Текст книги "Тайна Разума 1 (СИ)"

Автор книги: Sky Gazer

сообщить о нарушении

Текущая страница: 17 (всего у книги 20 страниц)

Глава 58. Цена безумия

Глава 58. Цена безумия

Сначала в воздух взлетел массивный обломок разрушенной колонны. Тектон швырнул его с такой силой, что тот с гулом рассек пыльный воздух. Практически одновременно с этим робот ринулся в атаку, непрерывно расстреливая пространство передо мной лучами из своих оптических линз.

Я инстинктивно совершил затяжной прыжок в сторону – и тут же горько пожалел об этом. В воздухе, лишенный точки опоры, ты становишься идеальной мишенью, твоя траектория полностью предсказуема. Я не успел увернутся, как попал под плотный град мелких, острых камней, которые Тектон швырнул следом за обломком. Крошка с силой располосовала мне кожу, пробивая звериный мех.

Хотя, если бы я остался на месте и попытался заблокировать или принять на усиленные руки большой обломок колонны, этот монстр наверняка выстрелил бы своим концентрированным лучом прямо сквозь него, выжигая меня вместе с каменным щитом.

Я приземлился, перекатился по мостовой и почувствовал тупую, ноющую боль во всем теле. Настоящая ирония судьбы: совсем недавно на тренировках меня точно так же методично избивала мелкими камнями Лунария. И там, и тут существа с абсолютно каменным, безэмоциональным выражением лица засыпали меня камнями. Но Тектон, в отличие от Луны, не сдерживал силу, не жалел меня и уж точно не пытался ничему научить. Он пытался меня убить. Методично и неотвратимо.

Сами по себе летящие камни не представляли бы для меня смертельной угрозы – от них я бы увернулся без особых проблем. Проблема заключалась в жуткой, непрерывной связке его атак. Тектон буквально не давал мне ни секунды передышки, не позволял даже перевести дыхание. Не успевал я завершить маневр уклонения и коснуться земли после прыжка, как в точку моего приземления уже летела новая порция острых осколков вперемешку с выжигающими лучами.

Что было хуже всего – я постепенно начал выдыхаться. Движения становились тяжелее, реакция замедлялась, а прыжки теряли былую взрывную легкость. Тектон же не замедлялся ни на долю секунды. Хуже того, этот бездушный кусок скалы продолжал считывать мои действия: каждая его новая атака ложилась точнее предыдущей, он идеально просчитывал мои заминки.

В этот момент я отчетливо осознал еще одну фундаментальную силу этого монстра – его абсолютную, механическую выносливость. Это существо не знало усталости, его ядро не требовало отдыха. Я же был биологическим организмом. Мне нужно было дышать, мое Сердце Зверя работало на пределе, гоняя кровь по израненному телу. Тектону даже не нужно было наносить мне одномоментную смертельную рану – ему было достаточно просто изнурить меня в этой безумной гонке. Я сам в конце концов упаду без сил, и тогда он методично, как ту несчастную птицу Зеленого ранга, раздавит меня своей массивной ногой и, скорее всего, вырвет мое бьющееся Сердце Зверя.

«Так не может продолжаться, – пронеслось в затуманенной голове. – Я должен что-то сделать. Прямо сейчас».

В голове лихорадочно крутились вопросы. Есть ли у него в запасе еще какие-то скрытые уловки или способности? Стоит ли мне продолжать этот бой, или лучше прямо сейчас отступить за пределы его маршрута, залечить раны, подготовиться еще лучше, как в прошлый раз?

Нет. Плевать. То, что он показал до сих пор, хоть и выматывало меня, еще не было смертельно опасным. Я не думаю, что у этого патрульного робота скрыты десятки боевых режимов. Да даже если они и есть – я в любой момент смогу разорвать дистанцию и сбежать, не рискуя головой понапрасну. Я ведь пришел сюда не просто так. Не с пустыми руками.

Я продолжил свой безумный танец уклонений. Но когда Тектон в очередной раз замахнулся, чтобы швырнуть порцию мелких камней, я не стал отпрыгивать назад. Вместо этого я сгруппировался, выставил вперед свои массивные, покрытые густым мехом руки-базуки в качестве прочного щита и прыгнул прямо на него, сокращая дистанцию вопреки его логике.

Камни со свистом врезались в предплечья, раздирая кожу и шерсть в кровь, но я выдержал удар. Моей целью были не общие повреждения корпуса, а конкретные точки – сочленения его рук и торса.

Уворот, резкий прыжок вверх, короткий мощный выпад! Меня снова зацепило осколками, тяжелый кулак Тектона прошел в волоске от моего виска, едва не размазав голову. Но я упрямо, точечно, удар за ударом бил по защитной пластине, прикрывающей плечевой сустав его правой руки. Я должен был действовать максимально быстро, ломая его паттерны, чтобы не дать его аналитической системе времени на адаптацию к моей новой, агрессивной тактике ближнего боя.

Мы стояли посреди широкой радиальной улицы павшего города. Я был полностью покрыт кровью, мелкими глубокими порезами и жуткими синяками. Мои модифицированные руки-базуки были иссечены осколками. Но я заставил себя сделать последнее усилие. Рывок, взрывной удар снизу вверх!

Раздался долгожданный, отчетливый хруст. Защитная пластина на плече Тектона смялась, треснула и с глухим стуком отвалилась, обнажив внутренненность соединение. Вот она. Моя главная цель.

Я резко отпрыгнул назад, разрывая контакт. Используя свои новые липкие ладони, я в несколько мощных прыжков взлетел по вертикальной стене ближайшего полуразрушенного здания и оказался на крыше. Там, спрятанный в обломках, лежал мой рюкзак. Я лихорадочно вытащил из него массивную флягу с жидкостью. Этот предмет достался нам еще от Учителя. Фляга была сделана из редкого, невероятно прочного материала и являлась ценным артефактом – внутри её пространственного кармана могло поместиться колоссальное количество воды.

Тектон стоял внизу, на мостовой, задрав голову и непрерывно фиксируя меня своими глазами. Вдруг его глаза снова синхронно погасли и зажглись ярче прежнего. Очередная перезагрузка сенсоров? Очередное изменение тактики? Время поджимало.

Я спрыгнул с крыши здания, намертво сжимая флягу в руке. В этот раз я пошел в полноценную атаку. Я больше не пытался наносить ему удары кулаками. Ловко уклоняясь от его размашистых выпадов, я проскользнул под его рукой и запрыгнул прямо ему на плечи, намереваясь подобраться к поврежденному суставу.

Но стоило мне занести флягу, как анатомия робота претерпела жуткое изменение. Защитные обсидиановые пластины у него под подбородком, прикрывающие шею, с резким металлическим щелчком поднялись вверх. Из открывшихся пазов в теле Тектона выдвинулись еще около десяти мелких, светящихся точно таким же изумрудным светом оптических глаз.

Глаза которые смотрели в мою сторону мгновенно сфокусировались на мне. Вспышка!

Я едва успел убрать голову – множественные мелкие лучи выжгли воздух в сантиметре от моего лица. Сорвавшись с его плеч, я глухим кувырком ушел на землю и резко вскочил на ноги. Тектон тут же развернулся корпусом и снова пошел на меня, тяжело ступая по плитам.

«Да блядь! Что это еще за скрытый арсенал?!» – внутри всё так и закипело от злости.

Каждый раз, когда я, уворачиваясь от его основных рук, умудрялся запрыгнуть ему на спину или на плечи, машина активировала эти скрытые шейные глаза, которые могли открывать шквальный огонь во всех направлениях, сбрасывая меня со своего корпуса. Мои раны от летящих камней уже неслабо кровоточили, одежда пропиталась багровыми пятнами, а дикая усталость туманила взор. Еще немного такой бесплодной беготни – и я окончательно потеряю скорость, проиграв этот бой.

Тяжело дыша и уклоняясь от очередного залпа, я начал судорожно анализировать ситуацию. И тут в моей голове родилась безумная, отчаянная идея.

Чтобы проверить свою догадку, я начал методично, на полной скорости запрыгивать на него со всех сторон: сначала на правое плечо, затем на левое, затем резко на спину, заставляя его защитную систему постоянно реагировать. И я заметил одну важнейшую деталь.

После того как Тектон выпускал лучи из своих шейных глаз, системе требовалось время на перезарядку – они выдвигались и стреляли с небольшой, но вполне ощутимой задержкой. Более того, если он активировал скрытые линзы на одной стороне корпуса, то не мог мгновенно открыть огонь с противоположной. Механизмы внутри его шеи требовали времени на перераспределение энергии.

И самое главное, что я увидел благодаря своим обостренным звериным глазам: когда эти пластины под головой поднимались вверх, выпуская скрытые глаза, вся конструкция шеи Тектона обнажалась. В этот короткий момент открывалось внутреннее соединение, связывающее его голову с основным корпусом – сложнейшая металлическая связка.

Это был мой единственный, финальный шанс. Если я успею вклиниться в эту микроскопическую задержку между его залпами, я смогу закончить этот кошмар одним точным ударом.

Я пытался подгадать момент так, чтобы запрыгнуть на него и ударить в ту самую секунду, когда шейные глаза окажутся бессильны. Но этот монстр словно читал мои мысли: он корректировал углы обстрела, намеренно сокращая задержку и перекрывая мне любые пути к обнаженной шее и правому плечу. Я наизусть выучил каждый его паттерн, каждую комбинацию, но силы были на исходе. Тело превратилось в сплошную кровоточащую рану, дыхание обжигало легкие, я держался на чистом упрямстве.

И вот наступил решающий миг. Сразу после очередного залпа основных глаз я коршуном взлетел на его правое плечо. Пластины Тектона тут же сдвинулись, выпуская скрытые шейные линзы. Пошла задержка. Но вместо того, чтобы сразу достать флягу, я совершил обманный маневр: резким, взрывным движением перебросил свое тело на левое плечо.

Вся порция лазерных лучей Тектона с шипением ушла в пустоту, выжигая воздух там, где я был мгновением ранее. Путь был открыт. Я сорвал крышку фляги и одним точным движением выплеснул её содержимое прямо внутрь обнажившейся шеи.

Раздалось яростное, ядовитое шипение.

Внутри фляги была не вода. Это была та самая едкая жидкость из тел кислотных личинок Белого ранга, за которой я специально еще раз спустился в подземные катакомбы. Я изначально даже не думал использовать её против основного корпуса Тектона – его обсидиановая броня слишком прочна, и жидкость слабого монстра не оставила бы на ней и царапины. Но внутренние связки, и приводные механизмы были совсем другим делом. Это была его иститная, тщательно скрываемая слабость.

Именно тогда до меня окончательно дошла вся логика его конструкции. Эти шейные глаза, массивные подбородочные пластины и даже функция самоликвидации оторванных конечностей – всё это было создано Тектонами с одной целью: защитить хрупкие соединительные узлы.

– Это твой конец, Тектон, – прохрипел я, спрыгивая на землю. – Ты был хорошим противником.

Как только едкая подземная жидкость разъела металлические связки внутри шеи, Тектон замер. Массивное тело начало судорожно, неестественно дрожать, а изумрудный свет в глазах замигал, превращаясь в хаотичные вспышки.

И тут до моих модифицированных ушей донесся знакомый, пугающий звук. Быстрое, отчетливое тиканье.

Я задействовал остатки взрывной силы ног и отпрыгнул назад, вжимаясь в землю и закрывая голову руками.

БАМ!

Грохот разорвал тишину площади. Обе руки Тектона сдетонировали одновременно, поднимая гигантское облако дыма и шрапнели. Когда ударная волна утихла, а пыль начала оседать, я медленно поднялся на ноги.

Передо мной лежали обломки. Совершенная машина смерти, Тектон Зеленого ранга, развалился на безжизненные куски камня и покореженного металла. Я стоял и смотрел на этот разгром, до конца не веря, что реально смог его победить. Этот монстр был настоящим чудовищем, идеальным солдатом, но я оказался хитрее.

В ту же секунду мое Сердце Зверя в груди мощно, торжествующе стукнуло. Откликнувшись на колоссальное напряжение, смертельный риск и ярость этой победы, оно запульсировало с новой силой, жадно впитывая долгожданное, ощутимое насыщение. Пустота внутри начала заполняться горячей, уверенной энергией.

Я сделал несколько шагов вперед к дымящимся останкам робота. Там, посреди расколотого обсидианового торса, мягким, густым светом сияло ядро Зеленого ранга.

Глава 59. Анатомия качества

Глава 59. Анатомия качества

Вайд плыл в черной воде, в черном мире. Абсолютная темнота. Это был темный мир, где абсолютно всё темное. Его глаза раскрылись, и он увидел небо, которое было абсолютно темным. Здесь всё было темным, странное место.

«Где я? Кто я?» – подумал Вайд. – «А, я есть я, точнее я – Вайд. Да, меня зовут Вайд Бэзиль. Где я и что тут делаю?»

Абсолютная темнота. Темнота была не только вокруг, темнота была и в сознании. Там, где черная река заканчивалась, стояло знакомое лицо. С клыками, в кожаной броне, с когтями – он скалился как будто на меня. Кто он? Я как будто знаю его, но не могу вспомнить. Он рычал. Он рычал, вызывая на что-то. Чего он хочет? Он как будто пытался что-то сказать мне. Но мое сознание, оно увядает, я слаб. И черная река вдруг засасывает Вайда внутрь.

Я проснулся резко и присел. Тело болело, оно болело достаточно сильно. Хотя я не первый раз получаю ранения, все равно боль оставалась болью, к ней сложно привыкнуть. Наверное, если вообще можно привыкнуть. Вместо обычного выхода из хижины я лежал так же, как и до этого.

Зашла Луна, она не удивилась моему бодрому состоянию. Я спросил:

– Как ты узнала, что я проснулся?

Она:

– Ну, синий ранг имеет свои плюсы. Кроме этого, после засады гноллов и получения стрелы с ядом я подумала, что усиление сенсорных способностей необходимо жизненно. Ты вернулся в этот раз победителем, да? Но в чуть лучшем состоянии, чем в прошлый раз. Смертельных ран не было, но была большая потеря крови и масса ранений. Патрульные перед поселением, увидев тебя полуживого с зеленым ядром в руках и всего в крови, были в шоке. Победить монстра зеленого ранга, будучи сам белого ранга, так еще и в диких землях – это похвальное достижение.

Сказав всё, она опять ушла. Вроде уже время полуденное, значит, она занята тренировками.

Я лежал и обдумывал сражение с Тектоном. Он был реально сильным противником, и его было очень сложно победить. А ведь это всего лишь монстр зеленого ранга, так еще и один. Столько заняла подготовка! Даже зная и изучая его, я еле как победил его. Хотя я молодец, что смог его победить, все равно этого мало. Я должен стать еще сильнее. Сильным настолько, чтобы Тектон зеленого ранга не смог меня даже ранить.

Если я каждый раз, когда встречу монстра зеленого ранга, буду сражаться на грани жизни, то я не выживу. Я просто сдохну, как та птица. Я должен быть не добычей, а хищником. А хищник – тот, кто может убить добычу до того, как умрет от её рук сам. Нет, даже этого мало. Я должен стать превосходным хищником, который убивает добычу до того, как она поймет, с кем встретилась.

Я думал и обдумывал мысли. Например, изучить новых монстров, охотиться на группы белых рангов или на единицы зеленого ранга монстров. Кроме этого, надо бы понять, как развить мой Потенциал.

И тогда раздался голос Архитектора:

– Хочешь совет от меня?

Я, который до этого гонял в голове самые разные мысли, резко удивился. Чтобы Архитектор сам инициировал помощь?

– Да, старик, – мысленно отозвался я.

Архитектор:

– В твоем мире было много высоток. Знаешь, в чем разница между домами-высотками и частными? Разница большая – от сложностей с проведением коммуникаций, заканчивая техникой для строительства.

«Хм, да…» – я думал, будет дельный совет, а старик начал издалека.

Архитектор полностью проигнорировал мое замечание:

– Чтобы построить высокое здание, придется использовать специальную технику, такую как краны и тому подобное. Но для строительства частных домов этого не нужно, можно обойтись стандартными машинами. Для проведения коммуникаций тоже есть разница: для высоток, чтобы вода гнала до самых верхних этажей, нужно установить двигатели с достаточной мощностью. То же самое с остальной коммуникацией, тогда как для частных домов такого не надо. Но у них тоже есть проблема – с потерей энергии из-за того, что частные дома находятся не в одной точке, а все вместе занимают километры территории. Тогда как высотное здание – пятьдесят на пятьдесят метров, то есть в одном месте.

Вайд:

– Да понял я, что это сложно и не так легко, как на первый взгляд. И вывод в чем?

Архитектор:

– В качестве. Они могут быть разными, но качество имеет для них одинаковую ценность. Чем выше здание, тем ценнее оно, но для высокого здания нужны качественная основа и строительство. А для частных домов финансирование играет малую роль. Можно, например, построить пять домов, продать их и построить еще пять. Но если первые пять или последующие пять будут построены с низким качеством, то ты их не продашь. То же самое с высоткой: если ты не сможешь заложить качество основы дома, техники, технологий, специалистов, организации – ты просто не сможешь построить этот дом.

Вайд:

– Качество?

Архитектор:

– Этот город, их жители не были прямо высокоразвитыми, но для этого мира они, несомненно, были высокоразвитыми. И это мы можем увидеть по качеству строений. Когда ты видишь качество зданий, это говорит о профессиональных качествах того, кто строил и управлял этим городом. Когда ты видишь высокое здание или качественный частный дом, это говорит о возможностях и личных качествах строителя и тех, кто это организовал – об их характере, об их отношении к работе и своей деятельности, об их ответственности. Всё исходит и заключается в качестве. Тот, кто построил великое сооружение, не может быть обычным созданием. У него есть масса качеств, кроме тех, которые напрямую связаны со строительством. Просто иметь навык строительства – не достаточно. Просто иметь знания – не достаточно. Иметь деньги – тоже не достаточно. Характер и целеустремленность, умение организовать, нести ответственность, знать, иметь опыт и даже талант – должно быть всё это, чтобы построить реальное великое сооружение. И даже имея всё это, может оказаться, что у тебя не хватает навыков для строительства великого сооружения.

Вайд:

– Качество, качество… Я понял. Ты имеешь в виду, что нужно развивать навыки или их перенимать, но этого недостаточно. Мне нужно расти самому, личностно? Характер, ответственность, цель?

Глава 60. Пропасть

Глава 60. Пропасть

После того как я более-менее смог начать ходить, я не стал торопить события и решил излечиться полностью. Дикие Земли не прощают недолеченных ран. Это время я решил использовать с максимальной выгодой – начать больше разговаривать с Архитектором и Археологом.

Кто они такие на самом деле и вообще откуда взялись в моем Потенциале, мне было не сильно важным. Да они и не скажут мне об этом – почему-то абсолютно все, кто засел в моей голове, тщательно скрывают эту информацию. Мне были гораздо важнее их навыки, их опыт и их уникальные знания. Их монументальная уверенность в себе и реальная польза, которую они приносили, наглядно говорили об их «качестве». А значит, любая крупица информации от этих стариков не будет вредной.

Оказалось, Археолог не просто копался в древностях. Кроме того что он знал всё об изучении старинных писем, рун и мертвых культур, он в прошлом еще и был высококлассным детективом-сыщиком. Он как бы вскользь упомянул в одной из бесед, что в этом деле ему до сих пор нет равных и что он уникален в своем роде.

И тут я вспомнил моменты, когда мы только пришли в этот странный город. Я просто шел по улицам, как вдруг Археолог резко останавливал меня и приказывал: «Посмотри туда» или «Проверь тот угол». Он замечал мельчайшие, едва уловимые детали, смотрел на них моими глазами и мгновенно делал точные выводы. Например, по одному беглому взгляду на полуразрушенное здание он определил, что там внутри спрятан подвал, хотя фасад постройки вообще ничем не отличался от десятков соседних здании. Когда я тогда в изумлении спросил, как он это сделал, он лишь высокомерно бросил:

– Ты смотришь, Вайд, но ты не видишь.

С Архитектором разговор клеился сложнее. Он был то ли слишком высокомерным, то ли просто характер у него был такой – своеобразный, тяжелый. Старик разговаривал со мной с явной неохотой, сквозь зубы, а мог и вовсе замолчать посреди диалога и уйти в тишину, особенно когда я начинал засыпать его вопросами.

В свободное от отдыха и ментальных разговоров время я садился на пороге хижины и молча наблюдал за тренировками Луны. У меня была база по фехтованию, но до этого момента сложные техники Лунарии и Учителя оставались для меня почти полной загадкой. Я видел лишь общие очертания. Но сейчас, когда я сам поднял свой боевой уровень, прошел через адские схватки и обрел реальный опыт, я наконец-то начал различать некоторые скрытые движения и их истинный смысл.

Стойка: две ноги на ширине плеч, устойчивая средняя позиция. Меч, рукоять которого она намертво обхватила двумя руками. Лунария просто стояла неподвижно и концентрировалась. Затем плавный подъем рук – и резкий, молниеносный удар сверху вниз. А после – всё сначала, по кругу, сотни раз подряд.

И я почувствовал разницу. Раньше, когда я смотрел на это же самое упражнение, я видел лишь то, как она прикладывает физическое усилие. Но сейчас мои новые чувства отчетливо фиксировали, какую колоссальную плотность напряжения и какую скрытую силу она вкладывает в каждый этот одиночный замах. И самое главное – вокруг траектории её клинка почти не чувствовалось колебаний воздуха. Это не был слабый удар. Этот клинок с легкостью разрубил бы меня пополам, даже если бы я активировал всю свою звериную защиту и плотный мех. Мои обострившиеся инстинкты буквально взвыли, сигнализируя, что передо мной – смертельно опасная техника.

В этот момент во мне проснулся дикий азарт. Мне до дрожи захотелось попробовать свою реальную, обновленную силу в деле и узнать, насколько сократилась разница между нами после моей победы над Тектоном.

– Луна, давай спарринг, – я поднялся на ноги, уверенно глядя на неё. – Реальный спарринг, а не тренировочные броски камнями.

Лунария опустила меч и внимательно посмотрела на меня:

– Ты уверен, Вайд? Я в настоящем бою жалеть тебя не буду. К тому же, ты еще не полностью восстановился.

– Не беспокойся, – ухмыльнулся я, чувствуя, как Сердце Зверя начинает разгонять кровь. – Я в достаточно хорошем состоянии.

Вместо тренировочного деревянного меча я с сухим щелчком выпустил свои длинные, бритвенно-острые когти. В голове уже вертелась одна отличная идея, как именно нужно вести ближний бой против подобных мастеров фехтования – эта тактическая мысль пришла ко мне прямо сейчас, на основе наблюдении за тренировками Луны.

Я встал в боевую позицию напротив неё с раскрытым, покрытым свежими шрамами торсом, готовый в любую секунду рвануть вперед. Но не успел я сделать и первого шага, как по пространству площади пошла тяжелая, осязаемая рябь. Рябь чистой силы.

Лунария продолжала стоять в трех метрах от меня. Она не сдвинулась ни на миллиметр, оставаясь в той же самой стартовой стойке. Но в следующий миг от её тела во все стороны волнами поползла плотная синяя аура энергии. Эта пульсация не была огромной или разрушительной визуально, но в ней концентрированно чувствовались мощь и колоссальная опасность. Это была не просто угроза. Это был запах близкой смерти.

Я посмотрел на её неподвижную фигуру, и мои ноги против моей воли начали мелко дрожать. Как бы я ни сжимал зубы, я физически не мог унять эту внутреннюю дрожь зверя перед высшим хищником. В этот момент до меня дошло: это была уже не прежняя Лунария. Это была Луна абсолютно нового уровня. Пока я месяц бегал по руинам и выслеживал роботов, она наконец-то полностью освоила и подчинила себе ту жуткую технику, которой её научил Меч.

Пропасть между нами не уменьшилась. Она стала еще глубже.

– Я признаю поражение, – выдохнул я, чувствуя, как холодный пот катится по спине. – Здесь бессмысленно сражаться. Всего один её удар – и я труп.

Мои руки мгновенно вернулись в человеческую форму, когти убрались в пазы.

Лунария тут же развеяла концентрацию. Синяя рябь растаяла в воздухе, и девушка испустила короткий, довольный смешок:

– Ну что, Вайд, ты действительно сильно развился за это время. Но неужели ты думал, что я всё это время буду послушно сидеть на месте и ждать, пока ты меня догонишь? Конечно, мои личные тренировки дают свои результаты. И, кстати, тебе бы подобные упражнения тоже явно не помешали.

Я открыл рот, собираясь что-то ответить, как вдруг всё мое существо пронзило леденящее чувство, которое я не испытывал уже очень, очень давно.

Мой разум мгновенно затих.

Это был Он. В глубине моего сознания, разрывая пелену долгого молчания, лениво зашевелился Меч.

Я пытался противодействовать, изо всех сил упираясь ментальными руками в барьеры собственного разума, но, как и в прежние разы, не смог сдержать этот напор. Чужая, непреклонная воля смяла мою защиту, словно сухой лист. Меч мгновенно захватил контроль над моим телом.

Я, точнее Меч в моем теле, выпрямился. Аура вокруг резко изменилась – исчезли любые намеки на звериную хаотичность, уступив место леденящей, идеальной концентрации, от которой воздух вокруг стал казаться острым. Меч в Вайда облике стоял неподвижно. Он словно ожил после долгой спячки и теперь, будто с невидимого пьедестала, посмотрел сверху вниз на Лунурию. Его взгляд, транслируемый через глаза, был как всегда холодным, суровым и оценивающим, в нем полностью отсутствовали человеческие эмоции.

Лунария, мгновенно заметив это разительное изменение, изменилась в лице. Без лишних слов она опустилась на одно колено, склонив голову и приветствуя Меча – своего истинного Учителя.

Меч в ответ даже не подумал поздороваться. Отрезанный от вежливости, его голос прозвучал из уст Вайда глухо и хлестко:

– Тот удар… это максимум, чего ты смогла добиться?

Лунария, не поднимая глаз, тихо ответила:

– Да, Учитель.

– Ты слаба, – безжалостно отчеканил Меч. – Я ошибся, выбрав тебя в ученики.

Лунария резко вскинула голову, с неверием и болью уставившись на Меча. Её губы дрогнули:

– Учитель… Извините, что не оправдала ваших ожиданий. Я буду еще больше стараться! Я буду больше стараться, увеливу нагрузку!

Я, запертый внутри собственного сознания и наблюдавший за этой сценой со стороны, буквально пылал от ярости.

«В смысле – она слаба?!» – орал я внутри себя, пытаясь докричаться до захватчика. – «Да она дни напролет без отдыха тренировалась, чтобы освоить твою чертову технику! Почему ты унижаешь её? Лучше бы вместо этого похвалил за колоссальное старание или дал дельный совет!»

Меч проигнорировал мой внутренний бунт, продолжая смотреть на стоящую на коленях девушку. Каждое его следующее слово падало, как удар гильотины:

– Желать мести и не иметь возможности её совершить – это все равно что пить яд и надеяться, что он убьет твоего врага. Ты слаба. Ты не боишься смерти, но ты сдалась внутренне. Ты не веришь в свою финальную победу. Ты лишь веришь, что у тебя когда-нибудь появится призрачная возможность отомстить. У тебя не хватает воли. Ты слаба не физически, ты слаба внутренне.

Лунария слушала, и её лицо бледнело с каждой секундой.

– Ты закована своим долгом мести, но ты сама не веришь, что сможешь его совершить, – безжалостно продолжал Меч. – Мечник и путь меча – это абсолютная свобода. Истинный мечник может разрезать всё что угодно. Его невозможно удержать, его нельзя остановить, для него не существует преград – он способен разрезать даже саму реальность. Как ты, которая заковала сама себя в кандалы безсильной мести, можешь быть свободной? Твоя мотивация ненависти – хорошее топливо, но на одном топливе ты никогда не сможешь освоить путь меча.

Каждое слово Учителя кололо Лунарию, словно раскаленные маленькие иголки. Её эмоции сменялись от шока до глубокого отчаяния. В конце концов, она беспомощно опустила голову, едва не касаясь лицом земли.

Я внутри изо всех сил пытался вмешаться, дергаясь в ментальных путах:

«Хватит! Да прекрати ты так сильно давить на нее! Что она тебе сделала плохого? Она и так выкладывается на пределе возможностей, ты же сам видел – она достигла огромного успеха в освоении твоей техники!»

Меч остался глух к моему мысленному надрыву. Он бросил на склонившуюся девушку последний взгляд.

– Пусть это будет моим последним советом как твоего Учителя. Я отказываюсь от тебя. Ты больше не моя ученица. Ты не просила меня становиться твоим наставником – это была моя личная ошибка. В награду за прошлые труды ты можешь продолжать пользоваться той техникой, даже не будучи моей ученицей.

Лунария не успела сказать в ответ ни единого слова, не успела даже издать звук. В ту же секунду Меч резко отпустил контроль над моим телом, вернув мне управление, и мгновенно ушел в глубокую, глухую тишину сознания.

Я резко вдохнул, возвращаясь в себя, но тоже не успел ничего произнести. Всё произошло слишком быстро.

Лунария была полностью разбита. Она так и осталась сидеть на коленях. По её щекам, оставляя дорожки на пыльной коже, медленно текли капельки слез. Я стоял перед ней с глупо выпущенными руками, в полном шоке, абсолютно не зная, что мне теперь делать и как исправить то, что только что натворил этот проклятый древний клинок.