны. Да и беспокоиться не о чем, сюда никто не приходит.

– Почему? – спросила я, размышляя, о каком платье идет речь. Лично у меня было только нижнее белье.

– Этот водопад принадлежит мне и только мне. Подарок от отца на совершеннолетие.

– И он охраняется?

– Разумеется. Не заметила ограждение, когда мы подъезжали?

– Нет, не видела.

Господин Вэйтер улыбнулся, направляясь к возничему. Что-то сказал ему и экипаж покатился по дороге к забору, который я наконец заметила.

– Я отвернусь, раздевайтесь.

Эби тут же стянула с себя туфельки и платье, подобрала волосы, закрепила их шпильками и со смехом прыгнула в водоем. Я же смотрела на то, что было на ней надето, и понимала, что я единственная, кто будет щеголять тут в трусах.

Нет, мне было совершенно все равно. У меня другие нормы морали, которые привычны мне с Земли, и стыда я никакого не испытывала, раздеваясь сейчас до белья. А вот Эби была явно против моего оголения.

– Ты что, прямо так будешь плавать?! – взвизгнула она, увидев, что я стою на берегу в одних панталончиках и майке и счастливо улыбаюсь солнышку.

– Да, а что?

– А что там такое? – спросил господин Вэйтер, не оборачиваясь.

– На ней нет платья! – Эби была уже пунцовая от злости.

– Да? – военачальник дернулся, чтобы взглянуть, но вовремя одумался. – Ася, если тебя это смущает, то знай, я не буду пялиться в твою сторону. Я могу вообще стоять вот так, пока ты не поплаваешь.

– Меня это ни капли не смущает, – фыркнула я и, подобно Эби, с хохотом прыгнула в бассейн.

Следом за мной принялся раздеваться и военачальник. Я старательно отводила взгляд от его накачанного торса, но жажда видеть эстетичное мужское тело было превыше моих сил. Я полюбовалась им ровно до того момента, как звякнула пряжка ремня, и отвернулась, направляясь под мощные струи горячей воды.

Плескалась там в одиночестве, изредка поглядывая на то, как господин Вэйтер и безумно счастливая Эби играют в догонялки. Я радовалась, что у этой ненормальной горничной наконец хорошее настроение и она не захочет повторить попытку придушить меня, поэтому не спешила присоединиться к ним.

Мне было хорошо стоять вот так, греться и думать. Размышлений в последнее время у меня было много, но вот сейчас я строила план по уходу из семьи Бронт. Не могу же я все время работать садовником и горничной! Сэн, конечно, сказал, что за десять лет я сумею накопить на дом, но эта перспектива меня не привлекала. Мне хотелось другую работу, менее грязную, более оплачиваемую. И адекватных хозяев, не таких, как граф и графиня Бронт, а таких, как господин Вэйтер. Жаль, что не он владелец графства, очень жаль.

Домой мы возвращались счастливые и мокрые. Возничий взглянул на нас с завистью, когда мы залезали в экипаж, и я подумала, что нужно было пригласить поплавать и его.

– Я не буду обедать с вами, – сказал господин Вэйтер, помогая нам вылезти из кареты.

Эби насупилась.

– Почему же?

– Должен уехать по делам до самого вечера, так что и на ужин, боюсь, опоздаю.

– Очень жаль!

– Я пойду, у меня еще куча дел, – сообщила я, уже пересекая дорожку. – Благодарю за чудесное утро, водопад и правда прекрасен!

Я убежала в замок, где сразу же отправилась на поиски Сэна.

– Сэн! Сэ-э-эн!

– Да здесь я, здесь, – послышалось ворчание из кладовой, в которой хранилось постельное белье.

– Ее Светлость сказала, где нужно посадить этот… я снова забыла название. Ну, то, что я купила сейчас.

– За оранжерей увидишь свежевскопанную землю. Удобрений не нужно, поливать не нужно. Просто повтыкай семена по всей плантации и забудь про то место. Хурминстирия вырастет сама.

– Ладно, – хмыкнула я недоуменно.

– Все, иди, тебе еще нужно вымыть лестницы до приезда господ.

– А еще обработать десяток растений от вредителей. Знаю, знаю, я заглядывала в список дел.

Что ж, раз деревья садить так просто, то этим я и решила заняться.

Свежевскопанную землю найти было не трудно, это оказалась небольшая плантация два на два метра, и я хмуро осмотрела ее, не понимая, сколько деревьев на ней поместится. В пакете лежало десять крупных семян, похожих на косточки авокадо. Ну раз десять, то десять и высажу.

Я копала в земле маленькие лунки, напевая себе под нос песенку, когда за спиной раздалось сопение. Или, точнее, лихтение… Медленно обернулась и вмиг забыла о семенах.

– Какая прелесть! – умилительно воскликнула я, разглядывая щеночка.

Маленький песик был рыже-белого цвета, с широкими ушками и маленьким пушистым хвостиком. Им он сейчас радостно вилял, глядя на меня глазками-бусинками.

– Чей ты? Потерялся? Я не видела тебя в замке.

Песель тявкнул тихонько и бросился мне на помощь. Он так лихо раскидывал рыхлую землю маленькими лапками, что я не успела убрать щенка до того, как…

Я похолодела от ужаса, когда из-под земли показалась рука. Мужская, серая, облепленная комьями грязи рука.

Щенок все рыл и рыл землю, а я обмирала от страха, наблюдая за ним. Кисть с пятью пальцами совершенно точно была человеческой и… мертвой.

Будто в бреду я дернулась к ней, подхватила собачку на руки и, прижимая к себе, вновь отпрыгнула. Страх ледяными щупальцами сковал горло, перед глазами помутнело и мне пришлось приложить невероятные усилия, чтобы подняться на ноги.

– Что это?.. Кто?.. – спрашивала хриплым шепотом у щенка. Щенку было все равно, он счастливо вертелся в моих руках и тянулся языком к моей щеке.

А я вдруг разревелась. Наверное, второй раз за всю жизнь залилась слезами, мгновенно осознавая, кого только что откопала собачка.

Садовник. Гай, кажется, так его звали… И если я сейчас побегу в замок с криками, что нашла труп садовника, меня тут же положат рядом с ним. Я ведь не знаю, кто его убил. А его совершенно точно убили, если бы он умер сам, то могила была бы куда более приличная.

В голове одно за другим проносились имена. Сэн говорил, что Гай уехал на Север. Он врал или на самом деле так думал? Почему-то Сэну я верила, но тогда кто и за что убил Гая?

Песика я отпустила на землю, и он тут же убежал за угол оранжереи, потеряв интерес к трупу. А я бухнулась на колени и подползла к торчащей из земли руке. Это точно садовник здесь закопан. Я не разбираюсь в мертвецах, но рука еще совсем… не разложилась, а Гай исчез недели полторы назад.

Не понимая, что и зачем делаю, принялась закапывать часть мертвого тела. Потом трясущимися руками быстро воткнула все десять семян в землю и убежала от этого места.

Я спряталась в оранжерее. Чтобы отвлечься достала список дел и прочитала названия растений, которые нужно обработать от вредителей. Потом сходила в замок, благо, никого не встретила в кладовых, и притащила отраву в оранжерею.

На уход за растениями ушло много времени, потому что после орошения каждого я замирала и долго смотрела сквозь стекло на могилку Гая.

У него ведь нет никакой дочери, да? Или есть, но раз он ее не знает, то не поехал бы к ней, да еще и ни с кем не попрощавшись?

Слезы снова полились ручьем. Не от жалости к несчастному мужчине, вовсе нет, я ведь и сама умерла не лучшей смертью… А от страха. Меня трясло от ужаса и понимания, что однажды и меня могут вот так прикопать в саду.

Графиня.

Эта мысль отрезвила и я, дернувшись, выронила ороситель из рук. Графиня просила посадить хурминстирию на месте, где закопан Гай, и вероятно, не просто так. Она хотела скрыть место преступления!

К кому пойти? Кому рассказать?

Я осела на дощатую дорожку. Схватилась руками за голову и долго так пребывала в состоянии паники, пока не послышался хлопок двери.

– Ася?

Голос господина Вэйтера был обеспокоенным. Я резко повернулась к мужчине и он отшатнулся, столкнувшись с моим взглядом.

– У тебя все в порядке?..

– Господин Вэйтер, – зашептала я, стараясь не разреветься вновь. – Это точно сделали не вы, ведь вы приехали пару дней назад… Точно не вы…

– Пойдем, я провожу тебя к доктору Майлу. Наверное, ты перегрелась на солнце и…

– Господин Вэйтер! – рявкнула я, но тут же осознала ошибку. – Простите, не хотела кричать. Пойдемте, лучше я вам кое-что покажу.

– Ты меня пугаешь, – хмыкнул мужчина, взъерошивая волосы пятерней. – Но идем, что ж.

Я кое-как поднялась и на ватных ногах побрела к выходу. Военачальник двинулся за мной. Я отвела его к месту захоронения, там всего секунду размышляла, стоит ли показывать, но потом поняла, что кроме него мне никто не поможет.

Опустилась на колени и принялась раскапывать землю, точно помня, что найду руку, но… раскопала лицо. Я взвизгнула от неожиданности, отшатнулась, но не успела упасть, как господин Вэйтер перехватил меня.

Он стоял и смотрел на лицо убитого, а я жалась к нему всем телом, лишь бы не повернуться к могиле вновь.

В тот момент я не замечала ни жара от тела мужчины, ни того, как крепко и заботливо он прижимает меня к себе. Я тихонько скулила, пытаясь понять, знал ли господин Вэйтер о том, что Гай погиб.

– Нужно идти в полицию, – прошептала я.

– Куда?

– К тем, кто следит за нарушениями законов… стражи, констебли, кто у вас тут?! – я даже не думала, что сейчас выдаю себя с головой, говоря странные слова.

– Констебли… Нет, они не помогут.

– Стража?

– Тоже нет. Мы не знаем, как погиб Гай.

– Так это все-таки Гай?

– Определенно. Я хорошо его знал, и не смог бы перепутать ни с кем другим.

– Что он сделал, что его убили и закопали как дворовую собаку? Ни веночка, ни креста, ни цветочка. Ее Светлость приказала посадить на этом месте хурминстирию, но разве хоронят людей под деревьями?

– Нет, не хоронят… Ее Светлость приказала?

– Да. Не мне, но она сказала мне купить эти семена… точнее, это было в списке дел… А уже Сэн сказал, чтобы я высадила хурминстирию здесь, на этом месте!

– Тише, – господин Вэйтер ласково приобнял меня за плечи. – Тебя услышат, а мы никому не должны говорить о том, что видели.

– Почему? Мы просто оставим Гая гнить за оранжереей?

– Я со всем разберусь, слышишь?

– Вы слишком спокойны, – всхлипнула я без слез, переводя дыхание. Я отстранилась от мужчины, потому что меня вдруг затопило недоверием к нему. Он и правда был слишком спокоен, будто и не удивился находке.

– На войне я видел много смертей, Ася.

– Но Гай ваш друг.

– Друг. И я оплачу его, но не при всех, – мужчина кивнул в сторону замка и я заметила мелькнувшую за деревом синеволосую головку.

Тут же отскочила от мужчины, отряхивая платье от земли и налипших травинок.

Эби наверняка вне себя от бешенства, а значит, на ночь определенно стоит запереть дверь.

– Нам не стоит проводить время наедине друг с другом, – сказала я, решив больше не скрывать угрозы горничной в мой адрес. – Эби будет недовольна. Да она и сейчас видела, как мы обнимались…

– Мы обнимались?

– Ей так показалось, я уверена.

– Она тебе угрожала?

– Немного, – пожала плечами, отводя взгляд.

Господин Вэйтер устало потер глаза.

– Думал, эти глупости давно выветрились из ее головы, меня ведь не было несколько лет.

– Она и до меня хотела кого-то задушить за внимание от вас?

– Задушить?

– Если человек приходит к тебе среди ночи и сжимает шею рукой, то, наверное, именно с целью задушить.

– Не волнуйся, я поговорю с ней.

– Нет, не надо! Тогда она узнает, что я наябедничала.

– Будет лучше если она тебя все-таки придушит? Эби не впервые угрожает девушкам. Я всегда и со всеми старался общаться на равных, с уважением и вниманием, но только одна она восприняла это как флирт. Эби дочка уже почившей много лет назад кухарки Вэйстон-Дай. Она живет в замке с младенчества, и уже годам к пятнадцати я стал получать от нее рисунки с сердечками, цветы под подушкой. Я знал, что она влюбилась, и старался быть с ней помягче, но теперь понимаю, что все только усложнил этим.

– Наверное, вам не стоит казаться равным прислуге, господин Вэйтер.

– Такой я человек, – усмехнулся мужчина. – С детства меня готовили к наследованию графства, я был изможден уроками и тренировками, так что в свободные часы, если такие были, сбегал на этаж прислуги, чтобы меня не тревожили. Горничные читали мне и своим детям сказки, Гай учил премудростям садоводства, конюхам я помогал чистить загоны, а потом мы все вместе жарили мясо на заднем дворе. У меня не было других друзей, кроме слуг и их детей, потому что не было времени их завести. Родителям было все равно, а Фрозес все свободное время проводил с Виоленной – ее семья часто гостила в нашем доме.

Я молча выслушала и мне сделалось жаль бедного господина Вэйтера. В детстве он был не нужен своей семье, а теперь, когда он вырос, то еще и потерял графство. Печальная судьба, ничего не скажешь.

– Но с Эби-то что делать? – спросила я.

– Я с ней поговорю.

– Разговор не поможет, она вас полжизни любит. Вы не понимаете что-ли?