Текст книги "Александр. Том 3 (СИ)"

Автор книги: shellina

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 10

Филипп Розин соскочил с коня и подошёл к спешившемуся Раевскому.

– Коля, это же экипаж Скворцова вон там стоит? – и Розин указал на скромную карету, стоявшую напротив входа в городскую управу.

Кузьма в этот момент встрепенулся, соскочил с козел и принялся ходить рядом с флегматичной лошадью, интенсивно размахивая при этом руками.

– Давно уже стоит, замёрзнуть успел, – заметил Раевский. – И что, интересно, Илья так долго в управе делает?

– Пока не зайдём и не спросим, вряд ли узнаем, – ответил ему Розин и взбежал по лестнице к двери.

Раевский посмотрел на лошадей и покачал головой. Ему пришлось остаться на улице, потому что денщика он взять с собой не догадался.

– Пора привыкать, Коля, – пробормотал он, обводя взглядом небольшую площадь перед городской управой. – Граф как-никак. Надо же, как в жизни всё повернуться может. Похоже, никто не ожидал такого.

В это время из управы выбежал Розин и быстрым шагом подошёл к Раевскому. Выглядел он при этом крайне озабоченным.

– Что случилось? – Николай невольно нахмурился.

– Скворцова в управе никто не видел, – выпалил Розин. – Илья не обещал, что придёт именно сегодня. Видимо, у его величества перенял привычку наведываться внезапно, словно снег на голову. Поэтому его ждали, но никто не забеспокоился, когда секретарь его величества так и не появился. Может быть, даже в глубине души обрадовались.

– Но его экипаж здесь стоит, – Раевский бросил поводья Розину и решительно направился к экипажу Скворцова. Кузьма уже успел забраться на козлы и готовился отъехать, потому Николай махнул ему рукой. – Эй, постой!

– Я не извозчик, ваше благородие, – сразу же зачастил мужик. – Стою здесь не для того, чтобы господ развозить, куда их душеньке угодно будет.

– Ты Скворцова Илью Афанасьевича привёз? – перебил его Раевский.

– Да, ваше благородие, точно так, Илью Афанасьевича, – закивал Кузьма. – Он приказал туточки его дожидаться. Сам-то пошёл барышню провожать. Я и знать не знаю, что мне дальше делать. Вот и жду.

– Давно ждёшь-то? – Раевский хмуро смотрел на него.

– Давненько. Уже пора бы вернуться родимому. Но тут дело такое, молодое, – и он понимающе улыбнулся.

– Что за барышня? Ты её знаешь? – продолжал расспрашивать Раевский.

– Нет, ни разу не видел, – замотал головой Кузьма. – Во дворец она точно не приходила. Да и в салоны, куда Илья Афанасьевич выезжал, не захаживала. Да мало ли в Москве барышень? Эта как раз из управы вышла, когда мы подъехали.

– Ну, хоть что-то, – Раевский задумался. Как-то неспокойно ему было. С другой стороны, может быть, Илья действительно с хорошенькой женщиной загулял, да про время забыл. – А ты куда собрался, не дождавшись Скворцова? – он пристально посмотрел на Кузьму.

– Никуда я не собрался. Решил вокруг площади проехать. Чай, не май месяц, так и заморозить лошадку недолго, если стоять постоянно, – ответил Кузьма и насупился.

Раевский кивнул и медленно подошёл к Розину.

– Ну что? – нетерпеливо спросил у него Филипп.

– Даже и не знаю, как к этому относиться, – Раевский потрепал своего коня по шее. – Скворцов, по словам кучера, ушёл с какой-то барышней. И вот теперь я мучаюсь вопросом, а надо ли нам его искать? Или сам придёт, как нагуляется, да перед его величеством покается. Не хотелось бы ему свидание портить. Кто из нас в подобных ситуациях не бывал?

– Я за то, чтобы побеспокоить Скворцова, – возразил Розин. – Мало ли какое у него свидание? Ночью пускай любовницу обхаживает. А сейчас у него есть служба. Да и странно это. Не тот человек Илья, чтобы просто так сбежать за первой попавшейся юбкой.

– Это всё, конечно, хорошо, но где эта женщина живёт? – Раевский посмотрел на довольно массивные двери. – Вот что, кучер сказал, она из управы вышла. И я глубоко сомневаюсь, что здесь часто молодые женщины появляются. Значит, её кто-то знает. И мы сможем получить адрес.

– Я схожу, – Розин решительно протянул поводья Николаю. – Уже успел осмотреться и знаю, к кому обращаться. А если никто со мной разговаривать не станет, так я и к Николаю Петровичу загляну. Он сегодня здесь с утра сидит, планы какие-то составляет.

Вернулся Филипп быстро, даже быстрее, чем в прошлый раз. Он молча подошёл к Раевскому и забрал поводья своего коня, что-то обдумывая при этом.

– Филипп, – позвал его Николай, привлекая внимание. – Что-то удалось узнать?

– Да. Здесь с утра только одна и появлялась, Васильева Дарья Ивановна. Её недавно ограбили, и именно о ходе этого расследования Скворцов справляется, почти каждый день приезжая сюда. – Розин вскочил на коня. – Следователь сказал, что в этом деле не всё так просто, но пока он не может сказать наверняка. Только опасается, что Дарье Ивановне может угрожать опасность.

– Опасность какого рода? – Раевский последовал примеру Розина и вскочил в седло.

– Со стороны родственников её покойного мужа. Но следователь не вдавался в подробности, – ответил Розин.

– Ты адрес добыл? – Раевский тронул поводья, разворачивая коня.

Розин в это время задумчиво разглядывал новенькие таблички на домах с названием улиц и номерами домов. Повернувшись к Раевскому, он ответил:

– Конечно, здесь недалеко. Знаешь, эти таблички – это очень удобно на самом деле. И почему раньше так не сделали? – Задав вслух весьма риторический вопрос, Филипп пустил своего жеребца шагом, показывая дорогу. – Полагаю, нужно поехать и посмотреть. Если Скворцов заглянул к Дарье Ивановне чаю попить, то поторопим. А если его нет, то хотя бы убедимся, что у дамы всё в порядке. А Николаю Петровичу я всё выскажу, когда он завтра на доклад к его величеству придёт. Никто же даже не распорядился полицейского послать, чтобы проверить, – он покачал головой и тронул коня пятками, посылая по улице лёгкой рысью.

Раевский немного подумал и направил коня к экипажу Скворцова.

– Следуй за нами, – коротко приказал он Кузьме, и, развернув коня, бросился догонять уже скрывшегося из вида Розина.

* * *

Илья вытащил часы, посмотрел на время и покачал головой. Сын покойного господина Васильева никак не хотел угомониться и пойти уже домой отдыхать.

– Я впервые пожалел, что не ношу с собой оружия, – проговорил Илья, слушая пьяные выкрики, раздающиеся с улицы. Они звучали уже гораздо реже, но всё равно периодически доносились.

– Что вы такое говорите, Илья Афанасьевич? – Дарья выглядела по-настоящему несчастной. – Зачем вам оружие?

– Пара выстрелов очень хорошо проясняют сознание, потому что эти господа явно его потеряли. Вместе с хорошими манерами, – процедил Илья. – Я уже безнадёжно опаздываю на службу. Даже не представляю, как буду оправдываться.

– У вас слишком суровый начальник? – спросила Дарья сочувственно. – Я чувствую себя такой виноватой. Как только они уйдут, я пойду с вами к вам на службу и постараюсь всё объяснить. Вы ведь не по своей воле задержались.

– Я бы с удовольствием на это посмотрел, – Илья не выдержал и тихонько рассмеялся. – Но, боюсь, пройти ко мне на службу у вас не получиться. Просто не пропустит охрана.

– О, – она поднесла палец к губам. – А где вы служите в таком случае?

– А разве вы не знаете? – Скворцов посмотрел на неё с удивлением. – Ну, конечно, вы не знаете. Я служу… – Он не договорил, потому что в этот самый момент раздался звон, и голоса стали звучать гораздо отчётливее. – Я так и думал, что эти скоты рискнут выбить окно. Быстро, поднимитесь в спальню и закройтесь там. Я постараюсь их задержать.

Даша кивнула, открыла дверь и осмотрела небольшой холл. В нём пока что никого не было, но возле окна наблюдалась какая-то возня. Тогда женщина подхватила юбки и бросилась из гостиной вверх по лестнице. Илья же огляделся, схватил кочергу и встал к подножью лестницы, чтобы попытаться не пропустить туда этих пьяных скотов.

Один из «господ» довольно ловко проник в дом через разбитое окно. К счастью, пистолета у него в руках не было. Видимо, он не ожидал сразу же увидеть перед собой мужчину, потому что слегка затормозил и даже начал что-то говорить.

Илья не стал его слушать, и вообще выяснять, почему он вломился в дом одинокой молодой женщины. Взмахнув кочергой, он нанёс удар. Во все стороны полетела кровь из перебитого носа. Поддев господина под колени, опрокинул его на пол и тут же подставил кочергу, приняв на неё удар саблей. Фехтовать он не умел, но силой и ловкостью обделён не был. В итоге сабля полетела в одну сторону, а кочерга в другую. Ворвавшийся в дом урод остался безоружным и слегка растерялся, не больше, чем на пару секунд, но Скворцов воспользовался этим замешательством и сильным ударом в челюсть вырубил его.

Но Илья выпустил из вида, что ломившихся в дом было больше двух. Двое ушли, им надоело стоять перед запертой дверью, но был ещё один. Третий, проникший в дом через разбитое окно, был тот самый Пётр Васильев, сын покойного мужа Даши. Он подошёл к Скворцову сзади и ударил по голове набалдашником трости.

Сознание Илья не потерял, но равновесия удержать не сумел и упал. Он успел перевернуться на спину, но Пётр придавил его к полу, поставив колено на грудь, а его руки сомкнулись на шее Скворцова. Илья ещё не пришёл в себя после удара по голове, и сумел только схватить Васильева за руки, всеми силами стараясь отодрать их от своего горла. В глазах потемнело, а воздуха перестало хватать. Тогда Илья отпустил одну руку и попытался нащупать упавшую на пол кочергу.

Бамс! Васильев обмяк и упал на Скворцова без сознания. Илья приподнял голову, пытаясь сосредоточиться. Свет заслонила чья-то тёмная фигура, но кто это он никак не мог рассмотреть. В голове шумело, а в глазах двоилось. Наконец, фигура пошевелилась, и он услышал взволнованный голос Даши.

– Илья Афанасьевич, с вами всё в порядке?

В глазах сразу же перестало двоиться, и Скворцов увидел, что это именно она стоит над ним. Из строгой причёски женщины вырвалось несколько длинных прядей, и она показалась ему в этот момент очень миленькой. С трудом столкнув с себя обмякшее тело Петра, Илья встал на ноги, пережив неприятное головокружение.

– Разве вы не должны были запереться в своей комнате? – спросил он глухо, потирая шею.

– Я увидела, что происходит, и так сильно испугалась, что он вас убьёт, – она всхлипнула.

– Это было рискованно с вашей стороны. Но, тем не менее спасибо. Чем это вы его? – Илья заметил, что она что-то прячет за спиной.

– Вот, – Даша показала ему кочергу.

Илья ничего на это не ответил. Он огляделся и увидел, что на полу, кроме Васильева, лежит самый первый нападающий, а вот третьего видно не было. Неподалёку валялась сабля. Вдруг с улицы донесся какой-то шум и почти сразу же раздался выстрел. Негромко выругавшись, Скворцов схватил саблю, толкнул Дашу к лестнице и встал перед ней.

Шум на улице усилился, а потом в дверь постучали и раздался знакомый голос.

– Илья, если ты там, то открой дверь. Я здесь с Филиппом Розиным. – Раевский впервые на памяти Скворцова говорил сквозь зубы. – Да не пытайтесь встать, господин Зябликов! Кузьма!

– Да, ваше благородие, – Илья услышал голос кучера и прикрыл глаза.

– Иди сюда! – рявкнул Раевский.

Скворцов повернулся к Дарье и слабо улыбнулся.

– Ну, вот и помощь пришла. Думаю, что Петенька вас больше никогда не потревожит, – и он пошёл к двери. По пути пнул зашевелившегося Васильева и перешагнул через его дружка. Дружок, кстати, вовсе не был без сознания. Он храпел, перевернувшись набок и положив под голову руки. – Свинья, – процедил Илья и толкнул дверь. Она оказалась открыта. – Ну, конечно, не обратно же через окно этот скот вылезал.

Раевский стоял на крыльце, сложив руки на груди, и смотрел, как Кузьма с Розиным загружают в экипаж господина Зябликова, оказывается, именно так звали владельца сабли.

– Дверь открыта была, – Илья вышел на крыльцо. – Там в холле на полу ещё двое.

– Ясно, – кивнул подбежавший к ним Розин, и решительно вошёл в дом. – Мадам, моё почтение. Кузьма! Иди сюда, твоя помощь нужна! – крикнул Филипп, и мимо стоящих на крыльце мужчин протиснулся кучер, чтобы помочь Розину вытащить господ, перепутавших дом вдовы Васильевой со своим собственным.

Раевский отошёл от крыльца, Илья подался следом. Николай хмурился, разглядывая выбитое окно.

– Я примерно предполагаю, что здесь произошло, – наконец сказал он. – Его величество послал нас найти тебя.

– Я понял, – Илья потёр болевшее горло. – Если честно, в тайне ждал, что кто-то явится, когда его величество увидит, что меня нет на месте. Куда вы их планируете отвезти?

– На Лубянку, – Раевский усмехнулся. – Пускай Швецов разбирается, было ли нападение на личного секретаря его императорского величества частью злостного заговора, или же просто подлостью и глупостью.

Со стороны крыльца раздался судорожный вздох. Скворцов с Раевским повернулись и увидели испуганную Дашу. Она широко раскрытыми глазами смотрела на Илью, прижимая к груди кочергу. И ей было, похоже, наплевать на то, что кочерга пачкает платье.

– Эм, – впервые Илья не знал, что сказать. Наконец, он шагнул к Даше. – Позвольте представить вам графа Раевского, – после чего повернулся к Николаю. – Дарья Ивановна Васильева.

– Очень рад, Дарья Ивановна. И буду просто счастлив, если вы поведаете мне о том, что привело к столь печальным последствиям, – раскланялся перед Дашей Раевский. – Его величеству нужны будут подробности.

* * *

Посмотрев на часы, я покачал головой и направился к двери. Багратион, сидевший в это время за столом, встрепенулся и посмотрел на меня. Он так задумался, что, похоже, выпал на мгновение из жизни.

– Похоже, Скворцова мы сегодня не дождёмся, – сказал я в ответ на его вопросительный взгляд. – А то место, в котором он пропал, ещё и моих адьютантов затянуло, как-то болото. А у меня как раз сейчас назначена встреча.

– Мне выйти, ваше величество? – Багратион вскочил, но я лишь покачал головой.

– Сидите, Роман Иванович, эта встреча так или иначе касается и вас в том числе, – остановил я его и открыл дверь.

В приёмной стоял Карамзин и явно не знал, что ему делать. Стол секретаря был пуст, а гвардейцев в приёмной не было. Похоже, к моим секретарям привыкли куда быстрее, чем к каким-либо другим изменениям.

– Николай Михайлович, вы уже пришли? – я широко улыбнулся, а Карамзин вздрогнул и развернулся ко мне. – А я вот решил проверить, вдруг вы пораньше заглянуть решили. И не ошибся ведь.

– Ваше величество, а почему вы сами… – он махнул рукой, пытаясь сформулировать, почему я сам открыл дверь, чтобы его встретить.

– А Скворцов у меня где-то загулял, подлец. Ну не лакея же дежурного на его место сажать, ей-богу. Ещё обозлится да отравит конкурента, – глядя на слегка вытянувшееся лицо Карамзина, я сухо сообщил: – Шутка.

– А-а-а, – протянул Николай Михайлович. – Я так и подумал, ваше величество.

– Проходите. Мы с Романом Ивановичем вас уже заждались, – и я отошёл от двери, давая ему возможность войти в кабинет.

Карамзин остановился в дверях и долго смотрел на подскочившего Багратиона. Я же сел за стол и взял перо, не то чтобы мне срочно понадобилось что-либо запись, хотелось просто занять чем-то руки. Воцарилась тишина, которую никто не решался нарушить. Ни Багратион, ни Карамзин явно не понимали, зачем их здесь вместе собрали, но спрашивать не спешили.

– Присаживайтесь, господа, – я указал им пером на стулья. – Чем быстрее мы переговорим, тем больше времени у вас будет на то, чтобы собраться.

– Собраться куда, ваше величество? – спросил Карамзин, не отрывая от меня пристального взгляда.

– В Константинополь, конечно, – я полюбовался, как его брови взлетели вверх. – Роман Иванович отбывает туда завтра утром, если, конечно, мне вернут Скворцова, и он отдаст Роману Ивановичу подарок для валиде-султан.

– Я не понимаю, у Романа Ивановича есть политическая миссия, но с какой целью туда поеду я? – Карамзин развёл руками.

– Вы поедете туда как журналист, чтобы всем подданным Российской империи сообщить, как благожелательно приняла Накшидиль-султан нашего князя, – ответил я ему, бросая перо на стол.

– А если она примет его довольно холодно? – осторожно спросил Карамзин. – Вы слышали, что сейчас по Европе ходит легенда, будто валиде-султан кузина Жозефины де Богарне?

– Именно поэтому вы поедете туда как можно скорее, – я резко поднялся и вышел из-за стола, пройдясь по комнате. – Наполеон пытается усилить влияние в Порте, и ему это определённо удаётся. И ваша задача заключается в том, чтобы прежде всего зародить сомнение в реальности этих слухов. Сейчас, когда Наполеон начал бракоразводный процесс с Жозефиной, это будет как никогда актуально.

– Вы не ответили, ваше величество, что если валиде-султан примет Романа Ивановича не радушно? – повторил вопрос Карамзин.

– Если его не вышвырнут из дворца, а я не знаю, что он должен сделать, чтобы его вышвырнули, вы можете писать что угодно. К тому же вы не будете лгать. Приняла благожелательно, обещала оказать всестороннюю помощь и поддержку – это обычные слова, которые говорят в таких случаях. Вы можете только добавить, что всё это было сказано, вероятно, потому, что Накшидиль-султан было радостно увидеть князя, ведь он мог напомнить ей о родине, – я развернулся и в упор посмотрел на него. – Николай Михайлович, я, что ли, должен учить вас писать статьи?

– Эм, – Карамзин задумался, а потом покачал головой. – Разумеется, нет, ваше величество. Я понял, на чём сделать акцент.

– Главное, вы должны писать это так, будто видели собственными глазами, даже если вас там не было. Тогда вам поверят. И не только в Российской империи, что немаловажно. – Я задумался, а потом окинул Багратиона весьма расчётливым взглядом. – Кстати, вы можете написать сентиментальный роман о несчастной безответной любви российского посланника, целого князя и прелестницы из гарема, которую он случайно увидит в садах Топкапы.

– Да, но я никогда не был там и вряд ли когда-нибудь попаду, – Карамзин вскочил. – И я не видел ни разу жительницу гарема, чтобы описать её…

– Бросьте, Николай Михайлович, – я махнул рукой. – Судя по вашей Лизе, вы и крестьянок никогда в глаза не видели и понятия не имеете, чем они занимаются. Это не помешало вам написать прекрасный, хм, да, прекрасный роман. Главное, что князь безмерно страдал. Дамы будут рыдать, я вам гарантирую.

– А это зачем вам нужно, ваше величество? – Карамзин устало опустился на стул.

– Понятия не имею, – я развёл руками. – Чтобы придать антураж вашим статьям. В таком случае может сложиться впечатление, что вы действительно там были, видели валиде-султан и имеете право сомневаться в её родстве с Жозефиной. В общем, подумайте, как лучше это сделать.

Я остановился, потому что в приёмной в это время раздался шум, несколько голосов, среди которых я услышал голос Скворцова. Только звучал он как-то приглушённо. Дверь открылась, и в кабинет заглянул Илья.

– Ваше величество, я прошу прощения за то, что задержался. Обстоятельства непреодолимой силы заставили меня опоздать… – Он под моим пристальным взглядом замолчал. Я же в этот момент смотрел на платок с чудовищно сложным узлом у него на шее. Всё бы ничего, но Илья не любил такие пышные удавки. Или он под ним засосы прячет, или же…

– Выдай Николаю Михайловичу все необходимые бумаги и поручение в Казначейство, а Роману Ивановичу подарок для валиде-султан. – Медленно проговорил я. – А потом ко мне на доклад.

– Слушаюсь, ваше величество, – Скворцов поклонился. – Разрешите войти Щедрову Климу Олеговичу? У него срочный доклад для вас, – говоря последнюю фразу, Илья тяжко вздохнул. Похоже, этот доклад был как-то связан с ним и платком на шее.

– Пропусти, – кивнул я, не напоминая, что Щедров, как начальник Московского отделения Службы Безопасности, имел право входить ко мне без доклада.

Карамзин с Багратионом поклонились и вышли из кабинета. При этом Карамзин выглядел крайне задумчивым, а Багратион крайне несчастным. Он и так был не в восторге от этой поездки. А стать прототипом главного героя в сентиментальном романе ему тем более не хотелось.

Щедров вошёл сразу же, даже дверь не успела закрыться. При этом он выглядел не менее озадаченным, чем Карамзин.

– Ваше величество, – он коротко поклонился и посмотрел на меня, явно не зная с чего начать. – У нас сложилась странная ситуация и я просто не знаю, что мне сейчас делать. Это касается трёх не слишком умных господ, имевших глупость напасть на вашего Скворцова. Ну не могу же я их действительно обвинить в измене, как мне посоветовал Розин.

– Та-а-а-к, – я почувствовал, как у меня дёрнулся глаз. – Рассказывайте подробно, что произошло, а потом вместе подумаем, что будем делать.