Текст книги "Тайна Разума 1 (СИ)"

Автор книги: Sky Gazer

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 20 страниц)

Глава 3. Первый вкус крови

Глава 3. Первый вкус крови

Два дня подготовки превратились в бесконечный цикл из боли в немеющих мышцах, запаха свежеструганного дерева и вкрадчивого, ледяного голоса Маркиза, который не умолкал ни на минуту. Вайд, чье тело еще недавно было лишь неподвижной обузой в стерильной капсуле, теперь познавал все тяготы физического труда в мире, который не прощал слабости. Под диктовку своего внутреннего «советника» он заставлял солдат не просто копать, а буквально вгрызаться в каменистую почву.

– Обследуй периметр, Вайд, – чеканил Маркиз, пока солнце медленно ползло к зениту, выжигая траву. – Твои глаза – это единственное, что отделяет тебя от братской могилы. Если ты не будешь знать каждый выступ этой скалы и каждый корень этого редколесья, кентавры сожрут тебя в первые пять минут.

Вайд отправил двоих самых опытных бойцов в разведку, а остальных распределил на заготовку кольев. Работа кипела под палящим солнцем. Солдаты, зараженные его странной, почти лихорадочной уверенностью, валили молодые деревья, обтесали их до бритвенной остроты и вкапывали в землю под углом в сорок пять градусов.

– Ты посмотри на их лица, – прошептал Маркиз, когда Вайд остановился, чтобы вытереть пот, заливающий глаза. – Они никогда не видели кентавра в ярости. Для них это просто сказочные страшилки. Это смертельно опасно. Когда на тебя несется полтонны остервенелой плоти и кованого железа, вся храбрость испаряется быстрее, чем капля воды на раскаленном камне.

– И что мне делать? У меня всего десять человек, – мысленно отозвался Вайд, опираясь на лопату.

– Готовиться к волнам. Десять дней – это марафон на выживание. Кентавры не бездумные животные. Они пришлют сначала разведку, чтобы прощупать нас, потом авангард. Первая волна – ключевая. Если мы уничтожим их быстро и чисто, твои люди поверят, что под твоим началом они бессмертны. Если мы замешкаемся и понесем потери – паника сожрет отряд изнутри еще до заката.

Вайд перевел взгляд на Эрика. Щуплый маг сидел на пне чуть поодаль, бледный, с дрожащими руками. Он выглядел здесь чужим, как хрупкое стекло среди грубого чугуна.

– Эрик, – окликнул его Вайд. – Подойди сюда.

Юноша вздрогнул и почти подбежал к командиру, спотыкаясь о корни.

– Да, господин Вайд? Я… я готов помогать, если нужно что-то перенести…

– Расскажи мне о своей магии. Конкретно. Без книжных определений. Что ты можешь сделать, когда начнется резня? Молнии? Стена огня? – Вайд всё еще надеялся на чудо, на скрытый козырь.

Эрик опустил голову, его пальцы впились в древко старого посоха.

– Я… я всего лишь подмастерье из школы Восстановления, командир. Мой потенциал – едва заметный Белый ранг. Я не умею убивать. Моя единственная способность – «Дыхание бодрости».

– И что это дает в реальности?

– Я могу снимать усталость, – едва слышно прошептал маг. – Если солдаты работали весь день на износ или сражались до изнеможения, я накладываю чары, и их мышцы восстанавливаются. Они чувствуют себя так, будто проспали двенадцать часов в мягкой постели, хотя прошло всего десять минут. Это всё… в бою я бесполезен.

Вайд почувствовал, как внутри него Маркиз издал нечто похожее на удовлетворенный смешок.

– Бесполезен? – хмыкнул Маркиз. – Вайд, этот мальчишка – твой самый ценный ресурс. В десятидневной осаде твой главный враг – не кентавры, а недосып и истощение. С его магией ты сможешь держать людей на посту круглые сутки без потери боеспособности. Не смей показывать ему разочарование. Нам нужно, чтобы он верил в свою важность.

– Это именно то, что нам нужно, Эрик, – Вайд твердо положил руку на плечо мага. – Ты – наше секретное оружие. Без тебя мы просто свалимся от усталости на третий день и нас перережут спящими. Ты будешь нашим тылом. Понял?

Лицо юноши мгновенно просветлело. Впервые за эти дни в его глазах появилась надежда.

Прошло два дня. К исходу второго срока разведчики вернулись в лагерь. Их лица были серыми от пыли и страха.

– Они идут, – выдохнул старший разведчик, припадая на одно колено. – Шесть голов. Через час будут здесь.

Вайд собрал свой крошечный отряд. Маркиз в его голове мгновенно включил режим холодного анализа.

– Докладывай детали, – приказал Вайд, стараясь копировать стальные интонации Маркиза.

– Четверо рядовых воинов, – быстро говорил солдат. – Один – явно командир, огромный, с Зеленым ядром в груди, оно светится сквозь кожу. И один лучник. Доспехов на них нет, кентавры их не носят. Но у них тяжелые топоры и… железная обувь. Их копыта подкованы сталью. Это не просто топот, это грохот камнедробилки.

– Шесть против десяти… – задумчиво произнес Маркиз. – Отличные шансы, если не совершать глупостей. Слушай внимательно, Вайд. Мы используем вон то редколесье. Кентавр на открытом пространстве – это бог войны. Кентавр в густых зарослях – это неповоротливая корова с лишними ногами. Мы заманим их туда, где их скорость станет их гибелью.

План был прост и беспощаден. Вайд не стал встречать врага на открытом месте перед палатками. Вместо этого он увел отряд к заранее подготовленной ловушке – лесному просеку, где под слоем листвы скрывались острые колья.

– Слушайте меня! – Вайд стоял перед солдатами, сжимая рукоять меча так сильно, что костяшки побелели. – Мы разделимся. Четверо – в засаду за теми дубами слева. Четверо – справа. Я, Эрик и наш ветеран станем приманкой.

– Приманкой? – голос мага дрогнул.

– Именно. Мы встанем на виду. Кентавры – гордые и самовлюбленные твари. Они увидят «легкую» добычу и бросятся в атаку, не разбирая дороги. И когда они наберут скорость, они уже не смогут остановиться.

Земля задрожала. Сначала это был ритмичный гул, но через минуту он превратился в тяжелый, громоподобный топот. Из-за холма вырвались они.

Вайд впервые увидел кентавров вживую. Это было жуткое зрелище: мощные лошадиные крупы переходили в массивные человеческие торсы. Капитан кентавров, гигант с седой гривой, взревел, вздымая огромный топор. Его Зеленое ядро пульсировало в такт бегу.

– Стой на месте, – прошептал Маркиз. – Не шевелись. Пусть видят в тебе только испуганную жертву.

Кентавры, завидев троих людей, издали победный клич и перешли в галоп. Пятеро воинов неслись прямо на Вайда, а лучник начал заходить с фланга.

– Сейчас! Бежим! – закричал Вайд.

Они бросились вглубь леса, петляя между стволами. Кентавры, ослепленные яростью, влетели в редколесье на полной скорости. И тут ловушка сработала.

Первый воин-кентавр не успел даже понять, что произошло. Его передние подкованные копыта с хрустом провалились в замаскированную яму. Огромная туша по инерции полетела вперед, насаживаясь грудью на острые колья. Второй попытался затормозить, но железные подковы скользнули по влажным корням, и он с размаху врезался в ствол векового дуба.

– Атака! – взревел Вайд.

Из-за деревьев выскочили солдаты. Они били слаженно: подрезали жилы на задних ногах, вонзали копья в незащищенные животы.

Вайд оказался лицом к лицу с капитаном. Тот был ранен, но всё еще страшен. Он замахнулся топором, намереваясь разрубить Вайда вместе с его мечом.

– Уклон вправо! Шаг в мертвую зону! Бей в основание шеи, где стык плоти! – командовал Маркиз.

Тело Вайда двигалось с пугающей четкостью. Он ушел от удара и вонзил клинок точно туда, куда указал голос. Зеленое ядро капитана вспыхнуло и погасло. Гигант рухнул, сотрясая землю своим весом.

Тем временем лучник, увидев гибель отряда, пустил последнюю стрелу. Она лишь оцарапала плечо одного из солдат. Поняв, что он остался один, лучник резко развернулся и, используя преимущество в четыре ноги, скрылся в чаще прежде, чем в него успели бросить копье.

– Ушел… – прохрипел старый солдат, вытирая кровь с лица.

Вайд стоял среди трупов, тяжело дыша. Его меч был залит густой, темной кровью. Только сейчас в памяти всплыли слова Маркиза, сказанные вчера:

«Кентавр – заложник собственной инерции. Их торс – это рычаг, который лишает их равновесия в тесноте. Железные подковы – их сила на дороге, но их проклятие на лесной почве. Ударь под лопатку – там ядро ничем не защищено…»

– Ты описал всё это так, будто сам сражался с ними тысячи раз, – прошептал Вайд.

– Я просто умею видеть очевидное, Вайд, – отозвался Маркиз. – Но не время праздновать. Лучник расскажет остальным о нашем «гостеприимстве». Следующая атака будет сильнее чем этот.

Вайд увидел, как солдаты начали оседать на землю от пережитого стресса и напряжения.

– Прикажи Эрику накладывать чары, – жестко добавил Маркиз. – Сейчас не время для отдыха. Нужно убрать трупы и обновить колья. Пусть мальчишка работает, пока у него есть силы. Нам нужно, чтобы завтра утром солдаты были как новые.

Вайд выпрямился, вытирая клинок о траву.

– Эрик! – крикнул он. – За дело! Используй свою магию на каждом. Нам нужно восстановить силы немедленно. Работа еще не закончена!

Маг закивал и начал шептать заклинание, окутывая уставших бойцов мягким зеленым светом. Вайд посмотрел на заходящее солнце. Это был только первый день. И впереди было еще девять кругов ада.

Глава 4. Удушающая петля

Глава 4. Удушающая петля

Следующие четыре дня превратились в затяжную, изматывающую агонию ожидания. Тишина, повисшая над лагерем, была тяжелее самого боя. Вайд почти не спал – не потому, что не мог, а потому, что Маркиз внутри его сознания постоянно перестраивал схемы обороны, заставляя парня прокручивать в голове сотни сценариев.

Эрик стал тенью самого себя. Его лицо осунулось, глаза запали, приобретя нездоровый блеск, но он продолжал работать. Каждые несколько часов он обходил десятерых солдат, шепча заклинания «Дыхания бодрости». Мягкое зеленое свечение снимало физическую боль, но оно не могло излечить душу от липкого, первобытного страха.

– Мой дорогой Вайд, взгляните на этих славных малых, – вкрадчиво произнес Маркиз, когда Вайд совершал ночной обход постов. – В их глазах появилась та самая благородная злость, которая отличает воина от мясника. Это, безусловно, прогресс. Однако не стоит обольщаться – успех первой стычки вскружил им головы. Кентавры, вопреки распространенному мнению, существа весьма злопамятные и, смею заметить, не лишенные зачатков тактического мышления. Тот лучник, что столь позорно бежал, наверняка уже составил о нас весьма нелестное, но подробное донесение.

– Ты думаешь, они не пойдут в лес снова? – мысленно спросил Вайд, поправляя ремень натертого плеча.

– О, они пойдут, мой друг. Но не ждите от них повторения прежних глупостей. Это было бы слишком вульгарно, – Маркиз сделал паузу, словно поправляя невидимую кружевную манжету. – Они попытаются растянуть ваш крохотный отряд, заставить вас метаться между флангами, пока вы не выбьетесь из сил. Десять человек против организованных кентавров – это уже не стычка. Это дуэль на истребление, где у противника слишком много шпаг.

На пятый день, когда солнце едва коснулось горизонта, окрасив небо в цвет запекшейся крови, земля снова отозвалась знакомой вибрацией. Но в этот раз ритм был рваным. Топот доносился не из одной точки, а словно со всех сторон одновременно.

Разведчик ворвался в лагерь, едва не сбив с ног Эрика:

– Командир! Вторая волна! Их девять! Они разделились!

Вайд мгновенно выхватил карту.

– Докладывай четко!

– Три группы по три головы. Двое заходят с флангов, через густой кустарник, проламываются как лоси. Третья группа – двое тяжелых воинов и их капитан – прут в лоб по центральной тропе. Они больше не несутся галопом, Вайд. Идут рысью, прикрывая друг друга.

Вайд почувствовал, как в животе образовался холодный узел. Кентавры извлекли урок. Разделившись, они лишали его возможности использовать одну большую ловушку. Если он бросит все силы на центр, боковые группы ударят в спину. Если разделит отряд – кентавры просто раздавят их массой.

– Какая досадная попытка окружения, – протянул Маркиз с легким оттенком иронии. – Они вознамерились зажать нас в клещи. Весьма неоригинально, хотя и эффективно против дилетантов. Но мы ведь с вами не из таких, не правда ли?

– Какой план?! У нас всего десять человек! – Вайд чувствовал, как паника начинает просачиваться сквозь его напускную уверенность.

– Слушайте и повинуйтесь, Вайд. Мы не станем играть по их правилам. Зачем нам три фронта, когда можно создать один, но совершенно невыносимый для них? Мы используем проход между теми старыми дубами у края оврага. Я называю это «Тесными объятиями».

Маркиз начал диктовать приказы с манерами светского льва, распоряжающегося на балу, но в каждом его слове чувствовался стальной стержень. Вайд немедленно вызвал солдат.

– Слушайте мой приказ! – его голос перекрыл шум приближающегося топота. – Они думают, что умнее нас. Мы дадим им окружить лагерь, но нас там не будет. Четверо щитоносцев – в центр прохода между дубами. Ваша задача – стоять насмерть. Сцепите щиты, уприте их в стволы деревьев. Вы – пробка в этой бутылке! Эрик, ты за ними, поддерживай их силы каждую секунду!

– А остальные? – спросил один из бойцов, судорожно сжимая меч.

– Остальные… – Вайд посмотрел вверх, на массивные ветви вековых деревьев, нависающие над тропой. – Остальные вспомнят, что они люди. А люди всегда были выше животных. Мы лезем на деревья. Живо!

Через десять минут лагерь казался брошенным. Кентавры центральной группы – капитан с массивным топором и двое воинов – осторожно входили в узкий проход между двумя гигантскими дубами. Они двигались медленно, проверяя копытами почву, боясь новых ям с кольями.

Увидев перед собой лишь четверых людей, закрывшихся щитами в самом узком месте, капитан кентавров издал хриплый, торжествующий смешок. Проход был настолько тесным, что атаковать щитоносцев мог только один кентавр за раз. Это лишало их численного преимущества, но капитан был уверен, что его топор разнесет эту хлипкую преграду в щепки.

– Смертники! – взревел капитан на языке кентавров.

В это же время фланговые группы кентавров начали смыкаться за спинами щитоносцев. Они вышли из кустов, готовые ударить в тыл… и замерли в замешательстве. Перед ними никого не было. Только пустые палатки и догорающий костер. Они оказались в ловушке собственного маневра: спереди – их собственные товарищи, зажатые в узком проходе, а враг словно растворился в воздухе.

И в этот момент Вайд, сидевший на толстом суку прямо над тропой, подал сигнал.

– Сейчас!

Пятеро солдат, включая самого Вайда, спрыгнули с деревьев. Это было безумие, но безумие просчитанное. Они падали не на землю, а прямо на широкие, незащищенные крупы монстров.

Вайд приземлился на спину одного из кентавров фланговой группы. Животное взбрыкнуло, пытаясь сбросить наездника, но Вайд, следуя ледяным инструкциям Маркиза, намертво вцепился левой рукой в густую гриву, а правой вонзил короткий меч в основание человеческого затылка.

– Глубже, Вайд! Не скупитесь на усилия! – командовал Маркиз, словно давая советы на охоте. – Перережьте им связки, лишите их этой вульгарной подвижности!

Кровь брызнула фонтаном, заливая лицо Вайда теплой соленой влагой. Кентавр издал булькающий звук и рухнул на передние ноги. Вайд перекатился, уходя от удара копыт другого монстра, и увидел, как его люди работают наверху. Один из солдат, зацепившись за спину врага, методично наносил удары в шею, пока кентавр в панике метался, не в силах достать противника на собственном хребте.

В центре прохода ситуация была критической. Капитан кентавров обрушил свой топор на щиты. Раздался треск ломающегося дерева. Один из солдат упал, его рука была неестественно вывернута, а щит разбит.

– Эрик! Не смей отступать! – закричал Вайд, вскакивая на ноги.

Маг, бледный как полотно, вскинул дрожащие руки. Зеленый туман окутал раненого. Боль притупилась, мышцы налились искусственной бодростью, и боец, стиснув зубы, снова подставил плечо, закрывая брешь.

– А теперь – финал этой пьесы! – воскликнул Маркиз. – Капитан открыт! Подойдите к нему сзади, Вайд, и прервите его затянувшийся монолог!

Вайд бросился вперед. Он скользнул под массивный круп капитана, уворачиваясь от удара задних копыт, и вонзил меч в мягкую плоть живота, ведя клинок вверх, к самому сердцу.

Капитан кентавров взвыл так, что заложило уши. Он попытался развернуться, но четверка щитоносцев, почувствовав, что натиск врага ослаб, сама перешла в контратаку, пригвождая грудь чудовища к дубу своими короткими копьями.

Бой превратился в хаотичную, кровавую резню в тесном пространстве. Кентавры, лишенные возможности разогнаться и зажатые в «глотке» между вековыми дубами и людьми на их спинах, метались, калеча друг друга. Железные подковы бесполезно звенели о камни.

Через пятнадцать минут всё было кончено.

Девять массивных туш лежали в пыли, окрашивая землю в густой багровый цвет. Вайд стоял, опираясь на окровавленный клинок, его дыхание было тяжелым и рваным.

– Мы… мы снова победили? – прошептал Эрик, обессиленно падая на колени. Его магический резерв был исчерпан до дна.

– Победили, парень… – старый солдат вытирал лицо от крови кентавра. – Командир, вы видели это?! Мы их просто вырезали!

Вайд не отвечал. Его руки дрожали. Только сейчас, когда адреналин начал спадать, он в деталях вспомнил наставления Маркиза. Тот описывал анатомию кентавров так подробно, словно изучал их в каком-то анатомическом театре: их неспособность смотреть вертикально вверх, уязвимость позвоночника при атаке с крупа, потерю ориентации в тесноте.

– Маркиз… – прошептал Вайд внутри своего разума. – Кто ты такой? Откуда у тебя этот холодный, расчетливый опыт? Ты ведь не просто голос.

– Мой дорогой Вайд, право слово, сейчас не лучшее время для биографических изысканий, – отозвался Маркиз, и в его голосе послышалась легкая, едва уловимая печаль. – Я лишь ваш верный спутник в этом сомнительном приключении. Скажем так: я – тот, кто не любит проигрывать грубой силе. Однако не время для сантиментов.

Маркиз снова стал официальным и строгим:

– Прикажите вашему юному магу накладывать чары, немедленно. Солдаты должны восстановиться до того, как их тела поймут, насколько они истощены. И пусть уберут этот беспорядок – вид павших товарищей может навести на следующую волну кентавров весьма неприятные для нас мысли. Пятый день окончен, Вайд. Мы прошли экватор, но боюсь, самое вульгарное зрелище еще впереди.

Вайд выпрямился, вытирая клинок.

– Эрик! За дело! Восстанавливай людей. Работа еще не закончена.

Он смотрел на заходящее солнце и понимал: под руководством этого «аристократа» он превращается в нечто, чего сам начинает бояться. Но только это нечто могло помочь им дожить до десятого дня.

Глава 5. Тень над аванпостом

Глава 5. Тень над аванпостом

Шестой день испытания прошел в странном, почти звенящем затишье. Солдаты были напряжены до предела, но в их движениях сквозила новая, несвойственная им прежде гордость. Две победы над превосходящими силами кентавров превратили испуганных смертников в сплоченный отряд, который наконец-то поверил в своего лидера.

Проходя мимо затухающего костра, Вайд невольно услышал обрывок разговора, который заставил его замедлить шаг.

– Пятеро этих копытных тварей в открытом поле обычно разносят в пух и прах отряды из пятнадцати обученных воинов, – вполголоса говорил старый ветеран, методично затачивая зазубренный кинжал о камень. – А мы? Мы вырезали девятерых и почти не умылись кровью. Наш командир… он потрясающий. Словно видит поле боя насквозь. Никогда не видел такого молодого парня с таким ледяным спокойствием.

Молодой солдат по имени Томас – Вайд вспомнил, что тот совсем недавно женился, – поднял на него сияющие глаза. В его взгляде было столько искренней преданности, что Вайд почувствовал себя неловко.

– Моя жена ждет ребенка, командир, – робко произнес Томас, когда Вайд подошел ближе. – Если я вернусь… если мы выстоим, я назову сына в вашу честь. Это будет имя человека, который подарил нам шанс увидеть завтрашний день.

Вайд замер, не зная, что ответить. В горле встал тяжелый ком. «А что, если родится девочка?» – мелькнула в голове нелепая, защитная мысль, но он тут же подавил её. Внутри него росло пугающее осознание. «О чем я думаю? Почему меня это волнует? Они ведь просто образы, созданные моим мозгом или кем-то еще. Фантомы, иллюзии в этом безумном сне. Их жизни – лишь строчки в сценарии, их чувства – лишь пыль».

Но глядя на капли пота на лбу Томаса и на то, как дрожат его руки, сжимающие древко копья, Вайд почувствовал, как иллюзорность этого мира трещит по швам. За последнюю неделю он, парализованный инвалид, совершил больше, чем за всю свою жизнь до комы. И в этот момент он вспомнил слова Маркиза: «Командир – это символ. Если они не верят в себя, пусть верят в твою уверенность».

– Весьма трогательная сцена, мой дорогой Вайд, – раздался в голове бархатный, слегка ироничный голос Маркиза. – Однако не стоит слишком увлекаться ролью благодетеля. В этом театре теней зрителей нет, а финал всегда требует крови. Будьте добры, напомните юноше, что его имя – это то, что он должен защитить своим мечом, а не пустыми надеждами на милость судьбы. Сентиментальность – это роскошь, которую мы не можем себе позволить.

На седьмой день мир вокруг аванпоста изменился до неузнаваемости. Из глубоких оврагов пополз туман. Сначала это была легкая, почти призрачная дымка, но к полудню она стала настолько густой и плотной, что Вайд не видел собственных сапог. Белое безмолвие поглотило лес, лагерь и все звуки. Птицы замолкли, и даже ветер, казалось, запутался в этой молочной пелене.

Вайд мерил шагами тесный шатер, чувствуя, как тревога грызет его изнутри, словно голодный зверь.

– Они нападут в такую погоду? – спрашивал он пустоту. – Туман – идеальное прикрытие. Они могут подойти вплотную к нашим кольям, и мы их не заметим. А если они используют это время, чтобы окружить нас?

– Успокойте свой пыл, Вайд. Не стоит так суетиться, это вредит цвету лица, – отозвался Маркиз с такой интонацией, будто он лениво потягивал вино в дорогом клубе. – Туман принес с собой влагу. Много влаги. Луг и лесная почва за пределами тропы превратились в коварную, скользкую кашу. Для существа весом в полтонны на четырех копытах это – сущий кошмар. Кентавры – создания гордые и расчетливые, они не станут рисковать переломать ноги в грязи ради сомнительной чести застать нас врасплох в этом киселе. Но будьте бдительны: они наблюдают. Я почти чувствую их тяжелые, звериные взгляды, прошивающие эту белую завесу.

По приказу Маркиза Вайд запретил бойцам покидать укрепленный периметр. Весь отряд замер в мучительном ожидании, превратившись в один большой слух. Так прошли седьмой, восьмой и девятый дни. Туман не отступал, превращая время в тягучую, серую массу. Еда на постах казалась безвкусной, а сон – рваным и тревожным.

И вот наступил десятый день. Последний срок, обещанный штабом.

К полудню резкий ветер разогнал марево. Туман исчез так же внезапно, как и появился, обнажив чистое, пронзительно холодное небо. И вместе с этой ясностью пришел ужас.

Земля содрогнулась. Это не был топот нескольких разведчиков. Это был ритмичный, сокрушительный гул, от которого в шатре начала падать посуда. На горизонте, там, где лесная тропа выходила к аванпосту, показалась кавалькада. Пятнадцать кентавров. Это была не разведка и не случайная группа. Это была карательная экспедиция, собранная со всех окрестностей.

Десять тяжелых воинов, три лучника и двое командиров. Кентавры-командиры были огромны, их торсы были покрыты шрамами, а Зеленые ядра в центре грудных клеток пульсировали с такой яростью, что их ледяное свечение было видно даже при ярком солнце. Но самым страшным было то, что они несли с собой.

К крупам воинов были приторочены окровавленные связки. Отрубленные головы солдат в таких же шлемах, какие носили люди Вайда.

– Ближайшие аванпосты… Третий и четвертый… – прошептал Эрик, и его посох задрожал в руках, выбивая дробь по камням. – Они все мертвы. Мы отрезаны. Совсем одни.

Вайд почувствовал, как сердце уходит в пятки, а холодный пот течет по спине. Пятнадцать чудовищ, опьяненных вкусом легкой победы над другими постами, против его изможденной десятки и одного выжатого до предела мага. Убежать невозможно – кентавры настигнут их на первом же километре открытого пути.

– Нас просто раздавят массой, Маркиз, – прошептал Вайд, чувствуя, как его решимость тает. – Даже твои ловушки не остановят такое количество. Это конец.

– Ах, мой дорогой друг, какая досадная, какая вульгарная склонность к фатализму, – Маркиз произнес это с такой легкостью, что Вайд на мгновение забыл о приближающейся смерти. – Посмотрите на небо. Солнце уже начало свой путь к закату. Этот десятый день подходит к концу. Вам не нужно побеждать их всех в честном бою – это было бы верхом безрассудства. Вам нужно просто выстоять до сумерек. Кентавры в ярости, они объединили остатки своих сил, чтобы стереть нас с лица земли за те унижения, что мы им нанесли. Это их последний шанс восстановить свою варварскую честь. И наш единственный шанс завершить это испытание.

Вайд выпрямился, чувствуя, как в его мозг вливается ледяная уверенность Маркиза. Он посмотрел на Томаса, чье лицо стало цвета мела, на старого ветерана, который судорожно поправлял щит, на Эрика, готового рухнуть в обморок.

– Слушайте меня! – закричал Вайд, и в его голосе, усиленном волей невидимого аристократа, не было ни тени сомнения. – Посмотрите на них! Они принесли головы наших товарищей, потому что это всё, на что они способны – пугать мертвецами! Они думают, что мы – лишь десерт после их кровавой трапезы! Но они забыли одно: мы – те, кто выжил! Мы – те, кто заставил их хваленую кавалерию захлебываться собственной кровью в лесной грязи!

Он указал мечом на приближающуюся лавину плоти и стали.

– У них есть Зеленые ядра, у них есть топоры и ярость. Но у нас есть этот день! И этот день – наш! Если мы выстоим этот последний час, мы станем легендами, о которых будут шептаться в самых темных углах этого мира! К щитам! Эрик, отдай всё, что у тебя осталось, выжми себя до капли! Сегодня мы или умрем как люди, или выстоим как те, кого боится сама смерть!

– Браво, Вайд. Весьма недурно, почти на уровне парижских театров, – шепнул Маркиз. – А теперь извольте приготовиться. Тот капитан по центру, с огромным шрамом на груди, явно собирается атаковать первым. Давайте покажем этим джентльменам, что наш гостеприимный аванпост всё еще готов принять новых постояльцев… в землю.

Земля содрогнулась от первого, сокрушительного рывка командиров кентавров. Испытание выходило на финишную прямую, и воздух зазвенел от предчувствия неминуемой резни.